Решение от 26 декабря 2017 г. по делу № А03-11183/2017

А Р Б И Т Р А Ж Н Ы Й  С У Д  А Л Т А Й С К О Г О  К Р А Я

656015, г. Барнаул, пр. Ленина, д. 76, тел. (3852) 29-88-01,

http://www.altai-krai.arbitr.ru, е-mail: info@altai-krai.arbitr.ru

Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А03-11183/2017
г. Барнаул
27 декабря 2017 года
Резолютивная часть решения объявлена 20 декабря 2017 года. Полный текст решения изготовлен 27 декабря 2017 года.


Арбитражный суд Алтайского края в составе судьи Русских Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Торговый Дом «Г.Абель», г. Рубцовск

к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Алтайскому краю, г.Рубцовск

о признании решения незаконным,

при участии представителя  заинтересованного лица ФИО2, доверенность от 18.05.2017 № 420 



У С Т А Н О В И Л :

Общество с ограниченной ответственностью «Торговый Дом «Г.Абель» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Алтайскому краю (далее – инспекция) о признании недействительным решения от 10.03.2017 № 401 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

В обоснование заявленных требований заявитель указал, что инспекцией не опровергнуты представленные им доказательства, свидетельствующие о реальности совершенных хозяйственных операций с контрагентом ИП ФИО3 и не доказаны обстоятельства того, что операции по поставке товара в действительности не совершались. При этом налоговым органом не установлены факты взаимозависимости и аффилированности общества и его контрагента, не представлены доказательства совершения сторонами согласованных умышленных действий, направленных на искусственное возмещение НДС. Налогоплательщиком выполнены все условия, соблюдение которых необходимо для признания права на применение налоговых вычетов, заявленных в налоговой декларации по НДС за 1 квартал 2016 года. Факты нарушения налоговых обязанностей контрагентом налогоплательщика, равно как и отсутствие у данного лица необходимых ресурсов для ведения финансово-хозяйственной деятельности, не является достаточным основанием для выводов о получении необоснованной налоговой выгоды самим налогоплательщиком. Общество при заключении договора с ИП ФИО3 проявило должную степень осмотрительности. Заявитель также указывает, что налоговым органом нарушены существенные условия привлечения к ответственности, установленные статьей 101 НК РФ, а так же при вынесении решения не установлена вина налогоплательщика в совершении налогового правонарушения вследствие чего привлечение к ответственности по статье 122 НК РФ не правомерно.

Заинтересованное лицо в отзыве на заявление и дополнениях к нему указало на необоснованность заявленного требования, в связи, с чем просит в его удовлетворении отказать.

В судебном заседании представители заявителя и заинтересованного лица поддержали свои доводы и возражения.

 Выслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что инспекцией проведена камеральная налоговая проверка представленной обществом уточненной декларации по налогу на добавленную стоимость за 1 квартал 2016 года  представленной 26.09.2016, по результатам которой составлен акт от 12.01.2017 №17 и принято решение от 10.03.2017 № 401 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которому Обществу доначислен НДС в сумме 522 919 руб., пеня по НДС в сумме 50 699,24 руб., налогоплательщик также привлечен к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 НК РФ, в виде штрафа в размере 26 145,95 руб.

Указанное решение обжаловано обществом в апелляционном порядке. Решением Управления Федеральной налоговой службы по Алтайскому краю от 15.05.2017 решение налогового органа оставлено без изменения, поданная обществом апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Полагая, что решение инспекции не соответствуют закону и нарушают его права и законные интересы в сфере экономической деятельности, общество обратилось в суд с настоящим требованием.

Давая оценку доказательствам и доводам, приведенным лицами, участвующими в деле в обоснование своих требований и возражений, суд находит требования не обоснованными исходя из следующего.

По смыслу подпункта 1 пункта 1 статьи 32 Налогового кодекса Российской Федерации вынесенные решения налогового органа должны быть законными и обоснованными, основываться на нормах действующего законодательства. Положения налогового законодательства должны применяться с учетом требований пункта 7 статьи 3 НК РФ о толковании всех неустранимых сомнений, противоречий и неясностей актов законодательства о налогах и сборах в пользу налогоплательщиков, а также правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации о необходимости установления, исследования и оценки судами всех имеющих значения для правильного разрешения дела обстоятельств (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 12.06.2006 № 267-О).

