Постановление от 4 февраля 2018 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8080/17

Екатеринбург

05 февраля 2018 г.

Дело № А60-53842/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 29 января 2018 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 февраля 2018 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Соловцова С.Н.,

судей Кангина А.В., Артемьевой Н.А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2017 по делу № А60-53842/2015 Арбитражного суда Свердловской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

ФИО1 лично (паспорт) и его представитель ФИО2 (удовлетворено устное ходатайство ФИО1 об участии в судебном заседании в качестве его представителя);

представитель ФИО3 – ФИО4 (доверенность от общества

с ограниченной ответственностью «Юридическая компания «ЮЭСКОМ»

от 21.09.2017 в порядке передоверия по доверенности от 08.06.2017

№ 66 АА 4356402).

Публичное акционерное общество «Уралтрансбанк» (далее – общество «Уралтрансбанк») 10.11.2015 обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «ПК «Технострой» (далее – общество «ПК «Технострой», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 24.12.2015 требование общества «Уралтрансбанк» признано обоснованным, в отношении должника введено наблюдение, временным управляющим должника утверждён ФИО5

Решением суда от 18.04.2016 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО5

Конкурсный управляющий должника 17.04.2017 обратился

в арбитражный суд с заявлением о солидарном привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц - ФИО1, ФИО6, ФИО3, ФИО7 в размере

12 163 041 руб. 86 коп.

На основании ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены финансовый управляющий должника ФИО3 – ФИО8 (дело

№ А60-54412/2015), финансовый управляющий должника ФИО9 – ФИО5 (дело № А60-54411/2015), финансовый управляющий должника ФИО6 – ФИО10 (дело № А41- 93067/2015).

Определением суда от 03.08.2017 (судья Сушкова С.А.) заявление конкурсного управляющего ФИО5 удовлетворено частично. Солидарно с ФИО1, ФИО6, ФИО7 в пользу должника взысканы денежные средства в размере 10 091 601 руб. 86 коп.

В удовлетворении остальной части требования отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда

от 16.10.2017 (судьи Мармазова С.И., Нилогова Т.С., Романов В.А.) определение суда изменено. Заявление конкурсного управляющего

ФИО5 удовлетворено частично, солидарно с ФИО1 и ФИО6 в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника взысканы денежные средства в размере 10 091 601 рублей 86 копеек. В удовлетворении остальной части требований отказано.

В кассационной жалобе ФИО1 просит указанные судебные акты отменить в части привлечения его к субсидиарной ответственности, ссылаясь на неправильное применение норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Заявитель кассационной жалобы указывает на то, что участие

ФИО1 в договоре поручения не свидетельствует о том, что он являлся контролирующим должника лицом; отношения между должником в лице ФИО6 и банком длятся с 2012 года, кода ФИО1 не был учредителем или директором должника.

ФИО11 отмечает, что ФИО6 не передавал ему никакие первичные документы и товарно-материальные ценности должника, в том числе не передавал документы, подтверждающие списание товарно-материальных ценностей в производство.

Как указывает заявитель жалобы, бухгалтерская отчётность должника

с 2012 по 2014 годы сдавалась в налоговые органы наёмным ФИО12 бухгалтером ФИО13, впервые ФИО14 подготовил отчёт только во второй половине 2015 года.

По мнению ФИО14 вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Свердловской области от 11.05.2016 по делу

№ А60-3533/2016 не содержит вывода о нахождении у должника переданных

в залог товаров, ссылка на фотографии и акт не может однозначно свидетельствовать о наличии товара, который принадлежал должнику.

Как указывает заявитель жалобы, выбытие имущества из владение общества могло произойти при руководстве кого-то одного или ФИО14 и ФИО6, в связи, с чем возложенная ответственность на

ФИО14 является неправомерной.

ФИО14 считает, что конкурсным управляющим не доказано, что им предпринимались достаточные и разумные меры, направленные на истребование товаров от ФИО6, вопрос о том, имелись ли залоговые товары в реальности или существовали только на бумаге, не выяснен, конкурсным управляющим не приведено доводов, в чём конкретно выразилась невозможность формирования конкурсной массы.

Заявитель полагает, что судами неверно отклонен довод о пропуске заявителем установленного абз. 4 п. 5 ст. 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) срока для предъявления требования.

Законность обжалуемого судебного акта проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, согласно данных Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) полномочия единоличного исполнительного органа (директора) должника исполняли: ФИО6 в период с 01.10.2012 по 13.02.2013, ФИО1 в период с 14.02.2013 по 12.04.2016.

