Постановление от 30 октября 2019 г. по делу № А07-9952/2017



АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6898/19

Екатеринбург

30 октября 2019 г.


Дело № А07-9952/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 23 октября 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 октября 2019 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Пирской О.Н.,

судей Павловой Е.А., Плетневой В.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы Ворониной Нины Сергеевны, Воронина Вячеслава Андреевича (далее - Воронина Н.С., Воронин В.А., ответчики) на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 03.06.2019 по делу № А07-99552/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, извещенные надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

Решением арбитражного суда от 27.06.2017 общество с ограниченной ответственностью «Кондор-С» (далее - общество «Кондор-С», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена Коновалова Динара Асгатовна (далее - конкурсный управляющий, Коновалова Д.А.).

Конкурсный управляющий Коновалова Д.А. 24.09.2018 обратилась в арбитражный суд с заявлениями, в которых просила (с учетом принятого судом уточнения требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации):

1) признать сделку от 26.09.2016 по возврату Воронину В.А. займов по договорам № 26 от 11.05.2016, № 29 от 24.05.2016, № 37 от 05.08.2016 на сумму 3 000 000 руб., по договору № 37 от 05.08.2016 на сумму 998 000 руб., сделку от 30.12.2016 по погашению задолженности перед Ворониным В.А. по подотчетным суммам (отчеты № 1-12 от 31.12.2016) по аренде по договору аренды помещения № 2 от 26.10.2012 на сумму 532 813 руб. 41 коп. недействительными, применить последствия недействительности сделок в виде обязания ответчика возвратить в конкурсную массу денежные средства в размере 2 653 123 руб. 51 коп.;

2) признать сделку от 30.12.2016 по погашению задолженности перед Ворониной Н.С. в размере 4 063 488 руб. 43 коп. по договору аренды оборудования (иных технических средств) № 2 от 31.12.2010 недействительной, применить последствия недействительности сделки в виде обязания ответчика возвратить в конкурсную массу денежные средства в размере 2 653 123 руб. 51 коп.

Определением суда от 21.02.2019 указанные заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением от 03.06.2019 заявления конкурсного управляющего общества «Кондор-С» Коноваловой Д.А. удовлетворены.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2019 определение суда первой инстанции от 03.06.2019 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, Воронина Н.С., Воронин В.А. обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационными жалобами, в которых просят определение от 03.06.2019 и постановление от 01.08.2019 отменить, принять по делу новый судебный акт, которым конкурсному управляющему в удовлетворении заявленных требований отказать в полном объеме.

По мнению заявителей, срок для оспаривания конкурсным управляющим вышеуказанных сделок подлежит исчислению с момента истечения месяца с даты утверждения конкурсного управляющего - с 22.06.2017, либо с 02.08.2017 (дата получения управляющим выписки с расчетного счета должника) ссылается в данной части на пункт 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63). Таким образом, как полагают заявители, финансовым управляющим пропущен годичный срок исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления. Также заявители кассационных жалоб ссылаются на нарушение судами норм материального права, выразившееся в неправильном применении положений статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и неприменении пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве); указывают, что в настоящем споре судами не установлен и конкурсным управляющим не доказан факт злоупотребления правом сторонами при совершении платежей. Кроме того, заявители ссылаются на недоказанность конкурсным управляющим признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на момент совершения оспариваемых платежей.

В отзыве на кассационную жалобу Управление Федеральной налоговой службы по Республике Башкортостан (далее - уполномоченный орган) просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, а кассационные жалобы Ворониной Н.С., Воронина В.А. без удовлетворения. Считает вышеуказанные судебные акты законными и обоснованными, а доводы заявителей кассационных жалоб несостоятельными, подлежащими отклонению.

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в ходе конкурсного производства конкурсным управляющим в результате проведенного анализа документов должника было установлено, что должником в течение трех лет до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом в пользу Воронина В.А. и Ворониной Н.С. были совершены операции по перечислению денежных средств в счет исполнения должником своих обязательств по возврату денежных средств, полученных от Воронина В.А. по договорам займа, заключенным 05.08.2016, 24.05.2016, 11.05.2016, а также в счет исполнения должником своих обязательств по договору аренды помещения № 2 от 26.10.2012, и в счет исполнения должником своих обязательств перед Ворониной Н.С. по договору аренды оборудования (иных технических средств) № 2 от 31.12.2010.

