Постановление от 24 января 2022 г. по делу № А04-3674/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА


Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-7039/2021
24 января 2022 года
г. Хабаровск


Резолютивная часть постановления объявлена 18 января 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 января 2022 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Чумакова Е.С.

судей: Кушнаревой И.Ф., Никитина Е.О.

при участии:

лично ФИО1;

от общества с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «Амурстройзаказчик» – ФИО2, представитель по доверенности от 25.10.2021 № 27;

от ФИО3 – ФИО4, представитель по доверенности от 05.06.2021 № 28АА1104860;

от акционерного общества «АТР» – конкурсный управляющий ФИО5;

от ФИО6 – ФИО1, представитель по доверенности от 02.04.2021 № 28АА1207680;

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «Амурстройзаказчик», ФИО7

на решение Арбитражного суда Амурской области от 26.08.2021, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 03.11.2021

по делу № А04-3674/2021

по иску общества с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «Амурстройзаказчик» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 675004, <...>) в лице участников ФИО7, ФИО8

к акционерному обществу «АТР» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 679016, <...>, каб. 10)

о признании сделки недействительной

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО1, ФИО6, ФИО3, общество с ограниченной ответственностью «Монтажжилстрой» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 675004, <...>)

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «Амурстройзаказчик» в лице участников ФИО7 (дело № А16-2411/2020) и ФИО8 (дело № А16-2427/2020) (далее – истец, ООО «СЗ «Амурстройзаказчик») обратилось в Арбитражный суд Еврейской автономной области с исковым заявлением к акционерному обществу «АТР» (далее – ответчик, АО «АТР») о признании недействительными договоров купли-продажи недвижимого имущества от 24.06.2016, № 31/1-КП от 05.08.2016, № 1-06/17-КП от 07.02.2017, № 02-09/17-КП от 01.03.2017 и договора купли-продажи недвижимого имущества № 31/2-КП от 05.08.2016 (согласно уточненным требованиям от 15.09.2020), как совершенных под влиянием обмана.

Определением Арбитражного суда Еврейской автономной области от 30.09.2020 дела № А16-2411/2020 и № А16-2427/2020 объединены в одно производство, с присвоением делу № А16-2411/2020.

Определением Арбитражного суда Еврейской автономной области от 26.04.2021 дело № А16-2411/2020 передано по подсудности в Арбитражный суд Амурской области.

Определением Арбитражного суда Амурской области от 24.05.2021 исковое заявление принято к производству, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО1, ФИО6, ФИО3, общество с ограниченной ответственностью «Монтажжилстрой» (далее – ООО «Монтажжилстрой»).

В ходе рассмотрения спора от истца 10.06.2021 поступили письменные уточнения оснований заявленных требований об оспаривании сделок, принятые судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в которых он просил суд признать недействительными сделками договоры купли-продажи недвижимого имущества № 31/1-КП от 05.08.2016, № 31/2-КП от 05.08.2016, № 1-06/17-КП от 07.02.2017, № 02-09/17-КП от 01.03.2017.

От истца (ФИО7) к судебному заседанию 13.07.2021 поступили очередные письменные уточнения в части оснований признания сделок недействительными, согласно которым на требованиях настаивал в полном объеме, просил суд признать недействительной сделкой договоры купли-продажи недвижимого имущества от 24.06.2016, от 05.08.2016 № 31/1-КП, от 05.08.2016 № 31/2-КП, от 07.02.2017 № 1-06/17-КП, от 01.03.2017 № 02- 09/17-КП на основании пункта 1 статьи 178 (сделка под влиянием заблуждения), пункта 2 статьи 179 (сделка под влиянием обмана), пункта 1 статьи 173.1 (сделка без согласия органа юридического лица), пункта 2 статьи 174 (сделка в ущерб интересам юридического лица) Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также пункта 1 статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) – крупная сделка, статьи 45 Закона № 14-ФЗ – сделка с заинтересованностью.

Также, по мнению истца, сделки являются недействительными на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ (мнимая сделка), статей 10, 168 ГК РФ (злоупотребление правом со стороны ФИО3).

