Постановление от 4 сентября 2025 г. по делу № А75-22861/2019

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, <...> Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-22861/2019
05 сентября 2025 года
город Омск


Резолютивная часть постановления объявлена 25 августа 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 05 сентября 2025 года.

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Самович Е.А., судей Горбуновой Е.А., Дубок О.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Лепехиной М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-5295/2025) конкурсного управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 29.05.2025 по делу № А75-22861/2019 (судья Колесников С.А.), вынесенное по результатам рассмотрения жалобы межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО1, признании действий конкурсного управляющего незаконными, взыскании убытков в размере 2 749 992 руб. 25 коп.,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Югорскпродукт Ойл» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ФИО1 – посредством системы веб-конференции представитель ФИО2 (паспорт, доверенность от 04.08.2025, срок действия 3 месяца),

от ФИО3 – посредством системы веб-конференции представитель ФИО4 (паспорт, доверенность № 86 АА 2840288 от 28.07.2023 сроком действия 3 года),

от межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре – посредством системы веб-конференции представитель ФИО5 (паспорт, доверенность от 06.05.2025 сроком действия 1 год),

УСТАНОВИЛ:

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2021 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Югорскпродукт Ойл» (далее также – ООО «Югорскпродукт Ойл», должник) введена процедура наблюдения.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 13.04.2021 временным управляющим ООО «Югорскпродукт Ойл» утвержден ФИО1.

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 28.11.2021 (резолютивная часть объявлена 12.11.2021) ООО «Югорскпродукт Ойл» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1

Сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 226(7188) от 11.12.2021.

Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 2 по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре (далее – ФНС России, налоговый орган, уполномоченный орган) 27.05.2024 обратилась в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), что принято судом, о признании необоснованными и незаконными действий (бездействия) конкурсного управляющего ООО «Югорскпродукт Ойл» ФИО1, выразившихся в следующем:

– привлечении общества с ограниченной ответственностью «НВМ КОНСАЛТИНГ» (ИНН <***>, далее – ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ») для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве за счёт имущества должника;

– нерасторжении договора с обществом с ограниченной ответственностью «РОМИ» (ИНН <***>, далее – ООО «РОМИ») в разумный срок, и не заключении договора на хранение на более выгодных условиях.

Уполномоченным органом также заявлено о взыскании с арбитражного управляющего ФИО1 в конкурсную массу ООО «Югорскпродукт Ойл» убытков (необоснованные расходы) в размере 2 749 992 руб. 25 коп.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 03.06.2024, 17.02.2025 и 25.03.2025 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «РОМИ»; общество с ограниченной ответственностью «МСГ»; ассоциация «Сибирская гильдия антикризисных управляющих»; Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре; общество с ограниченной ответственностью «Страховая Компания «Гелиос»; общество с ограниченной ответственностью «Сапфир» (ранее – общество с ограниченной ответственностью «Страховая Компания «Арсеналъ»).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 29.05.2025 заявленные требования уполномоченного органа удовлетворены; признаны необоснованными и незаконными как нарушающие положения Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) следующие действия (бездействие) конкурсного управляющего ООО «Югорскпродукт Ойл» ФИО1:

– необоснованное привлечение ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» для обеспечения исполнения возложенных на арбитражного управляющего обязанностей в деле о банкротстве ООО «Югорскпродукт Ойл» за счет имущества должника;

– нерасторжение с ООО «РОМИ» договора ответственного хранения от 02.04.2021 в порядке, предусмотренном статьями 102, 129 Закона о банкротстве;

– заключение с ООО «РОМИ» дополнительных соглашений к договору ответственного хранения от 02.04.2021;

– непринятие своевременных и надлежащих мер по обеспечению сохранности имущества ООО «Югорскпродукт Ойл», в том числе по заключению договора хранения имущества должника с независимым лицом, оказывающим соответствующие услуги по охране (хранению) имущества;

взысканы с арбитражного управляющего ФИО1 в конкурсную массу ООО «Югорскпродукт Ойл» убытки в сумме 2 749 992 руб. 25 коп.

Несогласие с указанным судебным актом обусловило обращение конкурсного управляющего ФИО1 в Восьмой арбитражный апелляционный суд

с апелляционной жалобой, в которой её податель просил отменить определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 29.05.2025 по делу № А75-22861/2019 полностью, отказать ФНС России в удовлетворении жалобы на конкурсного управляющего ФИО1 о признании действий конкурсного управляющего незаконными и взыскании убытков в размере 2 749 992 руб. 25 коп.

В обоснование апелляционной жалобы её подателем указано, что все расходы на оплату услуг ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» были произведены конкурсным управляющим в пределах лимитов. Цены на услуги ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» не превышают стоимость аналогичных услуг, оказываемых аккредитованными при СРО организациями.

Как указывает апеллянт, привлечение юриста было вызвано необходимостью выполнения большого объема работ, в том числе анализа переданной документации, проведения инвентаризации, участия в судебных процессах, подготовки позиций по рассматриваемым делам, письменных отзывов, ходатайств и проведения прочих процессуальных действий в рамках дела о банкротстве должника и иных связанных с ним процессах.

Учитывая объем и результаты выполненной юристом работы, привлечение юриста являлось разумным и необходимым при проведении настоящей процедуры банкротства, а стоимость услуг соразмерной выполненным работам.

Привлечение бухгалтера также было вызвано необходимостью грамотного ведения бухгалтерской отчетности должника. Апеллянтом отмечено, что отчетность формируется и подается до настоящего времени.

Само по себе поручение осуществления части возложенных на арбитражного управляющего функций привлеченным специалистам не может быть расценено как нарушение положений Закона о банкротстве.

Суд, делая вывод, что с учетом незначительного количества имущества, выявленного по результатам проведенной инвентаризации 21.02.2022, конкурсный управляющий ФИО1 не представил доказательств невозможности проведения торговых процедур собственными силами, вмешивается в компетенцию собрания кредиторов, которым утверждена возможность привлечения третьих лиц для организации торгов и соответственно арбитражного управляющего, что не соответствует Закону о банкротстве.

Таким образом, по мнению апеллянта, арбитражным управляющим не нарушены пределы осуществления гарантированного законом права на привлечение специалистов для обеспечения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Подателем жалобы также отмечено, что услугами ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» (ИНН <***>) конкурсный управляющий ФИО1 пользовался неоднократно. Основным критерием для заключения договоров именно с этой организацией была цена за оказываемые услуги. Претензий к работе специалистов ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» у арбитражного управляющего не было и не имеется.

02.04.2021 должником в лице директора ФИО3 с ООО «РОМИ» был заключен договор, по условиям которого ООО «РОМИ» предоставляет место на платной автостоянке для хранения 5 транспортных средств ООО «Югорскпродукт Ойл», а также товарно-материальных ценностей (далее – ТМЦ) с условием оплаты 150 000 руб. ежемесячно. Согласно пункту 3.5 договора ответственный хранитель не вправе пользоваться переданной на хранение вещью, а равно предоставлять возможность пользования ею третьим лицам.

Как указано апеллянтом, поскольку договор от 02.04.2021 был экономически целесообразен, конкурсный управляющий не видел объективных причин для его расторжения. К тому же договором был предусмотрен запрет использования

имущества как хранителем, так и третьими лицами. Соответственно, никто был не вправе извлекать прибыль от его использования. Имущество находилось у хранителя до его полной реализации. Денежные средства, вырученные от его реализации, пошли на частичное погашение требований кредиторов. Спорный договор хранения в отчетах конкурсным управляющим отражался, однако платежи по нему в лимиты не могли быть включены.

По поводу заключения с ООО «РОМИ» дополнительных соглашений к договору ответственного хранения от 02.04.2021 апеллянтом сообщено, что заключение данных соглашений было вызвано реализацией имущества должника, находящегося на хранении и соответственно уменьшением списка имущества, находящегося на площадке ООО «РОМИ». Ввиду этого уменьшалась и плата по договору. Юридически неправильно не вносить данные изменения в договор и не уменьшать плату по нему.

Конкурсным управляющим также обращено внимание, что он не скрывал наличие договора от 02.04.2021, и заявитель по обособленному спору мог оспорить его заключение или предложить иные условия хранения имущества должника, что сделано не было. Соответственно, правовые основания для взыскания с конкурсного управляющего убытков в сумме 2 749 992 руб. 25 коп. отсутствуют.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2025 данная апелляционная жалоба принята к производству, назначена к рассмотрению в судебном заседании суда апелляционной инстанции на 11.08.2025.

31.07.2025 от уполномоченного органа поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором он просил оставить обжалуемый судебный акт без изменений, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании поступивший от налогового органа процессуальный документ приобщён к материалам дела.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 11.08.2025 в судебном заседании на основании части 1 статьи 163 АПК РФ объявлен перерыв до 25.08.2025, уполномоченному органу и конкурсному управляющему предложено представить консолидированные позиции в части эпизода по договору хранения с ООО «РОМИ».

