Постановление от 15 апреля 2019 г. по делу № А56-25275/2017

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-25275/2017
15 апреля 2019 года
г. Санкт-Петербург
/сд2

Резолютивная часть постановления объявлена 09 апреля 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме 15 апреля 2019 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Тойвонена И.Ю.

судей Копыловой Л.С., Медведевой И.Г.

при ведении протокола судебного заседания: Прониным А.Л.

при участии:

от финансового управляющего Быченкова В.А.: Гусак М.А. по доверенности от 25.10.2018

от Денисова В.А.: Соломатова Ю.В. по доверенности от 22.10.2018, Денисов В.А., паспорт

от Денисова Ю.А.: Соломатова Ю.В. по доверенности от 19.10.2018

от ПАО «Сбербанк России»: Петров В.Ю. по доверенности от 14.04.2017

от иных лиц: не явились, извещены

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-2607/2019) финансового управляющего Быченкова В.А. на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.12.2018 по делу № А56-25275/2017/сд.2 (судья Ю.А. Раннева), принятое по заявлению финансового управляющего Быченкова Виктора Андреевича об оспаривании сделки должника с Денисовым Юрием Анатольевичем в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Денисова Вячеслава Анатольевича,

установил:

Определением от 31.10.2017 в отношении Денисова Вячеслава Анатольевича введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден Громов Андрей Николаевич.

Решением от 17.04.2018 должник признан банкротом, введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден Быченков Виктор Андреевич.

Финансовый управляющий Быченков В.А. обратился с заявлением о признании недействительным договора дарения земельного участка и здания (жилого дома) от 30.12.2014, заключенного между Денисовым В.А. и Денисовым Юрием Анатольевичем; применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника принадлежавшего ему земельного участка с кадастровым №47:23:0152001:346 по адресу: Ленинградская область, Гатчинский муниципальный район, Войсковицкое сельское поселение, дер. Тяглино, д. 59 площадью 1200 кв.м. и здания (жилого дома) площадью 129,8 кв.м., с кадастровым № 47:23:0152001:91 по названному адресу.

Уточнив требование в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, финансовый управляющий указал, что фактически должником заключено два договора дарения (земельного участка и 1/2 доли в праве на жилой дом), просил признать недействительными заключенные между должником и его братом Денисовым Ю.А. договор от 11.12.2014 дарения названного земельного участка, договор от 11.12.2014 дарения 1/2 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом (назначение жилое, площадь застройки 129,8 кв. м, инв. № 38169, лит. Б, этажность-2) по названному адресу; применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника земельного участка и 1/2 доли в праве на жилой дом.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.12.2017 в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционной жалобе финансовый управляющий Быченков В.А. на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.12.2018 отменить, ссылаясь на то, что управляющим доказано, что даритель Денисов В.А. (должник) при заключении оспариваемых договоров намеревался причинить вред имущественным интересам кредиторов. Управляющий указывает на то, что на момент заключения договора дарения от 11.12.2014 должник имел денежные обязательства перед несколькими кредитными организациями и юридическим лицом. Впоследствии в результате образовавшейся задолженности кредиторы обратились в суд с заявлениями о включении их требований в реестр требований кредиторов должника и их требования были включены в реестр требований. Управляющий указывает на то, что на момент заключения договора Денисов В.А. знал о наличии непогашенной задолженности перед ООО «Лист СПб», которая впоследствии не была погашена и включена в реестр требований кредиторов должника. Быченков В.А. полагает, что безвозмездные сделки были совершены в условиях неплатежеспособности должника в отношении аффилированного лица – близкого родственника.

В отзыве на апелляционную жалобу ПАО «Сбербанк России» просит определение суда первой инстанции от 21.12.2018 отменить и удовлетворить апелляционную жалобу финансового управляющего.

В отзыве на апелляционную жалобу Денисов В.А. просит определение суда первой инстанции от 21.12.2018 оставить без изменения, считая судебный акт законным и обоснованным.

Отзыв на апелляционную жалобу в порядке ст. 262 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее - АПК РФ) не направлен.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

Представитель финансового управляющего и ПАО «Сбербанк России» доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержали.

