Постановление от 21 апреля 2022 г. по делу № А32-54843/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-54843/2020
г. Краснодар
21 апреля 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 20 апреля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 21 апреля 2022 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Трифоновой Л.А., судей Малыхиной М.Н. и Ташу А.Х., при участии в судебном заседании, проводимом в режиме веб-конференции, от истца – акционерного общества «Югорская территориальная энергетическая компания – Региональные сети» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО1 (доверенность от 23.12.2021), от ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Магнитэнерго» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО2 (доверенность от 02.07.2021), рассмотрев кассационную жалобу акционерного общества «Югорская территориальная энергетическая компания – Региональные сети» на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 22.10.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2021 по делу № А32-54843/2020, установил следующее.

АО «Югорская территориальная энергетическая компания – региональные сети» (далее – истец, компания) обратилось в арбитражный суд с иском к ООО «Магнитэнерго» (далее – ответчик, общество) о взыскании 611 017 рублей 29 копеек неосновательного обогащения за период с марта по декабрь 2020 года.

Решением от 22.10.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 27.12.2021, в иске отказано.

В кассационной жалобе компания просит отменить судебные акты и удовлетворить иск. Заявитель считает, что стоимость услуг по передаче электроэнергии необоснованно оплачена ответчиком АО «Россети Тюмень», которое фактически не оказывало спорных услуг. Действующее законодательство гарантирует субъектам электроэнергетики соблюдение их экономических интересов в случае осуществления ими деятельности разумно и добросовестно и не запрещает сетевой организации получать плату за услуги по передаче электроэнергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, поступивших в ее законное владение в течение периода тарифного регулирования. Применение «котловой» модели тарифного регулирования не исключает риски, связанные с отклонением фактических величин от прогнозных, что может быть связано, в том числе с использованием объектов электросетевого хозяйства, поступивших в законное владение сетевой организации в течение периода регулирования, а также с появлением дополнительных или изменением существующих точек поставки. В отсутствие признаков злоупотребления правом появление в течение периода регулирования у сетевой компании новых точек поставки, не учтенных в тарифном решении, не препятствует этой сетевой компании получать оплату по тарифу, установленному на этот период регулирования. В данном случае дисбаланс выручки сетевой компании подлежит корректировке мерами тарифного регулирования в последующих периодах. Компания является наиболее уязвимой стороной и вопрос о порядке оплаты услуг по передаче электрической энергии должен решаться с учетом необходимости обеспечения баланса интересов всех лиц, участвующих в процессе передачи электроэнергии конечным потребителям. Определение получателя платы за услуги по передаче электроэнергии только лишь с точки зрения наличия затрат на содержание объектов электросетевого хозяйства в НВВ сетевой организации повлечет нарушение баланса интересов сторон. Учитывая возникающие у истца как у добросовестного приобретателя объектов электросетевого хозяйства, обоснованные расходы, оплата услуг по передаче электроэнергии должна производиться именно ему.

В отзыве на кассационную жалобу общество отклонило доводы компании.

Изучив материалы дела, доводы жалобы и отзыва, выслушав представителей сторон по делу, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 13.12.2012 компания (исполнитель) и общество (заказчик) заключили договор № 18601, по которому исполнитель обязался оказывать заказчику услуги по передаче электрической энергии посредством осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электрической энергии через технические устройства электрических сетей, принадлежащих исполнителю на праве собственности или ином установленном законом основании, а заказчик – принимать их и оплачивать в порядке, установленном договором (пункт 2.1 договора).

06 марта 2020 года истец и администрация городского поселения Талинка (далее – администрация) заключили договор по реализации инвестиционного проекта № 1, согласно которому администрация передала компании для проектирования и реконструкции объект – подстанцию 35/6 кВ «Талинка», расположенный по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, Октябрьский район, пгт. ФИО3, ЦПС «Южный».

В связи с этим компания обязалась обеспечить надлежащее функционирование подстанции 35/6 кВ «Талинка» и ее использование для передачи электрической энергии.

