Постановление от 15 августа 2023 г. по делу № А40-29466/2022

1075/2023-218016(2)



ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 09АП-40685/2023

Дело № А40-29466/22
г. Москва
15 августа 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 08 августа 2023 года Постановление изготовлено в полном объеме 15 августа 2023 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.В. Поташовой, судей А.С. Маслова, Н.В. Юрковой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего должника - ФИО1 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 22.05.2023 об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего должника ФИО1 о признании недействительным Брачного договора от 18.11.2015, заключенного между должником ФИО2 и ФИО3, вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

при участии в судебном заседании: от ФИО3 - ФИО4, по дов. от 12.05.2023 от АКБ «ТУСАР» в лице ГК «АСВ» - ФИО5, по дов. от 06.10.2021

от финансового управляющего ФИО1 - ФИО6, по дов. от 11.01.2023

ФИО2 - лично, паспорт иные лица не явились, извещены

У С Т А Н О В И Л:

решением Арбитражного суда города Москвы от 30.01.2023 г. ФИО2, в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1.

09.03.2023 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего должника ФИО1 о признании недействительным брачного договора, заключенного между должником и ФИО3, и о применении последствий признания сделки недействительной.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 22.05.2023 в удовлетворении заявления финансового управляющего должника ФИО1 о признании недействительным Брачного договора от 18.11.2015, заключенного между должником ФИО2 и ФИО3 отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, финансовый управляющий должника - ФИО1 обратился в Девятый арбитражный апелляционный

суд с апелляционной жалобой, в которой просит указанное определение суда первой инстанции отменить, заявленные требования удовлетворить.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями ч. 6 ст. 121 АПК РФ.

Дело рассмотрено в соответствии со ст.ст. 123, 156 АПК РФ.

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель апеллянта поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представители ФИО3, АКБ «ТУСАР» в лице ГК «АСВ» и ФИО2 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, представили суду письменные позиции, приобщенные судом к материалам дела.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Исследовав доказательства, представленные в материалы дела, оценив их в совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями ст. 71 АПК РФ, с учетом установленных обстоятельств по делу, апелляционный суд считает доводы жалобы необоснованными в силу следующего.

Как следует из заявления и материалов обособленного спора, установлено судом первой инстанции, 18 ноября 2015 года между ФИО2 и ФИО3 был заключен Брачный договор, согласно которому установлен следующий режим раздельной собственности супругов:

• Квартира, находящаяся по адресу: <...>, признается собственностью ФИО3;

• Квартира, находящаяся по адресу: Ростовская область, г. Ростов-на-Дону, Кировский район, пер. Крыловской, д. 10/13, кв. 37 признается собственностью ФИО3;

• Земельный участок, общей площадью 1800 кв.м. кадастровый номер: 50:03:007 01 23:0006, расположенный по адресу: Московская область, Клинский район, д. Степанцево, уч. 126-а признается собственностью ФИО3;

• Земельный участок, общей площадью 1400 кв.м. кадастровый номер: 50:03:007 01 23:0004, расположенный по адресу: Московская область, Клинский район, д. Степанцево, уч. 126 признается собственностью ФИО3;

• Автомобиль марки HONDA CR-V, год выпуска 2014, идентификационный номер (VIN) <***>, Свидетельство о регистрации ТС 77 29 № 126047, выдано ГИБДД МО ГИБДД ТНЭР № 2 ГУ МВД России по г. Москве 30.09.2014 признается собственностью ФИО3;

• Все нажитые средства, в том числе на вкладах в банках, расчетных счетах признаются собственностью ФИО3.

При этом за ФИО2 не было признано право собственности ни на какое имущество.

Финансовый управляющий должника считает, что указанный Брачный договор является недействительной сделкой на основании статей 10,168, 170 ГК РФ, как совершенная с злоупотреблением сторонами сделки своими правами.

По его мнению, совершение ФИО2 оспариваемой сделки привело к уменьшению размера имущества должника, а также к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам за счет его имущества.

Согласно ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ и ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127- ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)".

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона. В соответствии с п. 1 ст. 61.1. Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно п. 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве, право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Правила главы III.1 Закона о банкротстве об оспаривании сделок должника могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации (пункт 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Как следует из разъяснений, приведенных в подп. 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут в частности оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Согласно статье 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В силу статьи 44 СК РФ брачный договор может быть признан недействительным по основаниям, предусмотренным ГК РФ для недействительных сделок.