Общество в соответствии со статьей 143 НК РФ в поверяемый период являлось плательщиком налога на добавленную стоимость.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 146 НК РФ объектом налогообложения по налогу на добавленную стоимость признается реализация товаров (работ, услуг) на территории РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные данной статьей налоговые вычеты.

В силу пункта 2 статьи 171 НК РФ вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации в таможенных режимах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через таможенную границу Российской Федерации без таможенного контроля и таможенного оформления, в отношении: товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 Кодекса, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 Кодекса, товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

Согласно пункту 1 статьи 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 Кодекса.

Исходя из положений пунктов 1 и 2 статьи 169 НК РФ, счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав (включая комиссионера, агента, которые осуществляют реализацию товаров (работ, услуг), имущественных прав от своего имени) сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном главой 21 НК РФ.

Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного пунктами 5 и 6 данной статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению. Следовательно, для применения налогоплательщиком вычетов по НДС необходимо, чтобы хозяйственные операции (сделки) носили реальный характер, а счета-фактуры, представленные в обоснование правомерности применения вычетов по НДС, соответствовали требованиям, предъявляемым к ним статьей 169 НК РФ.

Исходя из правовой позиции Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 1 Постановления от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановления от 12.10.2006 № 53), представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Требование о достоверности первичных учетных документов содержится также в статье 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете».

Учитывая изложенное, данные первичных документов, составляемых при совершении хозяйственной операции и представляемых налогоплательщиком в налоговые органы, должны отвечать установленным законодательством требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает правовые последствия.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 15.02.2005 № 93-О, обязанность подтверждать обоснованность применения вычетов по НДС возложена на налогоплательщика – покупателя товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, исчисляющим итоговую сумму налога, подлежащую уплате в бюджет.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 20.02.2001 № 3-П и Определениях от 25.07.2001 № 138-0, от 08.04.2004 № 168-0, № 169-0 право на возмещение НДС из бюджета предоставляется добросовестным налогоплательщикам для компенсации реально понесенных ими затрат по уплате налога поставщикам товаров. Налогоплательщик, злоупотребляющий указанным правом, не может рассчитывать на такую же защиту этого права, как добросовестный налогоплательщик.

Как отмечено в Постановлении от 12.10.2006 № 53 судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие  своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности – достоверны.

 Вместе с тем налогоплательщик обязан не только представить формальный пакет документов, подтверждающий обоснованность применения налоговых вычетов по НДС и понесенных затрат, но и доказать факт реальности произведенных хозяйственных операций. В свою очередь, как разъяснено Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от 25.07.2001 № 138-О, обязанность по доказыванию факта недобросовестности налогоплательщика и представлению соответствующих доказательств возлагается на налоговый орган.

В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

Формальный подход к оценке представленных налогоплательщиком документов, подтверждающих право на налоговый вычет, исключается. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте  Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2005 № 93-О, обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщикам. При этом необходимо, чтобы перечисленные документы в совокупности с достоверностью подтверждали реальность хозяйственных операций и иные обстоятельства, с которыми законодатель связывает право налогоплательщика на получение права на налоговый вычет, то есть сведения в представленных документах должны быть достоверными.

Из разъяснений Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в пунктах 1, 6, 10 Постановления от 12.10.2006 № 53, следует, что представленные налогоплательщиком в налоговый  всех надлежащим образом заверенных документы, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды являются основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. При отсутствии доказательств совершения налогоплательщиком и его контрагентами согласованных умышленных действий, направленных на неправомерное создание оснований для возмещения налога из бюджета, эти обстоятельства не могут свидетельствовать о недобросовестности налогоплательщика.

Факт нарушения контрагентами своих налоговых обязательств не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом.

Как следует из материалов дела, в обоснование права на применение налоговых вычетов по НДС ООО «Торговый дом «Г.Абель» в части финансово-хозяйственных операций с ИП ФИО3, ИНН <***> представило договор поставки сельхозпродукции от 12.01.2016, счета-фактуры, товарные накладные, квитанции к приходному кассовому ордеру, в которых выделен НДС.

