Постановление от 27 августа 2025 г. по делу № А12-28240/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, <...>, тел. <***>

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда кассационной инстанции Ф06-5123/2025

Дело № А12-28240/2024
г. Казань
28 августа 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 14 августа 2025 года Полный текст постановления изготовлен 28 августа 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе: председательствующего судьи Васильева П.П.,

судей Богдановой Е.В., Минеевой А.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Тютюгиной Т.С.,

при участии в судебном заседании посредством системы веб- конференции:

представителя ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 02.08.2023,

при участии в Арбитражном суде Поволжского округа:

представителя общества с ограниченной ответственностью Профессиональная коллекторская организация «Долговой Консультант» - ФИО3 по доверенности от 04.04.2024,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.06.2025

по делу № А12-28240/2024

о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Волгоградской области от общества с ограниченной ответственностью Профессиональная коллекторская организация «Долговой Консультант» (далее – ООО ПКО «ДоК», заявитель) поступило заявление, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), о признании ФИО1 (далее – ФИО1, должник) несостоятельным (банкротом), о введении в отношении него процедуры реструктуризации долгов, об утверждении финансового управляющего и о включении в реестр требований кредиторов должника требования, как обеспеченного залогом принадлежащего должнику недвижимого имущества.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 18.04.2025 по делу № А12-28240/2024 заявление ООО ПКО «ДоК» о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом) признано необоснованным, производство по делу № А12-28240/2024 о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 прекращено.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом,

ООО ПКО «ДоК» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.06.2025 определение Арбитражного суда Волгоградской области от 18.04.2025 по делу № А12-28240/2024 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Волгоградской области.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1, обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной

жалобой, в которой просит постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявителем указано следующее:

существенным значением для дела является наличие на момент заключения кредитного договора реально достигнутого соглашения сторон в рамках кредитного договора с банком, имеющим особый правовой статус и требования к деятельности, изначально регламентированные законодательством о банках и банковской деятельности по вопросу о возможной уступке требования организации, не имеющей лицензии, так как именно банк гарантирует тайну банковского счета и банковского вклада, операций по счету и сведений о клиенте;

договоры залога и иные правоустанавливающие документы заявителем представлены не были, вывод суда апелляционной инстанции о достаточности выписки из ЕГРН является ошибочным, поскольку факт государственной регистрации залога в отсутствие самих первичных документов, ставших основанием для такой регистрации, не раскрывает его условий и не предоставляет кредитору безусловное право на обращение взыскания на предмет залога;

в тексте кредитного договора от 18.05.2007 отсутствует соглашение между кредитной организацией и потребителем (должником) о возможности передачи права требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности; отсутствие в кредитном договоре прямого разрешения на уступку прав означает ее запрет;

поскольку договор ипотеки был заключен 18.05.2007, то ссылка суда апелляционной инстанции на действующую в современной редакции норму статьи 47 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее – Закон об ипотеке) неправомерна.

До начала судебного заседания в суд округа поступил отзыв ООО ПКО «ДоК», в котором изложены доводы против удовлетворения кассационной жалобы.

В судебном заседании представитель заявителя поддержал кассационную жалобу.

Представитель кредитора ООО ПКО «ДоК» возражала против удовлетворения кассационной жалобы, пояснила, что договор залога от 18.05.2007 заключен не с ФИО1, а с иным лицом, договоры залога ни в суд первой инстанции, ни во вторую инстанцию не предоставлялись.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Проверив законность обжалуемого судебного акта, обсудив доводы кассационной жалобы, отзыва, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции, между публичным акционерным обществом Банк «Возрождение» (далее - ПАО Банк «Возрождение») и ФИО1 (заемщик) кредитный договор

№ 00500006607002316 от 18.05.2007 (далее – кредитный договор от 18.05.2007) по условиям которого, кредитор предоставляет заемщику кредит в размере 8 500 000 руб.

В соответствии с пунктом 1.4.1 кредитного договора обеспечением исполнения обязательств заемщика по данному договору является залог садового дома и земельного участка, расположенных по адресу: Волгоградская область, Городищенский р-н, СНТ «Птицевод», участок 739.

