Решение от 20 мая 2024 г. по делу № А40-211844/2023

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ                                                                                            
РЕШЕНИЕ

Дело № А40-211844/23-34-1226
г. Москва
21 мая 2024 г.
Резолютивная часть решения объявлена 13 мая 2024 г.

Решение изготовлено в полном объеме 21 мая 2024 г.


Арбитражный суд г. Москвы в составе:

Судьи Кравчик О.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Бидогаевой А.В.,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

ФИО1

к ФИО2

третье лицо - ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "РИН" (115193, РОССИЯ, Г. МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ ЮЖНОПОРТОВЫЙ, ПЕТРА ФИО3 УЛ., Д. 7, СТР. 1, ЭТАЖ/ПОМЕЩ. 5/I, КОМ./ОФИС 9/Б8К, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 05.07.2007, ИНН: <***>, КПП: 772301001, ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ДИРЕКТОР: ФИО1)

об исключении участника из общества,

по встречному иску об исключении участника из общества, взыскании убытков,

в заседании приняли участие: согласно протоколу, 



УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ФИО2 об исключении участника из общества.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО "РИН".

ФИО2 заявил встречное исковое заявление к ФИО1 об исключении участника из общества, о взыскании в пользу общества 417 040 101 руб. 63 коп. убытков, которое принято судом для совместного рассмотрения с первоначальным иском с учетом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ.

Истец по первоначальному иску (далее также - истец) в судебном заседании поддержал первоначальный иск, против встречного иска возражал.

Ответчик по первоначальному иску (далее также - ответчик) возражал относительно заявленных требований, просил удовлетворить встречный иск.

Третье лицо в судебном заседании поддержало истца.

Рассмотрев материалы дела, основания и предмет заявленных требований, оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения первоначальных и встречных исковых требований в части требования об исключении участника из общества, об обоснованности встречных исковых требований в части убытков, которые подлежат частичному удовлетворению, исходя из следующего.

Как усматривается из материалов дела, участник - ФИО1, обладающая долей в размере 50% уставного капитала ООО "РИН" (далее - общество), обратилась в суд с исковым заявлением об исключении участника - ФИО2, обладающего долей в размере 50% уставного капитала, из общества. Участником ФИО2 заявлен встречный иск об исключении участника ФИО1 из общества, а также о взыскании убытков в пользу общества.

В соответствии со статьей 10 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", Закон № 14-ФЗ), участники общества, доли которых в совокупности составляют не менее чем десять процентов уставного капитала общества, вправе требовать в судебном порядке исключения из общества участника, который грубо нарушает свои обязанности либо своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет.

Права и обязанности участника общества предусмотрены статьями 8, 9 Закона № 14-ФЗ и регламентированы уставом общества.

Согласно пункту 1 статьи 67 Гражданского кодекса Российской Федерации участник хозяйственного товарищества или общества наряду с правами, предусмотренными для участников корпораций пунктом 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, также вправе: требовать исключения другого участника из товарищества или общества (кроме публичных акционерных обществ) в судебном порядке с выплатой ему действительной стоимости его доли участия, если такой участник своими действиями (бездействием) причинил существенный вред товариществу или обществу либо иным образом существенно затрудняет его деятельность и достижение целей, ради которых оно создавалось, в том числе грубо нарушая свои обязанности, предусмотренные законом или учредительными документами товарищества или общества. Отказ от этого права или его ограничение ничтожны.

К таким нарушениям, в частности, может относиться систематическое уклонение без уважительных причин от участия в общем собрании участников общества, лишающее общество возможности принимать значимые хозяйственные решения по вопросам повестки дня общего собрания участников, если непринятие таких решений причиняет существенный вред обществу и (или) делает его деятельность невозможной либо существенно ее затрудняет; совершение участником действий, противоречащих интересам общества, в том числе при выполнении функций единоличного исполнительного органа (например, причинение значительного ущерба имуществу общества, недобросовестное совершение сделки в ущерб интересам общества, экономически необоснованное увольнение всех работников, осуществление конкурирующей деятельности, голосование за одобрение заведомо убыточной сделки), если эти действия причинили обществу существенный вред и (или) сделали невозможной деятельность общества либо существенно ее затруднили (пункт 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" и в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.05.2012 № 151 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с исключением участника из общества с ограниченной ответственностью" (далее - Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 24.05.2012 № 151) разъяснены критерии оценки грубого нарушения участником общества своих обязанностей либо когда участник общества своими действиями (бездействием) существенно их нарушает.

