Решение от 27 августа 2024 г. по делу № А63-14969/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А63-14969/2023
г. Ставрополь
27 августа 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 13 августа 2024 года

Решение изготовлено в полном объеме 27 августа 2024 года

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Пузановой В.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Халайчевой М.В., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Ессентукский завод минеральных вод на КМВ», Ставропольский край, ИНН <***>,

общества с ограниченной ответственностью «Тэсти», г. Железноводск, ОГРН <***>, ИНН <***>,

к обществу с ограниченной ответственностью «Универсальный завод розлива минеральной воды «Аква-Вайт», Ставропольский край, ИНН <***>,

третьи лица: акционерное общество «Кавминкурортресурсы», г. Ессентуки, ИНН <***>, ОГРН <***>, компания «Essentuky Baltic OU», регистрационный номер 11588433, ИНН EE101312891, Estonia, 10151, Tallin, Narva mnt, 13A,

о признании контрафактной минеральной воды «Alley of Springs № 17 Produced by order of Essentuky Baltic OU», на этикетках которой размещено незаконно используемое наименование места происхождения товара «Ессентуки № 17»,

о взыскании с суммы компенсации,

о взыскании расходов по уплате государственной пошлины,

при участии (после перерыва) в судебном заседании посредством онлайн заседаний представителя от истца – ФИО1 по доверенности от 01.08.2023, от ответчика – ФИО2 по доверенности от 13.03.2023,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Ессентукский завод минеральных вод на КМВ» обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Универсальный завод розлива минеральной воды «Аква-Вайт» о признании контрафактной произведенной обществом с ограниченной ответственностью «Универсальный завод розлива минеральной воды «Аква-Вайт» минеральную воду «Alley of Springs № 17 Produced by order of Essentuky Baltic OU», на этикетках которой размещено незаконно используемое наименование места происхождения товара «Ессентуки № 17», взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Универсальный завод розлива минеральной воды «Аква-Вайт» суммы компенсации в размере 1 800 000 рублей, суммы госпошлины в размере 17 200 рублей.

Определением от 20 ноября 2023 года к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены акционерное общество «Кавминкурортресурсы», ОГРН <***>, <...>; общество с ограниченной ответственностью «ТЭСТИ», ОГРН <***>, 357433, Ставропольский край, г. Железновдск, п. Иноземцево, территория Промзона пищевых предприятий.

Определением от 05 февраля 2024 года удовлетворено ходатайство ООО «Тэсти» о привлечении его к участию в деле в качестве соистца, удовлетворено ходатайство представителя ответчика о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, компании «Essentuky Baltic OU», г. Таллин.

ООО «Тэсти» от заявленных исковых требований отказалось, мотивируя отказ тем, что ООО «Тэсти» и истец являются юридическими лицами, входящими в одну группу компаний, а также тем, что истец и ООО «Тэсти» пришли к соглашению о возможности взыскания всей суммы компенсации в пользу истца.

Судом установлено, что отказ ООО «Тэсти» от требований к ответчику о взыскании компенсации не нарушает закон, права и законные интересы сторон и третьих лиц. ООО «Тэсти» в письменном отказе от иска подтвердило, что последствия отказа от исковых требований и прекращения производства по делу, выражающиеся в невозможности повторно обратиться в арбитражный суд по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям, ему известны и понятны. Отказ принят судом. Производство по делу в этой части прекращено.

Третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание проводится в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между ответчиком и Essentuky Baltic OU заключен контракт на поставку продукции № 31102016/57-П от 31.10.2016 (Контракт).

Согласно п. 1.1. контракта ответчик принял на себя обязательства поставлять на условиях Контракта минеральные воды, и безалкогольные напитки в ассортименте, согласно заявкам Essentuky Baltic OU. 03.09.2019 между ответчиком и Essentuky Baltic OU заключено Дополнительное соглашение к Контракту, в соответствии с п. 1 которого ответчик изготавливает этикетку (согласованный макет этикетки приложение № 4 к Контракту), правообладателем которой является Essentuky Baltic OU, и поставляет в адрес Essentuky Baltic OU готовую продукцию «Alley of Springs № 17 (Produced by order of Essentuky Baltic OU)». Согласно п. 3 Дополнительного соглашения к Контракту Essentuky Baltic OU гарантировало, что использование этикетки, изготавливаемой Ответчиком, не нарушают прав и законных интересов третьих лиц.

20.07.2020 между ответчиком и Essentuky Baltic OU заключено дополнительное соглашение к Контракту, согласно п. 2 которого Контракт дополнен пунктами 6.6. и 6.7. В силу п. 6.6., индивидуальная упаковка поставляемого по Контракту Товара СТМ должна соответствовать утвержденному сторонами оригинал-макету. Пунктом 6.7. установлено, что ответчик, получив заказ на поставку товара СТМ по утвержденному сторонами дизайну, не вправе вносить изменения в дизайн индивидуальной упаковки товара СТМ. Пунктом 3 дополнительного соглашения Контракт дополнен пунктом 10.5., в соответствии с которым ответчик не имеет права реализовывать произведенный товар СТМ с согласованным дизайном упаковки на территории РФ.

Постановлением от 08.10.2020 о возбуждении уголовного дела, поводом для возбуждения которого послужило сообщение о преступлении – рапорт об обнаружении признаков преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 180 УК РФ, поступивший 07.10.2020 от оперуполномоченного 1 отделения 2 отдела службы Кавминводах УФСБ России по Ставропольскому краю старшего лейтенанта ФИО3, было возбуждено уголовное дело № 120010700004021131 (уголовное дело).

Из протокола осмотра предметов и документов от 10.06.2021, постановления о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 10.06.2021, на момент выявления продукции с размещенными на ней этикетками «Alley of Springs № 17 Produced by order of Essentuky Baltic OU», количество произведенного товара составило 51 924 шт.

В соответствии с заключением идентификационной, товароведческой, патентоведческой судебной экспертизы № 350 от 05.10.2021, стоимость одной единицы товара составила 78 рублей.

