Постановление от 12 июня 2024 г. по делу № А55-6817/2024

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

11АП-8510/2024

Дело № А55-6817/2024
г. Самара
13 июня 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 10 июня 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 13 июня 2024 года


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Львова Я.А.,

судей Гадеевой Л.Р., Гольдштейна Д.К.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Цветиковым П.А.

с участием:

от ФИО1 (доверенность от 02.04.2024 года), ФИО2 (доверенность от 02.04.2024 года) - ФИО3

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании 10 июня 2024 года в помещении суда в зале № 2, апелляционную жалобу ФИО4 на определение Арбитражного суда Самарской области от 11 мая 2024 года в рамках дела № А55-6817/2024 о несостоятельности (банкротстве) ФИО5, 



УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом), мотивируя заявленные требования неисполнения должником требования по денежным обязательствам в общей сумме 627 227,95 руб.

Определением от 11 мая 2024 года заявление ФИО4 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО5 признано необоснованным,  производство по  делу о несостоятельности (банкротстве) в  отношении ФИО5 прекращено.

Заявитель обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Самарской области от 11 мая 2024  года в рамках дела № А55-6817/2024.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28 мая 2024  года апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Представитель ФИО1, ФИО2 в судебном заседании поддерживал доводы отзыва, возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение оставить без изменения.

Другие лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Рассмотрев материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы в совокупности с исследованными доказательствами по делу, судебная коллегия Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда.

Как следует из материалов дела, при вынесении обжалуемого определения суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств.

07 февраля 2019 года между ФИО4 и ФИО6 заключен предварительный договор купли-продажи части нежилого здания, согласно которому ФИО6 получен аванс в размере 3 000 000 (Три миллиона) рублей.

03.03.2019 ФИО6 умер. Наследниками ФИО6. являются

- супруга наследодателя - ФИО1;

- внучка наследодателя - ФИО2;

- сын наследодателя - ФИО5.

В связи с неисполнением наследниками ФИО6 обязательств, вытекающих из условий предварительного договора, ФИО4 обратилась в Кировский районный суд г. Самары о расторжении предварительного договора купли-продажи части нежилого здания и взыскании денежных средств в порядке наследования.

Решением Кировского районного суда города Самары по делу № 2-1150/2020 исковые требования ФИО4 удовлетворены: с ФИО5, ФИО6, Юдиной А.С в пользу ФИО4 взыскано неосновательное обогащение в размере, соответствующем их частям наследственного имущества.

В последующем ФИО4 обращалась в Кировский районный суд города Самары с заявлениями о взыскании с наследников ФИО6. процентов за пользование денежными средствами, а также судебных расходов.

Судебными актами Кировского районного суда города Самары требования удовлетворены и приняты решения о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами (решение Кировского районного суда города Самары по делу №2-1150/2022 от 02.06.2022, решение Кировского районного суда города Самары по делу №2-4541/2023 от 11.09.2023), а также удовлетворены требования о взыскании судебных расходов (решение Кировского районного суда города Самары по делу № 2-1670/2022 от 24.06.2022).

Таким образом, из изложенных заявителем обстоятельств следует, что требования о признании ФИО5 банкротом, основаны на имевшихся у заявителя правах требования к наследодателю ФИО5 - ФИО6, и не являются личным долгом ФИО5, возникшего в связи с вступлением самого ФИО5 в правоотношения с ФИО4

Суд первой инстанции также учитывал, что заявителем одновременно с заявлением по настоящему делу поданы заявления о признании банкротами других наследников умершего должника, а именно ФИО2 и ФИО1.

Указанные заявления приняты Арбитражным судом Самарской области к производству и по ним назначены судебные заседания по рассмотрению обоснованности заявления ФИО4 Так, рассмотрение обоснованности заявления ФИО4 о признании банкротом Юдиной А.С отложено на 27 мая 2024 года на 10 часов 30 минут (дело № А55-6816/2024), а рассмотрение обоснованности заявления ФИО4 о признании банкротом ФИО1 отложено на 24 апреля 2024 года на 11 ч. 55 мин. (дело № А55-6818/2024).

