Решение от 27 февраля 2019 г. по делу № А32-48122/2018

Арбитражный суд Краснодарского края

350063, г. Краснодар, ул. Постовая, д.32

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

арбитражного суда первой инстанции

Дело №А32-48122/2018
27 февраля 2019 г.
г. Краснодар



Резолютивная часть решения объявлена 20 февраля 2019 г.

Полный текст решения изготовлен 27 февраля 2019 г.

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Решетникова Р.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО2 (г. Сочи) к обществу с ограниченной ответственностью «Урал» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 354000, <...>), ФИО3 (г. Сочи) о ликвидации общества с ограниченной ответственностью «Урал», об установлении срока ликвидации - шесть месяцев, о назначении кандидатуры ликвидатора,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО2 (паспорт), ФИО4 (доверенность от 16.11.2016),

от ООО «Урал»: ФИО2 (паспорт, директор),

от ФИО3: ФИО5 (доверенность),

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (далее – истец, ФИО2) обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Урал» (далее – ООО «Урал», общество), ФИО3 (далее – ФИО6) о ликвидации общества с ограниченной ответственностью «Урал», об установлении срока ликвидации шесть месяцев, о назначении кандидатуры ликвидатора.

Исковые требования мотивированы наличием длительного корпоративного конфликта в ООО «Урал», невозможностью осуществления ООО «Урал» нормальной хозяйственной деятельности, утратой участниками единой цели при осуществлении хозяйственной деятельности, отсутствием иных способов разрешения корпоративного конфликта.

В отзыве ФИО3 возражал против удовлетворения исковых требований, полагая, что не доказано наличие оснований для применения исключительной меры в виде ликвидации общества, невозможность деятельности не доказана.

В судебном заседании представитель истца исковые требования поддержал в полном объеме. Представил дополнительные пояснения к исковому заявлению, которые в порядке ст. 66 АПК РФ судом приобщены к материалам дела в целях полного выяснения обстоятельств, имеющих значение для дела.

Представитель ООО «Урал» не возражал против удовлетворения исковых требований.

Представитель ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований. Заявил о фальсификации доказательств по делу, а именно заявление о привлечении в дело № А32-27377/2018 третьим лицом, не заявляющим самостоятельные требования в порядке ст. 51 АПК РФ, за подписью Церикидзе 3. Г.

Представитель истца не возражал против исключения из числа доказательств заявление о привлечении в дело № А32-27377/2018 третьим лицом, не заявляющим самостоятельные требования в порядке ст. 51 АПК РФ, за подписью ФИО3

В порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации протокольным определением суда от 20.02.2019 заявление о привлечении в дело № А32-27377/2018 третьим лицом, не заявляющим самостоятельные требования в порядке ст. 51 АПК РФ, за подписью ФИО3 исключено из числа доказательств по делу.

Исследовав материалы дела, выслушав представителей сторон, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ в совокупности все представленные в дело доказательства, суд первой инстанции считает заявленные исковые требования ФИО2 обоснованными и подлежащими удовлетворению в части по следующим основаниям.

В соответствии со сведениями о юридическом лице из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «Урал» было создано 25.01.1999, сведения об обществе внесены в Единый государственный реестр юридических лиц 21.12.2002 с присвоением ОГРН <***>.

Участниками Общества на момент рассмотрения дела являются ФИО2 и ФИО3, которым принадлежит по 50% доли в уставном капитале общества.

Как следует из искового заявления, с момента создания общества, директором общества является ФИО2

Между ФИО2 и ФИО3 возник корпоративный конфликт, что подтверждено представленными в материалы дела судебными актами, протоколами общих собраний участников Общества и не отрицается лицами, участвующими в деле.

В частности, решением Арбитражного суда Краснодарского края от 31.01.2017 по делу № А32-40017/2016, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2017, отказано в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО2 об исключении участника из ООО «Урал».

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.11.2017 по делу № А32-22869/2017, исковые требования ФИО3 к ФИО2, ООО «Урал» об обязании представить документы общества удовлетворены в части.

В рамках дела № А32-34886/2018 рассматривается иск ФИО3 к ФИО2 о взыскании ущерба в размере 13 451 085 рублей.