В силу изложенного и системного толкования положений действующего законодательства можно прийти к выводу о том, что по рассматриваемому иску суд должен дать оценку степени нарушения участником своих обязанностей, степени его вины, а также установить факт такого нарушения, то есть факт совершения участником конкретных действий или уклонения от совершения предписываемых законом действий (бездействия) и факт наступления (возможности наступления) негативных для общества последствий. При этом следует отметить, что критерии оценки, определяющие, кто должен остаться участником, а кто должен быть исключен, указанной нормой и разъяснениями не предусмотрены. В каждом конкретном случае это является исключительным правом и обязанностью суда. Исключение участника представляет собой специальный корпоративный способ защиты прав, целью которого является устранение вызванных поведением одного из участников препятствий к осуществлению нормальной деятельности общества.

Понятия осуществления участником общества действий (бездействия), в результате которых деятельность общества существенно затрудняется или делается невозможной, являются оценочными.

Обязательным признаком действий (бездействия) участника, влекущих за собой невозможность деятельности общества или существенно ее затрудняющих, является такой признак, как неустранимый характер негативных последствий соответствующих действий (бездействия).

По существу это означает, что действия (бездействие) участника должны создавать настолько серьезные препятствия в деятельности общества, что они не могут быть преодолены никаким другим образом кроме как прекращением его участия в юридическом лице.

Исключение участника из общества является крайней мерой, связанной с лишением права на долю в уставном капитале общества, поэтому оно может применяться лишь тогда, когда последствия действий участника не могут быть устранены без лишения нарушителя возможности участвовать в управлении обществом.

В пункте 1 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 24.05.2012 № 151 указано, что поскольку участник общества несет обязанность не причинять вред обществу, грубое нарушение этой обязанности может служить основанием для его исключения их общества. Мера в виде исключения участника подлежит применению тогда, когда лицо совершает действия, заведомо влекущие причинение вреда обществу, тем самым нарушают доверие между его участниками и препятствуют продолжению нормальной деятельности общества.

В обоснование исковых требований истец указал на то, что ответчик своими действиями существенно затрудняет деятельность общества, ссылаясь на дела № А40-154128/19 (по иску ответчика к обществу о признании недействительным решения единоличного исполнительного органа общества об отзыве доверенностей, оформленного приказом генерального директора от 31.05.2019 № б/н), № А40-217758/19 (по иску ответчика к обществу о признании недействительной сделки - мирового соглашения, заключенного в рамках рассмотрения дела о несостоятельности (банкротстве) № А40-51687/2012 ООО "Клиника-М", от 26.07.2019), № А40-157316/23 (по иску ответчика о ликвидации общества), № А40-154746/23 (по иску ответчика о понуждении предоставить документы общества, взыскании судебной неустойки на случай неисполнения судебного акта).

Встречные исковые требования мотивированы наличием обстоятельств, свидетельствующих о причинении истцом существенного вреда обществу. Ответчик указал, что единственным активом общества являлось медицинское оборудование, которое по договору ответственного хранения № ОТВ-31/15 от 01.07.2015 передано на хранение ООО "Клиника-М", вследствие чего общество не получало прибыль, несло расходы на оплату услуг хранителя, что причинило убытки обществу в размере 34 504 000 руб. (период с 01.07.2015 по 24.11.2022); убытки в виде упущенной выгоды составили 144 024 933 руб. (оборудование не передано в аренду); убытки вследствие утраты оборудования (1) часть оборудования продана по заниженной стоимости - 162 096 442 руб. 99 коп., 2) не доказано включение в реестр требований текущих платежей в отношении части оборудования - 8 030 197 руб. 77 коп., 3) иное оборудование (утраченное) - 17 471 694 руб. 54 коп.); убытки вследствие перечисления денежных средств ФИО4 (платежное поручение № 33 от 25.07.2023) - перечислило 50 912 833 руб. 33 коп.