Инспекция в ходе налоговой проверки пришла к выводу о формальности составления указанного договора для создания видимости приобретения гороха товарного пшеницы у контрагента ФИО3

Вывод о  том, что сельхозпродукция по указанному выше договору от контрагента ИП ФИО3 налогоплательщику не поступала, инспекцией сделан исходя из обстоятельств, установленных в ходе контрольных мероприятий в отношении спорного контрагента, а именно: отсутствие основных средств, транспортных средств, необходимых ресурсов, штатной численности, что подтверждает вывод об отсутствии у контрагента возможностей для достижения результатов соответствующей экономической деятельности; отсутствие расчетного счета, отсутствие расходов, необходимых и характерных для осуществления хозяйствующим субъектом реальной финансово-хозяйственной деятельности (отсутствуют платежи по выплате заработной платы, за аренду помещения, аренду транспортных средств, платежи за коммунальные услуги, оплата за услуги по предоставлению телефонной связи, оплата за услуги по предоставлению интернета и прочие расходы); контрагент находится на специальном налоговом режиме - упрощенной системе налогообложения.

ИП ФИО3 сообщение об утрате права на применение упрощенной системы налогообложения и переходе на иной режим налогообложения (пункт 5 статьи 346.13 НК РФ), либо уведомление об отказе от применения упрощенной системы налогообложения (пункт 6 статьи 346.13 НК РФ) в налоговый орган не представлял.

Налоговая отчетность от имени ИП ФИО3 в инспекцию представлена через представителя ФИО4 ИНН <***>, которая на допрос в качестве свидетеля не явилась (уведомление МИФНС № 14 по Алтайскому краю о невозможности допроса свидетеля от 27.09.2016 № 2626).

Анализ декларации по НДС за  1 квартал. 2016 года показал, что контрагент отразил в налоговой отчетности  операции только с ООО « ТД «Г.Абель», по которым налогоплательщик претендует на налоговый вычет по НДС.

Между тем, исчисленную на основании пункта 5 статьи 173 НК РФ к уплате сумму НДС 522 919 руб. ИП ФИО3 в бюджет не уплатил.

Ссылка общества на гарантийное письмо в подтверждение проявления им должной осмотрительности при выборе контрагента не может быть принята во внимание, так как ни в ходе проведения контрольных мероприятий, ни в ходе рассмотрения дела, ни в ходе судебного разбирательства гарантийное письмо налогоплательщиком не представлено.

По адресу регистрации ИП ФИО3: <...>, он не находится, что подтверждается протоколами допросов собственников жилого помещения.

По адресу, отраженному в счетах-фактурах и товарных накладных - Алтайский край, Рубцовск, Комсомольская дом № 283, ИП ФИО3, не осуществлял деятельность что подтверждается протоколом допроса собственников жилого дома супругов ФИО5 и ФИО6 .

Руководитель ООО «ТД «Г.Абель» ФИО7 был вызван на допрос по факту финансово-хозяйственных отношений с ИП ФИО3 повесткой № 6956 от 21.10.2016.

ФИО7 на допрос для дачи пояснений не явился.

В ответ на требование № 1720 от 22.09.2016г о представлении дополнительных документов, пояснений подтверждающих реальность заключения сделки обществом был представлен ответ, в котором налогоплательщик указывает, что им были представлены копии всех документов имеющихся у налогоплательщика (товарные накладные, счета фактуры, квитанции приходных ордеров), обществу не представляется возможным разыскать ФИО3, его контактные данные не известны.

Инспекцией проведена техническая экспертиза представленных обществом в ходе камеральной проверки документов. Согласно заключению эксперта от 16.12.2016 №71 в счетах-фактурах, товарных накладных, квитанциях к приходному кассовому ордеру, договоре поставке сельскохозяйственной продукции которой установлено, что изображение подписей от имени ФИО3 и ФИО3 выполнены не рукописным способом, а с применением каких то технических способов, например факсимиле подписи или монтажа изображения подписи.

Доводы налогоплательщика в отношении проведенной экспертизы судом отклоняются в силу следующего:

Налогоплательщиком указывается, что налоговым органом проведена неправомерно почерковедческая экспертиза, налогоплательщик ссылается на заключение эксперта  № 21 от 31.03.2016г.

Фактически налоговым органом была проведена техническая экспертиза документов (заключение № 71 от 16.12.2016).

В отношении  неправомерности действий налогового органа, эксперта с указанием  на нормативно правовое обоснование в связи с назначением  и проведением технической экспертизы налогоплательщиком доводов не приведено.

В соответствии с пунктом 7 статьи 95 НК РФ при назначении и производстве экспертизы проверяемое лицо имеет право, в том числе, заявить отвод эксперту, что и было сделано налогоплательщиком.