Кроме того, в материалы дела представлены следующие документы:

- протокол очередного годового общего собрания участников ООО «Урал» от 28.04.2018, который не подписан участниками общества, ввиду невозможности достижения согласия по вопросам повестки дня (т. 1 л.д. 18-26);

- протокол внеочередного общего собрания участников ООО «Урал» от 22.07.2017, который не подписан участниками общества, ввиду невозможности достижения согласия по вопросам повестки дня (т. 1 л.д. 27-38);

- протокол общего собрания учредителей ООО «Урал» от 17.07.2015 (т. 1 л.д. 39);

- протокол внеочередного общего собрания участников ООО «Урал» от 18.04.2017, (т. 1 л.д. 40-44);

- протокол очередного годового общего собрания участников ООО «Урал» от 28.04.2017 (т. 1 л.д. 49-54).

Из представленных протоколов следует, что участниками общества не могут быть решены вопросов, касающихся деятельности общества.

Наличие в обществе корпоративного конфликта, делающего невозможным не только извлечение прибыли, но и ведение совместной деятельности участниками в целом, послужило основанием для обращения ФИО2 в арбитражный суд с требованиями по настоящему делу.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

В силу подпункта 5 пункта 3 статьи 61 ГК РФ (в ред. Федерального закона от 05.05.2014 N 99-ФЗ) юридическое лицо может быть ликвидировано по иску учредителя (участника) юридического лица в случае невозможности достижения целей, ради которых оно создано, в том числе в случае, если осуществление деятельности юридического лица становится невозможным или существенно затрудняется.

Пунктом 29 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" определен порядок действий при корпоративном конфликте, парализующем деятельность организации, - так называемом дедлоке. В таком случае в качестве одного из средств разрешения конфликта допускается предъявление требования о ликвидации компании, к примеру, если иные учредители (участники) юридического лица уклоняются от участия в нем, делая невозможным принятие решений в связи с отсутствием кворума. Также удовлетворение названного требования возможно в случае длительного корпоративного конфликта, в ходе которого существенные злоупотребления допускались всеми участниками хозяйственного товарищества или общества.

Ликвидация юридического лица в качестве способа разрешения корпоративного конфликта возможна только в том случае, когда все иные меры для разрешения корпоративного конфликта и устранения препятствий для продолжения деятельности юридического лица (исключение участника юридического лица, добровольный выход участника из состава участников юридического лица, избрание нового лица, осуществляющего полномочия единоличного исполнительного органа и т.д.) исчерпаны или их применение невозможно.

Суд первой инстанции учитывает, что в корпорации отношения участников должны носить лично-доверительный характер и способствовать развитию целей, для которых оно создавалось и функционирует.

Корпорации создаются в соответствии с принципами рыночной экономики для достижения цели, имеющей частный характер (получения прибыли и удовлетворения иных потребностей их учредителей), однако взаимоотношения участников не должны приводить их к конфликтам при ведении общих дел, поскольку подобное не может считаться нормальным ведением общего бизнеса.

В соответствии с пунктом 2.1 Устава ООО «Урал», утвержденного решением общего собрания участников от 20.04.2010, целью общества является извлечение прибыли.

Позиция истца, заключается в том, что участники общества на протяжении длительного времени не имеют возможности реализовать свое право на участие в управлении обществом. Решения по вопросам повестки дня либо не принимаются, либо не достигается кворума для принятия решения. Поскольку для участника коммерческого общества основной целью нахождения в обществе является, прежде всего, участие в его управлении путем принятия соответствующих решений, а также распределение прибыли, достичь указанных целей при имеющемся корпоративном конфликте и равном количестве долей у участников общества невозможно.

В судебном заседании представителями участников общества не оспаривался тот факт, что прибыль между ними несколько лет не распределяется, в результате чего цель, ради которого коммерческое юридическое лицо создавалось, не достигается.

Материалами дела подтверждено наличие корпоративного конфликта и наличие неустранимых претензий участников Общества друг к другу. Наличие возможности разрешения сложившегося корпоративного конфликта иным способом из материалов дела не усматривается. Наличие в производстве суда иных арбитражных дел с участием тех же лиц дополнительно свидетельствует о неразрешимом корпоративном конфликте.