Между ФИО3, ФИО12, ФИО11 (доверители) и ФИО6 (поверенный) 28.01.2013 заключён договор поручения на привлечение заёмных денежных средств в интересах доверителей, по условиям которого доверители поручают поверенному от имени должника, в котором поверенный является директором и единственным участником, совершить ряд действий, в интересах с согласия и по поручению доверителей, в том числе:

- по заключению в интересах доверителей кредитных договоров

с обществом «Уралтрансбанк» на сумму 19 000 000 руб. (сроком на три года под 16% годовых), из которых: 16 000 000 руб. на приобретение недвижимого имущества, расположенного по адресу: Свердловская обл., г. Сысерть,

ул. Тимирязева, 41 (земельный участок и два расположенных на нем здания),

3 000 000 руб. для пополнения оборотных средств;

- по перечислению полученных кредитных средств от общества «Уралтрансбанк» в размере 16 000 000 руб. в пользу общества с ограниченной ответственностью «ТПК «Славянка» (далее – общество «ТПК «Славянка») на покупку недвижимого имущества;

- по заключению кредитного договора с Уральским филиалом открытого акционерного общества «ПЛЮС БАНК» на сумму 3 000 000 руб., обеспеченного залогом товаров в обороте, для пополнения оборотных средств должника;

- по заключению кредитного договора с закрытым акционерным обществом ВТБ 24 на сумму 4 000 000 руб., для пополнения оборотных средств должника;

- по аккумулированию денежных средств в сумме 10 000 000 руб. на расчётном счёте должника до продажи и регистрации в Управлении Федеральной налоговой службы по г. Екатеринбургу договором купли-продажи доли в уставном капитале должника доверителям, а именно ФИО12 и ФИО1 (после регистрации доверителей в качестве участников должника, они по своему усмотрению распоряжаются земными денежными средствами);

- по продаже доли в уставном капитале должника по номинальной стоимости ФИО12 (50% в уставном капитале - 5 000 руб.) и ФИО1 (50% в уставном капитале - 5 000 руб.) на следующий день после получения заемных денежных средств.

Во исполнение условий договора поручения поверенный, являясь руководителем должника, заключил с обществом «Уралтрансбанк» кредитный договор от 29.01.2013 № КК/87-2012 (кредитная линия с лимитом выдачи), получил денежные средства (на счёт организации) в размере 19 000 000 руб. и произвёл оплату приобретаемого у общества «ТПК «Славянка» недвижимого имущества в размере 16 000 000 руб.

В целях обеспечения исполнения должником как заёмщиком обязательств по возврату кредита по кредитному договору от 29.01.2013 № КК/87-2012 между обществом «Уралтрансбанк» (залогодержатель) и должником (залогодатель) заключён договор от 24.01.2013 № КК/87- 2012/1 залога товаров в обороте, согласно которому должник передаёт в залог строительные материалы на сумму 19 000 000 руб.

ФИО1 и ФИО12 приобрели у ФИО6 доли

в уставном капитале должника, о чём 15.02.2013 внесены соответствующие записи в ЕГРЮЛ. Кроме того поверенный передал доверителям печати, флешку с ключами и паролями по системе «Банк-клиент» по расчётному счету в обществе «Уралтрансбанк»; бухгалтерская документация и отчётность должника находилась и находится у доверителей.

Должник возвратил долг частично, в сумме 3 000 000 руб., прекратив

с ноября 2013 года исполнять обязательства по возврату суммы кредита и процентов за пользование кредитом.

Вступившим в законную силу решением Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 08.07.2015 по делу № 2-90/2015 с должника в пользу общества «Уралтрансбанк» взысканы денежные средства по договору

от 29.01.2013 № КК/87- 2012 в сумме 21 280 324 руб. 59 коп., в том числе:

16 000 000 руб. - основной долг, 5 249 324 руб. 59 коп. - проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные по 28.06.2015,

31 000 руб. судебных расходов по уплате госпошлины, обращено взыскание на недвижимое имущество должника.

Общество «Уралтрансбанк», ссылаясь на не исполнение должником указанного решения, 10.11.2015 обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

По состоянию на 31.03.2017 в реестр включена задолженность кредиторов на общую сумму 12 097 075 руб. 99 коп., из которых:

11 273 251 руб. 99 коп. – требования общества «Уралтрансбанк», 823 824 руб. – требования Федеральной налоговой службы России в лице Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы по Ленинскому району

г. Екатеринбурга (далее – уполномоченный орган). Задолженность по текущим платежам по состоянию на 31.03.2017 составляет 65 965 руб. 87 коп.

