Постановление от 23 июля 2025 г. по делу № А72-1628/2015

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, <...>, тел. <***>

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда кассационной инстанции Ф06-37283/2018

Дело № А72-1628/2015
г. Казань
24 июля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 15 июля 2025 года Полный текст постановления изготовлен 24 июля 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе: председательствующего судьи Самсонова В.А.,

судей Богдановой Е.В., Васильева П.П., при участии в Арбитражном суде Ульяновской области:

представителя Федеральной налоговой службы – ФИО1, доверенность от 19.08.2024,

конкурсного управляющего ФИО2, паспорт, лично,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу Федеральной налоговой службы

на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 04.02.2025 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.04.2025,

по делу № А72-1628/2015

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Димитровградский комбинат мясопродуктов» ФИО2 о разрешении разногласий в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Димитровградский комбинат мясопродуктов», ИНН <***>,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Ульяновской области от 17.06.2016 общество с ограниченной ответственностью «Димитровградский комбинат мясопродуктов» (далее – ООО «Димитровградский комбинат мясопродуктов», общество «Димитровградский комбинат мясопродуктов», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введено конкурсное производство. Определением суда от 28.05.2020 конкурсным управляющим обществом «Димитровградский комбинат мясопродуктов» утверждена арбитражный управляющий ФИО2 (далее – ФИО2, управляющий).

17.06.2022 от конкурсного управляющего должником в арбитражный суд поступило заявление, в котором заявитель просил суд:

1. определить срок проведения мероприятий по распределению убытков, взысканных с ФИО3 и ФИО4. (после реализации всего имущества должника и завершения расчетов с кредиторами или после вынесения судебного акта по настоящему спору, не дожидаясь окончания расчетов с кредиторами по итогам реализации имущества и взыскания дебиторской задолженности по убыткам арбитражных управляющих);

2. определить, подлежат ли распределению взысканные с ФИО3 и ФИО4 (далее – ФИО4) убытки для погашения текущих обязательств должника;

3. определить, подлежат ли погашению текущие обязательства должника перед кредиторами, выбравшими способ распределения убытков путем уступки кредитору части этого требования, за счет денежных средств, поступивших в конкурсную массу после вынесения арбитражным

судом определения о замене на него взыскателя и переходе части требования по взысканным убыткам;

4. признать подлежащим применению принцип пропорциональности при распределении убытков кредиторами, выбравшими способ распределения убытков путем уступки кредитору части этого требования, при котором из имеющегося к должнику требования кредитор вправе заявить требование об уступке убытков, взысканных с ФИО3, в размере не более 46,676% от размера имеющегося обязательства должника перед данным кредитором, и не более 53,324% от размера имеющегося обязательства должника перед данным кредитором в отношении убытков, взысканных с ФИО4;

5. определить порядок распределения денежных средств в размере 573 066,64 руб., фактически взысканных с ФИО3 и ФИО4 в рамках исполнительных производств до даты вынесения судом определения о применении ст. 61.17 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», и признать их подлежащими распределению в порядке ст. 134 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

До рассмотрения заявления по существу конкурсный управляющий должником в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявил отказ от требований о распоряжении убытками, взысканными с ФИО3, уточнил требования и просил признать убытки, взысканные с ФИО4 в пользу должника в размере 602 448 023,96 руб., корпоративными убытками, удовлетворение которых подлежит с учетом правил статей 134,142 Закона о банкротстве в форме распределения конкурсной массы, пополненной на сумму взыскания такой задолженности либо на сумму, полученную от реализации данного права требования на торгах.

Определением суда от 26.11.2024 отказ конкурсного управляющего должником от требований о распоряжения взысканных с ФИО3 убытками принято, производство в указанной части прекращено.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 04.02.2025 заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Разрешены разногласия между конкурсным управляющим и кредиторами должника путем признания убытков, взысканных с ФИО4 в пользу должника в размере 602 448 223 руб. 96 коп., корпоративными убытками.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.04.2025 определение Арбитражного суда Ульяновской области от 04.02.2025 оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными определением суда первой инстанции от 04.02.2025 и постановлением апелляционного суда от 17.04.2025, Федеральная налоговая служба (далее также – ФНС России, уполномоченный орган) обратилась в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неверное применение судами норм материального и процессуального права, просила обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт, отказав в признании убытков, взысканных с ФИО4 корпоративными и заново разрешить возникшие разногласия.

