Постановление от 18 августа 2023 г. по делу № А19-19782/2022

ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Ленина, дом 145, Чита, 672007, http://4aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №А19-19782/2022
18 августа 2023 года
г. Чита



Резолютивная часть постановления объявлена 16 августа 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 18 августа 2023 года


Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Н. А. Корзовой, судей О. П. Антоновой, Н. И. Кайдаш, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 03 мая 2023 года по делу №А19-19782/2022

по заявлению ФИО2 (пос. Молодежный) о включении в реестр требований кредиторов должника, по делу по заявлению ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: гор. Ангарск Иркутской обл., адрес регистрации: <...>, ИНН <***>, СНИЛС <***>) о признании его банкротом.

В судебное заседание 16.08.2023 в Четвертый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле.

Судом установлены следующие обстоятельства.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 03.11.2022 (резолютивная часть определения от 27.10.2022) ФИО3 признан банкротом, в отношении него введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО4.

ФИО2 29.12.2022 обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о включении в реестр требований кредиторов ФИО3 в размере 10 252 100 руб., из которых 8 000 000 руб. – задолженность по договору займа №2-ГК, 2 252 100 руб. – задолженность по договору займа №3-ГК, а также 223 924,54 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 03 мая 2023 года в удовлетворении заявления ФИО2 о включении задолженности в реестр требований кредиторов гражданина ФИО3 отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО2 обжаловал его в апелляционном порядке. Заявитель в своей апелляционной жалобе выражает несогласие с определением суда первой инстанции, указывая, что договоры займа были заключены между заявителем и должником как между физическими лицами, а не с генеральным директором и не с юридическим лицом. Соответственно, потребности в дополнительных подтверждениях обстоятельств фактической передачи денежных средств, наличия экономического смысла и экономической обоснованности беспроцентных займов не требуется, поскольку цели займов - отсутствовали, так как обе стороны исходили из презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений. Исходя из буквального содержания договоров займа и расписок, между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договоров займа: соблюдено требование к письменной форме договоров, определенная сторонами конкретная денежная сумма получена ответчиком, установлен срок возврата займов.

Суд указывает, что продажа имеющейся недвижимости у заявителя не является подтверждением и доказательством аккумулирования полученных денежных средств, что заявителем не представлено доказательства полной оплаты по указанным договорам купли-продажи недвижимого имущества. Данный довод не является законным и обоснованным, так как заявителем представлена выписка из Единого государственного реестра недвижимости, где подтверждается переход прав по объектам.

Займы предоставлены должнику при условии, что в последующем заявитель (ФИО2) будет участвовать в работе и развитии организаций ООО «Связьстрой Капитал» и АО РК «Связьтранзит». В обеих организациях генеральным директором и единственным собственником выступал ФИО3, и для заявителя не было принципиально важно, с кем заключен договор, так как дополнительно ООО «Связьстрой Капитал» выступало поручителем по договорам займа.

В рамках гражданско-правовых отношений договоры займа были заключены с физическим лицом ФИО3, и исходя из презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений, заявитель не обязан был рассматривать экономическую целесообразность займов для физического лица. Относительно беспроцентности кредитов судом было представлено ограниченное количество времени для предоставления документов. Ходатайство для отложения судебного заседания для предоставления документов и возражений на возражения ПАО СКБ Приморья «ПримСоцБанк» судом были отклонены. Договоры не являлись беспроцентными. К договорам займов были подписаны дополнительные соглашения. В связи с тем, что заявитель проживает в большом доме, ему было сложно найти эти документы и в столь сжатый срок представить их на обозрение суда. Данные документы будут представлены дополнительно.

Суд указывает, что ФИО2 с понуждением заключения основного договора купли-продажи акций к АО РК «Связьтранзит» не обращался, обратного суду не представлено. Заявитель не согласен с данными доводами, в связи с тем, должник убеждал кредитора в том, что он платежеспособен, имеются контракты, по которым будут произведены. Так как ранее уже заявитель и должник сотрудничали по договорам займов (в ранние периоды, о чем были представлены договоры в материалы дела), то между кредитором и должником сложились положительные взаимоотношения, более того, кредитор желал участвовать в дальнейшей работе организаций и их развитии, в связи с чем и были заключены предварительные договоры купли-продажи акций и доли в уставном капитале.

