Постановление от 3 июля 2024 г. по делу № А39-4051/2021

г. Владимир

03 июля 2024 года Дело № А39–4051/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 24 июня 2024 года.


Постановление в полном объеме изготовлено 03 июля 2024 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сарри Д.В.,

судей Волгиной О.А., Рубис Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Савиновой Л.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 20.03.2024 по делу № А39-4051/2021, принятое по заявлению финансового управляющего ФИО2 в отношении имущества ФИО1 о признании недействительным соглашения об отступном от 28.12.2020, заключенного между ФИО1 и ФИО3, и применении последствий недействительности сделки,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 в Арбитражный суд Республики Мордовия обратился финансовый управляющий ФИО2 в отношении имущества ФИО1 (далее - финансовый управляющий) с заявлением о признании недействительным соглашения об отступном от 28.12.2020, заключенного между ФИО1 и ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик), и применении последствий недействительности сделки.

Арбитражный суд Республики Мордовия определением от 20.03.2024 признал недействительной сделкой соглашение об отступном от 28.12.2020, заключенное между ФИО5; применил последствия недействительности сделки, в виде обязания ФИО3 возвратить ФИО1 транспортное средство FIAT ALBEA, 2008 года выпуска, VIN <***>.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указывает, что на момент заключения договора займа от 30.03.2018 и соглашения об отступном от 28.12.2020 ФИО3 не была осведомлена о финансовом состоянии должника и наличии у него неисполненных обязательств. Поскольку между должником и ответчиком брак расторгнут в 2010 году, ФИО3 не является заинтересованным лицом. Совокупность условий для удовлетворения заявления финансового управляющего отсутствует.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку полномочных представителей в судебное заседание не обеспечили.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке статей 121 (части 6) и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционных жалоб, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 30 марта 2018 года между ФИО1 (заемщик) и ФИО3 (займодавец) подписан договор займа, в соответствии с условиями которого займодавец передал заемщику 500 000 руб. на срок до 30.03.2020, под 20% годовых.

28 декабря 2020 года между ФИО1 и (должник) и ФИО3 (кредитор) подписано соглашение об отступном. Согласно условиям соглашения должник передает в качестве отступного по обязательству, вытекающему из договора займа от 30.03.2018 в сумме 200 000 руб., кредитору в собственность транспортное средство - FIAN ALBEA, 2008 года выпуска, VIN <***>, стоимостью 200 000 руб.

Решением суда от 20.01.2022 ФИО1 признан (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2

Предметом заявления финансового управляющего является требование о признании недействительным соглашения об отступном от 28.12.2020 и применении последствий недействительности сделки.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

На основании пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности, если сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки (абзац третий); сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о банкротстве (абзац пятый).

Сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества. Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

В пунктах 10 и 11 Постановления № 63 указано, что сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований (сделка с предпочтением). Применяя перечень условий, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, приведенный в абзацах втором – пятом пункта 1 указанной статьи, судам следует иметь в виду, что для признания наличия такого предпочтения достаточно хотя бы одного из этих условий. Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем ее лице. Если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В рассмотренном случае дело о банкротстве возбуждено определением от 28.06.2021, оспариваемая сделка совершена 28.12.2020 - в период, установленный в пункте 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Судом установлено и подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, что на момент совершения оспариваемой сделки у ФИО1 имелись иные неисполненные обязательства перед кредиторами, что подтверждено реестром требований кредиторов должника и не оспаривается участниками обособленного спора.

По смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления № 63 наличие на дату совершения сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305 -ЭС17-11710(3).

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу части 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с пунктом 1 статьи 166, статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенной нормы следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обеих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (часть 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка – это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Мнимая сделка ничтожна.

Для признания сделки недействительной на основании части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием для признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Реально исполненная сделка не может быть признана мнимой или притворной (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2005 № 2521/05).

По договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей (пункт 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пунктов 1 и 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, – независимо от суммы. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Из совокупности приведенных норм права следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение реальности правоотношений по договору займа в материалы дела представлен только договор от 30.03.2018, согласно условиям которого ФИО3 передала ФИО1 на срок до 30.03.2020 500 000 рублей, под 20% годовых.

Согласно условиям соглашения об отступном от 28.12.2020 транспортное средство представлено в качестве отступного в счет уплаты процентов на сумму основного долга в размере 200 000 руб.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательств наличия у ответчика финансовой возможности на предоставление займа в указанном размере в материалы дела не представлено, равно как и не представлено доказательств расходования и возврата заемщиком полученных денежных средств, обращении к заемщику с требованием о возврате суммы займа, взыскании долга в судебном порядке.

