Постановление от 3 июля 2019 г. по делу № А76-32193/2018

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-7748/2019
г. Челябинск
03 июля 2019 года
Дело № А76-32193/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 28 июня 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 июля 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бояршиновой Е.В.,

судей Арямова А.А., Скобелкина А.П.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Стоматологическая поликлиника № 1 г. Магнитогорск» на решение Арбитражного суда Челябинской области от 09.04.2019 по делу № А76-32193/2018 (судья Белякович Е.В.).

В заседании приняли участие представители:

государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Стоматологическая поликлиника № 1 г. Магнитогорск» - ФИО2 (доверенность от 08.05.2019),

Управления Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области – ФИО3 (доверенность от 09.11.2018).

Государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Стоматологическая поликлиника № 1 г. Магнитогорск» (далее – заявитель, ГБУЗ «Стоматологическая поликлиника № 1 г. Магнитогорска», поликлиника, учреждение, заказчик) обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с требованием к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области (далее – заинтересованное лицо, УФАС по Челябинской области, антимонопольный орган) о признании решения от 08.06.2018 и предписания от 05.06.2018 по делу № 351-ж/2018 недействительными.

Судом первой инстанции к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Управление муниципального заказа администрации г. Магнитогорска, общество с ограниченной ответственностью «РТС-Тендер», общество с ограниченной ответственностью «Урал Профи».

Решением суда первой инстанции в удовлетворении требований учреждению отказано.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, заявитель обратился с апелляционной жалобой, просит решение суда первой инстанции отменить, заявленные требования удовлетворить.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ссылается на то обстоятельство, что ООО «Урал Профи» не подавало заявку на участие в торгах, поэтому такая жалоба не могла быть рассмотрена антимонопольным органом. Также податель апелляционной жалобы отмечает, что стирку, в том числе дезинфекцию медицинского белья нельзя отнести к какому-либо виду медицинской помощи, что требовало бы получение специального разрешения – лицензии, полагает, что работы по дезинфектологии подлежат лицензированию как вид медицинской деятельности лишь в тех случаях, когда они оказываются в качестве самостоятельных работ. Относительно установления штрафа учреждение отмечает, что в пункте 4.4.3. контракта был установлен штраф, определенный пунктом 3 Постановления Правительства Российской Федерации от 30.08.2017 № 1042 «Об утверждении Правил определения размера штрафа, начисляемого в случае ненадлежащего исполнения заказчиком, неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом (за исключением просрочки исполнения обязательств заказчиком, поставщиком (подрядчиком, исполнителем), и размера пени, начисляемой за каждый день просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного контрактом, о внесении изменений в постановление Правительства Российской Федерации от 15 мая 2017 г. № 570 и признании утратившим силу постановления Правительства Российской Федерации от 25 ноября 2013 г. № 1063» (далее – Постановление № 1042), кроме того, заказчик проводил закупку в форме редукциона, поэтому не указал в контракте штраф, предусмотренный пунктом 5 Постановления № 1042.

В отзыве антимонопольный орган отклонил доводы апелляционной жалобы, ссылаясь на законность и обоснованность судебного акта.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном Интернет-сайте, апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие не явившихся третьих лиц.

Законность и обоснованность судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, в УФАС по Челябинской области 29.05.2018 поступила жалоба ООО «Урал Профи» на действия заказчика при проведении электронного аукциона на оказание услуг прачечной (извещение 0169300000318001417), где указано на то, что в документации о закупке неправомерно не установлено условие о наличии у участника закупки лицензии на осуществление медицинской деятельности в области дезинфектологии, так как в соответствии с действующим лицензионным законодательством и законодательством в области осуществления санитарно-противоэпидемических мероприятий при дезинфекции, в том числе больничного белья, требуется наличие указанной лицензии.

По результатам рассмотрения материалов дела антимонопольным органом вынесено решение № 351-ж/2018 от 08.06.2018, жалоба ООО «Урал Профи» признана обоснованной, в действиях заказчика признано нарушение пункта 6 части 5 статьи 63, пункта 1 части 1, части 5 статьи 31, пункта 2 части 1 статьи 64, пункта 2 части 5 статьи 66 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ, Закон о контрактной системе), а также при проведении внеплановой проверки признано в действиях заказчика нарушения части 8 статьи 34 Закона о контрактной системе, пунктов 3, 5 Постановления № 1042 (т.1 л.д.54-57).

