Постановление от 28 августа 2019 г. ФАС СЗО (ФАС Северо-Западного округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

29 августа 2019 года

Дело №

А13-11159/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 27 августа 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 августа 2019 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Боровой А.А., судей Колесниковой С.Г., Маркина С.Ф.,

при участии ФИО1 - конкурсного управляющего индивидуального предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (паспорт), от ФИО3 представителей ФИО4 (доверенность от 02.05.2019), ФИО5 (доверенность от 11.01.2019), ФИО6 (доверенность от 15.10.2018), ФИО7 (доверенность от 15.10.2018), от акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» ФИО8 (доверенность от 21.07.2017), от общества с ограниченной ответственностью «Северлесстрой» ФИО9 (доверенность от 04.09.2018,

рассмотрев 27.08.2019 в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 - конкурсного управляющего индивидуального предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 - и общества с ограниченной ответственностью «Северлесстрой» на постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.06.2019 (судьи Виноградов О.Н., Писарева О.Г., Шумилова Л.Ф.) по делу № А13-11159/2015,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 26.08.2015 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2.

Определением от 01.10.2015 в отношении индивидуального предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО1.

Решением от 21.01.2016 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим имуществом ФИО2 утверждена ФИО1

В рамках данного дела о банкротстве конкурсный управляющий обратилась в суд с заявлением, в котором просила признать недействительными следующие сделки должника:

- заключенный с индивидуальным предпринимателем ФИО3 договор от 12.08.2015 (далее - договор от 12.08.2015) о передаче прав и обязанностей по договору аренды лесного участка от 19.09.2008 № 02-02-16/208/2008 (далее - договор аренды) между ФИО2 (арендатором) и Департаментом лесного комплекса Вологодской области (арендодателем; далее - Департамент);

- дополнительное соглашение от 14.08.2015 о внесении изменений в договор аренды (далее - дополнительное соглашение).

Определением от 13.04.2019 договор от 12.08.2015 и дополнительное соглашение признаны недействительными, в порядке применения последствий недействительности сделок суд восстановил ФИО2 в правах арендатора по договору аренды.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.06.2019 определение от 13.04.2019 отменено, в удовлетворении заявления конкурсному управляющему отказано.

В кассационных жалобах ФИО1 и конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью «Северлесстрой» (далее - ООО «Северлесстрой») просят отменить постановление от 13.06.2019 и оставить в силе определение от 13.04.2019.

По мнению конкурсного управляющего, в материалы дела представлены надлежащие доказательства совершения сделок с целью безвозмездного вывода актива должника во вред его кредиторам.

ФИО1 и ООО «Северлесстрой» считают ошибочным и основанным на неверном толковании норм материального права вывод апелляционного суда о невозможности включения имущественного права - права аренды лесного участка - в конкурсную массу и его реализации на торгах.

Податели кассационных жалоб не согласны с выводом апелляционного суда о том, что мнение представителя Департамента относительно согласия или несогласия последнего на реализацию спорного имущественного права на торгах в процедуре конкурсного производства может быть положено в основание отказа в признании сделок недействительными.

По мнению ФИО1 и ООО «Северлесстрой» суд первой инстанции установил обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения данного спора, и, правильно применив нормы материального права, сделал обоснованный вывод о недействительности оспариваемых сделок, оснований для отмены определения от 13.04.2019 у апелляционного суда не имелось.

В отзывах на кассационные жалобы Департамент и ФИО3 просили оставить без изменения обжалуемое постановление.

Конкурсный кредитор акционерное общество «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее – Банк) в отзыве поддержал доводы, приведенные конкурсным управляющим должника и ООО «Северлесстрой».

В судебном заседании конкурсный управляющий ФИО1, представители Банка и ООО «Северлесстрой» поддержали доводы, изложенные в кассационных жалобах, а представители ФИО3 возражали против их удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в соответствии с частью 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили.

Законность определения от 13.04.2019 и постановления от 13.06.2019 проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами, на основании договора аренды Департамент передал ФИО2 в аренду для осуществления деятельности по заготовке древесины лесной участок площадью 4416 га, находящийся в Бабаевском лесничестве Вологодской области (далее - лесной участок).

По договору от 12.08.2015 ФИО2 обязался передать ФИО3 с согласия Департамента все права и обязанности по договору аренды. Условия об оплате уступленных по договору аренды прав сторонами данного договора не согласованы.

