Решение от 13 декабря 2018 г. по делу № А40-220228/2018

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-220228/18-84-1417
г. Москва
14 декабря 2018 года
Резолютивная часть решения объявлена 13 декабря 2018 года

Полный текст решения изготовлен 14 декабря 2018 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Сизовой О.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по заявлению: ФГБУ «Центр госсанэпиднадзора» Управления делами Президента Российской Федерации (ОГРН <***>, ИНН <***>, дата регистрации 18.02.2003, 121359, Москва, ул. Маршала Тимошенко, д.23)

к ответчику: Управлению федеральной антимонопольной службе по г. Москве (ОГРН <***>, ИНН <***>, дата регистрации 09.09.2003, 107078, Москва, Мясницкий проезд, д. 4, стр.1)

третьи лица: ИП ФИО2, АО «Единая электронная торговая площадка»

о признании незаконными решение и предписание от 28.06.2018 г. по делу № 2-57-8021/77-18,

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО3 (паспорт, дов. № 18/01 от 11.01.2018 г.);

от ответчика: ФИО4 (удостоверение, дов. № 03-65 от 26.12.2017 г.);

от третьих лиц: не явились, извещены;

УСТАНОВИЛ:

ФГБУ «Центр госсанэпиднадзора» Управления делами Президента Российской Федерации обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к Управлению федеральной антимонопольной службы по г. Москве с требованием о признании незаконными решение и предписание от 28.06.2018 г. по делу № 2-57-8021/77-18.

В обоснование заявленного требования Учреждение указывает на незаконность оспариваемых ненормативных правовых актов как вынесенных без учета всех конкретных фактических обстоятельств дела. Ссылается на отсутствие в поданной предпринимателем заявке конкретных показателей предлагаемого к использованию при оказании услуг товара, что, по утверждению заявителя, является самостоятельным и безусловным основанием для отказа участнику закупки в допуске к участию в ней. Указывает на наличие в аукционной документации вариации характеристик такого товара, что предполагает, по мнению заявителя, необходимость участнику закупки презюмировать обязанность по предоставлению со своей стороны сведений о таких характеристиках. Настаивает на недостаточности в настоящем случае согласия участника закупки на оказание услуг на требуемых заказчиком условиях и ссылается на императивную обязанность участника закупки представить конкретные предложения по характеристикам подлежащего использованию товара. Ссылается на факт признания спорного аукциона несостоявшимся и проведение повторного аукциона, в котором предприниматель принимал участие, ввиду чего полагает, что права последнего рассматриваемыми действиями заказчика нарушены не были. Указывает на факт определения им победителя по результатам повторной закупочной процедуры, результаты которой подлежат отмене на основании оспариваемого предписания контрольного органа, что, по мнению заявителя, также свидетельствует о незаконности названного акта.

В судебном заседании представитель заявителя поддержал заявленные требования в полном объеме.

Представитель ответчика против удовлетворения заявленных требований возражал, со ссылкой на законность и обоснованность оспариваемого решения, представил материалы антимонопольного дела и отзыв на заявление.

Третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились. Суд считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие в порядке ст.ст. 123, 124, 156 ч. 3 АПК РФ.

Рассмотрев материалы дела, исследовав представленные доказательства, выслушав доводы представителей сторон, арбитражный суд установил, что заявленные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Суд установил, что срок на обжалование ненормативных актов, установленный п. 4 ст. 198 АПК РФ заявителем не пропущен.

В соответствии со ст.198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, процессуальный закон устанавливает наличие одновременно двух обстоятельств, а именно, не соответствие оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту и нарушение оспариваемым актом прав и законных интересов организаций в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц.

Согласно ст.13 ГК РФ ненормативный акт, не соответствующий закону или иным правовым актам и нарушающий гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина, может быть признан судом недействительным.

Согласно п.1 Постановления Пленума ВС РФ от 01.07.1996 г. № 6 и Пленума ВАС РФ № 8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» если суд установит, что оспариваемый акт не соответствует закону или иным правовым актам и ограничивает гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, то в соответствии со статьей 13 ГК он может признать такой акт недействительным.

Таким образом, из существа приведенных норм следует, что для признания недействительным обжалуемого заявителем решения и предписания Московского УФАС России, необходимо наличие двух обязательных условий, а именно, несоответствие их закону и наличие нарушения прав и охраняемых законом интересов юридического лица.

Как следует из материалов дела, ФГБУ «Центр госсанэпиднадзора» (далее – «Заявитель») 08.06.2018 было размещено на сайте http://www.zakupki.gov.ru извещение о проведении открытого аукциона в электронной форме на право заключения государственного контракта на оказание автотранспортных услуг (Закупка №0373100022618000006) (далее – «аукцион»).