Между ООО "Клиника-М" и обществом заключен договор ответственного хранения № ОТВ-31/15 от 01.07.2015. Стоимость хранения ТМЦ составляет 380 000 руб. в месяц. Согласно акту приема-передачи № 1 от 01.07.2015 к договору, общая стоимость ТМЦ - 242 612 009 руб. 67 коп. Данный договор прекратил действие 24.11.2022. Согласно представленному ФИО2 заключению о рыночной стоимости № 1411К11/23 от 23.11.2023 об определении рыночной стоимости объектов движимого имущества, рыночная стоимость права пользования объектами движимого имущества за период с 01.11.2019 по 23.11.2023 составляет 144 024 933 руб. Между обществом (принципал) и ООО "СТАНДАРТ" (агент) заключен агентский договор № СТД-АГ/1/22 от 13.06.2022. В материалы дела представлены договоры, товарные накладные, платежные поручения в отношении реализованного оборудования. Как следует из постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2023 по делу № А40-51687/2012, решением Арбитражного суда города Москвы от 22.01.2013 ООО "Клиника-М" (далее - должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство; между ООО "Клиника-М" (доверитель) и ООО "РИН" (поверенный) заключен договор поручения № 113 от 01.11.2013, согласно которому доверитель поручает, а поверенный принимает на себя обязательство совершить от имени и за счет доверителя действия, связанные с осуществлением организации и координации строительства объекта: многофункционального медицинского центра "Клиника-М"; в 2017 г. конкурсный управляющий ФИО5 подписал от имени должника 36 актов о принятии услуг за период с 2014 по 2016 годы: 12 актов за 2014 год на общую сумму 48 162 648, 77 рублей; 12 актов за 2015 год на общую сумму 267 122 843, 56 рубля; 12 актов за 2016 год на общую сумму 127 896 492, 58 рубля., итого на сумму - 443 181 984, 91 руб.; в актах конкурсный управляющий ФИО5 подтвердил объем и стоимость услуг, оказанных ООО "РИН", их соответствие условиям договора. Платежным поручением № 33 от 25.07.2023 ООО "СТАНДАРТ" за ООО "РИН" перечислило ФИО4 50 912 833 руб. 33 коп.

Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Элементами гражданско-правовой ответственности являются противоправный характер поведения лица, причинившего убытки, наличие убытков и их размер, причинная связь между противоправным поведением правонарушителя и наступившими последствиями.

Соответственно, заявитель в обоснование требования о возмещении убытков должен доказать наличие всех перечисленных элементов юридического состава ответственности. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

В пунктах 1 - 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление № 62) разъяснено, что именно истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В подпункте 5 пункта 2 постановления № 62 разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица. Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации (подпункт 1 и 2 пункта 3 постановления № 62).

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ) (пункт 5 постановления № 62).

Согласно пункту 2 статьи 44 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник (пункт 5 статьи 44 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью").

В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце втором пункта 1 постановления № 62 арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Согласно пункту 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума № 25) применяя положения статьи 53.1 ГК РФ об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Как следует из материалов дела, единоличным исполнительным органом (генеральным директором) общества с момента его государственной регистрации (05.07.2007) является ФИО1 Доля участия приобретена ФИО2 в мае 2019 и до приобретения 50% доли в уставном капитале общества (17.05.2019) ФИО2 имел возможность ознакомиться с положением дел в обществе, учитывая, что договор ответственного хранения заключен и ТМЦ передавались в июле 2015 г., а правоотношения с ООО "Клиника-М" (должником) по делу о банкротстве - 2013 г.