01.06.2021 постановлением о признании потерпевшим истец был признан потерпевшим по уголовному делу.

Постановлением мирового судьи судебного участка № 3 города Ессентуки Ставропольского края от 01.09.2022 по делу № 1-15-09-432/22, уникальный идентификатор дела: 26MS0029-01-2022-002705-55, установлены обстоятельства, свидетельствующие о производстве и незаконном сбыте обществом с ограниченной ответственностью «Универсальный завод розлива минеральной воды «Аква-Вайт» продукции: товара с этикеткой «Alley of Springs №17 Produced by order of Essentuky Baltic OU», сходной до степени смешения с НМПТ Ессентуки № 17 по свидетельству № 23/16, а также о причинении истцу материального ущерба неправомерными действиями ответчика.

В силу части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Установленный постановлением мирового судьи судебного участка № 3 города Ессентуки Ставропольского края от 01.09.2022 по делу № 1-15-09-432/22 факт причинения истцу материального ущерба неправомерными действиями ответчика, в соответствии с указанным положением Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не требует доказывания.

Истец является правообладателем исключительного права на наименование места происхождения товара «Ессентуки № 17», что подтверждается свидетельством № 23/16. В соответствии с указанным свидетельством истец обладает правом использования наименование места происхождения товара "Ессентуки № 17" при производстве минеральной воды.

Факт нарушения исключительного права истца на НМПТ «Ессентуки 17» послужил основанием обращения в суд с настоящим иском.

На основании статьи 1516 Гражданского кодекса Российской Федерации, наименованием места происхождения товара, которому предоставляется правовая охрана, является обозначение, представляющее собой либо содержащее современное или историческое, официальное или неофициальное, полное или сокращенное наименование страны, городского или сельского поселения, местности или другого географического объекта, а также обозначение, производное от такого наименования и ставшее известным в результате его использования в отношении товара, особые свойства которого исключительно или главным образом определяются характерными для данного географического объекта природными условиями и (или) людскими факторами.

В силу статьи 1518 Гражданского кодекса Российской Федерации наименование места происхождения товара признается и охраняется в силу государственной регистрации такого наименования.

Согласно статье 1519 Гражданского кодекса Российской Федерации, правообладателю принадлежит исключительное право использования наименования места происхождения товара в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на наименование места происхождения товара).

В соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 1519 Гражданского кодекса Российской Федерации, использованием наименования места происхождения товара считается размещение этого наименования, в частности, на товарах, этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации. Товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно использованы наименования мест происхождения товаров или сходные с ними до степени смешения обозначения, являются контрафактными.

В соответствии с частью 3 статьи 1519 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускается использование зарегистрированного наименования места происхождения товара лицами, не имеющими соответствующего свидетельства, даже если при этом указывается подлинное место происхождения товара или наименование используется в переводе либо в сочетании с такими словами, как «род», «тип», «имитация» и тому подобными, а также использование сходного обозначения для любых товаров, способного ввести потребителей в заблуждение относительно места происхождения и особых свойств товара (незаконное использование наименования места происхождения товара).

Материалами дела подтверждается, что ответчик ранее являлся правообладателем свидетельств № 23/26 и № 23/27, подтверждавших регистрацию наименования места происхождения товара «ЕССЕНТУКИ - 17», однако указанные свидетельства были признаны недействительными в связи с тем, что в 2016 году ответчиком был утрачен доступ к сырью, в отношении которого ответчику было зарегистрировано наименование места происхождения товара. Даты прекращения срока действия наименования места происхождения товара «Ессентуки – 17» по свидетельству № 23/26: 28.02.2019, по свидетельству № 23/27: 18.02.2019.

Таким образом, с учетом положений Гражданского кодекса Российской Федерации и фактических обстоятельств дела, продукция, которая производилась Ответчиком и на которой размещалась этикетка «Alley of Springs № 17 Produced by order of Essentuky Baltic OU», является контрафактной, так как размещенное на ней обозначение не просто является сходным до степени смешения с НМПТ «Ессентуки-17», но является тождественным ему.

Довод ответчика о том, что контракт, заключенный им с Essentuky Baltic OU, не предусматривал продажу и реализацию продукции на территории РФ, а сама продукция была изготовлена по заказу компании «Essentuky Baltic OU» с указанием их товарного знака и фирменного наименования на этикетке, что по мнению ответчика свидетельствует об отсутствии оснований для признания продукции контрафактной и привлечения его к ответственности за нарушение исключительных прав истца, подлежит отклонению в связи со следующим.

Исходя из разъяснения, содержащегося в пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Размещенный ответчиком по поручению Essentuky Baltic OU на этикетке продукции текст «Alley of Springs № 17 Produced by order of Essentuky Baltic OU» в переводе с английского языка означает: «Аллея родников № 17 Изготовлена по заказу ООО «Ессентуки Балтик».

Ключевое значение имеет расположение текста на этикетке и его основных элементов. Слово «Essentuky», цифра «№17» занимают доминирующее центральное положение, привлекающее внимание потенциальных потребителей, тогда как слова «Produced by order of», «Alley of Springs» нанесены мелким шрифтом, едва различимым при прочтении.

30 августа 2019 года Арбитражный суд Ставропольского края вынес решение по делу № А63-14487/2018, вступившее в законную силу 01.10.2019. Ответчиком по указанному делу выступал ООО «УЗРМВ «Аква-Вайт». Предметом рассмотрения дела являлось признание минеральной воды «Аллея источников № 17», на этикетках которой размещалось обозначение «ЕССЕНТУКИ», контрафактной. Решением суда продукция с обозначенной этикеткой была признана нарушающей исключительные права на НМПТ «Ессентуки № 17».