Департамент, ФИО2 и ФИО3 14.08.2015 заключили дополнительное соглашение, которым заменили в обязательстве по договору аренды арендатора - ФИО2 - на ФИО3

Конкурсный управляющий обратилась в суд с заявлением о признании указанных сделок недействительными, ссылаясь на положения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

ФИО1 поясняла, что договор от 12.08.2015 заключен после обращения Банка в суд с заявлением о признании должника банкротом с целью вывода актива должника по безвозмездной сделке.

Возражая относительно заявленного к ней требования, ФИО3 указал, что стороны действовали в соответствии с ранее заключенным предварительным договором от 01.03.2013; начиная с 2010 года он своими силами и за свой счет по устной договоренности с ФИО2 выполнял обязанности арендатора, а именно работы по охране, защите и воспроизводству лесов на лесном участке.

Департамент также возражал против удовлетворения заявления конкурсного управляющего, указывал, что договор заключен в условиях соблюдения нормативно определенной процедуры на основании решения комиссии от 06.08.2015; воля сторон договора аренды была направлена на прекращение отношений по этому договору и такой актив не мог быть внесен в конкурсную массу.

Конкурсный управляющий должника в письменной форме заявила о фальсификации представленных ФИО3 предварительного договора от 01.03.2013 и акта от 03.08.2015 выполненных работ (далее - акт).

Суд первой инстанции для проверки данного заявления назначил экспертизу давности составления документов.

По результатам проведения экспертизы сделаны выводы о несоответствии даты составления предварительного договора указанной в нем дате, выполнении подписей ФИО2 и ФИО3 на договоре и акте значительно позднее, осуществления агрессивного светового и химического воздействия на исследуемые документы.

В целях установления рыночной стоимости права аренды лесного участка по состоянию на 12.08.2015 суд первой инстанции по ходатайству конкурсного управляющего назначил соответствующую экспертизу и привлек для получения консультации по данному вопросу специалистов.

Суд первой инстанции отклонил доводы Департамента и ФИО3 о невозможности включения спорного актива в конкурсную массу должника.

Оценив в совокупности и взаимосвязи собранные по делу доказательства, в том числе заключение эксперта, пояснения специалистов, документы бухгалтерского учета и отчетности индивидуального предпринимателя ФИО3 за 2014, 2015 годы, суд установил, что рыночная стоимость права аренды составляла не менее 11 млн. руб.

На этом основании суд пришел к выводу о том, что в результате отчуждения имущественного права в безвозмездном порядке должником, находившимся в предбанкротном состоянии, его кредиторам причинен вред.

Суд также заключил, что, совершая сделку на таких условиях, будучи осведомленным о возможном извлечении прибыли в значительном размере от использования лесного участка, и являясь субъектом предпринимательской деятельности, ФИО3 фактически не мог не понимать, что целью вывода ценного актива из конкурсной массы являлось причинение вреда кредиторам должника, в том числе Банку, уже обратившемуся в суд с заявлением о банкротстве ФИО2

В этой связи суд пришел к выводу о наличии оснований для признания сделок недействительными по правилам пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд не согласился с выводом суда первой инстанции о возможности включения спорного актива в конкурсную массу и, сославшись на разъяснения, приведенные в пункте 44 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2018 (далее - Обзор), указал, что отчуждением имущественного права с согласия Департамента не мог быть причинен вред кредиторам должника.

Между тем, апелляционным судом не учтено следующее.

По мнению суда кассационной инстанции, является ошибочным вывод апелляционной инстанции о невозможности включения спорного актива в конкурсную массу данного должника.

Сведения о наличии на дату заключения оспариваемых сделок задолженности ФИО2 перед Департаментом по внесению арендной платы, равно как и выражения последним намерения на расторжение договора аренды с названным арендодателем в материалы дела не представлены.

Заключение соглашения о перенайме также не свидетельствует о направленности воли арендатора на прекращение права аренды и возврат имущества собственнику.

При таком положении ссылка суда апелляционной инстанции на разъяснения, приведенные в пункте 44 Обзора, необоснованна, так как обстоятельства разрешенного Верховным Судом Российской Федерации дела отличны от настоящего дела.

Вопреки доводам ФИО3 и Департамента в данных условиях согласие последнего на включение права аренды в конкурсную массу должника не требуется; передача прав и обязанностей по договору аренды не зависит от мнения представителя Департамента, так как данный вопрос разрешается в порядке, установленном Лесным кодексом Российской Федерации и приказом Департамента от 28.07.2009 № 451.