Представленные в дело протоколы общих собраний общества от 28.04.2018, 22.07.2017, от 18.04.2017 свидетельствуют об отсутствии согласия участников по вопросам, указанным в повестках, а переписка между участниками общества (письмо от 26.08.2018 о необходимости подписания протокола общего собрания от 28.04.2018, заявления ФИО3 от 21.07.2015 о предоставлении документов общества, ответ на заявление от 21.07.2015, заявление ФИО3 от 28.07.2015 о приостановлении выплат на текущие расходы предприятия, ответ на заявление от 28.07.2015, письмо от 11.08.2015 о включении в повестку дня дополнительных вопросов, ответ на письмо от 11.08.2015, письмо ФИО3 о предоставлении первичной декантации общества ревизору, письмо ФИО2 от 22.06.2017) свидетельствует о нежелании участников прийти к компромиссу.

ФИО3 инициирует не только судебные споры, но и обращения в правоохранительные и иные органы (т. 1 л.д. 68-69,70, 71-74, 75-79,80, 81-82, 83-84, 85-86).

Проанализировав позицию участников общества, изложенную ими через представителей в судебном заседании и в письменных пояснениях, суд также констатирует высокую степень недоверия друг другу, наличие неприязненных отношений.

В подтверждение длительного и глубокого внутрикорпоративного конфликта в обществе свидетельствуют факты судебных споров между участниками общества (дела № А32-40017/2016, № А32-22869/2017, № А32-34886/2018).

При этом, преюдициальными для участников процесса судебными актами по делу №А32-40017/2016 установлено, что корпоративный конфликт при отсутствии иных способов должен быть разрешен сторонами посредством ликвидации общества или выхода из общества одного из участников.

Между тем, в спорной ситуации уровень недоверия между участниками общества, владеющими равными его долями, достиг явно критической отметки в отсутствие доказательств того, что позиция одного из них является заведомо неправомерной.

Согласно объяснениям сторон в судебном заседании 20.02.2019 каждый из участников общества намерен сохранить имущество общества (недвижимое имущества для сдачи в аренду), однако, в силу корпоративного конфликта не готов, и не намерен доверять управление или раздел этого имущества второй стороне спора.

В данном случае, выход одного из участника из общества на фоне высокой степени недоверия друг другу и наличия неприязненных отношений, не может быть принят судом в качестве адекватного варианта разрешения корпоративного конфликта.

Довод участника общества ФИО3 о возможности дальнейшего осуществления деятельности юридического лица отклоняется судом, поскольку ответчиком не представлены доказательства, свидетельствующие о возможности урегулирования спора мирным путем.

Истец настаивает на том, что в сложившейся ситуации дальнейшее существование общества невозможно при совместном участии сторон. По убеждению истца, единственным выходом является прекращение корпоративных отношений путем принудительной ликвидации юридического лица, поскольку урегулировать конфликт между участниками в добровольном порядке и разделить бизнес не представляется возможным. Кроме того, оба участника в своих доводах и возражениях ссылаются на взаимные злоупотребления по отношению друг к другу и обществу, действия, совершаемые в ущерб интересам общества, причинение тем самым убытков обществу, а также действия, направленные на затруднение деятельности общества.

Вышеприведенные факты и доводы участников общества, их многочисленные взаимные претензии и обвинения по отношению друг к другу, суд оценивает как доказательства, подтверждающие существование в обществе глубокого кризиса корпоративных отношений его участников, высокую степень недоверия между ними, наличие непреодолимых разногласий в вопросах управления обществом и невозможность продолжения такого управления на корпоративных началах, что очевидно препятствует осуществлению обществом нормальной хозяйственной деятельности для достижения целей, ради которых оно создано.

Анализируя позицию сторон по делу, суд приходит к выводу, что желание ФИО3 сохранить действующим юридическое лицо обусловлено его намерением осуществлять единоличное управление обществом, будучи единственным его участником. К добровольному соглашению о прекращении корпоративных отношений участники конфликта на протяжении длительного времени не пришли. Доказательств интереса к совместному ведению бизнеса суду не представлено.

