Решение от 22 февраля 2024 г. по делу № А51-17657/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А51-17657/2020
г. Владивосток
22 февраля 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 08 февраля 2024 года.

Полный текст решения изготовлен 22 февраля 2024 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Власенко Т.Б., при ведении протокола судебного заседания секретарём с/з ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Технологии безопасности» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата регистрации 19.06.2008) к акционерному обществу «Корпорация развития Дальнего Востока и Арктики» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата регистрации 04.03.2005) об уменьшении неустойки, взыскании убытков, изменении условий договора,

третье лицо: ПАО «Совкомбанк»,

при участии в заседании:

от истца (онлайн) - ФИО2, паспорт, диплом, доверенность от 01.07.2023 сроком на три года,

от ответчика - ФИО3, паспорт, диплом, доверенность №15/2023 от 09.01.2023 сроком по 31.12.2023,

от третьего лица ПАО «Совкомбанк» (онлайн) - ФИО4, паспорт, диплом, доверенность от 01.10.2021 сроком на пять лет,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Технологии безопасности» (далее – истец, ООО «Технологии безопасности») обратилось с исковыми требованиями, уточненными на основании ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ) к акционерному обществу «Корпорация развития Дальнего Востока и Арктики» (далее – ответчик, АО «КРДВ»):

1. уменьшить размер договорной неустойки за период с 29.12.2018 по 18.01.2019 (21 день) и с 29.03.2019 по 09.06.2019 (72 дня), рассчитанной ответчиком в общем размере 10 216 500 рублей и истребованной от гаранта в пользу ответчика, до 1 рубля;

2. взыскать 10 572 818,00 рублей неосновательного обогащения, из них 10 216 500 рублей основного долга по банковской гарантии, 156 318,03 рублей – платы за отвлечение денежных средств по гарантии и 200 000 рублей – госпошлины.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о месте и времени проведения судебного заседания, в суд не явились, ходатайств и заявлений о причинах неявки не представили.

Суд, руководствуясь статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ), проводит судебное заседание в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле.

Истец уточненные исковые требования поддержал в полном объеме.

Ответчик возражал, заявленные доводы поддержал в полном объеме.

Судом исследованы материалы дела в картотеке № А51-16508/2021.

Третье лицо ПАО «Совкомбанк» дал пояснения, заявленные доводы поддержал в полном объеме.

Истец дал пояснения, заявленное ранее ходатайство об объединении дел не поддержал, в связи с чем данное ходатайство судом по существу не рассматривается.

Как установлено судом из материалов дела, по результатам проведенной ответчиком закупочной процедуры 12.04.2018 между ООО «Технологии Безопасности» (продавец) и АО «КРДВ» (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимой вещи от 24.04.2018 № 0000000035018Р040002/122/18/О по условиям которого (далее – Договор), согласно которому продавец обязался передать в собственность покупателя имущественный комплекс «Газовая котельная площадки «Холдоми» ТОР «Комсомольск», а покупатель обязался принять и оплатить данный имущественный комплекс.

В соответствии с пунктом 1.1. Договора Продавец обязался передать в собственность Покупателя имущественный комплекс «Газовая котельная площадки «Холдоми» ТОР «Комсомольск», а Покупатель обязался принять и оплатить данный имущественный комплекс.

Как предусмотрено указанным пунктом договора, имущественный комплекс должен был располагаться в границах ТОР «Комсомольск» площадка «Холдоми» в Хабаровскому крае, «Горнолыжный курорт «Холдоми» в 5,5 км. на северо-запад от п. Солнечный, на части земельного участка смежной с частью земельного участка с учетным номером 27:14:0010201:99/чзу1, входящей в границы земельного участка с кадастровым номером 27:14:0010201:99 площадью 73 934 кв. м., входящего в состав земельного участка с кадастровым номером 27:14:0000000:25, общей площадью 184 026 кв. м. из земель особо охраняемых территорий и объектов, расположенного по адресу (имеющий основные ориентиры): примерно в 4230 м. по направлению на запад от ориентира ПУ-34, адрес ориентира: Хабаровский край, р-он Солнечный, <...>.