С учетом указанных обстоятельств, заявитель просит определение отменить, удовлетворить требование в полном объеме.

В обоснование своих доводов представил копию дополнительного соглашения к договору займа № 2-ГК от 27.09.2021. Протокольным определением апелляционного суда от 16.08.2023 отказано в приобщении копии договора к материалам спора на основании части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ввиду недоказанности наличия уважительности причин, препятствующих его представлению в суд первой инстанции. Суд исходит из того, что у ответчика как у лица, представившего доказательство в апелляционный суд, имелась возможность его представления в суд первой инстанции, а наличие большого дома не является уважительной причиной в свете части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Отзывы на апелляционную жалобу не представлены.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Сообщение о введении в отношении ФИО3 процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликовано в средстве массовой информации «Коммерсантъ» № 205(7408) от 03.11.2022.

Требование ФИО2 предъявлено в суд 29.12.2022, то есть в пределах срока, установленного статьей 213.8 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее - Закона о банкротстве).

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судом первой инстанции, 20.09.2021 между ФИО2 (займодавец) и ФИО3 (заемщик) заключен договор займа № 2-ГК, по условиям которого займодавец предоставляет заемщику беспроцентный заём в размере 8 000 000 руб. (пункт 1.1 договора займа № 2-ГК от 20.09.2021).

Заемщик обязался возвратить фактически полученную сумму займа до 19.09.2023 (пункт 3.1. договора займа № 2-ГК от 20.09.2021).

Кроме того, 20.09.2021 между ФИО2 (займодавец) и ФИО3 (заемщик) заключен договор займа №3-ГК, по условиям которого займодавец предоставляет заемщику беспроцентный заём в размере 2 252 100 руб. (пункт 1.1 договора займа № 3-ГК от 20.09.2021).

Пунктом 3.1 договора займа № 3-ГК от 20.09.2021 предусмотрено, что заемщик обязался возвратить фактически полученную сумму займа по следующему графику: до 29.10.2021 - 750 700 руб.; до 30.11.2021- 750 700 руб.; до 29.12.2021 – 750 700 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Пунктом 1 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.

Согласно пункту 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Заявитель просил включить в реестр требований кредиторов должника сумму 10 252 100 руб., из которых 8 000 000 руб. – задолженность по договору займа №2-ГК, 2 252 100 руб. – задолженность по договору займа №3-ГК, а также 223 924,54 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами.

В обоснование довода о предоставлении денежных средств должнику ФИО2 представил расписки от 20.09.2021, согласно которым ФИО3 получил от заявителя денежные средства в размере 8 000 000 рублей по договору займа № 2-ГК от 20.09.2021 и денежные средства в размере 2 252 000 рублей по договору займа № 3-ГК от 20.09.2021.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из наличия неустраненных сомнений в реальности договоров займа, так как в подтверждение передачи денежных средств должнику заявителем представлены только расписки должника.

Кроме того, суд первой инстанции указал на отсутствие экономической целесообразности предоставления заемных денежных средств, недоказанность финансовой возможности займодавца в предоставлении займа.

Апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции и полагает необходимым отметить следующее.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и так далее.

Таким образом, в целях защиты прав и законных интересов других кредиторов, в том числе заявивших возражения, и предотвращения злоупотребления правом со стороны кредитора и должника судом может быть проявлена активность в истребовании дополнительных доказательств, свидетельствующих о добросовестности сторон при заключении договора.

Как правильно указал суд первой инстанции, применительно к рассматриваемым правоотношениям к таким доказательствам могут быть отнесены документы, подтверждающие фактическое наличие у займодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его).

Арбитражный суд первой инстанции предлагал ФИО2 представить документы, подтверждающие фактическое наличие у займодавца денежных средств к моменту их передачи должнику, а также документы об оплате денежных средств за проданное недвижимое имущество – ? доли в двух квартирах в городе Улан-Удэ, машиноместа в городе Иркутск и доказательства их аккумулирования; выписки по расчетным/ лицевым счетам кредитора в полном объеме за период до даты заключения договора займа (заверенные банком) с указанием оснований зачисления и списания денежных средств со счета кредитора, в том числе представить выписки по лицевым счетам, содержащие сведения о списании/снятии денежных средств в размере, достаточном для предоставления займа; сведения о размере дохода за периоды, предшествующие заключению сделки.

