Постановление от 16 февраля 2024 г. по делу № А40-5210/2022

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-87/2024

Дело № А40-5210/22
г. Москва
16 февраля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 12 февраля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 февраля 2024 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.В. Поташовой,

судей М.С. Сафроновой, Ю.Н. Федоровой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 - ФИО2

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 11.12.2023 по делу № А40-5210/22

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1

об отказе в удовлетворении заявления о признании недействительным договора купли-продажи от 05.02.2019, заключённого между ФИО1 и ФИО3, в отношении нежилого помещения, расположенного по адресу: <...>, взыскании с ФИО1 в доход федерального бюджета государственной пошлины в размере 6 000 руб.

при участии в судебном заседании:

от ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 18.09.2023

иные лица не явились, извещены



У С Т А Н О В И Л:

определением Арбитражного суда города Москвы от 09.12.2020 принято к производству заявление ФИО5 о признании ФИО6 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения – сведения не представлены, ИНН <***>, СНИЛС – сведения не представлены, место регистрации согласно заявлению: <...>) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу № А40-218437/20-129-30 Ф.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 20.04.2022 заявление ООО «ТЕХНОЛОГИИ ЛИЗИНГА И ФИНАНСЫ» о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения г. Москва, ИНН <***>) признано обоснованным, в отношении ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения г. Москва, ИНН <***>) введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7 (члена МСО ПАУ, адрес для направления корреспонденции: 121170, Москва, а/я 402).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 05.12.2022 ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения г. Москва, ИНН <***>) признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО2 (член ВАУ «Достояние», адрес для направления корреспонденции: 119192, <...>).

Сообщение о признании должника банкротом и введении в отношении него процедуры реализации имущества должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» №235(7436) от 17.12.2022.

В Арбитражный суд города Москвы 29.08.2023 поступило заявление финансового управляющего о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, к ответчику: ФИО3.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.12.2023 в удовлетворении заявления о признании недействительным договора купли-продажи от 05.02.2019, заключённого между ФИО1 и ФИО3, в отношении нежилого помещения, расположенного по адресу: <...>, отказано. С ФИО1 взыскана в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 6 000 руб.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, финансового управляющего ФИО1 - Дешевый В.Д. обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит суд отменить Определение Арбитражного суда г. Москвы от 11.12.2023, принять новый судебный акт, признать недействительной сделкой договор купли-продажи от 05.02.2019, заключенный между ФИО1 и ФИО3, применить последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника отчужденного имущества: нежилого помещения площадью 41,0 кв.м., кадастровый номер: 77:01:0004042:9610, по адресу: <...>, помещение №56.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

От ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в которой просит суд определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, который на основании статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщен судом к материалам дела протокольным определением от 12.02.2024.

ФИО8 в судебном заседании возражал на доводы апелляционной жалобы, указывая на ее необоснованность. Просил определение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Исследовав доказательства, представленные в материалы дела, оценив их в совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом установленных обстоятельств по делу, апелляционный суд считает доводы жалобы необоснованными в силу следующего.

В соответствии со ст. 32 ФЗ от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными федеральным законом, регулирующим вопросы несостоятельности (банкротства).

В п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

С учётом разъяснений, изложенных в пунктах 5, 6, 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацам второму - пятому п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом ст. 2 Закона о банкротстве.

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в ст. 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно п. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу абзаца первого п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением Арбитражного суда города Москвы от 18.01.2022.

Оспариваемая сделка совершена 05.02.2019, то есть в период подозрительности, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, между должником ФИО1 (продавец) и гражданином Казахстана ФИО3 (покупатель) заключён договор купли-продажи от 05.02.2019г., в соответствии с которым продавец продал, а покупатель купил нежилое помещение, общ.пл. 41 кв.м., расположенное по адресу: <...>, с кадастровым номером: 77:01:0004042:9610.

Согласно п. 3 договора по соглашению сторон покупатель купил у продавца указанное помещение за 13 055 220 руб.