18.08.2025 от ФНС России, конкурсного управляющего поступили дополнительные пояснения.

22.08.2025 объяснения в порядке статьи 81 АПК РФ с ходатайством о приобщении к материалам дела дополнительных документов поступили от ФИО3

По открытии судебного заседания 25.08.2025 названные процессуальные документы, в отсутствие каких-либо возражения со стороны лиц, участвующих в деле, приобщены судом к материалам обособленного спора.

Конкурсный управляющий ФИО1 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, счёл определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

ФИО3 посчитала, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, являются несостоятельными, просила оставить определение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Уполномоченный орган также заявил, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, являются несостоятельными, просил оставить определение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещенные надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, что на основании

части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы.

Рассмотрев апелляционную жалобу, отзывы на неё, дополнительные пояснения, материалы дела, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции установил следующее.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Статьей 60 Закона о банкротстве предусмотрена возможность защиты прав и законных интересов конкурсных кредиторов, путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий, восстановления нарушенных прав.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Для признания действия или бездействия управляющего незаконными в порядке статьи 60 Закона о банкротстве необходимо установить:

– нарушение конкретного закона или иного правового акта (абзацы четвёртый, пятый пункта 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», далее Постановление № 35) при исполнении конкретной обязанности, установленной законом для соответствующей процедуры банкротства должника (определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.06.2011 № ВАС-3883/11 по делу № А68-9940/08);

– признание судом незаконными конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего должно предполагать устранение, прекращение этих незаконных действий и, соответственно, восстановление нарушенных прав заявителя жалобы (определения Верховного Суда Российской Федерации от 27.07.2016 № 301-ЭС15-9258(2));

– обстоятельства, подтверждающие, что предполагаемые нарушения прав или законных интересов заявителя жалобы явились следствием конкретных обжалуемых действий (бездействия) самого арбитражного управляющего (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 № 307-ЭС15-16415 по делу № А66-2324/2014), а не вызваны объективными обстоятельствами или действиями (бездействием) третьих лиц (определение Верховного Суда РФ от 29.10.2018 № 305-ЭС18-16703);

– наличие причинно-следственной связи между обжалуемыми действиями (бездействием) арбитражного управляющего и предполагаемым нарушением прав и интересов заявителя жалобы.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: лицо, обратившееся с жалобой, обязано доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы этого лица, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям добросовестности и разумности.

Уполномоченным органом выявлены нарушения законодательства о несостоятельности (банкротстве), допущенные ФИО1 в процессе исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Югорскпродукт Ойл», выразившиеся в следующем:

1) необоснованное привлечение арбитражным управляющим ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве за счет имущества должника;

2) нерасторжение договора хранения с ООО «РОМИ» и незаключение договора хранения на более выгодных условиях.

Относительно доводов уполномоченного органа о незаконности действий арбитражного управляющего по привлечению ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» для обеспечения своей деятельности и оплате их услуг за счет конкурсной массы судом первой инстанции установлено следующее.

В обоснование доводов жалобы уполномоченный орган ссылается на следующие обстоятельства.

Конкурсным управляющим в материалы дела представлен договор об абонентском правовом и бухгалтерском обслуживании, заключенный 01.03.2022 с ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ».

Согласно условиям заключенного договора (пункт 1.1) ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» оказывает ООО «Югорскпродукт Ойл» юридическую помощь в решении правовых вопросов и оказывает услуги по бухгалтерскому сопровождению должника.

Согласно пункту 4.1 за оказание предусмотренной договором юридической помощи ООО «Югорскпродукт Ойл» выплачивает вознаграждение ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» в размере 78 600 руб. в месяц.

Кроме того, согласно пункту 4.1 за период с 12.11.2021 до 01.03.2022 ООО «Югорскпродукт Ойл» выплачивает ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» вознаграждение за фактически оказанные услуги в размере 601 560 руб. (то есть с момента введения в отношении должника процедуры конкурсного производства и утверждения ФИО1 конкурсным управляющим).

По мнению уполномоченного органа, выбранная ФИО1 тактика ведения дела о банкротстве ООО «Югорскпродукт Ойл» не соответствует принципам добросовестности и разумности ввиду того, что конкурсному управляющему за счет должника необходимо нести ежемесячно расходы на ведение дела о банкротстве в сумме 78 600 рублей, а также выплачивать себе фиксированное вознаграждение в размере 30 000 рублей.

Таким образом, конкурсный управляющий планирует расходы за счет должника на обеспечение своей деятельности в сумме 108 600 рублей в месяц (без учета оплаты по договорам хранения, об инвентаризации, о проведении торгов).

Проведя анализ представленных ООО «Югорскпродукт Ойл» документов (деклараций), в рамках налоговой отчетности, уполномоченный орган пришёл к выводу, что большинство деклараций поданы с «нулевыми» показателями.

Уполномоченным органом проведен анализ дела о банкротстве № А75-22861/2019 на предмет количества обособленных споров, инициированных конкурсным управляющим.

В рамках дела о банкротстве ООО «Югорскпродукт Ойл» в арбитражный суд не подавалось процессуальных документов от привлеченных лиц. Поданные ходатайства и заявления подписаны (поданы) непосредственно конкурсным управляющим.

Конкурсным управляющим ФИО1 инициированы следующие обособленные споры:

– об увеличении лимитов на оплату услуг привлеченных лиц от 20.09.2022;

– о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности (поступило в арбитражный суд 15.02.2023);

– о признании сделки недействительной (поступило в арбитражный суд 14.03.2023).

Также конкурсным управляющим направлялись ходатайства о продлении конкурсного производства, отзывы, пояснения во исполнение определений арбитражного суда, ходатайства об истребовании доказательств, апелляционная и кассационная жалобы на определение арбитражного суда от 14.12.2022, кассационная жалоба на определение арбитражного суда от 18.03.2022.

Конкурсный управляющий ФИО1 явку в судебные заседания не обеспечивал, как и представители по доверенности от конкурсного управляющего.

По мнению уполномоченного органа, объем выполненной юридической работы ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» не соответствует уплаченной сумме.

Материалы дела не содержат доказательств того, что подлежащий выполнению конкурсным управляющим объём работ настолько велик, что самостоятельное выполнение им данных работ невозможно.

ФНС России, проведя анализ операций по расчетному счету ООО «Югорскпродукт Ойл» в пользу ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ», установил 21.04.2022, 22.06.2022, 12.08.2022 перечисление денежных средств на сумму 915 960 руб. за выполнение работ по правовому и бухгалтерскому сопровождению.

Заявитель полагает, что действия конкурсного управляющего ФИО1, выразившиеся в осуществлении расходов по выплате юристу и бухгалтеру 915 960 руб., являются необоснованными и нарушают права и законные интересы кредиторов и должника.

Кроме того, между ООО «Югорскпродукт Ойл» и ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» заключен договор на проведение инвентаризации от 13.01.2022 № 13-01/И.

Оплата в размере 80 000 руб. произведена 05.04.2022.

Согласно инвентаризационной описи № 1 от 21.01.2022 выявлено 12 объектов, из которых 5 транспортных средств, ТМЦ (ноутбуки, оргтехника, гарнитур кухонный, приемник самообслуживания на АЗС) земельный участок и сооружение.

Согласно инвентаризационной описи № 2 от 21.01.2022 товарно-материальных ценностей в собственности должника не обнаружено.

Согласно инвентаризационной описи № 3 от 21.01.2022 наличных денежных средств, марок и ценных бумаг у ООО «Югорскпродукт Ойл» не обнаружено.

Согласно акту инвентаризации расчетов с покупателями, поставщиками и прочими дебиторами № 4 от 21.01.2022 выявлена дебиторская задолженность (всего девять записей).

По мнению уполномоченного органа, привлечение ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» в целях проведения инвентаризации являлось нерациональным ввиду того, что транспортные средства и ТМЦ на момент проведения инвентаризации находились на ответственном хранении у ООО «РОМИ» (с 02.04.2021), соответственно, мероприятия по его розыску не проводились, количество дебиторов позволяет сделать вывод о небольшом объеме работ.

Таким образом, конкурсный управляющий мог провести инвентаризацию самостоятельно, тем самым сохранив в конкурсной массе должника 80 000 руб.

Уполномоченный орган считает, что объем выполненной конкурсным управляющим работы в рамках процедуры несостоятельности (банкротства) ООО «Югорскпродукт Ойл» является незначительным и не требует привлечения дополнительных специалистов для выполнения возложенных на конкурсного управляющего обязанностей.

ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» состоит на налоговом учете в Управлении Федеральной налоговой службы по Рязанской области.

Основной вид деятельности: деятельность в области права (ОКВЭД: 69.10).

Руководителем и учредителем ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» (доля в уставном капитале – 100%) является ФИО6.