На участие на аукционе была подана заявка от ИП ФИО2, решением аукционной комиссии Заявителя которой было отказано в допуске к участию в аукционе, а так как это была единственная заявка, поданная на аукцион, то аукцион был признан несостоявшимся (копия протокола рассмотрения единственной заявки на участие в электронном аукционе 0373100022618000006 от 15.06.2018 прилагается).

22.06.2018 в Московское УФАС России обратился ИП ФИО2 с жалобой на действия аукционной комиссии ФГБУ «Центр госсанэпиднадзора», которая по мнению Заявителя неправомерно отказала в допуске Заявителю к участию в электронном аукционе.

11.07.2018 по результатам рассмотрения поступившей жалобы антимонопольным органом принято решение о признании этой жалобы обоснованной, а в действиях заказчика было выявлено нарушение требований ч. 5 ст. 67 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон о контрактной системе в сфере закупок), поскольку административный орган пришел к выводу о необоснованности отклонения Учреждением заявки предпринимателя, поскольку эта заявка содержала в себе все сведения, предусмотренные ст. 66 Закона о контрактной системе закупок, в отсутствие в аукционной документации указания на необходимость представления в составе заявки иных дополнительных документов. На основании указанного решения антимонопольным органом на заказчика была отнесена обязанность по устранению допущенных им нарушений прав и законных интересов подателя жалобы путем отмены составленных в ходе проведения аукциона протоколов, назначения, новой даты рассмотрения поданных заявок и их повторного рассмотрения с учетом выводов, изложенных в оспариваемом решении антимонопольного органа

Посчитав указанные решение и предписание незаконными и необоснованными, нарушающим права и законные интересы Учреждения, Заявитель обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд исходит из следующего.

Полномочия административного органа, рассмотревшего дело и вынесшего оспариваемые ненормативные правовые акты, определены п.п. 1, 5.3.1.12 Положения о Федеральной антимонопольной службе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 № 331, п. 5.6 приказа Федеральной антимонопольной службы от 26.01.2011 № 30 «Об утверждении Положения о территориальном органе Федеральной антимонопольной службы». Таким образом, оспариваемые ненормативные правовые акты вынесены антимонопольным органом в настоящем случае в рамках предоставленных ему полномочий.

Как следует из материалов дела и достоверно установлено административным органом, Учреждением проведен электронный аукцион на право заключения государственного контракта на оказание автотранспортных услуг (реестровый номер закупки 0373100022618000006).

Согласно протоколу рассмотрения единственной заявки на участие в электронном аукционе, составленному 15.06.2018, на участие в упомянутом аукционе подана 1 (одна) заявка - предпринимателя.

В то же самое время, упомянутая заявка была отклонена со следующим обоснованием: «п. 1 ч. 4 ст. 67 - непредоставление информации, предусмотренной ч. 3 ст. 66 44-ФЗ, или предоставление/установление недостоверной информации, предусмотренной ч. 3 ст. 66 44-ФЗ».

В соответствии с п. 1 ч. 4 ст. 67 Закона о контрактной системе в сфере закупок участник электронного аукциона не допускается к участию в нем в случае непредоставления информации, предусмотренной ч. 3 ст. 66 упомянутого закона, или предоставления недостоверной информации.

В свою очередь, приведенная норма права (в редакции, действовавшей в момент возникновения спорных правоотношений) содержала перечень сведений, подлежащих указанию в составе заявки в зависимости от предмета проводимого аукциона.

