Решение от 17 апреля 2018 г. по делу № А40-214086/2017

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-214086/17-181-1706
18 апреля 2018 года
город Москва


Резолютивная часть решения объявлена 13 февраля 2018 года

Решение в полном объеме изготовлено 18 апреля 2018 года

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Прижбилова С.В.

при ведении протокола секретарем ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску ООО "Научно-технологический центр "Эколог" (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 115419, <...>, дата регистрации: 06.02.1995)

к АО "Казанский жировой комбинат" (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 422610, <...>, дата регистрации: 27.10.1997)

о взыскании ущерба в размере 707 952,90 рублей, упущенной выгоды в сумме 9 487 584 рублей

при участи в судебном заседании представителей:

от истца: ФИО2, доверенность от 12.01.2018, ФИО3, генеральный директор

от ответчика: ФИО4, доверенность от 29.05.2015

УСТАНОВИЛ:

ООО "Научно-технологический центр "Эколог" (далее истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковыми требованиями к АО "Казанский жировой комбинат" (далее ответчик) о взыскании реального ущерба (стоимости утраченного и поврежденного оборудования, размещенного в помещении ответчика по договору от 01.01.2011 № 96/11 по организации участка регенерации фильтрового порошка) в размере 707 952,90 рублей, упущенной выгоды в сумме 9 487 584 рублей, неполученной истцом в связи с незаконным удержанием оборудования до 16.03.2016.

В исковом заявлении истец также просит суд разрешить вопрос о распределении судебных расходов, понесенных им в связи рассмотрением настоящего дела – взыскать с ответчика сумму уплаченной государственной пошлины 73 978 рублей.

Установленная статьей 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подсудность настоящего спора изменена в соответстии с пунктом 8.2 договора от 01.01.2011 № 96/11.

Представитель истца заявленные требования поддержал, просил суд удовлетворить их в полном объеме. Устно озвучил доводы, на которых основаны заявленные исковые требования.

Представитель ответчика возражал против заявленных требований, представил письменный отзыв. В порядке статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом приобщен к материалам дела письменный отзыв ответчика.

Суд, выслушав представителей истца, ответчика, исследовав материалы дела и оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности представленные доказательства, пришел к выводу о том, что заявленные исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Между истцом и ответчиком был заключен договор №96/11 от 01.01.2011 (далее Договор) по организации участка регенерации фильтровального порошка. Договор расторгнут 06.07.2014 по инициативе ответчика.

По смыслу пункта 2 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора.

Вместе с тем условия договора, которые в силу своей природы предполагают их применение и после расторжения договора (например, гарантийные обязательства в отношении товаров или работ по расторгнутому впоследствии договору; условие о рассмотрении споров по договору в третейском суде, соглашения о подсудности, о применимом праве и т.п.) либо имеют целью регулирование отношений сторон в период после расторжения (например, об условиях возврата предмета аренды после расторжения договора, о порядке возврата уплаченного аванса и т.п.), сохраняют свое действие и после расторжения договора; иное может быть установлено соглашением сторон.

Пунктом 6 Договора по окончании срока действия Договора или при его досрочном расторжении Исполнитель (истец) в течении 2-х месяцев осуществляет вывоз (включая демонтаж и транспортировку) своего оборудования, находящегося на территории Заказчика (ответчика), своими силами и за свой счет.

Право Ответчика удерживать указанное имущество после расторжения договора его условиями не предусмотрено.

Как указывает истец, начиная с 02.06.2014 доступ сотрудников истца на территорию ответчика был запрещен. Истец неоднократно обращался к ответчику для мирного урегулирования данного вопроса. Начиная с 03.06.2014 письмом исх. №47, которым просили предоставить доступ сотрудников на территорию ответчика для демонтажа и вывоза оборудования.

Ответчик письмом исх. №126-юр от 07.07.2014 просил не осуществлять вывоз оборудования в рамках п. 6.1. Договора до окончания переговоров по заключению мирового соглашения и судебного разбирательства.

Вместе с тем мировое соглашение заключено не было. 30.07.2014 по инициативе ответчика комиссией в составе представителей истца и ответчика был произведен осмотр помещений, в которых находилось оборудование и вещи истца. По результатам проведенного осмотра были составлены и подписаны акты осмотра с подробным перечнем находящегося там оборудования подлежащего демонтажу и вывозу с территории Ответчика.

31.07.2014 доступ сотрудников истца был снова запрещен. В связи с этим истец обратился к ответчику письмом исх. №53 от 31.07.2014 с просьбой исполнить обязательства в соответствии с п. 6.1 Договора о демонтаже и вывозе оборудования.