Решением Арбитражного суда Амурской области от 26.08.2021, оставленным в силе постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 03.11.2021, в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ООО «СЗ «Амурстройзаказчик» и его участник – ФИО7 (далее также – кассаторы) обратились в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационными жалобами, в которых просят решение от 26.08.2021 и апелляционное постановление от 03.11.2021 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении иска или направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

ООО «СЗ «Амурстройзаказчик» в кассационной жалобе ссылается на доказанность материалами дела и пояснениями, данными в ходе судебных разбирательств лицами, участвующими в споре, отсутствия воли сторон на отчуждение объектов недвижимости, а также намерения создать соответствующие условиям договоров правовые последствия, что свидетельствует о мнимости (ничтожности) оспариваемых договоров купли-продажи недвижимого имущества. Считает ошибочным применение судами норм материального права при разрешении вопроса о пропуске истцами срока исковой давности, полагая, что в настоящем споре подлежали исследованию обстоятельства мнимости оспариваемых сделок, начало срока течения исковой давности для ФИО7 следовало исчислять с момента получения им ответа на запрос от ООО «СЗ «Амурстройзаказчик», в котором раскрываются обстоятельства заключения сделок, т.е. с 17.08.2020, в связи с чем трехлетний срок исковой давности для оспаривания ничтожных сделок ФИО7 не пропущен. Кроме того, кассатор ссылается на подачу ООО «СЗ «Амурстройзаказчик» в лице ФИО7 искового заявления в Арбитражный суд Амурской области об оспаривании двух договоров купли-продажи от 08.08.2019, 09.08.2019, заключенных между АО «АТР» и ООО «СЗ «Амурстройзаказчик», и договора купли-продажи от 30.08.2019, заключенного между ООО «СЗ «Амурстройзаказчик» и ООО «Монтажжилстрой», которое принято к производству, делу присвоен № А04-5560/2021; в ходе рассмотрения дела № А04-3674/2021 представителем ФИО7 заявлено ходатайство об объединении арбитражного дела № А04-3674/2021 и арбитражного дела № А04-5560/2021 в одно производство для их совместного рассмотрения на основании статей 41, 130 АПК РФ, которое определением от 12.08.2021 оставлено без удовлетворения, что, по мнению заявителя, свидетельствует об уклонении судом от правовой оценки совокупности сделок.

ФИО7 в кассационной жалобе ссылается на неверное применение судом первой инстанции в отношении заявленных им требований срока исковой давности с момента исполнения сделок, тогда как для него начало срока течения исковой давности следовало исчислять с момента когда он узнал или должен был узнать о соответствующем нарушении – с даты получения ответа на запрос от ООО «СЗ «Амурстройзаказчик», в котором раскрываются обстоятельства заключения сделок. В обоснование своей позиции кассатор приводит доводы о том, что годовые общие собрания участников Общества по итогам 2016-2017 годов не проводились, ФИО7 как миноритарный участник общества хоть и имел возможность инициировать проведение собраний, но это является его правом, но не обязанностью; в силу уверенности, что одобренные им ранее сделки (по трем протоколам общих собраний, в общих собраниях 21.06.2016 и 22.06.2016 ФИО7 не участвовал, протоколы не подписывал) по своим существенным условиям (предмет, цена), а также действительному намерению общества их совершить, являются реальными, то у него обоснованно отсутствовали какие-либо сомнения, которые побудили бы его созвать общее собрание участников. Если допустить, что собрание участников все-таки было бы проведено по итогам 2016-2017 годов, то возможность получить информацию о том, что одобренные сделки фактически являются крупными у ФИО7 отсутствовала, а остальные участники ее скрывали, т.к. имела место фиктивная оценка стоимости имущества, а его реальная рыночная стоимость (которая свидетельствует о крупности сделки) стала известна только в период корпоративного спора, когда такую информацию раскрыл мажоритарный участник – ФИО8, что впоследствии подтвердилось по результатам проведения экспертизы в рамках дела № А16-2411/2020. Также указывает, что суды не изучили и не дали соответствующей оценки доводам истца о сохранении имущества и фактического контроля за ним у ООО «СЗ «Амурстройзаказчик», при этом ответчик не доказал (и даже не раскрыл информацию) свою позицию относительно реальности приобретения, принятия и использования спорного имущества.