Представитель Денисова В.А. и Денисова Ю.А., лично Денисов В.А. против удовлетворения апелляционной жалобы возражали. Просили судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с абз. 2 п. 7 ст. 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

Пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29 июня 2015 года №154-ФЗ) применяется к совершенным с 01 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010 года №63) разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Поскольку спорный договор заключен до 01 октября 2015 года, должник на момент совершения спорной сделки не являлся индивидуальным предпринимателем (в ЕГРИП отсутствуют сведения о наличии у должника статуса индивидуального предпринимателя на момент совершения оспариваемой сделки), по своему характеру сделка предпринимательской не является, спорная сделка может быть оспорена только по признакам ее ничтожности, в частности на основании статьи 10 ГК РФ.

Согласно статье 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действуя в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В силу пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 апреля 2009 года №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес; установить факт заключения сделки с намерением причинить вред другому лицу; установить имелись у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов.

В силу части 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Само по себе совершение дарения, то есть безвозмездной сделки в отношении близкого родственника, не может свидетельствовать о злоупотреблении правом с учетом установленных выше целей совершения этой сделки.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, обе стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

В данном случае таких доказательств финансовым управляющим не представлено.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что само по себе совершенное должником дарение в пользу брата в части права на земельный участок и доли в жилом доме, не подпадает под какие-либо запреты дарения, установленные статьей 575 ГК РФ, и с учетом фактических обстоятельств может быть квалифицировано, как обычное поведение граждан в отношениях близких родственников.

Действующим законодательством не запрещено собственнику распоряжаться своим имуществом, такое поведение не выходит за рамки разумного для добросовестного гражданина. Безвозмездное отчуждение имеющегося у гражданина имущества в отсутствие договорных обязательств, заведомо препятствующих такому отчуждению, не свидетельствует о наличии злоупотребления правом со стороны должника и второй стороны сделки.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что в рассматриваемом случае реализация принадлежащего должнику актива в виде 1/2 доли жилого дома и земельного участка, на котором такой дом расположен и который не может быть использован в иных целях, кроме как для эксплуатации указанного жилого дома не преследовала цели заведомого причинения вреда кредиторам должника.

Неплатежеспособностью в силу статьи 2 Закона о банкротстве признается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. Недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

При решении вопроса о том, должен ли был ответчик знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что обязательства должника, которые в настоящее время включены в реестр требований кредиторов в деле о его банкротстве, являлись, в основном, обязательствами должника, как поручителя, отвечающего солидарно с основным должником (ООО «Петрометалл») при условии наличия нарушений со стороны основного должника.

В период совершения оспариваемой сделки у Денисова В.А. отсутствовали основания полагать, что имеются какие-либо неисполненные обязательства перед указанными кредиторами со стороны ООО «Петрометалл». На момент совершения оспариваемой сделки дарения Обществом обязательства выполнялись в полном объеме, ООО «Петрометалл» располагало активами, в полном объеме покрывающими его обязательства. Каких-либо требований ни к основному должнику ООО «Петрометалл», ни к поручителю Денисову В.А. со стороны кредиторов не предъявлялось. Все обращения направлены кредиторами в суд спустя более полугода с даты совершения оспариваемой сделки. При этом у должника не могли возникнуть сомнения в платежеспособности ООО «Петрометалл», поскольку за месяц до совершения сделки Обществу был выдан очередной кредит ПАО «Банк ВТБ», притом. что Общество, как указано выше. располагало активами, объем и оценка которых позволяли полагать, что соответствующие кредитные обязательства будут исполнены и обеспечены.

При этом, апелляционным судом принято во внимание и дана оценка тому обстоятельству, что ООО «Петрометалл» кредитовался в течение всей своей деятельности, в том числе под поручительство его учредителей и руководства, с учетом того, что без выдачи личного поручительства со стороны лиц, имеющих отношение к деятельности ООО «Петрометалл», кредитные организации не оформляли в окончательном виде кредитные договоры. Само по себе наличие у Денисова В.А. акцессорных обязательств в виде поручительства непосредственно не влечет запрета на нахождение личного имущества должника в гражданском обороте, и не налагает прямых ограничений на совершение им сделок с имуществом.

