Постановление от 31 июля 2023 г. по делу № А56-119977/2019

1314/2023-119073(2)



ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-119977/2019
31 июля 2023 года
г. Санкт-Петербург
/суб.1 Резолютивная часть постановления объявлена 25 июля 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 31 июля 2023 года Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе: председательствующего судьи И.Н. Барминой, судей А.Ю. Слоневской, И.Ю. Тойвонена,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии:

от финансового управляющего: ФИО2 по доверенности от 23.05.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-16243/2023) конкурсного управляющего ООО «Спецмонтажстрой» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.04.2023 по обособленному спору № А56-119977/2019/суб.1 (судья Даценко А.С.), принятое

по заявлению конкурсного управляющего ООО «Спецмонтажстрой»

к ФИО3 и ФИО4

о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Спецмонтажстрой»,

третье лицо: финансовый управляющий ФИО4 – ФИО5,

установил:

определением арбитражного суда первой инстанции от 20.04.2023 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Спецмонтажстрой» о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3 и ФИО4 в размере 810 035 902 руб. 26 коп. отказано.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий ООО «Спецмонтажстрой» просил определение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт, которым заявленные требования удовлетворить в полном объеме, ссылался на совершение бывшим генеральным директором ФИО3 и единственным участником ФИО4 сделок от имени должника, которые повлекли выбытие из его владения денежных средств и активов и, как следствие, причинили существенный имущественный вред как самому должнику, так и его кредиторам. Кроме того, ссылался на необращение генерального директора с заявлением о банкротстве должника и отсутствие действий, направленных на инициирование собрания для принятия такого решения, со стороны единственного участника


должника при наличии у последнего признаков неплатежеспособности, указывая на то, что соответствующая обязанность у контролирующих должника лиц возникла не позднее 11.07.2019.

В судебном заседании представитель финансового управляющего Рота Д.А. против удовлетворения апелляционной жалобы возражал, считая, что оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности не имеется.

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.10.2020 ООО «Спецмонтажстрой» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

Определением от 12.04.2021 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурного управляющего должником, новым конкурсным управляющим утверждена ФИО7.

В рамках дела о банкротстве ФИО7 обратилась с заявлением, с учётом принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ уточнений, о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3 и ФИО4 в размере 810 035 902 руб. 26 коп.

Настоящее дело о банкротстве возбуждено 25.11.2019.

ФИО3 с 29.05.2013 до момента признания должника банкротом являлся его руководителем.

ФИО4, согласно выписке из ЕГРЮЛ, является единственным участником должника с 02.10.2009.

В обоснование привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим указано на факт совершения ФИО3 от имени должника ряда сделок по отчуждению имущества должника, в частности, по выплате ФИО4 дивидендов в размере 41866192 руб. (постановление 13ААС от 01.06.2022 по обособленному спору № А56-119977/2019/сд.2), а также непринятие мер по обращению в суд от имени должника с заявлением о собственном банкротстве не позднее 11.07.2019.

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, арбитражный суд первой инстанции пришел к мотивированным выводам о недоказанности конкурсным управляющим оснований для привлечения ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, поскольку, исходя из размера несполненных должником обязательств, в данном случае не усматривается доведение ООО «Спецмонтажстрой» указанными сделками до объективного банкротства. Также не представлено доказательств возникновения обязательств перед реестровыми кредиторами после указанной


конкурсным управляющим даты – 11.07.2019, наоборот, материалами дела подтверждается возникновение соответствующих обязательств до указанной даты.

Доводы подателя апелляционной жалобы отклонены, как не опровергающие выводов суда первой инстанции и не создающие оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и её существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

В обоснование настоящего заявления конкурсный управляющий, указывая на положения подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, ссылался на наличие вступившего в законную силу судебного акта, которым с единственного участника должника – ФИО4 взыскана денежная сумма в размере 41 866 192 руб., выплаченная ему в качестве дивидендов. Конкурсный управляющий полагал, что данное списание привело к уменьшению конкурсной массы и невозможности удовлетворения требований кредиторов, что является основанием для возложения на ФИО3 и ФИО4 субсидиарной ответственности.

Между тем, приведенная конкурсным управляющим сделка не соответствуют признакам сделки, влекущей субсидиарную ответственность контролирующих должника лиц, поскольку не имеется доказательств того, что указанная сделка напрямую стала причиной банкротства должника и недостаточности его имущества.

В пункте 23 Постановления № 53 перечислены признаки сделок, являющихся основанием для субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Это должны быть сделки, причинившие существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил


возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и её существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Указанным признакам сделка, на которую ссылается конкурсный управляющий как на основание для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, не соответствует.

Как обоснованно указал суд первой инстанции, оспоренная в рамках данного дела о банкротстве сделка (выплата дивидендов в пользу ФИО4 в период с 18.12.2018 по 12.09.2019 в размере 41 866 192 руб.) не стала причиной возникновения признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника применительно к размеру его неисполненных обязательств – 810 035 902 руб. 26 коп., что исключает возможность привлечения в солидарном порядке ответчиков к субсидиарной ответственности.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрено, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное; под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд


с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

В настоящем случае конкурсный управляющий полагает, что обязанность, установленная статьей 9 Закона о банкротстве, должна была быть исполнена в срок до 11.07.2019.

Применительно к рассматриваемому случаю для привлечения руководителя должника и его единственного участника к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, конкурсный управляющий, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, обязан доказать когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Недоказанность наличия хотя бы одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, является основанием для отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

В пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшем ранее, статье 61.12 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления в рассматриваемой части на основании того, что в реестре требований кредиторов должника отсутствуют требования кредиторов, ответственность за неисполнение которых можно было бы возложить на ответчиков, поскольку субсидиарная ответственность может быть возложена лишь в части тех неисполненных требований, которые возникли после истечения срока для обращения в суд с заявлением должника (11.07.2019), тогда как включенная в реестр требований кредиторов задолженность этому критерию не соответствует. Доказательств обратного в ходе апелляционного производства конкурсным управляющим не представлено.


При отсутствии обязательств, возникших после указанной даты, оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего в отношении бывших руководителей должника также не имеется.

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ апелляционный суд не усматривает.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, 269 ч. 1, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 20.04.2023 оставить без

изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий И.Н. Бармина

Судьи А.Ю. Слоневская

И.Ю. Тойвонен