Постановление от 23 мая 2024 г. по делу № А56-44514/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

23 мая 2024 года

Дело №

А56-44514/2016

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Александровой Е.Н., Мирошниченко В.В.,

при участии ФИО1 (паспорт), от государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» ФИО2 (доверенность от 19.02.2024),

рассмотрев 20.05.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2024 по делу № А5644514/2016/суб. отв.,

у с т а н о в и л:

Приказом Центрального банка Российской Федерации от 15.03.2016 № ОД859 назначена временная администрация общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Высота», адрес: 191014, Санкт-Петербург, Артиллерийская ул., д. 1, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Компания, должник).

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.07.2016 по заявлению руководителя временной администрации возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Компании.

Решением суда от 05.10.2017 Компания признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Агентство).

Агентство как конкурсный управляющий Компанией 21.03.2019 обратилось в арбитражный суд с заявлением, в котором просило привлечь бывшего руководителя должника ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Компании в размере 95 305 030 руб.

Определением суда первой инстанции от 01.10.2019 установлено наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Компании; производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2022 определение от 01.10.2019 отменено, ФИО1 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам Компании.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 07.11.2022 постановление апелляционного суда от 02.08.2022 в части отмены определения суда первой инстанции от 09.10.2019 оставлено без изменения, в остальной части постановление от 02.08.2022 отменено, дело направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

По результатам нового рассмотрения определением суда первой инстанции от 18.06.2023 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением апелляционного суда от 30.01.2024 определение от 18.06.2023 отменено, установлено наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Компании; производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено.

В поданной в электронном виде кассационной жалобе ФИО1 просит отменить постановление от 30.01.2024, направить дело на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на несоответствие фактическим обстоятельствам дела выводов апелляционного суда о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Компании; указывает, что при рассмотрении настоящего обособленного спора в судах первой и апелляционной инстанций ФИО1 неоднократно заявляла, что письма о сдаче лицензий, в которых идет речь о невозможности исполнения предписаний Центрального банка Российской Федерации, выданных 29.12.2015 и 12.01.2016, а также поручение на совершении инвентарной операции по отчуждению Компанией 710 000 штук облигаций федерального займа в пользу иностранной компании «Релост Консалтинг Лимитед» на основании договора купли-продажи от 01.10.2015 № 20151001-LVB ею не подписывались и никому не направлялись; полагает, что в связи с наличием указанных возражений бремя доказывания соответствующих обстоятельств перешло к конкурсному управляющему (Агентству).

ФИО1 также считает, что у апелляционного суда отсутствовали основания для критической оценки записи в трудовой книжке, подтверждающей ее увольнение из Компании 22.04.2015.

В представленном в электронном виде отзыве Агентство, считая обжалуемое постановления законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании ФИО1 поддержала доводы, приведенные в кассационной жалобе, а представитель Агентства возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом уведомлены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, решением внеочередного общего собрания участников Компании от 28.03.2014 ФИО1 назначена исполняющей обязанности генерального директора должника; в соответствии с приказом исполняющего обязанности генерального директора Компании от 07.04.2014 № 02/2014 исполнение обязанностей главного бухгалтера должника также возложено на ФИО1

Обращаясь в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Компании, Агентство сослалось на то, что ФИО1 не исполнена закрепленная в пункте 5 статьи 183.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) обязанность руководителя финансовой организации не позднее чем через пятнадцать рабочих дней с даты назначения временной администрации предоставить временной администрации перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность финансовой организации за три года до назначения временной администрации.

Заявитель также указал, что 01.10.2015 Компанией на основании договора купли-продажи от 01.10.2015 № 20151001-LVB в пользу иностранной компании «Релост Консалтинг Лимитед» отчуждено 710 000 штук облигаций федерального займа серии 26214 RMFS, стоимость которых составляла 607 305 600 руб., поручение депозитарию на совершение данной операции от имени Компании подписано ФИО1, при этом денежные средства в счет оплаты названных облигаций на расчетные счета Компании не поступали.