На основании указанного решения заявителю выдано предписание от 08.06.2018, согласно которому поликлинике предписано: со дня размещения в единой информационной системе в сфере закупок (далее – единая информационная система) или получения заказчиком предписания не заключать контракт по итогам аукциона, проведенного с нарушением законодательства о контрактной системе; в срок до 18.06.2018 принять решение об отмене аукциона и передать его Управлению муниципального заказа администрации г. Магнитогорска для размещения в единой информационной системе.

Считая данные решение и предписание незаконными и нарушающими права и законные интересы заявителя, ГБУЗ «Стоматологическая поликлиника № 1 г. Магнитогорск» обратилось в суд с соответствующим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о законности оспариваемого решения антимонопольного органа.

Заслушав объяснения представителей заявителя и антимонопольного органа, исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции соответствуют обстоятельствам дела и действующему законодательству.

На основании части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Как установлено частью 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Пунктом 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Из изложенного следует, что для признания ненормативного акта недействительным, решения и действия (бездействия) незаконными необходимо наличие одновременно двух условий: несоответствие их действующему законодательству и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Правительства Российской Федерации от 26.08.2013 № 728 Федеральная антимонопольная служба определена федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление контроля (надзора) в сфере государственного оборонного заказа и в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, а также согласование применения закрытых способов определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей).

Из содержания части 1 статьи 105 Закона № 44-ФЗ следует, что любой участник закупки, а также осуществляющие общественный контроль общественные объединения, объединения юридических лиц в соответствии с законодательством Российской Федерации имеют право обжаловать в судебном порядке или в порядке, установленном главой 6 Закона № 44-ФЗ, в контрольный орган в сфере закупок действия (бездействие) заказчика, уполномоченного органа, уполномоченного учреждения, специализированной организации, комиссии по осуществлению закупок, ее членов, должностных лиц контрактной службы, контрактного управляющего, оператора электронной площадки, если такие действия (бездействие) нарушают права и законные интересы участника закупки.

Рассмотрение такой жалобы осуществляется в порядке, установленном статьями 99, 106 Закона № 44-ФЗ.

В соответствии с пунктом 2 части 22 статьи 99 Закона № 44-ФЗ при выявлении в результате проведения контрольным органом в сфере закупок плановых и внеплановых проверок, а также в результате рассмотрения жалобы на действия (бездействие) заказчика, уполномоченного органа, уполномоченного учреждения, специализированной организации, оператора электронной площадки или комиссии по осуществлению закупок нарушений законодательства Российской Федерации и иных нормативных правовых актов о контрактной системе в сфере закупок контрольный орган в сфере закупок вправе выдавать обязательные для исполнения предписания об устранении таких нарушений в соответствии с законодательством Российской Федерации, в том числе об аннулировании определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей).

Участник закупки - любое юридическое лицо независимо от его организационно-правовой формы, формы собственности, места нахождения и места происхождения капитала, за исключением юридического лица, местом регистрации которого является государство или территория, включенные в утверждаемый в соответствии с подпунктом 1 пункта 3 статьи 284 Налогового кодекса Российской Федерации перечень государств и территорий, предоставляющих льготный налоговый режим налогообложения и (или) не предусматривающих раскрытия и предоставления информации при проведении финансовых операций (офшорные зоны) в отношении юридических лиц (далее - офшорная компания), или любое физическое лицо, в том числе зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя (пункт 4 статьи 3 Закона о контрактной системе).

В случае, если заказчиком в документации о закупке не установлены обязательные требования к участнику закупки, то права любого участника закупки могут быть нарушены.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о правомерности рассмотрения антимонопольным органом жалобы ООО «Урал Профи» на действия заказчика, выразившееся в не установлении в документации о закупке (услуги прачечной, включающих дезинфекцию/дезобработку белья медицинского назначения) требования о наличии у участника закупки лицензии на осуществление медицинской деятельности в области дезинфектологии.

Исходя из принципов, закрепленных в статье 41 Конституции Российской Федерации и статье 4 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 323-ФЗ), гражданам гарантируются обеспечение их прав в сфере охраны здоровья, доступность и качество при оказании медицинской помощи.

В соответствии со статьей 2 Федерального закона № 323-ФЗ под охраной здоровья граждан понимается система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического) характера, осуществляемого в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи.