04.08.2014 представителю истца вручено письмо исх. № 139-юр от 01.08.2014, которым он был уведомлен о том, что все вещи, находящиеся и описанные в актах осмотра, будут удержаны.

06.08.2014 истец направил ответчику претензию, считая действия ответчика по удержанию оборудования незаконными, предоставить доступ на территорию комбината для демонтажа и вывоза оборудования в соответствии с п. 6.1. Договора. Вместе с тем данное требование истца исполнено не было. По этой причине ООО "Научно-технологический центр "Эколог" обратился с исковым заявлением Арбитражный суд города Москвы (дело №А40-154007/14).

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации является общей нормой, регламентирующей институт возмещения убытков в качестве универсальной меры (общего правила) гражданско-правовой ответственности. Нарушение всякого субъективного гражданского права, умаление охраняемого гражданским законом интереса или нематериального блага, выраженное в денежной форме, является убытками. Принцип обязательного возмещения убытков – является одним из аспектов проявления компенсационной функции гражданского права.

Статьи 393 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации нормы специальные, регламентирующие договорную и внедоговорную ответственность. Договорная ответственность - это ответственность за нарушение обязательственных (и шире - относительных прав; внедоговорная - ответственность за нарушение иных (абсолютных) субъективных прав, правоспособности и иных элементов правопорядка.

Таким образом суд при взыскании убытков должен руководствоваться в первую очередь нормами статьи 393 или 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, как нормами специальными (в зависимости от случая), и лишь в недостающей части - нормой, общей для случаев как договорной, так и внедоговорной ответственности (статья 15).

При удовлетворении требования о взыскании убытков следует руководствоваться статьей 393 Гражданского кодекса Российской Федерации только в том случае, если причинение убытков стало следствием нарушения обязательства. Если договорные отношения между истцом и ответчиком отсутствовали (никаких обязательств последний на себя не принимал), применение указанной нормы в споре невозможно.

Все участники гражданских правоотношений предполагаются добросовестными исполнителями своих прав и обязанностей, поэтому кредитор обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из представленных в материалы дела письменных доказательств следует, что требование истца о взыскании убытков основано на доводах о том, что их причинение стало следствием противоправного поведения ответчика, выразившегося в ненадлежащем исполнении договорных обязательств, в связи с чем на истце лежит бремя доказывания факта нарушения (неисполнения или ненадлежащего исполнения) ответчиком конкретного условия или условий договора.

Помимо этого, в предмет доказывания по данному делу входят следующие факты: 1) наличие убытков у истца; 2) причинно-следственная связь между бездействием ответчика и наступившими у истца убытками. Удовлетворение иска возможно при доказанности совокупности перечисленных выше фактов, при недоказанности хотя бы одно из элементов состава правонарушения в удовлетворении иска должно быть отказано.

При этом, при взыскании убытков, причиненных в результате ненадлежащего исполнения договорных обязательств, доказывать наличие вины должника не нужно в силу пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, не несет ответственность, только в случае если надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 17.03.2015 по вышеуказанному делу суд установил факт незаконного удержания АО "Казанский жировой комбинат" имущества, принадлежащего ООО "Научно-технологический центр "Эколог".

Путем буквального толкования условий заключенного договора, руководствуясь статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о том, что договор расторгнут с 06.07.2014, следовательно, с указанной даты у сторон возникают взаимные обязательства, предусмотренные п. 6.1 договора, срок исполнения обязательства установлен в 2 месяца и истекает 06.09.2014. Договором не предусмотрено оснований для отказа ответчика от исполнения своего обязательства предоставить истцу возможность вывезти принадлежащее ему оборудование с территории ответчика, равно как и законных оснований для его удержания, факт нахождения данного оборудования в объеме и количестве, истребуемом истцом, именно на территории ответчика, последним не оспаривается. Таким образом, препятствуя вывозу оборудования, ответчик нарушает предусмотренное п. 6.1 договора обязательство, чем причиняет ущерб имущественным интересам истца, таким образом, учитывая, что материалами дела подтвержден факт нахождения на территории ответчика (Республика Татарстан, <...>), исковые требования признаются судом обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации данный вывод суда имеет преюдициальное значение для суда при рассмотрении настоящего спора.

С учетом изложенного, суд признал доказанным факт противоправного поведения ответчика, выразившегося в ненадлежащем исполнении договорных обязательств.

После вступления в законную силу решения Арбитражного суда города Москвы от 17.03.2015 по делу № №А40-154007/14 истец обратился в службу судебных приставов. На основании исполнительного листа от 15.07.2015 серия ФС №004397032 возбуждено исполнительное производство №990/16/16033-ИП.