Так, при заключении контракта на выполнение работы или оказание услуги, для выполнения или оказания которых используется товар, в составе первой части заявки должно было быть указано согласие участника такого аукциона на выполнение работы или оказание услуги на условиях, предусмотренных документацией о таком аукционе, в том числе согласие на использование товара, в отношении которого в документации о таком аукционе содержится указание на товарный знак (его словесное обозначение) (при наличии), знак обслуживания (при наличии), фирменное наименование (при наличии), патенты (при наличии), полезные модели (при наличии), промышленные образцы (при наличии), наименование страны происхождения товара, либо согласие участника аукциона на выполнение работы или оказание услуги на условиях, указанных в аукционной документации, указание на товарный знак (его словесное обозначение) (при наличии), знак обслуживания (при наличии), фирменное наименование (при наличии), патенты (при наличии), полезные модели (при наличии), промышленные образцы (при наличии), наименование страны происхождения товара и, если участник такого аукциона предлагает для использования товар, который является эквивалентным товару, указанному в данной документации, конкретные показатели товара, соответствующие значениям эквивалентности, установленным данной документацией, при условии содержания в ней указания на товарный знак (его словесное обозначение) (при наличии), знак обслуживания (при наличии), фирменное наименование (при наличии), патенты (при наличии), полезные модели (при наличии), промышленные образцы (при наличии), наименование страны происхождения товара, а также требование о необходимости указания в заявке на участие в таком аукционе на товарный знак (его словесное обозначение) (при наличии), знак обслуживания (при наличии), фирменное наименование (при наличии), патенты (при наличии), полезные модели (при наличии), промышленные образцы (при наличии), наименование страны происхождения товара (подп. «а» п. 3 ч. 1 ст. 66 Закона о контрактной системе закупок); согласие участника аукциона на выполнение работы или оказание услуги на условиях, определенных аукционных документацией, а также конкретные показатели используемого товара, соответствующие значениям, установленным документацией о таком аукционе, и указание на товарный знак (его словесное обозначение) (при наличии), знак обслуживания (при наличии), фирменное наименование (при наличии), патенты (при наличии), полезные модели (при наличии), промышленные образцы (при наличии), наименование страны происхождения товара (подп. «б» п. 3 ч. 3 ст. 66 названного закона).

Буквальное толкование приведенной нормы права свидетельствует о наличии у участника закупки необходимости указывать либо на свое согласие на выполнение работ (оказание услуг) на условиях заказчика, либо конкретные показатели предлагаемого к использованию товара, позволяющие последнему определить соответствие такого товара своим потребностям. При этом, необходимость указания участником закупки либо согласия, либо конкретных показателей предлагаемого к использованию товара обусловлена требованиями заказчика по заполнению участниками закупки своих заявок, отражающими действительную значимость для последнего в получении такой информации из поданных заявок.

В пользу приведенного утверждения свидетельствуют и положения п. 2 ч. 1 ст. 64 Закона о контрактной системе в сфере закупок, согласно которому документация об электронном аукционе должна содержать требования к содержанию, составу заявки на участие в таком аукционе в соответствии с ч.ч. 3-6 ст. 66 названного закона, а также инструкцию по ее заполнению.

При этом, как видно из материалов дела, Учреждением в п. 26 Информационной карты аукциона определены требования к составу первой части заявки с отсылкой к разделу 2 аукционной документации.

В свою очередь, согласно п. 2.1.1 упомянутого раздела 2 аукционной документации первая часть заявки должна содержать следующую информацию: согласие участника аукциона на оказание услуг в соответствии с требованиями, установленными в Техническом задании (раздел 3 документации об аукционе) и проекте государственного контракта (раздел 5 документации об аукционе).

Исходя из приведенных в упомянутых пунктах Информационной карты аукциона и раздела 2 аукционной документации требований предпринимателем в составе своей заявки выражено согласие на оказание услуг по государственному контракту на условиях заказчика.

При проверке обоснованности доводов поступившей от упомянутого предпринимателя жалобы антимонопольный орган счел такое согласие достаточным применительно к ст.ст. 64, 66 Закона о контрактной системе в сфере закупок для допуска первой части заявки последнего к участию в электронном аукционе.

Ссылаясь на незаконность оспариваемых ненормативных правовых актов, Учреждение настаивает на принципиальной для него значимости представления участником закупки в составе своей заявки конкретных показателей предлагаемого к использованию товара, что, по мнению заявителя, прямо следует из нормоположений ч. 3 ст. 66 Закона о контрактной системе в сфере закупок.

Применительно к названной норме права в составе заявки участника закупки подлежит отражению исключительно та информация из состава этой нормы, которая требуется заказчику в соответствии с условиями сформированной им закупочной документации. Таким образом, потребовать от участника закупки предоставления большего объема информации, нежели это предусмотрено положениями ч. 3 ст. 66 Закона о контрактной системе в сфере закупок, заказчик не вправе. Однако предоставление участником закупки в составе своей заявки меньшего объема этой информации является допустимым в случае соответствующего указания на то в закупочной документации в зависимости от потребности государственного заказчика, обладающего правом самостоятельно решить, какая именно информация в отношении того или иного товара ему необходима.

Так, согласно п. 4 Технического задания заказчиком были определены условия оказания услуг с вариативными характеристиками подлежащих использованию при исполнении государственного контракта товаров.

Ссылаясь на наличие в составе своей аукционной документации упомянутых условий, заявитель указывает на безусловную необходимость представления участником закупки в составе своей заявки конкретных показателей предлагаемого к использованию товара, поскольку, как настаивает заявитель, указанное обстоятельство презюмируется из текста сформированной им аукционной документации.