Срок передачи недвижимого имущества был установлен по 20.10.2018 (п. 1.3 договора).

Дополнительными соглашениями от 28.11.2018 №2, от 18.01.2019 №3, от 17.01.2020 №5 срок исполнения договора продлевался до 28.12.2018, 29.03.2019 и 30.10.2020 соответственно.

Пунктом 6.2 договора стороны согласовали, что исполнение обязательств по договору предоставляется продавцом в виде безотзывной банковской гарантии.

Во исполнение указанного требования 25.07.2019 ПАО КБ «Восточный» выдал банковскую гарантию № 61814/2019/ДГБ на сумму 10 216 500,00 руб. (размер аванса по договору).

Пунктом 1 гарантии установлено, что она обеспечивает исполнение обязательств, в том числе по возврату авансового платежа, а также обязательств, исполнение которых обеспечивается в соответствии со ст.ст. 1-5 договора.

Между тем, обязательства по передаче недвижимого имущества принципалом по состоянию на 30.12.2019 не были исполнены.

30.12.2019 (исх. № 001-12992) ответчиком направлено гаранту требование об уплате денежной суммы по банковской гарантии № 61814/2019/ДГБ.

В связи с неисполнением ООО «Технологии безопасности» своих обязательств по обеспеченным Гарантией обязательствам и получением от Бенефициара требований об уплате денежной суммы по Гарантии, Банк выплатил Бенефициару денежную сумму по Гарантии № 61814/2019/ДГБ от 25.07.2019 в размере 10 216 500,00 руб., что подтверждается платежным поручением № 399312 от 03.11.2020. Банк, выполнил требование Бенефициара об уплате денежной суммы по гарантии.

Истец, полагая, что просрочка исполнения обязательств по договору обусловлена объективными причинами и действиями самого ответчика, ссылаясь на то, что неосновательное перечисление денежных средств (банковской гарантии) причинило истцу убытки, обратился в арбитражный суд с настоящими уточненными исковыми требованиями об уменьшении размера договорной неустойки и взыскания неосновательного обогащения.

Исследовав материалы дела и представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимосвязи, изучив доводы сторон, суд приходит к следующему.

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Согласно п. 1 ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Пунктом 1 ст. 421 ГК РФ установлено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Из буквального толкования договора от 24.04.2018 №0000000035018Р040002/122/18/О купли-продажи недвижимой вещи, в том числе волеизъявления сторон о применении к сложившимся между ними правоотношениям положений ч 2 ст. 455 ГК РФ (п. 1.1. договора), судом установлено, что между сторонами возникли обязательственные правоотношения, которые регулируются главой 30 («Купля-продажа») Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно ч. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с пунктом 2 статьи 455 ГК РФ договор может быть заключен на куплю-продажу товара, имеющегося в наличии у продавца в момент заключения договора, а также товара, который будет создан или приобретен продавцом в будущем, если иное не установлено законом или не вытекает из характера товара.

В соответствии с ч. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

В силу ч. 1 ст. 130 ГК РФ объекты незавершенного строительства являются недвижимым имуществом.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2011 № 54 «О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем» (далее по тексту - Постановление № 54) разъяснено, что в соответствии с пунктом 2 статьи 455 ГК РФ предметом договора купли-продажи может быть как товар, имеющийся в наличии у продавца в момент заключения договора, так и товар, который будет создан или приобретен продавцом в будущем, если иное не установлено законом или не вытекает из характера товара (договор купли-продажи будущей вещи).

В связи с тем, что параграф 7 главы 30 ГК РФ не содержит положений, запрещающих заключение договоров купли-продажи в отношении недвижимого имущества, право собственности продавца на которое на дату заключения договора не зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости (далее - ЕГРН), но по условиям этого договора возникнет у продавца в будущем (договор купли-продажи будущей недвижимой вещи), то отсутствие у продавца в момент заключения договора продажи недвижимости права собственности на имущество - предмет договора - само по себе не является основанием для признания такого договора недействительным.