На момент заключения названного договора указанная подстанция находилась в пользовании у ООО «МинЭл» на основании договора аренды муниципального имущества от 01.11.2019 № 7.

06 марта 2020 года в рамках существующего технологического присоединения между ООО «МинЭл» и истцом переоформлен акт об осуществлении технологического присоединения № 15 с максимальной мощностью 5163 кВт и № 16 с максимальной мощностью 5163 кВт.

В свою очередь энергопринимающие устройства, обеспечивающие подачу электроэнергии в магазины «Магнит», расположенные в пгт. Талинка, были присоединены к сетям ООО «МинЭл», что подтверждается актами об осуществлении технологического присоединения, составленными ООО «МинЭл» и собственниками следующих энергопринимающих устройств:

– ММ «Майтон», ХМАО – Югра, Октябрьский район, пгт. Талинка, мкр. 1, д. 20, акт об осуществлении технологического присоединения от 14.03.2018 № 347;

– ММ «Рулай», ХМАО – Югра, Октябрьский район, пгт. Талинка, мкр. Центральный, д. 34, акт об осуществлении технологического присоединения от 04.06.2018 № 394;

– ММ «Шабина», ХМАО – Югра, Октябрьский район, пгт. Талинка, мкр. Центральный, д. 19, акт об осуществлении технологического присоединения от 16.01.2018 № 363.

Таким образом, у истца изменен состав потребителей, появились новые точки поставки электроэнергии, в отношении которых компания начала оказывать услуги по передаче электрической энергии с использованием указанных объектов электросетевого хозяйства.

27 апреля 2020 года после переоформления актов об осуществлении технологического присоединения от 06.03.2020 № 15, 16 ответчику направлено дополнительное соглашение от 21.04.2020 № 48 к договору оказания услуг по передаче электрической энергии от 13.12.2012 № 18601 о включении с 06.03.2020 названных точек поставки – ММ «Майтон», ХМАО – Югра, Октябрьский район, пгт. Талинка, мкр. 1, д. 20;

ММ «Рулай», ХМАО – Югра, Октябрьский район, пгт. Талинка, мкр. Центральный, д. 34; ММ «Шабина», ХМАО – Югра, Октябрьский район, пгт. Талинка, мкр. Центральный, д. 19.

14 октября 2020 года компания и ООО «МинЭл» заключили договор субаренды электросетевого имущества № 10560-ар/20, который распространяет свое действие на правоотношения сторон, возникшие с 23.05.2020 (пункт 9.1).

12 мая 2020 года от общества поступило письмо № К-3487/20 с уведомлением о том, что данные точки поставки включены в договор оказания услуг по передаче электроэнергии, заключенный с АО «Россети Тюмень», дополнительное соглашение не подписано.

Полагая, что в результате невключения в договор оказания услуг по передаче электроэнергии от 13.12.2012 № 18601 названных точек поставки и оказания истцом по данным точкам услуг по передаче электроэнергии с марта по декабрь 2020 года, на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение, компания обратилась в арбитражный суд с иском.

При разрешении спора суды руководствовались статьями 424, 779, 781, 1102, 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), Федеральным законом от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике), Федеральным законом от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях» (далее – Закон № 147-ФЗ), Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861), Основами ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178 (далее – Основы ценообразования), Правилами государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178 (далее – Правила № 1178), Методическими указаниями по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденными приказом Федеральной службы по тарифам от 06.08.2004 № 20-э/2 (далее – Методические указания), исследовав и оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

Услуги сетевых организаций по передаче электрической энергии подлежат государственному ценовому регулированию (пункт 1 статьи 424 Кодекса, статьи 4, 6 Закона № 147-ФЗ, пункт 4 статьи 23.1 Закона об электроэнергетике, пункты 6, 46 – 48 Правил № 861, подпункт 3 пункта 3 Основ ценообразования).

Согласно пункту 35 Правил № 1178 цены (тарифы) применяются в соответствии с решениями регулирующих органов, в том числе с учетом особенностей, предусмотренных нормативными правовыми актами в области электроэнергетики.