Таким образом, на момент совершения договора дарения должник добросовестно полагал, что ООО «Петрометалл» выполняет и выполнит свои обязательства перед кредитными организациями и иными контрагентами, ликвидных активов Общества хватит для погашения и исполнения имеющиеся у него обязательства. Доказательств подтверждающих, что должник действительно имел намерение причинить имущественный вред правам и законным интересам кредиторов при заключении оспариваемых договоров, в материалы обособленного спора не представлено.

Согласно п.п. 1, 3 ст. 213.25. Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3: из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

В силу ст. 446 ГПК РФ взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи оно является единственным пригодным для постоянного

проживания помещением, а также на земельные участки, на которых расположены такие жилые помещения.

Имущество, на которое не может быть обращено взыскание по исполнительным документам, указано в статье 446 ГПК РФ, в части 1 которой установлено, что взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на следующее имущество, принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности: жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Право гражданина на жилище предусмотрено статьей 40 Конституции Российской Федерации.

Как разъяснено в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.01.2012 N 14-О-О, статья 446 ГПК РФ содержит исчерпывающий перечень видов имущества граждан, на которое в системе действующего правового регулирования запрещается обращать взыскание по исполнительным документам в силу целевого назначения данного имущества, его свойств, признаков, характеризующих субъекта, в чьей собственности оно находится.

Конституция Российской Федерации, провозглашая признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина обязанностью государства (статья 2), гарантирует каждому свободу экономической деятельности, право иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами, защиту указанных прав и свобод, в том числе судебную защиту, реализуемую на основе равенства всех перед законом и судом (статья 8; статья 19, части 1 и 2; статья 35, части 1 и 2; статья 45, часть 1; статья 46, часть 1).

Право собственности и иные имущественные права - в силу статей 7, 15 (часть 2), 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 46 и 55 (части 1 и 3) Конституции Российской Федерации и исходя из общеправового принципа справедливости - подлежат защите на основе соразмерности и пропорциональности, с тем чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота - собственников, кредиторов, должников; возможные ограничения федеральным законом прав владения, пользования и распоряжения имуществом, свободы предпринимательской деятельности и свободы договоров также должны отвечать требованиям справедливости, быть адекватными, пропорциональными, соразмерными, носить общий и абстрактный характер, не иметь обратной силы и не затрагивать существо данных конституционных прав, т.е. не ограничивать пределы и применение соответствующих конституционных норм; сама же возможность ограничений и их характер должны обусловливаться необходимостью защиты конституционно значимых ценностей, включая достойную жизнь и свободное развитие человека, обеспечение которых составляет обязанность государства, а также право каждого на жилище (статья 7; статья 40; статья 56, часть 3, Конституции Российской Федерации).

Поскольку в силу статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина имеет в качестве своего объективного предела воспрепятствование реализации прав и свобод других лиц, причинение вреда их конституционно гарантированным интересам, федеральный законодатель, создавая условия, обеспечивающие равную судебную защиту прав кредитора (взыскателя) и должника (ответчика), должен исходить из того, что возникающие коллизии их законных интересов во всяком случае не могут преодолеваться путем предоставления защиты одним правам в нарушение других, равноценных по своему конституционному значению.

В таких случаях права и законные интересы участников гражданского оборота должны получать соразмерную (пропорциональную) защиту на основе баланса конституционных ценностей. Применительно к нормативно-правовому регулированию разрешения судом коллизий интересов кредиторов и должников это означает, что установленные федеральным законодателем пределы возможного взыскания по исполнительным документам должны отвечать интересам защиты конституционных прав гражданина-кредитора, однако они не могут затрагивать основное содержание конституционных прав гражданина-должника, существо которых ни при каких обстоятельствах не должно быть утрачено.

Право каждого на жилище, как оно закреплено Конституцией Российской Федерации и предусмотрено нормами международного права, опирается на выраженный в предписаниях статей 2, 17 - 19 и 21 Конституции Российской Федерации принцип, в силу которого человек является высшей ценностью и ничто не может служить основанием для умаления его достоинства как субъекта гражданского общества, чьи права и свободы во всей их полноте находятся под защитой Конституции Российской Федерации, а, следовательно, исключается отношение к нему лишь как к объекту внешнего воздействия.