Вместе с тем, требования ФИО4 по указанным заявлением о признании ФИО2 и ФИО1 несостоятельными (банкротами) обусловлены теми же самыми обстоятельствами, что и требования к ФИО5, а именно наличием долга умершего ФИО6. перед ФИО4, вытекающего из неисполнения предварительного договора купли-продажи от 07 февраля 2019 года, наличия тех же самых судебных актов о взыскании с них в пользу заявителя денежных средств в порядке наследования.

В связи с эти судом также указано на то, что в рассматриваемом случае подлежат применению специальные правила о банкротстве умершего гражданина.

В соответствии с ч. 1 ст. 223.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» производство по делу о банкротстве гражданина может быть возбуждено после его смерти или объявления его умершим по заявлению конкурсного кредитора или уполномоченного органа, а также лиц, указанных в абзаце первом пункта 4 этой статьи.

Частью 4 ст. 223.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что права и обязанности гражданина в деле о его банкротстве в случае смерти гражданина или объявления его умершим по истечении срока, установленного законодательством Российской Федерации для принятия наследства, осуществляют принявшие наследство наследники гражданина.

В соответствии с положениями п. 1 ст. 1175 ГК РФ наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323).

Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Частью 7 ст. 223.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что в конкурсную массу включается имущество, составляющее наследство гражданина.

Как разъяснено в п. 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2015 г. № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» в случае смерти лица, в отношении которого возбуждено дело о банкротстве, в силу пункта 1 статьи 223.1 Закона о банкротстве, суд выносит определение о дальнейшем рассмотрении дела по правилам параграфа 4 главы X Закона. В этом случае лица, указанные в пункте 4 статьи 223.1 Закона о банкротстве, привлекаются судом к участию в деле о банкротстве в качестве заинтересованных лиц по вопросам, касающимся наследственной массы, с правами лица, участвующего в деле о банкротстве. Указанные лица должниками по смыслу Закона о банкротстве не становятся.

Таким образом, по смыслу вышеизложенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного суда Российской Федерации от 13 октября 2015 года № 45, ФИО5 не является должником ФИО4 по смыслу Закона о банкротстве. В отношении него лично не могут быть заявлены требования о признании его несостоятельным (банкротом) по долгам умершего наследодателя, а требование кредитора должно быть предъявлено в деле о банкротстве умершего гражданина.

В связи с чем, заявление ФИО4 о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом) является необоснованным.

Относительно доводов заявителя о том, что на момент смерти у умершего ФИО6 не имелось неисполненных обязательств перед ФИО4, а обязательства возникли у наследников ФИО6 суд пришел к  следующим выводам.

Согласно пункту 58 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» (далее - Постановление Пленума № 9) под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (статья 418 ГК РФ), независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства.

В пункте 14 Постановления Пленума № 9 разъяснено, что в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности: вещи, включая деньги и ценные бумаги (статья 128 ГК РФ); имущественные права (в том числе права, вытекающие из договоров, заключенных наследодателем, если иное не предусмотрено законом или договором; исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации; права на получение присужденных наследодателю, но не полученных им денежных сумм); имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 ГК РФ).

Стоимость перешедшего к наследникам имущества, пределами которой ограничена их ответственность по долгам наследодателя, определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства вне зависимости от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом.

Поскольку смерть должника не влечет прекращения обязательств по заключенному им договору, наследник, принявший наследство, становится должником и несет обязанности по их исполнению со дня открытия наследства.

Как следует из решения Кировского районного суда города Самары по делу № 2-1150/2022 от 02 июня 2022 года, наличие задолженности ФИО5, ФИО1„ ФИО2 перед ФИО4 имеется в связи с тем, что по требованию ФИО4 расторгнут предварительный договор купли-продажи недвижимого имущества от 07.02.2019, который был заключен между ФИО4 и наследодателем ФИО5 и третьих лиц, ФИО6 и потребован возврат денежных средств, которые были переданы ФИО4 по этому договору ФИО6

Таким образом, с ФИО5, как с одного из наследников ФИО6, взыскана задолженность имевшаяся перед ФИО4 у ФИО6, а именно часть денежных средств, которые ФИО4 передала ФИО6

При этом, задолженность умершего ФИО6 перед ФИО4 возникла в связи с тем, что он до момента своей смерти не успел исполнить условия предварительного договора и заключить с ФИО4 основной договор купли-продажи.