Судом в решении по делу № А63-14487/2018 установлено, что, несмотря на то, что продукция ответчика именуется «Аллея источников № 17», число «№17» не используется рядом с наименованием продукции, а нанесено отдельно от него под надписью «Ессентуки», как на продукции, производимой истцами, а наличие самих кавычек не позволяет идентифицировать спорную продукцию как отличную от продукции производимой истцами, так как кавычки нанесены шрифтом в меньшем размере, чем сама надпись и практически не заметны, а кроме того, даже их наличие, не позволяет потребителю сделать вывод о том, что это другая минеральная вода, отличная от той, которую производил ответчик в период до того, когда у него был доступ к скважинам, использование которых давало ему право на использование НМПТ «Ессентуки №17».

Приведенная правовая позиция достоверно подтверждает, что размещение на этикетке продукции слова «Essentuky» и цифры «№ 17» в доминирующем положении является определяющим фактором для признания продукции контрафактной.

В силу п. 8 Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденного Приказом ФГБУ ФИПС от 20.01.2020 N 12 (далее - Руководство), при проведении экспертизы обозначения, заявленного на регистрацию в качестве товарного знака, в состав которого входит элемент, являющийся наименованием географического объекта, устанавливается принципиальная возможность предоставления правовой охраны данному обозначению.

При определении тождества и сходства словесных обозначений и словесных элементов комбинированных обозначений, заявленных на регистрацию в качестве товарного знака, с зарегистрированными наименованиями мест происхождения товаров и с обозначениями, заявленными на регистрацию в качестве такового до даты приоритета товарного знака (далее обозначения, заявленные на регистрацию в качестве НМПТ), используется, в том числе, следующий признак: вхождение в заявленное обозначение производных от зарегистрированного наименования места происхождения товаров/обозначения, заявленного на регистрацию в качестве НМПТ, например, таких как эквивалентное прилагательное или существительное, перевод на другой язык либо в сочетании с такими словами, как "род", "тип", "имитация" и тому подобными, что вызывает в памяти зарегистрированное наименование места происхождения товара/обозначение, заявленное на регистрацию в качестве НМПТ. Обозначениям, включающим в свой состав НМПТ, может быть предоставлена правовая охрана только в том случае, если заявка на регистрацию товарного знака подана непосредственно самим владельцем прав на НМПТ в отношении тех же товаров, для индивидуализации которых зарегистрировано данное НМПТ, и если это обозначение не является единственным элементом знака. В таком случае заявленное обозначение регистрируется как товарный знак с включением НМПТ в качестве неохраняемого элемента. В случае же если заявка подается от лица, не являющегося правообладателем исключительного права на НМПТ, и местонахождение заявителя по данной заявке не совпадает с местонахождением правообладателя исключительного права на НМПТ, то заявленному обозначению будет отказано как на основании положений, не допускающих государственную регистрацию обозначений, тождественных или сходных до степени смешения с зарегистрированным или заявленным на регистрацию наименованием места происхождения товаров, так и на основании положений, не допускающих регистрацию обозначений, являющихся ложными или способными ввести потребителя в заблуждение относительно товара либо его изготовителя.

Из материалов дела следует, что Essentuky Baltic OU является правообладателем товарного знака № 017439084: .

Согласно строке № 540 «Репродукция знака» Выписки на товарный знак, сформированной с помощью сервиса Глобальной базы данных брендов WIPO, товарный знак, зарегистрирован за Essentuky Baltic OU на территории Европейского Союза и представляет собой абстрактное изображение контура гор на желтом фоне в верхней и нижней его части, а в центральной части расположено слово «ESSENTUKI», под которым находится белый круг без цифр.

Указанный товарный знак содержит только слово «ESSENTUKI» без размещения на изображении указания на полное наименование и организационно-правовую форму Essentuky Baltic OU. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что обозначение «Ессентуки» на товарном знаке Essentuky Baltic OU не имеет отношения к фирменному наименованию Essentuky Baltic OU.

Однако, этикетка спорной продукции, помимо товарного знака, зарегистрированного за Essentuky Baltic OU, содержит цифру «№17», что для потребителей ассоциирует продукцию с таким обозначением с минеральной водой, производимой истцом под НМПТ «Ессентуки № 17».

Таким образом, вопреки доводу Ответчика, слово «ESSENTUKI» размещено на этикетке спорной продукции не для целей соблюдения законодательства Эстонии, требующего обязательного указания на наименование продавца. Более того, вся необходимая информация о продавце товара уже была размещена на контрэтикетке.

Из указанного Решения Арбитражного суда по делу № А63-14487/2018 следует, что обозначение "Ессентуки" и любые его производные и сочетания сходны по смысловому и звуковому критериям с НМПТ "Ессентуки N 17". При этом любое использование обозначения "Ессентуки" и производных в отношении минеральной воды, особенно в сочетании с использованием обозначения "N 17", способно создать у потребителя мнение о том, что такая вода обладает характеристиками минеральной воды "Ессентуки N 17".

Использование слова "Essentuky" и обозначения «№17» в центральной части этикетки продукции и выделение его крупным шрифтом не является необходимым в целях информирования потребителей о товаре или о фирменном наименовании компании, которая будет реализовывать в последующем данный товар, а фактически является транслитерацией НМПТ «Ессентуки-17» и направлено именно на создание у потребителей ложного представления об источнике воды.

Исходя из п. 8 Руководства, при анализе какого-либо обозначения, включая этикетку, размещенную на спорной продукции ответчиком, следует принимать во внимание только словесный элемент и числовое обозначение в их совокупности на предмет сходства с зарегистрированным НМПТ, а также учитывать наличие/отсутствие зарегистрированного НМПТ за лицом, размещающим обозначение, в состав которого входит НМПТ.

Изложенный ответчиком в обобщенной правовой позиции – отзыве анализ спорной этикетки на продукции, товарного знака, правообладателем которого является Essentuky Baltic OU и НМПТ «Ессентуки 17» на предмет сходства до степени смешения является не соответствующим действующему законодательству и нормативным правовым актам.