Поскольку при рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции какие-либо доказательства, подтверждающие передачу ФИО1 временной администрации бухгалтерской и иной финансово-хозяйственной документации должника, сведений о его имуществе, а также материальных и иных ценностей, представлены не были, равно как и доказательства, опровергающие доводы Агентства о свершении ФИО1 от имени Компании сделки по отчуждению 710 000 штук облигаций федерального займа, определением от 01.10.2019 суд первой инстанции установил наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостановил производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

В апелляционной жалобе на определение от 01.10.2019 ФИО1 ссылалась на то, что не была уведомлена судом первой инстанции о рассмотрении обособленного спора о привлечении ее к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, указала, что 22.04.2015 была уволена с должности генерального директора Компании, в подтверждение чего представила копию трудовой книжки; утверждала, что фактически руководство деятельностью Компании в спорный период осуществляла ФИО3.

Апелляционный суд пришел к выводу о наличии предусмотренных пунктом 2 части 4 статьи 270 АПК РФ оснований для отмены определения суда первой инстанции от 01.10.2019, в связи с чем определением от 19.05.2022 в соответствии с частью 6.1 статьи 268 АПК РФ перешел к рассмотрению заявления Агентства по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Постановлением от 02.08.2022 апелляционный суд отменил определение от 01.10.2019 и привлек ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Компании.

С учетом того, что ФИО1 отрицала принадлежность ей подписи в ответе на предписания Центрального банка Российской Федерации от 29.12.2015 и 12.01.2016, суд кассационной инстанции признал выводы апелляционного суда о наличии заявленных Агентством оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Компании в связи с отсутствием документов бухгалтерского учета и отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, а также в связи с совершением сделки по отчуждению Компанией 710 000 штук облигаций федерального займа в пользу иностранной компании «Релост Консалтинг Лимитед» на основании договора купли-продажи от 01.10.2015 № 20151001-LVB не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем постановлением от 07.11.2022 оставил постановление апелляционного суда от 02.08.2022 в части отмены определения суда первой инстанции от 09.10.2019 без изменения, в остальной части постановление от 02.08.2022 отменено, дело направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

В постановлении от 07.11.2022 суд кассационной инстанции указал, что при новом рассмотрении следует решить вопросы о возможности и необходимости проведения судебной почерковедческой экспертизы по установлению факта принадлежности ФИО1 подписей на документах, представленных Агентством в обоснование заявленных требований, а также о возможности и необходимости привлечения к участию в рассмотрении настоящего обособленного спора ФИО3, которая, по утверждению ответчика, фактически осуществляла руководство деятельностью Компании в спорный период.

По результатам нового рассмотрения определением суда первой инстанции от 18.06.2023 в удовлетворении заявления отказано.

Определением от 28.11.2023 апелляционный суд перешел к рассмотрению настоящего обособленного спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требований относительно предмета спора, ФИО3 и финансового управляющего ФИО3 ФИО4.

Постановлением от 30.01.2024 апелляционный суд отменил определение суда первой инстанции от 18.06.2023, установил наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Компании и приостановил производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности.

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

Проверив законность обжалуемого постановления исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе и в возражениях относительно указанной жалобы, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ названный Закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых данной статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В обоснование требования о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Компании Агентство сослалось на то, что ответчиком не исполнена обязанность руководителя финансовой организации не позднее чем через пятнадцать рабочих дней с даты назначения временной администрации предоставить временной администрации перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность финансовой организации за три года до назначения временной администрации.

В соответствии с пунктом 5 статьи 183.9 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей по состоянию на 15.03.2016) руководитель финансовой организации в случае принятия решения о приостановлении полномочий исполнительных органов финансовой организации в период деятельности временной администрации обязан передать не позднее дня, следующего за днем назначения временной администрации, руководителю временной администрации печати и штампы, а также в сроки, согласованные с временной администрацией, бухгалтерскую и иную документацию, принадлежащие финансовой организации и вверенные ему материальные и иные ценности.

