Постановление от 24 января 2022 г. по делу № А19-30449/2019

ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Ленина, дом 100б, Чита, 672000, http://4aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А19-30449/2019
24 января 2022 года
г. Чита


Резолютивная часть постановления объявлена 19 января 2022 года

Полный текст постановления изготовлен 24 января 2022 года


Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Н. А. Корзовой, судей Н. И. Кайдаш, О. В. Монаковой, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Магистральлеспром» ФИО2 на определение Арбитражного Иркутской области от 11 ноября 2021 года по делу № А19-30449/2019 по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Магистральлеспром» ФИО2 к ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки

с привлечением к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора:

общества с ограниченной ответственностью «Иркутскводлеспромстрой-Небельский ЛПХ» (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес: 666504, <...>), временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Иркутскводлеспромстрой-Небельский ЛПХ» ФИО4, ФИО5,

в рамках дела по заявлению о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «МагистральЛесПром» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664043, <...>).

В судебное заседание 19.01.2022 в Четвертый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле.

Судом установлены следующие обстоятельства.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 05.02.2020 ООО «Магистральлеспром» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Магистральлеспром» ФИО2 15.12.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением к ФИО3 о признании недействительным договора поручительства от 30.04.2019, заключенного между ООО «Магистральлеспром» и ФИО3

Определением Арбитражного Иркутской области от 11 ноября 2021 года по делу № А19-30449/2019 в удовлетворении заявления отказано.

Взыскана с ООО «Магистральлеспром» в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 500 рублей.

Не согласившись с определением суда, конкурсный управляющий ООО «Магистральлеспром» ФИО2 обратился с апелляционной жалобой в Четвертый арбитражный апелляционный суд.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий, ссылаясь на нормы права, выражает несогласие с определением суда первой инстанции, указывая, что в мотивировочной части обжалуемого судебного акта суд первой инстанции лишь указал, что на момент заключения договора у должника отсутствовали признаки неплатёжеспособности и недостаточности имущества, не дав никакой оценки данному доводу истца, что является неполным выяснением обстоятельств, имеющих значение для дела.

Кроме того, конкурсный управляющий указывает, что суд неверно посчитал установленным довод ответчика по обособленному спору о том, что ООО «Магистральлеспром» располагало реальной возможностью защитить свои права путём зачёта арендной платы с обязательством их исполнения договора поручительства от 30.04.2019, либо путём удержания имущества ООО «Евразия-леспром групп» с последующим обращением взыскания. Данный довод ФИО3 не был доказан в ходе судебного разбирательства.

С учетом указанных обстоятельств, конкурсный управляющий просит апелляционную жалобу удовлетворить, а определение Арбитражного суда Иркутской области от 11 ноября 2021 года об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной - отменить.

От третьего лица ФИО5 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором он просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы конкурсного управляющего ООО «Магистральлеспром» и оставить в силе определение Арбитражного суда Иркутской области от 11.11.2021 по делу А19-30449/2019.

ФИО5 обращает внимание, что определением Арбитражного суда Иркутской области от 12.11.2020 по делу А19-30449/2019 была произведена замена кредитора ФИО3 на его процессуального правопреемника ФИО5, и в реестр требований кредиторов ООО «Магистральлеспром» на основании договора поручительства от 30.04.2019 был включен уже непосредственно ФИО5, в связи с чем ФИО5 как заинтересованным лицом подан отзыв на апелляционную жалобу конкурсного управляющего.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов спора и установлено судом первой инстанции, 30.04.2019 между ООО «Магистральлеспром» (поручитель) и ФИО3 (кредитор) заключен договор поручительства, по условиям п. 1.1 договора поручитель обязуется отвечать перед кредитором за исполнение ООО «Евразия-Леспром Групп» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес местонахождения: 666504, Иркутская область, <...>), именуемым должник, своих обязательств по договору поставки № ЕВР/НЕБ/3-01.01 от 01.01.2016, заключенному между должником и первоначальным кредитором (поставщиком по договору поставки) обществом с ограниченной ответственностью «Иркутскводлеспромстрой – Небельский ЛПХ», в части оплаты товара, поставленного по товарной накладной №147 от 30.09.2018.

По мнению конкурсного управляющего, оспариваемый договор поручительства направлен на причинение имущественного вреда кредиторам. В обоснование своей позиции конкурсный управляющий указал, что сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, его заключение не повлекло за собой получение должником какой-то имущественной или иной выгоды.

Оспаривая договор поручительства от 30.04.2019, конкурсный управляющий указал, что его заключение не повлекло за собой получение должником какой-либо имущественной или иной выгоды, а также на безвозмездность спорной сделки, поскольку полагает, что без встречного предоставления поручителю за исполнение его обязанностей перед кредитором гарантией защиты прав поручителя служат положения пункта 1 статьи 365 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора.

В качестве специального правового основания для оспаривания сделки заявитель указал пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее - Закона о банкротстве).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что материалами спора не доказано наличия всей совокупности условий для признания договора недействительным по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Иных оснований (статьи 10, 170 ГК РФ) также не установлено.