По мнению уполномоченного органа, конкурсный управляющий ФИО1 аффилирован с ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ», данный довод подтверждается тем, что директор и учредитель ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» ФИО6 (ИНН <***>) в 2023 году получала доход от общества с ограниченной ответственностью «ЗИОН» (ИНН <***>, далее – ООО «ЗИОН»), где до 2022 года ФИО1 являлся учредителем и директором, а с 2022 по 2024 – исполнительным директором.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» находится по адресу: 390005, <...>, пом./офис Н5/26.

До 13.03.2015 данное помещение принадлежало на праве собственности ФИО1

Кроме того, уполномоченный орган указывает, что ФИО1, будучи конкурсным управляющим, привлекал ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» не только в деле о банкротстве ООО «Югорскпродукт Ойл». Например, в деле № А40-119983/2017 о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «СПИКА» (ИНН <***>, далее ООО «СПИКА») ФИО1 привлекал ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» на договорной основе – для организации и проведения торгов.

Согласно представленной ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» отчетности по страховым взносам, застрахованные физические лица в данной организации отсутствуют (нулевые показатели), что говорит об отсутствии работников в штате.

Таким образом, по мнению уполномоченного органа, привлечение конкурсным управляющим ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» в части представления юридических услуг, услуг по бухгалтерскому сопровождению и проведению инвентаризации является необоснованным и незаконным, конкурсным управляющим не представлено объективных доказательств целевого расходования в ходе процедуры банкротства лимитов на оплату услуг привлеченных лиц и необходимости их увеличения, а равно расходования указанной суммы лимитов в интересах должника, с учетом сложности ведения процедуры банкротства и 6 кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Оспаривая доводы уполномоченного органа в данной части, конкурсный управляющий ФИО1 указал, что выбор арбитражного управляющего ограничен только теми специалистами, которые имеют аккредитацию при саморегулируемой организации, членом которой является сам арбитражный управляющий. ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» было аккредитовано при СРО ассоциация «Сибирская гильдия антикризисных управляющих» и предлагало наиболее выгодные условия для выполнения поставленных задач.

Как утверждает конкурсный управляющий, с 2021 года по 2022 год ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» оказаны следующие услуги:

Бухгалтерские услуги год: 2021г. баланс форма 1. 2 приложение; НДС – 4 кв-л. 2021г. – 1кв-л. 2022 г.; прибыль – 4 кв-л. 2021г. – 1кв-л. 2022 г.; налог на имущество 2021 г.; расчеты по страховым взносам – 4 кв-л. 2021 г. 1 кв-л. 2022 г.;

6 НДФЛ – 4 кв-л. 2021 г. 1 кв-л. 2022 г.;

Фонд социального страхования – 4 кв-л. 2021 г. 1 кв-л. 2022 г.; Пенсионный фонд;

СЗВ – ТД с октября 2021 г. по апрель 2022 г. Отчеты ежемесячные; СЗВ – СТАЖ 2021 г.;

СЗВ – с октября 2021 г. по апрель 2022 г. отчеты ежемесячные; СТАТ отчетность; Форма П – 6; Форма П – 2; Форма П – 4 месячная; Форма П – 4 квартальная; Форма П – 5; Форма 11; Форма 12 Ф; Форма 4 ТР; Форма 1 ТР автотранспорт; Форма 1 предприятие; юридические услуги; анализ дебиторской задолженности;

формирование папок с дебиторской задолженностью; досудебная работа с дебиторами;

анализ кредиторской задолженности; формирование материалов по кредиторской задолженности;

анализ договоров, заключенных должником с третьими лицами; выявление имущества должника для последующей инвентаризации;

формирование правовой позиции к судебным заседаниям;

подготовка и направление в суды правовой позиции, отзывов, апелляционных

и кассационных жалоб и документов, в подтверждающих доводы;

подготовка ответов на поступающие обращения от третьих лиц.

Относительно доводов об аффилированности ФИО1 пояснил,

что услугами ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» арбитражный управляющий пользовался

неоднократно. Основным критерием для заключения договоров именно с этой

организацией была цена за оказываемые услуги. Претензий к работе специалистов

ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» не имелось. За период с 2019 года по 2025 год

ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» привлеклось для обеспечения деятельности арбитражного

управляющего в трех процедурах банкротства: ООО «СПИКА» (дело

№ А40-119983/17-46-97Б), акционерного общества «Факел 23» (дело № А41-57621/17),

общества с ограниченной ответственностью «Розенберг Норд-Вест» (дело

№ А56-37091/2017).

Суд первой инстанции, проанализировав вышеуказанные обстоятельства,

пришёл к выводу о наличии в действиях арбитражного управляющего нарушений

положений Закона о банкротстве.

Основной круг обязанностей конкурсного управляющего определен в статьях

20.3, 129 Закона о банкротстве, неисполнение которых является основанием

для признания действий и бездействия арбитражного управляющего незаконными.

При этом предусмотренный в указанных нормах перечень не является исчерпывающим. Оценка действий арбитражного управляющего на предмет добросовестности

и разумности их совершения производится судом с учетом целей процедуры

банкротства, интересов должника и конкурсных кредиторов.

Перечень прав и обязанностей, возлагаемых на арбитражных управляющих

в деле о банкротстве независимо от процедуры банкротства, закреплен в статье 20.3

Закона о банкротстве. Указанная статья является общей нормой. В зависимости от применяемой процедуры банкротства Законом о банкротстве также предусмотрены дополнительные обязанности арбитражного управляющего, отражающие специфические особенности конкретной процедуры. Конкретизация обязанностей применительно к каждой процедуре банкротства содержится в соответствующих главах Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в деле о банкротстве имеет право привлекать для обеспечения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве на договорной основе иных лиц с оплатой их деятельности за счет средств должника, если иное не установлено Законом о банкротстве, стандартами и правилами профессиональной деятельности или соглашением арбитражного управляющего с кредиторами.

В силу пункта 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан разумно и обоснованно осуществлять расходы, связанные с исполнением возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве. Обязанность доказывать неразумность и необоснованность осуществления таких расходов возлагается на лицо, обратившееся с соответствующим заявлением в арбитражный суд.

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2009 № 91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве» (далее – Постановление № 91) разъяснено, что в силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при привлечении привлеченных лиц арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, в том числе привлекать их лишь тогда, когда это является обоснованным, и предусматривать оплату их услуг по обоснованной цене.

При этом ни статья 20.3, ни статья 20.7 Закона о банкротстве, устанавливающая лимит оплаты услуг лиц, привлекаемых управляющим, не допускают произвольного, необоснованного привлечения арбитражным управляющим к процедуре банкротства специалистов с возложением на должника обязанности по оплате их услуг. Деятельность арбитражного управляющего, утвержденного судом для проведения соответствующей процедуры, применяемой в деле о банкротстве, должна быть направлена на минимизацию расходов, осуществляемых за счет имущества должника, которая не может быть обеспечена без предварительного проведения арбитражным управляющим анализа необходимости привлечения каждого специалиста с учетом наличия или отсутствия потребности в его услугах.

Таким образом, при рассмотрении вопроса об обоснованности привлечения иных специалистов необходимо, исходя из требований пункта 5 статьи 20.7 Закона о банкротстве, учитывать потребность в услугах привлеченного лица; а также направлено ли такое привлечение на достижение целей процедур банкротства и выполнение возложенных на арбитражного управляющего обязанностей, предусмотренных Законом, насколько велик объем работы, подлежащей выполнению арбитражным управляющим (с учетом количества принадлежащего должнику имущества и места нахождения), возможно ли выполнение арбитражным управляющим самостоятельно тех функций, для которых привлекается привлеченное лицо, необходимы ли для выполнения тех или иных функций специальные познания, имеющиеся у привлеченного лица, или достаточно познаний, имеющихся у управляющего, обладает ли привлеченное лицо необходимой квалификацией, соразмерен ли размер оплаты ожидаемому результату, не превышает ли рыночную стоимость подобных услуг (пункты 2, 4 Постановления № 91).

В рассматриваемом случае, как следует из материалов дела, 13.01.2022 между ООО «Югорскпродукт Ойл» в лице конкурсного управляющего ФИО1 и ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» заключен договор на проведение инвентаризации

имущества должника от № 13-01/И, стоимость оказанных услуг определена в размере 80 000 руб.

Согласно инвентаризационным описям от 21.01.2022 выявлено 12 объектов основных средств, из которых 5 транспортных средств, два ноутбука, оргтехника, гарнитур кухонный, приемник самообслуживания на АЗС, земельный участок и сооружение, кроме того, выявлена дебиторская задолженность, всего девять записей на сумму 36 497 079 руб. 38 коп. ТМЦ, наличные денежные средств, марки, ценные бумаги в собственности должника не обнаружены.