Кроме того, между ПАО Банк «Возрождение» и ФИО1 (заемщик) был заключен кредитный договор потребительского кредита

№ 05018001747011 от 01.06.2018 (далее – кредитный договор от 01.06.2018) на получение кредита в размере 1 600 000 руб.

В соответствии с пунктом 10 индивидуальных условий обеспечением исполнения обязательств заемщика по кредитному договору от 01.06.2018 является залог садового дома и земельного участка, расположенных по

адресу: Волгоградская область, Городищенский р-н, СНТ «Птицевод», участок 739.

ПАО Банк «Возрождение» 15.06.2021 прекратило деятельность путем реорганизации в форме присоединения. Согласно данным ЕГРЮЛ

акционерное общество «БМ-Банк» (далее – АО «БМ-Банк») является правопреемником ПАО Банк «Возрождение».

Между АО «БМ-Банк» и ООО «ДоК» 11.05.2022 заключен договор уступки прав кредитора (требований) № Л1_0522, в соответствии с которым АО «БМ-Банк» уступило ООО «ДоК» свои права требования к ФИО1, основанные на кредитном договоре от 18.05.2007 и на кредитном договоре от 01.06.2018.

В силу пункта 1.1 договора уступки прав кредитора (требований) № Л1_0522 от 11.05.2022 цедент передает цессионарию права требования к должнику, вытекающие из указанных в приложении 1 к договору кредитных договоров, а также договоров, заключенных в целях обеспечения исполнения обязательств по кредитным договорам.

В приложении № 1 к договору цессии «Перечень кредитных договоров» указаны, в частности, кредитный договор от 18.05.2007 и кредитный договор потребительского кредита от 01.06.2018, заключенные между ПАО Банк «Возрождение» и ФИО1

ООО «Долговой Консультант» 12.12.2023 переименовано в ООО ПКО «ДоК».

Государственная регистрация смены залогодержателя по договору ипотеки от 18.05.2007 № 1 и договору залога недвижимого имущества

№ 05018001747231 от 01.06.2018 на ООО ПКО «ДоК» по двум кредитным договорам произведена в установленном законом порядке, что подтверждается выписками из Единого государственного реестра недвижимости на садовый дом и земельный участок.

Суд первой инстанции, рассмотрев требование заявителя, руководствуясь пунктом 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» (далее - Постановление Пленума № 17), прекратил производство по заявлению,

указав, что договор уступки в части передачи прав по кредитному договору от 18.05.2007 является ничтожным, поскольку у ООО ПКО «ДоК» отсутствует лицензия на право осуществлять банковскую деятельность; в тексте кредитного договора от 18.05.2007 отсутствует соглашение между кредитной организацией и потребителем (должником) о возможности передачи права требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности; требования заявителя по указанному договору не могут быть приняты во внимание в целях определения признаков банкротства должника.

Кроме того, как указал суд первой инстанции, заявителем не представлены в материалы дела правоустанавливающие для возникновения ипотеки документы: договор ипотеки от 18.05.2007, дополнительное соглашение к договору ипотеки от 18.05.2007 № 1 от 08.06.2018, договор залога недвижимого имущества № 05018001747231 от 01.06.2018, которые указаны в представленных выписках из ЕГРН на земельный участок и садовый дом в качестве основания государственной регистрации.

Судом первой инстанции также не принят расчёт заявителя по просроченным процентам за пользованием кредитом в размере

531 066,82 руб. по кредитному договору потребительского кредита от 01.06.2018 за период с 12.05.2022 по 11.10.2024, поскольку при расчёте применена неверная процентная ставка.

При этом, как указал суд, в обоснование требуемой суммы процентов 531 066,82 руб. представлен расчет совместно с заявлением об уточнении требований от 29.11.2024 с указанием данной суммы как рассчитанной за период с 12.05.2022 по 19.07.2023 (434 дня), тем самым надлежащим образом требования заявителя в указанной части не подтверждены.