Из материалов электронного дела также усматривается, что с заявлением о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника ФИО3 не обращалась.

Между тем, отсутствие у сторон сделки намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, позволяет суду квалифицировать оспариваемое соглашение как ничтожную сделку.

Судом установлено, что брак между ФИО1 и ФИО3 был прекращен 07.05.2010, о чем 27.11.2014 была составлена запись о расторжении брака.

Предметом оспариваемого соглашения является автомобиль марки Fiat Albea, 2008 года выпуска.

Согласно пункту 3 статьи 15 Федерального закона №196-ФЗ от 10.12.1995 «О безопасности дорожного движения» транспортное средство допускается к участию в дорожном движении в случае, если оно состоит на государственном учете, его государственный учет не прекращен и оно соответствует основным положениям о допуске транспортных средств к участию в дорожном движении, установленным Правительством Российской Федерации. Требования, касающиеся государственного учета, не распространяются на транспортные средства, участвующие в международном движении или ввозимые на территорию Российской Федерации на срок не более одного года, на транспортные средства, со дня приобретения прав владельца которых не прошло десяти дней, а также на транспортные средства (в том числе на базовые транспортные средства и шасси транспортных средств), перегоняемые в связи с их вывозом за пределы территории Российской Федерации либо перегоняемые к местам продажи или к конечным производителям и являющиеся товарами, реализуемыми юридическими лицами или индивидуальными предпринимателями, осуществляющими торговую деятельность.

Согласно статье 5 Федерального закона от 03.08.2018 №283-ФЗ «О государственной регистрации транспортных средств в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» государственный учет транспортных средств, принадлежащих юридическим лицам, индивидуальным предпринимателям, зарегистрированным в Российской Федерации, либо физическим лицам, зарегистрированным по месту жительства или по месту пребывания в Российской Федерации, а также в иных случаях, установленных настоящим Федеральным законом, является обязательным.

Порядок регистрации транспортных средств в органах ГИБДД установлен Правилами государственной регистрации транспортных средств в регистрационных подразделениях государственной инспекции безопасности дорожного движения министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 21.12.2019 №1764 (далее - Правила).

Из пункта 2 Правил средств следует, что государственная регистрация транспортного средства осуществляется регистрационными подразделениями за собственником транспортного средства (далее - владелец транспортного средства).

Пунктом 28 Правил установлено, что документами, являющимися основаниями для постановки транспортного средства на государственный учет за его владельцем, являются документы, удостоверяющие право собственности на транспортное средство, а также документы, удостоверяющие иные права владельца транспортного средства.

Согласно пунктам 56, 57 Правил прекращение государственного учета транспортного средства по заявлению владельца транспортного средства осуществляется регистрационным подразделением на основании заявления о проведении регистрационного действия, поданного владельцем транспортного средства или его представителем. Прекращение государственного учета транспортного средства в случае его отчуждения осуществляется регистрационным подразделением на основании заявления прежнего владельца транспортного средства и предъявления им документов о заключении сделки, направленной на отчуждение транспортного средства, при условии отсутствия подтверждения регистрации транспортного средства за новым владельцем.

Согласно пункту 3 части 3 статьи 8 Федерального закона от 03.08.2018 №283-ФЗ владелец транспортного средства обязан: обратиться с заявлением в регистрационное подразделение для внесения изменений в регистрационные данные транспортного средства в связи со сменой владельца транспортного средства в течение десяти дней со дня приобретения прав владельца транспортного средства.

Часть 2 статьи 8 Федерального закона от 03.08.2018 №283-ФЗ устанавливает, что прежний владелец транспортного средства имеет право обратиться в регистрационное подразделение с заявлением о прекращении государственного учета данного транспортного средства, представив документ, подтверждающий смену владельца транспортного средства. На основании представленного документа в соответствующую запись государственного реестра транспортных средств вносятся сведения о смене владельца транспортного средства.

Согласно части 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Действующее законодательство связывает момент приобретения права собственности на движимое имущество с передачей этого имущества, если иное не предусмотрено договором или законом (часть 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, момент приобретения в собственность движимого имущества нормы действующего законодательства связывают только с передачей данного имущества в собственность (если иное не предусмотрено договором).

При этом, регистрация имеет исключительно учетное значение и выступает в качестве правоподтверждающего факта существования права собственности. Вместе с тем, регистрация транспортного средства является необходимым условием для реализации собственником принадлежащих ему имущественных прав в отношении транспортных средств.