По смыслу статьи 554 ГК РФ предмет договор купли-продажи недвижимого имущества должен быть индивидуализирован, в том числе индивидуализация предмета договора может быть осуществлена путем указания иных сведений, позволяющих установить недвижимое имущество, подлежащее передаче покупателю по договору (например, местонахождение возводимой недвижимости, ориентировочная площадь будущего здания или помещения, иные характеристики, свойства недвижимости, определенные, в частности, в соответствии с проектной документацией).

В силу п. 1 ст. 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (п. 1 ст. 330 ГК РФ).

Ответственность за нарушение продавцом принятых на себя обязательств установлена пунктом 5.2 Договора (в редакции дополнительного соглашения от 18.01.2019 № 3), согласно которому в случае просрочки выполнения продавцом обязательства по настоящему договору продавец обязан уплатить покупателю пени в размере 0,2 (Ноль целых две десятых) процента от цены Договора за каждый день просрочки.

Рассмотрев требования истца по настоящему делу об уменьшении размера договорной неустойки за период с 29.12.2018 по 18.01.2019 (21 день) и с 29.03.2019 по 09.06.2019 (72 дня), рассчитанной ответчиком в общем размере 10 216 500 рублей и истребованной от гаранта в пользу ответчика, до 1 рубля, суд исходит из следующего.

Как установлено судом, в рамках дела № А51-16508/2021 АО «КРДВ» обратилось в Арбитражный суд Приморского края с иском к ООО «Технологии безопасности», в котором с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ, просило: расторгнуть договор купли-продажи будущей недвижимой вещи от 24.04.2018 №0000000035018Р040002/122/18/О; взыскать 28 491 613 руб. 50 коп. основного долга (перечисленного аванса) по вышеназванному договору; - взыскать 9 114 543 руб. 73 коп. процентов за пользование суммой аванса за период с 28.04.2018 до 06.07.2023; взыскать проценты за пользование суммой аванса в размере 28 491 613 руб. 50 коп. за период с 06.07.2023 до момента его фактического возврата, рассчитанные по формуле: сумма процентов = сумма долга x (ключевая ставка) % x количество дней просрочки / количество дней в году; взыскать 59 750 983 руб. пеней за просрочку исполнения обязательства за период с 29.12.2018 до 06.07.2023.

К совместному рассмотрению с первоначальным иском в порядке статьи 132 АПК РФ по указанному делу принято встречное исковое заявление, в котором общество с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ, просило: расторгнуть договор купли-продажи будущей недвижимой вещи от 24.04.2018 №0000000035018РО40002/122/18/О; взыскать 12 210 691 руб. 50 коп. задолженности по вышеназванному договору за фактически выполненные работы; взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму 12 210 691 руб. 50 коп. за период с 14.08.2021 по день фактического исполнения решения суда; взыскать 20 391 623 руб. 36 коп. неосновательного обогащения в виде денежной суммы истребованной от гаранта, 3 099 527 руб. 76 коп. взысканной с гаранта неустойки, 408 660 руб. убытков на банковскую гарантию.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Приморского края от 16.08.2023 по делу №А51-16508/2021 расторгнут договор от 24.04.2018 №0000000035018Р040002/122/18/О купли-продажи недвижимой вещи, заключенный между акционерным обществом «Корпорация развития Дальнего Востока и Арктики» и обществом с ограниченной ответственностью «Технологии безопасности»; взыскано с общества с ограниченной ответственностью «Технологии безопасности» (ИНН<***>) в пользу акционерного общества «Корпорация развития Дальнего Востока и Арктики» (ИНН <***>) 28 491 613рублей 50 копеек аванса, 7 368 206рублей 90 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 28.04.2018 по 09.08.2023, с последующим начислением процентов в порядке, предусмотренном ст.395 Гражданского кодекса Российской Федерации, на сумму аванса в размере 28 491 613рублей 50 копеек за период с 10.08.2023 до момента его фактического возврата, 154 520 рублей расходов по уплате государственной пошлины по иску. В остальной части первоначальных и встречных исковых требованиях отказано.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2023 Решение Арбитражного суда Приморского края от 16.08.2023 по делу №А51- 16508/2021 в обжалуемой части оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 02.02.2024 решение от 16.08.2023, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2023 по делу №А51-16508/2021 Арбитражного суда Приморского края оставлено без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