Судом отмечено, что представленные выписки по лицевым счетам содержат недостоверную информацию, что не позволяет достоверно установить движение средств по счетам, поступление платежей, порядок и обоснованность их списания на проценты или основной долг по договорам.

Таким образом, суд первой инстанции с учетом признания заявителя ненадлежащим кредитором по кредитному договору от 18.05.2007 для установления признаков несостоятельности (банкротства) должника, принял во внимание только задолженность по процентам за пользование кредитом по кредитному договору потребительского кредита от 01.06.2018 за период с 12.05.2022 по 11.10.2024 исходя из договорной ставки за пользование кредитом 18 % годовых, что составляет 454 872,03 руб., то есть менее пятисот тысяч рублей.

Требования ООО «ПКО «ДОК» о включении в реестр требований кредиторов третьей очереди пени судом не учитывались при определении наличия признаков банкротства ФИО1 на основании положений пункта 3 статьи 4 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции в силу следующего.

Суд апелляционной инстанции признал надлежащим доказательством выписку из ЕГРН, из которой следует, что на земельный участок и садовый дом имеются записи об обременении прав в виде ипотеки в пользу ООО ПКО «ДоК», в качестве основания государственной регистрации по которой указаны договор ипотеки от 18.05.2007, договор уступки прав кредитора (требований) № Л1_0522 от 11.05.2022, дополнительное соглашение к договору ипотеки от 18.05.2007 № 1 от 08.06.2018, договор залога недвижимого имущества № 05018001747231 от 01.06.2018.

Апелляционный суд пришел к выводу о том, что поскольку залог недвижимости зарегистрирован, более того, передача прав и последующая перерегистрация залога подтверждается выписками из ЕГРН, к отношениям, связанным с передачей права требования по кредитному договору от 18.05.2007, обязательства по которому обеспечены ипотекой, подлежат применению нормы Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)».

Судом отмечено, что в кредитном договоре от 18.05.2007 условие о запрете уступки прав (требований) по договору каким-либо третьим лицам отсутствует, следовательно, такая уступка разрешена. Отсутствие у ООО ПКО «ДоК» лицензии на осуществление банковской деятельности не

является препятствием для передачи прав от банка к заявителю по правилу пункта 1 статьи 47 Закона об ипотеке о том, что залогодержатель вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору об ипотеке или по обеспеченному ипотекой обязательству (основному обязательству) любым третьим лицам, если законом или договором не предусмотрено иное.

В данном случае, как указал суд, по договору цессии к ООО «ПКО «ДОК» согласно пункту 1.1 договора были переданы права по обеспеченным ипотекой обязательствам (основному обязательству), т.е. по кредитным договорам, по правилам пункта 3 статьи 47 Закона об ипотеке.

Судом сделан вывод о том, что поскольку договором цессии не было предусмотрено иное, то в соответствии с абзацем первым пункта 3 статьи 47 Закона об ипотеке к заявителю как цессионарию по основному обязательству перешли и права по договору об ипотеке.

Между тем судом апелляционной инстанции не учтено следующее.

Согласно пункту 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» заявление конкурсного кредитора или уполномоченного органа о признании должника банкротом принимается арбитражным судом, если требования к должнику с учетом абзаца четвертого пункта 2 статьи 4 Закона о банкротстве составляют в совокупности не менее чем пятьсот тысяч рублей и указанные требования не исполнены в течение трех месяцев со дня, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 33 и пункт 2 статьи 213.3 Закона о банкротстве).

Пунктом 3 статьи 4 Закона о банкротстве установлено, что размер денежных обязательств или обязательных платежей считается установленным, если он определен судом в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве. При этом по правилам абзаца четвертого пункта 2 статьи 4 Закона о банкротстве подлежащие применению за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства неустойки (штрафы, пени), проценты за просрочку платежа, убытки в виде упущенной выгоды, подлежащие возмещению за неисполнение или ненадлежащее исполнение

обязательства, а также иные имущественные и (или) финансовые санкции, в том числе за неисполнение обязанности по уплате обязательных платежей, не учитываются при определении наличия признаков банкротства должника.