В обоснование доводов о наличии финансовой возможности для предоставления должнику денежных средств по спорным договорам, ФИО2 указал, что денежные средства имелись в наличной форме, принадлежали ему и его сестре ФИО5, и были аккумулированы после смерти их родителей. В частности, заявитель указал, что денежные средства имелись в результате продажи принадлежащего ему движимого имущества: 1/2 доля квартиры, по адресу: Республика Бурятия, г. Улан-Удэ, ул. ФИО6 (по договору купли-продажи квартиры от 17.09.2018); 1/2 доля квартиры, по адресу: <...> (по договору купли-продажи квартиры от 22.03.2018); машиноместо, по адресу: <...> (по договору купли-продажи машиноместа с рассрочкой платежа от 07.12.2016). В материалы дела представлены копии указанных договоров купли-продажи.

Расчеты по указанным договорам купли-продажи производились наличными денежными средствами. Первоначальный взнос по жилому помещению (<...>) был произведен в наличной денежной форме, окончательный расчет – сертификатом в подтверждение представлен расходно-кассовый ордер №222039 от 09.04.2018.

На указанные же обстоятельства заявитель ссылается и в апелляционной жалобе.

Между тем апелляционный суд соглашается с суждениями суда первой инстанции о том, что доказательства полной оплаты по указанным договорам, как и доказательства аккумулирования полученных денежных средств, ФИО2 не представлены.

Так, в качестве доказательств наличия у заявителя денежных средств для предоставления займа представлен договор №073-Б на покупку-продажу ценных бумаг от 18.12.2012, из которого следует, что ФИО2 18.12.2012 продал ценные бумаги, сумма сделки составила 29 700 000 руб. В качестве оплаты по указанному договору кредитор представил расходный кассовый ордер №484 от 18.12.2012.

Однако, как правильно указал суд первой инстанции, в материалы обособленного спора не представлены доказательства, позволяющие сделать вывод о сохранности денежных средств, с 2012 года, с учетом значительного периода времени, истекшего с указанной даты.

Доводы ФИО2 о том, что после смерти родителей у кредитора (ФИО2) и его сестры ФИО5 имелось значительное наследство, что следует из выписки выписку из ЕГРН от 05.04.2023, правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку само по себе наличие в собственности трех объектов недвижимости на дату заключения договоров займа (20.09.2021) доказательством наличия у кредитора денежных средств не является.

ФИО2 представил копию трудовой книжки, из которой усматривается, что кредитор с 2018 года трудовую деятельность не осуществляет, представлены справки о доходах и суммах налога физического лица за 2018 год.

Иные доказательства, подтверждающие размер доходов ФИО2 в период, предшествующий подписанию с ФИО3 договоров займа от 20.09.2021, а равно сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру сумм займа или превышающих его, заявителем не представлены, из чего обоснованно исходил суд первой инстанции.

Апелляционный суд находит верными выводы суда первой инстанции о том, что заявитель не представил суду каких-либо допустимых, достоверных и достаточных доказательств относительно собственного финансового положения, позволяющих утверждать, что на дату подписания договоров займа от 20.09.2021 у ФИО2 имелись наличные денежные средства в суммах 8 000 000 рублей и 2 252 100 рублей соответственно.

Более того, возможность сбережения денежных средств в размере 10 252 100 рублей в наличной форме заявителем не обоснована (равно как и экономическая целесообразность этого).

Как верно указал суд первой инстанции, любой независимый участник гражданского оборота, действующий в своем интересе, безусловно, заинтересован в возврате переданных в заем денежных средств.

Экономической целью заключения договоров займа является получение дохода в виде процентов за пользование заемными средствами.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что поскольку договор займа заключен между физическими лицами, никакой экономической цели обосновывать не нужно, отклоняется апелляционным судом как ошибочный, так как договор займа является возмездной сделкой, что само по себе обуславливает наличие экономической цели (в отличие от безвозмездных сделок).

