Постановление от 23 августа 2023 г. по делу № А40-196408/2021

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-50822/2023

Дело № А40-196408/21
г. Москва
23 августа 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 16 августа 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 23 августа 2023 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.В. Поташовой,

судей А.С. Маслова, Н.В. Юрковой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 26.06.2023 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ООО «8-ой таксомоторный парк» ФИО1, вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «8-ой таксомоторный парк»

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по дов. от 11.01.2023

иные лица не явились, извещены

У С Т А Н О В И Л:

определением Арбитражного суда города Москвы от 25.10.2021 принято к производству заявление ООО Оптима Телеком" о признании несостоятельным (банкротом) ООО "8-ой таксомоторный парк", возбуждено производство по настоящему делу.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2021 заменен в порядке процессуального правопреемства кредитор ООО "Оптима Телеком" на его правопреемника Индивидуального предпринимателя ФИО3 по делу №А40-196408/21-186-569Б о признании несостоятельным (банкротом) ООО "8-ой таксомоторный парк" с требованием в размере 2 051 090,00 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.02.2022 в отношении Общества с ограниченной ответственностью «8-ой таксомоторный парк» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4. Сообщение опубликовано в газете "Коммерсантъ" №39 (7240) от 05.03.2022, стр. 191.


Решением Арбитражного суда г. Москвы от 19.09.2022 в отношении ООО «8-ой таксомоторный парк» открыта процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего ООО «8-ой таксомоторный парк» возложено на арбитражных управляющего ФИО4.

В Арбитражный суд города Москвы 04.10.2022 поступило заявление конкурсного управляющего ООО «8-ОЙ Таксомоторный парк» - ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц - ФИО1, которое подлежало рассмотрению в судебном заседании.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 26.06.2023 суд определил: заявление конкурсного управляющего ООО «8-ой таксомоторный парк» - ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица удовлетворить. Признать наличие оснований для привлечения бывшего руководителя должника ООО «8-ой таксомоторный парк» к субсидиарной ответственности. Приостановить производство по рассмотрению заявления в части определении размера субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ООО «8-ой таксомоторный парк» - ФИО1 по делу № А40-196408/21-186-569Б до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ФИО1 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит указанное определение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями ч. 6 ст. 121 АПК РФ.

Дело рассмотрено в соответствии со ст.ст. 123, 156 АПК РФ.

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель апеллянта поддержал доводы апелляционной жалобы.

От конкурсного управляющего ООО «8-ой таксомоторный парк» поступил отзыв, согласно которому возражает против удовлетворения апелляционной жалобы.

Апелляционный суд отказал апеллянту в приобщении к материалам дела пояснений к доводам жалобы, поскольку правовой статус такого документа не предусмотрен АПК РФ, при этом, срок на апелляционное обжалование на момент подачи документа истек.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Исследовав доказательства, представленные в материалы дела, оценив их в совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями ст. 71 АПК РФ, с учетом установленных обстоятельств по делу, апелляционный суд считает доводы жалобы необоснованными в силу следующего.

Как следует из заявления и материалов обособленного спора, установлено судом первой инстанции, конкурсный управляющий должника основывает свои требования на наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным:

- пунктом 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее по тексту также – Закон о банкротстве) за неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, предусмотренные законом;

- пп. 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве за совершение сделок, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов;

- ст.ст. 61.11 Закона о банкротстве: не переданы документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

ФИО1, возражая в отношении заявления конкурсного управляющего должника, ссылается на то, что никакие действия ФИО1 в 2018 и в 2019 не могли повлечь банкротство и ущерб кредитору, поскольку сохранялась эксплуатация пассажирского маршрута со стабильной выручкой; доводы о невозможности установить состав активов должника в результате недостаточности отчетности не соответствуют материалам дела и установленным по делу обстоятельствам, а возложение бремени доказывания невиновности на ФИО1 незаконно; завышение выплат заработной платы за период с 17.07.2019 по 01,07.2022 отсутствует, в связи с чем не имеется оснований для субсидиарной ответственности применительно к выплате заработной плате; доводы о безосновательном снятии со счета наличных денег ошибочны, поскольку к р/с Должника в АО «Альфа Банк» была выпущена «Бизнес-карта» для максимально оперативной безналичной оплаты с р/с внутрихозяйственных нужд, в частности, закупок мелким оптом, или крупной розницей; погашение задолженности ОАО «8-ой Таксомоторный парк», перед энергосбытовыми организациями, имело экономический смысл и разумную деловую цель; спорные начисления зарплаты совершены в период неплатежеспособности и, по мнению конкурсного управляющего, преимущественно перед налоговыми недоимками, то есть внешне (формально) отвечают признакам исключительно оспоримости, следовательно, при наличии любого предусмотренного законом основания оспоримости сделок. субсидиарная ответственность без отдельного оспаривания таких выплат, не применима.