В силу пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в законную силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве требования кредиторов в деле о банкротстве гражданина рассматриваются в порядке, установленном статьей 71 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Согласно статье 47 Закона об ипотеке (в редакции Федерального закона от 21.12.2013 № 363-ФЗ) залогодержатель вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору об ипотеке или по обеспеченному ипотекой обязательству (основному обязательству) любым третьим лицам, если законом или договором не предусмотрено иное.

Если не доказано иное, уступка прав по договору об ипотеке означает и уступку прав по обеспеченному ипотекой обязательству (основному обязательству).

Если договором не предусмотрено иное, к лицу, которому переданы права по обязательству (основному обязательству), переходят и права, обеспечивающие исполнение обязательства.

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда первой инстанции, посчитал не подлежащей применению правовую позицию, изложенную в пункте 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», и сослался на то, что поскольку была произведена регистрация залога в пользу заявителя по

делу, то этого достаточно для признания его надлежащим кредитором со ссылкой на положения статьи 47 Закона об ипотеке.

По мнению заявителя кассационной жалобы из положений, содержащихся в статьях 329, 384 ГК РФ, следует, что обеспечивающее обязательство (ипотека) следует судьбе обеспечиваемого обязательства, при этом обеспечивающее обязательство передается в силу прямого указания закона. Если договором не предусмотрено иное, к лицу, которому переданы права по обязательству (основному обязательству), переходят и права, обеспечивающие исполнение обязательства. Поскольку передача прав по кредитному договору ничтожна (с учетом разъяснений пункта 51 Постановления Пленума № 17 и отсутствия в кредитном договоре от 18.05.2007 прямого разрешения на уступку прав), то и переход прав по договору об ипотеке ничтожен.

Податель кассационной жалобы последовательно заявлял, что существенным значением для дела является наличие на момент заключения кредитного договора реально достигнутого соглашения сторон в рамках кредитного договора с банком, имеющим особый правовой статус и требования к деятельности, изначально регламентированные законодательством о банках и банковской деятельности по вопросу о возможной уступке требования организации, не имеющей лицензии.

Как указано в пункте 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 58 "О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя" (далее - Постановление № 58) если судом не рассматривалось ранее требование залогодержателя об обращении взыскания на заложенное имущество, то суд при установлении требований кредитора проверяет, возникло ли право залогодержателя в установленном порядке (имеется ли надлежащий договор о залоге, наступили ли обстоятельства, влекущие возникновение залога в силу закона), не прекратилось ли оно по основаниям, предусмотренным законодательством, имеется ли у должника заложенное имущество в натуре (сохраняется ли возможность обращения взыскания на него).

По смыслу разъяснений, изложенных в абзаце третьем пункта 1 Постановления № 58, на суд, разрешающий обособленный спор о признании требований кредитора залоговыми, возложена обязанность установить факт возникновения залога, в том числе проанализировать соответствующие юридические основания возникновения залогового права, а также проверить, не прекратилось ли данное право и имеется ли заложенное имущество у должника в натуре.

Указанное означает, что исходя из принципа состязательности суд, осуществляя руководство арбитражным процессом, должен правильно распределить бремя доказывания фактических обстоятельств на процессуальных оппонентов, в том числе принимая во внимание их материально-правовые интересы (статья 9 АПК РФ).

Так, считающий себя залоговым кредитор, будучи истцом по такого рода обособленным спорам, всегда объективно заинтересован (статья 4 АПК РФ) в признании его требований обоснованными, в связи с чем на него должна быть возложена первичная обязанность подтвердить основания возникновения залога.

На лицо же, имеющее противоположные материальные интересы и не желающее, чтобы требования заявителя были установлены (например, арбитражный управляющий или другие кредиторы), исходя из его правовой позиции по спору может быть возложено бремя по доказыванию оснований прекращения залогового права либо подтверждения выбытия имущества из контроля должника.