В рассматриваемом случае, между ФИО2 (займодавец) и ФИО3 (заемщик) заключены договоры беспроцентного займа, заёмщику был установлен график для возврата суммы займа: до 29.10.2021 - 750 700 руб.; до 30.11.2021- 750 700 руб.; до 29.12.2021 – 750 700 руб. , который неоднократно нарушен должником, как и нарушен конечный срок возврата займа.

Между тем кредитор ограничился лишь вручением должнику и поручителю претензии – 30.05.2022. При наступлении срока возврата займа, кредитор не принял мер по взысканию суммы займа. Доказательств обращения в суд за защитой нарушенного права до подачи настоящего требования, в том числе путём предъявления иска к поручителю, заявителем не представлено.

Такое поведение не отвечает требованиям разумности и целесообразности, которыми должен руководствоваться независимый кредитор. Данные действия сторон договора займа, по мнению суда, не соотносятся с условиями сделок по предоставлению заемных денежных средств обычно совершаемых между независимыми участниками гражданских правоотношений, о чем обоснованно указал суд первой инстанции.

В качестве обоснования разумных экономических мотивов предоставления беспроцентных займов ФИО3 по договорам от 20.09.2021 заявителем в материалы обособленного спора представлен предварительный договор купли-продажи доли (части доли) в уставном капитале от 15.09.2021, заключенный между ООО «Связьстрой Капитал» (сторона-1) в лице генерального директора ФИО3 и ФИО2 (сторона-2), ФИО5 (сторона-3), по условиям которого сторона-1 обязуется передать по основному договору в собственность ФИО2 (сторона-2), ФИО5 (сторона-3) долю в размере 2% каждому, в уставном капитале ООО «Связьстрой Капитал» (ИНН <***>, ОГРН <***>).

В счет оплаты стоимости доли по основному договору, ФИО2 (сторона-2), ФИО5 (сторона-3) передают стороне-1 ООО «Связьстрой Капитал» по договорам займа следующие денежные средства: 8 000 000 руб.; 2 252 100 руб. и 8 000 000 руб.; НДС не облагается, в течение десяти календарных дней с даты заключения настоящего предварительного договора. ООО «Связьстрой Капитал», обязуется быть поручителем в договорах займа (пункт 2.2 договора).

Апелляционный суд соглашается с критической оценкой, данной судом первой инстанции предварительному договору купли-продажи доли (части доли) в уставном капитале от 15.09.2021, поскольку, как правильно отметил суд первой инстанции, стороной договора является ООО «Связьстрой Капитал», а не ФИО3, а по условиям предварительного договора предполагается заключение договоров займа с ООО «Связьстрой Капитал», а не с ФИО3 лично, тогда как договоры займа № 2-ГК от 20.09.2021 и № 3-ГК от 20.09.2021 подписаны с ФИО3

Очевидно, что данный договор не обосновывает мотивы предоставления ФИО2 беспроцентных займов ФИО3

05.12.2019 между АО РК «Связьтранзит» (сторона 1) в лице генерального директора ФИО3 и ФИО2 (сторона 2), ФИО5 (сторона 3) заключен предварительный договор купли-продажи акций в акционерном капитале в размере 5% каждому, в организации АО РК «Связьтранзит» (ИНН <***>, ОГРН <***>), условиями данного предварительного договора предусмотрено, что после передачи ФИО2 и ФИО5 имущества, принадлежащего им на праве долевой собственности: жилого дома, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер 38:06:140709:1753, а также земельного участка, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер 38:06:140709:226, в последующую ипотеку банку, для дальнейшего открытия кредитной линии АО РК «Связьтранзит», а также последующем закрытии данной кредитной линии, будет заключен основной договор купли-продажи акций (пункт 1.4 предварительного договора).