Вместе с тем, Учреждением не учтено следующее.

Документация о проведении закупки, являющаяся, по своей сути, офертой, в соответствии с положениями которой впоследствии заключается договор, не должна содержать возможности ее множественного толкования.

Указанная документация должна содержать в себе четкие, исчерпывающие требования к претендентам, подающим заявки на право участия в торгах, что исключает возможность субъективного толкования указанных в заявках предложений заказчиком.

В этой связи, в целях исключения какого-либо субъективного правоусмотрения при разрешении вопроса о допуске той или иной заявки к участию в закупке, а также недопустимости злоупотребления правом заказчику надлежит максимально четко и конкретно сформулировать свои требования относительно требуемых к выполнению работ или услуг. Наличие же в таких требованиях каких-либо разночтений, либо отсутствие в закупочной документации какого-либо требования исключает последующую возможность отклонения заявок со ссылкой на их несоответствие таким требованиям документации.

Названный правовой подход наиболее полно обеспечивает баланс частных и публичных интересов, поскольку направлен на повышенную защиту участника торгов как более слабой стороны в указанных правоотношениях.

Обратное же будет противоречить законодательно закрепленному принципу равенства участников гражданских правоотношений (ч. 1 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), презумпции добросовестности участников таких правоотношений (ч. 5 ст. 10 ГК РФ), а также законодательно установленному запрету на злоупотребление правом (ч. 1 ст. 10 ГК РФ), поскольку разрешение вопроса о допуске или об отказе в допуске к участию в торгах будет основано исключительно на субъективном усмотрении организатора закупки.

Вместе с тем, как усматривается из текста протокола рассмотрения единственной заявки на участие в электронном аукционе, составленного 15.06.2018, заявка предпринимателя отклонена Учреждением в связи с отсутствием в ней сведений о характеристиках предлагаемого к использованию товара.

При этом, согласно условиям аукционной документации (п. 26 Информационной карты, раздел 2 аукционной документации) такие показатели к представлению в составе заявки не требовались, поскольку состав первой части заявки на участие в аукционе был определен заказчиком исчерпывающе и недвусмысленно: исключительно согласие на оказание услуг на условиях, предложенных заказчиком.

Как указывает ответчик, в этой связи, в случае действительной необходимости в получении заказчиком сведений о технических характеристиках предлагаемого участником закупки к использованию товара, Учреждению надлежало указать в своей аукционной документации четкие и конкретные требования о необходимости представления в составе подаваемой заявки таких сведений, а не презюмировать наличие у участника закупки такой обязанности исходя из нормоположений действующего законодательства о контрактной системе в сфере закупок, детализированных при этом заказчиком в гораздо более узкую сторону. В настоящем же случае действия заявителя были направлены исключительно на изыскание всевозможных способов искусственно сократить количество потенциальных участников закупки, что не соответствовало не только балансу частных и публичных интересов (на необходимость соблюдения которого указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 29.03.2011 № 2-П) и принципу стабильности публичных правоотношений, а также принципу добросовестной реализации прав и законных интересов (ч. 3 ст. 1 ГК РФ), недопустимости извлечения преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения (ч. 4 ст. 1 ГК РФ), недопустимости злоупотребления правом (ч. 1 ст. 10 ГК РФ).

Кроме того, оспариваемое решение административного органа в настоящем случае не содержит никаких выводов относительно недопустимости отклонения поданных участниками заявок без указания на конкретные технические характеристики предлагаемых к использованию товаров, а ограничивается исключительно констатацией необходимости указания соответствующих требований в тексте аукционной документации.

В свою очередь, исчерпывающий перечень оснований для отклонения поданной первой части заявки приведен в ч. 4 ст. 67 Закона о контрактной системе закупок, к числу которых отнесены непредставление информации, предусмотренной ч. 3 ст. 66 упомянутого закона, либо предоставление недостоверной информации (п. 1), а также несоответствие такой информации требованиям аукционной документации (п. 2).

В силу ч. 5 ст. 67 Закона о контрактной системе в сфере закупок отказ в допуске к участию в электронном аукционе по основаниям, не предусмотренным ч. 4 упомянутой статьи закона, не допускается.

В то же самое время, учитывая то обстоятельство, что требования о представлении в составе заявки конкретных показателей технических и функциональных характеристик предлагаемого участником закупки к использованию товара в аукционной документации отсутствовало, следует согласиться с выводом административного органа об отсутствии у заявителя в настоящем случае правовых оснований к отклонению этой заявки и, как следствие, о наличии в действиях последнего нарушения положений ч. 5 ст. 67 Закона о контрактной системе в сфере закупок.