С учетом того, что судебный контроль в соответствии с пунктом 1 постановления № 62 призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, судом отклоняются доводы ответчика о нецелесообразности, неправомерности действий истца по передаче оборудования на ответственное хранение. При этом, ФИО2 не доказано, что действия ФИО1, связанные с несением расходов на оплату услуг хранителя, не соответствовали интересам общества, учитывая заявленный во встречном иске период - 7 лет и то обстоятельство, что ответчик участвует в управлении делами общества с 28.05.2019. Также, арбитражный суд с учетом корпоративного характера спора о взыскании убытков, причиненных обществу единоличным исполнительным органом, вправе дать оценку лишь конкретным (доказанным) действиям (бездействию) единоличного исполнительного органа с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей, исходя из закрепленной в гражданском законодательстве презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 ГК РФ). Таким образом, исходя из перечисленных норм гражданско-правового регулирования обязательств вследствие причинения вреда и разъяснений об их применении, следует, что рассматривая подобную категорию споров, суд должен, в первую очередь, установить, что конкретные действия или бездействие, вменяемые ответчику как повлекшие причинение убытков, имели место в действительности. Отказывая в удовлетворении иска в части убытков в виде упущенной выгоды вследствие того, что ФИО1 не передала имущество (оборудование) в аренду, суд приходит к выводу, что ФИО2 не доказано наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействий) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица, им не доказано наличие умысла на причинение убытков обществу передачей имущества на хранение вместо сдачи его в аренду. При этом, судом отклоняются доводы ответчика со ссылкой на заключение ООО КГ "ЭКСПЕРТ", поскольку определение вероятности наступления события и размера ущерба, возникшего в результате события, которое могло наступить или не наступить с определенной вероятностью, невозможно расценить как получение доказательства, отвечающего требованиям относимости и допустимости по смыслу статей 64, 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ввиду чего заключение о рыночной стоимости № 1411К11/23 об определении рыночной стоимости объектов движимого имущества не может быть принято судом в качестве надлежащего доказательства по делу. С учетом изложенного, протокольным определение суда от 13.05.2024 отказано в удовлетворении ходатайств о назначении по делу судебной экспертизы, в том числе по вопросам относительно рыночной стоимости арендной платы за пользование и владение имуществом за период с 16.10.2020 по 13.05.2024 с учетом продажи части оборудования (вопрос ответчика) и рыночной стоимости прав пользования и владения (аренды) имуществом (ТМЦ под соответствующими номерами) за период с 23.11.2019 по 23.11.2023 (вопрос общества). Кроме того, для оценки сделки на предмет равноценности встречных предоставлений следует сопоставить уплаченную покупателем стоимость с рыночной стоимостью имущества. Рыночная стоимость находится в прямой зависимости от спроса и предложения на рынке и от характера конкуренции продавцов и покупателей; на нее влияют и другие факторы: вид и состояние реализуемого имущества, наличие негативных экономических условий продажи имущества в конкретный промежуток времени и т.п. В каждом конкретном случае рыночная цена определяется индивидуально, на основе данных анализа рынка. Представленными в дело доказательствами подтверждается факт реализации части имущества. Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, а также оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что доказательств того, что заключив от имени общества договоры отчуждения, ФИО1 причинила убытки обществу, в материалы дела не предоставлено. Сопоставление стоимости оборудования на дату его передачи на хранение и цены реализации в данном случае необоснованно, учитывая, что участником общества ФИО2 не доказано, что генеральным директором реализовано ликвидное имущество по заведомо заниженной стоимости. С учетом изложенного, отказано в удовлетворении ходатайств о назначении по делу судебной экспертизы и по вопросам относительно рыночной стоимости соответствующего оборудования по состоянию на даты 11.11.2022, 30.11.2022, 28.12.2022, 14.07.2023 (вопрос ответчика) и рыночной стоимости имущества (ТМЦ под соответствующими номерами) на дату 24.11.2022 (вопрос общества). Судом учтено, что перечисление за медицинское оборудование денежных средств ОАО МНОГОПРОФИЛЬНАЯ КЛИНИКА "СОЮЗ" произведено 14.11.2022 по заключенному договору от 11.11.2022, поставка товара 15.11.2022 - до расторжения договора ответственного хранения. В данном случае судом не может быть принят и довод ответчика о том, что в реестр текущих требований не включены требования общества, связанные со спорным оборудованием (до момента предоставления первичной документации), поскольку в рамках дела о банкротстве ООО "Клиника-М" установлено наличие правоотношений между должником и обществом, начиная с 2013 г., наличие соответствующих документов на сумму 443 181 984, 91 руб. В пунктах 2 и 3 постановления № 62 даны разъяснения относительно того, какие действия (бездействие) директора могут свидетельствовать о его недобросовестности и/или неразумности. Для определения недобросовестности и неразумности в действиях (бездействии) конкретного лица его поведение нужно сопоставлять с реальными обстоятельствами дела, в том числе с характером лежащих на нем обязанностей и условиями оборота и с вытекающими из них требованиями заботливости и осмотрительности, которые во всяком случае должен проявлять любой разумный и добросовестный участник оборота. Платежным поручением № 1545 от 21.07.2023 ООО "ХАВЕН" перечислило ООО "СТАНДАРТ" (агентский договор с обществом) 50 000 000 руб. в счет оплаты по договору от 14.07.2023 за медицинское оборудование. Платежным поручением № 33 от 25.07.2023 ООО "СТАНДАРТ" за общество перечислило ФИО4 50 912 833 руб. 33 коп. в счет оплаты по договору займа от 13.07.2016. Суд в данном случае приходит к выводу об отсутствии достаточных доказательств того, что генеральный директор действовала недобросовестно, во вред обществу, и, с учетом презумпции добросовестности, а также отсутствия бесспорных доказательств того, что действия ФИО1 не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на создание неблагоприятных последствий, не усматривает оснований для удовлетворения требований о взыскании убытков. Доказательств использования руководителем общества заемных денежных средств в личных целях, а не для поддержания хозяйственной деятельности, не представлено. Само по себе отсутствие договора займа не является безусловным основанием для вывода о причинении убытков обществу.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункт 12 постановления Пленума № 25, размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд находит обоснованными требования в части убытков на сумму 17 471 694 руб. 54 коп.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Доказательства представляются лицами, участвующими в деле (часть 1 статьи 66 АПК РФ). Статья 68 АПК РФ предусматривает, что обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Ответчик, доказывая факт причинения убытков в части стоимости фактически утраченного оборудования, учитывал занимаемую последовательно и ФИО1 и обществом позицию о том, что сведениями о данном оборудовании они не располагают и документов представить не могут. При таких обстоятельствах, факт причинения убытков обществу следует как из отсутствия у ООО "РИН" движимого имущества в этой части, так и денежных средств в размере стоимости такого имущества, о месте нахождения которого не известно. Ненадлежащее исполнение истцом обязанностей генерального директора создало условия для возникновения у общества убытков в этой части, подлежащих возмещению генеральным директором.