Далее между ООО «Югорскпродукт Ойл» в лице конкурсного управляющего ФИО1 и ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» 01.03.2022 заключен договор об абонентском правовом и бухгалтерском обслуживании, стоимость оказываемых услуг определена в размере 78 600 руб. в месяц. Согласно пункту 4.1 за период с 12.11.2021 до 01.03.2022 ООО «Югорскпродукт Ойл» выплачивает ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» вознаграждение за фактически оказанные услуги в размере 601 560 руб.

Всего в пользу привлеченного конкурсным управляющим лица ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» подлежало выплате из конкурсной массы 1 702 560 рублей, из них: 1 110 960 рублей – погашено, 591 600 рублей – долг.

Между тем, по справедливому указанию суда первой инстанции, осуществление арбитражным управляющим деятельности по кризисному управлению предполагает наличие у него опыта и квалификации, позволяющих реализовать мероприятия банкротства наиболее оптимальным образом, в соответствии с критериями эффективности.

Дав согласие на утверждение в качестве конкурсного управляющего должника, ФИО1 должен был осознавать все последствия такого утверждения и представлять тот объем работы, который обусловлен исполнением обязанностей конкурсного управляющего в соответствии с Законом о банкротстве.

Законодательно установлена презумпция компетентности арбитражного управляющего в области гражданского, налогового, трудового и уголовного права, гражданского, арбитражного и уголовного процесса, бухгалтерского учета и финансового анализа, оценочной деятельности и менеджмента.

А привлечение специалистов к осуществлению полномочий арбитражного управляющего должно быть обусловлено большим объемом работы, подлежащей выполнению арбитражным управляющим, невозможностью выполнения им самостоятельно тех функций, для которых привлекается специалист, необходимостью для выполнения таких функций специальных познаний, имеющихся у специалиста и т.д.

Для достижения целей конкурсного производства на конкурсного управляющего абзацем вторым пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве возложена обязанность принять в своё ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества, осуществлять меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, сохранность имущества. В силу пункта 1 статьи 130 Закона о банкротстве в ходе конкурсного производства конкурсный управляющий осуществляет инвентаризацию и оценку имущества должника.

Таким образом, проведение инвентаризации имущества должника является прямой обязанностью самого конкурсного управляющего, которую он должен выполнять лично и за выполнение которой ему предусмотрено вознаграждение.

Обоснованными следует признать доводы уполномоченного органа о том, что привлечение третьего лица в целях проведения инвентаризации является нерациональным, ввиду того имущество: 12 объектов основных средств, из которых 5 транспортных средств, два ноутбука, оргтехника, гарнитур кухонный, приемник

самообслуживания на АЗС, земельный участок и сооружение на момент проведения инвентаризации находились на ответственном хранении у ООО «РОМИ» (с 02.04.2021), соответственно, полагать, что для осуществления инвентаризации имущества должника требуются дополнительные силы и специалисты, не имеется.

Согласно актам проведение инвентаризации заключалось в совершении ряда технических действий, в частности, осмотров и замеров, сверки, сличения, сопоставления фактического наличия имущества с данными бухгалтерского учета, которые могли быть выполнены самим арбитражным управляющим, так как для выполнения таких функций не требуется специальных познаний.

В этой связи, очевидно, что необходимость в привлечении третьих лиц для оказания услуг по инвентаризации имущества отсутствовала.

Как указано выше, договор об абонентском правовом и бухгалтерском обслуживании содержит условие о ежемесячной оплате в размере 78 600 руб., более того, обязывает ООО «Югорскпродукт Ойл» уплатить вознаграждение за фактически оказанные услуги в размере 601 560 рублей.

Доказательств разумности установления вознаграждения в виде абонентской платы в сумме 78 600 руб. ежемесячно конкурсный управляющий не представил.

В ходе конкурсного производства в реестр требований кредиторов должника включены требования только четырех кредиторов и уполномоченного органа, в настоящее время в производстве суда находятся обособленные споры о применении последствий недействительности сделки и о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Иных споров, касающихся пополнения конкурсной массы должника, не имелось вовсе.

Привлекая специалистов по абонентскому договору, арбитражный управляющий возложил на должника ООО «Югорскпродукт Ойл» обязательства по выплате им ежемесячного вознаграждения безотносительно необходимого в период конкурсного производства объема работ (услуг).

Судебная коллегия соглашается с позицией суда первой инстанции, уполномоченного органа о том, что ежемесячные расходы на ведение дела о банкротстве в сумме 78 600 руб., помимо выплаты фиксированного вознаграждения конкурсного управляющего в размере 30 000 руб., с учетом объема имущества, способа его хранения и количества обособленных споров не соответствует критерию добросовестности поведения арбитражного управляющего как лица, участвующего в деле о банкротстве, и свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны конкурсного управляющего по выводу активов из конкурсной массы должника.

Арбитражным управляющим не предъявлены в суд доказательства, позволяющие сделать вывод о большом объеме работы, подлежащей выполнению арбитражным управляющим, для которой по договорам привлечены третьи лица.

Характер порученной специалистам ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» работы в большей степени не связан с наличием каких-либо специальных познаний, которые отсутствуют у арбитражного управляющего и в силу установленных к арбитражному управляющему квалификационных требований не означает, что он не мог осуществлять указанные действия самостоятельно, не привлекая для этого иных лиц.

Законодательство о банкротстве возлагает на конкурсного управляющего в общем случае именно личное исполнение своих обязанностей, в том числе обязанностей, которые осуществляет руководитель предприятия (статья 126 Закона о банкротстве). Инвентаризация имущества должника, разработка положения о продаже его имущества, организация и проведение торгов, заключение договора купли-продажи в отношении имущества должника относятся к стандартным мероприятиям конкурсного производства, которые выполняются самим конкурсным управляющим.

В настоящем деле о банкротстве отсутствуют доказательства того, что применительно к ООО «Югорскпродукт Ойл» существовали некие препятствия или обстоятельства, которые бы обусловили затруднительность для ФИО1 исполнять указанные полномочия самостоятельно, без привлечения услуг правового и бухгалтерского характера.

Надлежит признать обоснованными также доводы уполномоченного органа о наличии аффилированности между арбитражным управляющим ФИО1 и ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ».

В силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику – гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

В случаях, предусмотренных Законом о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к арбитражному управляющему, кредиторам признаются лица в соответствии с пунктами 1 и 3 настоящей статьи (пункт 4 статьи 19 Закона о банкротстве).

Как следует из разъяснений, изложенных в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Согласно определениям Верховного суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 основной критерий определения наличия фактической заинтересованности – анализ поведения участников правоотношений.

Руководителем и учредителем ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» (доля в уставном капитале – 100%) является ФИО6

Документально подтверждается, что ФИО6 в 2023 году получала доход от ООО «ЗИОН», где до 2022 года ФИО1 являлся учредителем и директором, а с 2022 года по 2024 год – исполнительным директором.

Таким образом, прослеживается имевшая место служебная зависимость.

Адресом юридического лица ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» является: 390005, <...>, пом./офис Н5/26, указанное помещение принадлежит ФИО6 с 13.03.2015, тогда как до этой даты оно принадлежало на праве собственности ФИО1

ФИО1 подтверждает, что он, будучи конкурсным управляющим, привлекал ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» не только в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО «Югорскпродукт Ойл», но и в других процедурах банкротства, например, в делах № А40-119983/17-46-97Б, № А41-57621/17, А56-37091/2017.

Вместе с тем из отчетности, представленной ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» по страховым взносам, усматривается, что застрахованные физические лица в данной организации отсутствуют (нулевые показатели), что говорит об отсутствии работников в штате. Материалы дела не содержат прямых доказательств, что обязательств по заключенным договорам исполняло ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ».

Законом о банкротстве установлен прямой запрет на привлечение арбитражным управляющим лиц, заинтересованных по отношению к нему (статьи 20.3, 130 Закона о банкротстве).

Применительно к доводам конкурсного управляющего ФИО1 о том, что выбор арбитражного управляющего ограничен только теми специалистами, которые имеют аккредитацию при саморегулируемой организации, членом которой является сам арбитражный управляющий, судом первой инстанции отмечено следующее.

Согласно абзацу девятому пункта 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве привлекаемые арбитражным управляющим в соответствии с названным законом для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве за счет средств должника профессиональный участник рынка ценных бумаг, осуществляющий деятельность по ведению реестра владельцев ценных бумаг, аудиторская организация (аудитор), оценщик, организатор торгов и оператор электронной площадки должны быть аккредитованы саморегулируемой организацией и не могут быть заинтересованными лицами по отношению к арбитражному управляющему, должнику и его кредиторам.

По смыслу приведенных норм права не требуется обязательной аккредитации оценщика, организатора торгов и оператор электронной площадки исключительно в той саморегулируемой организации, членом которой является арбитражный управляющий.

