Решение от 2 сентября 2025 г. по делу № А55-6402/2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД Самарской области

443001, <...>, тел. <***>


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №

А55-6402/2025
03 сентября 2025 года
г. Самара



Резолютивная часть решения объявлена 21.08.2025.

Решение в полном объеме изготовлено 03.09.2025.


Арбитражный суд Самарской области в составе судьи Рогулёва С.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Чупахиной А.О.,

рассмотрев в судебном заседании 21 августа 2025 года дело по иску

общества с ограниченной ответственностью «ПРОФ Логистика» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к акционерному обществу «АВТОВАЗ» (ОГРН <***>, ИНН <***>)    

третьи лица:

1) акционерное общество «Автовазтранс» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

2) ФИО1

3) общество с ограниченной ответственностью «Аполло» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

4) индивидуальный предприниматель ФИО2 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>)

о взыскании 91 113 руб. 20 коп.

при участии в заседании:

от истца – не явился, извещен;

от ответчика – ФИО3, доверенность от 09.12.2022 № 00001/487-Д;

от третьих лиц – не явились, извещены;

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ПРОФ Логистика» (далее – ООО «ПРОФ Логистика», истец) обратилось в Арбитражный суд Самарской области с исковым заявлением к акционерному обществу «АВТОВАЗ» (далее – АО «АВТОВАЗ», ответчик) о взыскании ущерба в размере 91 113 руб. 20 коп. (с учетом уточнения иска, принятого определением от 14.05.2025), а также судебных издержек, связанных с рассмотрением дела, в размере 19 000 руб. 00 коп.

Определением от 07.03.2025 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства; к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, суд привлек грузоотправителя - акционерное общество «Автовазтранс», водителя - ФИО1.

Определением от 02.04.2025 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства; к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Аполло».

Определением от 14.05.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, суд привлек индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – ИП ФИО2).

Истец и третьи лица в судебное заседание не явились, о времени и месте его проведения извещены надлежащим образом в соответствии с положениями статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

От истца и третьего лица ИП ФИО2 поступили дополнительные пояснения, которые приобщены к материалам дела на основании статьи 41 АПК РФ.

Представитель ответчика иск не признал по мотивам, изложенным в отзыве и дополнениях к нему.

Согласно части 6 статьи 121 АПК РФ лица, участвующие в деле, после получения определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, а лица, вступившие в дело или привлеченные к участию в деле позднее, и иные участники арбитражного процесса после получения первого судебного акта по рассматриваемому делу самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия мер по получению информации о движении дела, если суд располагает информацией о том, что указанные лица надлежащим образом извещены о начавшемся процессе.

На основании частей 1, 3, 5 статьи 156 АПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие представителей истца и третьих лиц и по имеющимся в деле материалам.

В обоснование предъявленных требований, истец ссылается на следующие обстоятельства.

ООО «ПРОФ Логистика» на основании заявки на перевозку груза № 353894 от 20.11.2024 оказало ООО «АВТ» транспортные услуги в интересах контрагента ООО «АМК» по перевозке груза по маршруту: грузоотправитель ООО «АМК», <...> -  грузополучатель АО «АВТОВАЗ», <...>, склад 1F428 - на транспортном средстве Volvo г/н <***> с полуприцепом г/н <***> в период с 20.11.2024 по 22.11.2024.

В ходе подготовки к разгрузке в результате автоматичного закрытия ворот склада 1F428 транспортное средство Volvo г/н <***> под управлением водителя ФИО1 получил повреждение переднего правого колеса (порез покрышки).

Прибывший на место происшествия сотрудник автоинспекции зафиксировал данный факт и по результатам проверки вынес определение серия 63 ХХ № 172208 от 22.11.2024 об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении водителя ФИО1 установив, что 22.11.2024 в 09 час. 00 мин. водитель ФИО1, управляя транспортным средством Volvo г/н <***>, получил повреждение транспортного средства в результате закрывания автоматических ворот. При этом нарушений ПДД в действиях ФИО1 не установлено.

В результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП) повреждена покрышка автомобиля марки MICHELIN модель X MULTI Z TL VG, размерность 385/65R22,5, производства 2023 года с износом 15%.

Согласно счету, выставленного ООО «Пауэр Интернэшнл-шины», цена вышеуказанной покрышки на 26.11.2024 составляет 89 000 руб. 00 коп.