В обоснование кассационной жалобы уполномоченным органом приведены следующие доводы: 1) положения статьи 61.17 Закона о банкротстве не содержат ограничений в выборе способа распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности либо правом на убытки; 2) установленные по делу фактические обстоятельства не свидетельствуют о наличии оснований для отнесения взысканных убытков к числу корпоративных, в связи с чем отсутствуют основания для ограничения кредиторов в выборе распоряжения правом на взыскание с ФИО4 убытков, в том числе путем уступки кредитору права требования таких убытков; 3) такие убытки, как и субсидиарная ответственность, принадлежат самим кредиторам, их взыскание преследует цель пополнения конкурсной массы с целью погашения требований кредиторов, поэтому положения статьи 61.17 Закона о банкротстве подлежат применению в данном случае без исключений.

В судебном заседании представитель уполномоченного органа настаивал на удовлетворении кассационной жалобы в полном объеме, просив обжалуемые судебные акты отменить.

Конкурсный управляющий должником ФИО2 представила мотивированный отзыв на кассационную жалобу, в которой возражает относительно удовлетворения кассационной жалобы, в судебном заседании также просила обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Проверив законность обжалуемого судебного акта в соответствии со статьей 286 АПК РФ, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия считает её не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий должником ссылался на правовую неопределенность в отношении мероприятий по распределению взысканных с ФИО4 убытков, не позволяющую управляющему сформировать отчет по итогам мероприятий по распределению этих убытков.

Разрешая обособленный спор, суды установили следующие обстоятельства.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 13.12.2019 по настоящему делу с ФИО3 в пользу ООО «Димитровградский комбинат мясопродуктов» взысканы убытки в размере 527 328 463,35 руб.; с ФИО4 в пользу ООО «Димитровградский комбинат мясопродуктов» взысканы убытки в размере 602 448 223,96 руб.,

в остальной части заявление Федеральной налоговой службы оставлено без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 05.08.2020 судебные акты суда первой и апелляционной инстанции отмены в части отказа в удовлетворении требования Федеральной налоговой службы, в отмененной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ульяновской области.

По результатам нового рассмотрения определением Арбитражного суда Ульяновской области от 01.07.2022, оставленным постановлениями Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2022 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 19.01.2023 без изменения, заявление Федеральной налоговой службы о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности оставлено без удовлетворения.

Определением от 28.12.2021, также оставленным постановлением апелляционного суда от 31.03.2022 и постановлением суда округа от 05.07.2022 без изменения, судом разрешены разногласия возникшие между конкурсным управляющим, конкурсными кредиторами должника и уполномоченным органом по порядку реализации права требования должника к ФИО3 и ФИО4; суды признали правомерным применение уполномоченным органом, конкурсными кредиторами должника процессуальных норм, содержащихся в главе III.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в отношении выбора способа распоряжения правом требования о взыскании убытков с ФИО3 и ФИО4 в соответствии со статьей 61.17 Закона о банкротстве, не дожидаясь вступления в законную силу судебного акта по результатам рассмотрения заявления уполномоченного органа о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Впоследствии решением суда от 04.05.2023 определение от 13.12.2019 в части взыскания с ФИО3 в пользу общества

«Димитровградский комбинат мясопродуктов» убытков в размере 527 328 463,35 руб. отменено по вновь открывшимся обстоятельствам.

Определением суда от 27.11.2023, оставленным постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2024 без изменения, заявление ФНС России о взыскании с ФИО3 убытков оставлено без удовлетворения, суд определил произвести поворот исполнения определения Арбитражного суда Ульяновской области от 13.12.2019 по настоящему делу путем взыскания с общества «Димитровградский комбинат мясопродуктов» в пользу ФИО3 денежных средств в размере 573 066,64 руб. В кассационном порядке указанные судебные акты не обжаловались.

Конкурсный кредитор ФИО5 обратился к конкурсному управляющему должником ФИО2 с обращением о недопустимости распределения взысканных с контролирующих должника лиц убытков для погашения текущих обязательств должника, ввиду возможного нарушения интересов реестровых кредиторов.