Поэтому указание на необходимость аккредитации юриста и бухгалтера именно в той саморегулируемой организации, членом которой является арбитражный управляющий ФИО1, следует признать основанным на ошибочном толковании (или заведомо искажающем толковании) нормы права.

На основании изложенного суд первой инстанции пришёл к правомерному выводу о необоснованном привлечении ФИО1 в ходе конкурсного производства ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, признал необоснованными оплату и размер оплаты таких услуг.

Кроме того, конкурсный управляющий ФИО1 21.09.2022 обратился в арбитражный суд с ходатайством об увеличении лимита расходов на оплату услуг привлеченных специалистов на сумму 1 500 000 рублей.

В рамках спора установлено, что размер оплаты услуг лиц, привлеченных в процедуре конкурсного производства, ограничен суммой 1 195 320 руб.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 14.12.2022, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2023, постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 16.05.2023, в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего ФИО1 отказано.

Отказывая в удовлетворении ходатайства, суды исходили из того, что управляющим не обосновано и не доказано наличие существенного объема работы, который мог бы оправдать привлечение им специалистов, не раскрыто существо выполняемой (оказываемой) работы (услуги) привлекаемыми лицами, не обоснована необходимость абонентского обслуживания, а также экономный уровень стоимости услуг, учитывая небольшое количество имеющегося у должника имущества.

С учетом незначительного количества имущества, выявленного по результатам проведенной инвентаризации 21.02.2022, при неподтвержденности того факта, что поручаемая специалистам работа представляет значительную сложность, требует специальных познаний, которыми не обладает и не должен обладать управляющий, необходимая в период процедуры деятельность могла быть выполнена самим управляющим. Доказательства, свидетельствующие о наличии чрезмерного объема работ или их неординарной сложности, не позволяющих управляющему как профессиональному участнику антикризисных отношений самому исполнять свои обязанности, а также недостаточности лимитов расходов (исходя из размера активов

должника) на привлеченных лиц, суду не представлены. Управляющий и в пределах лимитов расходов привлекает специалистов только в случае действительной в этом необходимости, а санкция суда на превышение лимита расходов допустима в случае доказанности конкретными фактическими обстоятельствами, обоснованными расчетами и подтверждающими документами (значительного объема, сложности работы, потребности в реализации особой специализации или квалификации, экономного характера расценок и минимально необходимого количества подлежащих заказу работ, услуг привлекаемых лиц). Суды исходили из отсутствия подобного обоснования.

На основании изложенного наличие права конкурсного управляющего на привлечение для обеспечения своей деятельности специалистов не отменяет правила о разумном расходовании конкурсной массы на оплату услуг привлеченных лиц и только тогда, когда в этом действительно есть необходимость. В данном случае такая необходимость не доказана.

В соответствии с положениями Закона о банкротстве целью конкурсного производства является соразмерное удовлетворение требований кредиторов. Достижение указанной цели возлагается на конкурсного управляющего, который осуществляет полномочия руководителя должника и иных его органов управления и действует в пределах, в порядке и на условиях, установленных названным законом.

Проведение процедуры банкротства требует разумного подхода, позволяющего выполнить поставленные цели.

В данном случае поведение конкурсного управляющего не отвечает критериям разумности и добросовестности, доводы жалобы уполномоченного органа признаются судом апелляционной инстанции обоснованными.

Применительно к доводам уполномоченного органа о незаконности действий арбитражного управляющего по заключению договора ответственного хранения с аффилированным лицом ООО «РОМИ» судом первой инстанции установлено следующее.

В обоснование доводов жалобы уполномоченный орган ссылается на следующие обстоятельства.

После введения процедуры наблюдения в отношении ООО «Югорскпродукт Ойл», 02.04.2021, между ООО «Югорскпродукт Ойл» в лице директора ФИО3 и ООО «РОМИ» в лице директора ФИО7 заключен договор ответственного хранения. По условиям договора ООО «РОМИ» предоставляет место на платной автостоянке для хранения 5 транспортных средств ООО «Югорскпродукт Ойл», а также осуществляет хранение ТМЦ с условием оплаты 150 000 руб. ежемесячно.

Конкурсным управляющим указанный договор расторгнут не был, более того, было заключено дополнительное соглашение к договору ответственного хранения от 30.09.2022 для хранения 3 транспортных средств ООО «Югорскпродукт Ойл», а также ТМЦ с условием оплаты 100 000 руб. ежемесячно. Далее 18.10.2022 заключено дополнительное соглашение к договору ответственного хранения с условием оплаты 50 000 руб. ежемесячно на 3 транспортных средства.

По мнению уполномоченного органа, к вопросу об уменьшении платы по договору хранения был применен формальный подход в связи с тем, что исходя из данных, представленных в дополнительных соглашениях к договору ответственного хранения от 02.04.2021, не предоставляется возможным вычислить стоимость за хранение 1 транспортного средства и ТМЦ.

По результатам проведенного анализа операций по расчетному счету ООО «Югорскпродукт Ойл» установлено, что ООО «РОМИ» были перечислены денежные средства на сумму 2 852 419 руб. 35 коп. (по договору хранения).

Следует отметить, что в рамках дела о ООО «Югорскпродукт Ойл» рассматривается заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной

ответственности контролирующих должника лиц, в том числе и ООО «РОМИ». В своем заявлении, а также во всех последующих пояснениях и дополнениях конкурсный управляющий ФИО1 ссылается на то, что определением арбитражного суда от 28.09.2021 по делу № А75-22861/2019 сделан вывод, о том, что ООО «Югорскпродукт Ойл» (должник), ООО «РОМИ» и ООО «Югорскпродукт- Ойл» входят в состав одной корпоративной экономической группы, объединенной общими интересами, участвующей в финансово-хозяйственной и производственной деятельности указанных юридических лиц, следовательно являются заинтересованными (аффилированными) лицами по отношению друг к другу.

Таким образом, при установлении признаков аффилированности между должником и ООО «РОМИ» конкурсный управляющий, действуя добросовестно и разумно в отношении должника и его кредиторов, должен был провести работу по определению нового места хранения для имущества должника, а также расторгнуть в разумный срок договор с ООО «РОМИ».

Инспекция письмом № 14-16/1/103660@ от 07.03.2023 запрашивала у ФИО1 пояснения об экономической целесообразности заключения договора ответственного хранения от 02.04.2021, заключенного с ООО «РОМИ». Пояснения в данной части так и не представлены конкурсным управляющим.

Из фактических обстоятельств дела следует, что при условии оплаты 2 852 419 руб. 35 коп. за хранение имущества общая сумма продажи равна 6 154 573 руб. 50 коп.

Таким образом, почти половина (46%) от стоимости продажи перечислена за хранение этого имущества, по мнению уполномоченного органа, нарушен баланс интересов кредиторов и должника.

Довод ФИО1 о том, что состояние имущества (техники), переданной на хранение ООО «РОМИ», не позволяло его использовать и эксплуатировать, а в материалах дела отсутствуют документы, бесспорно подтверждающие факт использования техники третьими лицами, по мнению уполномоченного органа, несостоятельны ввиду следующего.

Согласно предоставленному Отделом Министерства внутренних дел Российской Федерации по Советскому району (далее – ОМВД по Советскому району) ответу от 25.10.2024 на запрос инспекции транспортные средства: КАМАЗ государственный номер <***>, а также КАМАЗ государственный номер <***>, которые были реализованы на открытых торгах 27.12.2022 (дата договоров купли- продажи), были зафиксированы камерами наружного наблюдения при передвижении по проезжей части в г. Сургуте 01.12.2022 и 20.12.2022 соответственно.

Указанные транспортные средства до момента их реализации должны были находиться на платной автостоянке в г. Югорске в соответствии с договором хранения от 02.04.2021, заключенным с ООО «РОМИ».

Данные обстоятельства, по мнению уполномоченного органа, указывают на то, что как минимум два транспортных средства из пяти были на ходу, а также подтверждают факт использования техники третьими лицами.

Таким образом, налоговым органом указано, что установлено ненадлежащее исполнение конкурсным управляющим обязанностей по обеспечению сохранности имущества должника в соответствии с пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве.

При установленной сумме лимита в размере 1 195 320 руб. на оплату услуг лиц, привлеченных конкурсным управляющим в деле о ООО «Югорскпродукт Ойл», фактически таковым перечислено 3 963 379 руб. 35 коп.

Довод ФИО1 о том, что он не привлекал ООО «РОМИ» в качестве ответственного хранителя, поэтому оплачиваемые в рамках его исполнения денежные

средства относятся к текущим платежам, но не входят в лимиты, заявитель считает несостоятельным ввиду того, что:

– в соответствии с пунктом 1 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий осуществляет полномочия руководителя должника, ФИО1 утвержден конкурсным управляющим определением арбитражного суда от 12.11.2021 (кроме того, до этого момента, с 13.04.2021 ФИО1 являлся временным управляющим, и факт того, что должник и ООО «РОМИ» являются аффилированными лицами, ему известен);

– в разделе «Сведения о сумме текущих обязательств должника» отчета конкурсного управляющего от 20.12.2024 имеются данные о расходах 3 очереди за хранение имущества, что в соответствии с пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве является оплатой деятельности лиц, привлеченных арбитражным управляющим для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

На основании изложенного ФНС России усмотрена незаконность действий (бездействия) ФИО1 по нерасторжению договора хранения с ООО «РОМИ» и незаключению договора на хранение на более выгодных условиях.