Таким образом, проведение мероприятий санитарно-противоэпидемического (профилактического) характера является составной частью комплекса мероприятий, обеспечивающих охрану здоровья граждан, и включает в себя организационные, административные, инженерно-технические, медико-санитарные, ветеринарные и иные меры, направленные на устранение или уменьшение вредного воздействия на человека факторов среды обитания, предотвращение возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) и их ликвидацию (статья 1 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (далее - Федеральный закон № 52-ФЗ).

Так, в целях предупреждения возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) должны своевременно и в полном объеме проводиться предусмотренные санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия (пункт 1 статьи 29 Федерального закона № 52-ФЗ).

Данные мероприятия выполняются как в рамках осуществления медицинской деятельности, так и в рамках иных мероприятий, не относящихся к медицинской деятельности, таких как санитарная охрана территорий, ограничительные мероприятия (карантин), производственный контроль, гигиеническое воспитание и обучение.

Согласно пункту 46 статьи 12 Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» (далее - Федеральный закон № 99-ФЗ) медицинская деятельность (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково») подлежит лицензированию.

В силу пункта 3 Положения «О лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково»)», утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 16.04.2012 № 291 (далее - Положение о лицензировании) медицинскую деятельность составляют работы (услуги) по перечню согласно приложению, которые выполняются, в том числе, при проведении санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий в рамках оказания медицинской помощи. Требования к организации и выполнению указанных работ (услуг) в целях лицензирования устанавливаются Министерством здравоохранения Российской Федерации.

В частности, в Перечень работ (услуг), составляющих медицинскую деятельность, включены работы (услуги) по дезинфектологии, состоящие, в том числе, из работ по дезинфекции, включающей в себя (в соответствии с общепринятой терминологией) работы по удалению или уничтожению возбудителей инфекционных (паразитарных) болезней в (на) объектах окружающей среды.

Следовательно, указанное понятие рассматривается как один из способов предотвращения возникновения и распространения инфекционных заболеваний и составляет терминологическую основу Санитарно-эпидемиологических Правил СП 3.5.1378-03 «Санитарно-эпидемиологические требования к организации и осуществлению дезинфекционной деятельности» СП 3.5.1378-03, утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 09.06.2003 № 131 (далее - СП 3.5.1378-03) и отнесенных к группе 3.5 «Дезинфектология».

Дезинфекционная деятельность осуществляется специально обученным персоналом организации, осуществляющей дезинфекционную деятельность, в строгом соответствии с требованиями, установленными СП 3.5.1378-03 и предусматривающими соблюдение условий хранения, транспортировки, приготовления рабочих растворов, химических и биологических средств, допущенных к применению и не оказывающих неблагоприятного воздействия на человека.

В связи с тем, что дезинфекционные работы не выполняются по отношению к пациенту, они не являются медицинским вмешательством, и, соответственно, медицинской услугой и медицинской помощью, но являясь санитарно-противоэпидемическими (профилактическими) мероприятиями, включены в понятие «медицинская деятельность».

С учетом изложенного, деятельность по проведению дезинфекционных работ в соответствии с Федеральным законом № 323-ФЗ должна рассматриваться как деятельность в области охраны здоровья граждан и медицинская деятельность, а также как санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия в значении, данном в Федеральном законе № 52-ФЗ, и в соответствии с Федеральным законом № 99-ФЗ подлежит лицензированию.

Так, в техническом задании (разделе документации, описывающем объект закупки) предусмотрено, что текстильные изделия в прачечной должно проходить следующий обязательный этап обработки - дезинфекция/дезобработка, указано, что все белье медицинского назначения различной степени загрязнения признается потенциально инфицированным и подлежит обязательной дезинфекции в процессе стирки, результат оказанных услуг – чистое, дезинфицированное белье заказчика (л.д.34).

Поскольку заказчик включил в описание объекта закупки оказания услуг прачечной, в том числе дезинфекцию/дезобработку белья медицинского назначения, то в аукционной документации заказчик обязан был указать требование к участнику закупки – наличие лицензии на осуществление медицинской деятельности по работе (услуге) «дезинфектология» (пункт 3 Положения о лицензировании), однако в извещении и пунктах 14, 16.2.1 документации о закупке такого условия к участнику закупки не установлено (л.д.22).

При таких обстоятельствах, антимонопольный орган и суд первой инстанции пришли к правильному выводу, что отсутствие в документации о закупке требования к участнику закупки и к составу второй части заявки о наличии лицензии на осуществление медицинской деятельности по дезинфектологии не соответствует пункту 6 части 5 статьи 63, пункту 1 части 1, части 5 статьи 31, пункту 2 части 1 статьи 64, пункту 2 части 5 статьи 66 Закона № 44-ФЗ.