В связи с этим конкурсный управляющий должником «Димитровградский комбинат мясопродуктов» ФИО2 обратилась в суд с заявлением, в котором просила определить, подлежат ли распределению взысканные с ФИО3 и ФИО4 убытки для погашения текущих обязательств должника; подлежат ли погашению текущие обязательства должника перед кредиторами, выбравшими способ распределения убытков путем уступки кредитору части этого требования, за счет денежных средств, поступивших в конкурсную массу после вынесения арбитражным судом определения о замене на него взыскателя и переходе части требования по взысканным убыткам.

При рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции конкурсным управляющим были уточнены заявленные требования и в соответствии с уточненными требованиями конкурсный управляющий просила признать убытки, взысканные с ФИО4 в пользу должника в размере 602 448 23 руб. 96 коп., корпоративными убытками, указать, что удовлетворение такого права требования подлежит

с учетом правил статей 134, 142 Закона о банкротстве в форме распределения конкурсной массы, полученной на суму взыскания такой задолженности либо суммы, полученной от реализации данного права требования на торгах.

Разрешая возникшие между разногласия с учетом принятых уточнений, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что убытки, взысканные с ФИО4 в пользу должника в размере 602 448 23 руб. 96 коп., не обладают признаками кредиторских и подлежат признанию корпоративными.

При этом суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств.

Так, основанием взыскания определением Арбитражного суда Ульяновской области от 13.12.2019 по настоящему делу с ФИО4 в пользу ООО «Димитровградский комбинат мясопродуктов» убытков в размере 602 448 223 руб. 96 коп. послужило совершение им в 2011 году как бывшим руководителем должника перечислений денежных средств на счета ООО «Конус» и ООО «Диалог» в отсутствие встречного предоставления должнику со стороны последних.

В рамках указанного обособленного спора судами приняты во внимание выводы судебной экспертизы (заключение от 31.08.2018 № 022617) по вопросу о наличии (отсутствии) у ООО «Димитровградский комбинат мясопродуктов» признаков банкротства по состоянию на 01.01.2011, 27.06.2011, 01.01.2012, 27.06.2014 и 01.01.2015, согласно которому на указанные даты ООО «Димитровградский комбинат мясопродуктов» признаками банкротства не обладало, факт прекращения деятельности должника в 2015 году стал причиной ухудшения финансовых показателей предприятия и появления признаков его банкротства в период после 01.01.2015.

Кроме того, согласно заключения судебной экспертизы № 0002/19 от 08.02.2019, указанные перечисления денежных средств должника в пользу третьих лиц не стали причиной банкротства ООО «Димитровградский комбинат мясопродуктов», у предприятия в период 2011-2012 г.г. имелась

положительная динамика основных финансовых показателей; 2011 год характеризовался резким увеличением выручки предприятия, снижением дебиторской задолженности (положительный момент), значительным снижением кредиторской задолженности (более чем на 200 млн. руб.). Показатели 2012 года в целом также имели положительную тенденцию, в этом году произошел хоть и незначительный, но рост выручки, существенно вырос показатель прибыли от продаж, произошедший рост кредиторской задолженности на 103 млн. руб. был фактически сбалансирован уменьшением на 56 млн. руб. краткосрочных заемных средств. Таким образом, основные финансовые показатели 2011-2012 г.г. свидетельствуют об успешном развитии предприятия в данный период времени.

Данные выводы экспертов согласуются с анализом финансового состояния должника, проведенным временным управляющим ФИО6 по результатам процедуры наблюдения, согласно которого резкое ухудшение финансового положения должника связано с падением объемов реализации в периоде с 01.01.2012 по 31.12.2015: объем продаж в 2014 году сократился в 122,6 раза по сравнению с 2012 годом.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции согласился, отметив, что механизм, установленный статьей 61.17 Закона о банкротстве, к корпоративным убыткам как к активу самого должника (его акционеров) в полном объеме не может быть применим.

Суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемых судебных актов, исходя из следующих обстоятельств.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2024 № 305- ЭС23-22266 по делу № А40-169761/2018 обращено внимание судов на следующее.