Оспаривая доводы уполномоченного органа в данной части, конкурсный управляющий ФИО1 указал, что 02.04.2021 должником в лице директора ФИО3 с ООО «РОМИ» заключен договор, по условиям которого ООО «РОМИ» предоставляет место на платной автостоянке для хранения 5 транспортных средств ООО «Югорскпродукт Ойл», а также ТМЦ с условием оплаты 150 000 руб. ежемесячно. Согласно пункту 3.5 договора ответственный хранитель не вправе пользоваться переданной на хранение вещью, а равно предоставлять возможность пользования ею третьим лицам.

Перечень имущества, передаваемого на хранение: 1. КАМАЗ 6605201, 2011; 2. КАМАЗ 6522, RG, 2014; 3. КАМАЗ 6522, RG, 2014; 4. КАМАЗ 6522, RG, 2014 5. КАМАЗ 6522, RG, 2014; 6. Ноутбук NB Lenovo; 7. Ноутбук NB Lenovo; 8. Оргтехника МФУ; 9. Гарнитур кухонный; 10. Приемник самообслуживания на АЗС.

Учитывая то обстоятельство, что конкурсный управляющий находится в г. Рязань, Рязанской обл., транспортировка с последующим хранением указанного выше имущества в Рязанской области, в случае расторжения договора от 02.04.2021, стоила бы значительно дороже, чем выходила плата по договору. В связи с тем, что конкурсный управляющий приступил к реализации имущества должника, то при продаже имущества, переданного на хранение, он заключал с хранителем дополнительное соглашение к договору, основным условием которых было уменьшение платы по договору в связи с уменьшением состава имущества, переданного на хранение.

По мнению конкурсного управляющего, договор от 02.04.2021 был экономически целесообразен, он не видел объективных причин для его расторжения. К тому же договором был предусмотрен запрет использования имущества как хранителем, так и третьими лицами. Соответственно, никто был не вправе извлекать прибыль от его использования. Имущество находилось у хранителя до его полной реализации. Денежные средства, вырученные от его реализации, пошли на частичное погашение требований кредиторов. Спорный договор хранения в отчетах

конкурсного управляющего отражался. Однако платежи по нему в лимиты не могли быть включены, потому как конкурсный управляющий не привлекал ООО «РОМИ» в качестве ответственного хранителя, следовательно, оплачиваемые в рамках его исполнения денежные средства относятся к текущим платежам.

Рассмотрев доводы жалобы и возражения конкурсного управляющего в указанной части, суд первой инстанции пришёл к выводу о наличии в действиях арбитражного управляющего нарушений положений Закона о банкротстве.

Первая процедура банкротства – наблюдение введена в отношении должника 20.02.2021, следующая – конкурсное производство – 12.11.2021.

Как указано выше, между ООО «Югорскпродукт Ойл» в лице директора ФИО3 и ООО «РОМИ» в лице директора ФИО7 02.04.2021 заключен договор ответственного хранения – то есть после введения первой процедуры банкротства (но до утверждения временного управляющего).

ООО «РОМИ» предоставило ООО «Югорскпродукт Ойл» место на платной автостоянке для хранения 5 транспортных средств, а также ТМЦ с условием оплаты 150 000 руб. ежемесячно.

Далее конкурсный управляющий ФИО1 заключил дополнительные соглашение к договору ответственного хранения от 30.09.2022 для хранения 3 транспортных средств ООО «Югорскпродукт Ойл», а также ТМЦ с условием оплаты 100 000 рублей ежемесячно. А 18.10.2022 заключено дополнительное соглашение к договору ответственного хранения с условием оплаты 50 000 рублей ежемесячно на 3 транспортных средства.

Согласно пункту 1.3 договора от 02.04.2021 и дополнительного соглашения к нему платная автопарковка расположена по адресу: <...>, из пункта 1.4 следует, что ТМЦ, передаваемые на хранение, хранятся в здании, расположенном по тому же адресу.

Из открытых сведений ЕГРЮЛ установлено, что местом нахождения должника ООО «Югорскпродукт Ойл» и ООО «РОМИ» является: <...>.

То есть по одному адресу зарегистрированы должник (поклажедатель) и ООО «РОМИ» (ответственный хранитель), платная автопарковка и здание для хранения материальных ценностей.

В рамках настоящего дела вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 28.09.2021 установлен факт аффилированности ООО «Югорскпродукт Ойл», ООО «РОМИ» и ООО «Югорскпродукт-Ойл».

Из определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 28.09.2021 следует, что по сведениям ЕГРЮЛ генеральным директором ООО «Югорскпродукт Ойл» (должник) и единственным учредителем является ФИО3; генеральным директором ООО «Югорскпродукт-Ойл» и единственным учредителем является ФИО8; генеральным директором ООО «РОМИ» и единственным учредителем является ФИО7

Адрес регистрации юридических лиц: Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, <...>. Из решения от 04.07.2018 № 5 следует, что единственным учредителем ООО «Югорскпродукт-Ойл» ФИО8 принято решение об увольнении директора ФИО7 и назначении директором ФИО8

Согласно протоколу внеочередного общего собрания участников ООО «Югорскпродукт Ойл» от 26.06.2018 № 2/2018 участниками (учредителями) должника являлись ООО «РОМИ» и ФИО9, которыми принято решение об увольнении директора ФИО9 и назначении директором ФИО3

На основании изложенного должник (поклажедатель) и ООО «РОМИ» (ответственный хранитель) являются аффилированными по отношению друг к другу лицами, поскольку входят в состав одной группы компаний, объединенной общими интересами, участвующей в совместной финансово-экономической хозяйственной деятельности.

Указанный вывод подтверждён коллегией судей Арбитражного суда Западно-Сибирского округа в постановлении от 01.07.2024.

По мнению суда, на стадии наблюдения, при проведении анализа финансово-хозяйственной деятельности ООО «Югорскпродукт Ойл» временный управляющий, которым был утверждён ФИО1, должен был выявить обстоятельства аффилированности сторон сделки, действуя добросовестно и законно, должен был дать оценку возможности исполнения договора по цене 150 000 рублей ежемесячно должником как лицом, находящимся в шаге от банкротства, проанализировать рынок подобных услуг, сделок, заключаемых при сравнимых обстоятельствах, рассмотреть варианты с более низкой стоимостью.

Суд апелляционной инстанции соглашается с соответствующими выводами суда первой инстанции.

Учитывая обстоятельство аффилированности должника и ООО «РОМИ», принимая во внимание совпадение адресов регистрации указанных лиц, исходя из того, что указанный единый адрес является адресом, по которому находились платная автопарковка и здание для хранения ТМЦ, предложенные ООО «РОМИ» должнику по договору ответственного хранения от 02.04.2021, судебная коллегия исходит из предположения о том, что, как минимум, ТМЦ, для сохранности которых был заключён данный договор, фактически могли находиться в имущественной сфере как должника, так и ООО «РОМИ», что предполагало свободное использование имущества указанными лицами.

Заключение при этом договора хранения между ООО «Югорскпродукт Ойл» и ООО «РОМИ», не меняющее каких-либо фактических взаимоотношений соответствующих лиц по поводу данного имущества, с большой долей вероятности продиктовано целью наращивания долга ООО «Югорскпродукт Ойл» перед контролирующим должника лицом.

Таким образом, суд апелляционной инстанции критически оценивает потребность должника в заключении договора ответственного хранения, во всяком случае, применительно к ТМЦ, находящимся по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, <...>. Тем более, что данные ТМЦ впоследствии и были выкуплена самим ООО «РОМИ» по договору купли-продажи на торгах № 15 от 18.10.2025 по цене 38 992 руб. 50 коп. (в процедуре банкротства ООО «Югорскпродукт Ойл»), что явно превышала затраченные деньги на его хранения.

Таким образом, сложилась ситуация, когда ООО «РОМИ», с одной стороны фактически использующее ТМЦ с учетом их расположения по адресу регистрации данной организации, совпадающим с адресом регистрации должника, и с другой стороны заинтересованное в юридическом оформлении права собственности на них, в целях реализации этих двух потребностей (по продолжению фактического пользования в условиях юридически оформленного права собственности) приобрело ТМЦ на торгах за 38 992 руб. 50 коп., предварительно получив от должника денежных средства якобы за его же хранение.

