Постановление от 14 мая 2019 г. по делу № А40-150129/2017

ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Москва

15.05.2019

Дело № А40-150129/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 06.05.2019

Полный текст постановления изготовлен  15.05.2019

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего-судьи  Голобородько В.Я.,

судей Холодковой Ю.Е., Кручининой Н.А.

при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по дов. от 14.03.2018

от ФИО3 - ФИО2 по дов. от 15.10.2018

от Банк ВТБ – ФИО4 по дов. от 19.07.2018

рассмотрев 06.05.2019 в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1, ФИО3

на определение от 29.10.2018

Арбитражного суда г. Москвы

вынесенное судьей Мухамедзановым Р.Ш.,

на постановление от 21.02.2019

Девятого арбитражного апелляционного суда

принятое судьями Порывкиным П.А., Масловым А.С., Сафроновой М.С.,

о признании недействительной сделкой договора дарения квартиры от 21 января 2015 года, заключенный между ФИО1 и ФИО3 (04.10.1988г. рождения, место рождения: г.Владикавказ РСО-Алания) в отношении квартиры, общей площадью 74,4кв.м., находящейся по адресу: <...>. квартира 565 (кадастровый номер 77:06:0004005:5402), и применении последствия недействительности сделки,

по делу о признании несостоятельным (банкротом) о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1, 



УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда г.Москвы от 21.08.2017г. принято к производству заявление Банк ВТБ 24 (ПАО) о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1 (04.06.1962г. рождения, место рождения: с.Иран РСО-Алания, ИНН <***>), возбуждено производство по делу №А40-150129/17-186-223Ф.

Решением Арбитражного суда г.Москвы от 11.07.2018г. ФИО1 признан несостоятельным     (банкротом),     в     отношении     него     введена     процедура реализации имущества должника сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим должника утвержден ФИО5 (адрес для направления корреспонденции: 214014, г.Смоленск, ОПС 14, а/я 10).

В Арбитражный суд г.Москвы 10.09.2018г. поступило заявление финансового управляющего ФИО1 - ФИО5 о признании сделки должника (договора дарения квартиры по адресу: <...>) с ФИО3 недействительной и применении последствий ее недействительности.

Определением Арбитражного суда г.Москвы от 29.10.2018г. Заявление финансового управляющего ФИО1 - ФИО5 удовлетворено. Признан недействительной сделкой договор дарения квартиры от 21 января 2015 года, заключенный между ФИО1 и ФИО3 (04.10.1988г. рождения, место рождения: г.Владикавказ РСО-Алания) в отношении квартиры, общей площадью 74,4кв.м, находящейся по адресу: <...> (кадастровый номер 77:06:0004005:5402). Применены последствия недействительности сделки: ФИО3 (04.10.1988г. рождения, место рождения: г.Владикавказ РСО-Алания) обязан возвратить в конкурсную массу недвижимое имущество - квартиру, общей площадью 74,4кв.м, находящуюся по адресу: <...> (кадастровый номер 77:06:0004005:5402), о чем внести запись в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним и восстановлено право собственности ФИО1 на недвижимое имущество.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2019 указанное определение оставлено без изменения.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО1, ФИО3 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просят отменить обжалуемые судебные акты. Заявители в кассационных жалобах указывают на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам, указывает на неправильное применение норм процессуального и материального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного заявления.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, обсудив доводы кассационных жалоб и возражения на них, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационных жалоб, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм материального права и направлены на переоценку исследованных судами доказательств, что, в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Из материалов дела следует и судами установлено, что 21.01.2015г. между ФИО1 (должник) и ФИО3 был заключен договор дарения квартиры, общей площадью 74,4кв.м, находящейся по адресу: <...> (кадастровый номер 77:06:0004005:5402). Указанную квартиру стороны оценили в 16 000 000 рублей 00 копеек (п.7 спорного договора). Переход права собственности был зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Москве 05 февраля 2015 года за номером 77-77/00477/001/240/2015-657/2.

Финансовый управляющий должника со ссылкой на положения п.2 ст.61.2 Федерального закона от 26.10.2002г. №127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", указал, что договор дарения квартиры 21.01.2015г. совершен с целью причинить вред имущественным правам кредиторов и причинил такой вред; также, со ссылкой на положения ст.ст.10, 168 Гражданского кодекса РФ, указал, что оспариваемая сделка обладает признакам недействительности, поскольку направлена на отчуждение имущества путем совершения сделки с заинтересованным лицом с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания кредиторами.

Согласно п.п.1, 2 ст.213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника- гражданина по основаниям, предусмотренным ст.61.2 или ст.61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в ст.61.2 или ст.61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Абзац 2 п.7 ст.213.9 и п.п.1 и 2 ст.213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» применяются к совершенным с 01 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

Сделки указанных граждан, совершенные до 01 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании ст. 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном п.п.3-5 ст.213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (п.13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015г. №154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении и изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

Как верно указали суды, в рассматриваемом случае оспариваемая сделка совершена 21.01.2015г., в связи с чем она не подлежит оценке по правилам статьи 213.32 Закона о банкротстве, а может быть признана недействительной только на основании ст.10 ГК РФ.