По расчёту конкурсного управляющего должника размер субсидиарной ответственности составляет 12 163 041 руб. 86 коп. (12 097 075 руб. 99 коп. + 65 965 руб. 87 коп.).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 15.02.2016

по делу № А60-54412/2015 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом) введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждён ФИО8

Решением Арбитражного суда Московской области от 13.01.2016 по делу № А41-93067/2015 в отношении ФИО6 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утверждён ФИО10

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 06.01.2017

по делу № А60-54411/2015 ФИО7 признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждён ФИО5

Ссылаясь на то, что в результате неэффективных и экономически необоснованных действий контролировавших должника лиц (ФИО1, ФИО6, ФИО12, ФИО3) у должника образовалась задолженность 21 280 324 руб. 59 коп. перед обществом «Уралтрансбанк», которая послужила основанием для признания должника банкротом, конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд

с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности на основании п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве бывшего руководителя должника и контролирующих должника лиц, в котором просил взыскать солидарно

с ФИО1, ФИО6, ФИО3,

ФИО7 в пользу должника в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника денежные средства в размере

12 163 041 руб. 86 коп.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего должника частично, взыскивая солидарно с ФИО1, ФИО6, ФИО7 в пользу должника денежные средства в размере

10 091 601 руб. 86 коп., отказывая в удовлетворении остальной части требования, суд первой инстанции исходил из обоснованности вышеизложенной позиции конкурсного управляющего должника;

ФИО6, ФИО1, как руководители должника не обеспечили надлежащую организацию и ведение бухгалтерского учёта должника, не приняли меры к сохранности имущества должника; ФИО6 допущено искажение бухгалтерской отчетности должника за 2012 год;

в результате ненадлежащего исполнения указанными лицами своих обязанностей, общество понесло убытки в виде выбытия товаров, являющихся предметом залога, в силу чего конкурсный управляющий не смог сформировать конкурсную массу и произвести расчёты с кредиторами должника; при определении размера ответственности судом учтено, что в рамках дела о банкротстве ФИО1 и ФИО3 произошло частичное погашение требования общества «Уралтрансбанк».

Изменяя определение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции исходил из недоказанности причинно-следственной связи между действиями привлекаемых к субсидиарной ответственности лиц и признанием должника банкротом и о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывших руководителей должника ФИО1 и ФИО6

Изучив доводы кассационных жалоб, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в пределах заявленных доводов о наличии оснований привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, суд кассационной инстанции оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции не усматривает.

В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до 28.06.2013) контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу. Арбитражный суд вправе уменьшить размер ответственности контролирующего должника лица, если будет установлено, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине контролирующего должника лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет контролирующего должника лица, привлеченного

к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Ответственность, предусмотренная п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности применительно к ст. 6 и 17 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ

«О бухгалтерском учёте» (далее – Закон о бухгалтерском учёте) и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию в соответствии

с требованиями ст. 64 и 126 Закона о банкротстве. Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника (постановление Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/2012).

В силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо - это лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью).

Исследовав обстоятельства настоящего дела, рассмотрев доводы и возражения участвующих в деле лиц, оценив представленные в материалы дела документы в их совокупности, суды установили, что ФИО1 в спорный период являлся директором и участником отношений по привлечению заемных денежных средств у общества «Уралтрансбанк»; им 15.02.2013 приобретена у ФИО6 доля в уставном капитале должника, осуществлялся фактический контроль за финансово-хозяйственной деятельностью общества; определялись действия должника по заключению кредитных договоров и приобретению недвижимого имущества, осуществлялось расходование денежных средства на цели не связанные с удовлетворением требований кредиторов и обеспечением хозяйственной деятельности должника. При этом ФИО6 и ФИО1 как руководители должника не обеспечили надлежащую организацию и ведение бухгалтерского учёта должника, не приняли меры к сохранности имущества должника, в результате ненадлежащего исполнения ими своих обязанностей общество понесло убытки в виде выбытия товаров, являющихся предметом залога, в силу чего конкурсный управляющий не смог сформировать конкурсную массу и произвести расчёты с кредиторами должника.

При изложенных обстоятельствах суды пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывших руководителей должника ФИО1 и ФИО6 на основании п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве.

Довод ФИО1 об отсутствии доказательств совершения им противоправных действий по доведению должника да банкротства подлежит отклонению, поскольку опровергается совокупностью установленных судами

по делу обстоятельств.