Как следует из представленных материалов налоговой проверки, налогоплательщиком 12.12.2016 представлено заявление об отводе эксперту ФИО8, являющемуся экспертом экспертной организации ООО ЭКЦ «Профи» (входящий № 26618).

По результатам рассмотрения данного заявления 16.12.2016 руководителю ООО «ТД «Г.Абель» по адресу, указанному в данном заявлении направлено письмо от 16.12.2016 № 05-14-1/12180 об отказе в удовлетворении заявления налогоплательщика, в котором изложены основания для такого отказа.

Право налогоплательщика заявить отвод эксперту предусмотрено законом (подпункт 1 пункта 7 статьи 95 НК РФ). Налогоплательщик указал на его сомнения в квалификации эксперта ФИО8 и его беспристрастности при проведении экспертизы, конкретную кандидатуру иного лица в качестве эксперта налогоплательщик не указал, как не указал и иную экспертную организацию.

Налогоплательщику предоставлено право предложить кандидатуру эксперта согласно пункту 7 статьи 95 НК РФ. Однако, положения статьи 95 Кодекса не обязывают налоговый орган поручать проведение экспертизы именно лицу, предложенному налогоплательщиком.

Материалами дела наличие у ФИО8 необходимой квалификации подтверждено, доказательств отсутствия необходимой квалификации, отзыва лицензии налогоплательщиком не представлено. В связи с этим налоговым органом рассмотрено заявление общества об отводе эксперту и по нему принято решение об оставлении ходатайства налогоплательщика без удовлетворения.

С постановлением о назначении технической экспертизы ознакомлен представитель ООО «Торгового Дома «Г. Абель» ФИО9, ему разъяснены права, предусмотренные  пунктом 7 статьи 95 НК РФ.

Руководствуясь положениями статьи 95 НК РФ, ФИО9 заявил отвод экспертной организации (ООО ЭКЦ «Профи»), выбранной инспекцией. Заявление представителя налогоплательщика об отводе экспертной организации и эксперта, налоговый орган не удовлетворил, пунктом 7 статьи 95 НК РФ не установлена обязанность по безусловному удовлетворению заявления об отводе экспертному учреждению. Ответ от 16.12.2016 № 05-14-1/12180 на заявление об отводе экспертной организации направлен ООО «ТД «Г. Абель» по указанному в заявлении адресу: <...>.

В соответствии с пунктом 1 статьи 95 НК РФ в необходимых случаях для участия в проведении конкретных действий по осуществлению налогового контроля, в том числе при проведении камеральных  налоговых проверок, на договорной основе может быть привлечен эксперт. Экспертиза проводится экспертами соответствующих учреждений либо иными специалистами, обладающими специальными знаниями в соответствующей области. Привлеченное в качестве эксперта лицо должно быть предупреждено об ответственности за дачу заведомо ложного заключения, которая предусмотрена пунктом 2 статьи 129 НК РФ.

Экспертиза проведена по постановлению инспекции в порядке статьи 95 НК РФ, положения которой не содержат требования о предупреждении инспекцией эксперта об ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Такая обязанность согласно статье 14 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» и абзаца 4 пункта 8 раздела II Инструкции по организации производства судебных экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях системы Министерства юстиции Российской Федерации от 20.12.2002 № 347 возложена на руководителя судебно-экспертного учреждения.

В представленном заключением имеется подписка о том, что эксперту разъяснены права и обязанности эксперта, предусмотренные статьей 55 АПК РФ и эксперт предупрежден об ответственности по статье 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

Согласно статье 13 Федерального закона № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» должность эксперта в государственных судебно-экспертных учреждениях может занимать гражданин Российской Федерации, имеющий высшее образование и получивший дополнительное профессиональное образование по конкретной экспертной специальности в порядке, установленном нормативными правовыми актами соответствующих федеральных органов исполнительной власти. Таким образом, эксперт это лицо, имеющее специальные профессиональные знания в определенной области.

Довод налогоплательщика в отношении отсутствия документального подтверждения соответствующей квалификации эксперта не обоснован, так как в экспертном заключении имеется свидетельство подтверждающее право проведения технической экспертизы, доказательств не действительности свидетельства № 2731 налогоплательщиком не представлено.

В силу подпунктов 4, 5 статьи 95 НК РФ, эксперт вправе знакомиться с материалами проверки, относящимися к предмету экспертизы, заявлять ходатайства о предоставлении ему дополнительных материалов. Эксперт может отказаться от дачи заключения, если предоставленные ему материалы являются недостаточными или если он не обладает необходимыми знаниями для проведения экспертизы.