Таким образом, довод заявителя о том, что задолженность, по которой заявитель требует признать ФИО5 несостоятельным (банкротом), возникла не у ФИО6, а у его наследников в связи с неисполнением ими условий предварительного договора, опровергается материалами дела, в том числе решением Кировского районного суда города Самары от 02 июня 2022 года по делу № 2-1150/2022, на которое заявитель ссылается в качестве обоснования заявленных требований.

Принимая  во внимание  изложенное,  суд первой инстанции пришел к выводу о  необходимости признать заявление ФИО4    необоснованным и производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 прекратить.

В апелляционной жалобе  ФИО4 выразила несогласие с выводами суда.

Заявителем указано, что согласно пункту 1 статьи 1175 ГК РФ, разъяснениям пункта 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 «О судебной практике по делам о наследовании» наследники, принявшие наследство, несут ответственность по долгам наследодателя.  

ФИО5 является наследником умершего ФИО6, при этом им принято наследство после смерти ФИО6

Между  ФИО4 и умершим ФИО6 сложились правоотношения по поводу заключения в будущем основного договора купли-продажи недвижимого имущества, в рамках которых кредитор передал  ФИО6 денежные средства. ФИО6 предпринимались меры по исполнению обязательства перед ФИО4 по предварительному договору купли продажи части нежилого здания, однако исполнить их в полном объеме, а именно оформить в самостоятельный объект недвижимости и зарегистрировать право собственности в Управлении Росреестра по Самарской области ФИО6 не успел в связи со смертью.

Заявитель полагал, что данная обязанность перешла к наследникам умершего, однако в связи с отсутствием намерения исполнить предварительный договор, у наследников появилось денежное обязательство по возврату денежных средств, переданных ФИО4 по предварительному договору.

Поскольку требование ФИО4 подтверждено вступившим в законную силу решением суда о взыскании долга с ФИО5, заявитель полагал правомерным обращение с заявлением о банкротстве наследника.

Доводы апелляционной жалобы не могут быть признаны обоснованными с учетом следующего.

Как разъяснено в п. 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2015 г. № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» в случае смерти лица, в отношений которого возбуждено дело о банкротстве, в силу пункта 1 статьи 223.1 Закона о банкротстве, суд выносит определение о дальнейшем рассмотрении дела по правилам параграфа 4 главы X Закона. В этом случае лица, указанные в пункте 4 статьи 223.1 Закона о банкротстве, привлекаются судом к участию в деле о банкротстве в качестве заинтересованных лиц по вопросам, касающимся наследственной массы, с правами лица, участвующего в деле о банкротстве. Указанные лица должниками по смыслу Закона о банкротстве не становятся.

Таким образом, по смыслу вышеизложенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного суда Российской Федерации от 13 октября 2015 года № 45, ФИО5 не является должником ФИО4 по смыслу Закона о банкротстве. В отношении него лично не могут быть заявлены требования о признании несостоятельным (банкротом) по долгам умершего наследодателя.

Согласно пункту 58 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» (далее - Постановление Пленума № 9) под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (статья 418 ГК РФ), независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства.

В пункте 14 Постановления Пленума № 9 разъяснено, что в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество и имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 ГК РФ).

Стоимость перешедшего к наследникам имущества, пределами которой ограничена их ответственность по долгам наследодателя, определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства вне зависимости от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом.

Поскольку смерть должника не влечет прекращения обязательств по заключенному им договору, наследник, принявший наследство, становится должником и несет обязанности по их исполнению со дня открытия наследства.

Как следует из решения Кировского районного суда города Самары по делу № 2-1150/2022 от 02 июня 2022 года, наличие задолженности ФИО1 перед ФИО4 имеется в связи с тем, что по требованию ФИО4 расторгнут предварительный договор купли-продажи недвижимого имущества от 07.02.2019, который был заключен между ФИО4 и наследодателем ФИО6, и заявлено требование о возврате денежных средств, которые были переданы ФИО4 по этому договору ФИО6

Таким образом, с ФИО5, как с одного из наследников ФИО6, взыскана задолженность, имевшаяся перед ФИО4 у ФИО6, а именно часть денежных средств, которые ФИО4 передала ФИО6

Как следует из решения Кировского районного суда г.  Самары по делу № 2-1150/2022 от 02 июня 2022 года, инициатором расторжения предварительного договора купли-продажи недвижимости после смерти ФИО6 выступила сама ФИО4 Требований об исполнении предварительного договора и заключении основного договора купли-продажи недвижимости ФИО4 наследникам ФИО6 не направляла.