Так в бухгалтерской отчётности должника за 2012 год отражено наличие запасов на сумму 3 365 000 руб., стоимость товаров, переданных в залог,

в бухгалтерской отчётности не отражена, товары конкурсному управляющему не переданы.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 11.05.2016 по делу №А60-3533/2016 отказано

в удовлетворении исковых требований должника к обществу «Уралтрансбанк» о признании договора залога товаров в обороте от 29.01.2013 № КК/87-2012/1 незаключённым. Судом установлено, что предмет залога определён сторонами путём указания вида товаров (строительные материалы в ассортименте), установлена общая стоимость предмета залога (19 000 000 руб.), что соответствует ст. 432, п. 1 ст. 339, п.1 ст. 357 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 47 действовавшего на момент заключения договора Закона Российской Федерации от 29.05.1992 № 2872-1 «О залоге»). В материалы дела представлены не оспоренные должником надлежащим образом оформленные акты проверки заложенного имущества от 07.12.2012, копии фотографий товаров в обороте, сведения об остатках товарно-материальных ценностей на складах от 25.01.2013, содержание которых соответствует пояснениям конкурсного управляющего должника ФИО5 о том, что факт приобретения товаров залогодателем в период действия договора залога подтверждается договорами поставки, представленными в материалы дела, данными бухгалтерского баланса на 2013, 2014 годы. Судом при вынесении указанного решения учтено, что вступившим в законную силу решением Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 08.07.2015 по делу № 2-90/2015 удовлетворены исковые требования общества «Уралтрансбанк», в том числе об обращении взыскания на заложенное по договору залога от 29.01.2013 № КК/87-2012 имущество на сумму 19 000 000 руб., и истцом каких-либо возражений относительно заключённой договора залога не заявлялось. Напротив, в отзыве должник в лице директора ФИО1 указывал на наличие имущества – товаров, за счет которого ответчик был готов удовлетворить требования банка.

Кроме того, ФИО1 как руководителем должника не представлена бухгалтерская отчётность или иные первичные документы, не исполнена обязанность по передаче документов должника или совершение действий по принудительному истребованию таких документов, их восстановлению.

При этом судами, с учетом верно распределенного бремени доказывания обстоятельств спора, констатировано, что ФИО1 не смог представить обоснование того, что прекращения расчетов с кредиторами с ноября 2013 года произошло в силу наличия обстоятельств обусловленных исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.). Необходимо учитывать и цель получения кредита, заключающуюся в приобретении объекта недвижимости с последующим обслуживанием кредита за счет дохода извлекаемого от распоряжения и использования этого объекта, в то время как каких-либо доказательств погашения обществом «ПК «Технострой» задолженности перед обществом «Уралтрансбанк» с ноября 2013 года представлено не было.

Суд кассационной инстанции отмечает, что именно ФИО1 в силу занимаемого им положений единоличного исполнительного органа имел фактическую возможность контролировать распределение финансовых потоков, давать должнику обязательные для исполнения указания и иным образом определять его действия. С учетом изложенного подлежит отклонению его возражение о фактическом установлении контроля иными лицами

Довод заявителя кассационной жалобы о наличии у него исключительно формальных полномочий подлежит отклонению, поскольку опровергается материалами дела и установленными судами обстоятельствами. При этом, в любом случае, подобное поведение не означает потерю возможности оказания бывшим директором влияния на должника и не освобождает его от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенных обстоятельств, суд кассационной инстанции отклоняет довод заявителя кассационной жалобы о неправомерном привлечении его к субсидиарной ответственности совместно

с ФИО6 как необоснованный и несоответствующий материалам данного дела.

Довод заявителя жалобы о пропуске конкурсным управляющим срока давности на обращение с рассматриваемым заявлением являлись предметом рассмотрения судов обеих инстанций, получили надлежащую правовую оценку и обоснованно ими отклонены.

Согласно абз. 4 п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным 4 названной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока

по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Суд апелляционной инстанции правомерно установил, что срок исковой давности подлежит исчислению с 24.05.2016 – даты подачи заявления

о взыскании убытков. При этом процедура конкурсного производства введена 18.04.2016, а заявление подано 17.04.2017, то есть в пределах годичного срока исчисляемого с даты открытия конкурсного производства.

В силу ст. 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации регламентирующих производство в суде кассационной инстанции, суду кассационной инстанции при проверке судебных актов предоставлено право оценивать правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права. Проверочная инстанция не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной ст. 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.03.2013 № 13031/12).

Нарушений или неправильного применения судом апелляционной инстанции при разрешении спора норм материального и процессуального права, являющихся основаниями для отмены судебных актов (ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемое постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2017 подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда

от 16.10.2017 по делу № А60-53842/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий С.Н. Соловцов

Судьи А.В. Кангин

Н.А. Артемьева