Не позднее чем через пятнадцать рабочих дней с даты назначения временной администрации руководитель финансовой организации обязан предоставить временной администрации перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность финансовой организации за три года до назначения временной администрации.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, применяемой к спорным правоотношениям, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В связи с принятием Закона № 266-ФЗ статья 10 Закона о банкротстве с 30.07.2017 утратила силу, однако основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, ранее содержавшиеся в ее пункте 4, не устранены и в настоящее время содержатся в статье 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Пунктом 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлено, что положения подпункта 2 пункта 2 данной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Согласно пункту 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, за исключением случаев, если иное установлено бюджетным законодательством Российской Федерации.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В обоснование требования о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Агентство также сослалось на отчуждение Компанией на основании договора купли-продажи от 01.10.2015 № 20151001-LVB в пользу иностранной компании «Релост Консалтинг Лимитед» 710 000 штук облигаций федерального займа серии 26214 RMFS, стоимость которых составляла 607 305 600 руб., указало, что поручение депозитарию на совершение данной операции от имени Компании подписано ФИО1, при этом денежные средства в счет оплаты названных облигаций на расчетные счета Компании не поступали.

В соответствии с абзацем третьим пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в применяемой к спорным правоотношениям редакции в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения контролирующим должника лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц.

В связи с принятием Закона № 266-ФЗ статья 10 Закона о банкротстве с 30.07.2017 утратила силу, однако основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, ранее содержавшиеся в абзаце третьем пункта 4 указанной статьи, не устранены и в настоящее время содержатся в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 23 Постановления № 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Как видно из материалов дела, ФИО1, возражавшая против привлечения ее к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ссылалась на то, что не подписывала от имени Компании документы, представленные Агентством в обоснование требования о привлечении ее к субсидиарной ответственности; указала, что 22.04.2015 была уволена с должности генерального директора Компании, в подтверждение чего представила копию трудовой книжки.

При новом рассмотрении настоящего обособленного спора в суде апелляционной инстанции ФИО1 предложено заявить ходатайство о назначении почерковедческой экспертизы, внести денежные средства на депозитный счет суда для оплаты экспертизы, сформулировать вопросы и представить кандидатуры экспертов, а Агентству – представить оригиналы документов Компании, содержащих подписи ФИО1, изготовленных после 22.04.2015, для проведения почерковедческой экспертизы, внести денежные средства на депозитный счет суда для оплаты указанной экспертизы, сформулировать вопросы и представить кандидатуры экспертов.

В заявленном 02.10.2023 ходатайстве ФИО1 просила провести судебную почерковедческую экспертизу с целью устранения возникших противоречий относительно подписания поручений на совершение инвентарных операций от 22.09.2015, 23.09.2015, 30.09.2015, 01.10.2015, а также ответа на предписание от 12.01.2016 № Т2-39-6-12/237ДСП, за счет средств Агентства.

Агентство представило ответ Северо-Западного Главного управления Центрального банка Российской Федерации от 02.10.2023 № Т2-53-1/31424, согласно которому документы Компании на бумажном носителе уничтожены в связи с истечением срока хранения согласно номенклатуре дел в конце 2020 года, а также дополнительные письменные пояснения.

С учетом изложенного апелляционный суд определением от 10.10.2023 предложил ФИО1 представить имеющуюся у нее переписку с ФИО3, касающуюся деятельности Компании, а Агентству – проанализировать операции по счетам должника на предмет осуществления Компанией перечислений в пользу ФИО3

Этим же определением суд апелляционной инстанции уведомил ФИО3 и ее финансового управляющего ФИО5 о настоящем обособленном споре, запросил у Центрального районного суда г. Волгограда и Индустриального районного суда г. Ижевска сведения о возбужденных в отношении ФИО3 уголовных делах, имеющихся приговорах с приложением соответствующих судебных актов (при наличии).

Так как ФИО1 не внесла на депозитный счет суда денежные средства для оплаты экспертизы, суд апелляционной инстанции рассмотрел обособленный спор по имеющимся и дополнительно полученным доказательствам.

Обстоятельств, позволяющих сделать вывод об участии ФИО3 в деятельности Компании, апелляционный суд не установил.

Поскольку ФИО1 как руководитель Компании располагала возможностью самостоятельно осуществлять действия в отношении документации должника, суд апелляционной инстанции критически отнесся к представленной ответчиком копии трудовой книжки, содержащей запись об увольнении ФИО1 22.04.2015 с должности генерального директора Компании.