Расчёты по настоящему договору осуществляются в рублях с использованием депозитарного сейфа банковского учреждения (п. 4 договора).

В соответствии с п. 4 договора покупатель в день подписания настоящего договора закладывает 12 955 220 руб. на один месяц в депозитарный сейф АКБ «Фора-Банк».

Продавец настоящим подтверждает, что оставшиеся денежные средства в размере 100 000 руб. им получены в качестве задатка по соглашению о внесении задатка от 01.02.2019г. в полном объёме.

Из материалов дела также следует, что между АКБ «Фора-Банк», должником ФИО1 и ответчиком ФИО3 заключён договор от 05.02.2019 № 112/19-С аренды индивидуального банковского сейфа с особыми условиями, в соответствии с которыми АКБ «Фора-Банк» предоставил должнику и ответчику сейф № 04/85 во временное пользование в период с 05.02.2019г. по 06.03.2019.

Согласно п. 5.1.1 договора от 05.02.2019 № 112/19-С одноразовый доступ к сейфу предоставляется исключительно ФИО1 при условии предъявления им оригинала договора купли-продажи нежилого помещения, расположенного по адресу: <...>, с кадастровым номером: 77:01:0004042:9610, с отметкой (штампом) органа, осуществляющего государственную регистрацию права собственности по Москве (Московской области).

Оплата ответчиком стоимости спорного имущества подтверждается распиской должника от 14.02.2019 о получении от ответчика денежных средств в размере 13 055 220 руб. за нежилое помещение.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абз. 3 п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства; имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником; отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Данные разъяснения применяются по аналогии при оспаривании сделок должника при оценке финансовой возможности ответчиков исполнить оспариваемые сделки (см., например, постановление Арбитражного суда Московского округа от 16.12.2021 № Ф05- 11948/2019 по делу № А40-10513/2018).

В подтверждение финансовой возможности приобрести спорное имущество ответчиком представлены следующие доказательства: - 28.06.2016 ответчик продал принадлежащую ему квартиру, расположенную по адресу: Республика Казахстан, Карагандинская область, город Караганда, район имени Казыбек би, проспект Бухар Жирау, дом 35, квартира 8, кадастровый номер: 09:142:153:194:1:8 за 10 500 000 Тенге, что по состоянию на дату оспариваемой сделки составляло 1 895 985 руб.; - 03.02.2018 ответчик продал принадлежащую ему трехкомнатную квартиру, расположенную по адресу: Республика Казахстан, Карагандинская область, город Сарань, ул. Саранская, дом 22, квартира 7 за 6 850 000 Тенге, что на дату оспариваемой сделки составляло 1 236 905 руб.; - с 01.07.2016 ответчик занимал должность инженера-программиста в ТОО «СТАРПЛЕКС» с должностным окладом 950 000 Тенге, что подтверждается справкой № 12 от 25.06.2020, по состоянию на дату заключения оспариваемой сделки сумма дохода ответчика составляла 30 400 000 Тенге или 5 489 328 руб.; - ответчик, являясь участником ТОО «СТАРПЛЕКС», в 2013 году вносил в общество заём в общей сумме 45 000 000 Тенге на приобретение основных средств, оборудования по производству газообразного кислорода и азота. Заём был возвращен ответчику тремя платежами 15.12.2016, 15.12.2017 и 14.12.2018.

По состоянию на дату оспариваемой сделки сумма возвращённого займа составляла 8 125 650 руб.

Таким образом, суд признаёт доказанным как факт оплаты стоимости спорного имущества, так и финансовую возможность ответчика его приобрести.

Имущество передано от должника ответчику по акту приёма-передачи от 14.02.2019, подтверждается также выпиской из ЕГРН о переходе права собственности на помещение.