В отзывах на кассационную жалобу конкурсным управляющим АО «АТР» и ФИО3 заявлены возражения по доводам кассационных жалоб ООО «СЗ «Амурстройзаказчик» и ФИО7, приведены доводы об обоснованности и законности обжалуемых кассаторами судебных актов.

В судебном заседании суда округа представитель ООО «СЗ «Амурстройзаказчик» поддержал позицию, изложенную в кассационной жалобе, дав суду соответствующие пояснения. Конкурсный управляющий АО «АТР» и представитель ФИО3 относительно удовлетворения кассационных жалоб возражали, сославшись на аргументы, приведенные в письменных отзывах, просили оставить обжалуемые судебные акты без изменения. ФИО1 от своего имени и действующий от имени ФИО6 поддержал правовую позицию, изложенную заявителями в кассационных жалобах, просил их удовлетворить.

ФИО7, а также иные участвующие в деле лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в заседание суда кассационной инстанции не прибыли, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационных жалоб в их отсутствие.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, с учетом доводов кассационных жалоб, Арбитражный суд Дальневосточного округа оснований для их отмены не усматривает.

Судами из материалов дела установлено, что ООО «СЗ «Амурстройзаказчик» зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) 17.09.2010, ранее общество имело наименование «Амурстройзаказчик»; участниками общества являлись ФИО8 (доля 80 %), ФИО3 (доля 10 %), ФИО7 (доля 10 %); все участники общества связаны родственными отношениями: ФИО8 являлся отцом ФИО3 и ФИО7 Руководителем ООО «СЗ Амурстройзаказчик» являлся ФИО8, умерший 22.10.2020 (свидетельство о смерти от 27.10.2020).

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ генеральным директором ООО «СЗ Амурстройзаказчик» с 12.11.2021 является ФИО7 – супруга ФИО7

На основании договора доверительного управления наследственным имуществом от 02.11.2020 ФИО7 является доверительным управляющим долей умершего ФИО8 в уставном капитале истца, о чем в ЕГРЮЛ 10.11.2020 внесена запись № 2202800154544.

АО «АТР» зарегистрировано в ЕГРЮЛ 21.07.2010, единственным учредителем данного общества при его создании являлся ФИО9, с 25.10.2011 единственным акционером стал ФИО10, с 29.05.2019 – ФИО3; ФИО6 являлась генеральным директором общества в период с 16.08.2012 до 23.09.2019. Ранее АО «АТР» имело форму закрытого акционерного общества и наименование: «АгроТехРесурс».

Предметом настоящего спора является оспаривание пяти договоров купли-продажи двадцати двух объектов недвижимого имущества, заключенных в 2016-2017 годах между ООО «Амурстройзаказчик» (продавец, в настоящее время ООО «СЗ «Амурстройзаказчик») и ЗАО «АгроТехРесурс» (покупатель, в настоящее время АО «АТР») на общую сумму 9 550 000 руб.

ООО «СЗ Амурстройзаказчик» в обоснование исковых требований сослалось на то, что после продажи принадлежащего обществу недвижимого имущества по договорам купли-продажи от 24.06.2016, от 05.08.2016 № 31/1-КП, от 05.08.2016 № 31/2-КП, от 07.02.2017 № 1-06/17-КП, от 01.03.2017 № 02-09/17-КП согласно полученной от оценщика справке от 18.08.2020 в сравнении со справкой оценщика, представленной участниками общества на момент совершения сделок в период с 2016 по 2017 гг., стоимость проданных объектов составила более 102 млн руб., что свидетельствует о значительном занижении стоимости проданного имущества, указанной в оспариваемых договорах купли-продажи, в связи с чем истец полагает, что перечисленные сделки были совершены под влиянием обмана.

Фактически доводы истца основаны на совершении крупных сделок по нерыночной цене в ущерб интересам общества.

ФИО7 в качестве основания исковых требований указал, что был обманут своим братом – ФИО3, который в 2016-2017 гг. предоставил отчеты оценщика о рыночной цене отчуждаемых объектов, и, поскольку он доверял отцу и брату, то принял решение «ЗА» продажу всех двадцати двух объектов недвижимости.