По смыслу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Преюдициальная связь судебных актов арбитражных судов обусловлена указанным свойством обязательности как элемента законной силы судебного акта, в силу которой в процессе судебного доказывания суд не должен дважды устанавливать один и тот же факт в отношениях между теми же сторонами.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, направленное на обеспечение стабильности и общеобязательности этого решения и исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если имеют значение для его разрешения. В качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

Поскольку установленные судебными актами по делу №А51-16508/2021 обстоятельства не опровергнуты, суд принимает их в качестве преюдициальных при рассмотрении настоящего спора.

Так в рамках дела № А51-16508/2021 суд пришел к выводу о том, что характер спорных правоотношений сторон свидетельствует о возникновении между сторонами обязательственных отношений по договору купли-продажи будущей недвижимой вещи, регулируемых нормами гл. 30 ГК РФ («Договор купли-продажи»); как установлено судом, срок исполнения обязанности ответчика по передаче объекта покупателю в соответствии с условиями Договора и дополнительными соглашениями к нему установлен: сначала 20.10.2018, затем 29.03.2019, а впоследствии – не позднее 30.10.2020.

Так, факт нарушения сроков передачи имущества не оспаривается ООО «Технология безопасности», вместе с тем, Общество считает, что нарушение сроков произошло по вине АО «КРДВ», который не обеспечил строительство объекта необходимыми подключениями к сетям, что не позволило Обществу по ряду причин в установленные договором сроки передать объект покупателю.

Суд счет данные доводы несостоятельными, поскольку договором купли-продажи предусмотрен исчерпывающий перечень обязанностей покупателя (пункты 3.1. – 3.2.6. Договора), указанный перечень не содержит обязательства покупателя по подведению наружных сетей инфраструктуры к границам земельного участка и обеспечению технологического присоединения к ним сетей, построенных ответчиком, а также обязательства покупателя по созданию сетей электро- и газоснабжения, водоснабжения, водоотведения и обеспечению технологического присоединения к ним. Одновременно судом не установлено, что условия заключенного между сторонами договора купли-продажи устанавливают какую-либо зависимость и возможность исполнения обязательств по договору ответчиком от выполнения АО «КРДВ» работ по подведению наружных сетей инфраструктуры к границам земельного участка и обеспечению технологического присоединения к ним сетей. При этом ООО «Технологии Безопасности» являясь профессиональным участником при заключении такого договора должно было действовать разумно, осмотрительно и осторожно, реально оценивая объемы работ, необходимых для создания объекта, а также сроков его возведения в рамках принимаемых на себя обязательств.

Доводы ООО «Технология безопасности» о том, что подлежащий созданию объект – котельная не является объектом недвижимого имущества, в связи с чем договор надлежит квалифицировать как договор подряда, судом отклонен, с учетом представленной в материалы дела № А51-16508/2021 проектной документации, предусматривающей возведение объекта капитального строительства, размещенного на заглубленном фундаменте, с подведением сетей, что свидетельствует о неразрывной связи данного объекта с землей, а также с учетом заключенного Обществом договора субаренды земельного участка для строительства объекта, полученного 13.02.2019 разрешения №27-МВР на строительство, а также представленного в материалы дела заключения государственной экспертизы.

Суд счел подлежащими удовлетворению требования сторон о расторжении договора по основанию, предусмотренному подп. 1 п. 2 ст. 450 ГК РФ.

Суд при рассмотрении указанного дела также установил, что ответчик в предусмотренный Договором срок, до 30.10.2020 (в редакции дополнительного соглашения от 17.01.2020 № 5), объект недвижимого имущества истцу не передал, право собственности на указанный объект в ЕГРН не зарегистрировал, что свидетельствует о неисполнении ответчиком условий Договора и соответственно о праве истца требовать возврата аванса в связи с неисполнением предусмотренных Договором обязательств с уплатой процентов за время пользования суммой аванса.