При этом суд первой инстанции установил, что на момент заключения договора поручительства от 30.04.2019 у ООО «Магистральлеспром» отсутствовали не получившие исполнения кредиторы, а также признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Суд первой инстанции принял во внимание, что на момент заключения оспариваемого договора поручительства от 30.04.2019 ООО «МагистральЛесПром» вело совместную хозяйственную деятельность с ООО «Евразия-леспром групп», о чем свидетельствует ряд заключенных и исполняемых сторонами договоров аренды, в связи с чем применил правовую позицию, приведенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2018 № 304-ЭС18-20611(2) по делу № А27-5667/2016.

Апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции и полагает необходимым отметить следующее.

В силу правовой позиции, указанной в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

На основании правовой позиции, указанной в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

На основании разъяснений, приведенных в пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Материалами дела не подтверждено, что на дату совершения сделки у должника имелись признаки неплатежеспособности, из чего верно исходил суд первой инстанции, поскольку доказательства того, что на дату заключения договора поручительства от 30.04.20219 у ООО «Магистральлеспром» имелись не получившие исполнение кредиторы, а также признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества, в материалы дела не представлено.

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, судом первой инстанции обоснованно в рассматриваемом случае при имеющихся материалах спора принято во внимание, что на момент заключения оспариваемого договора поручительства от 30.04.2019 ООО «МагистральЛесПром» вело совместную хозяйственную деятельность с ООО «Евразия-леспром групп», о чем свидетельствует ряд заключенных и исполняемых сторонами договоров аренды.

При этом, как правильно указал суд первой инстанции , в силу пункта 1 статьи 365 Гражданского кодекса Российской Федерации в рамках поручительства присущая гражданскому праву эквивалентность отношений «должник-кредитор» реализуется путем перехода к исполнившему обязательство поручителю прав кредитора к должнику по обеспечиваемому обязательству (суброгация), в результате чего поручитель получает то, что ранее он исполнил кредитору по поручительству.

Поручитель не получает прироста имущественной массы, однако и не лишается таковой. Однако, такое развитие событий возможно только в том случае, если первоначальный заемщик не в состоянии расплатиться с кредитором.

Таким образом, верными являются суждения суда первой инстанции о том, что при возникновении обязанности по исполнению договора поручительства ООО «Евразия-леспром групп» получило бы право произведения зачета встречного требования на сумму 28 465 437 руб. Основания не согласиться с данными выводами при имеющихся материалах спора в рассматриваемом случае у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Доказательств, опровергающих выводы суда первой инстанции о том, что на дату совершения спорного договора ООО «Магистральлеспром» располагало реальной возможностью защитить свои права путем зачета арендной платы с обязательством из исполнения договора поручительства от 30.04.2019, либо путем удержания имущества ООО «Евразия-леспром групп» с последующим обращением взыскания, не представлено.

В определении Арбитражного суда Иркутской области от 15.01.2021 по настоящему делу указано, что у ООО «Евразия-леспром групп» имеются требования к ООО «Магистральлеспром» в размере 283 666 068,99 рублей, которые учтены как обоснованные, но подлежащие удовлетворению в порядке, установленном пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

В указанном определении установлены обстоятельства наличия у ООО «Евразия-леспром групп» и ООО «Магистральлеспром» взаимных обязательств (общих экономических интересов), поэтому в данном конкретном случае суд первой инстанции обоснованно руководствовался правовой позицией, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2018 № 304-ЭС18-20611(2) по делу № А27-5667/2016, согласно которой, если при заключении договора поручительства должник не отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества (отсутствовали неисполненные обязательства, бухгалтерский баланс имел положительную структуру), и в материалах спора не имеется свидетельств заключения спорных сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, можно учесть то, что должник и лицо, обязательства которого обеспечены спорными сделками, имеют общие экономические интересы и устойчивые хозяйственные связи, как обстоятельство, позволяющее констатировать отсутствие оснований полагать, что при заключении договора поручительства допущено злоупотребление правом.

Суд первой инстанции неоднократно предлагал заявителю представить доказательства, свидетельствующие о том, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, либо доказательства того, что стоимость переданного в результате совершения сделки имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляла двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанной сделки либо доказательства того, что должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы либо доказательства того, что после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества, однако такие доказательства в материалы дела конкурсным управляющим не представлены.

В соответствии со статьей 9 Арбитражного суда Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Иных доказательств в материалы обособленного спора не представлено.

С учетом состава имеющихся в материалах спора доказательств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии правовых оснований для признания сделки недействительной.

Доводы кредитора ООО «Евразия-леспром групп» о наличии правовых оснований для признания оспариваемого договора недействительной сделкой по правилам статей 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации судом первой инстанции обоснованно отклонены как не основанные на фактических обстоятельствах дела и не подтвержденные документально.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем определение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного Иркутской области от 11 ноября 2021 года по делу № А19-30449/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья Н.А. Корзова


Судьи Н.И. Кайдаш


О.В. Монакова