Для реализации цели максимального наполнения конкурсной массы для соразмерного удовлетворения требований кредиторов должника (статья 2 Закона о банкротстве) кредиторам и уполномоченным органам, требования которых не были удовлетворены за счет имущества должника- банкрота, законом предоставлены иные вспомогательные правовые средства, в том числе возможность получить удовлетворение за счет

имущества лиц, контролировавших должника, посредством привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника либо взыскания с них убытков в порядке статьи 61.20 Закона о банкротстве.

Положениями статьи 61.17 Закона о банкротстве урегулированы отношения по распоряжению кредиторами правом требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Однако данная статья не содержит указания на возможность применения соответствующего механизма в отношении распоряжения кредиторами своим правом требования о привлечении контролирующих лиц к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков.

Соответственно ключевой вопрос, подлежащий разрешению при рассмотрении настоящего дела, состоит в возможности применения положений о выборе способа распоряжения субсидиарной ответственностью к требованию о возмещении убытков с контролирующих лиц.

В отличие от субсидиарной ответственности, которая всегда имеет целью погашение требований кредиторов должника, возмещение убытков может быть направлено на компенсацию имущественных потерь как кредиторов, так и самой корпорации (акционеров, участников). Ввиду этого, в зависимости от имущественного интереса, на защиту которого направлено предъявленное арбитражным управляющим или кредиторами в деле о банкротстве требование о возмещении убытков, необходимо различать кредиторские (конкурсные) и корпоративные (замещающие) иски.

По заявлению о привлечении контролирующих лиц к ответственности в виде взыскания убытков по корпоративным основаниям прямым выгодоприобретателем выступает должник (его акционеры, участники), ввиду чего цена такого иска законодательно не ограничена размером требований кредиторов (пункт 6 статьи 61.20 Закона о банкротстве). Она определяется по правилам статей 15, 53.1, 393 ГК РФ и равна сумме всех убытков, причиненных организации.

Предъявляя такой иск, кредиторы являются лишь процессуальными истцами, наделенными в силу пунктов 1 и 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве полномочиями выступать от имени (вместо) корпорации и ее акционеров. При этом корпоративные убытки (в отличие от кредиторских) изначально не принадлежат сообществу кредиторов, поскольку направлены на возмещение вреда, причиненного собственникам юридического лица.

Удовлетворение от такого права требования кредиторы в процедуре банкротства могут получить лишь с учетом правил статей 134, 142 Закона о банкротстве в форме распределения конкурсной массы, пополненной на сумму взыскания такой задолженности либо суммы, полученной от реализации данного права требования на торгах.

С точки зрения законодательства о банкротстве право на соответствующий кредиторский иск возникает с момента, когда носящая недобросовестный характер деятельность должника начинает приносить вред кредиторам, то есть когда поступления в имущественную массу должника становятся ниже его кредиторской нагрузки (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2020 № 310-ЭС20-6760), иными словами, когда стоимость чистых активов корпорации приобретает отрицательное значение.

Таким образом, основным критерием, позволяющим определить природу взыскиваемых убытков, является момент, возникло ли в результате совершения контролирующими лицами недобросовестных действий отрицательное значение чистых активов должника, то есть когда поступления в имущественную массу должника стали ниже его кредиторской нагрузки.

В рассматриваемом случае, как установлено судами, в 2011-2012 г.г. у общества «Димитровградский комбинат мясопродуктов» наблюдалась положительная динамика основных финансовых показателей. Так, размер основных средств вырос с 2 800 000 руб. в 2010 году до 184 072 000 руб. в 2012 году, запасы выросли с 79 600 000 руб. в 2010 году

до 168 628 000 руб. в 2012 году, кредиторская задолженность уменьшилась с 330 400 000 руб. в 2010 году до 211 656 руб. в 2012 году; если в 2010 году наблюдался убыток в размере 8 800 000 руб., то в 2012 году образовалась чистая прибыль в размере 6 800 000 руб. В 2011 году наблюдалось резкое увеличение выручки предприятия, снижение дебиторской задолженности (положительный момент), значительное снижение кредиторской задолженности (более чем на 200 млн.руб.).

Указанные обстоятельства ранее также послужили основанием для отказа в удовлетворении требования о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника со ссылкой на отсутствие прямой причинной связи между совершением вменяемых ответчику нарушений и банкротством ООО «Димитровградский комбинат мясопродуктов».