С учетом специфики подписанного между сторонами договора купли-продажи, подписав спорный Договор на согласованных условиях, и дополнения к Договору, не предусматривающие изменения обязательств сторон, ответчик принял на себя все риски, связанные с невозможностью впоследствии передать объект недвижимости в согласованный Договором срок.

Письмом от 13.10.2020 исх. № 001-10541 АО «КРДВ» в адрес ООО «Технологии безопасности» направлены сведения об имеющихся недостатках имущественного комплекса: отсутствует документация по обеспечению пожарной безопасности имущественного комплекса; отсутствуют сведения по расчету и выбору легко-сбрасываемых конструкций; отсутствует проектное решение по способу прокладки и размещению газового и жидко-топливного трубопроводов; неправильно учтен класс защиты электрических щитов; применен неправильный модуль пиротехнического устройства; отсутствует эксплуатационная документация от завода-изготовителя модульной котельной и решений проектировщика, осуществившего размещение котельной на месте эксплуатации. Для обеспечения возможности передачи объекта по договору следовало осуществить: прокладку наружных трубопроводов теплоснабжения, горячего водоснабжения, водоснабжения, подземную прокладку двух наружных кабельных линий, прокладку участка наружного газопровода, изготовить аварийную емкость для дизельного топлива с прокладкой трубопроводов для транспортировки дизельного топлива из аварийной емкости в котельную.

По результатам рассмотрения проектной документации Продавцом получено отрицательное заключение КГУП «Единая государственная экспертиза проектной документации и результатов инженерных изысканий Хабаровского края» № 27-1-2-3-006223-2023 от 13.02.2023 на проектную документацию и результаты инженерных изысканий по объекту «Газовая котельная площадки «Холдоми» ТОР «Комсомольск», что свидетельствует о фактической невозможности исполнения Продавцом обязательства по передаче создаваемой недвижимой вещи Покупателю.

Таким образом, с учетом вышеизложенных обстоятельств, на основании положений законодательства и спорного Договора, при расторжении Договора с ООО «Технологии безопасности» в пользу АО «КРДВ» взыскана сумма перечисленного в соответствии с условиями п. 2.5.1. Договора аванса в размере 28 491 613,50 руб.

Кроме того, в рамках указанного дела рассмотрено требование АО «КРДВ» о взыскании с ООО «Технологии безопасности» пени за период с 29.12.2018 до 06.07.2023 за просрочку исполнения обязательства в размере 59 750 983,00 рубля.

В связи с тем, что срок исполнения обязательства изменен сторонами каждым из дополнительных соглашений после наступления первоначально установленного срока исполнения основного обязательства, ответчиком с момента окончания срока исполнения обязательства и до заключения последующего дополнительного соглашения, продлившего сроки исполнения обязательств, фактически допущена просрочка исполнения обязательства (Определение СК по экономическим спорам Верховного суда РФ от 31.08.2017 № 305-ЭС17-6839).

Кроме того, судами в рамках дела № А51-16508/2021 рассмотрено заявление ООО «Технологии безопасности» о применении статьи 333 ГК РФ.

Так, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника (п. 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»). Согласно п. 77 указанного Постановления от 24.03.2016 № 7 снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (п.п. 1, 2 ст. 333 ГК РФ).

Степень соразмерности взысканной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют положения ст.71 АПК РФ.

Согласно определению Конституционного Суда РФ от 14.03.2001 № 80-О снижение судом неустойки на основании ст. 333 ГК РФ является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в п. 1 ст. 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Как указано в п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, ч. 1 ст. 65 АПК РФ). В силу п. 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пп. 3, 4 ст. 1 ГК РФ).

Учитывая компенсационный характер неустойки и ее высокий размер, предусмотренный договором, который складывается исходя из цены самого договора, что не отвечает компенсационной природе неустойки как мере ответственности, а также принимая во внимание получение АО «КРДВ» денежных средств по банковским гарантиям от 25.07.2019 № 61814/2019/ДГБ, от 25.08.2020 № 65966/2020/ДГБ, от 25.08.2020 № 65964/2020/ДГБ на общую сумму 30 608 133,40 руб. неустойки за просрочку исполнения обязательств по Договору, обеспечивая баланс интересов сторон с целью исключить ущемление имущественных прав как АО «КРДВ», так и ООО «Технологии безопасности», суд счел при рассмотрении дела № А51-16508/2021 необходимым снизить сумму неустойки, подлежащую ко взысканию.