Во исполнение данного условия, 24.12.2019 ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» (залогодержатель) и ФИО2, ФИО5 (залогодатели) заключен договор ипотеки недвижимого имущества №1-0151-19-019/04, по условиям которого ФИО2 и ФИО5 в обеспечение исполнения обязательств по договору об открытии кредитной линии с лимитом №1-0151-19-019 от 24.12.2019, заключенного между ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» и АО РК «Связьтранзит», передают в ипотеку залогодержателю следующее имущество: жилой дом, расположенный по адресу: <...>, кадастровый номер 38:06:140709:1753; земельный участок, расположенный по адресу: <...>, кадастровый номер 38:06:140709:226.

Указанный 09.01.2020 договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области.

В материалы настоящего обособленного спора доказательства заключения основного договора купли-продажи акций не представлено.

По утверждениям заявителя, в связи с тем, что АО РК «Связьтранзит» больше не могло выполнять условия договора ипотеки №1-0151-19-019/04 от 24.12.2019, был оформлен другой договор ипотеки недвижимого имущества №1-0151-21-032/04 от 22.09.2021 между ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» (залогодержатель) и ФИО2, ФИО5 (залогодатели), по условиям которого также предусмотрено, что ФИО2 и ФИО5 в обеспечение исполнения обязательств по договору об открытии кредитной линии с лимитом №1-0151-21-032 от 22.09.2021, заключенного между ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» и АО РК «Связьтранзит» передают в ипотеку залогодержателю следующее имущество: жилой дом, расположенный по адресу: <...>, кадастровый номер 38:06:140709:1753; земельный участок, расположенный по адресу: <...>, кадастровый номер 38:06:140709:226.

Между тем из перечисленных документов усматривается лишь наличие правоотношений между АО РК «Связьтранзит» и заявителем по спору.

Как верно указал суд первой инстанции, ФИО2, передав принадлежащее ему и его сестре ФИО5 имущество в ипотеку ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк», исполнения условий предварительного договора со стороны АО РК «Связьтранзит» в лице генерального директора ФИО3 не получил, то есть основной договор купли-продажи акций с кредитором ФИО2 заключен не был.

ФИО2 с понуждением заключения основного договора купли-продажи акций к АО РК «Связьтранзит» не обращался, обратного суду не представлено.

При этом 22.09.2021 ФИО2 оформлен следующий договор ипотеки недвижимого имущества №1-0151-21-032/04 с ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» в счет исполнения обязательств АО РК «Связьтранзит».

Вышеперечисленные правоотношения между ФИО2, генеральным директором АО РК «Связьтранзит» и ООО «Связьстрой Капитал» ФИО3, и лично ФИО3, действительно, носят нестандартный характер и могут свидетельствовать об аффилированности кредитора и должника, из чего обоснованно исходил суд первой инстанции.

Нахождение должника в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. На практике это означает, что суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированной юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6)).

Поскольку заявителем не представлено достаточных документов, подтверждающих реальность по указанным выше договорам займа, учитывая отсутствие на протяжении продолжительного периода времени мер по возвращению (взысканию) заемных денежных средств, необращение заявителя с понуждением к заключению основного договора, обеспечение обязательств юридического лица, руководителем и единственным акционером которого является должник, путем передачи в залог своего недвижимого имущества, заявление о включении в реестр требований кредиторов должника суммы задолженности обоснованно признано судом первой инстанции как не подлежащее удовлетворению.

Как обоснованно отметил суд первой инстанции, безусловных доказательств, подтверждающих наличие свободных денежных средств в размере 10 252 100 рублей и свидетельствующих о возможности фактического предоставления ФИО3 займов в указанной сумме в день подписания договоров займа 20.09.2021, суду не представлены.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что отсутствие доказательств того, что финансовое положение заявителя позволяло предоставить должнику соответствующие денежные средства, доказательств передачи заемных средств, а равно документально подтвержденных данных о том, как полученные средства истрачены должником, арбитражный суд пришел к выводу о том, что требование ФИО2 основано на мнимых сделках, направлено на создание искусственной задолженности и, как следствие, на нарушение прав и законных интересов конкурсных кредиторов ФИО3

При изложенных обстоятельствах судом первой инстанции принят законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем определение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 03 мая 2023 года по делу №А19-19782/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья Н.А. Корзова


Судьи О.П. Антонова


Н.И. Кайдаш