Постановление от 26 ноября 2018 г. по делу № А76-32331/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-37/18

Екатеринбург

26 ноября 2018 г.


Дело № А76-32331/2016



Резолютивная часть постановления объявлена 21 ноября 2018 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 ноября 2018 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Новиковой О.Н., Плетневой В.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Макаровой Татьяны Александровны на решение Арбитражного суда Челябинской областиот 18.09.2017 по делу № А76-32331/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2018 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседанияна сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании 24.10.2018 объявлен перерыв до 29.12.2018, судебное заседание 29.12.2018 отложено на 21.11.2018.

В судебном заседании 21.11.2018 приняли участие представители:

Макаровой Т.А. – Макарова М.А. (доверенность от 15.02.2017 серия 74АА № 3535893);

общества с ограниченной ответственностью «Юридическое содействие бизнесу» (далее – общество «ЮСБ») - Щукин Д.Ю. (доверенность от 07.08.2018);

публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее – Сбербанк, банк) - Туманов А.А. (доверенность от 25.10.2016 № 3-ДГ/134).

Бирюкова Ю.М. – Патрахина А.О. (доверенность от 21.11.2018 серия 74АА № 3606958).

Общество с ограниченной ответственностью «Макс» (далее – общество «Макс») в лице директора Макаровой Т.А. обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с иском к Сбербанку о признании недействительным заключенного между Сбербанком и обществом «ЮСБ» договора уступки права от 07.12.2016 и применении последствий его недействительности.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 06.04.2017 общество «ЮСБ» привлечено к участию в деле в качестве соответчика, Макаров Олег Александрович и Макарова Т.А. привлечены к участию в делев качестве третьих лиц, без самостоятельных требований на предмет спора.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 18.09.2017(судья Ефимов А.В.) в удовлетворении иска отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного судаот 29.05.2018 (судьи Забутырина Л.В., Матвеева С.В., Румянцев А.А.) решение суда первой инстанции от 18.09.2017 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Макарова Т.А. просит решение от 18.09.2017 и постановление от 29.05.2018 отменить, дело направить на новое рассмотрение, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. По мнению заявителя, суды не оценили письма общества «Макс» Сбербанку (от 30.11.2016 и от 09.12.2016) с сообщением о рейдерском захвате бизнеса (имущества) общества «Макс» и с просьбой к банку не передавать кредитный долг обществу «ЮСБ», планирующему такой рейдерский захват бизнеса (имущества) общества, не оценили ответ банка на данное письмо, и не указали мотивы, по которым отвергли данные доказательства, а отказ от рассмотрения по существу доводов стороны является фундаментальным нарушением ее прав и безусловным основанием для отмены судебных актов. Заявитель считает, что указанная переписка является доказательством злоупотребления правом Сбербанка, который, являясь более сильной стороной, уступил право требования по кредитному договору, исполнение обязательств по которому в полном объеме обеспечено залогом недвижимого имущества, проигнорировал сообщение о рейдерском захвате бизнеса (имущества) своего заемщика общества «Макс», не принял в связи с таким сообщением никаких мер, и заключил спорный договор уступки от 07.12.2016 в срок до 12.12.2016, то есть до даты предоставления обществом «Макс» документов для заключения мирового соглашения во избежание уступки права требования. Заявитель полагает, что суды необоснованно отказали в истребовании выписок по счетам общества «ЮСБ» и Остроухова В.А., поскольку из источника поступления к ним денежных средств можно установить противоправную цель покупки спорного долга обществом «ЮСБ» - установление контроля над процедурой банкротства общества «Макс» и завладения его имуществом, которое по стоимости превышает долг перед цессионарием. По мнению заявителя, поскольку спорная сделка совершена в наблюдении, суды должны исследовать вопрос о нарушении этой сделкой интересов иных кредиторов, оценить обстоятельства, свидетельствующие об ухудшении положения должника, поскольку Сбербанк предъявил требования в меньшем размере, чем требования общества «ЮСБ», предъявленные за аналогичный период, при несущественной разнице в 24 дня, а, кроме того, суды не учли, что общество «ЮСБ» и общество с ограниченной ответственностью «Травертино» (далее – общество «Травертино») относятся к одной группе лиц, выкупивших кредитные долги общества «Макс» исключительно с целью причинения вреда должнику.