Так, с учетом имеющихся в деле доказательств, дважды внесенных АО «КРДВ» изменений в технические задания, а также с учетом экономической обстановки в стране, наличием затруднений в финансировании по договору со стороны АО «КРДВ» с учетом дополнительного соглашения №2 от 28.11.2018, а также с учетом иных приведенных ООО «Технологии безопасности» доводов, суд, применив положения ст. 333 ГК РФ, исследовав и оценив доводы и возражения сторон относительно соразмерности (несоразмерности) суммы неустойки и установив факт несоразмерности суммы неустойки последствиям нарушения неденежного обязательства, принимая во внимание компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, счел возможным уменьшить ставку неустойки до 0,1 %.

Проверив расчет суммы неустойки, произведенный судом первой инстанции по делу № А51-16508/2021 за периоды с 29.12.2018 по 18.01.2019; с 30.03.2019 по 17.01.2020; с 30.10.2020 по 13.08.2021, исходя из ставки 0,1% от цены договора за каждый день просрочки, апелляционная коллегия при рассмотрении апелляционной жалобы признала его обоснованным и арифметически верным в сумме 28 834 420 руб. Оснований не согласиться с указанным расчетом у суда округа не имелось.

Однако с учетом фактического получения АО «КРДВ» денежных средств по банковским гарантиям от 25.07.2019 №61814/2019/ДГБ, от 25.08.2020 №65966/2020/ДГБ, от 25.08.2020 № 65964/2020/ДГБ, суд пришел к выводу, что обязательства ООО «Технологии Безопасности» в указанной части погашены полностью за счет банковских гарантий, в связи с чем требования в указанной части удовлетворению не подлежали.

При этом с учетом денежных средств, правомерно полученных АО «КРДВ» по банковской гарантии в общей сумме 30 608 133,40 руб., а также с учетом уменьшения судом размера ответственности Общества путем уменьшения неустойки в порядке ст. 333 ГК РФ, суд произвел зачет получившейся переплаты по пене в сумме 1 773 713, 40 руб. в счет подлежащих взысканию с ООО «Технологии безопасности» процентов за пользование чужими денежными средствами, в результате чего с ответчика подлежат взысканию проценты за период с 28.04.2018 по 09.08.2023 в сумме 7 368 206рублей 90копеек (9 141 920,30 руб. – 1 773 713,40 руб.).

Учитывая, что при проверке расчетов требований АО «КРДВ» судом был произведен самостоятельный расчет как требований о взыскании процентов в порядке ст. 395 ГК РФ, так и суммы неустойки, сниженной судом по ходатайству ответчика в порядке ст. 333 ГК РФ, уменьшенный на сумму денежных средств, полученных АО «КРДВ» по банковским гарантиям от 25.07.2019 №61814/2019/ДГБ, от 25.08.2020 №65966/2020/ДГБ, от 25.08.2020 № 65964/2020/ДГБ, наличие неосновательного обогащения на стороне АО «КРДВ» судом не установлено, что влечет отказ в удовлетворении встречных требований о взыскании неосновательного обогащения в размере 20 391 623,36 руб. истребованного от гаранта, а также начисленной на него неустойки в сумме 3 099 527,76 руб., взысканной с гаранта, и убытков в размере 408 660 руб. на банковскую гарантию.

При этом суд учел правомерность требований АО «КРДВ» к гаранту, подтвержденную, в том числе вступившим в законную силу судебным актом по делу № А40-243120/20-137-1838, а также уменьшение размера неустойки в судебном порядке при рассмотрении дела № А51-16508/2021, что является в силу положений ст. 333 ГК РФ правом суда.

ООО «Технологии безопасности» также не представило какие-либо доказательства наличия убытков, не обосновало размер заявленных к взысканию убытков, и причинно-следственная связь между убытками и действиями АО «КРДВ».

