Постановление от 27 сентября 2023 г. по делу № А79-14350/2019

Дело № А79-14350/2019
город Владимир
27 сентября 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 20 сентября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 сентября 2023 года.


Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Волгиной О.А.,

судей Кузьминой С.Г., Сарри Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 14.07.2023 по делу № А79-14350/2019, принятое по заявлению открытого акционерного общества «Чебоксарская керамика», общества с ограниченной ответственностью «ДорСтройСервис», Фонда развития спорта Чувашии, общества с ограниченной ответственностью «Магдалина», общества с ограниченной ответственностью «НПП «Бреслер», общества с ограниченной ответственностью «БКР», общества с ограниченной ответственностью «Снабкабель», общества с ограниченной ответственностью «Аспект», индивидуального предпринимателя ФИО3, индивидуального предпринимателя ФИО4 к ФИО2 о признании недействительными агентских договоров от 19.06.2018 № 4-А, от 19.01.2018 № 10/1-А и взыскании 4 000 000 руб.,


при участии:

от ФИО2 – ФИО5 по доверенности от 10.08.2023 серии 21АА № 1597168 сроком действия три года;

от ФИО6 – ФИО7 по доверенности от 12.01.2022 серии 21АА № 1438395 сроком действия пять лет;

от конкурсного управляющего акционерного коммерческого банка «ЧУВАШКРЕДИТПРОМБАНК» (ПАО) Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – ФИО8 по доверенности от 23.01.2020 серии 77АГ № 3291817 сроком действия по 31.12.2023,



установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного коммерческого банка «ЧУВАШКРЕДИТПРОМБАНК» (ПАО) (далее – Банк) в Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии обратились открытое акционерное общество «Чебоксарская керамика» (далее – ООО «Чебоксарская керамика»), общество с ограниченной ответственностью «ДорСтройСервис») далее – ООО «ДорСтройСервис», Фонд развития спорта Чувашии (далее – Фонд), общество с ограниченной ответственностью «Магдалина» (далее – ООО «Магдалина»), общество с ограниченной ответственностью «НПП «Бреслер» (далее – ООО «НПП «Бреслер»), общество с ограниченной ответственностью «БКР» (далее – ООО «БКР»), общество с ограниченной ответственностью «Снабкабель» (далее – ООО «Снабкабель»), общество с ограниченной ответственностью «Аспект» (далее – ООО «Аспект»), индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее – ИП ФИО3), индивидуальный предприниматель ФИО4 (далее – ИП ФИО4) с заявлением к ФИО2 о признании недействительными агентских договоров от 19.06.2018 № 4-А, от 19.01.2018 № 10/1-А и взыскании 4 000 000 руб.

Требование конкурсных кредиторов основано на положениях статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО6 и ФИО9.

Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии определением от 14.07.2023 признал недействительными агентские договора от 19.06.2018 № 4-А, от 19.01.2018 № 10/1-А, заключенные между Банком и ФИО2; применил последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника денежные средства в размере 4 000 000 руб.; взыскал с ФИО2 в пользу ООО «БКР» расходы по уплате государственной пошлины в размере 6000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указывает на отсутствие у суда первой инстанции оснований для признания оспариваемых сделок мнимыми на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Свою позицию заявитель мотивирует недоказанностью отсутствия у сторон сделок намерения их исполнять и создать соответствующие ей последствия, а также наличие у всех сторон воли совершить мнимую сделку.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, представлены в материалы дела акты выполненных работ с приложением отчётов, а также договор купли-продажи недвижимого имущества от 26.01.2018, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «АЛЗА» (далее – ООО «АЛЗА») и обществом с ограниченной ответственностью «Крокус Авто» (далее – ООО «Крокус Авто») и договор купли-продажи от 16.01.2019, заключенный между Банком и обществом с ограниченной ответственностью «Сигма» (далее – ООО «Сигма»), указывают на реальность намерений сторон оспариваемых сделок, а также на качество оказанных услуг агентом и получением принципалом желаемого им результата. Отмечает, что наличие в Банке подразделения по реализации имущества не лишало его права заключить договор с ФИО2, при этом у последнего отсутствовала обязанность проверять наличие или отсутствие подразделений у Банка (контрагента по договору), который мог бы выполнить аналогичные действия по поиску покупателей объектов недвижимого имущества, равно как и запрет на заключение договоров с Банком, у которого имеется такое подразделение.