К исковому заявлению приложен запрос ФИО7 от 02.08.2020 в адрес общества о предоставлении ему копий документов относительно продажи в 2016-2017 годах двадцати двух объектов недвижимости.

Объекты недвижимости в запросе перечислены в следующей последовательности: 1) девять объектов недвижимости, поименованные в договоре купли-продажи б/н от 24.06.2016; 2) шесть объектов недвижимости, поименованные в договоре купли-продажи № 2-09/17-КП от 01.03.2017; 3) два объекта недвижимости, поименованные в договоре купли-продажи № 31/2-КП от 05.08.2016; 4) три объекта недвижимости, поименованные в договоре купли-продажи № 31/1-КП от 05.08.2016; 5) два объекта недвижимости, поименованные в договоре купли-продажи № 1-06/17-КП от 07.02.2017.

В запросе от 02.08.2020 ФИО7 указывал, что после обращения конкурсного управляющего в суд с заявлением об оспаривании сделок по делу № А16-419/2020 ФИО7 узнал, что ООО «Амурстройзаказчик» в 2019 году были проданы 22 объекта недвижимости по заниженной цене, он проанализировал данную ситуацию и понял, что объекты были проданы по заниженной цене в 2016-2017 годах ЗАО «АгроТехРесурс», он также предполагает, что учредители его обманули как в 2016-2017 годах, так и в 2019 году, составили фиктивную оценку.

В представленных в суд уточнениях от 09.06.2021, от 12.07.2021 истец в качестве первого фактического основания для признания сделок недействительными приводит доводы об обмане и введении в заблуждение ФИО7 относительно действительной рыночной стоимости и технического состояния отчуждаемых объектов недвижимости.

Разрешая спор, основываясь на оценке представленных в дело доказательств в соответствии с правилами главы 7 АПК РФ, суд первой инстанции, с позицией которого согласился суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 8, 50 Закона № 14-ФЗ, статьями 10, 65.2, 166, 168, 170, 181, 199, 200 ГК РФ, разъяснениями постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее – Постановление № 27), постановления Пленума Высшего арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью», постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований, в том числе в связи с пропуском срока исковой давности.

Суд кассационной инстанции, поддерживая позицию судов двух инстанций, руководствуется нижеследующим.

При проверке обоснованности заявленных истцами доводов судами установлено, что все оспариваемые договоры купли-продажи со стороны истца (продавца) заключены (подписаны) единоличным исполнительным органом, мажоритарным участником общества ФИО8 (одним из инициаторов настоящего спора).

Оплата по договорам произведена ЗАО «АгроТехРесурс» (АО «АТР») в полном объеме, что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями № 60 от 16.05.2016 на сумму 4 437 000 руб., № 112 от 31.08.2016 на сумму 1 107 000 руб., № 111 от 31.08.2016 на сумму 66 000 руб., № 134 от 08.02.2017 на сумму 900 000 руб., № 135 от 22.02.2017 на сумму 1 764 000 руб., № 140 от 23.03.2017 на сумму 1 276 000 руб., всего – 9 550 000 руб. Истец (продавец) в лице его законного представителя ФИО8 по актам приема-передачи от 24.06.2016, от 05.09.2016 (два акта), от 28.02.2017, от 24.03.2017 все объекты передал ответчику.

Также суды установили, что заключению каждого договора купли-продажи предшествовало одобрение всеми тремя участниками ООО «СЗ Амурстройзаказчик» всех существенных условий: наименование объекта, идентифицирующие признаки (кадастровые и/или инвентарные номера, местоположение), цена, покупатель (АО «АгроТехРесурс»):

- договора б/н от 24.06.2016 – протокол общего собрания участников ООО «Амурстройзаказчик» от 20.04.2016;

- договора № 31/1-КП от 05.08.2016 – протокол общего собрания участников ООО «Амурстройзаказчик» от 21.06.2016;

- договора № 31/2-КП от 05.08.2016 – протокол общего собрания участников ООО «Амурстройзаказчик» от 22.06.2016;

- договора № 01-06/17-КП от 07.02.2017 – протокол общего собрания участников ООО «Амурстройзаказчик» от 06.02.2017;

- договора № 02-09/17-КП от 01.03.2017 – протокол общего собрания участников ООО «Амурстройзаказчик» от 27.02.2017.