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены главой III.2. Закона о банкротстве.

Как следует из п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе, по совершению сделок и определению их условий.

Таким образом, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Данный подход ранее сформирован правоприменительной практикой, выработанной экономической коллегией Верховного Суда Российской Федерации по конкретным делам, и в дальнейшем нашел отражение в пункте постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее – Постановление №53).

Судом из выписки из ЕГРЮЛ в отношении должника установлено, что ФИО1 являлся генеральным директором должника в период с 11.04.2017 по 19.09.2022.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что статус ФИО1 отвечает признакам контролирующего должника лица, установленных ст. 61.10 Закона о банкротстве.

Оценив заявленные на основании пп. 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве доводы о совершении сделок, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов, а также соответствующие возражения ФИО1, суд приходит к следующим выводам. Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ основным видом экономической деятельности должника являлась деятельность сухопутного пассажирского транспорта: перевозки пассажиров в городском и пригородном сообщении (49.31).

Согласно заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий должника в качестве сделок, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов, указывает на необоснованное снятие наличных денежных средств с расчетных счетов организации в период с 05.05.2017 по 03.12.2018 на сумму 4 625 050 руб.; перечисление денежных средств с расчетного счета должника в интересах иных лиц - ОАО «8-ой таксмоторный парк» в период с 05.05.2017 по 15.08.2018 на сумму 2 933 729,90 руб.; перечисление денежных средств в пользу ФИО1 в период с 17.07.2019 по 11.10.2019 на сумму 2 731 614,37 руб. под видом перечисления заработной платы.

Для квалификации правоотношений, связанных с ответственностью контролирующих должника лиц, в соответствии с положениями статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) подлежат применению положения Закона о банкротстве, устанавливающие основания для применения субсидиарной ответственности, действовавшие в период, когда имели место обстоятельства, вменяемые ответчикам в качестве оснований для применения субсидиарной ответственности, в том числе до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266-ФЗ), которым введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве.

При предъявлении требований к ответчикам по основаниям доведения Общества до банкротства заявитель сослался, в том числе, на обстоятельства, имевшие место до 30.07.2017, то есть до вступления в силу Закона N 266-ФЗ. Следовательно, к правоотношениям сторон в этой части подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве до внесения в него изменений Законом N 266-ФЗ, в частности пункт 4 указанной статьи, согласно которой, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве закреплены презумпции наличия причинно- следственной связи между действиями и (или) бездействием контролирующих должника лиц и несостоятельностью должника. В частности, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

Аналогичные презумпции вины контролирующих должника лиц в его банкротстве закреплены в статье 61.11 Закона о банкротстве, которой предусмотрена ответственность таких лиц за невозможность полного погашения требований кредиторов.

При этом, в отличие от оснований для привлечения к ответственности, которыми в данном случае является осуществление контролирующими должника лицами виновных противоправных действий, находящихся в причинно-следственной связи с банкротством должника, презумпции равно как и положения, раскрывающие содержание примененных в Законе о банкротстве понятий, разъясняют порядок квалификации спорных правоотношений в ходе судебного разбирательства, следовательно, подлежат применению в текущей редакции.

Согласно пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Согласно п. 3 ст. 61.11 Закона о банкротстве, положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой- однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Порядок квалификации действий контролирующего должника лица на предмет установления возможности их негативных последствий в виде банкротства организации разъяснен в пункте 16 Постановления N 53, в силу которого под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности (пункт 18 Постановления N 53).