Конечные потребители оплачивают услуги по передаче электроэнергии по единому «котловому» тарифу, который гарантирует равенство тарифов для всех потребителей услуг, расположенных на территории субъекта Российской Федерации и принадлежащих к одной группе, и обеспечивает совокупную необходимую валовую выручку всех сетевых организаций региона, входящих в «котел».

Фактические затраты сетевых организаций в регионе различны, поэтому для получения положенной им экономически обоснованной необходимой валовой выручки (далее – НВВ) каждой паре сетевых организаций утверждается индивидуальный тариф взаиморасчетов, по которому одна сетевая организация должна передать другой дополнительно полученные денежные средства.

При этом тариф устанавливается так, чтобы обеспечить сетевой организации экономически обоснованный объем финансовых средств, необходимых для осуществления регулируемой деятельности в течение расчетного периода регулирования, то есть объем НВВ. Базовые величины для расчета ставок тарифов определяются исходя из характеристик объектов электросетевого хозяйства, находившихся в законном владении сетевой организации на момент принятия тарифного решения. Инициатором принятия тарифного решения является регулируемая организация, которая представляет в регулирующий орган исходные сведения для установления тарифа (Правила № 1178, раздел III Основ ценообразования, пункты 43, 44, 47 – 49, 52 Методических указаний).

Из приведенных норм права следует, что в основе тарифа лежит экономическое обоснование НВВ регулируемой организации. Распределение совокупной НВВ всех сетевых организаций региона посредством применения индивидуальных тарифов для смежных пар объективно обусловлено составом электросетевого хозяйства сетевых организаций и объемом перетока электроэнергии через объекты электросетевого хозяйства.

По общему правилу сетевые организации получают плату за услуги по передаче электроэнергии по установленным им тарифам по тем объектам электросетевого хозяйства, которые учитывались регулирующим органом при принятии тарифного решения. Такой порядок распределения совокупной НВВ экономически обоснован и обеспечивает баланс интересов сетевых организаций.

Законодательство не запрещает сетевой организации получать плату за услуги по передаче электроэнергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, поступивших в ее законное владение в течение периода регулирования, поскольку возникающий в этом случае дисбаланс корректируется впоследствии мерами тарифного регулирования (пункт 7 Основ ценообразования, пункт 20 Методических указаний).

Последствия поступления во владение сетевой организации объектов электросетевого хозяйства, состоявшегося после утверждения регулирующим органом тарифного решения на соответствующий период, и оказания сетевой организацией в этот период услуг по передаче электрической энергии, в том числе посредством использования таких объектов, находятся в зависимости от того, учтены ли расходы на содержание соответствующих объектов при установлении тарифов применительно к рассматриваемому периоду регулирования и, по сути, являются риском данной сетевой организации.

Если новые электросетевые объекты получены от иной сетевой организации (в порядке реорганизации юридического лица, по договорам купли-продажи, аренды, ссуды), являющейся участником того же «котла», то есть, когда при принятии тарифного решения регулятором устанавливался тариф на передачу электрической энергии, в том числе посредством их использования, то предполагается, что затраты на их содержание и эксплуатацию у обеих сетевых организаций (правопредшественника и правопреемника) равны, пока не доказано обратное.

В ситуации, когда новые электросетевые объекты получены сетевой организацией от иного владельца, то есть, когда при принятии тарифного решения регулятором не устанавливался тариф на передачу электрической энергии, в том числе посредством их использования, меняется механизм распределения денежных средств по единому («котловому») тарифу – его получателем становится сетевая организация, приобретшая указанные объекты.

В этом случае возникшая схема отношений не может влечь за собой изменения утвержденной регулирующим органом «котловой» модели распределения денежных средств и ограничить получение смежными сетевыми организациями необходимой НВВ, учтенной при установлении тарифов.

В силу пункта 46 Правил № 861 тарифы на услуги по передаче электрической энергии устанавливаются с учетом использования потребителями указанных услуг мощности электрической сети, к которой они технологически присоединены.