В рамках исполнения договоров осуществлена государственная регистрация перехода права собственности на все двадцать два объекта недвижимости с ООО «Амурстройзаказчик» на ЗАО «АгроТехРесурс»:

- по договору б/н от 24.06.2016 – 29.06.2016 (9 объектов);

- по договору № 31/1-КП от 05.08.2016 – 19.09.2016 (3 объекта);

- по договору № 31/2-КП от 05.08.2016 – 19.09.2016 (2 объекта);

- по договору № 01-06/17-КП от 07.02.2017 – 20.03.2017 (2 объекта);

- по договору № 02-09/17-КП от 01.03.2017 – 29.03.2017 (6 объектов).

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 Постановления № 25, согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу пункта 3, абзаца первого пункта 5 статьи 46 Закона № 14-ФЗ решение об одобрении крупной сделки принимается общим собранием участников общества. Крупная сделка, совершенная с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, может быть признана недействительной по иску общества или его участника (то есть является оспоримой).

В соответствии со статьей 12 ГК РФ признание сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки являются способами защиты нарушенного права.

Пунктом 1 статьи 166 ГК РФ установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным ГК РФ, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в ГК РФ.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

Согласно пункту 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Согласно пункту 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В силу пункта 2 статьи 53 ГК РФ в предусмотренных настоящим Кодексом случаях юридическое лицо может приобретать гражданские права и принимать на себя гражданские обязанности через своих участников.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65.2 ГК РФ участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе: требовать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), возмещения причиненных корпорации убытков (статья 53.1); оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 ГК РФ или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

В силу толкования положений статей 178, 179 ГК РФ сделки под влиянием обмана и заблуждения имеют порок воли именно стороны сделки (а не участника корпорации), но стороны намерены создать соответствующие правовые последствия (в отличие от мнимой сделки) и не намерены прикрывать другую сделку.

Согласно правовой позиции, сформулированной в пункте 7 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.11.2019) по действующему законодательству возможность признания заключенной сделки одновременно как притворной, так и совершенной под влиянием обмана отсутствует, поскольку при заключении притворной сделки все стороны сделки осознают, на достижение каких правовых последствий она направлена, тогда как при заключении сделки под влиянием обмана одна из сторон сделки (потерпевший) была обманута другой стороной сделки либо третьим лицом.

В данном случае, оценив и исследовав представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 АПК РФ, с учетом фактических установленных обстоятельств по делу суды констатировали, что договоры купли-продажи были заключены, исполнены, по ним осуществлен переход права собственности, произведена оплата, при этом истцом не представлено доказательств того, что целью сделок являлось причинение вреда его кредиторам, как и доказательств их наличия.

Отклоняя доводы ФИО8 о прикрытии дарения указанными сделками, суды обоснованно исходили из возмездности совершенных сделок и заключение ответчиком в последующем на часть объектов недвижимости договоров аренды с ООО «Амурстройзаказчик», а также с ООО «Супермаркет ДВ» и ООО «Торгсервис 27», чем, в числе прочего, было реализовано право собственника по распоряжению принадлежащим ему имуществом.

При таких обстоятельствах суды пришли к правильным выводам о том, что стороны в спорном периоде при заключении оспариваемых сделок имели намерение продать/купить объекты недвижимости, для чего, в том числе, был зарегистрирован переход права собственности, объекты по актам приема-передачи переданы покупателю, который произвел оплату продавцу, продавец принял от покупателя оплату за все объекты недвижимости, подписал акты приема-передачи имущества, следовательно, все участники ООО «СЗ Амурстройзаказчик» знали о заключении, условиях (цене, покупателе) и исполнении оспариваемых сделок купли-продажи в 2016 - 2017 годах.

Обстоятельств, свидетельствующих об обратном, а также о наличии в действиях сторон оспариваемых сделок злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ), о чем указывает истец, и соответствующих доказательств тому судами в ходе рассмотрения спора не установлено, в материалах дела таковые отсутствуют.