Согласно выписке по операциям на счете общества «Кондор-С» в публичном акционерном обществе «Сбербанк России» за период с 10.01.2012 по 06.02.2017 в период с 26.09.2016 по 30.12.2016 совершены следующие перечисления:

- 26.09.2016 со счета должника совершена операция по перечислению Воронину В.А. денежных средств в размере 3 000 000 руб. с назначением платежа - возврат займов по договорам № 13 от 18.03.16, № 16 от 24.03.16, № 20 от 19.04.16, № 23 от 27.04.16 НДС не облагается;

- 30.12.2016 со счета должника совершена операция по перечислению Воронину В.А. денежных средств в размере 998 000 руб. с назначением платежа – возврат займов по договору № 37 от 05.08.16 НДС не облагается;

- 30.12.2016 со счета должника совершена операция по перечислению Воронину В.А. денежных средств в размере 532 813 руб. 41 коп. с назначением платежа – задолженность по подотчетным суммам авансовые отчеты № 1-12 от 31.12.2016, по аренде по договору аренды помещения № 2 от 26.10.12 НДС не облагается;

- 30.12.2016 со счета должника совершена операция по перечислению Ворониной Н.С. денежных средств в размере 4 063 488 руб. 43 коп. с назначением платежа – за аренду по договорам № 2 от 31.12.2010, № 1 от 01.12.2016, № 1 от 12.01.2015 НДС не облагается.

Полагая, что совершение оспариваемых платежей в пользу заинтересованных лиц произведено с нарушением норм действующего законодательства, в период, когда должник отвечал признакам неплатежеспособности, и имело целью причинить вред имущественным правам кредиторов должника, конкурсный управляющий общества «Кондор-С» обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением об оспаривании данных сделок на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суды первой и апелляционной инстанций, удовлетворяя заявленные финансовым управляющим требования, руководствовались положениями, статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61.2 Закона о банкротстве, исходили из доказанности наличия всех условий для признания спорных платежей недействительными.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность судебных актов с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа оснований для отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции не усматривает.

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка) установлена пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пунктам 5-7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Закона о банкротстве» (далее – постановление Пленума № 63), для признания подозрительной сделки недействительной по указанному основанию необходима доказанность совокупности следующих обстоятельств: вред имущественным правам кредиторов от совершения сделки, наличие у должника цели причинения вреда и осведомленность другой стороны об этой цели.

Так, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При определении наличия признаков неплатежеспособностиили недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 36 и 37 статьи 2 Закона о банкротстве, согласно которымпод неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств; при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное;под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должниканад стоимостью имущества (активов) должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что, в силу абзаца 35 статьи 2 Закона о банкротстве,под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику,а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требованийпо обязательствам должника за счет его имущества.

При этом предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Поскольку в период совершения спорных платежей единоличным исполнительным органом и учредителем общества «Кондор-С» являлся Воронин В.А., Воронина Н. С. является супругой Воронина В. А., суды пришли к верному выводу о наличии заинтересованности указанных лиц по отношению друг к другу по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, и, как следствие, о доказанности факта осведомленности лиц, в адрес которых с банковского счета должника осуществлялись оспариваемые платежи.

В данном случае, суды первой и апелляционной инстанций, изучив фактические обстоятельства настоящего спора и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, пришли к выводу, что данные сделки подпадают под период подозрительности, предусмотренный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, платежи совершены в отношении заинтересованных лиц, при этом на момент совершения платежей у должника имелись неисполненные обязательства перед независимыми кредиторами (уполномоченным органом и обществом «АСТ-Гарант»), требования которых включены в реестр требований кредиторов должника и до настоящего времени не погашены по причине отсутствия у должника имущества и денежных средств, то есть результатом совершения спорных сделок по уплате Воронину В. А., Ворониной Н. И. денежных средств в заявленной сумме явилось причинение имущественного ущерба независимым кредиторам должника вследствие утраты ими возможности удовлетворения их требований за счет соответствующих денежных средств должника.

Оценивая добросовестность поведения сторон, суды, учитывая, что Ворониным В. А не представлено каких-либо удовлетворительных объяснений относительно факта уплаты должником денежных средств фактически аффилированным с ним лицами при неисполнении должником денежных обязательств перед независимыми кредиторами, которые могли бы свидетельствовать о наличии иной цели спорных платежей, помимо причинения вреда имущественным правам независимых кредиторов должника, в отсутствие доказательств, безусловно свидетельствующих о предоставлении равноценного встречного предоставления по оспариваемым сделкам, в том числе по арендным платежам, пришли к выводу, что они были направлены на выведение активов из состава имущества должника.