Участник общества может быть исключен из него только в двух случаях: если он грубо нарушает свои обязанности либо своими действиями делает невозможной деятельность общества либо существенно ее затрудняет. По существу это означает, что действия (бездействие) участника должны создавать настолько серьезные препятствия в деятельности общества, что они не могут быть преодолены никаким другим образом, кроме как прекращением его участия в юридическом лице. При решении вопроса о том, является ли допущенное участником нарушение грубым, необходимо принимать во внимание степень его вины, наступление (возможность наступления) негативных для общества последствий.

При этом названная мера является исключительной, соответствующие обстоятельства должны носить объективный характер. Такая мера не может преследовать исключительно цель разрешения конфликта между участниками общества.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о том, что истец по первоначальному и истец по встречному искам не представили доказательств, подтверждающих грубое нарушение ответчиком по первоначальному и по встречному искам своих обязанностей как участника общества либо совершения ответчиком по первоначальному и по встречному искам заведомо неправомерных действий (бездействия), повлекших невозможность (затруднительность) осуществления деятельности общества. При этом, обращение с исками в суд таким обстоятельством не является.

Судом учтено, что отличительной особенностью настоящего корпоративного спора является фактически наличие равного количество долей у каждого из участников общества, что увеличивает риск возникновения ситуации невозможности принятия решения по вопросам, связанным с деятельностью общества, при этом, исключение участника представляет собой специальный корпоративный способ защиты прав, целью которого является устранение вызванных поведением одного из участников препятствий к осуществлению нормальной деятельности хозяйствующего субъекта.

При указанном соотношении долей, названный механизм защиты может применяться только в исключительных случаях при доказанности грубого нарушения участником общества своих обязанностей либо поведения участника, делающего невозможной или затрудняющей деятельность общества.

В соответствии с п. 7 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019), равное распределение долей между сторонами корпоративного конфликта не является основанием для отказа в иске об исключении участника из общества. По делам об исключении участников, где предъявлено встречное требование об исключении истца, и ситуация равного распределения долей между двумя участниками не является исключением, суд должен оценить наличие оснований для исключения в отношении каждого из участников спора в соответствии с абзацем четвертым пункта 1 статьи 67 ГК РФ.

В рассматриваемом случае, причиной затруднений в деятельности общества стал конфликт интересов участников, обладающих равным количеством долей, и желание за счет интересов другого участника разрешить внутрикорпоративный конфликт.

Действующим законодательством предусмотрено право участника выйти из общества независимо от согласия других его участников или общества и получить действительную стоимость своей доли в случае, если участник считает, что другой участник блокирует деятельность общества.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что оснований, предусмотренных статьей 10 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", для исключения участников из общества не имеется, принимая во внимание также, что исключение участника из общества, является крайней мерой, связанной с лишением права на долю в уставном капитале общества, которая может применяться лишь тогда, когда последствия действий участника не могут быть устранены без лишения нарушителя возможности участвовать в управлении обществом.

Не доказано наличие в действиях (бездействии) ФИО1 и ФИО2 грубого неисполнения обязанностей участников общества либо совершения действий (бездействия), которые делают невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняют.

Расходы по уплате государственной пошлины распределяются судом в соответствии со статьями 110, 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статей 8, 9, 11, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", руководствуясь статьями 4, 49, 64-68, 71, 110, 167-170, 171, 176-177, 180, 181, 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 



РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Встречные исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "РИН" (ОГРН: <***>) 17 471 694 (семнадцать миллионов четыреста семьдесят одна тысяча шестьсот девяносто четыре) руб. 54 коп. убытков.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 8 379 (восемь тысяч триста семьдесят девять) руб. расходов по уплате госпошлины.

В остальной части встречных исковых требований ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья                                                                                                        Кравчик О.А.