В ходе рассмотрения дела ответчиком и третьим лицом – ФИО3 заявлено о пропуске ФИО7 и ООО «СЗ «Амурстройзаказчик» срока исковой давности.

Пунктом 2 статьи 199 ГК РФ установлено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

По смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 10.04.2003 № 5-П, течение срока исковой давности в отношении требования о признании оспоримой сделки недействительной должно начинаться с того момента, когда правомочное лицо узнало или реально имело возможность узнать о факте совершения сделки и об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В силу пункта 2 Постановления № 27 иски о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности могут предъявляться в течение срока, установленного пунктом 2 статьи 181 ГК РФ для оспоримых сделок.

Аналогичный срок предусмотрен для сделок, оспариваемых на основании положений пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ (сделка без согласия органа юридического лица), пункта 2 статьи 174 (сделка в ущерб интересам лица).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (абзац 1 пункта 3 статьи 166 ГК РФ).

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (абзац 2 пункта 3 статьи 166 ГК РФ).

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года.

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае, не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

Таким образом, днем начала исполнения ничтожной сделки для целей исчисления срока исковой давности считается день, когда одна сторона приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию исполнения.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Проверяя заявление ответчика и третьего лица о пропуске истцами срока исковой давности, приняв во внимание, что информация о заключении, исполнении, условиях оспариваемых договоров купли-продажи (в том числе о покупателе) не скрывалась от участников ООО «Амурстройзаказчик», сделки предварительно были одобрены общим собранием участников, суды двух инстанций пришли к выводу о следующем исчислении сроков: по оспоримым основаниям – с даты заключения сделок (24.06.2016, 05.08.2016, 07.02.2017 и 01.03.2017); по основаниям ничтожности – с даты начала исполнения сделок (24.06.2016, 31.08.2016, 08.02.2017 и 23.03.2017).

Началом исполнения сделок в данном случае суды определили перечисление оплаты ЗАО «АгроТехРесурс» и ее принятие ООО «Амурстройзаказчик»; по договору купли-продажи б/н от 24.06.2016 моментом начала исполнения сделки является дата заключения сделки и передачи объектов недвижимости по акту приема-передачи 24.06.2016.

Таким образом, последний день срока исковой давности для оспаривания договора б/н от 26.04.2016 по оспоримым основаниям приходится на 26.04.2017, по основаниям ничтожности – 26.04.2019; двух договоров от 05.08.2016 № 31/1-КП, № 31/2-КП по оспоримым основаниям – 05.08.2017, по основаниям ничтожности – 05.08.2019; договора № 01-06/17-КП от 07.02.2017 по оспоримым основаниям – 07.02.2018, по основаниям ничтожности – 07.02.2020; договора № 02-06/17-КП от 07.02.2017 по оспоримым основаниям – 07.02.2018, по основаниям ничтожности – 07.02.2020.

При этом, констатируя осведомленность истцов о фактах заключения оспариваемых сделок, суды обоснованно исходили из установленного факта их участия в общих собраниях всех участников ООО «Амурстройзаказчик» по одобрению в 2016-2017 годах заключения и исполнения договоров купли-продажи с ЗАО «АгроТехРесурс».

Установив, что исковое заявление в Арбитражный суд Еврейской автономной области подано ФИО7 21.08.2020, ФИО8 – 26.08.2020, судебные инстанции правомерно заключили, что участниками ООО «Амурстройзаказчик» пропущены сроки исковой давности для оспаривания договоров, что применительно к положениям пункта 2 статьи 199 ГК РФ является самостоятельным и достаточным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Оснований не согласиться с таким выводом судов первой и апелляционной инстанций у судебной коллегии окружного суда не имеется.

Возражения истца об отсутствии пропуска сроков исковой давности на оспаривание сделок по основанию мнимости со ссылкой на формальное исполнение договоров правильно отклонены судом первой инстанции как противоречащие правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 18.03.2021 по делу № А45-7621/2015, согласно которой по смыслу пункта 1 статьи 181 ГК РФ начало течения срока исковой давности определяется моментом, с которого истец должен был узнать о формальном характере начала исполнения мнимого договора, направленного на причинение вреда третьим лицам.