С учетом разъяснений, данных в подпунктах 1, 5 пункта 2, пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление N 62), поведение руководителя организации предполагается недобросовестным, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Также согласно разъяснениям п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В соответствии со ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Конкурсный управляющий должника ссылается на то, что в период с 05.05.2017 по 03.12.2018 с расчетных счетов должника Ответчиком было снято 4 625 100,00 рублей. При этом возвращено на расчетный счет должника было только 2 050,00 рублей

При этом, каких-либо основания для снятия наличных денежных средств не указано.

Таким образом Ответчиком было снято с расчетных счетов должника и не возвращено 4 625 050,00 рублей.

Наличные денежные средства снимались с двух расчетных счетов, открытых на имя должника: в АО «Альфа Банк» и в ПАО «Сбербанк».

В своем отзыве Ответчик указывает, что спорные платежи совершались в счет оплаты внутрихозяйственных нужд должника, однако, суд учитывает, что в нарушение ст. 65 АПК РФ в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих факт осуществления таких расходов и осуществление таких расходов в интересах должника (авансовый отчет с приложением документов, подтверждающих обоснованность расходов).

Также суд признает необоснованным довод ответчика о том, что операции по снятию наличных денежных средств, совершенные в 2017-2018 годах не могли за собой повлечь субсидиарную ответственность, поскольку кредиторская задолженность, включенная в реестр требований кредиторов, образовалась только в мае 2019 года.

Безосновательное изъятие из оборота должника значительных для него денежных средств, пусть и до образования кредиторской задолженности на основании которой была введена процедура банкротства, в итоге привело к том, что у должника не осталось денежных средств для погашения кредиторской задолженности. В случае, если бы спорные операции не были бы совершены, у должника на расчетном счете осталось бы 4 625 050,00 рублей, чего более чем достаточно для погашения кредиторской задолженности, учитываемой в деле о банкротстве.

Таким образом, изъятие из имущества должника денежных средств в сумме более 4.6 млн. причинило вред имущественным правам кредиторов.

Суд также учитывает, что доказательств возврата должнику денежных средств (за исключением 2 050 рублей) у конкурсного управляющего не имеется и Ответчиком также суду не представлено.

Таким образом, фактически снятые ответчиком с расчетных счетов должника денежные средства в сумме 4 625 050 рублей должнику возвращены не были.

Также конкурсный управляющий должника ссылается на то, что согласно сведениям о движении денежных средств по расчетным счетам должника, в период с 05.05.2017 по 15.03.2018 в пользу ПАО «Мосэнергосбыт", ООО "Совкомбанк Лизинг» (предыдущее наименование ООО

«Соллерс-Финанс»), Филиал №11 «Горэнергосбыт», ПАО «МОЭК», Страховое акционерное общество "ВСК" было перечислено в общей сложности 2 933 729,90 рублей.

Конкурсным управляющим в адрес указанных организаций был направлен запрос с просьбой предоставить документы, подтверждающие обоснованность получения ими денежных средств.

В результате от всех контрагентов были получены ответы, согласно котором оплата с расчетного счета должника проводилась не в интересах должника а в интересах иного лица с одинаковым с должником наименованием - ОАО «8-ой таксмоторный парк»

Как установлено арбитражным судом в определении от 27.01.2020 по делу № А40- 224072/18-183-131 01.05.2017 между ООО «8-ой таксомоторный парк» (заимодавец) и ОАО «8-ой таксомоторный парк» (заемщик) заключен договор займа № 01/05-2017, в соответствии с которым заимодавец передает заемщику в собственность денежные средства в размере 3 000 000 руб., а заемщик обязуется вернуть указанную сумму (п. 3.1.1).

05.05.2017 между ООО «8-ОЙ ТАКСОМОТОРНЫЙ ПАРК» (заимодавец) и ОАО «8-ой таксомоторный парк» (заемщик) заключено дополнительное соглашение № 1 к договору займа от 01.05.2017 № 01/05-2017, в соответствии с которым стороны пришли к соглашению о погашении заимодавцем обязательств за заемщика путем перевода суммы, указанной в п. 1.2 на расчетные счета компаний, перед которыми у заемщика образовалась задолженность, и последующей компенсации заимодавцу произведенных выплат.

