Постановление от 14 марта 2024 г. по делу № А43-2553/2023

Дело № А43-2553/2023
г. Владимир
14 марта 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 28.02.2024.

Полный текст постановления изготовлен 14.03.2024.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Фединской Е.Н.,

судей Белякова Е.Н., Новиковой Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ФИО2

на решение Арбитражного суда Нижегородской области

от 17.11.2023 по делу № А43-2553/2023,

по иску общества с ограниченной ответственностью «Связьэнергопроект» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г. Нижний Новгород,

к ФИО2, г. Нижний Новгород,

с участием третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - общество с ограниченной ответственностью «Нэртис» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г. Нижний Новгород,

о взыскании 512 100 руб. 00 коп. в порядке субсидиарной ответственности,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом,

установил:

общества с ограниченной ответственностью «Связьэнергопроект» (далее – ООО «Связьэнергопроект», истец) обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с исковым заявлением к ФИО2 (далее - ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «НЭРТИС» и взыскании 512 100 руб. 00 коп. убытков.

Решением от 17.11.2023 Арбитражный суд Нижегородской области исковые требования удовлетворил частично. Взыскал с ФИО2 в пользу ООО «Связьэнергопроект» 500 000 руб. убытков.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда от 17.11.2023 и принять по делу новый судебный акт.

Ответчик полагает, что по делу не имеется доказательств совершения ответчиком ФИО2 недобросовестных и неразумных действий вопреки интересам ООО «Нэртис», направленных на ухудшение финансового состояния должника и причинение имущественного вреда его кредиторам, а именно о недоказанности совершения ответчиком действий, оказавших негативное влияние на финансовое состояние ООО «Нэртис», способствовавших увеличению его кредиторской задолженности и последующему банкротству, а также вывода активов после одобрения ФИО2 каких-либо сделок должника.

Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе.

Стороны явку полномочных представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации жалоба рассматривается в отсутствие представителей сторон, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, по имеющимся в деле материалам.

Законность и обоснованность принятого по делу решения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 07.08.2012 общество с ограниченной ответственностью «Нэртис» (ОГРН <***>, ИНН <***>) зарегистрировано в качестве юридического лица.

09.08.2021в Единый государственный реестр юридических лиц внесены сведения о недостоверности сведений о юридическом лице в отношении ООО «Нэртис».

24.02.2021 регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении юридического лица (ООО «Нэртис») из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

10.06.2022 относительно ООО «Нэртис» внесена запись в ЕГРЮЛ о прекращении деятельности на основании принятого регистрирующим органом решения о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

31.08.2022 запись о прекращении деятельности ООО «Нэртис» признана недействительной на основании решения вышестоящего налогового органа, что отражено в выписке из ЕГРЮЛ.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 23.07.2020 по делу №А43-49753/2019 общество с ограниченной ответственностью «Связьэнергопроект» признано несостоятельным (банкротом), конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области по делу №А43-49753/2019 (шифр дела 32-264/12) от 27.12.2021 признан недействительным договор № 23 от 10.06.2019, заключенный между ООО «Нэртис» и ООО «Связьэнергопроект», с ООО «Нэртис» взысканы денежные средства в размере 512 100 руб. 00 коп. в конкурсную массу ООО «Связьэнергопроект».

11.10.2022 ООО «Связьэнергопроект» обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с требованием о признании ООО «Нэртис» несостоятельным (банкротом), иск принят к производству, делу присвоен №А43-31176/2022. Заявленное требование основано на статье 3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и мотивировано тем, что общество имеет задолженность перед кредитором в сумме свыше трехсот тысяч рублей, просрочка, в оплате которой составила свыше трех месяцев.

Определением арбитражного суда Нижегородской области по делу №А43-31176/2022 от 19.12.2022 прекращено производство по делу о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Нэртис» в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Таким образом, ООО «Нэртис» имеет неисполненные денежные обязательства перед ООО «Связьэнергопроект», подтвержденные вступившими в законную силу судебными актами.

ФИО2 является участником ООО «Нэртис» с 21 .06.2018 по настоящее время с размером доли 100% и с 16.07.2019 по настоящее время является директором ООО «Нэртис».

Поскольку взысканная задолженность ООО «Нэртис» перед ООО «Связьэнергопроект» не погашена, истец обратился с настоящим иском о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании статьей 61.11, 61.14, 61.19 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона. В этом случае иные лица не наделяются полномочиями по обращению в суд вне рамок дела о банкротстве с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, к контролирующим должника лицам относится руководитель должника (подпункт 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Материалами дела подтверждается и ответчиком не оспаривается то обстоятельство, что ФИО2 является контролирующим ООО «Нэртис» лицом в силу участия в уставном капитале и исполнения обязанностей руководителя организации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу подпунктов 1, 2, 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Подпунктом 1 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено.

Правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом (пункт 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Поскольку ООО «Связьэнергопроект» является кредитором ООО «Нэртис» и заявителем по делу о банкротстве №А43-31176/2022, производство по которому прекращено в связи с отсутствием средств на проведение мероприятий процедуры банкротства, оно обладает правом на подачу заявления о привлечении контролирующего ООО «Нэртис» лица к субсидиарной ответственности по указанным выше основаниям.

Предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве ответственность, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 7, статья 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете») и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64 и пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее -
Постановление № 53) разъяснено, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Соответственно, для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Определением от 19.12.2022 производство по делу №А43-22224/2022 по заявлению ООО «Связьэнергопроект» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Нэртис» прекращено в связи с отсутствием у должника денежных средств и имущества для финансирования процедуры банкротства на стадии рассмотрения обоснованности заявления. Какая-либо из процедур, применяемых в деле о банкротстве, в отношении ООО «Нэртис» не вводилась, требования заявителя обоснованными не признавались, кредиторы в реестр не включались, арбитражный управляющий не утверждался судом, в связи с чем основания для исполнения обязанности по предоставлению вышеуказанных документов у руководителя должника отсутствовала.

Поскольку дело о банкротстве ООО «Нэртис» прекращено на стадии рассмотрения обоснованности заявления ООО «Связьэнергопроект» о признании общества несостоятельным, то есть до введения первой процедуры банкротства, следовательно, обязанность руководителя должника (ФИО2) по передаче документации должника арбитражному управляющему не возникла.

Вопрос о финансовом положении должника, возможности формирования конкурсной массы и возможности удовлетворения требований кредиторов проверяется на стадии процедуры наблюдения, что прямо вытекает из обязанностей временного управляющего, в частности о проведении на данной стадии финансового анализа (статьи 67 и 70 Закона о банкротстве).

В отсутствие процедуры наблюдения, которая не введена, в том числе вследствие отказа заявителя от финансирования, нельзя сделать вывод о том, что невозможность погашения требований кредитора вызвана именно действиями (бездействием) ФИО2

Согласно взаимосвязанным положениям подпункта 5 пункта 2, пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве в ходе рассмотрения вопроса о применении презумпции, касающейся невнесения информации в единый государственный реестр юридических лиц или единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц (либо внесения в эти реестры недостоверной информации), заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной информации) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что выявленные недостатки не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства (пункт 25 Постановления № 53).

С учетом разъяснений, содержащихся в пункте 25 Постановления №53, внесение в ЕГРЮЛ недостоверных сведений о юридическом адресе должника не могло каким-либо образом повлиять на проведение процедур банкротства, то есть в рассматриваемом случае отсутствует состав установленной в подпункте 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпции, подлежащей опровержению ответчиком.

Сам факт непредставления руководителем должника сведений о юридическом лице не может являться безусловным основанием для удовлетворения заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности при недоказанности наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и невозможностью удовлетворения требований кредитора.

На основании части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования (пункт 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В силу статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Как разъяснено в пункте 20 Постановления № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками, вины причинителя вреда.

В пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Такое лицо несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в своем постановлении от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснил следующее.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства (пункт 1).

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица (пункт 2).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок.

Наличие причинной связи между обязательными указаниями, действиями названных лиц и фактом банкротства должника с учетом распределения бремени доказывания, установленного в статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежит доказыванию лицом, обратившимся с требованиями в суд.

По мнению истца, контролирующим лицом должника необоснованно выведены денежные средства в размере 500 000 руб. 00 коп., из которых 200 000 руб. 00 коп. сняты наличными с расчетного счета ООО «Нэртис» ФИО2 и 300 000 руб. 00 коп. переведены аффилированному лицу - ООО «Бриз-НН».

По запросу суда ПАО «Сбербанк России» предоставил выписку ООО «Нэртис» по счету №40702810342000019332, из содержания которой усматривается, что после получения денежных средств в размере 512 100 руб. 00 коп. от ООО «Связьэнергопроект» ФИО2 сразу же снимает наличными со счета 200 000 руб. 00 коп. и 300 000 руб. 00 коп. переводит в ООО «Бриз-НН», где в настоящее время является директором (общество с ограниченной ответственностью «Бриз НН», 603140, <...>, ОГРН: <***>, дата присвоения ОГРН: 30.11.2018, ИНН: <***>, КПП: 525801001, директор: ФИО2).

Из пояснений ответчика следует, что снятые со счета наличные денежные средства в размере 200 000 руб. 00 коп. выдавались под отчет ФИО2 для оплаты ремонта арендованного транспортного средства, а денежные средства в сумме 300 000 руб. 00 коп. перечислены в ООО «Бриз-НН» во исполнение условий договора займа № 27 от 02.07.2019.