В дополнении к кассационной жалобе Макарова Т.А. поясняет,что злоупотребление правом со стороны банка выразилось в том, что, предоставив срок (до 12.12.2016) для предоставления необходимых документов для заключения мирового соглашения и избежания уступки права, банк уже 07.12.2016 заключил договор уступки, в то время как общество «Макс» уведомило банк о том, что выполнило все предложенные банком условия, а, кроме того, суды незаконно отказали в приобщении к делу отчета об оценке рыночной стоимости объектов, в проведении экономической экспертизы для определения стоимости уступленного права требования, в истребовании у банка регламента по работе с проблемной задолженностью, технологической схемы организации работы с задолженностью, решения об уступке, и в приобщении к делу аудиозаписи переговоров с учредителем цессионария, а также, в нарушение норм процессуального права не привлекли к участию в деле лицо, в отношении которого также совершен договор уступки. Макарова Т.А. полагает, что спорная уступка прав требования в части требования, которое банк должнику не предъявлял является договором дарения, и договор уступки между банком и общество «ЮСБ» заключен при неравноценном встречном предоставлении и не имел экономической целесообразности для банка, а общество «ЮСБ» отказалось от залоговых прав в отношении уступленного ему банком спорного требования на сумму 4 558 486 руб. 98 коп., что нарушает права поручителей и кредиторов Макаровой Т.А.

Сбербанк и общество «ЮСБ» в отзывах просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела,между Сбербанком (кредитор) и обществом «Макс» (заемщик) заключен кредитный договор от 11.10.2013 № 2216/8597/0060/13, предметом которого является предоставление банком заемщику кредита в сумме 71 500 000 руб.на условиях платности и возвратности на срок до 10.10.2018, в обеспечение исполнения обязательств по которому заключены договоры поручительствас обществом с ограниченной ответственностью «Макс-Регион» (далее – общество «Макс-Регион»), Макаровым О.А., Макаровой Т.А., договоры ипотеки с обществом «Макс», Макаровым О.А. и Макаровой Т.А.

Между Сбербанком (кредитор) и обществом «Макс» (заемщик) заключен кредитный договор от 19.11.2013 № 2216/8597/0000/0085/13, предметом которого является предоставление банком заемщику кредита в сумме 19 700 000 руб. на условиях платности и возвратности на срок до 18.11.2018, в обеспечение исполнения обязательств по которому заключены договоры поручительства с Фондом содействия кредитованию малого предпринимательства Челябинской области и обществом «Макс-Регион», Макаровой Т.А., а также договоры ипотеки с обществом «Макс», Макаровым О.А. и Макаровой Т.А.

Между Сбербанком (кредитор) и обществом «Макс» (заемщик) 26.12.2013 заключен кредитный договор № 2216/8597/0000/0125/13, предметом которого является предоставление банком заемщику кредита в сумме 14 523 811 руб. 14 коп. на условиях платности и возвратности на срокдо 24.12.2018, в обеспечение исполнения обязательств по которому заключены договоры поручительства с обществом «Макс-Регион» и Макаровой Т.А., договоры залога с обществом «Макс» и Макаровой Т.А., а также договор ипотеки с обществом «Макс».

Пунктами 3.6 и 4.11 приложения № 1 к вышеназванным кредитным договорам сторонами предусмотрено право банка потребовать досрочного возврата суммы кредита и иных предусмотренных договором платежей, в случае нарушения сроков возврата кредита или любой его части, уплаты процентов или иного платежа.

Кроме того, пунктом 6.2 общих условий предоставления и обслуживания обеспеченных кредитов к вышепоименованным кредитным договорам, кредитор наделен правом полностью или частично переуступить свои права и обязательства по договорам, а также по сделкам, связанным с обеспечением возврата кредитов, другому лицу без согласия заемщика.

Во исполнение названных кредитных договоров банк предоставил обществу «Макс» кредитные средства в размере 71 500 000 руб., 19 700 000 руб. и 14 523 811 руб. 14 коп., соответственно.