Таким образом, кредитор ООО «8-ой таксомоторный парк» погасил обязательства должника перед его контрагентами, что подтверждается платежными поручениями от 05.05.2017 № 7, от 31.05.2017 № 19, от 14.06.2017 № 41, от 14.06.2017 № 42, от 14.06.2017 № 43, от 14.06.2017 № 44, от 14.06.2017 № 45, от 14.06.2017 № 46, от 14.06.2017 № 47, от 14.06.2017 № 48, от 15.06.2017 № 50, от 22.06.2017 № 54, от 15.02.2018 № 35, от 14.03.2018 № 13, от 14.03.2018 № 14, от 14.03.2018 № 15, от 14.03.2018 № 16, от 15.03.2018 № 17, от 15.03.2018 № 18 на общую сумму 2 933 729 руб. 09 коп.

Должник обязательства по возврату кредитору денежных средств в размере 2 933 729 руб. 09 коп. не исполнил.

В результате указанных действий, без какого-либо встречного предоставления со стороны выгодоприобретателя (ОАО «8-ой таксмоторный парк») должник лишился денежных средств в общей сложности 2 933 729,09 рублей.

Кроме того, как справедливо отмечает в своем заявлении конкурсный управляющий должника, на момент выдачи займа заемщик (ОАО «8-ой таксмоторный парк» был заведомо неспособен осуществить возврат полученных денежных средств. Так в соответствии с картотекой арбитражных дел на момент заключения договора займа, а также совершения основных платежей по нему в пользу ПАО «МОЭК" к заемщику было предъявлено множество исковых заявлений о взыскании задолженности. Также в отношении заемщика было возбуждено множество исполнительных производств .

Кроме того, в соответствии с определением Арбитражного суда г. Москвы от 28.01.2019 по делу № А40-224072/18-183-131 о введении в отношении заемщика процедуры наблюдения в отношении должника вынесено решение о взыскании налога, сбора, а также пени за счет денежных средств налогоплательщика-организации на счетах в банках от 20.09.2017 № 68611, от 13.07.2017 № 52980 на общую сумму - 946 133 руб. 68 коп., из которых 915 552 руб. 65 коп. сумма основного долга, 30 581 руб. 03 коп. пени.

При этом, Должник не осуществлял хозяйственную деятельность по предоставлению займов. Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ основным видом экономической деятельности должника являлась Деятельность сухопутного пассажирского транспорта: перевозки пассажиров в городском и пригородном сообщении (ОКВЭД 49.31).

Таким образом, проявив должную степень заботливости и осмотрительности, в случае, если реальной целью заключения договора займа было предоставления займа в целях последующего возврата предоставленных по договору займа денежных средств, а так же процентов за пользование денежными средствами, любое добросовестное лицо могло получить сведения, явно свидетельствующие о неплатежеспособности заемщика и невозможности в последствии возврата им полученных по договору займа денежных средств.

Кроме того любого разумного участника хозяйственных взаимоотношений должно было насторожить невозможность заемщика оплачивать даже коммунальные платежи, на которые ему требуются заемные средства.

С учетом изложенного в результате неразумных действий генерального директора должник лишился денежных средств в сумме 2 933 729,09 рублей.

В отзыве ответчик указывает, что совершение данных операций было необходимо для продолжения должником профильной хозяйственной деятельности, поскольку арендодатель, на чьих площадях должник осуществлял хозяйственную деятельность (ОАО «8-ой таксмоторный парк») был на тот момент не в состоянии погасить задолженность по коммунальным платежам, а отключение его от коммунальных ресурсов парализовало бы деятельность и должника.

Вместе с тем, какое-либо документальное обоснование в подтверждение указанных возражений не представлено. Каких-либо договоров аренды (обслуживания) стоянки и прочих договоров, предусматривающих обслуживание транспортных средств, используемых должником в хозяйственной деятельности между Должником и ОАО «8-ой таксмоторныи парк» не представлено.

Кроме того, как на то обращает внимание конкурсный управляющий должника, за весь период хозяйственной деятельности каких-либо платежей в пользу ОАО «8-ой таксмоторныи парк» не осуществлялось.