На основании указанных выше обстоятельств, суд первой инстанции пришёл к выводу, что дальнейшее существование общества, где между участниками имеется длительный корпоративный конфликт, отсутствует возможность эффективного управления и как следствие достижение компромисса, будет умножать издержки и негативно сказываться на деятельности самого юридического лица. Иные способы урегулирования корпоративного конфликта между участниками Общества, с учётом позиций участников отсутствуют.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 08.10.2014 № З06-ЭС14-14, корпоративный конфликт является ситуацией в хозяйственном обществе, при которой уровень недоверия между участниками общества, владеющими равными долями, достигает критической, с их точки зрения, отметки, при этом позиция ни одного из них не является заведомо неправомерной. При данной ситуации целесообразно рассмотреть вопрос о возможности продолжения корпоративных отношений, результатом чего может стать принятие участниками решения о ликвидации общества либо принятие одним из участников решения о выходе из него с соответствующими правовыми последствиями, предусмотренными действующим законодательством и учредительными документами.

Прекращение корпоративных отношений между двумя участниками корпорации, владеющими равными долями, путём ликвидации по инициативе одного из участников корпорации может являться целесообразным в качестве способа урегулирования корпоративного спора.

Проанализировав материалы дела, установив наличие кризиса корпоративных отношений между участниками Общества, имеющих равное количество долей, высокую степень недоверия, наличие непреодолимых разногласий в вопросах управления Обществом и невозможности продолжения такого управления на корпоративных началах, недоказанность возможности разрешения длительного корпоративного конфликта иным путём, что очевидно препятствует осуществлению Обществом нормальной хозяйственной деятельности для достижения целей, ради которых оно было создано, апелляционный суд пришёл к выводу, что ликвидация Общества является единственным возможным способом разрешения сложившегося корпоративного конфликта.

Учитывая конкретные фактические обстоятельства настоящего дела, единственным способом разрешения корпоративного конфликта двух участников, имеющих в обществе равное количество долей (по 50%), является прекращение корпоративных отношений путем ликвидации юридического лица.

Принимая во внимание факт наличия в обществе достаточного имущества и отсутствие сведений о значительной задолженности, ликвидация общества с последующим разделом оставшегося имущества между участниками будет отвечать цели обоих участников общества по сохранению недвижимого имущества общества с целью дальнейшего использования для извлечения прибыли.

Аналогичная правовая позиция указана в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 07.10.2016 по делу № А57-30921/2015, Постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.10.2016 по делу № А53-11452/2016, Постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 15.06.2017 по делу № А56-46816/2016.

Таким образом, оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства, позиции лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции пришел к выводу, что, поскольку подтверждается невозможность достижения целей, ради которых создано общество, деятельность организации существенно затруднена, то заявленные требования о ликвидации юридического лица на основании подпункта 5 пункта 3 статьи 61 ГК РФ являются правомерными и подлежащими удовлетворению в части требований, заявленных к ООО «Урал».

В отношении требований, заявленных к ФИО3 суд отказывает в удовлетворении ввиду следующего.

Согласно части 3 статьи 44 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчиками являются организации и граждане, к которым предъявлен иск.

По смыслу статьи 47 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации иск должен быть предъявлен к надлежащему ответчику, то есть к лицу, которое должно отвечать по иску.

Как следует из взаимосвязанных положений статьи 49 и статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснено в пункте 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.10.1996 N 13 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции", предмет иска - это материально-правовое требование к ответчику о совершении им определенных действий либо воздержании от них, признании существования (отсутствия) правоотношения, изменении либо прекращении его.

Истцом заявлено требование к участнику ООО «Урал» о ликвидации общества. Между тем, в предмете рассматриваемого спора отсутствует материально-правовое требование к ФИО3

Следовательно, ФИО3 является в соответствии со статьей 47 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ненадлежащим ответчиком, что влечет в отказе в удовлетворении требований истца, заявленных к ФИО3

В силу пункта 5 статьи 61 ГК РФ решением суда о ликвидации юридического лица на его учредителей (участников) или на орган, уполномоченный на ликвидацию юридического лица его учредительным документом, могут быть возложены обязанности по осуществлению ликвидации юридического лица. Неисполнение решения суда является основанием для осуществления ликвидации юридического лица арбитражным управляющим (пункт 5 статьи 62) за счет имущества юридического лица. При недостаточности у юридического лица средств на расходы, необходимые для его ликвидации, эти расходы возлагаются на учредителей (участников) юридического лица солидарно (пункт 2 статьи 62).