Также ответчиком ошибочно сделан вывод о том, что цифра «17» не подлежит принятию во внимание ввиду статуса неохраняемого элемента при оценке спорной этикетки на предмет сходства до степени смешения с НМПТ «Ессентуки - 17», так как для такого средства индивидуализации как наименование места происхождения товара действующим законодательством не предусмотрено неохраняемых элементов. НМПТ «Ессентуки 17» подлежит правовой охране в полном объеме, включая цифру «17», что дополнительно указывает на незаконность размещения НМПТ «Ессентуки 17» на этикетке спорной продукции, произведенной ответчиком, и характеризует ее как контрафактную.

Учитывая тот факт, что ответчик не являлся на момент производства спорной продукции правообладателем НМПТ «Ессентуки 17», у него отсутствовал доступ к соответствующему сырью, а в этикетку целиком входит слово «Essentuky 17», производное от зарегистрированного за Истцом НМПТ, произведенная ответчиком продукция, вопреки доводам ответчика, отвечает признакам контрафактной продукции.

Наличие зарегистрированного за Essentuky Baltic OU товарного знака не освобождает ответчика от ответственности за производство контрафактной продукции.

Согласно частям 1 и 2 ст. 64 АПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

В соответствии с ч. 1 ст. 67 АПК РФ, Арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу.

В силу ч. 2 ст. 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Принимая во внимание приведенную ранее правовую позицию Пленума Верховного суда РФ и положения АПК РФ, суд отклонил ранее заявленное ответчиком ходатайство о назначении патентоведческой экспертизы, так как суд самостоятельно осуществляет анализ обозначений на предмет их сходства до степени смешения, а проведение такой экспертизы приведет к необоснованному затягиванию процесса рассмотрения дела, что не будет отвечать одной из основных задач арбитражного процессуального законодательства - справедливое публичное судебное разбирательство в разумный срок.

Из абзацев 2, 3 п. 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации по поручению или заданию лица, нарушающего исключительное право правообладателя, в свою очередь, также образует нарушение исключительного права. К лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, могут быть применены меры защиты исключительных прав, предусмотренные статьей 1252 ГК РФ. При этом с учетом положений пункта 6.1 статьи 1252 ГК РФ лицо, давшее поручение или задание незаконно использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, и лицо, исполнившее такое поручение или задание, перед правообладателем отвечают солидарно, за исключением случаев, когда лицо, действовавшее по поручению или заданию, не знало и не должно было знать о нарушении исключительного права правообладателя.

Для установления факта наличия оснований для привлечения ответчика к ответственности за нарушение прав истца на НМПТ «Ессентуки 17» достаточно подтверждения его осведомленности в том, что при принятии заказа на производство продукции он знал о незаконности использования средства индивидуализации.

Как было указано ранее, Арбитражным судом Ставропольского края было рассмотрено дело № А63-14487/2018, в котором ООО «УЗРМВ «Аква-Вайт» также выступал ответчиком.

С учетом того, что предметом рассмотрения являлась продукция «Аллея источников № 17», на этикетках которой размещалось обозначение «ЕССЕНТУКИ», признанная судом контрафактной, ответчик по настоящему делу не мог не знать, что размещение на этикетке спорной продукции обозначения «Alley of Springs № 17 Produced by order of Essentuky Baltic OU», что в транслитерации сходно до степени смешения с обозначением «Аллея источников № 17», не будет являться нарушением прав истца на НМПТ «Ессентуки 17».

Не смотря на осведомленность о возможном нарушении исключительных прав истца при производстве спорной продукции, ответчик принял заказ Essentuky Baltic OU, что повлекло возникновение оснований для привлечения его к соответствующей ответственности, а п. 3 Дополнительного соглашения № 12 к Контракту, которым Essentuky Baltic OU предоставляло гарантии отсутствия нарушений прав третьих лиц на средства индивидуализации, не имеет правового значения для рассматриваемого дела.

Кроме того, согласно п. 4.2. Контракта, поставка товара осуществляется на условиях правил Инкотермс 2010 – FCA Free Carrier, в соответствии с которым продавец осуществляет передачу товара, прошедшего таможенную очистку для вывоза указанному покупателем перевозчику, в обусловленном месте.

Контрактом определено место передачи: <...> – склад продавца.

Согласно п. 1 ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности у приобретателя по договору возникает с момента передачи вещи.

С учетом того, что спорная продукция производится, передается и право собственности на нее переходит на территории Российской Федерации, указанная продукция должна соответствовать требованиям российского законодательства в части использования средств индивидуализации.

Исходя из правовой позиции, отраженной в сложившейся судебной практике, в частности в Постановлении ФАС Волго-Вятского округа от 15.06.2010 по делу N А43-39572/2009, факт производства на территории Российской Федерации продукции для экспорта с нанесением на продукцию этикетки с незаконно размещенным на ней НМПТ, признается судами как нарушение прав на зарегистрированное НМПТ (неправомерное использование). Также указанным Постановлением разъяснено, что продажа продукции на экспорт по термину ИНКОТЕРМС FCA означает, что продавец осуществляет передачу товара, прошедшую таможенную очистку для вывоза указанному покупателем перевозчику, в обусловленном месте. При этом выбор места передачи товара имеет значение в отношении обязательств по погрузке и разгрузке товара в этом месте.

Таким образом, осуществление поставки по термину ИНКОТЕРМС FCA в г. Ессентуки подтверждает факт введения товара в гражданский оборот на территории РФ, а не говорит об обратном, вопреки доводу ответчика.

Также довод ответчика о том, что НМПТ «Ессентуки» не имеет правовой охраны на территории Эстонии, а товарный знак «Essentuky» по свидетельству № 017439084 имеет правовую охрану на территории Европейского союза, в связи с чем, продажа воды, под брендом Essentuky Baltic OU никаким образом не нарушает исключительных прав истца, подлежит отклонению как несостоятельный, так как при признании продукции контрафактной не анализируется правовая охрана НМПТ «Ессентуки 17» на территории Эстонии ввиду того, что продукция со спорной этикеткой вводилась в гражданский оборот на территории РФ.