При этом должником было заключено множество договоров на пользование помещениями и обслуживание машин, в том числе: ООО «КИА Фаворит» - техническое обслуживание и ремонт транспортных средств; АО «Лонмади» - ремонтные работы и поставка запчастей; ООО

«Гленорд» - предоставление в аренду нежилых помещений; ООО «БизнесБас» - техобслуживание и ремонт тс; ООО «Турбоост» - техобслуживание и ремонт; ОАО «Легавтотранссервис-8» - предоставление в аренду нежилых помещений; ООО «Экосансервис» - мойка транспортных средств; МУАТП г. Астрахани - мойка транспортных средств; ООО «Экогрупп» - аренда мобильных туалетных кабин; ООО ЧОП «Баярд» - мойка транспортных средств; ООО «СНС СЕрвис» - мойка и чистка автомашин.

Кроме того, не обоснована необходимость поддержания с этим лицом взаимоотношений и причины невозможности оказания необходимых услуги иными лицами.

Также в своем заявлении конкурсный управляющий должника указывает на то, что в период с 17.07.2019 по 11.10.2019 с расчетного счета должника в пользу Ответчика пятью платежами было выплачено 2 731 614,37 рублей в виде заработной платы.

При этом ранее в пользу Ответчика также выплачивалась заработная плата, однако в значительно меньших суммах, что следует из представленных выписок по расчетным счетам должника.

При этом, согласно сведениям о движении денежных средств по расчетным счетам должника, в периоды выплаты «повышенной заработной платы» налоговым органом было вынесено решение о взыскании задолженности по налогам и сборам за счет денежных средств, находящихся на расчетном счете должника, что также подтверждается ответом ПАО Сбербанк в адрес временного управляющего.

С учетом изложенного, суд соглашается с доводом конкурсного управляющего должника о том, что действительной целью выплаты «повышенной заработной платы» являлся вывод денежных средств с расчетного счета должника в пользу генерального директора в целях недопущения их списания в пользу налогового органа.

Ответчик, возражая на данный довод указывает, что с 17.07.2018 ответчиком выплачивалась задолженность по зарплате, в том числе задолженность за предыдущие периоды, в связи с тем, что ранее налоговый орган осуществил списание задолженности в принудительном порядке, в результате чего денежных средств для выплаты заработной платы не осталось.

При этом ответчиком не предоставлены документы, свидетельствующие о размере его заработной платы, документы, подтверждающие формирование задолженности по заработной плате перед ФИО1 за столь значительный период времени.

Кроме того, назначение спорных платежей не содержит упоминание о том, что осуществлялось погашение задолженность по заработной плате за 2018 год.

В целях проверки доводов Ответчика, конкурсным управляющим в налоговом органе были запрошены сведения о размере дохода, полученного Ответчикам в течение 2017-2021 годов.

В результате был получен ответ, согласно которому размер полученного Ответчиком дохода составил: 2017 год - 466 500,00 рублей; 2018 год - 1 030 000,00 рублей; 2019 год данные отсутствуют; 2020 год данные отсутствуют; 2021 год - 45 000 рублей;

Кроме того, согласно предоставленным налоговым органом отчету Должника по форме 6- НДФЛ за 9 месяцев 2019 года в пользу ФИО5 был начислен доход в размере 897 600,00 рублей.

Исходя из вышеизложенного, ежемесячный размер заработной платы ответчика составил: в 2018 году 85 833,33 рублей (1 030 000 / 12 = 85 833,33); в 2019 году 99 733,33 рублей (897 600 / 9 = 99 733,33 рублей).

При этом в 2018 году в пользу Ответчика было выплачено с расчетного счета <***> рублей, а в 2019 году 3 297 920 рублей.

Таким образом, какая-либо задолженность по заработной плате перед Ответчиком за 2018 год отсутствовала.

Данное обстоятельство помимо прочего подтверждается совершением операций в 2018 году по перечислению в пользу Ответчика денежных средств в качестве заработной платы за сентябрь 2018, за октябрь 2018, за ноябрь 2018 года (платежи от 24.09.2018, 25.09.2018, 28.09.2018, 02.10.2018, 08.10.2018, 15.10.2018, 23.10.2018, 25.10.2018).

Необходимо отметить, что выплата спорных денежных средств под видом заработной платы осуществлялась должником на фоне наложения налоговым органом ограничений на совершение операций по расчетному счету.

При этом такие ограничения не распространяются на платежи, очередностью выше, чем задолженность перед налоговым органом, в том числе на выплату заработной платы (ч. 1 ст. 76 НК РФ).