Финансовый управляющий полагает, что сделка совершена по существенно заниженной цене, в обоснование заявленного довода представлен отчёт ООО «СитиКонсалт» от 17.11.2023г. № 111023.01, в соответствии с которым рыночная стоимость спорного помещения по состоянию на 05.02.2019г. составляла 18 195 000 руб. В опровержение доводов заявителя ответчик представил суду отчёт об оценке ООО ОФ «Рассвет» от 13.10.2023г. № О-12/10/2023-1, в соответствии с которым рыночная стоимость спорного помещения по состоянию на 05.02.2019г. составляла 14 650 000 руб. Ходатайств о проведении по обособленному спору судебной экспертизы не заявлено. В обоих отчётах об оценке был использован сравнительный подход, что признаётся судом обоснованным. Вместе с тем, в отчёте об оценке, представленном финансовым управляющим, дана более конкретизированная характеристика объекта недвижимости, в том числе, в отличие от представленной ответчиком оценки, учтены состояние объекта – хорошее, наличие санузла, вспомогательного / подсобного помещения – холла, вид из окон объекта – на улицу, что привело к более тщательному подбору аналогов. Кроме того, в отчёте об оценке, представленном финансовым управляющим, также учтено состояние объекта на дату совершения сделки, оценщиком проведён анализ представленных ответчиком в материалы дела фотографий объекта, выполненных на дату совершения сделки. В связи с этим суд приходит к выводу о том, что отчёт, представленный финансовым управляющим, более достоверно отражает рыночную стоимость имущества на дату совершения оспариваемой сделки. При этом следует учитывать, что заключение эксперта является одним из доказательств, которое согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами (части 4 и 5 статьи 71 АПК РФ); суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 АПК РФ.

Квалификация осуществленного предоставления как неравноценного определяется судом в каждом случае исходя из конкретных характеристик сделки и отчуждаемого имущества (его количества, ликвидности, периода экспозиции и т.п.) (определение судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 05.05.2022 по делу № 306-ЭС21- 4742, А12-42/2019).

Из абзаца 3 пункта 93 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что если полученное одним лицом по сделке предоставление в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу другого, то это свидетельствует о наличии явного ущерба для первого и о совершении представителем юридического лица сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях.

Согласно абзацу 7 пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

В обоих случаях применён критерий кратности, явный и очевидный для любого участника рынка.

Следует заметить, что закон установил достаточно жесткие последствия сделки, признанной недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве: содействие достижению противоправной цели влечет не только возврат покупателем приобретенного им имущества в конкурсную массу должника, но и субординирует требования такого кредитора (пункт 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

В реальных условиях банкротства, когда нередко не погашаются даже требования кредиторов третьей очереди, такие меры по своей экономической сути приближены к конфискационным.

В связи с этим осведомленность контрагента должника о противоправных целях последнего должна быть установлена судом с высокой степенью вероятности.

Применение кратного критерия осведомленности значительно повышает такую вероятность, поскольку необъяснимое двукратное или более отличие цены договора от рыночной должно вызывать недоумение или подозрение у любого участника хозяйственного оборота.

К тому же кратный критерий нивелирует погрешности, имеющиеся у всякой оценочной методики.

Иной подход (тем более в его жестком варианте, предложенном окружным судом) подвергает участников хозяйственного оборота неоправданным рискам полной потери денежных средств, затраченных на покупку (определение судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707 по делу № А40-35533/2018).

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 28.06.2011 № 913/11 по делу № А27-4849/2010 указано, что существенным является расхождение стоимости объекта с его рыночной стоимостью в размере 30% и более.

Суд первой инстанции учел, что спорное имущество отчуждено в пользу ответчика по стоимости 13 055 220 руб., в то время как из оценки, представленной финансовым управляющим, следует, что рыночная стоимость нежилого помещения по состоянию на 05.02.2019 составляло 18 195 000 руб.

Таким образом, отклонение цены составляет 28,25 % и является несущественным.

Кроме того, ответчиком представлены доказательства существенного улучшения состояния объекта недвижимости – договор подряда с доказательством его оплаты, дизайнпроект, а также доказательства несения бремени собственника помещения – доказательства покупки мебели, счета на оплату и чек-ордера об оплате услуг по эксплуатации, техническому обслуживанию, санитарному содержанию и управлению инфраструктурой и иные доказательства.