В силу ч. 2 ст. 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации, правообладатель исключительного права на НМПТ вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости контрафактных товаров, на которых незаконно размещено географическое указание или наименование места происхождения товара.

Согласно абзаца 2 пункта 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Истцом в качестве меры ответственности за нарушение его исключительных прав на НМПТ «Ессентуки 17» избрана выплата ответчиком компенсации, предусмотренной п. 1 ч. 2 ст. 1537 ГК РФ, то есть компенсация в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Сумма компенсации заявлена истцом в размере 1 800 000 рублей применительно к объему произведенной продукции (51 924 шт.) и стоимости единицы продукции (78 руб.), установленных в рамках уголовного дела

С учетом характера нарушения, допущенного ответчиком, неоднократности такого нарушения, с учетом ранее рассмотренных дел, где ООО «УЗРМВ «Аква-Вайт» выступало ответчиком, указанная признается судом разумной и обоснованной, соразмерной допущенному ответчиком нарушению.

Оснований для уменьшения суммы компенсации суд не усматривает ввиду следующего.

Уменьшение суммы компенсации возможно лишь в исключительных случаях при мотивированном заявлении ответчика.

В обоснование возможности уменьшить заявленную истцом сумму компенсации ответчик сослался на то, что размер компенсации с учетом возможности ее снижения многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков, которых по мнению ответчика не возникло по причине того, что товар не предназначался к продаже на территории РФ; произведенная ответчиком продукция была арестована 02.07.2020 года, что не позволяло совершить действия по ее реализации третьему лицу; продукция не находилась в гражданском обороте на территории РФ, что свидетельствует об отсутствии риска введения потребителей РФ в заблуждение относительно производителя товара; продукция не предназначалась к реализации потребителям на территории Российской Федерации, что исключало возможность нарушения прав и законных интересов истца; истец не производил и не поставлял продукцию с обозначением «Essentuky» в страны поставки ее третьего лица, что свидетельствует об отсутствии конкурентных отношений; была изъята только одна партия товара; производство продукции осуществлялось ответчиком по заказу третьего лица, который гарантировал достоверность, обоснованность и законность использования обозначения «Produced by order of Essentuky Baltik OU»; целью производства продукции не являлось использования обозначения НМПТ истца.

Однако, приведенные ответчиком доводы нельзя признать уважительными причинами для снижения размера компенсации.

Материалами дела с учетом фактических обстоятельств дела подтверждено, что ответчик не является добросовестным участником гражданских правоотношений.

Более того, материалами уголовного дела установлено, что ответчик на протяжении длительного периода времени производил и вводил в гражданский оборот продукцию с этикеткой, на которой незаконно размещалось НМПТ «Ессентуки 17».

Так, Постановлением мирового судьи судебного участка № 3 города Ессентуки Ставропольского края от 01.09.2022 по делу № 1-15-09-432/22 установлено, что в период времени с 16.01.2018 по 04.05.2018 ФИО4, являясь единоличным исполнительны органом ответчика, незаконно сбыл в Essentuky Baltic OU 243 000 бутылок емкостью 1л. бутилированной минеральной воды, имеющей на этикетках наименование: «Alley of Springs № 17 Produced by order of Essentuky Baltic OU», а 02.07.2020 в результате произведенного сотрудниками службы на Кавминводах УФСБ России по Ставропольскому краю в производственных и складских помещениях ответчика обнаружено 51 924 бутылок емкостью 1л. бутилированной минеральной воды, имеющей на этикетках то же наименование.

Указанное свидетельствует о том, что не смотря на утверждения ответчика об однократности нарушения и изъятия лишь одной партии продукции, фактически исключительное право истца на НМПТ «Ессентуки 17» нарушалось ответчиком значительно длительный период времени.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 308-ЭС22-9213 по делу N А63-13005/2020 (далее - Определение), компенсация за нарушение исключительных прав на средства индивидуализации подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости (абзацы 1 и 2 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ).

Исходя из изложенной позиции, иные обстоятельства, приведенные ответчиком в качестве оснований для снижения размера компенсации, отклоняются судом как несостоятельные, так как для установления суммы компенсации не имеют правового значения последствия, наступившие после допущения нарушения исключительных прав на средство индивидуализации, правовое значение имеет сам факт допущенного нарушения.

Других убедительных оснований для снижения размера компенсации, в нарушение ч. 1 ст. 65 АПК РФ, ответчик не представил.

Также, утверждая, что размер компенсации, заявленный истцом ко взысканию, подлежит уменьшению на доли иных правообладателей на НМПТ «Ессентуки 17», ответчик сослался на правовую позицию, изложенную Верховным судом РФ в том же Определении N 308-ЭС22-9213.

Однако, ответчик привел такой довод, основываясь на неверном толковании правовой позиции, изложенной в Определении, а также на неверном восприятии фактических обстоятельств дела.

Так, ответчиком в обобщенной правовой позиции – отзыве указано, что согласно Определению ВС РФ, когда правонарушитель использует одно НМПТ, исключительным правом на которое обладают несколько лиц, то доход, или двойная стоимость контрафактного товара составляет его доход от нарушения одновременно прав всех правообладателей. Данная сумма должна распределяться на всех обладателей исключительного права.

Вместе с тем, приведенная ответчиком трактовка является некорректной.