Кроме того необходимо отметить, что аналогичный способ вывода денежных средств Ответчик использовал при перечислении денежных средств, полученных Должником от лизинговой компании, которое было признано недействительной сделкой определением Арбитражного суда г. Москвы от 29.12.2022 по настоящему делу.

Таким образом, можно сделать однозначный вывод о том, что реальной целью совершения спорных платежей было не погашение задолженности по заработной плате, а вывод денежных средств несмотря на наложение налоговым органом ограничений на расчетный счет.

Суд критически относится к представленной ответчиком в судебным заседании 01.06.2023 первичной документации, в том числе трудовому договору от 14.04.2017, договору аренды транспортного средства № 26/04-17-ТР от 26.04.2017, договору аренды нежилого помещения, места под стоянку и хранение транспортных средств № 06 от 20.04.2017, поскольку ранее к своим возражениям ответчик такие документы не прикладывал, что вызывает у суда обоснованные сомнения относительно их реального заключения, документы представлены суду только в тот момент, когда конкурсный управляющий должника заявил соответствующие возражения на отзыв ФИО1, данные договоры в распоряжение конкурсному управляющему должника с учетом введенной процедуры также предоставлены не были.

В статье 61.11 Закона о банкротстве определены действия контролирующих должника лиц, которые могут повлечь невозможность полного погашения требований кредиторов и являются основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Это означает, что не только действия контролирующих должника лиц повлекшие объективное банкротство должника, но и действия создавшие условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств являются основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Принимая во внимание вышеизложенное, арбитражный суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требования конкурсного управляющего о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника также на основании пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Рассмотрев также доводы заявления относительно наличия оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по основаниям неисполнения обязанности по передаче конкурсному управляющему должника материальных ценностей, печатей, штампов, бухгалтерской и иной документации должника, суд признает их обоснованным на основании следующего.

Конкурсный управляющий должника ссылается на то, что решением Арбитражного суда г. Москвы от 19.09.2022 г. в отношении ООО «8-ой таксомоторный парк» открыта процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев.

06.02.2023 Ответчик передал конкурсному управляющему часть документов должника, в том числе были переданы:

- Устав ООО «8-ой таксомоторный парк» (16 листов)

- Свидетельство о постановке на учет в налоговом органе (1 лист)

- Лист записи ЕГРЮЛ (3 листа)

- Круглую печать ООО «8-ОЙ ТАКСОМОТОРНЫЙ ПАРК» " Решение № 1 от 11.04.2017г. (1 лист).

- Приказ № 1 от 14.04.2017г.

- Решение № 2 от 28.10.2020г.

- Лицензия (2 листа)

- Удостоверение Допуска (2 листа)

- Договоры за 2017.2019 года (65 штук) с и контрагентами.

Однако, суд признает, что ФИО1 данную обязанность исполнил не в полном объеме, в том числе ввиду того, что согласно бухгалтерскому балансу, сданному должником в 2021 году; балансовая стоимость активов должника составила всего 50 тыс. рублей и состояла из дебиторской задолженности. Такая же величина отражена и в балансе за 2020 год.

При этом согласно балансу за 2018 год балансовая стоимость активов должника составляла 7 285 тыс. рублей, в том числе: 1 505 тыс. рублей - запасы; 4 377 тыс. рублей - дебиторской задолженности; 1111 тыс. рублей - денежные средства; 292 тыс. рублей - прочие активы.

В 2019 году баланс должником не сдавался.

Таким образом в 2019 году Ответчиком, как руководителем должника были совершены действия, повлекшие уменьшение стоимости активов должника на 7 235 тыс руб. (7 285 тыс. - 50 тыс.).

Между тем, как на то обращает внимание конкурсный управляющий должника, из переданных Ответчиком документов невозможно проанализировать причину столь значительного выбытия имущества.

Кроме того в отчетности за 2021 год не отражена кредиторская задолженность, установленная в настоящем деле о банкротстве, что явно свидетельствует о ее недостоверности.

Таким образом, по утверждению конкурсного управляющего должника, заинтересованным лицом до настоящего момента требования Закона о банкротстве не исполнены, в частности требования абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, как и не исполнено решение суда от 19.09.2022 по настоящему делу.