При этом, указание ООО «Технологии безопасности» в рамках дела № А40-243120/20-137-1838 по иску Банка к ООО «Технологии безопасности» о взыскании задолженности по договору о предоставлении банковской гарантии № 61814/2019/ДГБ от 25.07.2019, который судом удовлетворен, на факты злоупотребления правом со стороны Банка не основаны на нормах права и не подтверждены соответствующими доказательствами.

Учитывая вышеизложенное, рассмотрев материалы настоящего дела в части требования о снижении неустойки, суд исходит из того, что судами при рассмотрении дела №А51-16508/2021 рассматривалось требование о применении ст. 333 ГК РФ по спорному контракту, принимая во внимание положения указанной правовой нормы, а также разъяснения, изложенные в пунктах 73, 75 Постановления №7; суд установив баланс между применяемой к обществу мерой ответственности и последствиями ненадлежащего исполнения им принятого на себя обязательства, суд первой инстанции, с выводами которого согласилась апелляционная коллегия, снизил размер ставки неустойки, предусмотренной договором, с 0,2% до 0,1%.

Отказывая в удовлетворении требования по настоящему делу об уменьшении размера неустойки, суд также исходит из того, что снижение размера ответственности ответчика ниже 0,1% (обычные условия гражданско-правовых договоров) нарушит баланс интересов сторон, поставив ответчика в более выгодное положение, нежели истец. В данном случае разумность размера неустойки судом определена исходя из конкретных взаимоотношений, необходимости соблюдения баланса интересов сторон, в связи с чем суд не усматривает оснований для удовлетворения настоящего иска о снижении неустойки ниже ставки 0,1% и до 1 рубля за заявленный в настоящем деле период начисления договорной неустойки, который вошел в период начисления, и за который в рамках дела № А51-16508/2021 неустойка снижена в порядке статьи 333 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, для применения которой по правилам статей 15, 393 ГК РФ необходима совокупность следующих условий: факт неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, причинная связь между допущенным нарушением и возникшими убытками, а также наличие убытков. Недоказанность одного из необходимых условий возмещения убытков исключает возможность удовлетворения таких требований.

В соответствии со статьей 368 ГК РФ банковской гарантией является письменное обязательство банка (гаранта) по просьбе другого лица (принципала) уплатить кредитору принципала (бенефициару) в соответствии с условиями даваемого гарантом обязательства денежную сумму по представлении бенефициаром письменного требования о ее уплате.

Из смысла приведенных норм права, а также из обстоятельств дела следует вывод о том, что истец, предъявляя исковые требования по настоящему делу о взыскании убытков в виде неосновательного обогащения, складывающегося из суммы, уплаченной банком по банковской гарантии, из платы за отвлечение денежных средств по гарантии и госпошлины в размере 200 000 рублей, должен, в том числе, подтвердить достаточными и достоверными доказательствами кроме наличия убытков в заявленном размере, противоправное поведение ответчика по начислению неустойки, которое повлекло причинение истцу убытков, наличие причинно-следственной связи между противоправностью и убытками, а также в необходимых случаях, вины должника.

Вместе с тем, принимая во внимание установление судом факта нарушения истцом условий спорного договора купли-продажи, законное наличие оснований для начисления ответчиком неустойки по такому договору, погашение последней за счет выплаты по банковской гарантии не отвечает признакам убытков, определенным статьями 15, 393 ГК РФ.

Суд критически оценивает доводы истца о том, что просрочка исполнения обязательств по договору обусловлена объективными причинами и действиями самого ответчика, что начисление ответчиком неустойки является неправомерным.

Так, граждане и юридические лица свободны в заключении договора (пункт 1 статьи 421 ГК РФ). С момента заключения договора он вступает в силу и становится обязательным для сторон (пункт 1 статьи 425 ГК РФ).

Подписав спорный договор на согласованных условиях, и дополнения к договору, ООО «Технологии Безопасности» приняло на себя все риски, связанные с невозможностью впоследствии осуществить передачу имущества в согласованный договором срок.