В строгом соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении ВС РФ, размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости (абзацы 1 и 2 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ). При этом исходя из пункта 3 (абзац 3) статьи 1252 ГК РФ в ситуации, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. Это является следствием того, что на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации имеется отдельное исключительное право и неправомерное использование такого результата нарушает данное исключительное право, что представляет собой отдельное правонарушение. В ситуации, когда несколько лиц обладают одним исключительным правом, исключения из общего правила не возникает, так как нарушено одно исключительное право. Соответственно, компенсация назначается за нарушение одного исключительного права, и соответствующий правовой подход нашел отражение в пункте 69 постановления Пленума N 10. При этом, поскольку обладателями нарушенного исключительного права являются несколько лиц, то суд определяет общий размер компенсации за допущенное нарушение и присуждает лицу, обратившемуся с иском, только тот размер компенсации, который соответствует его доле применительно к абзацу 3 пункта 3 статьи 1229 ГК РФ, если соглашением между сообладателями не установлено иное. Вместе с тем пункт 3 статьи 1252 ГК РФ не устанавливает какого-либо правила применительно к ситуации, когда нарушитель неправомерно использует один результат интеллектуальной деятельности или одно средство индивидуализации, в отношении которого предоставлено несколько исключительных прав разным лицам. Когда правонарушитель использует одно НМПТ, исключительным правом на которое обладают несколько лиц, то доход или двойная стоимость контрафактного товара составляет его доход от нарушения одновременно прав всех правообладателей, следовательно, доход или двойная стоимость товаров причитается всем обладателям исключительного права, за счет неправомерного использования исключительных прав которых он смог этот доход извлечь, то есть сумма дохода или двойной стоимости товара должна распределяться на всех обладателей исключительного права.

Вместе с тем, в Определении Верховный суд подчеркнул, что непривлечение к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета иска, недопустимо, мотивировав тем, что у такого лица есть самостоятельное право на предъявление к компании иска о взыскании подобной компенсации и принятый судебный акт может повлиять на его права.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлениях от 13.12.2016 N 28-П, от 13.02.2018 N 8-П, от 24.07.2020 N 40-П отметил, что в каждом конкретном случае меры гражданско-правовой ответственности, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем чтобы обеспечивалась их соразмерность совершенному правонарушению, а также соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств.

В соответствии с частью 1 статьи 8 АПК РФ арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

Судебная коллегия в Определении ВС РФ посчитала, что не привлечение в процесс иных правообладателей НМПТ приводит к невозможности достоверно определить соответствующую долю истца в подлежащей взысканию компенсации, и с учетом того, что на других правообладателей не распространяется преюдициальная сила судебного акта, может позволить неоднократное предъявление ими требований о взыскании компенсации с компании.

Таким образом, исходя из буквального толкования правовой позиции, изложенной в Определении ВС РФ, она устанавливает необходимость привлечения иных правообладателей не исключительно в целях определения долей всех правообладателей и взыскания только соответствующей доли каждого правообладателя. Ключевой задачей привлечения всех правообладателей на НМПТ и определение их долей выступает недопущение ущемления прав нарушителя исключительных прав на НМПТ, которое может выразиться в многократном увеличении взысканной суммы компенсации в случае, если каждый из правообладателей предъявит отдельный иск к нарушителю.

Как следует из правового обоснования заявленных исковых требований, ответчик допустил нарушение исключительных прав на НМПТ «Ессентуки 17», в связи с чем должен понести ответственность в соответствии с действующим законодательством в порядке и размере, установленном Гражданским кодексом Российской Федерации.

Истцом заявлена ко взысканию справедливая и разумная сумма компенсации. Более того, следует отметить, что истец основывает свои требования на подпункте 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ (в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения), тогда как ответчик приводит аргументы и нормы права, регулирующие иной способ защиты, ошибочно полагая, что истец взыскивает сумму компенсации исходя из двойного размера стоимости контрафактной продукции.

Заявленная истцом сумма компенсации значительно меньше той суммы, которая причиталась бы Истцу, если бы его требования основывались на подпункте 2 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С учетом письменно изложенной позиции соистца, отказавшегося от дальнейшего участия в деле (ООО «Тести»), по его соглашению с Истцом (ООО «КМВ-Вода») сумма их долей может быть присуждена только истцу.

Подобное процессуальное действие не противоречит действующему законодательству, нормам Гражданского кодекса Российской Федерации и правовой позиции, изложенной в Определении ВС РФ.

Еще одним правообладателем на НМПТ «Ессентуки 17», помимо истца и ООО «Тэсти», является третье лицо – АО «Кавминкурортресурсы», надлежащим образом привлеченное к участию в деле.

Частью 2 статьи 9 АПК РФ, лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга до начала судебного разбирательства. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Как следует из материалов дела, АО «Кавминкурортресурсы» на всем протяжении рассмотрения дела надлежащим образом уведомлялось о назначении судебных разбирательств, стороны направляли в адрес АО «Кавминкурортресурсы» приобщаемые к делу доказательства, правовые позиции.

Однако, АО «Кавминкурортресурсы», не смотря на предусмотренный ч. 2 ст. 9 АПК РФ риск наступления последствий несовершения процессуальных действий, не представило суду своей позиции относительно заявленной истцом суммы компенсации, не предоставило доказательств нарушения его исключительных прав на НМПТ «Ессентуки 17», не подтвердило, что ему также подлежит выделение доли суммы компенсации.

Как следует из Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции", отказ стороны от фактического участия в состязательном процессе, в том числе непредставление или несвоевременное представление отзыва на исковое заявление, доказательств, уклонение стороны от участия в экспертизе, неявка в судебное заседание, а также сообщение суду и участникам процесса заведомо ложных сведений об обстоятельствах дела в силу части 2 статьи 9 АПК РФ может влечь для стороны неблагоприятные последствия, заключающиеся, например, в отнесении на лицо судебных расходов (часть 5 статьи 65 АПК РФ), в рассмотрении дела по имеющимся в деле доказательствам (часть 4 статьи 131 АПК РФ), оставлении искового заявления без рассмотрения (пункт 9 части 1 статьи 148 АПК РФ), появлении у другой стороны спора возможности пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам (пункт 1 части 2 статьи 311 АПК РФ).

С учетом изложенного положения Постановления Пленума ВС РФ № 46, бездействие АО «Кавминкурортресурсы» трактуется судом как незаинтересованность во взыскании в свою пользу суммы компенсации в каком бы то ни было размере, что исключает необходимость расчета доли АО «Кавминкурортресурсы» в целях уменьшения суммы компенсации, заявленной истцом ко взысканию. Более того, произвести расчет доли АО «Кавминкурортресурсы», ввиду его процессуального бездействия, не представляется возможным ввиду непредставления последним соответствующих доказательств.