Установив указанные обстоятельства, суды пришли к выводу о том, что сделки с ООО «Диалог», ООО «Конус» и ООО «Старт», послужившие основанием взыскания с ФИО4 убытков, не привели к возникновению кризиса в обществе «Димитровградский комбинат мясопродуктов» и причинили вред не кредиторам, а лишь должнику, в связи с чем по своей природе являются корпоративными.

В соответствии со сложившейся судебной практикой (пункт 14 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2024 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.04.202), правовая природа взысканных с контролирующего должника лица убытков прямо влияет на объем полномочий кредиторов в отношении таких убытков.

Так, нормами пункта 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве предусмотрены три способа распоряжения требованием: 1) взыскание задолженности по требованию; 2) продажа требования с торгов; 3) уступка кредитору части требования в размере требования кредитора.

Реализация первых двух способов осуществляется в деле о банкротстве, конкурсная масса пополняется путем взыскания денежных средств с контролирующего должника лица или путем возмездной уступки

требования к нему. Распределение конкурсной массы производится с соблюдением очередности, установленной статьями 134, 142 Закона о банкротстве.

Третий же способ подразумевает замену взыскателя в части соответствующей суммы, для чего суд выдает на имя каждого такого кредитора как взыскателя исполнительный лист с указанием размера и очередности погашения его требования в соответствии со статьей 134 настоящего Федерального закона (подпункт 1 пункта 4 статьи 61.17 Закона о банкротстве).

Суть этого способа распоряжения состоит в том, что кредиторы, будучи действительными собственниками права требования, прекращают представительские функции должника, принимая решение в дальнейшем самостоятельно реализовывать права в отношении принадлежащего им актива.

Таким образом, исходя из приведенной правовой позиции, вопрос о возможности распоряжения правом на возмещение убытков должен разрешаться, исходя из того, какой интерес защищает это право.

Если к кредиторским убыткам, как и к субсидиарной ответственности, принадлежащим самим кредиторам, возможно применение механизма, установленного статьей 61.17 Закона о банкротстве, то к корпоративным убыткам как к активу самого должника (его акционеров) этот механизм не может быть применим.

В рассматриваемом случае суды установили, что вред причинен непосредственно должнику, как следствие, возмещение убытков направлено на возмещение вреда, причиненного собственникам юридического лица.

Учитывая изложенное, суды первой и апелляционной инстанции правомерно разрешили разногласия между кредиторами и конкурсным управляющим путем признания убытков, взысканных с ФИО4 в пользу должника в размере 602 448 223 руб. 96 коп. корпоративными убытками, удовлетворение требований которых подлежит с учетом правил статей 134, 142 Закона о банкротстве в форме распределения конкурсной

массы, полученной на сумму взыскания такой задолженности либо суммы, полученной от реализации данного права требования на торгах.

С учетом установленной судами корпоративной природы взысканных с ФИО4 убытков, не опровергнутых в установленном законом порядке, доводы уполномоченного органа об отсутствии оснований для отнесения взысканных убытков к числу корпоративных и, соответственно, ограничения кредиторов в выборе распоряжения правом на взыскание с ФИО4 убытков, в том числе путем уступки кредитору права требования таких убытков, подлежат отклонению как основанные на неверном толковании норм права.

Вопреки доводам Федеральной налоговой службы, вопрос размера пропорциональности удовлетворения всех кредиторов за счет денежных средств, взысканных с ФИО4 и поступивших в конкурсную массу, к предмету настоящего спора не относится и рассматривается судом в отдельном судебном заседании в рамках рассмотрения иного обособленного спора, возбужденного на основании соответствующего заявления.

Иные доводы подателя жалобы также подлежат отклонению, эти доводы были предметом рассмотрения и оценки судов первой и апелляционной инстанции и обоснованно отклонены, оснований для переоценки выводов судов судебная коллегия не усматривает.

Суд кассационной инстанции считает, что выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на положениях действующего законодательства.

При таких обстоятельствах судебная коллегия оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены обжалуемых судебных актов не находит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ульяновской области от 04.02.2025 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.04.2025 по делу № А72-1628/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья В.А. Самсонов

Судьи Е.В. Богданова

П.П. Васильев