Как указано выше, по настоящему делу суд не нашел оснований для признания оспариваемых сделок мнимыми ввиду их исполнения продавцом и покупателем.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает необходимым поддержать вывод суда первой инстанции относительно того, что занижение стоимости отчужденных объектов (на что, по сути, и ссылались ФИО7 и умерший ФИО8, заключивший все пять оспариваемых договоров), само по себе не свидетельствует о мнимости оспариваемых сделок, при этом ФИО8 и ФИО7, являясь участниками общества с долей в уставном капитале в размере 90%, как аффилированные между собой лица, действуя разумно и добросовестно, имели право и обязаны были проявлять заинтересованность относительно деятельности юридического лица, в связи с чем имели возможность получить необходимую информацию, связанную с деятельностью общества (финансовую, бухгалтерскую документацию), включая проведение самостоятельной независимой оценки в течение столь длительного истекшего после совершения спорных сделок периода, а равно, при необходимости, – инициировать рассмотрение вопроса о проведении соответствующего общего собрания участников общества. Следовательно, участников общества-истца, как самостоятельных участников процесса, суды мотивированно посчитали осведомленными об обстоятельствах уже заключенных сделок.

Доказательств, свидетельствующих о наличии препятствий в осуществлении истцами прав участника общества, равно как и доказательств воспрепятствования им в предоставлении бухгалтерской документации и отчетности в материалы дела не представлено.

В этой связи судебные инстанции критически отнеслись к представленной истцами в подтверждение доводов друг друга (ФИО7 и ФИО8) переписке, фактически исходящей от самих участников общества, инициировавших настоящий процесс накануне и после подачи исковых заявлений в суд и спустя более трех-четырех лет после заключения оспариваемых сделок: запрос одного участника ФИО7 в адрес общества от 02.08.2020, ответ общества в лице другого инициатора настоящего спора – ФИО8 (руководителя, заключившего оспариваемые сделки) от 17.08.2020 и последующий запрос ФИО7 от 20.08.2020 в адрес ФИО3 с утверждением о наличии указанных событий, указав, что формально созданные истцами друг для друга данные доказательства в действительности не содержат сведений о значимых обстоятельствах в правоотношениях сторон оспариваемых сделок, а также участников общества.

Суды отметили, что информация о способе доставки и вручения переписки от 02.08.2020 и 17.08.2020 между ФИО7, обществом (в лице его руководителя – ФИО8) отсутствует, из представленной в материалы дела копии медицинской карты № 12520 усматривается, что в период с 11 по 28 августа 2020 года ФИО8 в возрасте 83 лет (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) находился на лечении в стационаре в нефрологическом отделении ГАУЗ «Амурская областная клиническая больница» в условиях запрета допуска посторонних лиц в стационары по причине распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19); 17.08.2020 – в дату ответа общества на запрос от 02.08.2020 ФИО8 производился ряд медицинских манипуляций.

Таким образом, возражения кассаторов о несогласии с выводом судов двух инстанций о пропуске истцами срока исковой давности, базирующиеся, в том числе, на доводах о неосведомленности ФИО7 о спорных сделках и мнении о том, что в данном случае для последнего срок исковой давности на дату обращения с иском не истек, судебной коллегией суда округа признаются несостоятельными, основанными на неверном толковании основополагающих норм гражданского законодательства и противоречащими фактическим конкретным обстоятельствам настоящего дела.

Аналогичные возражения, приведенные заявителями в апелляционных жалобах, были рассмотрены судом апелляционной инстанции и также обоснованно отклонены.

При этом иные доводы заявителей правомерно не приняты судами во внимание, поскольку сами по себе не имеют определяющего правового значения для рассмотрения спора по существу при признанном судом первой инстанции пропуске истцом срока исковой давности.

С учетом вышеизложенных обстоятельств, приведенных норм права и разъяснений высших судебных инстанций, приняв во внимание наличие корпоративного конфликта в обществе, непоследовательность и противоречивость правовых позиций ФИО7, ФИО8, которые, несмотря на неоднократные предложения суда первой инстанции об уточнении оснований иска, не были устранены процессуальными истцами, суды правомерно отказали в удовлетворении исковых требований.