В связи с изложенным, суды правомерно отклонили доводы заявителя со ссылкой на положения п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве.

При этом наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных, в т.ч., ст.61.2, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную согласно статьям 10, 168 Гражданского кодекса РФ (п.4 Постановления N63).

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий ссылался на то обстоятельство, что сделка совершена с заинтересованным лицом с целью затруднить или исключить обращение взыскания на отчужденное имущество, что, по мнению заявителя, свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны должника.

Предметом договора является безвозмездная передача должником в собственность заинтересованного лица (ФИО3) указанного в договоре объекта недвижимого имущества.

Согласно п.3 ст.19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

ФИО3 является сыном должника, в связи с чем суды правомерно признали обоснованными доводы о совершении сделки с заинтересованным лицом.

Согласно п.п.3 и 4 ст.1 Гражданского кодекса РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п.1 ст.10 Гражданского кодекса РФ, не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Как разъяснил Верховный Суд РФ в п.1 Постановления Пленума от 23 июня 2015г. N25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ", добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе, в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст.10 Гражданского кодекса РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (ст.ст.10 и 168 Гражданского кодекса РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Указанная позиция подтверждается сложившейся судебной практикой (Определение Верховного Суда РФ от 01.12.2015г. Ш-КГ15-54).

Таким образом, для данного поведения характерны намерения причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

В силу п.5 ст.10 Гражданского кодекса РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования.

Согласно п.1 ст.168 Гражданского кодекса РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу п.2 ст.168 Гражданского кодекса РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 7, 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015г. N25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса РФ», если совершение сделки нарушает запрет, установленный п.1 ст.10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п.п.1 и 2 ст.168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10 и п.п.1 и 2 ст.168 ГК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судами, на момент совершения оспариваемой сделки у должника (с 19.01.2015г.) существовала задолженность перед кредитором Банк ВТБ 24 по договору проведении конверсионных арбитражных операций в иностранных валютах на условиях «Margin Trading» в размере 3 313 285,85 долларов США, требования о взыскании которой признаны обоснованными решением Мещанского районного суда г.Москвы от 01 февраля 2016 года, а в последующем включены судом в реестр требований кредиторов должника. При этом на момент совершения сделки должник не обладал имуществом, достаточным для погашения указанных требований кредитора в полном объеме, что подтверждается выпиской из ЕГРП, выписками банков и сведениями ГИБДД, Гостехнадзора.

Вышеуказанные обстоятельства, как верно указали суды, свидетельствуют о том, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, а оспариваемая сделка отвечает признакам злоупотребления правом.

Возражения относительно отсутствия задолженности по состоянию на 21.01.2015, а также неосведомленности должника на момент совершения сделки о наличии задолженности перед Банком ВТБ (ПАО), обоснованно признаны судами несостоятельными, поскольку противоречат действующему процессуальному законодательству (ч.3 ст.69 АПК РФ) и направлены на переоценку выводов, сделанных Мещанским районным судом г.Москвы.

Согласно фактическим обстоятельствам, установленным решением Мещанского районного суда г.Москвы от 01 февраля 2016 года, с учетом списания остатка по гарантийно-торговому счету №40817840501000204312 в размере 137 303,80 долларов США, на 19.01.2015г. - дату расчетов по операциям за 15.01.2015г. у ФИО1 на лицевом счете <***> возникла обязанность погасить задолженность перед истцом в размере 3 313 285,85 долларов США.

Таким образом, с учетом позиций лиц, участвующих в деле, суды правомерно пришли к выводу о том, что по состоянию на 19.01.2015г., а также 21.01.2015г. (момент заключения оспариваемого договора) ФИО1 имел задолженность перед ВТБ 24 (ПАО) в размере 3 313 285,85 долларов США.

Доводы о неосведомленности ФИО1 о наличии задолженности по состоянию на 21.01.2015г. судами также обоснованно признаны несостоятельными, поскольку приведены ФИО3, т. е. не лицом, о неосведомленности которого были заявлены данные доводы, у которого отсутствовали полномочия по представлению интересов должника, а также в связи с тем, что операции по договору проведения конверсионных арбитражных операций в иностранных валютах на условиях «Margin Trading» совершались по гарантийно-торговому счету, состояние расчетов по которому которого должник имел возможность оценивать, в том числе, должен был знать из реестра сделок и о списании Банком 3 411 211,62 долларов США.

Согласно п.6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010г. N63, при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абз.33-34 ст.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Судами установлено, что на момент совершения сделки должник не обладал имуществом, достаточным для погашения указанных требований ВТБ 24 (ПАО) в полном объеме, что подтверждается выпиской из ЕГРП, выписками кредитных организаций и сведениями ГИБДД, Гостехнадзора, в связи с чем, суды пришли к верному выводу о том, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Возражения ФИО3, изложенные в отзыве, относительно совершения оспариваемой сделки во исполнение ранее достигнутого соглашения по разделу имущества супругов (с ФИО6), судами правомерно отклонены как необоснованные, поскольку указанные доводы не подтверждены в порядке, предусмотренном п.1 ст.65 АПК РФ. Доказательств наличия какого-либо соглашения о разделе имущества между должником и ФИО6 в материалы дела не представлено.