Более того, как уже было установлено судом ФИО1 при рассмотрении настоящего обособленного спора представлялась первичная документация, относящаяся в деятельности Должника, которая также не была передана конкурсному управляющему.

В соответствии с п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Пунктом 1 статьи 9 ФЗ от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" предусмотрено, что каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Согласно пункту 1 статьи 29 ФЗ от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" предусмотрено первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

В силу статьи 7 ФЗ от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

В соответствии с пунктом 7 статьи 3 ФЗ от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" руководителем экономического субъекта является лицо, являющееся единоличным исполнительным органом экономического субъекта, либо лицо, ответственное за ведение дел экономического субъекта, либо управляющий, которому переданы функции единоличного исполнительного органа;

В соответствии с п. 1, 4 ст. 29 ФЗ от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. При смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно. По мнению заявителя уклонение бывшего руководителя должника ФИО6, от выполнения требований Закона о банкротстве, воспрепятствовало формированию конкурсной массы, не позволило выявить имущество должника, дебиторскую задолженность, а также провести надлежащий анализ документов должника отражающих отчуждение активов должника и установить основания для оспаривания сделок должника, что препятствует деятельности конкурсного управляющего, а в конечном итоге причинило ущерб кредиторам, чьи требования установлены арбитражным судом и включены в реестр требований кредиторов.

Норма права, устанавливающая субсидиарную ответственность контролирующих должника лиц, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона "О бухгалтерском учете") и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Субсидиарная ответственность по обязательствам должника направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей для целей защиты прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу, за счет которой подлежат удовлетворению требования кредиторов, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, об исполнении обязательств, о возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания подозрительных сделок должника.

При этом, бремя доказывания отсутствия вины, добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется.

Кредиторы не обязаны доказывать их вину в силу общих принципов гражданско-правовой ответственности (пункт 2 статьи 401, пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пунктах 1 и 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Из представленных в материалы дела доказательств, судом установлено, что до настоящего времени, у конкурсного управляющего отсутствует бухгалтерская и иная документация должника в полном объеме, сто свидетельствует из информации, отраженной в бухгалтерских балансах должника. Доказательств обратного, в порядке ст.65 АПК РФ, заинтересованным лицом либо конкурсным управляющим должника не представлено, как и не представило никаких доказательств передачи указанной документации конкурсному управляющему должника в полном объеме.

Таким образом, непередача конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, включая первичные документы бухгалтерской отчетности, документации по хозяйственным отношениям не позволило арбитражному управляющему провести анализ финансового состояния должника за три года, предшествующих процедуре банкротства, выявить структуру баланса и ее изменения, выявить подозрительные и подлежащие оспариванию сделки должника с целью возврата имущества в конкурсную массу, взыскать дебиторскую задолженность.

Указанное не позволило сформировать конкурсную массу и в совокупности с отсутствием у должника хоть какого-либо движимого и недвижимого имущества свело к нулю шансы добросовестных кредиторов получить удовлетворение своих имущественных требований.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

Материалами дела подтверждается вина ФИО1 относительно того, что руководителем должника не были приняты все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации в полном объеме, при должной степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательств и условиям оборота.

Как следует из доводов заявления конкурсного управляющего и подтверждается материалами дела, руководитель должника до настоящего момента не представил конкурсному управляющему документы, обязанность по передаче которых возложена на него законом, при наличии в материалах дела не оспоренных доказательств нахождения у него указанной документации и материальных ценностей.

Таким образом, доказательств, достоверно свидетельствующих о передаче заинтересованным лицом необходимой документации должника и материальных ценностей, материалы дела не содержат.

В соответствии со ст. 401 ГК РФ лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащею исполнения обязательств. Если иное не предусмотренное не предусмотрено законом или договором, лицо не исполнившее обязательство несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы.

Не передача заинтересованным лицом бухгалтерской и иной документации, материальных ценностей должника конкурсному управляющему является самостоятельным основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Таким образом, ФИО1 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Рассмотрев также доводы заявления относительно неподачи ФИО1 заявления о признании банкротом должника, суд приходит к выводу о необоснованности доводов заявителя ввиду следующего.