При таких обстоятельствах доводы кассаторов противоречат приведенным в мотивировочной части настоящего постановления нормам права и являются ошибочными.

Ссылка ООО «СЗ «Амурстройзаказчик» на положения статьи 130 АПК РФ окружным судом также не принимается, поскольку судом первой инстанции вынесено отдельное определение от 12.08.2021 об отказе в объединении дел, которое истцом не обжаловано. При этом объединение в одно производство в любом случае является правом суда; заслуживающих внимания доводов в обоснование того, каким именно образом необъединение различных, указываемых заявителем, споров могло привести к принятию в настоящем деле неправильного судебного акта (с учетом вышеперечисленных установленных фактов, исследованных доказательств и предмета рассмотренного спора) не приведено.

По существу, судами при разрешении спора также обоснованно учтено, что материалы дела свидетельствуют о наличии конфликта между родственниками имущественного характера, однако законных оснований к разрешению которого в порядке и рамках корпоративного регулирования в настоящем случае по результатам полного и всестороннего установления имеющих значение обстоятельств и исследования представленных доказательств установлено не было ввиду как наличия сведений о действительном намерении сторон в спорном периоде совершить оспоренные сделки (в том числе ссылки кассаторов на неподписание ФИО7 двух из пяти протоколов собраний об одобрении сделок и их ненотариальную форму не могут быть приняты как, во всяком случае, не опровергающие фактическую осведомленность указанного лица об отчуждении обществом недвижимого имущества в спорном периоде, а равно при пропуске срока исковой давности для оспаривания сделок по соответствующему основанию), так и состоявшегося пропуска заявителями давностных сроков для обращения с поданными исками.

По этим же основаниям и доводы заявителей о последующей аренде спорных недвижимых объектов сами по себе не свидетельствуют о наличии дефектов в воле сторон на действительное отчуждение в 2016-2017 годах данного имущества общества и по соответствующей цене (перераспределение активов в принадлежащих родственникам хозяйственных обществах).

Окружной суд также полагает необходимым особо подчеркнуть, что оспаривание сделок по дальнейшему состоявшемуся отчуждению спорного недвижимого актива (обратная продажа и продажа далее в пользу ООО «Монтажжилстрой»; то есть последующее перераспределение этих же активов с учетом имеющихся внутрисемейных взаимоотношений) при их оспаривании является предметом иных, самостоятельных споров (включая специальные банкротные основания в установленных случаях и с учетом состава кредиторов в рамках дела о несостоятельности, а равно конкретных оснований для оспаривания и последовательного (процессуального) поведения сторон), касающихся уже иного периода последующих сделок, то есть подлежащих разрешению в каждом конкретном случае по представленным сторонами доказательствам и устанавливаемым и исследуемым судами обстоятельствам в их совокупности.

В настоящем же случае оснований к признанию первичных сделок (2016-2017 гг.) недействительными судами, как выше указано, обоснованно и мотивированно не установлено, включая обстоятельство пропуска заявителями сроков исковой давности.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационных жалоб считает, что судами правильно установлены все фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, приведенные сторонами доводы и возражения исследованы в полном объеме с указанием в судебном акте мотивов, по которым они были приняты или отклонены, выводы судов соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, нормы права, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции оснований не согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанций не усматривает, поскольку, отказывая в удовлетворении исковых требований, суды исходили из совокупности установленных по делу конкретных обстоятельств, при отсутствии бесспорных и надлежащих доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Аргументы заявителей, изложенные в кассационных жалобах, судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушениях судами норм права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке.

По существу доводы поданных кассационных жалоб повторяют содержание апелляционных жалоб, аналогичны позиции заявителей в судах первой и апелляционной инстанций, сводятся к несогласию с выводами судов двух инстанций об обстоятельствах дела и направлены на изменение данной судами оценки доказательств, что противоречит пределам рассмотрения дела в суде кассационной инстанции (статья 286 АПК РФ) и выходит за рамки полномочий суда кассационной инстанции (часть 2 статьи 287 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Амурской области от 26.08.2021, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 03.11.2021 по делу № А04-3674/2021 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья Е.С. Чумаков


Судьи И.Ф. Кушнарева

Е.О. Никитин