Доказательств того, что ответчик является заинтересованным лицом по отношению к должнику не представлено, равно как не представлено доказательств того, что ответчик знал или должен был знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что заявителем не доказан весь состав обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по правилам п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Финансовый управляющий также просит признать сделку недействительной по общегражданским основаниям – ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

По общему правилу, сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса РФ.

Вместе с тем законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания подозрительных сделок, то есть сделок, совершенных должником-банкротом при неравноценном встречном предоставлении или в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (статья 61.2 Закона о банкротстве).

Законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не свидетельствует о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по п. п. 1 или 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и по ст. ст. 10 и 168 ГК РФ.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельные составы правонарушений, предусмотренные п. п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, квалификация соответствующей сделки по ст. ст. 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

При ином подходе к применению положений статьи 61.2 Закона о банкротстве её содержание теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом (определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17- 4886, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 по делу № А40-17431/2016).

Согласно ст. 170 ГК РФ Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В обоснование мнимости или притворности сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении.

Суд первой инстанции отклонил довод заявителя о необходимости признания оспариваемой сделки недействительной на основании ст. ст. 10, 168 ГК РФ, поскольку заявителем не представлено доказательств выхода обстоятельств совершения оспариваемой сделки за пределы подозрительной и наличия в действиях сторон по сделке признаков злоупотребления правом, а также на основании ст. 170 ГК РФ, поскольку в материалы дела представлены достаточные и допустимые доказательства того, что подлинная воля сторон была направлена именно на куплю-продажу нежилого помещения, встречное предоставление по сделке также доказано.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к законному выводу, что заявление финансового управляющего о признании недействительным договора купли-продажи от 05.02.2019, заключённого между ФИО1 и ФИО3, удовлетворению не подлежит.

Должник и ответчик заявляют о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности на подачу заявления о признании сделки недействительной.

В силу п. п. 1 и 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона оснований. Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.07.2018 № 305-ЭС18-2393 по делу № А40- 8514/2017 для выявления факта совершения оспоримых сделок арбитражному управляющему должником предоставляется разумный срок, после которого начинает течь исковая давность по требованиям о признании подобных сделок недействительными (п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве и п. 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

При этом, необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, в том числе об имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям, о принадлежавшем должнику имуществе и сделок с ним.

Срок исковой давности не может течь ранее момента возникновения у истца права на иск и объективной возможности для его реализации, то есть момента, начиная с которого истец должен был узнать не только о нарушении своих прав, но и об основаниях для предъявления иска, а также о личности надлежащего ответчика (определение судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 11.02.2019 № 305-ЭС16-20779).

Исковая давность по заявлению об оспаривании сделки применяется в силу п. 2 ст. 199 ГК РФ по заявлению другой стороны оспариваемой сделки либо представителя учредителей (участников) должника или собственника имущества должника - унитарного предприятия, при этом на них лежит бремя доказывания истечения давности.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.04.2022г. в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждён ФИО7.

Заявление подано финансовым управляющим ФИО2 29.08.2023 через канцелярию суда.

Из материалов дела следует, что об обстоятельствах оспариваемой сделки и надлежащем ответчике по сделке финансовый управляющий ФИО2 узнал из ответа ППК «Роскадастр» от 06.06.2023, направленного в адрес финансового управляющего на основании определения суда от 28.04.2023.

Согласно ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со ст. 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Частью 2 ст. 9 АПК РФ установлено, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что заявление подано финансовым управляющим с соблюдением как годичного (ст. 61.2 Закона о банкротстве), так и трёхлетнего (ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ) срока исковой давности.


Финансовый управляющий в жалобе приводит следующие доводы: на момент совершения оспариваемой сделки Должник отвечал признаку неплатежеспособности; оспариваемая сделка осуществлена по существенно заниженной цене.

При этом, финансовым управляющим, что на момент совершения оспариваемой сделки Должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, а также что имеется хотя бы одно из иных обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Финансовый управляющий ссылается в жалобе на то, что на момент совершения оспариваемой сделки Должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, поскольку решением Никулинского районного суда г. Москвы от 26.03.2018 по делу № 2-1454/18 с Должника взыскана задолженность в размере 20 952 411 руб. 08 копеек по соглашению от 22.07.2014 об уступке права требования по договору участия в долевом строительстве многоквартирного дома №22/1неж/1-2 от 18.04.2013 (далее - Соглашение об уступке права).