При этом в материалы дела представлены расходные кассовые ордера № 29 от 19.08.2019 на сумму 100 000 руб. 00 коп. и № 30 от 20.08.2019 и на сумму 100 000 руб. 00 коп., договор аренды от 06.07.2019, подписанный между ООО «Нэртис» (арендатор) и гр. ФИО4 (арендодатель), договору купли-продажи № 01/30/10/2020 от 30.10.2020, подписанный между ООО «Фартон-Трейд» (продавец) и ФИО2 (покупатель), с актом приема-передачи товара от 30.10.2020, товарный чек от 30.10.2020 на сумму 160 000 руб. 00 коп. и заказ-наряд № 0000003976 от 22.09.2021, договор займа № 27 от 02.07.2019, подписанный между ООО «Нэртис» (займодавец) и ООО «Бриз-НН» (заемщик), платежное поручение № 26 от 19.08.2019.

Оценив представленные ответчиком доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд обоснованно не принял их в качестве надлежащих доказательств использования денежных средств в интересах ООО «Нэртис», поскольку наличные денежные средства в общей сумме 200 000 руб. 00 коп. сняты ФИО5 с расчетного счета ООО «Нэртис» в августе 2019 года, в то же время договор на приобретение двигателя, как пояснил ответчик для арендованного транспортного средства по договору аренды от 06.07.2019, ФИО2 подписывает с ООО «Фартрон-Трейд» 30.10.2020 и производит оплату данного двигателя также 30.10.2020. Заказ-наряд на замену тяги рулевой и подшипника ступицы заднего, а также работ по развалу-схождению датирован 22.09.2021.

С учетом временного разрыва между снятием денежных средств с расчетного счета ООО «Нэртис» и датами составления указанных документов суд не мог прийти к выводу о том, что представленные ответчиком доказательства являются относимыми доказательствами по смыслу статьи 67 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подтверждающими довод ответчика о расходовании денежных средств в интересах ООО «Нэртис».

Доказательства возврата денежных средств в кассу организации или зачисления на банковский счет, в материалы дела также не представлены.

Из содержания договора займа № 27 от 02.07.2019 усматривается, что ООО «Нэртис» предоставляет ООО «Бриз-НН» денежные средства в сумме 300 000 руб. 00 коп. на условиях платности и возвратности на срок до 31.03.2028, проценты за пользование займом уплачиваются в дату окончательного погашения задолженности.

Указанные условия договора займа не соответствуют такой цели коммерческой деятельности как извлечение прибыли.

Ответчик не представил разумных экономических мотивов выдачи займа на длительный срок (более 8,5 лет), без указания точных сумм платежей, без предоставления в качестве обеспечения исполнения обязательства поручительства либо залога.

При этом ответчиком каких-либо объективных причин, по которым договор займа подписан на приведенных условиях именно с ООО «Бриз-НН», не указано, как и не представлено доказательств того, что ООО «Нэртис» заключилась договоры займа с иными не аффилированными юридическими лицами на тех же условиях, что и с ООО «Бриз-НН».

Экономическая целесообразность заключения договора займа на подобного рода условиях для ООО «Нэртис» никак не обоснована.

Суд правомерно пришел к выводам, что усматриваются недобросовестные и неразумные действия руководителя ООО «Нэртис» ФИО2, так как, выдавая займ аффилированному юридическому лицу на столь длительный срок, ФИО2 фактически отказался от денежных средств при наличии непогашенной задолженности перед ООО «Связьэнергопроект».

При таких обстоятельствах, судом установлено отсутствие первичной документации и иных бесспорных доказательств расходования полученных ФИО2 со счета ООО «Нэртис» наличных денежных средств в сумме 200 000 руб. 00 коп. на нужды организации и не принимает во внимание представленные ответчиком доказательства в качестве оправдательных документов в отношении 300 000 руб. 00 коп., что свидетельствует о недобросовестных и неправомерных действиях директора ООО «Нэртис» ФИО2 в виде вывода активов организации при наличии неисполненных обязательств перед ООО «Связьэнергопроект».

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательств обратного ФИО2 в материалы дела не представлено.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности в сумме 500 000 руб.

Доводы заявителя жалобы о недоказанности истцом всей совокупности условий для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, судом апелляционной инстанции не принимаются, поскольку по своей сути свидетельствуют о несогласии заявителей с установленными судами по делу фактическими обстоятельствами и оценкой доказательственной базы.

Заявленные в апелляционной жалобе доводы рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаются неправомерными по изложенным мотивам.

Суд апелляционной инстанции считает, что в рассматриваемом случае судом первой инстанции верно распределено бремя доказывания, обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела установлены верно, доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены, выводы сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным ими фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Несогласие заявителей с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем доводы заявителей жалоб признаются необоснованными.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Нижегородской области от 17.11.2023 по делу № А43-2553/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу Дашкова Сергея Александровича – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в двухмесячный срок со дня его принятия в Арбитражный суд Волго-Вятского округа через суд первой инстанции, принявший решение.

Председательствующий судья

Е.Н. Фединская

Судьи

Е.Н. Беляков

Е.А. Новикова