В связи с неисполнением заемщиком обязательств по кредитным договорам банк 18.09.2015 потребовал от общества «Макс» и его поручителей досрочного возврата суммы кредита.

Впоследствии отсутствие добровольного погашения заемщиком задолженности послужило основанием для обращения кредитора – банкав Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о признании должника - общества «Макс» банкротом.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 06.06.2016по делу № А76-27285/2015 заявление банка признано обоснованным,в отношении общества «Макс» введена процедура наблюдения, в реестр требований кредиторов должника включено требование банка в размере 107 332 123 руб. 56 коп.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2016 определение суда первой инстанции изменено, с учетом исправления опечатки в реестр требований кредиторов должника включено требование Банка в размере 96 581 096 руб. 19 коп.

Между Сбербанком (цедент) и обществом «ЮСБ» (цессионарий) заключен договор уступки прав (требований) от 07.12.2016 № 15/9, по условиям которого цедент уступает цессионарию права (требования) к обществу «Макс», обществу «Макс-регион», Макарову О. А., Макаровой Т. А., Фонду содействия кредитованию малого предпринимательства в общей сумме 96 587 096 руб.19 коп., вытекающие из кредитных договоров от 11.10.2013№ 2216/8597/0060/13, от 19.11.2013 № 2216/8597/0085/13, от 26.12.2013№ 2216/8597/0000/0125/13, а также из сделок, обеспечивающих исполнение указанных кредитных договоров, а цессионарий обязуется в оплату уступленных прав (требований) внести на счет цедента денежные средства в сумме 81 700 000 руб. (пункты 1.1, 2.1 договора уступки).

В пунктах 1.1.1-1.1.9 договора уступки перечислены должники, их обязательства, а пунктом 1.2 договора уступки определено, что цессионарию передаются все требования, вытекающие из обязательств, перечисленных в пунктах 1.1.1-1.1.9 договора, в том числе дополнительные требования, связанные с задолженностью по кредитным договорам (взыскание процентов, неустоек и иных платежей), вплоть до фактического исполнения обязательств должниками перед цессионарием в полном объеме и на тех условиях, которые существуют на момент заключения договора.

В пункте 2.9 договора уступки цессионарий подтвердил, что при определении размера денежных средств, подлежащих выплате цеденту, он принял во внимание финансовое положение, состояние кредиторской и дебиторской задолженности, забалансовые обязательства, иски и иные заявления, предъявленные в суд в отношении должника и лиц, предоставивших обеспечение по обязательствам должника, и с учетом всех перечисленных обстоятельств подтвердил, что размер платы по договору, равноценен реальной рыночной стоимости уступаемых прав (требований) в текущей ситуации.

В подтверждение исполнения обществом «ЮСБ» обязательств по оплате полученных прав (требований) представлено платежное поручениеот 07.12.2016 № 380 на сумму 81 700 000 руб. об оплате по договору уступки.

Вступившим в законную силу определением от 28.02.2017 по делу № А76-27285/2015 на основании вышеназванного договора уступки права требования от 07.12.2016 № 15/9 заявитель по делу о банкротстве общества «Макс» Сбербанк заменен его правопреемником обществом «ЮСБ».

Обращаясь в арбитражный суд с иском о признании договора цессии недействительным, общество «Макс» в лице директора Макаровой Т.А., ссылалось на нарушение сделкой запрета на уступку права требования лицу, не имеющему лицензии на банковскую деятельность; на то, что с учетом введения в отношении общества «Макс» наблюдения, договор уступки права от 07.12.2016 противоречит статьям 1, 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, ухудшает положение должника, так как право (требование) к обществу «Макс» по обязательствам из кредитных договоров с банком «Агропромкредит» также получено обществом «Травертино», что лишило общество «Макс» возможности восстановления платежеспособности, заключения мирового соглашения, перехода в финансовое оздоровление, при том, что общество «Макс» уведомило банк о предпринимаемых обществами «ЮСБ» и «Травертино» действиях по захвату бизнеса общества «Макс», которое, в свою очередь, обладая сведениями об отзыве обществом «Травертино» согласия на сдачу в аренду заложенного объекта, ранее данного банком «Агропромкредит», и на переустройство объекта, затраты на которое составили более 2 миллионов рублей, тем не менее, заключило спорную сделку.