Таким образом, довод заявителя о том, что задолженность, по которой заявитель требует признать ФИО5 несостоятельным (банкротом), возникла не у ФИО6, а у его наследников в связи с неисполнением ими условий предварительного договора, опровергается материалами дела, в том числе решением Кировского районного суда города Самары от 02 июня 2022 года по делу № 2-1150/2022, на которое заявитель ссылается в качестве обоснования заявленных требований.

Наличие судебного решения о взыскании задолженности или процентов на сумму долга с наследников умершего гражданина по его обязательствам перед кредитором не является обстоятельством, определяющим возможность применения правил параграфа 4 главы X Закона о банкротстве.

В связи с этим судом первой инстанции обоснованно указано, что требование кредитора подлежит предъявлению с применением специальных правил о банкротстве умершего лица - в порядке статьи 223.1 Закона о банкротстве.

Сама по себе смерть гражданина не прекращает его обязательств, поскольку в состав наследства помимо принадлежавшего наследодателю на день открытия наследства имущества (имущественных прав) входят также и имущественные обязанности (статья 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" (далее - постановление N 9)).

Особенности рассмотрения дела о банкротстве наследственной массы регулируются статьей 223.1 Закона о банкротстве. Отличительной чертой банкротства таких дел является то, что в рамках этого дела аккумулируется все имущество, вошедшее в наследство, и все долги наследодателя, то есть банкротство осуществляется так, как если бы наследодатель был жив. Соответственно долги наследодателя при банкротстве наследственной массы погашаются посредством банкротных процедур.

Поэтому требование ФИО4 о признании банкротом должно быть реализовано в деле о банкротстве умершего ФИО6 к его наследственной массе, все права в отношении которой осуществляет финансовый управляющий (пункт 5 статьи 213.25, пункт 2 статьи 223.1 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан)" (далее - Постановление N 45) в случае смерти лица, в отношении которого возбуждено дело о банкротстве, в силу пункта 1 статьи 223.1 Закона о банкротстве, суд выносит определение о дальнейшем рассмотрении дела по правилам параграфа 4 главы X Закона.

В этом случае лица, указанные в пункте 2 статьи 223.1 Закона о банкротстве, привлекаются судом к участию в деле о банкротстве в качестве заинтересованных лиц по вопросам, касающимся наследственной массы, с правами лица, участвующего в деле о банкротстве.

Указанные лица должниками по смыслу Закона о банкротстве не становятся.

Имущество наследников, не составляющее наследственное имущество, в конкурсную массу не включается (статья 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 3 статьи 223.1 Закона банкротстве).

Кредиторы наследников, обязательства перед которыми возникли не в связи с наследованием, в деле о банкротстве гражданина в случае его смерти не участвуют.

Поскольку банкротство умершего гражданина, по сути, заключается в проведении конкурсных процедур в отношении обособленного имущества, применение специальных правил параграфа четвертого главы X Закона о банкротстве обусловлено, прежде всего, сохранением возможности разграничения имущества, входящего в состав наследства, и имущества наследника, то есть сепарацией наследственной массы, за счет которой кредиторы наследодателя могут удовлетворить свои требования.

Соответствующая правовая позиция поддерживается судебной практикой, в частности, изложена в Постановлениях Арбитражного суда Поволжского округа от 31.01.2024 по делу № А49-1796/2023; от 13.02.2020 по делу № А55-3562/2018; от 27.07.2018 по делу № А72-15335/2017.

Таким образом, обжалуемое определение является законным и обоснованным, вынесенным при полном и всестороннем рассмотрении дела, с соблюдением норм материального и процессуального права.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции, нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.

Согласно положениям ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 11 мая 2024 года по делу № А55-6817/2024  оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий                                                                Я.А. Львов


Судьи                                                                                               Л.Р. Гадеева


                                                                                                                      Д.К. Гольдштейн