В связи с тем, что повреждение транспортного средства произошел на складе АО «АВТОВАЗ», истец 26.11.2024 направил в адрес ответчика претензию с требованием о добровольном возмещении причиненного ущерба в размере 89 000 руб. 00 коп. Однако ответ на претензию не поступил.

Поскольку в рамках внесудебного порядка урегулировать спор не удалось, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

В ходе рассмотрения дела, истец самостоятельно для определения размера ущерба, причиненного в результате спорного происшествия, обратился в ООО «КЛАРС» для проведения внесудебного исследования, по результатам проведения которого в материалы дела представил подлинное экспертное заключение № 0840/25 от 27.03.2025. Эксперт пришел к выводу о том, что стоимость устранения дефектов, причиненных транспортному средству спорным событием, составляет 91 113 руб. 20 коп.

В связи с данными обстоятельствами истец увеличил размер исковых требований до 91 113 руб. 20 коп. ущерба на основании результатов внесудебного экспертного заключения, которое принято судом определением от 14.05.2025 в порядке части 1 статьи 49 АПК РФ.

Исследовав и оценив в силу статей 71, 162 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

На основании пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу статьи 1082 ГК РФ возмещение суммы причиненных убытков является способом возмещения вреда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками. Между противоправным поведением одного лица и убытками, возникшими у другого лица, чье право нарушено, должна существовать прямая (непосредственная) причинная связь. Недоказанность одного из указанных фактов свидетельствует об отсутствии состава гражданско-правовой ответственности.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в абзаце третьем пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, при обращении в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков, причиненных неправомерными действиями (бездействием) ответчика, заявитель должен доказать сам факт причинения убытков и их размер, неправомерность действий (бездействия) ответчика и наличие причинной связи между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими последствиями. Обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности ответчике.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных по делу доказательств. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 64, 65 и 168 АПК РФ).

Факт спорного события – повреждение 22.11.2024 транспортного средства Volvo г/н <***> в результате закрывания автоматических ворот № 66 склада 1F428 корпуса № 23, расположенного по адресу: <...>, подтверждается материалами дела, в частности, истребованными в порядке статьи 66 АПК РФ материалами административного дела по факту ДТП, и ответчиком не оспаривался.

Место происшествия является территорией АО «АВТОВАЗ», что также не оспаривалось со стороны ответчика, как и факт принадлежности спорных автоматических ворот.

Возражая против иска, ответчик в качестве одного из доводов указывал на то, что иск предъявлен ненадлежащим лицом, поскольку ООО «ПРОФ Логистика» является арендатором транспортного средства, в то время как предъявлять требование о возмещении ущерба вправе только собственник транспортного средства, в данном случае ИП ФИО2

Кроме того, ответчик ссылался на отсутствие доказательств реальности арендных отношений между ООО «ПРОФ Логистика» и ИП ФИО2, в частности, указал, что договор аренды транспортного средства, приложение № 1 и акт приема-передачи к нему составлены раньше, чем было выпущено транспортное средство, на которым повреждено колесо, тем самым договор и приложение к нему являются недостоверными и, как следствие, недопустимыми доказательствами по делу.

Рассмотрев данные доводы ответчика, суд пришел к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что ООО «ПРОФ Логистика» на основании договора купли-продажи № 7 от 21.06.2023 приобрело у ООО «Нара Авто Транс» транспортное средство седельный тягач Volvo FH-Truck, год выпуск: 2023, VIN: <***>, которое впоследствии продал ФИО2 на основании договора купли-продажи № 9 от 30.06.2023 (акт приема-передачи от 21.07.2023).

В материалы дела также представлено СТС на транспортное средство, где собственником указан ФИО2

При этом между ИП ФИО2 (арендодатель) и ООО «ПРОФ Логистика» (арендатор) заключен договор аренды транспортного средства № 1 от 07.06.2021.

Согласно условиям данного договора аренды арендодатель от своего имени предоставляет транспортные средства, указанные в приложении № 1 (пункт 1.1). Передача транспортных средств осуществляется после оформления акта приема-передачи, подписанного сторонами (пункт 1.3).

Спорное транспортное средство седельный тягач Volvo г/н <***> значится под номером 15 приложения № 1 и акта приема-передачи, полуприцеп г/н ВР6089/63 – под номером 37.

Как пояснил представитель истца, арендные отношения сторон носят длительный характер, приложение № 1 и акт приема-передачи, являющиеся неотъемлемой частью договора, не содержат даты их составления, и в силу достигнутого между сторонами соглашения, изменяются и дополняются по мере выбывания либо прироста количества транспортных средств в рамках ранее заключенного договора.