В пунктах 7, 8, 9, 10 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.08.2004 N 84 "О некоторых вопросах применения арбитражными судами статьи 61 ГК РФ" указано, что на основании пункта 3 статьи 61 ГК РФ арбитражный суд может возложить обязанность по ликвидации юридического лица на учредителей (участников) юридического лица либо на орган, уполномоченный на ликвидацию юридического лица его учредительными документами; в этом случае в решении о ликвидации юридического лица указываются сроки представления ими в арбитражный суд утвержденного ликвидационного баланса и завершения ликвидационной процедуры. Обязанность по ликвидации юридического лица может быть возложена на одного или нескольких известных арбитражному суду участников (учредителей) с указанием в решении в отношении юридического лица его наименования и места нахождения, а в отношении граждан - фамилии, имени, отчества, даты рождения и места жительства.

Арбитражный суд также вправе назначить ликвидатора, если при вынесении решения о ликвидации юридического лица по основаниям, указанным в статье 61 ГК РФ, придет к выводу о невозможности возложения обязанности по ликвидации юридического лица на его учредителей (участников) или на орган, уполномоченный на ликвидацию юридического лица его учредительными документами.

Ликвидатором может быть назначено физическое лицо (в том числе лицо, не обладающее статусом арбитражного управляющего) с его согласия по предложению органа, обратившегося в арбитражный суд с заявлением о ликвидации юридического лица.

Внесение законодателем с 01.09.2014 дополнительного основания для ликвидации юридического лица по иску одного из его участников не свидетельствует об утрате актуальности рекомендаций, содержащихся в Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.08.2004 N 84 "О некоторых вопросах применения арбитражными судами статьи 61 ГК РФ".

Системный анализ структуры, смысла и содержания приведенной выше нормы указывают на право суда либо возложить обязанность по ликвидации общества на одного из учредителей (участников) или на орган, уполномоченный на ликвидацию юридического лица его учредительными документами, либо назначить ликвидатора, если при рассмотрении спора суд придет к выводу придет к выводу о невозможности возложения обязанности по ликвидации юридического лица на его учредителей (участников) или на орган, уполномоченный на ликвидацию юридического лица его учредительными документами.

Учитывая доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а также, принимая во внимание внутрикорпоративный конфликт между двумя участниками, высокую степень недоверия друг другу, и выяснив правовую позицию ФИО3, который категорически возражает против ликвидации общества, суд приходит к следующему.

Возложение на участников общества обязанности по ликвидации общества в данной ситуации является заведомо неэффективным и нецелесообразным. В сложившейся корпоративной ситуации любые действия самих участников общества по исполнению решения суда неизбежно повлекут возникновение новых судебных споров.

При таких обстоятельствах в целях соблюдения баланса интересов сторон суд считает возможным назначить ликвидатором общества арбитражного управляющего ФИО7. Возражений против кандидатуры арбитражного управляющего лицами, участвующими в деле, не заявлено.

Назначение судом в качестве ликвидатора арбитражного управляющего не противоречит требованиям действующего законодательства.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь ст.ст. 65, 71, 110, 123, 156, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

Ликвидировать общество с ограниченной ответственностью «Урал» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 354000, <...>).

Возложить обязанности по ликвидации общества с ограниченной ответственностью «Урал» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 354000, <...>) на арбитражного управляющего ФИО7.

Обязать арбитражного управляющего ФИО7 представить в суд утвержденный ликвидационный баланс и завершить процедуру ликвидации общества в течение года с даты вступления в силу настоящего решения суда.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Урал» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 354000, <...>) в пользу ФИО2 (г. Сочи) 6000 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение месяца со дня его принятия, в арбитражный суд кассационной инстанции - в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Судья Р.А. Решетников