Мнение о недостаточной компетентности эксперта и лояльном его отношении к налоговому органу является субъективным мнением заявителя.

Из текста экспертизы (раздела «Исследование») следует, что экспертом проводилось исследование всех подписей, которые имеют одинаковую безбуквенную нечитаемую транскрипцию.

При сравнительном исследовании всех подписей установлены совпадения по форме, размерам и взаимному расположению деталей строения подписей.

С учетом всех обстоятельств экспертом был сделан вывод, о том, что  подписи были нанесены с применением технических средств (способов).

Представленные налогоплательщиком счета-фактуры с факсимильной подписью составлены с нарушением существующего порядка, поскольку пункт 6 статьи 169 НК РФ не предусматривает такой способ подписания. Счет-фактура - это первичный документ налогового учета, индивидуальный предприниматель подписывает его с указанием реквизитов свидетельства о государственной регистрации.

В Постановлении Президиума ВАС РФ от 27.09.2011 № 4134/11 указано, что в соответствии с пунктом 6 статьи 169 Кодекса счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или доверенностью от имени организации.

Факсимиле (в переводе с латинского - сделай подобное) представляет собой клише, то есть точное воспроизведение рукописи, документа, подписи средствами фотографии и печати.

Положениями статьи 169 Кодекса не предусмотрено возможности факсимильного воспроизведения подписи при оформлении счета-фактуры. Документы бухгалтерского учета должны содержать личные подписи соответствующих лиц, в связи с чем отступление от установленных правил влечет отказ в применении налоговых вычетов по таким счетам-фактурам.

Документы представленные налогоплательщиком должны отвечать установленным требованиям, содержать достоверные сведения, с которыми законодательство связывает правовые последствия: счет- фактура должен быть составлен с соблюдением требований к его оформлению, приведенных в пунктах 5 и 6 статьи 169 НК РФ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 169 НК РФ счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного пунктами 5 и 6 названной статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

Кроме того, при анализе представленных документов установлено, что все представленные обществом документы, касающиеся сделки с контрагентом, содержат ошибку при написании фамилии руководителя– ФИО3

В счетах-фактурах, товарных накладных его фамилия написана через букву «и» – Микаилян, тогда как правильно - Микаелян. В товарных накладных в строке «основание» указан договор от 26.06.2015, не представленный налогоплательщиком (в инспекцию представлен договор от 12.01.2016 б/н).

В материалы дела в подтверждение реальности поставок товара от ИП ФИО3 обществом представлены формально составленные договор, счета-фактуры, товарные накладные. Товарно-транспортные накладные заявителем не представлены, в то время как доставка товара производится именно им.

Реальность перевозки товара от ИП ФИО3 в адрес ООО «Торговый дом «Г.Абель» документально не подтверждена.

Товарные накладные являются недостоверными и не свидетельствуют о доставке товара от спорных поставщиков в адрес заявителя.

Кроме того, во всех товарных накладных в графе «Транспортная накладная» дата указана 26.06.2015, при этом счета-фактуры, товарные накладные датированы 2 кварталом 2016 года (10.04.2016; 30.04.2016; 10.05.2016; 25.05.2016; 05.06.2016), что в совокупности с иными обстоятельствами свидетельствует о недостоверности информации, отраженной в товарных накладных, и о создании искусственного документооборота.

Сами по себе товаросопроводительные документы не указаны в НК РФ в качестве документов, служащих основанием для принятия налоговых вычетов, однако данные документы позволяют установить факт реальности движения товара в целях признания полученной налогоплательщиком выгоды обоснованной или необоснованной.

Довод заявителя относительно того, что фактически поставка товара налоговым органом не оспаривается, и иных поставщиков продукции инспекцией не установлено,  во внимание принят быть не может, поскольку данные обстоятельства не могут являться достаточным доказательством реальности хозяйственных операций с ИП ФИО3, при отсутствии надлежащих и достоверных доказательств, отвечающим требованиям статей 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

У налогового органа отсутствует обязанность доказывать, у какого конкретно контрагента фактически был приобретен товар, поскольку именно общество должно подтвердить реальное осуществление спорных операций; право на налоговый вычет по НДС напрямую поставлено в зависимость от правильности и достоверности оформления первичных документов.