Сбербанк и общество «ЮСБ» возражали против удовлетворения исковых требований общества «Макс».

С учетом введения в отношении общества «Макс» процедуры банкротства - внешнего управления, внешний управляющий должника представил в суд заявление об отказе от иска. Определением от 30.05.2017 в удовлетворении данного ходатайства об отказе от иска отказано.

Отказывая в удовлетворении иска, суды исходили из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (в ред., действовавшей в спорный период), право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования). Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. Если договором был предусмотрен запрет уступки, сделка по уступке может быть признана недействительной по иску должника только в случае, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об указанном запрете (пункт 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объемеи на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права,в том числе право на проценты. Уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону (пункт 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 47 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», залогодержатель вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору об ипотеке или по обеспеченному ипотекой обязательству (основному обязательству) любым третьим лицам, если законом или договором не предусмотрено иное. Лицо, которому переданы права по договору об ипотеке, становится на место прежнего залогодержателя по этому договору. Если не доказано иное, уступка прав по договору об ипотеке означает и уступку прав по обеспеченному ипотекой обязательству (основному обязательству) (п. 2 указанной статьи).

В силу пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, каковыми являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, и все те условия, о которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются осуществление гражданских прав исключительнос намерением причинить вред другому лицу, действия в обход законас противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Добросовестность участников гражданских правоотношенийи разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судами принято во внимание, что, в силу пункта 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации, по общему правилу для перехода к другому лицу прав кредитора согласие должника не требуется, при том, что в данном случае в пункте 6.2 общих условий предоставленияи обслуживания обеспеченных кредитов прямо предусмотрено, что кредитор наделен правом полностью или частично переуступить свои праваи обязательства по договорам, а также по сделкам, связанным с обеспечением возврата кредитов, другому лицу без согласия заемщика.

Исследовав и оценив все имеющиеся в деле доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, проанализировав спорный договор уступки права (требования) от 07.12.2016, приняв во внимание, что в данном договоре стороны конкретно определили уступаемое право (основания его возникновения и объем), и условиям о том, что право первоначального кредитора по кредитным договорам от 11.10.2013 № 2216/8597/0060/13, от 19.11.2013 № 2216/8597/0085/13 и от 26.12.2013 № 2216/8597/0000/0125/13 передано новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, включая права из сделок, обеспечивающих исполнение указанных кредитных договоров (договоры ипотеки и договора поручительства), учитывая, что простая письменная форма сделки соблюдена, государственная регистрация смены залогодержателя произведена в установленном порядке, оплата уступленного права требования произведена в полном объеме и надлежащим образом, доказательств, свидетельствующих о том, что в спорном обязательстве личность первоначального кредитора имеет существенное значение для должника, не имеется, в соответствующих кредитных договорах отсутствует указание на то, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, а требование о возврате кредита в данном случае не относится к числу требований, неразрывно связанных с личностью кредитора, суды пришли к выводу о том, что по оспариваемому договору уступки права требования к обществу «ЮСБ» перешли все права по вышеназванным кредитным договорам и по сделкам их обеспечивающим, и основания для признания спорного договора цессии незаключенным отсутствуют.

Ссылка заявителя на запрет на уступку прав (требований) третьему лицу, не имеющему лицензии на осуществление банковской деятельности, по результатам исследования и оценки доказательств не принята судами во внимание как противоречащая материалам дела и основанная на неверном толковании норм права, в том числе, исходя из того, что кредитные договоры заключены между Сбербанком и обществом «Макс» в целях осуществления обществом «Макс» предпринимательской деятельности, и в данном случае отсутствие у цессионария соответствующей лицензии не является основанием для признания сделки недействительной, поскольку, по смыслу пункта 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», такое ограничение установлено для кредитования потребителей – граждан, приобретающих такие услуги исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» разъяснено, что, если иное не установлено законом, отсутствие у цессионария лицензии на осуществление банковской деятельности не является основанием недействительности уступки требования, возникшего у банка из кредитного договора, при том, что пунктом 6.2 общих условий предоставления и обслуживания обеспеченных кредитов к вышепоименованным кредитным договорам, предусмотрено право кредита полностью (частично) переуступить свои права и обязательства по договорам, а также по сделкам, связанным с обеспечением возврата кредитов, другому лицу без согласия заемщика.