В этой связи судебные инстанции правомерно признали оспоренные платежи недействительными сделками и, руководствуясь статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, применили последствия недействительности сделки.

В отношении платежей по займу судом округа принимается во внимание, что изъятие вложенного единственным участником не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера). Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как совершенные со злоупотреблением правом.

Обязательства должника перед своими учредителями (участниками), вытекающие из такого участия, носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота. Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью.

При этом моменты выявления налоговой недоимки, наступление срока оплаты по договору оказания услуг, правовое значение не имеют, поскольку соответствующие долговые обязательства объективно существовали в момент изъятия ранее предоставленного финансирования.

Доводы заявителей о недоказанности наличия у должника на момент совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности, его нахождении в финансово устойчивом состоянии отклоняются судом округа как необоснованные; как усматривается из определений суда о включении требований в реестр требований кредиторов по настоящему делу о банкротстве, непогашенная в настоящее время задолженность должника перед кредиторами начала формироваться в третьем квартале 2016 году. Судами судами учтено, что доказательств того, что к моменту перечисления спорных средств, должник обладал иным имуществом в объеме, достаточном для проведения расчетов с кредиторами, в материалах не имеется.

Суд исходит также из того, что, являясь разумным и добросовестным участником гражданского оборота, должник обязан был рассчитывать свои финансовые возможности и предвидеть необходимость исполнения обязательств перед своими кредиторами, срок исполнения которых наступит в ближайшем будущем. В названной ситуации совершение рассматриваемых платежей очевидно преследовало единственную цель - причинить вред имущественным правам кредиторов.

В реестр требований кредиторов включены требования двух кредиторов: требование заявителя по делу о банкротстве должника общества «Кондор-С» общества с ограниченной ответственностью «АСТ-Гарант» (далее общество «АСТ-Гарант») в размере 365 000 руб., основанное на договоре оказания юридических услуг и требование уполномоченного органа в общем размере 1 648 982 руб. 97 коп., в том числе: основной долг - 1 615 988 руб. 53 коп., пени - 32 994 руб. 44 коп., причем требования ФНС составляют около 82% от общего числа кредиторских требований.

Фактически совершенные платежи опосредуют отчуждение ликвидных активов в пользу заинтересованных по отношению к должнику лиц в условиях неплатежеспособности последнего и в отсутствие адекватного встречного предоставления.

Довод заявителей жалобы о необоснованном признании спорных сделок недействительными по основаниям статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации судом округа отклоняется, поскольку данное обстоятельство не опровергает наличия установленной судами совокупности условий для признания спорных платежей недействительными, в том числе по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Позиция заявителей относительно порядка применения срока исковой давности основана на ошибочном толковании норм материального права (статья 61.6 Закона о банкротства, пункт 32 постановление Пленума N 63).

Законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо (конкурсный управляющий) фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

Делая вывод о том, что срок исковой давности не пропущен, суды исходили из того, что в данном случае, с учетом конкретных обстоятельств спора, вывод о возможности оспаривания сделок конкурсный управляющий мог сделать лишь после получения документов из компетентных органов в ответ на свои запросы и их анализа, с учетом отсутствия в материалах дела доказательств, свидетельствующих о том, что конкурсному управляющему непосредственно в сроки, установленные пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве (трехдневный срок с момента утверждения конкурсного управляющего) были переданы документы, из анализа которых конкурсный управляющий оперативно мог получить информацию о спорных сделках.

Специальный годичный срок для оспаривания сделки должника по правилам главы III.1 Закона о банкротстве (статья 61.9 Закона о банкротстве) и общий трехлетний срок (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации), управляющим не пропущен.

При таких обстоятельствах суд округа приходит к выводу о том, что доводы, на которые ссылаются в кассационных жалобах заявители, не опровергают выводов судов о наличии оснований для признания спорных сделок недействительными и не свидетельствуют о наличии оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 03.06.2019 по делу № А07-99552/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы Ворониной Нины Сергеевны, Воронина Вячеслава Андреевича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий О.Н. Пирская


Судьи Е.А. Павлова


В.В. Плетнева