Привлеченный к участию в дело в качестве третьего лица ИП ФИО2 подтвердил факт действующих арендный отношений с истцом, в частности, передачу истцу на праве аренды спорного транспортного средства с полуприцепом.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу, что фактическое наличие арендных правоотношений подтверждается не только договором, но и совокупностью иных документов, представленных в дело, о фальсификации которых ответчик не заявил.

Следовательно, материалами дела подтверждается на дату спорного события (22.11.2024) транспортное средство седельный тягач Volvo FH-Truck, год выпуск: 2023, VIN: <***>, г/н <***> с полуприцепом г/н <***>, принадлежащее на праве собственности ИП ФИО2, находилось на праве аренды у истца.

Пунктом 6.8 договора аренды предусмотрено полное возмещение арендатором ущерба, причиненного арендодателю в результате повреждения или порче узлов, агрегатов, колес, автошин автомобиля.

Кроме того, как указали истец и ИП ФИО2 в своих пояснениях, в ходе переговоров между арендатором и арендодателем достигнуто соглашение о возмещении ущерба, связанного с утратой автошины, после рассмотрения данного дела в суде и получения денежных средств от непосредственного причинителя ущерба.

Таким образом, сторонами определено, что у ООО «ПРОФ Логистика» в рамках указанного договора перед ИП ФИО2 возникли обязательства по возмещению стоимости автошины, поврежденной воротами ответчика.

Согласно правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, изложенной в определении от 15.07.2008 № 475-О-О,  сами по себе положения статьи 1064 ГК РФ направлены на защиту прав потерпевших в деликтных обязательствах, не препятствуют возмещению вреда, причиненного не собственнику, а законному владельцу имущества, и не могут рассматриваться как нарушающие какие-либо конституционные права и свободы.

Вопреки доводам ответчика, право требовать возмещения убытков наряду с собственником принадлежит и титульному владельцу (в том числе арендатору), отношения между которыми регулируются условиями договора аренды, проанализировав которые в части обязанностей арендатора, суд пришел к выводу о том, что именно он является надлежащим истцом по заявленным требованиям.

На основании вышеизложенного, доводы ответчика в данной части подлежат отклонению, как основанные на неверном толковании норм материального права и фактических обстоятельств дела.

Возражая против предъявленных требований, ответчик также ссылался на недоказанность истцом совокупности условий для наступления деликтной ответственности.

Так, ответчик указал, что причиной случившегося послужила грубая неосторожность самого водителя, которая выразилась в неоднократных маневрах при заезде в ворота, при этом ворота находились в пригодном для работы состоянии, влияющие на передвижение полотна ворот механические повреждения отсутствовали, своей стороны ответчик ознакомил водителя с Правилами пропускного и внутриобъектового режима АО «АВТОВАЗ», в том числе ему выдавалась «Памятка для водителей транспортных средств по безопасности дорожного движения на территории АО «АВТОВАЗ», где сообщалось о потенциально опасных местах на территории завода, к которым относятся транспортные ворота производственных корпусов.

В ходе внутренней служебной проверки по факту спорного события, проведенной ответчиком, было установлено, что инцидент произошел с воротами № 66 корпуса 023 ПТО АО «АВТОВАЗ» 22.11.2024. На воротах № 66 корпуса 23 (инвентарный № 0111012300000000) со схемой электрической принципиальной имеется 3 путевых выключателя: «главный путевой выключатель» останавливает движение ворот в любом положении, установлен на калиточной части ворот; два других «путевых выключателя» отвечают за крайние положения ворот (открыто и закрыто). Ворота № 66 технически исправны, об этом свидетельствует акт о техническом состоянии ворот от 25.11.2024. Указанный акт был составлен подрядной организацией ООО «Аполло», осуществляющей обслуживание данных ворот, отвечающей за их техническое состояние в рамках заключенного с АО «АВТОВАЗ» договора № 963970 от 25.03.2022, пролонгированного на 2024 год дополнительным соглашением № 1. В результате проверки технического состояния открытых ворот № 66, установленных в корпусе 23 ПТО АО «АВТОВАЗ», было выявлено, что ворота откатные подвесные имеют мелкие механические повреждения, не влияющие на передвижение полотна ворот. Состояние элементов, составляющих ворота № 66 технически исправное, хорошее либо удовлетворительное, износ элементов, входящих в ворота, незначительный. Ворота работали в установленном штатном режиме. На воротах размещена информационная табличка, сообщающая водителям о том, что ворота являются автоматическими, то есть открытие ворот происходит в автоматическом режиме без участия человека. Закрытие ворот происходит автоматически по прошествии 40 секунд.