В свою очередь, приведенные заявителем доводы представляют собой исключительно констатацию факта его несогласия с выводами административного органа, что, в отсутствие доказательств ошибочности таких выводов, не может являться основанием к удовлетворению заявленного требования в контексте ст.ст. 198, 200, 201 АПК РФ.

В свою очередь, выданное антимонопольным органом заказчику обязательное к исполнению предписание об устранении выявленных нарушений направлено не только на восстановление прав и законных интересов участника закупки в административном порядке (ст. 11 ГК РФ), но также на проведение закупочной процедуры в строгом соответствии с требованиями Закона о контрактной системе в сфере закупок.

Приведенные же заявителем доводы о проведении с его стороны повторной закупочной процедуры и принятии предпринимателем участия в этой процедуре подлежат отклонению как не свидетельствующие об ошибочности выводов административного органа о допущенном Учреждением нарушении, равно как и о восстановлении им прав и законных интересов подателя жалобы в контрольный орган.

Так, административным органом был зафиксирован факт необоснованного отклонения заказчиком заявки предпринимателя, которая являлась единственной поданной на участие в закупочной процедуре с реестровым номером 0373100022618000006, а потому сам предприниматель имел все основания быть признанным единственным участником упомянутой закупки и заключить государственный контракт по ее результатам.

В то же самое время, вследствие действий заявителя по аннулированию первой закупочной процедуры и проведению второй предприниматель такой возможности был лишен и был вынужден участвовать в повторной закупке на новых условиях.

В то же самое время, вследствие действий заявителя по аннулированию первой закупочной процедуры и проведению второй предприниматель такой возможности был лишен и был вынужден участвовать в повторной закупке на новых условиях.

В этой связи правовосстановительная функция оспариваемого предписания контрольного органа заключается в возврате правового положения предпринимателя в исходное состояние до момента нарушения его прав и законных интересов действиями Учреждения.

Ссылки же заявителя на проведение им иной закупочной процедуры, результаты которой должны быть отменены на основании оспариваемого предписания, правового значения для настоящего спора не имеют, поскольку проведение иной закупочной процедуры является исключительно усмотрением и риском самого заявителя, однако не обуславливает невозможность со стороны контрольного органа восстановить права и законные интересы лица, претерпевшего неблагоприятные последствия вследствие незаконных действий заявителя. Ссылок на какую-либо норму права, содержащую указание на незаконность предписания контрольного органа в случае совершения обязанным лицом действий, препятствующих его исполнению, заявителем не приведено, а все доводы последнего в указанной части направлены исключительно на сохранение результата повторной закупочной процедуры в нарушение прав и законных интересов подателя жалобы, что представляет собой исключительно злоупотребление правом, не подлежащее судебной защите (ч. 2 ст. 10 ГК РФ) и не обуславливающее незаконность оспариваемого предписания контрольного органа.

В связи с вышеизложенными обстоятельствами, суд приходит к выводу о том, что выводы антимонопольного органа, изложенные в оспариваемом решении, являются правильными и представленным в дело доказательствам соответствуют.

Согласно ч. 5 ст. 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В настоящем случае административный орган доказал законность принятого им решения и предписания.

В силу статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) за судебной защитой в арбитражный суд может обратиться лицо, чьи законные права и интересы нарушены, а предъявление иска имеет цель восстановления нарушенного права. Согласно статье 65 АПК РФ заявитель должен доказать, в защиту и на восстановление каких прав предъявлены требования о признании недействительным оспариваемого решения.

Заявителем, вопреки ч. 1 ст. 65 АПК РФ, не доказано, каким именно нормативным актам не соответствует оспариваемое решение и какие права и законные интересы Учреждания нарушены этим актом, поскольку оспариваемое решение не создает заявителю никаких препятствий в осуществлении им своей деятельности и не возлагает на него никаких обязанностей.

При указанных обстоятельствах, в данном случае отсутствуют основания, предусмотренные статьей 13 ГК РФ, статьями 198, 201 АПК РФ, которые одновременно необходимы для признания ненормативных актов недействительными.

В связи с изложенным, суд не находит оснований для удовлетворения требований заявителя.

Судом проверены все доводы Заявителя, однако, они не опровергают установленные судом обстоятельства и не могут являться основанием для удовлетворения заявленных требований.

В силу действия части 3 статьи 201 АПК РФ, в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по государственной пошлине относятся на заявителя.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 167-170, 176, 197-201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Проверив на соответствие действующему законодательству, в удовлетворении заявленных требований ФГБУ «Центр госсанэпиднадзора» Управления делами Президента Российской Федерации отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

О.В. Сизова