Подобное распределение бремени доказывания соотносится с процессуальными правилами, изложенными в части 1 статьи 65 АПК РФ, согласно которым лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В случае представления заявителем достаточно серьезных первичных доказательств и приведения убедительных аргументов (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 N 12505/11), указывающих на возникновение залогового права, бремя доказывания условий для отказа в удовлетворении заявленных им

требований (возражение о ничтожности договора залога, уничтожении заложенного имущества, приобретения залогового имущества третьим лицом по добросовестности и т.д.) переходит на его процессуальных оппонентов.

Суд первой инстанции в определении указал, что суду необходимо по существу проверить доказательства возникновения не только задолженности, но и прав требования по залоговому основанию, в том числе возможность и порядок обращения взыскания на предмет залога, возможность передачи прав заявителю как цессионарию по договору ипотеки, что должно быть отражено, в том числе в договорах залога недвижимости. При этом бремя доказывания залоговых правоотношений лежит на заявителе, который не предоставил первичную документацию, и сослался на недостаточность сведений из ЕГРН для рассмотрения заявленных требований.

ФИО1 последовательно заявлял, что не предоставление суду первичных документов, в том числе договора ипотеки от 18.05.2007, дополнительного соглашения к договору ипотеки от 18.05.2007 № 1 от 08.06.2018, лишают должника и суд возможности установить порядок обращения взыскания на предмет залог, оценить его условия и соотнести с требованиями, которые заявил кредитор. При этом факт государственной регистрации залога в отсутствие самих первичных документов, ставших основанием для такой регистрации, не раскрывает его условий и не предоставляет кредитору безусловное право на обращение взыскания на предмет залога.

Согласно выпискам из ЕГРН на спорное недвижимое имущество основанием государственной регистрации ограничения прав и обременения объектов недвижимости явились: договор ипотеки от 18.05.2007; договор купли-продажи от 14.06.2007, дополнительное соглашение к договору ипотеки от 18.05.2007 № 1 от 08.06.2018, договор залога недвижимого имущества № 05018001747231 от 01.06.2018, договор уступки прав кредитора (требований) № Л1_0522 от 11.05.2022.

При этом в судебном заседании Арбитражного суда Поволжского округа представитель кредитора ООО ПКО «ДоК» пояснила, что договор залога от 18.05.2007 заключен не с ФИО1, а с иным лицом.

Изложенные выше договоры ипотеки, купли-продажи, дополнительное соглашение от 08.06.2018 к договору ипотеки от 18.05.2007, содержащиеся в них условия, равно как и обстоятельства, позволяющие соотнести их с заявленными кредитором требованиями, предметом исследования и оценки суда апелляционной инстанции с учетом разъяснений, изложенных в пункте 1 Постановления № 58, не были.

Таким образом, вывод суда апелляционной инстанции сделан преждевременно, без исследования и оценки всех имеющихся в материалах дела обстоятельств и доказательств, доводов участвующих в деле лиц.

Допущенные нарушения не могут быть устранены судом кассационной инстанции в связи с необходимостью установления фактических обстоятельств дела посредством исследования и оценки доказательств применительно к выводам суда апелляционной инстанции, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции (статья 287 АПК РФ), поэтому принятое постановление суда апелляционной инстанции согласно пункту 3 части 1 статьи 287, части 1 статьи 288 АПК РФ подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд.

При новом рассмотрении дела суду апелляционной инстанции необходимо в соответствии с частью 2.1 статьи 289 АПК РФ учесть указанное в настоящем постановлении, установить обстоятельства, входящие в предмет исследования, рассмотреть и дать оценку доводам заявителя жалобы и иных участвующих в деле лиц; исследовать и оценить содержание всех представленных в материалы дела доказательств, применительно к тому, сведения о каких фактах они содержат и какие обстоятельства по делу ими устанавливаются (статья 64 АПК РФ); и принять законный и обоснованный судебный акт при правильном применении норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.06.2025 по делу № А12-28240/2024 отменить.

Дело № А12-28240/2024 направить в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд для нового рассмотрения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья П.П. Васильев

Судьи Е.В. Богданова

А.А. Минеева