Последующая реализация товара не подтверждает источник его происхождения и не свидетельствует о том, что обществу товар поставлен именно теми контрагентами, от имени которого подписаны договоры и оформлены первичные бухгалтерские документы.

Налогоплательщик  в ходе судебного разбирательства представил счета-фактуры, товарные накладные, квитанции к приходным кассовым ордерам, подтверждающие закуп ИП ФИО3 сельхозпродукции у СПоК «Курьинское подворье», и сопроводительное письмо к ним за подписью ФИО3

Однако в ходе проверки на требование налогового органа № 1719 от 22.09.2016 налогоплательщик предоставил ответ б/н без даты вх. № 21639 от 29.09.2016, в котором не изложил пояснений о месте нахождения грузоотправителя, сославшись на то, что разыскать ФИО3 не представилось возможным.

В устных пояснениях, данных в ходе судебного заседания, представитель налогоплательщика так же указал на то, что он не осведомлен о месте нахождения поставщика товара И.П. ФИО3,  а так же о наличии какой-либо контактной информации для  связи с ИП Микаеляном.

Представленные в судебное заседание документы и сопроводительное письмо к ним не позволяют установить то, когда оно было получено,  на основании какого запроса, когда запрос направлен, как он поступил к заявителю. Кроме того, представленные документы не заверены.

Отсутствие информации о природе происхождения представленных документов не может свидетельствовать о реальности представления документов именно ФИО3

В связи с вышеизложенным к указанным документам суд относится критически.

Совокупность собранных в ходе налоговой проверки доказательств подтверждает тот факт, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, по хозяйственным операциям с заявленным контрагентом явилось получение необоснованной налоговой выгоды в виде завышения налоговых вычетов по НДС при отсутствии намерения осуществлять реальную экономическую деятельность.

Документов, подтверждающих существование реальных хозяйственных отношений с заявленным контрагентом, налогоплательщик не представил, а представленные документы содержат недостоверную информацию. Факт принятия товаров (работ, услуг) к учету налогоплательщиком сам по себе не свидетельствует о поставке товара (выполнении работ, услуг) именно тем лицом, которое указано в качестве контрагента налогоплательщика, поскольку документы, представленные в обоснование хозяйственных операций, подписаны неустановленными лицами.

Является несостоятельным довод заявителя о проявлении обществом должной степени осмотрительности при заключении сделок с ИП ФИО3

В силу статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательская деятельность осуществляется предприятиями на свой риск, в связи с чем, на них возлагается бремя несения возможных неблагоприятных последствий, а также определенной ответственности в ходе ее осуществления. Это в свою очередь означает, что каждое юридическое лицо обязано соблюдать определенного рода осторожность и осмотрительность в делах, особенно при выборе контрагентов по договору.

В соответствии с пунктом 10 Постановления от 12.10.2006 № 53 факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности.

Как разъяснил Президиум ВАС РФ в Постановлении от 25.05.2010 № 15658/09, налогоплательщик вправе приводить доводы в обоснование выбора контрагентов, имея в виду, что по условиям делового оборота при осуществлении указанного выбора субъектами предпринимательской деятельности оцениваются не только условия сделки и их коммерческая привлекательность, но и деловая репутация, платежеспособность контрагентов, а также риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагентов необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта.

Однако ООО «ТД Г. Абель» не представило объяснений того, какими сведениями на дату заключения договоров о деловой репутации контрагента, его платежеспособности, наличии у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, транспортных средств, квалифицированного персонала) оно располагало. Общество указывает, что им была проявлена осмотрительность, выражающаяся в том числе путем проверки факта занесения сведений о контрагенте в ЕГРИП. Вместе с тем в случае принятия таких мер до заключения договора обществу должно было быть известно о системе налогообложения применяемой контрагентом.

Общество не подтвердило свою осведомленность о том, каким образом (за счет каких ресурсов, с привлечением каких соисполнителей и т.п.) должен был исполняться договор. Сам по себе факт регистрации контрагентов в ЕГРИП не свидетельствует о проявлении налогоплательщиком должной степени заботливости и осмотрительности, так как, заключая договоры со спорными контрагентами, не проверив их правоспособность, приняв документы, содержащие явно недостоверную информацию, общество приняло на себя риск негативных последствий в виде невозможности применить налоговую выгоду по документам, содержащим недостоверную информацию. Таким образом, оснований для вывода о том, что налогоплательщиком в соответствии со статьей 2 Гражданского кодекса Российской Федерации проявлена разумная осмотрительность при вступлении в гражданские правоотношения, у суда не имеется.