Согласно абз. 4 п. 4 постановления Пленума ВАС РФ № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. ст. 10, 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Как установлено п. 1 ст. 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Арбитражный суд учитывает, что злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему субъективного права, сопряженное с

нарушением, установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

С учетом разъяснений, содержащихся в названном постановлении N 32, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 ГК РФ является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов конкурсных кредиторов должника.

По смыслу соответствующих разъяснений, переквалификация сделки по основаниям, указанным в статьях 10, 168 и 170 ГК РФ возможна только при наличии в действиях должника и кредитора признаков злоупотребления правом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556, абзац четвертый пункта 4 Постановления N 63).

Для квалификации сделки как совершенной при злоупотреблении правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны намеревались реализовать противоправный интерес.

Дело о банкротстве ФИО7 возбуждено определением Арбитражного суда города Москвы от 24.02.2022, а спорная сделка совершена супругами 18.11.2015.

Финансовый управляющий ссылается на то, что спорная сделка совершена в период после того, как приказом Банка России от 18.09.2015 No ОД- 2480 отозвана лицензия у кредитной организации АО «ТУСАРБАНК», где он в период с 01.06.2015 по 11.08.2015 занимал должность заместителя Председателя Правления Банка, а с 11.08.2015 по 14.09.2015

- временно исполняющего обязанности Председателя Правления АО «Тусарбанк».

Также, на момент совершения оспариваемой сделки, определением Арбитражного суда города Москвы от 01.10.2015 было принято заявление Банка России о признании несостоятельным (банкротом) АО "Тусарбанк", возбуждено производство по делу № А40181212/15.

Таким образом, по мнению финансового управляющего, должник должен был предполагать о возможности привлечения его, как одного из контролирующих должника лиц АО "Тусарбанк", к субсидиарной ответственности.

Между тем, должник являлся контролирующим должника лицом всего 3,5 месяца и на момент совершения оспариваемой сделки не являлся сотрудником АО "Тусарбанк".

Задолженность ФИО7 перед АО «Тусарбанк» установлена определением Арбитражного суда города Москвы от 30.01.2019 по делу № А40-181212/15- 88-314 «Б», следовательно о наличии задолженности перед единственным кредитором должнику стало известно только 30.01.2019, т.е. более чем через три года после заключения оспариваемого Брачного договора.

Таким образом, на момент заключения Брачного договора должник не имел задолженности перед кредитором АО «Тусарбанк», а также ни перед иными кредиторами.

Суд первой инстанции правильно установил, что заявителем не доказано, что оспариваемая сделка имела противоправный умысел, совершена с целью причинения имущественного вреда кредиторам.

Как указано в определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069 по делу N А40-17431/2016 во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О

некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", далее - постановление N 63).

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником- банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления N 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886).

В этом же определении указано, что даже при доказанности всех признаков, на которых настаивал конкурсный управляющий, у судов не было бы оснований для выхода за пределы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а для квалификации правонарушения по данной норме отсутствовал как минимум один из обязательных признаков - трехлетний период подозрительности.

В апелляционной жалобе финансовый управляющий указывает на то, что судом первой инстанции якобы не приняты во внимание обстоятельства заключения брачного договора между ФИО2 и ФИО3, не дана оценка факта заключения данного договора в короткий срок после отзыва лицензии у АО

«ТУСАРБАНК» приказом Банка России от 18.09.2015 № ОД-2480, а также возбуждения производства по делу № А40-181212/15.

При этом финансовый управляющий ФИО1 в своей апелляционной жалобе указывает, что ФИО2 в период с 11.08.2015 по 18.09.2015 (дата отзыва у банка лицензии) занимал должность временно исполняющего обязанности Председателя Правления Банка.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции ФИО2 приобщена к материалам дела копия трудовой книжки и приказа об увольнении, согласно которым он был уволен с занимаемой должности 14.09.2015 года, то есть до отзыва у банка лицензии.

Единственным кредитором ФИО2 является АО «ТУСАРБАНК», наличие задолженности перед которым было установлено Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.01.2019г. по делу № А40-181212/15-88-314 «Б».