Как впоследствии пояснил ответчик, в ПТО АО «АВТОВАЗ» действует приказ № 47 от 10.06.2024 «О закреплении ворот за ответственным в корпусах 023, 11 ПТО АО «АВТОВАЗ»», в соответствии с которым назначено ответственное лицо за ворота № 66 в части содержания ворот в исправном состоянии, осуществления их ремонта. При этом приказов по производству по ответственным лицам за встречу автомобилей, иных документов, определяющих ответственных лиц за въезд грузовых транспортных средств, в производстве нет.

Таким образом, на месте происшествия в момент въезда водителем ФИО1 на спорном грузовом транспортном средстве в ворота АО «АВТОВАЗ» отсутствовал сотрудник последнего, что следует из материалов административного дела, материалов внутренней служебной проверки и подтверждается пояснениями участников дела, в том числе самого ответчика.

При этом, согласно пояснениям ответчика, в устройстве спорных автоматических ворот отсутствует конструкция, содержащая фотоэлемент, препятствующий закрытию ворот в момент проезда транспортного средства или нахождения транспортного средства в проеме ворот. Иными словами после открытия ворот у водителя имеется ограниченное время (40 секунд) чтобы заехать в них, после чего ворота закроются вне зависимости от того успел водитель завершить заезд в ворота или нет.

По своей сути позиция ответчика сводится к тому, что водитель должен был предвидеть автоматическое закрытие ворот по прошествии определенного времени, в связи с чем предпринять меры для быстрого въезда в ворота, что, по мнению ответчика, водителем истца сделано не было, в связи с чем и произошло столкновение ворот с транспортным средством.

Данную позицию ответчика суд оценивает критически, поскольку из материалов административного дела по факт ДТП следует, что в действиях водителя ФИО1 нарушений правил ПДД не установлено, обратное не доказано. Суд, напротив, расценивает предпринятые действия водителя как направленные на избежание столкновения транспортного средства с воротами. При этом причиной происшествия стало именно автоматическое движение самих ворот, направленное на их закрытие, в результате чего произошло столкновение с транспортным средством. Причина повреждения транспортного средства ответчиком не опровергнута.

Доводы ответчика о том, что он не совершал противоправных действий ссылаясь на автоматическую работу ворот, отклоняются судом, как несостоятельные, поскольку любое причинение вреда презюмируется противоправным (принцип генерального деликта) (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.07.2010 № 4515/10 по делу № А38-2401/2008).

Нарушение со стороны ответчика в рассматриваемой ситуации выразилось в ненадлежащей организации работы автоматических ворот, в частности, в установлении режима их работы, в том числе в части их открытия/закрытия, что входит в зону ответственности непосредственно ответчика.

Ответчик, в свою очередь, не представил доказательств, свидетельствующих о проявлении им должной степени заботливости и осмотрительности при работе ворот в период происшествия, организации их работы в автоматическом режиме. При этом судом учитывается, что вышеописанный режим работы автоматических ворот является несвойственным для организации дорожного движения, поскольку автомобиль, как технически сложное устройство, может непредвиденно остановиться по целому ряду причин (поломка двигателя и т.д.), или в связи с обнаружением помех для движения (например пешеходов), что должно быть учтено добросовестным владельцем склада при организации заезда.

Признавая противоправность действий ответчика и причинно-следственную связь между действиями ответчика и причиненными истцу спорным событием убытками доказанными, суд исходит из возникновения повреждений транспортного средства в момент автоматичного закрытия ворот, что ответчик не оспаривал, соответственно, причинения истцу вреда имуществом ответчика, который как собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества (статья 210 ГК РФ), а также отвечает за причиненным им вред третьим лицам.

ООО «ПРОФ Логистика», предъявляя иск к АО «АВТОВАЗ», исходил из причинения ему вреда именно имуществом данного лица.

Положения пункта 1 статьи 1064 ГК РФ направлены не на ограничение, а на защиту конституционных прав граждан, поскольку согласно этой норме они имеют возможность получить возмещение вреда непосредственно от причинителя вреда.