С точки зрения ФИО2, действия Банка вопреки утвержденному Порядку заключения и исполнения хозяйственных договоров и договоров подряда само по себе не является доказательством того, что Банк на самом деле не имел намерения исполнять заключенные с ФИО2 агентские договоры.

Заявитель апелляционной жалобы также считает необоснованным непринятие судом первой инстанции и неотражение в судебном акте показаний свидетеля ФИО10, согласно которым поиском покупателей недвижимого имущества занимался ФИО2, а в обязанность его подразделения не входила продажа имущества Банка или заложенного другими лицами имущества.

Кроме того, заявитель апелляционной жалобы ссылается на отсутствие в судебном акте мотивов отклонения приведенных ФИО2 доводов.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе ФИО2 с учетом ее уточнения.

Представитель ФИО2 в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы, настаивал на ее удовлетворении.

Конкурсный управляющий Банка Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» в отзыве письменно, а также его представитель в судебном заседании устно указали на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просили оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

ФИО6 в отзыве письменно и ее представитель в судебном заседании устно поддержали доводы апелляционной жалобы; просили обжалуемое определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между Банком (принципалом) и ИП ФИО2 (агентом) заключен агентский договор от 19.01.2018 №10/1-А, по условиям которого принципал поручает, а агент берет на себя обязательство совершить по поручению принципала действия, направленные на поиск юридических и физических лиц, заинтересованных в приобретении объектов недвижимости и заключении договоров купли-продажи имущества ООО «Алза», договоров уступки права требования долга с принципалом по обязательствам ООО «Алза» (пункт 1.1 договора).

Согласно Приложению № 1 к договору № 10/1-А под имуществом понимаются объекты недвижимости, принадлежащие на праве собственности ООО «Алза», находящиеся в залоге у принципала, в том числе незавершенный строительством объект со степенью готовности 95 процентов, расположенный по адресу: <...>, право аренды земельного участка общей площадью 5931 кв.м для завершения производственной базы.

В обязанности агента согласно пунктам 2.3 и 3.1 договора входит осуществление для заказчика поиск потенциальных покупателей на имущество, в том числе, используя собственную картотеку, компьютерную базу данных, печатные средства массовой информации и электронную базу данных сети Интернет, подготовка проекта договора купли-продажи имущества и иных сопутствующих документов, анализ рынка, а именно состояние спроса и предложения на аналогичные объекты недвижимости, консультации принципала по вопросам конъюнктуры рынка нежилой недвижимости, осуществление деловых контактов, ведение переговоров с потенциальными покупателями, организация осмотра потенциальным покупателям имущества, сопровождение процесса государственной регистрации договора купли-продажи имущества; представлять по требованию принципала отчеты о ходе исполнения договора, ежеквартально представлять принципалу отчет о выполнении поручения.

Согласно пункту 4.1 агентского договора № 10/1-А вознаграждение агента за оказанные услуги составляет два процента от стоимости, подлежащей оплате по договору купли-продажи, заключенному в соответствии с пунктом 1.1 договора (пункт 4.1 договора).

Кроме того, между Банком (принципалом) и ИП ФИО2 (агентом) заключен агентский договор от 19.06.2018 №4-А, по условиям которого принципал поручает, а агент берет на себя обязательство совершить по поручению принципала действия, направленные на поиск юридических и физических лиц, заинтересованных в приобретении объектов недвижимости и заключении договоров купли-продажи имущества ООО «Алза», в том числе торгово-офисный центр «Атал», площадью 2179,2 кв.м (пункты 1.1, 1.3 договора).