Заявление ФИО6 (заинтересованного лица по отношению к ФИО3) о наличии такого соглашения, сделанное после совершения оспариваемой сделки и принятия судом заявления финансового управляющего должника о ее оспаривании, 15.10.2018г., судом справедливо отклонено в качестве доказательства указанного факта, поскольку иные доказательства, независимо свидетельствующие о таких фактах, в материалах дела отсутствуют. Таким доказательством, как верно указано судами, могло быть соглашение о разделе совместно нажитого имущество, заключенное между ФИО7 и ФИО6 в нотариальном порядке.

Заявление ФИО8 о принятии 25.12.2014г. обязательств по подготовке и проведению регистрации отчуждения спорного имущества, сделанное после совершения оспариваемой сделки и принятия судом заявления финансового управляющего должника о ее оспаривании, а именно, 15.10.2018г. судами также обоснованно отклонено в качестве доказательства указанного факта, поскольку иных доказательств, независимо свидетельствующих о таких фактах, в материалах дела отсутствуют. Такими доказательствами, как верно указали суды, могли быть договор об оказании услуг по подготовке и проведению регистрации отчуждения спорного имущества, а также какие-либо запросы и документы, совершенные ФИО8, начиная с 25.12.2014 г. Однако, из расписки в получении документов на государственную регистрацию от 22.01.2015г. следует, что все документы, кроме существующих до принятия ФИО8 соответствующих обязательств, необходимые для совершения регистрации отчуждения спорного имущества, датированы 21.01.2015г. и 22.01.2015г., что также свидетельствует о принятии ФИО1 решения об отчуждении принадлежащего ему имущества не ранее возникновения задолженности перед Банком ВТБ 24.

Заявление ФИО3 о пропуске заявителем срока исковой давности обоснованно отклонено.

Согласно ч.2 ст.181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п.1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с п.1 ст.61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Таким образом, ссылка заявителя возражений на течение срока исковой данности применительно к ничтожной сделке несостоятельна, поскольку рассматриваемая сделка является оспоримой, начало течении срока исковой давности также определено ФИО3 без учета положений действующего законодательства, в частности, положений п.2 ст.181 ГК РФ.

Согласно представленным доказательствам (в том числе, сведениям Управления Росреестра по Смоленской области от 31.07.2018г., сведениям Управления Росреестра по г.Москве от 11.09.2018г. (в ответ на запрос от 07.09.2018г.), а также с учетом того обстоятельства, что ФИО5 был утвержден финансовым управляющим должника решением Арбитражного суда г.Москвы от 11.07.2018г., суды пришли к верному выводу о том, что заявление поступило в суд в пределах годичного срока исковой давности (10.09.2018).

Доводы кассационной жалобы о том, что на момент заключения договора дарения спорная квартира была единственным пригодным для постоянного проживания помещением являются необоснованными, поскольку в преддверии банкротства ФИО1 также были отчуждены иные объекты недвижимого имущества, в том числе, квартира, расположенная по адресу: <...>/ФИО9, д. 13/1, кв. 96.

Рассмотрение заявления финансового управляющего о признании сделки недействительной по отчуждению квартиры, расположенной по адресу: <...>/ФИО9, д. 13/1, кв. 96, назначено Арбитражным судом г.Москвы на 21.05.2019 года.

Также в ходе процедуры банкротства должника финансовым управляющим было выявлено совместно нажитое имущество Должника с супругой (бывшей супругой) ФИО6, а именно:

-квартира площадью 116,10 кв.м, находящаяся по адресу: <...>.

-квартира площадью 86,6 кв.м., находящаяся по адресу: <...>.

После отчуждения оспариваемой квартиры у должника оставалось еще три объекта (квартиры) недвижимости, пригодных для проживания а в настоящий момент имеется в совместной собственности с супругой (бывшей супругой) квартира площадью 116,10 кв.м, по адресу: <...>

Таким образом, суды обоснованно пришли к выводу о том, что заявителем доказано наличие всей совокупности обстоятельств для признания сделки недействительной. Последствия недействительности сделки применены судом в соответствии с требованиями закона.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемых актов нарушений норм процессуального права судами, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено. Судами первой и апелляционной инстанции были установлены все существенные для дела обстоятельства, изучены все доказательства по делу, и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального права применены правильно.

Доводы кассационных жалоб изучены судом, однако, они подлежат отклонению как направленные на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, является недопустимым при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 29.10.2018, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2019 по делу № А40-150129/2017 оставить без изменения, кассационные жалобы  без удовлетворения.


Председательствующий-судья                                      В.Я. Голобородько


Судьи:                                                                                  Ю.Е. Холодкова


                                                                                              Н.А. Кручинина