Согласно пункту 47 Правил № 861 заявленная мощность, используемая в целях установления тарифов на услуги по передаче электрической энергии, учитываемая в сводном прогнозном балансе производства и поставок электрической энергии (мощности) в рамках Единой энергетической системы России по субъектам Российской Федерации, определяется сетевой организацией в целях ее направления в Федеральную антимонопольную службу и органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов в следующем порядке: в случае, если в качестве потребителя услуг по передаче электрической энергии выступает сетевая организация, заявленная мощность определяется в соответствии с пунктом 38 указанных Правил; в иных случаях – заявленная мощность определяется на основании информации об объемах услуг по передаче электрической энергии потребителей услуг в предыдущих расчетных периодах, определяемых в соответствии с пунктом 15(1) названных Правил, а также на основании информации о максимальных мощностях энергопринимающих устройств, процедура технологического присоединения которых к объектам электросетевого хозяйства сетевой организации на момент направления информации в Федеральную антимонопольную службу и органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов не завершена.

Таким образом, тариф на оказание услуги по передаче электрической энергии устанавливается в зависимости от заявленной и подтвержденной сетевой организацией величины мощности электрической сети, к которой технологически присоединены потребители, учтенной в прогнозном балансе.

Суды установили, что ответчик (сбытовая компания) и ОАО «Тюменьэнерго» (в настоящее время – АО «Россети Тюмень»; сетевая компания) заключили договор оказания услуг по передаче электрической энергии от 10.10.2012 № МЭ-1, по условиям которого сетевая компания обязалась оказывать услуги по передаче электроэнергии и мощности путем осуществления организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электроэнергии через технические устройства электрических сетей, принадлежащих сетевой компании на праве собственности и (или) ином установленном федеральным законом основании, а сбытовая компания обязалась оплачивать услуги по передаче электроэнергии в порядке, установленном договором. Из приложения № 1 к дополнительному соглашению от 17.02.2020 № 23 к договору оказания услуг по передаче электрической энергии от 10.10.2012 № МЭ-1 следует, что ответчик и АО «Россети Тюмень» включили в перечень точек поставки ПС-35/6 кВ Талинка следующие точки: ММ «Майтон», ХМАО – Югра, Октябрьский район, пгт. Талинка, мкр. 1, д. 20; ММ «Рулай», ХМАО – Югра, Октябрьский район, пгт. Талинка, мкр. Центральный, д. 34; ММ «Шабина», ХМАО – Югра, Октябрьский район, пгт. Талинка, мкр. Центральный, д. 19.

Таким образом, в рассматриваемый период в отношении спорных точек поставки действовал договор оказания услуг по передаче электрической энергии от 10.10.2012 № МЭ-1, услуги по этим точкам оплачены ответчиком «котлодержателю» – АО «Россети Тюмень».

Суды также учли конкретные обстоятельства формирования схемы тарифного регулирования, действовавшей в 2020 году, в том числе то обстоятельство, что при формировании тарифа используемая потребителями услуг по передаче электрической энергии мощность по спорным точкам поставки в тарифе истца не учитывалась, поэтому в соответствии с утвержденным единым «котловым» тарифом ответчик оплатил услуги АО «Россети Тюмень».

Оплатив услуги по «котловому» тарифу, потребитель считается исполнившим свои обязательства, вследствие чего предъявление к нему требований об оплате услуг по передаче электрической энергии является необоснованным (определения Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2019 № 306-ЭС18-25562, от 28.06.2018 № 306-ЭС17- 23208).

При таких обстоятельствах, суды сделали вывод о том, что произошедшие изменения в составе электросетевого хозяйства истца не могут повлечь за собой изменение тарифной схемы расчетов.

По существу доводы кассационной жалобы сводятся к переоценке исследованных судами доказательств, что в силу главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не допускается в суде кассационной инстанции.

Нормы материального права применены судами к установленным по делу фактическим обстоятельствам правильно. Нарушения, предусмотренные статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлены.

Основания для отмены или изменения судебных актов по доводам кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 22.10.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2021 по делу № А32-54843/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.


Председательствующий

Л.А. Трифонова



Судьи

М.Н. Малыхина

А.Х. Ташу