За нарушение условий договора стороны несут ответственность, предусмотренную законодательством Российской Федерации (п. 5.1 договора). Таким образом, действия или бездействие ответчика безусловно не исключают возникновение обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии просрочки исполнения обязательства по договору со стороны истца и не могут быть в данном конкретном случае поставлены в прямую зависимость.

В связи с изложенным, действия ответчика по начислению неустойки, предусмотренной пунктом 5.2 договора (в редакции дополнительного соглашения от 18.01.2019 № 3), и последующее требование к банку об уплате денежных средств по банковской гарантии, выданной гарантом в обеспечение исполнения обязательств бенефициара по заключенному им с принципалом договору, являются правомерными.

Предъявляя исковые требования о взыскания с ответчика убытков в виде неосновательного обогащения истцом в нарушение ст. 65 АПК РФ также не доказано наличие оснований для взыскания спорной суммы с ответчика в смысле ст. 1102 ГК РФ.

В силу п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ.

Из приведенных норм закона, обстоятельств дела следует вывод о том, что, предъявляя исковые требования по настоящему делу, истец должен доказать, в том числе, то обстоятельство, что заявленные к взысканию денежные средства были удержаны ответчиком, не иными лицами, без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований.

Однако такие доказательства в материалы дела истцом также не представлены.

Более того, арбитражным судом при рассмотрении дела № А51-16508/2021 при проверке расчетов требований АО «КРДВ» судом был произведен самостоятельный расчет как требований о взыскании процентов в порядке ст. 395 ГК РФ, так и суммы неустойки, сниженной судом по ходатайству ответчика в порядке ст. 333 ГК РФ, уменьшенный на сумму денежных средств, полученных АО «КРДВ» по банковским гарантиям от 25.07.2019 №61814/2019/ДГБ, от 25.08.2020 №65966/2020/ДГБ, от 25.08.2020 № 65964/2020/ДГБ, наличие неосновательного обогащения на стороне АО «КРДВ» судом не установлено, что повлекло отказ в удовлетворении встречных требований о взыскании неосновательного обогащения в размере 20 391 623,36 руб. истребованного от гаранта, а также начисленной на него неустойки в сумме 3 099 527,76 руб., взысканной с гаранта, и убытков в размере 408 660 руб. на банковскую гарантию.

В этой связи, требование истца о взыскании с ответчика 10 216 500 рублей основного долга по банковской гарантии как неосновательного обогащения, удовлетворению не подлежит.

Наряду с этим, суд отказывает в удовлетворении требований истца о взыскании с АО «КРДВ» 156 318,03 рублей платы за отвлечение денежных средств по выплаченной банком гарантии, поскольку ООО «Технологии Безопасности» самостоятельно определило кредитную организацию в качестве гаранта по договору о предоставлении банковской гарантии от 16.10.2019 № 61814/2019/ДГБ, а также согласовало все существенные условия договора.

Равным образом суд отказывает в удовлетворении иска в части взыскания 200 000,00 рублей судебных расходов по государственной пошлине, ранее взысканных по результатам рассмотрения дела № А40-243120/20-137-1838, так как расходы по уплате государственной пошлины связаны не с действиями ответчика по необоснованному обращению к гаранту, а с действиями самого истца, добровольно не исполнившего законное требование гаранта. Государственная пошлина представляет собой сбор, взимаемый при обращении лиц в государственные органы, органы местного самоуправления, иные органы и (или) к должностным лицам, за совершением в отношении этих лиц юридически значимых действий, в том числе за рассмотрение судом исковых заявлений (статья 333.16 Налогового кодекса Российской Федерации). Уплата государственной пошлины по другому делу в силу ее правовой природы не является ни реальным ущербом, ни упущенной выгодой, не может быть признана расходами для восстановления нарушенного права.

Таким образом, предъявленные по настоящему делу исковые требования удовлетворению не подлежат.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ доплата государственной пошлины по уточнению иска подлежит отнесению на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Технологии безопасности» в доход федерального бюджета 69 864,00 рублей государственной пошлины.

Выдать исполнительный лист после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.



Судья Власенко Т.Б.