В результате оценки доказательств, имеющихся в материалах настоящего обособленного спора, апелляционный суд пришел к выводу о наличии заявленных Агентством оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Компании в связи с отсутствием документов бухгалтерского учета и отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, а также в связи с совершением сделки по отчуждению Компанией 710 000 штук облигаций федерального займа в пользу иностранной компании «Релост Консалтинг Лимитед» на основании договора купли-продажи от 01.10.2015 № 20151001-LVB.

С учетом изложенного постановлением от 30.01.2024 апелляционный суд отменил определение от суда первой инстанции 18.06.2023, установил наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Компании и приостановил производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы апелляционного суда, послужившие основанием для принятия обжалуемого постановления, соответствуют доказательствам, имеющимся в материалах настоящего обособленного спора.

Приведенные в кассационной жалобе ФИО1 доводы о том, что при рассмотрении настоящего обособленного спора в судах первой и апелляционной инстанций она неоднократно заявляла, что письма о сдаче лицензий, в которых идет речь о невозможности исполнения предписаний Центрального банка Российской Федерации, выданных 29.12.2015 и 12.01.2016, а также поручение о совершении инвентарной операции по отчуждению Компанией 710 000 штук облигаций федерального займа в пользу иностранной компании «Релост Консалтинг Лимитед» на основании договора купли-продажи от 01.10.2015 № 20151001-LVB ею не подписывались и никому не направлялись, а также о том, что в связи с наличием указанных возражений бремя доказывания соответствующих обстоятельств перешло к конкурсному управляющему (Агентству), не могут быть приняты.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», до назначения экспертизы по ходатайству или с согласия лиц, участвующих в деле, суд определяет по согласованию с этими лицами и экспертом (экспертным учреждением, организацией) размер вознаграждения, подлежащего выплате за экспертизу, и устанавливает срок, в течение которого соответствующие денежные суммы должны быть внесены на депозитный счет суда лицами, заявившими ходатайство о проведении экспертизы или давшими согласие на ее проведение.

В случае неисполнения указанными лицами обязанности по внесению на депозитный счет суда денежных сумм в установленном размере суд выносит определение об отклонении ходатайства о назначении экспертизы и, руководствуясь положениями части 2 статьи 108 и части 1 статьи 156 АПК РФ, рассматривает дело по имеющимся в нем доказательствам.

Таким образом, исполнение обязанности по внесению на депозитный счет суда денежных сумм в установленном размере является одним из условий для удовлетворения судом ходатайства о проведении экспертизы.

В данном случае ФИО1, заявившая ходатайство о проведении экспертизы, не внесла на депозитный счет суда денежные средства для оплаты экспертизы, в связи с чем суд апелляционной инстанции правомерно рассмотрел настоящий обособленный спор по имеющимся и дополнительно полученным доказательствам.

При этом апелляционный суд обоснованно исходил из того, что, отказавшись от реализации права на проведение экспертизы, ФИО1 не подтвердила свои доводы о том, что письма о сдаче лицензий, в которых идет речь о невозможности исполнения предписаний Центрального банка Российской Федерации, выданных 29.12.2015 и 12.01.2016, а также поручение о совершении инвентарной операции по отчуждению Компанией 710 000 штук облигаций федерального займа в пользу иностранной компании «Релост Консалтинг Лимитед» на основании договора купли-продажи от 01.10.2015 № 20151001-LVB ею не подписывались.

Основания считать, что в связи с наличием указанных возражений ФИО1 бремя доказывания соответствующих обстоятельств перешло к конкурсному управляющему (Агентству), как полагает суд кассационной инстанции, отсутствуют.

Иные доводы, содержащиеся в кассационной жалобе ФИО1, по мнению суда кассационной инстанции, не опровергают выводов апелляционного суда, послуживших основанием для принятия обжалуемого постановления, а лишь выражают несогласие подателя жалобы с оценкой апелляционным судом доказательств, имеющихся в материалах настоящего обособленного спора.

Поскольку основания для иной оценки названных доказательств у суда кассационной инстанции отсутствуют, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2024 по делу № А5644514/2016/суб.отв. оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи

Е.Н. Александрова

В.В. Мирошниченко