В ходе рассмотрения обособленного спора судом были сделаны запросы в Российский Союз Автостраховщиков о предоставлении сведений о лицах, допущенных к управлению спорным транспортным средством на основании полиса обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств за период с 01.01.2018 по настоящее время.

Требования к осуществлению деятельности в сфере страхования определены в специальных законах о страховании, в том числе в Федеральном законе от 25.04.2002 №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО).

В статье 4 Закона об ОСАГО установлено, что владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены Законом об ОСАГО и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Согласно пункту 2 статьи 15 Закона об ОСАГО по договору обязательного страхования является застрахованным риск гражданской ответственности самого страхователя, иного названного в договоре обязательного страхования владельца транспортного средства, а также других использующих транспортное средство на законном основании владельцев.

Обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств предусмотрено Законом об ОСАГО в целях защиты прав потерпевших на возмещение вреда, причиненного их жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортных средств иными лицами.

Из представленных Российским Союзом Автостраховщиков документов усматривается, что в период с 03.10.2020 по 03.10.2023, то есть после заключения соглашения об отступном, только ФИО1 был указан в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством. Кроме того, ФИО1 в период с 03.10.2020 по 02.10.2021, а также с 03.10.2021 по 02.10.2022 являлся страхователем гражданской ответственности в отношении спорного автомобиля.

Таким образом, из представленных документов усматривается, что после заключения оспариваемого финансовым управляющим соглашения являлся лицом, допущенным к управлению транспортным средством на основании полисов ОСАГО. Поскольку к управлению транспортным средством может быть допущено только лицо, риск гражданской ответственности которого застрахован, стороны соглашения от 28.12.2020 предполагали, что и после заключения оспариваемой сделки транспортным средством фактически будет продолжать пользоваться ФИО1

Таким образом, суд пришел к обоснованному выводу, что после заключения оспариваемого финансовым управляющим соглашения спорное транспортное средство фактически из пользования должника не выбывало, что указывает на признак подозрительности, установленный абзацем пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Учитывая изложенные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив в действиях сторон признаки злоупотребления правом при заключении договора займа от 30.03.2018 и соглашения об отступном от 28.12.2020, учитывая отсутствие каких-либо доказательств свидетельствующих о добросовестности сторон сделки, с учетом недоказанности наличия финансовой возможности ответчика для предоставления займа, а также отсутствия сведений о возвращении заемщиком денежных средств и непринятия ФИО3 каких-либо мер по истребованию у должника суммы займа, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о мнимости оспариваемой сделки и удовлетворил заявление финансового управляющего.

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанными выводами, считает их обоснованными и соответствующими доказательствам, представленным в дело.

Доводы заявителя апелляционной жалобы об отсутствии оснований для удовлетворения заявления финансового управляющего опровергаются представленными в материалы дела доказательствами и установленными судом обстоятельствами и не могут быть приняты в качестве оснований для отмены судебного акта.

Позиция о неосведомленности ФИО3 о финансовом состоянии должника и наличии у него неисполненных обязательств, а также об отсутствии заинтересованности по отношению к должнику является несостоятельной и подлежит отклонению.

Таким образом, у суда первой инстанции отсутствовали основания для отказа в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 29 Постановления №63, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указание на это в заявлении об оспаривании сделки.

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 61.6 Закона о банкротстве предусмотрены последствия признания сделки недействительной, в частности, пунктом 1 данной статьи установлено, что все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о возможности применения последствий недействительности сделок в виде обязания ФИО3 возвратить ФИО1 транспортное средство FIAT ALBEA, 2008 года выпуска, VIN <***>.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, являлись предметом рассмотрения в суде первой инстанции и были подробно рассмотрены судом первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка, проверены судом апелляционной инстанции, однако они не опровергают выводов суда первой инстанции и не влекут за собой отмену обжалуемого решения.

При этом должник не обосновал мотивы обжалования им судебного акта, учитывая, что указывал на прекращение отношений с бывшей супругой и какой либо заинтересованности между ними на момент совершения сделки.

Оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм права, содержащиеся в нем выводы не противоречат имеющимся в деле доказательствам.

Доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных, по мнению суда апелляционной инстанции, выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение, влияли на обоснованность и законность определения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

С учетом изложенного апелляционная жалоба по приведенным в ней доводам удовлетворению не подлежит.

Арбитражный суд Республики Мордовия полно и всесторонне выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального права применены правильно.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 20.03.2024 по делу № А39-4051/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в срок, не превышающий месяц со дня его принятия, через Арбитражный суд Республики Мордовия.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья

Д.В. Сарри

Судьи

О.А. Волгина

Е.А. Рубис