Более того, решением суда по делу А63-14364/2021, где АО«Кавминкурортресурсы» участвовал в качестве истца, было установлено, что АО«Кавминкурортресурсы» как на дату возбуждения уголовного дела, так и на дату признания истца потерпевшим по уголовному делу, не располагало сырьем, соответствующим характеристикам продукции, допустимым к выпуску под НМПТ «Ессентуки 17», что также исключает определение доли в каком-либо размере для взыскания в пользу АО «КМКР» даже в случае обращения последнего в суд с самостоятельными требованиями, ведь доля компенсации за неправомерное использование объекта интеллектуальной собственности должна определяться исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя.

Таким образом, с учетом принятого судом отказа от иска ООО «Тэсти», процессуального бездействия АО «Кавминкурортресурсы», сумма компенсации, заявленная истцом ко взысканию, может быть взыскана в пользу одного правообладателя на НМПТ «Ессентуки 17», что не противоречит действующему законодательству, правовой позиции ВС РФ, изложенной в определении, не приведет к ущемлению прав и законных интересов ответчика, а также будет способствовать восстановлению баланса интересов сторон с учетом допущенного ответчиком нарушения исключительных прав на НМПТ «Ессентуки 17».

Довод ответчика, изложенный в обобщенной правовой позиции – отзыве, о том, что сумма компенсации, заявленная истцом ко взысканию, должна быть уменьшена на сумму, подлежащую взысканию с третьего лица Essentuky Baltic OU, ввиду солидарной ответственности ответчика и третьего лица, подлежит отклонению судом в связи со следующим.

В силу части 1 статьи 322 Гражданского кодекса Российской Федерации, солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

Как ранее было указано, с учетом положений пункта 6.1 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, давшее поручение или задание незаконно использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, и лицо, исполнившее такое поручение или задание, перед правообладателем отвечают солидарно, за исключением случаев, когда лицо, действовавшее по поручению или заданию, не знало и не должно было знать о нарушении исключительного права правообладателя.

Вместе с тем, пунктом 71 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что требование о применении мер ответственности за нарушение исключительного права предъявляется к лицу, в результате противоправных действий которого было нарушено исключительное право. В случаях ряда последовательных нарушений исключительного права различными лицами каждое из этих лиц несет самостоятельную ответственность за допущенные нарушения.

Положение о солидарной ответственности применяется в случаях, когда нарушение исключительного права имело место в результате совместных действий нескольких лиц, направленных на достижение единого результата. В силу пункта 1 статьи 323 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать уплаты одной компенсации как от всех нарушителей совместно, так и от любого из них в отдельности, причем как полностью, так и в части.

Распределение ответственности лиц, совместно нарушивших исключительное право, друг перед другом по регрессному обязательству производится по правилам пункта 2 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть в размере, соответствующем степени вины каждого из причинителей вреда.

При этом не является обязательным участие в деле в качестве соответчиков всех лиц, последовательно допустивших различные нарушения исключительного права на результат интеллектуальной деятельности (например, выпуск, оптовую реализацию, розничную продажу контрафактных материальных носителей), а также всех нарушителей при совместном нарушении.

Essentuky Baltic OU привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. Третьим лицом приобщен в материалы дела отзыв на исковое заявление.

Вместе с тем, истец, правомерно руководствуясь положениями статьи 323 Гражданского кодекса Российской Федерации, настаивал на взыскании всей суммы компенсации только с ответчика, что не противоречит действующему законодательству.

С учетом приведенных обстоятельств и волеизъявления истца сумма компенсации подлежит взысканию с ответчика в полном объеме. Основания для уменьшения суммы компенсации на долю, соответствующую степени вины Essentuky Baltic OU, отсутствуют. Ответчик, в свою очередь, имеет право обратиться к Essentuky Baltic OU с требованием о выплате суммы компенсации в регрессном порядке.

Также ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности при обращении в суд с настоящим иском.

Заявление ответчика подлежит отклонению по следующим основаниям.

В обоснование пропуска истцом срока исковой давности ответчик утверждал, что из материалов уголовного дела № 12001070004021131 следует, что основанием для возбуждения дела послужило заявление представителя истца - ФИО5 и что в указанном заявлении представитель истца – ФИО5 сообщил Полковнику ОМВД России по г. Ессентуки ФИО6 все обстоятельства дела, в том числе о факте розлива продукции с наименованием «Alley of Springs №4 / №17». Также по мнению ответчика именно на основании поданного заявления 07.07.2020 года со стороны Управления ФСБ по Ставропольскому краю направлен запрос истцу исх. № 23/1416133 на представление информации, то есть иск, будучи поданным 05.08.2023, поступил в суд за пределами трехгодичного срока давности.

Однако, вопреки доводу ответчика, материалами дела установлено обратное.

Уголовное дело возбуждено на основании рапорта об обнаружении признаков состава преступления, поданного оперуполномоченным 1 отделения 2 отдела службы Кавминводах УФСБ России по Ставропольскому краю старшим лейтенантом ФИО3, т.е. первоначально проверку по факту совершения руководителем ответчика преступления проводила служба УФСБ, а в дальнейшем передала в ОМВД, что отражено в постановлении от 08.10.2020 о возбуждении уголовного дела.

Заявление представителя истца ФИО5, на которое ссылается ответчик как на основание возбуждения уголовного дела, подано на имя Начальника ОМВД России по г. Ессентуки полковнику полиции ФИО6, не в УФСБ. Данное обстоятельство достоверно подтверждает, что ответчик ошибочно считает, что заявлением ФИО5 было инициировано уголовное дело, и оно явилось основанием возбуждения уголовного дела.

В рамках ознакомления с материалами уголовного дела истцом получены фото-копии заявления ФИО5 Датой заявления является 07.10.2020. Заявление пронумеровано в уголовном деле под номером 122, тогда как документы-основания возбуждения уголовного дела в хронологическом порядке находятся в начале тома № 1, что дополнительно свидетельствует об отсутствии возможности именно заявлению ФИО5 быть основанием для возбуждения уголовного дела.