По условиям пунктов 2.3 и 3.1 договора в обязанности агента входит осуществление для заказчика поиска потенциальных покупателей на имущество, в том числе, используя собственную картотеку, компьютерную базу данных, печатные средства массовой информации и электронную базу данных сети Интернет, подготовка проекта договора купли-продажи имущества и иных сопутствующих документов, анализ рынка, а именно состояние спроса и предложения на аналогичные объекты недвижимости, консультации принципала по вопросам конъюнктуры рынка нежилой недвижимости, осуществление деловых контактов, ведение переговоров с потенциальными покупателями, организация осмотра потенциальным покупателям имущества, сопровождение процесса государственной регистрации договора купли-продажи имущества; представлять по требованию принципала отчеты о ходе исполнения договора, ежеквартально представлять принципалу отчет о выполнении поручения.

Вознаграждение агента за оказанные услуги составляет 4 процента от стоимости, подлежащей оплате по договору купли-продажи, заключенному в соответствии с пунктом 1.1 договора (пункт 4.1 договора).

Приказами Банка России от 07.11.2019 № ОД-2565 и № ОД-2566 у Банка отозвана лицензия на осуществление банковских операций. В соответствии с пунктом 2 статьи 189.26 Закона о банкротстве в связи с отзывом лицензии на осуществление банковских операций назначена временная администрация по управлению Банком, о чем в «Вестнике Банка России» от 13.11.2019 № 72 (2124) опубликованы соответствующие сведения.

На основании заявления Банка России в лице Отделения – Национального банка по Чувашской Республике Волго-Вятского главного управления Центрального банка Российской Федерации (далее – Банк России) 20.12.2019 возбуждено производство по делу о банкротстве Банка.

Решением Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 28.02.2020 Банк признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства; конкурсным управляющим утверждена Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов».

Предметом настоящего заявления является требований кредиторов должника о признании недействительными агентских договоров от 19.06.2018 № 4-А, от 19.01.2018 № 10/1-А и взыскании 4 000 000 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 189.90 Закона о банкротстве сделка, совершенная кредитной организацией или иным лицом за ее счет, может быть признана арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве кредитной организации, недействительной по заявлению конкурсного управляющего в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом. К оспариванию таких сделок применяются правила, предусмотренные пунктами 1 – 10 статьи 189.40 настоящего Федерального закона.

Сделка, совершенная кредитной организацией (или иными лицами за счет кредитной организации) до даты назначения временной администрации по управлению кредитной организацией либо после такой даты, может быть признана недействительной по заявлению руководителя такой администрации в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, а также Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом. Периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными, или возникли обязательства кредитной организации, указанные в статьях 61.2, 61.3 и пункте 4 статьи 61.6 настоящего Федерального закона, исчисляются с даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией (пункты 1, 3 статьи 189.40 Закона о банкротстве).

Оспариваемые сделки совершены 19.01.2018 и 19.06.2018, то есть в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве (20.12.2019), в связи с чем могут быть оспорены на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, под которым понимается, в частности, существенно в худшую для должника сторону различие цены этой сделки и/или иных условий на момент ее заключения относительно цены и/или иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

В свою очередь совершенная должником-банкротом сделка, имевшая целью причинение вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в случае ее совершения в пределах трехгодичного периода подозрительности и доказанности оспаривающим ее лицом соответствующих критериев подозрительности (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), отсутствие хотя бы одного из которых является основанием к отказу в признании сделки недействительной по указанному основанию.

Под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и/или увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 5 Постановления № 63 разъясняется, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 4 Постановления № 63 указано, что наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В рассматриваемом случае следует установить наличие у сторон цели причинение вреда кредиторам в результате совершения оспариваемой сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, по которому сторона должна получить плату или иное встречное предоставление за исполнение своих обязанностей, является возмездным.

По агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала. Принципал обязан уплатить агенту вознаграждение в размере и в порядке, установленных в агентском договоре (часть 1 статьи 1005, часть 1 статьи 1006 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из положений части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (абзац второй пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее –
Постановление № 25).

Правовыми последствиями заключения агентского договора являются оказание исполнителем фактических и юридических действий и возникновение у заказчика обязанности уплатить вознаграждение, следовательно, в обязанности исполнителя по договору входит привлечение клиентов.

Исходя из положений названных норм права в предмет доказывания по настоящему спору (признание агентского договора) входят обстоятельства реальности действий сторон договора по его исполнению и установления действительной воли сторон при заключении указанного договора.

В подтверждение факта оказания услуг по оспариваемому договору представлены акты о приемке выполненных работ, отчеты исполнителя и договоры купли-продажи от 16.01.2019 и от 26.01.2018 (том 1 листы дела 78-80, 91-93, 118-121).

Между тем, представленные в материалы дела акты о приемке выполненных работ и отчеты агента не подтверждают фактическое оказание услуг ФИО2, предусмотренных оспариваемыми договорами, поскольку само по себе подписание сторонами актов об оказанных услугах в отсутствие документального подтверждения совершения ФИО2 действий, сопутствующих выполнению условий договора, не является безусловным подтверждением факта оказания услуг.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает оформление актов о приемке выполненных работ, которые по сути содержат лишь указание предмета договоров без указания конкретных видов совершенных услуг исполнителем, а также ссылкой на отчет. При этом, если акты оказанных услуг содержат лишь обобщенную информацию и не содержат ссылки на отчеты исполнителя, информацию, какие конкретно услуги оказаны, то расходы, понесенные организацией на оплату таких услуг, признаются экономически не оправданными и не обоснованными. Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2016 № 308-КГ16-14980.

Указанный в отчетах о выполненных работах объем работы также не подтвержден документально. Конкретных доказательств исполнения агентских договоров именно ФИО2, например, размещение объявлений о продаже объектов недвижимости, переписка между должником и агентом, иные документы участия агента в процессе по поиску покупателей, согласованию, подготовке и подписанию документов, которые бы свидетельствовали о фактическом оказании услуг, в материалах дела не имеется.

Представленные в материалы дела договоры купли-продажи также не являются безусловным доказательством фактического исполнения ФИО2 обязательств по договору, поскольку не содержат сведений об их заключении ФИО2 (агентом) в интересах Банка (принципала). Напротив, при заключении названных договоров купли-продажи следует, что они заключены Банком в лице Председателя Правления ФИО6

При этом согласно выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей ФИО2 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, основным видом экономической деятельности которого являлось техническое обслуживание и ремонт легковых автомобилей и легковых грузовых автотранспортных средств. Сведений относительно оказания риелторских услуг как в ЕГРИП, так и в иных документах или информации ранее оказанных аналогичных услугах, в материалах дела не имеется.

Более того, локальными внутренними документами, в частности Порядком заключения и исполнения хозяйственных договоров и договоров подряда, Регламентом реализации имущества, обеспечивающего исполнение обязательств перед Банком, установлены порядок определения контрагентов, продажи имущества, а также определено ответственное подразделение, обеспечивающее координацию и реализацию процесса продажи имущества – Управление обеспечения продаж Банка (УОП).

Наличие у Банка таких структурных подразделений как Управление обеспечения продаж и Отдел организации и сопровождения продаж, подтвержден штатным расписанием должника.

Указанное свидетельствует о том, что фактически услуги, входящие в предмет оспариваемых договоров могли быть выполнены сотрудниками Банка в силу своих служебных обязанностей.

Сторонами сделки также не раскрыта экономическая целесообразность заключения оспоренных договоров, учитывая наличие у Банка структурного подразделения и сотрудников, созданного в целях обеспечения координации и реализации процесса продажи имущества, равно как принятие ФИО2 на себя обязательств по оказанию услуг агента, не свойственной для последнего исходя из сведений об экономической деятельности индивидуального предпринимателя ФИО2, содержащимся в ЕГРЮЛ.