В период с 16.03.2016 по 23.05.2016 принадлежащее истцу оборудование демонтировано и вывезено с территории ответчика, однако не в полном объеме. В соответствии с актом описи имущества от 26.02.2016 с дополнениями от 23.05.2016, произведенном приставом-исполнителем ФИО5 и актами вывоза (транспортировки) оборудования от 14.04.2016, 21.04.2016, 19.05.2016, 20.05.2016, 23.05.2016, подписанными ответчиком и истцом отсутствует следующее оборудование:

1.по пункту Винтовой насос - на двух насосах отсутствуют электродвигатели с муфтой, на одном насосе отсутствует корпус;

2.по пункту Смеситель обогреваемый — отсутствуют электродвигатели АИР 100 в количестве 3 шт.;

3.по пункту Таль электрическая — отсутствуют электродвигатели в количестве 3 шт.

4.по пункту пневмонасосы Делмеко — отсутствуют в количестве 6 шт., на одном насосе 6 отсутствует корпус и шток.

Истец направил Ответчику претензию исх. №64 от 24.09.2014, в которой вновь указал ответчику на незаконное удержание оборудования, и уведомил о намерении обратиться в суд. Ответ на указанную претензию не был получен.

Должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации. Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В обоснование реального ущерба истцом предоставлены счета на оплату новых комплектующих: №П1001823 от 23.05.2016 от ООО ИТЦ «Пищмашсервис» на сумму 55 167,00 рублей, №177/003823 от 31.05.2016 от ООО «РемЭнергоМаш» на сумму 43 026,00 рублей, сведения о стоимости электродвигателя (тип АИР) – 8 072 рублей, а также счет-договор №1039-1928/2016СД от 23.05.2016 от ООО «Деллмеко» на сумму 585 627,90 рублей, а всего на сумму 707 952,90 руб.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15, а также в соответствии с пунктом 5 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точных размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

Оснований не доверять представленным истцом доказательства у суда не имеется. Контррасчет убытков ответчиком в материалы дела не представлен. С учетом этого суд признал размер подлежащих возмещению убытков полностью доказанным и обоснованным.

Отказывая в удовлетворении требований истца о взыскании упущенной выгоды суд исходил из следующего.

По смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушений не было.

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске. (пункт 14 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

При определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

В обоснование размера исковых требований - 9 487 584 рублей истцом представлен расчет, в соответствии с которым: 9 487 584 рублей (упущенная выгода (с 07.09.2014 по 16.03.2016)) = 527 088 руб. (среднемесячный доход (сумма дохода за три года/36 месяцев (с 01.07.2011 по 30.06.2014)))*18 (количество месяцев удержания оборудования (с 07.09.2014 по 16.03.2016)).

Поскольку упущенная выгода представляет собой именно неполученный доход (прибыль), ее размер должен определяться с учетом разумных затрат, которые кредитор должен был понести для извлечения данного дохода (производственные, транспортные и иные расходы). Иной подход означал бы "сверхкомпенсацию" имущественных потерь истца, его необоснованное обогащение и взыскание с ответчика излишних сумм.

Поскольку истец в расчете упущенной выгоды не указал расходы, которые он понес бы для извлечения заявленной прибыли, в судебном заседании 13.02.2018 с учетом возражений ответчика суд предложил истцу предоставить сведения о потенциальных издержках, которые он понесет в связи с извлечением прибыли.

Вместе с тем, представитель истца отказался представлять данные доказательства и просил суд рассмотреть дело по имеющимся в деле доказательствам.

С учетом этого суд признал возражения ответчика в данной части обоснованными.

Судебные расходы, связанные с уплатой госпошлины, подлежат распределению между сторонами в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статей 8, 9, 11, 12, 15, 393, 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 4, 65, 110, 167, 168, 169, 170, 171, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Общества с ограниченной ответственностью "Научно-технологический центр "Эколог" (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 115419, <...>, дата регистрации: 06.02.1995) к Акционерному обществу "Казанский жировой комбинат" (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 422610, <...>, дата регистрации: 27.10.1997) удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества "Казанский жировой комбинат" в пользу Общества с ограниченной ответственностью "Научно-технологический центр "Эколог" реальный ущерб в размере 707 952 (семьсот семь тысяч девятьсот пятьдесят два) рубля 90 коп., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 5 137 (пять тысяч сто тридцать семь) рублей.

В остальной части в иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок с даты изготовления решения в полном объеме.

СУДЬЯПрижбилов С.В.