Судебная коллегия считает, что в данном случае имело место формальное оформление документов, опосредующих видимые изменения взаимоотношений ООО «Югорскпродукт Ойл» и ООО «РОМИ» применительно к спорному имуществу, при подлинной их стабильности.

Между тем, в условиях заинтересованности ООО «РОМИ» в использовании данного имущества, а также в целях пополнения конкурсной массы должника, следовало использовать конструкцию арендных отношений.

При изложенном, суд полагает, что затраты ООО «Югорскпродукт Ойл» (должником) на хранение 2 ноутбуков NB Lenovo, оргтехники МФУ, гарнитура кухонного, приемника самообслуживания на АЗС не являлись объективно необходимыми, следовательно, их несение не отвечало целям открытой в отношении должника процедуры конкурсного производства – аккумулирование имущества должника-банкрота для целей дальнейшего распределения его пропорционально требованиям кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным (пункт 2 статьи 450.1 ГК РФ).

В пункте 3 статьи 129 Закона о банкротстве предусмотрено право конкурсного управляющего заявить отказ от исполнения договоров и иных сделок в порядке, установленном статьёй 102 указанного закона.

В силу пункта 2 статьи 102 Закона о банкротстве отказ от исполнения договоров и иных сделок должника может быть заявлен только в отношении сделок, не исполненных сторонами полностью или частично, если такие сделки препятствуют восстановлению платежеспособности должника или если исполнение должником таких сделок повлечет за собой убытки для должника по сравнению с аналогичными сделками, заключаемыми при сравнимых обстоятельствах.

Таким образом, отказ конкурсного управляющего от исполнения договора, предусмотренный пунктом 3 статьи 129, статьёй 102 Закона о банкротстве, должен быть нацелен на прекращение обусловленного сделкой обязательства должника (в неисполненной им части) по предоставлению контрагенту исполнения на будущее время, если сохранение договорного обязательства и его выполнение должником повлечет возникновение на стороне последнего убытков по сравнению с аналогичными сделками.

Функция арбитражного управляющего заключается в том, чтобы обеспечивать соблюдение баланса интересов должника, кредиторов (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве) путем добросовестной реализации своих прав и полномочий, предусмотренных Законом о банкротстве.

Заключение (как и сохранение) договоров, безосновательно уменьшающих имущественную сферу должника, и, как следствие, имущественную сферу кредиторов должника, не получивших причитающееся, нельзя признать отвечающим принципам разумности и добросовестности, заложенным в вышеуказанной правовой норме.

Из отчета конкурсного управляющего от 14.03.2025 усматривается, что в рамках договора хранения, заключенного с аффилированным лицом, из конкурсной массы выбыло 2 877 419 руб. 35 коп., а размер вырученных денежных средств от реализации имущества, хранившегося по договору от 02.04.2021, составил 6 199 666 руб. 50 коп., из них: гарнитур кухонный, Ноутбук Lenovo, Ноутбук NB Lenovo, Оргтехника МФУ Kyocera, Приемник самообслуживания на АЗС – по договору от 18.10.2022 в размере

38 992 руб. 50 коп; транспортные средства – по договорам от 27.12.2022, 05.09.2022, 27.12.2022 в размере 6 160 674 руб.

Таким образом, стоимость хранения имущества составила 46,41 % от размера вырученных денежных средств, что не соответствует целям и задачам процедуры банкротства, интересам кредиторов и должника.

При этом реестр требований кредиторов в общей сумме равен 54 210 040 руб. 48 коп., из них погашено 9 268 361 руб. 14 коп., что составляет 17,10% удовлетворения требований кредиторов. Учитывая значительный размер непогашенной кредиторской задолженности, задолженность по договору хранения является существенной суммой, выбытие которой повлечет за собой нарушение прав кредиторов, что противоречит принципам законодательства о несостоятельности (банкротстве).

В связи с чем, суд полагает обоснованной жалобу в части нерасторжения договора хранения с ООО «РОМИ» в отношении ТМЦ

Кроме того, как видно из материалов обособленного спора, ООО «РОМИ» оказывались услуги ответственного хранителя также применительно к 5 транспортным средствам, принадлежащим должнику: КАМАЗ 6605201, VIN: <***>, КАМАЗ 6522 RG, VIN: <***>, КАМАЗ 6522 RG, VIN: <***>, КАМАЗ 6522, VIN: <***>, КАМАЗ 6522, VIN: <***>.

Как уже было указано выше, из официального ответа ОМВД по Советскому району от 25.10.2024 следует, что транспортные средства: КАМАЗ государственный номер <***>, а также КАМАЗ государственный номер <***>, которые были реализованы на открытых торгах по договорам купли-продажи № Л2 и № Л4 от 27.12.2022 индивидуальному предпринимателю ФИО10, были зафиксированы камерами наружного наблюдения при передвижении по проезжей части в г. Сургуте 01.12.2022 и 20.12.2022 соответственно. Указанные транспортные средства до момента их реализации должны были находиться на платной автостоянке в г. Югорске в соответствии с договором хранения от 02.04.2021, заключенным с ООО «РОМИ».

Указанные доводы не опровергнуты конкурсным управляющим ФИО1

Исходя из названных обстоятельств, суд апелляционной инстанции полагает, что необходимость в хранении соответствующих транспортных средств, учитывая их работоспособное состояние, позволяющее им передвигаться, в том числе в ином (отличном от места хранения) населённом пункте, отсутствовала, соответственно, отсутствовала необходимость в несении таких трат. Таким образом, заключение договора ответственного хранения с ООО «РОМИ» в части указанного имущества представляется необоснованным.

Кроме того, бездействие управляющего по контролю за использованием объектов конкурсной массы и фактическое допущение использования их третьими лицами, является противоправным, нарушающим абзац шестой пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве.

В отношении транспортных средств КАМАЗ 6605201, VIN: <***>, КАМАЗ 6522, VIN: <***>, реализованных впоследствии 05.09.2022 по договору купли-продажи на торгах № Л3 ФИО11, следует отметить, что участвующими в деле лицами не опровергнуто нахождения их в неработоспособном состоянии. В анализируемом случае (учитывая состояние имущества) следует учесть пояснения конкурсного управляющего, согласно которым его (конкурсного управляющего) местонахождением является г. Рязань, Рязанской области, следовательно, в случае расторжения договора хранения требовалась транспортировка с последующим хранением указанного выше имущества в Рязанской области.

Из приведённого логичным является заключение, и суд апелляционной инстанции исходит из него, что подписание договора хранения в отношении поименованных выше транспортных средств (КАМАЗ 6605201, VIN: <***>, КАМАЗ 6522, VIN: <***>), во всяком случае, требовалось.

Аналогичного суждения суд придерживается и применительно к транспортному средству КАМАЗ 6522, VIN: <***> (реализованному по договору купли-продажи на торгах № Л2 от 27.12.2022 индивидуальному предпринимателю ФИО10), поскольку сведения о том, что данное транспортное средство в период действия договора хранения от 02.04.2021 использовалось (могло быть использовано), в материалах обособленного спора отсутствуют.

Таким образом, тогда как непременная потребность в заключении договора хранения проигнорирована конкурсным управляющим быть не могла, управляющему следовало реализовать вариативность поведения в части выбора условий, на которых следовало продолжать сделку или отказаться от неё в пользу более выгодного предложения (оценка экономической целесообразности совершения сделки).

В материалы обособленного спора бывшим руководителем должника ФИО3, выступившей инициатором подписания спорного договора, представлены письма от общества с ограниченной ответственностью «Речной грузовой сервис» (далее – ООО «Речной грузовой сервис») от 20.01.2021 № 54 (услуги хранения 780 руб. за сутки хранения 1 единицы грузового транспорта) и общества с ограниченной ответственностью «Протон» от 15.01.2021 № 88/1 (услуги хранения 870 руб. за сутки хранения 1 единицы грузового транспорта), из которых следует, что сделка, обеспечивающая сохранность транспортных средств, принадлежащих должнику, могла быть заключена на более выгодных условиях (расчёт приведён ниже).

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

С учётом приведённого выше судебная коллегия приходит к выводу о том, что в материалах дела имеются доказательства заключения (пролонгации) договора хранения от 02.04.2021 с должником на невыгодных условиях.

Относительно доводов конкурсного управляющего о том, что платежи по договору ответственного хранения от 02.04.2021, заключенному с ООО «РОМИ», относятся к текущим обязательствам, но не входят в лимиты, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, доводами уполномоченного органа.

Из абзаца четвертого пункта 2 статьи 134 Закона о банкротстве следует, что требования об оплате деятельности лиц, привлеченных арбитражным управляющим для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, погашается в составе третьей очереди текущих обязательств.