Согласно п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 ст. 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом). Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 61.12 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, обладают конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона, либо арбитражный управляющий по своей инициативе от имени должника в интересах указанных лиц (п. 2 ст. 61.14 Закона о банкротстве).

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, заявитель указывает на следующие обстоятельства.

По утверждению заявителя, как установлено им из отзыва ответчика, на протяжении 2019 года должником погашалась задолженность перед ним по заработной плате, накопленная за 2018 год.

Согласно отзыву необходимость погашения задолженности по заработной плате за 2018 год в 2019 году была вызвана тем, что начиная с 17.07.2018 налоговый орган, в связи с наличием у должника задолженности по налогам и сборам, в безакцептном порядке списал с расчетного счета должника задолженность в сумме более 1,7 млн. рублей.

Таким образом, как утверждает конкурсный управляющий должника, если согласиться с позицией ответчика о погашении повышенными платежами в его адрес накопленной задолженности по заработной плате, получается, что по состоянию на 01.07.2018 должник уже был не в состоянии исполнить все свои денежные обязательства, в том числе такие базовые обязательства, как оплата налогов и выплата заработной платы.

Таким образом, как указывает сам же ответчик в отзыве, начиная с 17.07.2018 должник был не в состоянии исполнить в полном объеме свои денежные обязательства.

Факт списания налоговым органом денежных средств с расчетного счета должника так же подтверждается выписками о движении денежных средств, согласно которым на протяжении 2018-2020 годов налоговым органом осуществлялось списание задолженности в безакцептном порядке.

Кроме того, согласно сведениям, предоставленным Сбербанком решения о приостановлении операций по расчетным счетам должника и списании денежных средств принимались налоговым органом, начиная с 20.06.2018.

Следовательно, по утверждению заявителя, в срок до 17.08.2018 (один месяц после 17.07.2018) ответчик обязан был обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Согласно п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражный Суд Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12 суд указал, что самого по себе факта неподачи заявления недостаточно, исходя из общих положений о гражданско- правовой ответственности (нормы статей 15,393 ГК РФ), так как, для определения размера субсидиарной ответственности также имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Согласно п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве такие понятия как «неплатежеспособность» и «банкротство» не являются тождественными. Момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства).

Вместе с тем, суд не может согласиться с предложенной заявителем датой объективного банкротства должника, учитывая, что он ее связывает исключительно с возражениями ответчика, изложенными в его отзывах.

Однако, указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, когда должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

Вопреки мнению заявителя, в указанный период признаки неплатежеспособности у должника фактически отсутствовали, что подтверждается нижеследующим.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как следует из правовой позиции, изложенной в определении ВС РФ от 10.12.2020 № 305-ЭС20-11412, при рассмотрении заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности ошибочно отождествлять неплатежеспособность должника с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. Данное обстоятельство само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

Учитывая представленные доказательства, оснований полагать, что погашение требований кого-либо из кредиторов или всех, имевшихся требований, привело бы к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами, или того, ООО «8-ой таксомоторный парк» отвечало признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества по состоянию на 17.08.2018 не имеется, момент возникновения обязанности по подаче заявления или по принятию решения о таком обращении заявителем документально не подтвержден.

Следовательно, суд приходит к выводу об отсутствии юридически значимых обстоятельств, необходимых для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 61.12 Закона о банкротстве.

В пункте 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, указано, что если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности.

Судом установлено и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что в настоящее время имеется вероятность пополнения конкурсной массы и расчетов с кредиторами, следовательно, на данной стадии рассмотрения дела о банкротстве невозможно определить размер субсидиарной ответственности.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о наличии оснований для привлечения контролирующих лиц должника ООО «8-ой таксомоторный парк» - ФИО1 к субсидиарной ответственности в солидарном порядке, в связи с чем признает заявление обоснованным, а в части определении размера субсидиарной ответственности бывших руководителей должника ООО «8-ой таксомоторный парк» - ФИО1 приостанавливает производство по рассмотрению заявления в данной части до окончания расчетов с кредиторами.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов определения суда первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о вынесении судом первой инстанции определения с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, при правильном применении норм материального и процессуального права.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда г. Москвы от 26.06.2023 по делу № А40-196408/21 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья:Ж.В. Поташова

Судьи:А.С. Маслов

Н.В. Юркова