Ссылки ФИО2 на свидетельские показания ФИО10 (прослушивание записи также производилось в суде апелляционной инстанции), а равно показания покупателей (ООО «Крокус Авто» и ООО «Сигма»), не могут быть приняты судом во внимание, поскольку в соответствии со статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами. При отсутствии документального подтверждения совершения ФИО2 действий, сопутствующих выполнению условий агентских договоров, свидетельские показания не могут подтверждать их совершение.

Принимая во внимание отсутствие надлежащих и бесспорных доказательств реальности правоотношений сторон по оспариваемым агентским договорам от 19.06.2018 № 4-А, от 19.01.2018 № 10/1-А, отсутствие экономической целесообразности сделок, указанные договоры подлежат признанию заключенными лишь для вида, не преследующими цели создать соответствующие им правовые последствия, то есть мнимыми сделками.

В результате совершения оспариваемых сделок причинен вред конкурсным кредиторам должника, поскольку из конкурсной массы выбыли денежные средства в размере 4 000 000 руб. в счет оплаты несуществующих (мнимых) обязательств.

При этом, ФИО2, заключая мнимые агентские договоры и принимая от Банка денежные средства в отсутствие какого-либо встречного предоставления с его стороны, не мог не осозновать причинение Банку и его кредиторам, вреда оспариваемыми сделками.

С учетом изложенного, оспариваемые агентские договоры от 19.06.2018 № 4-А, от 19.01.2018 № 10/1-А подлежат признанию недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротства и статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, материалы дела не содержат надлежащих и бесспорных доказательств реальности оказания ФИО2 услуг, равно как и наличия у сторон намерения фактического оказания услуг и их принятие.

Ссылка ФИО6 на приговор суда в отношении директора и учредителя ООО «Алза» ФИО11, подтверждающие сложность заключения договора купли-продажи имущества ООО «Алза» и погашения задолженности перед Банком, несостоятельная, указанные обстоятельства не свидетельствуют о факте реальности исполнения ФИО2 обязательств по агентскому договору. Указанные сведения лишь свидетельствуют о заключении договора купли-продажи имущества ООО «Алза», что в рассматриваемом случае и не оспаривается. Следовательно, представленные ФИО6 в суд апелляционной инстанции с отзывом от 19.09.2023 документы, надлежащим образом и бесспорно не подтверждают именно факты заключения агентского договора и оказания агентских услуг ФИО2 для Банка.

Общим последствием недействительности сделок, предусмотренным в пункте 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, является возврат другой стороне всего полученного по сделке.

Как указано в пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником и изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Из материалов дела усматривается и не оспаривается участниками процесса, что в счет недействительных сделок должник перечислил ФИО2 в период с 01.03.2018 по 31.01.2019 денежные средства в общей сумме 4 000 000 руб.

С учетом положений пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве, применению подлежат последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника денежных средств в сумме 4 000 000 руб.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что суд не указал мотивы, по которым отклонил приведенные им доводы, отклоняется судом апелляционной жалобы, поскольку отсутствие перечисления в судебном акте всех имеющихся в деле доказательств не свидетельствует о том, что данные доказательства не были исследованы судом (аналогичная правовая позиция указана Верховным судом Российской Федерации в определении от 30.08.2017 № 305-КГ17-1113).

Таким образом, арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Доводы заявителя жалобы являются аналогичными доводам, указанным в суде первой инстанции, которым судом дана надлежащая правовая оценка, которая признается судом апелляционной правомерной. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Иная оценка заявителем апелляционной жалобы обстоятельств настоящего обособленного спора не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствует о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 14.07.2023 по делу № А79-14350/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий судья


О.А. Волгина


Судьи


С.Г. Кузьмина


Д.В. Сарри