Процедура конкурсного производства в отношении АО «ТУСАРБАНК» введена 25.11.2015 года, то есть после заключения брачного договора от 18.11.2015г.

Таким образом, доводы финансового управляющего, указанные в апелляционной жалобе, опровергаются материалами дела, которым судом первой инстанции была дана надлежащая оценка.

В апелляционной жалобы финансовый управляющий указывает на заинтересованность сторон, безвозмездный характер сделки, в результате чего ФИО2 не получено прав личной собственности на какое-либо имущество.

Данные доводы также опровергаются имеющимися в материалах дела доказательствами и письменным пояснениями ФИО3 и ФИО2 о фактических обстоятельствах заключения брачного договора.

20 сентября 1997 заключен брак между ФИО2 и ФИО8 (после заключения брака присвоена фамилия - ФИО9).

В период брака были рождены двое детей: - ФИО10, дата рождения - 13.02.1998г.; - ФИО11, дата рождения- 16.01.2003г.

Как указывает ФИО2, брачные отношения между супругами фактически прекращены в начале 2015 года, однако официально брак расторгнут только 23.08.2016, так как супруги пытались сохранить семью в интересах двух несовершеннолетних детей. В связи с фактическим прекращением брачных, отношений в ноябре 2015 года супруги приняли решение разделить нажитое в период брака имущество. В августе 2015 года мною - ФИО2 со счета в банке были сняты денежные средства в размере более 14 миллионов рублей. Выписки банка о снятии денежных средств были приобщены к материалам дела в судебном заседании при рассмотрении дела в суде первой инстанции. При разделе общего имущества нами было достигнуто соглашение о том, что всё недвижимое имущества и автомобиль будут являться собственностью моей бывшей супруги, так как со ней оставались жить наши несовершеннолетние дети и фактически недвижимое имущество было оставлено мною в интересах детей. Взамен того, что недвижимое имущество и автомобиль переходили в собственность бывшей супруги, она обязалась не претендовать на хранившиеся у меня наличные денежные средства в размере более 14 миллионов рублей. Так как на дату заключения брачного договора (18.11.2015г.) денежные средства хранились не на счетах, а в наличной форме в моем распоряжении, то они в брачном договоре прямо не упомянуты, но это являлось условием, при котором я был готов изменить режим совместной собственности имущества, упомянутого в брачном договоре Также в брачном договоре от 18.11.2015г. не фигурирует автомобиль СУЗУКИ ГРАНД ВИТАРА 2008 года выпуска, VIN <***>, государственный регистрационный знак - <***> который также оставался в моей собственности после заключения брачного договора и в последствии был исключен из конкурсной массы определением суда от 20.04.2023г. Сохранение данного автомобиля за мной также являлось одним из условий заключения брачного договора. Кроме того, одним из предметов брачного договора от 18.11.2015г. являлась квартира, расположенная по адресу: <...>, которая была

приобретена на денежные средства, подаренные родителями супруги в 2008 году, и в силу пункта 1 статьи 36 Семейного кодекса РФ не являлась общим имуществом супругов, а являлась собственностью ФИО3.

Таким образом, вопреки заявлению финансового управляющего, брачный договор от 18.11.2015г. являлся сделкой, в результате которой стороны приобрели равноценное имущество: супруга - объекты недвижимости и автомобиль, а супруг -наличные денежные средства в размере более 14 миллионов рублей, а также автомобиль СУЗУКИ ГРАНД ВИТАРА 2008 года выпуска, VIN <***>, государственный регистрационный знак - <***>.

Заявление о признании ФИО2 банкротом принято к производству Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.02.2022г. по делу № А40-29466/22-74-63 Ф. Оспариваемая сделка совершена 18.11.2015г., то есть за пределами трехлетнего периода подозрительности сделок, установленного законодателем.

Между тем, в данном деле, как верно установлено судом первой инстанции, финансовый управляющий не доказал наличие в оспариваемой уступке требования пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов определения суда первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о вынесении судом первой инстанции определения с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, при правильном применении норм материального и процессуального права.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда г. Москвы от 22.05.2023 по делу № А40-29466/22 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: Ж.В. Поташова

Судьи: А.С. Маслов

Н.В. Юркова