С учетом изложенного, суд констатировал, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вопреки доводам ответчика доказательств грубой неосторожности самого водителя (статья 1023 ГК РФ) в дело не представлено. Оценка ответчиком действий водителя в виде неоднократных маневров при въезде в ворота как непрофессиональные и неосмотрительные носит сугубо субъективных характер.

В рамках общих оснований ответственности за причинение вреда закреплена презумпция вины его причинителя, бремя доказывания невиновности возлагается на причинителя вреда (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29.03.2016 № 641-О).

Надлежащих доказательств отсутствия своей вины в возникновении убытков у истца ответчик в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ не представил.

При таких обстоятельствах суд счел, что в рассматриваемой ситуации ответчик как собственник спорных автоматических ворот, которыми причинены повреждения транспортному средству истца, является непосредственным примирителем вреда, при этом материалами дела установлена совокупность всех условия для наступления деликтной ответственности в виде возмещения убытков, а именно: событие и наступление вреда по вине ответчика; причинная связь между ненадлежащим исполнением ответчиком обязанности по организации работы ворот, произошедшим ДТП и повреждением имущества истца.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В соответствии с частью 1 статьи 82 АПК РФ, для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

В абзаце втором пункта 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» разъяснено, что в случае если такое ходатайство не поступило или согласие не было получено, оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статьи 65 АПК РФ о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

С учетом наличия возражений по размеру убытков, суд определениями неоднократно предлагал ответчику рассмотреть вопрос о назначении судебной экспертизы, разъяснил последствия не заявления такого ходатайства. Однако свое право ответчик не реализовали, такое ходатайство от него не поступило. Контррасчет убытков также не представил.

Дополнительно ответчик пояснил (ходатайство о приобщении дополнительных документов от 05.08.2025, л.д. 95-96), что  согласно письму ПТО № 1F000/341 от 08.07.2025, подписанному директором производства, основания в подготовке контррасчета и целесообразности проведения судебной экспертизы отсутствуют.

Представитель ответчика в судебных заседаниях также пояснял об отсутствии намерения обратиться в суд с ходатайством о назначении судебной экспертизы.

При таких обстоятельствах суд счел возможным рассмотреть дело по имеющимся доказательствам.

В подтверждение несения убытков в заявленном размере, истцом представлено экспертное заключение № 0840/25 от 27.03.2025, в котором эксперт пришел к выводу о том, что стоимость устранения дефектов, причиненных транспортному средству спорным событием, составляет 91 113 руб. 20 коп.

Заключение эксперта соответствует действующему законодательству, каких-либо неточностей, неясностей либо неправильности в расчетах, не установлено, приведенное в заключении описание хода и результатов исследования свидетельствует о том, что выводы эксперта являются научно обоснованным итогом применения им собственных специальных знаний, в  связи с чем суд признает его надлежащим доказательством и оценивает наряду с другими доказательствами, представленными в материалы дела.

Ответчиком и иными лицами иной расчет, справедливый по их мнению, не представлен.

Доводы ответчика о наличии в действиях истца признаков недобросовестности суд отклоняет, поскольку в силу положений закона о деликной ответственности бремя доказывания размера убытков лежит именно на истце, для чего им были совершены соответствующие мероприятия для получения внесудебного заключения.

При этом ответчик своими процессуальными правами в данной части не воспользовался, в связи с чем принял на себя соответствующие риски.

С учетом изложенного, суд констатировал, что представленное истцом заключение в достаточной степени подтверждает размер убытков с учетом обстоятельств настоящего дела. Оснований полагать, что ответчиком были причинены убытки в меньшем размере, чем заявлено истцом, у суда не имеется.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о доказанности совокупности условий, необходимых для привлечения ответчика к ответственности, предусмотренной статьями 15 и 1064 ГК РФ, в связи с чем иск подлежит удовлетворению в полном размере 91 113 руб. 20 коп.

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика судебных издержек, связанных с рассмотрением дела, в размере 19 000 руб. 00 коп., состоящих из судебных расходов на оплату услуг представителя (15 000 руб.) и расходов на независимую экспертизу (4000 руб.).

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В соответствии со статьей 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Статьей 106 АПК РФ установлено, что к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

На основании статьи 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу или в определении.

Право на возмещение судебных расходов возникает при условии фактического несения стороной затрат, связанных с рассмотрением дела в арбитражном суде. При разрешении вопроса о возможности возмещения судебных расходов суд самостоятельно определяет разумные пределы взыскания расходов с другого лица, участвующего в деле, исходя из оценки доказательств их подтверждающих.