Таким образом, поскольку договор аренды не был расторгнут сторонами в установленном порядке, вывод апелляционного суда о невозможности включения актива в конкурсную массу сделан при неправильном применении норм материального права.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть признана арбитражным судом недействительной сделка, совершенная после принятия указанного заявления, при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) соглашение о перенайме предусматривает одновременную передачу бывшим арендатором новому всех прав и обязанностей по договору аренды и потому представляет собою сделку по передаче договора (статья 392.3 ГК РФ).

В силу установленной пунктом 3 статьи 423 ГК РФ презумпции названная договорная конструкция является возмездной.

Вместе с тем, следует учитывать и специфику возникновения отношений по аренде лесного участка, в силу которых арендодатель с желающих принять такое имущество в аренду участников гражданского оборота может взимать плату за вступление с ним в хозяйственные отношения по поводу конкретного предмета пользования. Возможность установления подобного рода платы зависит, прежде всего, от экономических законов спроса и предложения, то есть от того, что в конкретный момент времени более ценно - деньги как наиболее ликвидный актив либо право пользования определенной вещью.

В рамках настоящего спора по ходатайству конкурсного управляющего проведена судебная экспертиза с целью установления рыночной стоимости права аренды лесного участка, по результатам которой экспертом сделан вывод о том, что цена такого права на свободном рынке может превышать 11 млн. руб. Достоверность выводов эксперта поддержана привлеченными к содействию в осуществлении правосудия в порядке статьи 87.1 АПК РФ специалистами.

Суд первой инстанции на основании анализа документов бухгалтерского учета и отчетности предпринимателя ФИО3 установил также, что после заключения оспариваемых сделок последний получил доход в значительном размере от осуществления деятельности по лесозаготовке.

Довод ФИО3 о внесении им платы по договору совершением в 2010 - 2015 годах за свой счет действий по сохранности и воспроизводству лесов на лесном участке обоснованно отклонен судом первой инстанции как неподтвержденный надлежащими доказательствами.

Представленный ответчиком предварительный договор признан недостоверным доказательством ввиду признания обоснованным заявления конкурсного управляющего о его фальсификации путем искусственного старения и проставления подписей значительно позднее указанной даты составления.

При постановке данного вывода суд также учел пояснения Департамента о том, что в отношениях с ним по договору аренды ФИО3 ранее действовал как представитель ФИО2

С учетом изложенного суд первой инстанции правомерно заключил, что сделки совершены в условиях отсутствия какого-либо встречного предоставления.

Вопреки выводам суда апелляционной инстанции, учитывая наличие спроса на лесные участки, осуществление деятельности с использованием которых безусловно направлено на извлечение прибыли, перенаем в любом случае не мог быть осуществлен без взимания с ФИО3 дополнительной платы за вступление в отношения с Департаментов в качестве арендатора.

При таких условиях суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что условия договора, не предусматривающие встречной платы, в существенно худшую для должника сторону отличались от условий, при которых в сравнимых обстоятельствах заключаются аналогичные сделки, в связи с чем спорные сделки подлежат признанию недействительными по правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Суд первой инстанции, установив, что ФИО3 осуществлял предпринимательскую деятельность, выступал представителем ФИО2 в отношениях с Департаментом, пришел к правомерному выводу об осведомленности ФИО3 относительно целей совершения безвозмездной сделки после прекращения исполнения ФИО2 обязательств перед своими кредиторами и подачи Банком заявления в суд о его банкротстве.

В этой связи суд обоснованно сделал вывод о недействительности сделок также и по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, сделаны при правильном применении норм материального права. Нарушения судом норм процессуального права суд кассационной инстанции не установил.

При таком положении у суда апелляционной инстанции не имелось предусмотренных статьей 270 АПК РФ оснований для отмены определения от 13.04.2019.

Изложенное в силу пункта 5 части 1 статьи 287 АПК РФ является основанием для отмены постановления от 13.06.2019 с оставлением в силе определения от 13.04.2019.

Руководствуясь статьями 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.06.2019 по делу № А13-11159/2015 отменить.

Определение Арбитражного суда Вологодской области от 13.04.2019 по данному делу оставить в силе.

Председательствующий

А.А. Боровая

Судьи

С.Г. Колесникова

С.Ф. Маркин