Следовательно, имеется презумпция наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Между тем данный довод финансового управляющего не соответствует фактическим обстоятельствам дела, что подробно исследовано.

Оспариваемая сделка совершена в отсутствие цели причинить вред имущественным правам кредиторов.

Судом первой инстанции обоснованно сделан вывод, что заявителем не доказан весь состав обстоятельств, необходимый для признания сделки недействительной по правилам п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Финансовый управляющий ссылается в жалобе на то, что на момент совершения оспариваемой сделки ФИО1 прекратил расчеты с кредиторами; тот факт, что судебные акты о взыскании с Должника денежных средств вынесено после даты совершения спариваемой сделки, не влияет на определение неплатежеспособности Должника.

Между тем, согласно абз. 1 п. 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В соответствии абз. 2 п. 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Ответчик не является заинтересованным лицом по смыслу ст. 19 Закона о банкротстве.

Более того, наличие у Должника на дату совершения спариваемой сделки кредитных обязательств не свидетельствует о его объективном банкротстве.

В отношении Помещения не содержалось ограничений или запретов на совершение оспариваемой сделки, что исключает возможность признания наличия признаков неплатежеспособности у Должника.

Финансовый управляющий полагает, что помещение было отчуждено по существенно заниженной цене - 13 055 220 руб.

Данный довод финансового управляющего не соответствует фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Согласно абз. 3 пункта 93 Постановления Пленума ВС РФ № 254 если полученное одним лицом по сделке предоставление в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу другого, то это свидетельствует о наличии явного ущерба для первого и о совершении представителем юридического лица сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях (далее - Критерий кратности).

Таким образом, для признания того, что отчуждение помещения произошло по существенно заниженной цене, должен присутствовать критерий кратности.

Исследовал обстоятельства исполнения сторонами обязательств по оспариваемой сделке, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что цена по оспариваемой уплачена ответчиком и получена должником (том 1, л.д. 97-101), Ответчик имел финансовую возможность приобрести помещение (том 1, л.д. 110-126).

Данные обстоятельствам не оспаривались и самим финансовым управляющим. Стоимость помещения по Договору составила 13 055 220 руб.

В материалы дела было представлено два отчета об оценке:

Первое, представленное ответчиком - заключение специалиста № О-12/10/2023-1, согласно которому рыночная стоимость помещения на дату заключения Договора (05.02.2019), составляет 14 650 000 (четырнадцать миллионов шестьсот пятьдесят тысяч) руб. (том 1, л.д. 58-90).

Второе, представленное финансовым управляющим - заключение специалиста №111023.01, согласно которому рыночная стоимость помещения на дату заключения Договора (05.02.2019), составляет 18 195 000 (восемнадцать миллионов сто девяносто пять тысяч) руб. (том 2, л.д. 101-135).

Суд пришел к выводу о том, что отчет, представленный финансовым управляющим, более достоверно отражает рыночную стоимость имущества на дату совершения оспариваемой сделки.

Руководствуясь стоимостью помещения по Договору (13 055 220 руб.) и оценкой, представленной финансовым управляющим (18 195 000 руб.), суд применил критерий кратности и пришел к выводу, что отклонение цены составляет 28,25 % и не может свидетельствовать о заведомом причинении вреда имущественным интересам кредиторов.

Таким образом, оспариваемая сделка исполнена ответчиком и должником, помещение продано по рыночной цене, имущественного ущерба оспариваемой сделкой кредиторам причинено не было.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов определения суда первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о вынесении судом первой инстанции определения с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, при правильном применении норм материального и процессуального права.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,




П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда г. Москвы от 11.12.2023 по делу № А40-5210/22 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья: Ж.В. Поташова

Судьи: М.С. Сафронова


Ю.Н. Федорова