Исходя из этого Конституционный Суд Российской Федерации признал положение абзаца третьего части первой статьи 446 ГПК Российской Федерации - в той части, в какой им устанавливается запрет обращения взыскания по исполнительным документам на принадлежащие гражданину-должнику на праве собственности земельные участки, использование которых не связано с осуществлением им предпринимательской деятельности и которые не являются основным источником существования гражданина-должника и лиц, находящихся на его иждивении, обеспечивающим указанным лицам необходимый уровень существования, - чрезмерным, не пропорциональным конституционно значимым целям произвольным ограничением как имущественных прав кредитора, так и возможности гарантированной Конституцией Российской Федерации их надлежащей судебной защиты, а потому не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 35 (часть 1), 45, 46 (часть 1) и 55 (часть 3).

Согласно пункту 4 статьи 213.25 Закона о банкротстве в конкурсную массу может включаться имущество гражданина, составляющее его долю в общем имуществе, на которое может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским законодательством, семейным законодательством. Кредитор вправе предъявить требование о выделе доли гражданина в общем имуществе для обращения на нее взыскания. Таким образом, в силу закона, если жилое помещение является единственно пригодным для постоянного проживания, то оно не может являться предметом обращения взыскания и, как следствие, не может быть включено в конкурсную массу должника.

В то же время, если такое жилое помещение обременено ипотекой, то правила статьи 446 ГПК РФ на него не распространяются, и оно подлежит включению в конкурсную массу должника-гражданина.

Из материалов дела следует, что в спорном жилом помещении, расположенном на спорном земельном участке, которое является единственно пригодным для проживания жилым помещением, зарегистрированы (еще с 2002 года) и постоянно проживают преклонного возраста родители должника и его брата, которые зарегистрированы в указанном доме.

Документальных сведений о том, что вышеназванные объекты (дом и земельный участок) были обременены ипотекой (залогом), никем из участвующих в деле лиц не представлено.

Индивидуальное жилищное строительство в отличие от многоквартирной застройки предполагает особенности, связанные, в том числе, с техническим оснащением частных жилых домов системами жизнеобеспечения, что должно учитываться при определении разумной потребности в жилище, представляющем собой индивидуальный жилой дом.

Размер площади земельного участка, расположенного под спорным домом также не свидетельствует о явном превышении предельных минимальных размеров предоставления земельных участков для земель соответствую целевого назначения и разрешенного использования, что исключает возможность обращения взыскания и на данный объект недвижимости (абзац третий части 1 статьи 446 ГПК РФ и п.62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 но 2015 г. N 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства»).

Судом первой инстанции принято во внимание и дана оценка тому обстоятельству, что спорное имущество, дарение в отношении которого оспаривается, не является предметом ипотеки на момент рассмотрения спора.

Иных пригодных для проживания родителей должника жилых помещений не имеется, в силу чего указанные жилой дом и земельный участок, как полагает апелляционный суд, не должны быть включены в конкурсную массу должника.

При этом, судом апелляционной инстанции отмечается, что выселение престарелых родителей должника из дома, который является единственным пригодным помещением для их проживания, может повлечь нарушение одного из основных конституционных прав на жилое помещении и достойную жизнь, что в условиях существующего правового государства недопустимо.

Финансовый управляющий, оспаривая договоры дарения по основаниям статьи 10 ГК РФ, указывал, что сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, поскольку произошло выбытие имущества должника.

Вместе с тем, финансовый управляющий не представил достаточных и допустимых доказательств, свидетельствующих о том, что при заключении вышеуказанных договоров дарения его стороны действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам, в обход закона с противоправной целью, а также иным образом заведомо недобросовестно осуществляли гражданские права.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции полагает возможным согласиться с выводом об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными по указанному управляющим основанию.

С учетом изложенного, оснований для отмены (изменения) судебного акта судом апелляционной инстанции не установлено, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по оплате госпошлины подлежат распределению в порядке статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.12.2018 по делу № А56-25275/2017/сд2 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


И.Ю. Тойвонен

Судьи


Л.С. Копылова

И.Г. Медведева