Кроме того, в материалах уголовного дела имеется сопроводительное письмо № 36/8712 от 30.09.2020 Заместителя начальника главного следственного управления полковника юстиции ФИО7, из существа которого следует, что материал проверки, зарегистрированный в КУСП 24.09.2020 за № 6267 на основании рапорта об обнаружении признаков состава преступления, направляется в ОМВД России по г. Ессентуки.

Истцом пояснено, что о нарушении его исключительных прав на НМПТ «Ессентуки 17» стало известно 07.07.2020 из запроса Управления ФСБ по Ставропольскому краю Истцу исх. № 23/1416133 о представление информации.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что уголовное дело не было и не могло быть инициировано ранее направленного истцу запроса УФСБ.

Обратного ответчиком суду не доказано. На вопрос суда о мнении ответчика относительно точной даты, когда истцу стало известно о нарушении его исключительного права, ответчик пояснить не смог, сославшись на отсутствие у него соответствующей информации.

Исковое заявление по настоящему делу поступило в информационную систему суда 05.08.2023 в 17:56, то есть по истечении 3 лет 29 дней.

Однако, согласно ч. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ.

В силу п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу п. 3 ст. 202 ГК РФ, если стороны прибегли к предусмотренной законом процедуре разрешения спора во внесудебном порядке (процедура медиации, посредничество, административная процедура и т.п.), течение срока исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения такой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к предусмотренному законом или договором досудебному порядку урегулирования спора, обращение к которому предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом или договором для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры (п. 3 ст. 202 ГК РФ).

После соблюдения сторонами досудебного порядка урегулирования спора течение срока исковой давности продолжается (п. 4 ст. 202 ГК РФ).

При этом из системного толкования п. 3 ст. 202 ГК РФ и ч. 5 ст. 4 АПК РФ следует диспозитивное правило, в соответствии с которым течение срока исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения претензионного порядка (с момента направления претензии до момента получения отказа в ее удовлетворении), непоступление ответа на претензию в течение 30 дней приравнивается к отказу в удовлетворении претензии, поступившему на 30 день. Если ответ на претензию не поступил и иное не оговорено в договоре, исковая давность приостанавливается на 30 дней.

Таким образом, течение срока исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения претензионного порядка (Определение Верховного Суда РФ от 16.10.2018 по делу N 305-ЭС18-8026, А40-43937/2017 (Определением Верховного Суда РФ от 24.01.2019 N 343-ПЭК18 отказано в передаче надзорной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Президиума Верховного Суда РФ); Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2021 N 15АП-14537/2021 по делу N А32-11768/2020; Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2021 N 15АП-12846/2021 по делу N А32-46754/2020; Определение Верховного Суда РФ от 16.06.2022 N 302-ЭС22-8562 по делу N А58-386/2020; Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 02.08.2023 N 307-ЭС23-884 по делу N А56-95214/2021).

В материалы дела истцом приобщена претензия от 05.07.2023, которая была направлена Ответчику заказным письмом в 17:41 05.07.2023. Получена претензия Ответчиком 13.07.

Письменный ответ на претензию направлен ответчиком уже в период рассмотрения искового заявления, то есть по истечении предусмотренного действующим законодательством срока на рассмотрение претензии.

В соответствии со ст. 191 ГК РФ, течение срока, определенного периодом времени, начинается на следующий день после календарной даты или наступления события, которыми определено его начало.

Учитывая тот факт, что претензия была направлена 05.07.2023, срок, на который приостанавливалось течение срока исковой давности, начал свое исчисление с 06.07.2023 и закончился 05.08.2023. Принимая во внимание то, что течение срока исковой давности приостанавливалось, Истец располагал еще двумя днями, которые остались после направления претензии ответчику.

Истец подал исковое заявление 05.08.2023, что свидетельствует об отсутствии факта пропуска истцом срока исковой давности.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, учитывая отсутствие доказательств того, что истец пропустил срок исковой давности при подаче иска, а также отсутствие доказательств, опровергающих доводы истца о нарушении его исключительных прав на НМПТ «Ессентуки 17» именно ответчиком (статья 65 АПК РФ), судом установлено что ответчик осуществлял производство контрафактной продукции, что является основанием для взыскания суммы компенсации за подобное нарушение.

В соответствии с частью 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статьи 65 АПК РФ о бремени доказывания, исходя из принципа состязательности сторон, согласно которому риск наступления последствий не совершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Истолковав вышеуказанные нормы применительно к рассматриваемому спору, а также исследовав конкретные обстоятельства настоящего дела и оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, суд считает требования общества с ограниченной ответственностью «Ессентукский завод минеральных вод на КМВ» подлежащими удовлетворению.

Согласно статье 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины взыскиваются со стороны, виновной в возникновении спора.

Размер государственной пошлины за рассмотрение настоящего иска в соответствии с нормами пункта 2 части 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации составляет 17 200 рублей.

При изложенных обстоятельствах, суд взыскивает расходы по уплате государственной пошлины в размере 17 200 рублей с ответчика.

Руководствуясь статьями 65, 110, 167-171, 180-182 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Принять отказ общества с ограниченной ответственностью «Тэсти» от требований к обществу с ограниченной ответственностью «Универсальный завод розлива минеральной воды «Аква-Вайт» о взыскании компенсации в солидарном порядке в пользу ООО «Тэсти». Производство по делу в этой части прекратить.

Признать контрафактной продукцией минеральную воду «Alley of Springs № 17 Produced by order of Essentuky Baltic OU», на этикетках которой размещено незаконно используемое наименование места происхождения товара «Ессентуки № 17».

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Универсальный завод розлива минеральной воды «Аква-Вайт» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Ессентукский завод минеральных вод на КМВ» сумму компенсации в размере 1 800 000 рублей, а также 17 200 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья В.В. Пузанова