В соответствии с пунктом 2 части 15 статьи 99 Закона № 44-ФЗ контрольный орган в сфере закупок проводит внеплановую проверку в случае поступления информации о нарушении законодательства Российской Федерации и иных нормативных правовых актов о контрактной системе в сфере закупок.

Согласно части 8 статьи 34 Закона № 44-ФЗ штрафы начисляются за неисполнение или ненадлежащее исполнение поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом. Размер штрафа устанавливается контрактом в виде фиксированной суммы, определенной в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Пунктом 3 Постановления № 1042 предусмотрено, что за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, размер штрафа устанавливается в виде фиксированной суммы, определяемой в предусмотренном указанным пунктом порядке, в том числе,

а) 10 процентов цены контракта (этапа) в случае, если цена контракта (этапа) не превышает 3 млн. рублей.

Пунктом 6 Постановления № 1042 за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного контрактом, которое не имеет стоимостного выражения, размер штрафа устанавливается (при наличии в контракте таких обязательств) в виде фиксированной суммы, определяемой в следующем порядке, в том числе:

а) 1000 рублей, если цена контракта не превышает 3 млн. рублей;

В документации о закупке заказчиком определена начальная (максимальная) цена контракта 115 630,20 рублей.

Как следует из пункта 4.4.3. проекта контракта, за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения исполнителем обязательств, предусмотренных контрактом, не имеющих стоимостного выражения, за исключением просрочки исполнения обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, исполнитель выплачивает заказчику штраф в размере 10 процентов цены контракта (этапа).

Из содержания пункта 4.4.3. проекта контракта следует, что он содержит элементы нарушений, предусмотренных как пунктом 3, так и пунктом 6 Постановления № 1042, за которые предусмотрены разные размеры штрафов, в то время как в пункте 4.4.3. проекта контракта заказчиком определен размер штрафа, установленный пунктом 3 Постановления № 1042, что является нарушением части 8 статьи 34 Закона № 44-ФЗ.

В силу пункта 5 Постановления № 1042 за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, заключенным с победителем закупки (или с иным участником закупки в случаях, установленных Федеральным законом), предложившим наиболее высокую цену за право заключения контракта, размер штрафа рассчитывается в порядке, установленном настоящими Правилами, за исключением просрочки исполнения обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, и устанавливается в виде фиксированной суммы, определяемой в следующем порядке, в том числе:

а) 10 процентов начальной (максимальной) цены контракта в случае, если начальная (максимальная) цена контракта не превышает 3 миллионов рублей.

Поскольку на момент проведения закупки заказчик не располагает сведениями о том, будет ли проходить аукцион за право заключения контракта, то проект контракта, являющийся неотъемлемой частью аукционной документации, должен содержать состав нарушения поставщика (подрядчика, исполнителя), установленный пунктом 5 Постановления № 1042, поскольку изменения условий контракта после его заключения в соответствии с частью 2 статьи 34 Закона № 44-ФЗ в сфере закупок недопустимо.

Вывод антимонопольного органа и суда первой инстанции о нарушении заказчиком части 8 статьи 34 Закона № 44-ФЗ нашли свое подтверждение (раздел проекта 4 контракта), являются правильными.

При указанных обстоятельствах, доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению, как противоречащие фактам по делу, основанные на неправильном толковании Закона № 44-ФЗ.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

При таких обстоятельствах, решение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

В соответствии с подпунктами 3, 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче юридическим лицом апелляционной жалобы на судебные акты, вынесенные по делам, в рамках которых рассмотрены заявления о признании ненормативного правового акта недействительным и о признании решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, незаконными, государственная пошлина составляет 1500 рублей.

Поскольку учреждением уплачена в федеральный бюджет платежным поручением от 29.04.2019 № 470117 государственная пошлина за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 рублей, то излишне уплаченная государственная подлежит возврату в размере 1 500 рублей.

Руководствуясь статьями 176, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 09.04.2019 по делу № А76-32193/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Стоматологическая поликлиника № 1 г. Магнитогорск» - без удовлетворения.

Возвратить государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Стоматологическая поликлиника № 1 г. Магнитогорск» из федерального бюджета излишне уплаченную платежным поручением от 29.04.2019 № 470117 государственную пошлину в размере 1 500 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья Е.В. Бояршинова

Судьи А.А. Арямов

А.П. Скобелкин