Фактически имеющиеся в материалах дела доказательства согласуются между собой и свидетельствуют не только об отсутствии реальных хозяйственных операций, на основании которых заявлена налоговая выгода, но и о направленности действий заявителя на создание формального документооборота с целью получения права на налоговые вычеты по НДС.

В ходе судебного разбирательства суд пришел к выводу о том, что налоговый орган доказал умышленность действий налогоплательщика, направленных на создание видимости хозяйственных операций со спорными контрагентами с целью неправомерного применения налоговых вычетов по НДС и, как следствие, получения необоснованной налоговой выгоды.

В соответствии с пунктом 1 статьи 122 НК РФ неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора) в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога (сбора) или других неправомерных действий (бездействия) влечет взыскание штрафа в размере 20% от неуплаченной суммы налога (сбора);

Налоговый орган  доказал вину налогоплательщика, которая является обязательным элементом состава налогового правонарушения (статья 106 НК РФ).

Инспекцией получены доказательства, свидетельствующие об отсутствии должной осмотрительности заявителя при заключении сделок со спорным контрагентом, представления им в подтверждение совершения хозяйственных операций документов, содержащих противоречивые и недостоверные сведения, а также создания схемы приобретения товаров через лицо не оплачивающее НДС в бюджет при выставлении счет фактур с НДС,  и, не являющихся плательщиками НДС

Руководитель заявителя на допрос в налоговый орган для дачи пояснений по взаимоотношениям со спорным контрагентом не явился. У спорного контрагента отсутствовал расчетный счет, персонал, транспортные средства из представленных товарных накладных невозможно установить, каким транспортным средством,  кем, какого качества, какого сорта и класса поставлялась продукция , хотя в договоре поставки от 12.01.2016 прямо предусмотрено , что товарная накладная должна содержать информацию о классе товара и соответствовать требованиям ГОСТ.

Налоговые последствия в виде применения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость правомерны лишь при наличии документов, отвечающих требованиям достоверности и подтверждающих реальные хозяйственные операции. Данная правовая позиция ВАС РФ выражена в постановлении Президиума от 11.11.08 № 9299/08.

Следовательно, правомерность применения вычетов по налогу на добавленную стоимость, а также реальность совершения хозяйственных операций, в связи с которыми они заявлены, обязан доказать налогоплательщик, а налоговый орган обязан доказать недостоверность и противоречивость представленных доказательств, а также нереальность совершения хозяйственных операций.

Принимая оспариваемое решение, инспекция исходила из недостоверности документов, представленных обществом в подтверждение заявленных вычетов со спорным контрагентом, отсутствия реальных хозяйственных отношений с ним, подписания счетов-фактур и иных документов техническим способом, а также из не проявления обществом должной осторожности и осмотрительности в выборе спорного делового партнера.

Таким образом, налоговым органом доказано, что представленные в обоснование заявленных налоговых вычетов документы по ИП ФИО3 подписаны неустановленными лицами. Общество данные доказательства не опровергло. Документы, подтверждающие подписание документов, включая счета-фактуры, от имени ИП ФИО3 полномочными лицами, общество не представило.

Доставка товара от ИП ФИО3 оформлена исключительно товарными накладными формы № ТОРГ-12. Однако согласно указаниям по применению и заполнению форм первичной учетной документации по учету торговых операций, содержащимся в Альбоме унифицированных форм первичной учетной документации по учету торговых операций, утвержденном постановлением Государственного комитета Российской Федерации по статистике от 25.12.98 № 132, форма ТОРГ-12 применяется для оформления продажи (отпуска) товарно-материальных ценностей сторонней организации только в случае непосредственного приобретения товара покупателем у продавца.

В то же время налоговой проверкой установлено, что Микаелян по адресу регистрации  не находится. С 2008 им по УСН отчетность не представлялась.  Сведения о среднесписочной численности не представлял, сведения по форме 2 НДФЛ не представлял Последняя отчетность по НДС представлена за 1 квартал 2016 года, при этом за весь период представления декларации НДС в бюджет не уплачивалось. Имущество, складские помещения, транспортные средства, в том числе арендованные, у данного контрагента отсутствуют

В товарных накладных отсутствуют сведения о транспортных средствах и лицах, доставлявших спорный товар.