Содержание положений статей 20.3, 20.7 Закона о банкротстве в совокупности с положениями Постановления № 91, позволяют сделать вывод о том, что критерием отнесения либо не отнесения расходов к лимитируемым, является характер и цель таких расходов. Так, расходы, связанные с обеспечением деятельности арбитражного

управляющего в деле о банкротстве, независимо от того, идет речь о привлечении специалиста для оказания услуг или пользование помещением для осуществления деятельности арбитражного управляющего в деле о банкротстве, будут относиться к категории лимитируемых расходов.

Из отчета управляющего ФИО1 от 14.03.2025 из раздела о суммах текущих обязательств должника усматривается, что в третью очередь установлены требования ООО «Роми» по договору от 02.04.2021 как оплата деятельности лиц, привлеченных арбитражным управляющим для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Следовательно, указанные требования включаются в лимит расходов.

Предельный размер оплаты услуг лиц, привлеченных конкурсным управляющим для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, в деле о банкротстве должника составляет 1 195 320 руб. При этом, как было отмечено выше, по результатам проведенного анализа операций по расчетному счету ООО «Югорскпродукт Ойл» установлено, что ООО «РОМИ» были перечислены денежные средства на сумму 2 852 419 руб. 35 коп. (по договору хранения), то есть лимиты уже только в рамках этого обязательства превышены.

При таких обстоятельствах следует признать ненадлежащим исполнение арбитражным управляющим ФИО1 обязанностей конкурсного управляющего ООО «Югорскпродукт Ойл», выразившееся, исходя из сформулированного уполномоченным органом предмета заявления, в нерасторжении договора с ООО «РОМИ» в разумный срок, и незаключении договора на хранение на более выгодных условиях.

В силу пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 Постановления, с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику – юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.

Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Из содержания указанной нормы следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом.

Так лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков и их размер, противоправность поведения причинителя ущерба

и причинно-следственную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом.

Таким образом, условиями наступления гражданско-правовой ответственности, каковой является ответственность арбитражного управляющего, установленная указанными нормами права, являются противоправный характер поведения лица, причинившего вред, наличие убытков и их размер, причинная связь между противоправным поведением правонарушителя и наступившими последствиями.

Отсутствие хотя бы одного из указанных условий исключает возможность применения ответственности в виде убытков.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 48 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий. Обязанность действовать добросовестно является универсальным гражданско-правовым принципом, получившим свое отражение в нормах действующего права (пункт 4 статьи 1, пункт 2 статьи 6, статья 10 ГК РФ).

Применительно к деятельности арбитражного управляющего названный общий принцип ретранслирован в законодательство о банкротстве в качестве специальной нормы (с аналогичным содержанием).

Учитывая существование объективно обусловленной повышенной конфликтности между заинтересованными лицами в отношениях, связанных с институтом банкротства, возложение на арбитражного управляющего соответствующей обязанности в числе прочего означает, что он как профессиональный антикризисный менеджер в ситуации неопределенности правового регулирования должен действовать исходя из баланса объективно противопоставленных интересов вовлеченных в процесс несостоятельности лиц с учетом заложенных в действующих нормах права ценностных ориентиров, предопределяющих цели законодательного регулирования.

Именно с этой позиции суд в дальнейшем должен оценивать поведение управляющего при поступлении соответствующей жалобы на его действия (бездействие), как рекомендовала Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ в Определении от 11.07.2019 № 3310-ЭС18-17700(2) по делу № А62-6145/2015.

Уполномоченным органом заявлено о взыскании с конкурсного управляющего ФИО1 убытков в размере 2 749 992 руб. 25 коп., понесенных за счет конкурсной массы, обусловленных:

1) необоснованным привлечением ООО «НВМ КОНСАЛТИНГ» в сумме 995 960 руб., из расчета:

– 915 960 руб. (оплата услуг привлеченных лиц на бухгалтерское и правовое сопровождение);

– 80 000 руб. (оплата услуг привлеченных лиц на проведение инвентаризации), Итого: 915 960 + 80 000 = 995 960 руб.,

2) исполнением обязательств по договору хранения от 02.04.2021, начисная с 13.12.2021 в размере 1 754 032 руб. 24 коп., из расчета:

– 2 852 419,35 руб. (фактическая оплата за хранение) минус

– 1 098 387,10 руб. (сумма оплаты за период с 02.04.2021 по 12.12.2021 (месяц, после утверждения ФИО1 конкурсным управляющим), рассчитанная как:

150 000 руб. – оплата за месяц по договору; 150 000 руб. / 31 (день) = 4 838,71 руб. – оплата за 1 день;

150 000 руб. * 7 (месяцев) = 1 050 000 руб. – оплата за 7 месяцев до 02.12.2021;

4 838,71 руб. *10 (дней) = 48 387,10 руб. – оплата за 10 дней с 03.12.2021

по 12.12.2021;

итого: 1 050 000 руб. + 48 387,10 руб. = 1 098 387,10 руб. Общая сумма убытков, по расчёту уполномоченного органа, составила:

995 960 + 1 754 032,25 = 2 749 992,25 руб.

Суд апелляционной инстанции, проверив расчёт заявленных к взысканию

убытков, полагает, что таковой подлежит корректировке ввиду не опровергнутой

необходимости несения расходов на хранение трех из пяти транспортных средств,

а также ввиду допущения ФНС России арифметической ошибки.

Так, расчёт подлежит изменению в части убытков, обусловленных исполнением

обязательств по договору хранения от 02.04.2021, заключённому с ООО «РОМИ»:

– 2 852 419, 35 руб. (фактическая оплата за хранение); минус

– 1 248 387 руб. (сумма оплаты за период с 02.04.2021 по 12.12.2021 (месяц,

после утверждения ФИО1 конкурсным управляющим), рассчитанная как:

150 000 руб. – оплата за месяц по договору;

150 000 руб. / 31 (день) = 4 838,71 руб. – оплата за 1 день; 150 000 руб. * 8 (месяцев) = 1 200 000 руб. – оплата за 8 месяцев до 02.12.2021;

4 838,71 руб. *10 (дней) = 48 387,10 руб. – оплата за 10 дней с 03.12.2021

по 12.12.2021;

итого: 1 200 000 руб. + 48 387,10 руб. = 1 248 387,10 руб.; минус

– 295 620 руб. (сумма оплаты за хранение транспортного средства КАМАЗ 6522,

VIN: <***> за период с 13.12.2021 до 27.12.2022 (дата его реализации

на торгах), что составляет 379 дней, исходя из минимальных расценок, предложенных

ООО «Речной грузовой сервис» в письме от 20.01.2021 № 54 (780 руб. в сутки за

единицу техники)), рассчитанная как: 780 руб. * 379 (дней) * 1 (ТС) = 295 620 руб. минус

414 960 руб. (сумма оплаты за хранение транспортных средств КАМАЗ 6605201,

VIN: <***>; КАМАЗ 6522, VIN: <***> за период

с 13.12.2021 до 05.09.2022 (дата его реализации на торгах), что составляет 266 дней,

исходя из минимальных расценок, предложенных ООО «Речной грузовой сервис» в

письме от 20.01.2021 № 54 (780 руб. в сутки за единицу техники)), рассчитанная как: 780 руб. * 266 (дней) * 2 (ТС) = 414 960 руб.

Таким образом, применительно к указанному эпизоду сумма убытков составила: 2 852 419, 35 – 1 248 387,10 – 295 620 – 414 960 = 893 452, 25 руб.

Общая сумма подлежащих взысканию с арбитражного управляющего ФИО1 убытков, по выводу судебной коллегии, составляет:

995 960 + 893 452, 25 = 1 889 412, 25 руб.

При изложенных выше обстоятельствах суд апелляционной инстанции признаёт доказанным факт причинения убытков, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ФИО1 и причиненными обществу убытками, в связи с чем удовлетворяет требования заявителя, взыскав с управляющего убытки в сумме 1 889 412 руб. 25 коп.

В силу пункта 1 части 1 статьи 270 АПК РФ основаниями для изменения или отмены определения арбитражного суда первой инстанции является неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела.

Таким образом, определение суда подлежит изменению в части определения размера убытков, заявленных ко взысканию с конкурсного управляющего ООО «Югорскпродукт Ойл» ФИО1; взысканию с арбитражного управляющего ФИО1 в конкурсную массу ООО «Югорскпродукт Ойл» подлежат убытки в сумме 1 889 412 руб. 25 коп.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы (регистрационный номер 08АП-5295/2025) конкурсного управляющего ФИО1 определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 29.05.2025 по делу № А75-22861/2019 изменить в части определения размера убытков, заявленных ко взысканию с конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Югорскпродукт Ойл» (ОГРН <***>, ИНН <***>) ФИО1.

В указанной части принять по делу новый судебный акт.

Взыскать с арбитражного управляющего ФИО1 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Югорскпродукт Ойл» убытки в сумме 1 889 412 руб. 25 коп.

В остальной части определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 29.05.2025 по делу № А75-22861/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий Е.А. Самович Судьи Е.А. Горбунова

О.В. Дубок