По результатам исследования и оценки доказательств, учитывая конкретные обстоятельства дела, суды отклонили доводы Макаровой Т.А. о неравноценности спорного договора, приняв во внимание, что заключение Сбербанком договоров уступки права (требования) с дисконтом является обычной практикой кредитного учреждения, при этом дисконт определяется исходя из перспектив погашения обязательств, и, исходя из того, что банк в данном случае, оценив финансовое положение должника, принял решение о целесообразности восстановления своих нарушенных прав не предлагаемым обществом «Макс» способом - заключением мирового соглашения, а уступкой права (требования), в результате чего, незамедлительно получив от цессионария денежные средства, приобрел возможность извлечения прибыли от их использования, в то время как должником до настоящего времени расчеты по кредитным обязательствам не произведены, а доказательств, подтверждающих заведомую несоразмерность встречного предоставления по сделке, не представлены, при том, что для банка наличие просроченной непогашенной кредиторской задолженности имеет негативные последствия с учетом необходимости формирования соответствующих резервов, а также, принимая во внимание, что названные доводы Макаровой Т.А. не направлены на защиту каких-либо нарушенных прав общества «Макс» и могли иметь значение только для лица, непосредственно уступившего права (требования), в то время как банк сам настаивает на равноценности встречного предоставления по спорной сделке, и иное не доказано.

Принимая во внимание изложенное, а также, учитывая наличиев материалах дела платежного поручения, подтверждающего перечисление оплату цессионарием банку в полном объеме по спорному договору уступки, и, исходя из того, что обстоятельства того, за счет каких средств осуществлялась оплата за уступленное право, а также отношения между обществами «ЮСБ»и «Травертино» не имеют самостоятельного правового значения для рассмотрения настоящего спора, суды, руководствуясь статьей 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отказали в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств, в частности выписки по банковскому счету общества «ЮСБ», не направленных на установление значимых для дела обстоятельств, ввиду чего соответствующие доводы заявителя судом кассационной инстанции не принимаются.

Доводы заявителя о наличии признаков дарения также не приняты судами во внимание как основанные на предположении, при том, что в данном случае материалами дела, в том числе договором и доказательствами оплаты, подтверждается, что сделка по уступке прав (требований) имела возмездный характер, при этом цена сделки определялась, в том числе, с учетом того, что цессионарию переходят все права, вытекающие из кредитных договоров, включая дополнительные требования, связанные с задолженностьюпо кредитным договорам (взыскание процентов, неустоек и иных платежей), вплоть до фактического исполнения обязательств должниками перед цессионарием в полном объеме и на тех условиях, которые существуют на момент заключения договора.

Доводы заявителя об ухудшении положения общества «Макс» за счет включения в реестр требований кредиторов дополнительных требований также являлись предметом оценки судов и были отклонены как основанные на предположении, приведенные без учета специфики кредитных отношений, особенностей установления требований в процедуре банкротства (статьи 809, 810, 819 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 4, абзац 2 пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54, пункт 1 статьи 4 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»), в том числе, исходя из того, что перемена кредитора в обязательстве сама по себе не ухудшает положение должника, поскольку не влечет увеличение объема задолженности, так как в случае сохранения прав требований за банком, последний также имел возможность установить в реестр соответствующие дополнительные требования, а должник, в свою очередь, при уступке прав требования, имеет право на защиту от необоснованных требований нового кредитора теми же способами, которые имелись в его распоряжении в отношении прежнего кредитора.

Довод заявителя о наличии переписки между ним и банком, по результатам исследования и оценки данной переписки в отдельности и в совокупности с иными доказательствами не принят судами во внимание как несостоятельный, поскольку данная переписка, как и наличие регламента банка по работе с проблемной задолженностью, обеспеченности последней поручительством и залогом, не препятствовали возможности заключения банком спорного договора цессии, и не могут являться основанием для признания действий банка по заключению спорного договора уступку права как совершенных при злоупотреблении правом.