С учетом установленных в ходе проверки обстоятельств, касающихся деятельности и имущественного положения  ИП ФИО3, обстоятельств заключения и исполнения договора поставки, заключенного с ним, отсутствия у общества документов, подтверждающих реальное исполнение договора поставки данным поставщиком, включая документов о качестве поставленного зерна и  гороха, доказательств доставки товара уполномоченными данным поставщиком, инспекция обоснованно пришла к выводу о невозможности реальной поставки товара контрагентом ИП ФИО3, что является свидетельством противоправного действия заявителя выразившегося в создании искусственного документооборота с целью составления документов формально соответствующих требованиям налогового законодательства и получения налоговой выгоды.

Оценивая довод заявителя о нарушения налоговым органом существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, предусмотренных пунктом 14 статьи 101 НК РФ, в связи с ненадлежащим уведомлением налогоплательщика о времени и месте рассмотрения материалов проверки, суд исходит из следующего.

Указанный довод налогоплательщика не состоятелен и опровергнут документами, представленными налоговым органом в судебное заседание.

Акт проверки получен представителем налогоплательщика по доверенности 24.01.2017.

Налогоплательщик воспользовался своим правом, предусмотренным пунктом 6 статьи 100 НК РФ, и представил в инспекцию  письменные возражения на акт налоговой проверки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 101 НК РФ налогоплательщик извещен о рассмотрении материалов налоговой проверки. Извещение о времени и месте рассмотрения материалов камеральной налоговой проверки № 1115 от 25.02.2017 направлено ООО «ТД «Г. Абель» по ТКС и получено заявителем 27.02.2017. Факт направления извещения по ТКС и получения извещений подтверждается квитанцией о приеме файлов, полученных ФИО10, представителем по доверенности от 01.08.2014г. б/н. Налоговым органом в судебное заседание представлены документы подтверждающие направление извещения и получение извещения по ТКС Указанные документы также были вручены заявителю.  Заявитель в судебном заседании доводов о фальсификации представленных налоговым органом в судебное заседание документов не заявлял, оценку представленным документам не дал.

Налогоплательщик на рассмотрение материалов проверки не явился.

С учетом надлежащего извещения налогоплательщика налоговым органом в порядке подпункта 2 пункта 3 статьи 101 НК РФ принято решение о рассмотрении материалов налоговой проверки в отсутствие налогоплательщика.

Кроме того, в пункте 68 Постановления Пленума ВАС № 57 от 30.07.2013 разъяснено, что  если в поданном в суд заявлении о признании недействительным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения налогоплательщик ссылается на нарушение налоговым органом существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки (пункт 14 статьи 101 НК РФ), судам надлежит исходить из того, что такого рода доводы могут быть приняты ими во внимание только при условии заявления их в жалобе, направлявшейся в вышестоящий налоговый орган.

В жалобе, направленной налогоплательщиком в вышестоящий налоговый орган, указанные доводы отражены не были.

Нарушений требований статьи 101 НК РФ, влекущих безусловную отмену решения, инспекцией не допущено. С учетом приведенных выше оснований суд отказывает в удовлетворении заявленного требования.

Судебные расходы суд на основании части 1 статьи 110 АПК РФ относит на заявителя.

Определением от 21.07.2017 судом принята обеспечительная мера в виде приостановления действия решения инспекции от 10.03.2017 № 402 до принятия судебного акта, которым закончится рассмотрение дела по существу.

Поскольку в удовлетворении требования обществу отказано, обеспечительная мера в силу положений части 5 статьи 96 АПК РФ сохраняет свое действие до вступления решения в законную силу, после чего подлежит отмене.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 29 Постановления Пленума от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» разъяснил, что дйствующее законодательство не предусматривает обязанности по уплате государственной пошлины при подаче ходатайств о приостановлении исполнения решения государственного органа, органа местного самоуправления, иного органа, должностного лица (часть 3 статьи 199 АПК РФ),

В связи с этим уплаченная обществом по платежному поручению  от 30.06.2017 № 63 госпошлина в сумме 3000  руб. за приостановление действия оспариваемого решения на основании пункта 1 части 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит возврату.

Руководствуясь статьями 110, 96, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  



Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявленного требования отказать.

Меру обеспечения, принятую определением от 21.07.2017, отменить после вступления настоящего решения в законную силу.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Торговый Дом «Г.Абель» из федерального бюджета 3000 руб. излишне уплаченной государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд.


Судья                                                                                                                           Е.В. Русских