В пункте 20 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.08.2004 № 82 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя могут приниматься во внимание в частности: нормы расходов на служебные командировки, установленные правовыми актами; стоимость экономных транспортных услуг; время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист; сложившаяся в регионе стоимость оплаты услуг адвокатов; имеющиеся сведения статистических органов о ценах на рынке юридических услуг; продолжительность рассмотрения и сложность дела.

В пункте 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.12.2007 № 121 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах» разъяснено, что лицо, требующее возмещение расходов на оплату услуг представителя доказывает их размер и факт выплаты, другая сторона вправе доказывать их чрезмерность.

Из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 04.10.2012 N 1851-О следует, что при разрешении вопроса о взыскании заявленных к возмещению расходов, как указанных, так и не указанных в статье 106 АПК РФ, требуется судебная оценка на предмет их связи с рассмотрением дела, а также необходимости, оправданности и разумности.

Доказательства, подтверждающие разумность расходов на оплату услуг представителя, должна представить сторона, требующая возмещения указанных расходов (статья 65 АПК РФ).

Обязанность арбитражного суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного, чрезмерного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации.

Суд обязан проверить реальность и обоснованность затрат, предъявленных к взысканию в качестве судебных расходов, на основе оценки надлежащих документальных доказательств.

Взыскание расходов на оплату услуг представителя и юридических услуг, понесенных лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является элементом судебного усмотрения, направленного на пресечение злоупотреблений правом и на недопущение взыскания необоснованных или несоразмерных нарушенному праву сумм.

В обоснование фактического несения судебных расходов в материалы дела представлены: акт-расчет объема и стоимости оказанной юридической помощи от 27.02.2025 и квитанцию на сумму 15 000 руб. 00 коп., подписанные между адвокатом Болдыревым Д.Е. и директором ООО «ПРОФ Логистика».

Материалами дела подтверждается, что представление интересов истца в суде (участие в судебных заседаниях, подготовку процессуальных документов) осуществлял представитель по доверенности Болдырев Д.Е.

Согласно пункту 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.01.2016 N 1), разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ).

В пункте 13 постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 № 1 разъяснено, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Поскольку фактически понесенные истцом судебные расходы на оплату услуг представителя подтверждены документально и ответчиком не опровергнуты, рассмотрев представленные истцом документы, оценив заявленные требования по принципу разумности и обоснованности, приняв во внимание характер спора, объем работы, выполненной представителем, участие в заседаниях, суд пришел к выводу о том, что судебные издержки в размере 15 000 руб. 00 коп. являются обоснованными и отвечающими требованиям разумности, их чрезмерность не усматривается.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 N 1 к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статья 106 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления (далее также - иски) в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы, связанные с легализацией иностранных официальных документов, обеспечением нотариусом до возбуждения дела в суде судебных доказательств (в частности, доказательств, подтверждающих размещение определенной информации в сети "Интернет"), расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность.

В случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка (например, издержки на направление претензии контрагенту, на подготовку отчета об оценке недвижимости при оспаривании результатов определения кадастровой стоимости объекта недвижимости юридическим лицом, на обжалование в вышестоящий налоговый орган актов налоговых органов ненормативного характера, действий или бездействия их должностных лиц), в том числе расходы по оплате юридических услуг, признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (статьи 94, 135 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 106, 129 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статьи 106, 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (пункт 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1).

Таким образом, расходы на оценку ущерба в сумме 4000 руб., понесенные собственником транспортного средства (доказательства фактического несения приложены к ходатайству о приобщении доказательств от 31.03.2025), обратившегося в суд в силу статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений, приведенных в пункте 2, пункте 4 постановление Пленума ВС РФ от 21.01.2016 N 1, являются его судебными издержками, которые подлежат отнесению на ответчика как на проигравшую сторону.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины в размере 10 000руб. 00 коп. подлежат отнесению на ответчика.

Таким образом, на ответчика как проигравшую сторону относятся судебные расходы в общем размере 29 000 руб. 00 коп. (15 000 руб. 00 коп. судебных расходов на оплату услуг представителя + 4000 руб. 00 коп. расходов на независимую экспертизу + 10 000 руб. 00 коп. расходов по оплате государственной пошлины).

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-170, 176, 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества «АВТОВАЗ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ПРОФ Логистика» (ОГРН <***>, ИНН <***>) ущерб в размере 91 113 руб. 20 коп., а также судебные расходы в размере 29 000 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г. Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.


Судья                                                                                                                               С.В. Рогулёв