При этом из имеющихся в деле писем банка, направленных обществу «Макс», следует, что банк рассматривал вопрос о возможности заключения мирового соглашения, в связи с чем сообщил должнику о значительном размере задолженности и необходимости принятия мер, направленных на заключение мирового соглашения, в том числе предоставления необходимой документации и определения основных параметров мирового соглашения, однако в течение длительного времени соответствующая документация банку не предоставлялась, что привело к невозможности определения условий мирового соглашения и проведения переговоров с иными кредиторами должника, а кроме того, со стороны общества «Макс» и солидарных ответчиков принимались меры, препятствующие взысканию банком задолженности, что послужило причиной для рассмотрения банком иных вариантов урегулирования задолженности, в том числе путем продажи прав (требований).

Доказательства того, что банк действует в сговоре с обществом «ЮСБ»с целью причинения вреда имущественным интересам должника, не представлены, а иные доводы о действиях общества «ЮСБ» и других конкурсных кредиторов вопреки задачам восстановления платежеспособности должника выходят за рамки предмета настоящего спора и находят свое разрешение в рамках дела № А76-27285/2015 о признании общества «Макс» несостоятельным (банкротом), при том, что просрочка исполнения обязательств по кредитным договорам наступила в сентябре 2015 года, а спорный договор уступки заключен 07.12.2016, и в указанный период (более одного года) гашение соответствующей кредитной задолженности перед банком не производилось, все необходимые меры для урегулирования спорной ситуации со стороны общества «Макс» приняты не были, а отказ нового кредитора от залога в части требования на сумму 4 558 486 руб. 98 коп., не может свидетельствовать о злоупотреблении правом, так как названные действия являются правом кредитора, при том, что последующее поведение общества «ЮСБ» в рамках дела о банкротстве общества «Макс» не является предметом исследования при рассмотрении настоящего спора.

С учетом изложенного, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные в материалы дела доказательства, оценив оспариваемый договор уступки прав (требований) от 07.12.2016 №15/9 на предмет его действительности отдельно и в совокупности со всеми иными, представленными в материалы дела доказательствами, по вышеизложенным мотивам, принимая во внимание отсутствие оснований полагать, что Сбербанк злоупотреблял своими правами при заключении спорного договора уступки, суды пришли к выводу недоказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для удовлетворения иска общества «Макс» и признания договора уступки прав (требований) от 07.12.2016 №15/9 недействительным.

Таким образом, при вынесении обжалуемых судебных актов суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для признания сделки недействительной, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Изложенные в дополнении к жалобе доводы о непривлечении к участию в деле качестве третьих лиц иных поручителей не приняты судами во внимание, так как указанные Макаровой Т.А. лица (поручители) не являются стороной оспариваемого договора уступки права требования, самостоятельно данный договор не оспаривали, обжалуемыми судебными актами их права непосредственно не затрагиваются, при этом с самостоятельными апелляционной или кассационной жалобой данные лица не обращались, и на то, что в обжалуемых судебных актах разрешен вопрос об их правах и обязанностях, не ссылались.

Все доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права, являлись предметом оценки судов первой и апелляционной инстанций и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствиис требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанныхна их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется(статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставитьбез изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

К дополнениям к кассационной жалобе Макаровой Т.А. приложены дополнительные документы.

В силу ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции проверяет соответствие выводов судов о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. При этом арбитражное процессуальное законодательство не предоставляет суду кассационной инстанции полномочий по приобщению к материалам дела, исследованию и оценке новых доказательств и не предусматривает возможность переоценки выводов судов об обстоятельствах дела с учетом представленных в суд кассационной инстанции дополнительных документов.

На основании изложенного, дополнительные документы подлежат возвращению Макаровой Т.А., в силу ст. 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку сбор, принятие и оценка дополнительных доказательств не входят в компетенцию суда кассационной инстанции, который проверяет законность принятых судебных актов на основании имеющихся в деле доказательств, исследованных и оцененных судами первой и апелляционной инстанций, при этом на бумажном носителе данные документы возвращению не подлежат, так как представлены в электронном виде через систему «Мой Арбитр».

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 18.09.2017по делу № А76-32331/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2018 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Макаровой Татьяны Александровны –без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Ю.А. Оденцова


Судьи О.Н. Новикова


В.В. Плетнева