Постановление от 1 марта 2018 г. по делу № А50-29254/2015

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075, http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № Ф09-12211/16

Екатеринбург

01 марта 2018 г. Дело № А50-29254/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 27 февраля 2018 г. Постановление изготовлено в полном объеме 01 марта 2018 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Оденцовой Ю.А., судей Новиковой О.Н., Шавейниковой О.Э.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Кулешова Андрея Федоровича на определение Арбитражного суда Пермского края от 22.08.2017 по делу № А50-29254/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2017 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие представитель Кулешова А.Ф. и Кулешовой А.А.– Бездомников Н.О. (доверенность от 19.05.2017 серия 59 АА номер 2151899, доверенность от 31.07.2017 серия 59 АА номер 2588729).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 29.02.2016 в отношении гражданина Маева Андрея Евгеньевича (ИНН: 590606165869; далее - должник) введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим имуществом должника утвержден Кобелев Александр Юрьевич.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 31.10.2016 Маев А.Е. признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим имуществом должника утвержден Русаков Дмитрий Сергеевич.

Русков Д.С. 20.05.2016 обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании недействительным договора дарения от 15.07.2014, по которому Маев А.Е. передал в собственность Кулешову А.Ф. 1/62 доли в праве собственности на встроено-пристроенные помещения автостоянки общей площадью 2947,3 кв.м., расположенные в подвале жилого дома по адресу: г. Пермь, ул. Газеты Звезда, 46, кадастровый номер: 59:01:4410171:372 (далее – спорная автостоянка), и применении последствий его недействительности в виде обязания Кулешова А.Ф. возвратить спорную автостоянку должнику и восстановить за Маевым А.Е. право собственности на спорную автостоянку.


Определением Арбитражного суда Пермского края от 12.09.2016, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2016, в удовлетворении заявления финансового управляющего Русакова Д.С. отказано.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 13.03.2017 названные определение от 12.09.2016 и постановление от 21.12.2016 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края.

Русаков Д.С. 20.05.2016 обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 16.07.2014, заключенного должником и Кулешовым А.Ф., и применении последствий его недействительности в виде взыскания с Кулешова А.Ф. в конкурсную массу должника 18 900 000 руб. (с учетом уточнений в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 21.06.2016 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Милком».

Определением Арбитражного суда Пермского края от 12.09.2016, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2016 в удовлетворении заявления Русакова Д.С. отказано.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 13.03.2017 названные определение от 12.09.2017 и постановление от 21.12.2016 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края.

Протокольным определением от 23.05.2017 в рамках рассмотрения обособленного спора об оспаривании договора дарения от 15.07.2014, заключенного между должником и Кулешовым А.Ф., и применении последствий его недействительности, заявления о признании недействительными договора дарения от 15.07.2014 и договора купли-продажи квартиры от 16.07.2014, а также о применении последствий их недействительности объединены в одно производство.

Определениями от 23.05.2017 и 28.06.2017 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Маева Лариса Николаевна, Кулешова Алена Александровна.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 22.08.2017 (судья Хайруллин Е.Ф.) заявление Русакова Д.С. удовлетворено: договоры дарения от 15.07.2014 и купли-продажи от 16.07.2014, заключенные Маевым А.Е. и Кулешовым А.Ф., признаны недействительными, применены последствия их недействительности в виде взыскания с Кулешова А.Ф. в конкурсную массу должника 18 900 000 руб. и обязания Кулешова А.Ф. возвратить в конкурсную массу должника спорную автостоянку.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2017 (судьи Мармазова С.И., Васева Е.Е., Романов В.А.) определение суда первой инстанции от 22.08.2017 оставлено без изменения.


В кассационной жалобе Кулешов А.Ф. просит определение от 22.08.2017 и постановление от 07.11.2017 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. По мнению заявителя, на момент совершения спорных сделок должник не являлся неплатежеспособным, а тот факт, что спорные сделки совершены с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, и Кулешов А.Ф. знал или должен был знать об этой цели, не доказан и опровергается материалами дела, поскольку решение о взыскании с должника долга по договору поручительства вынесено и заявление о признании должника банкротом принято уже после совершения спорных сделок, и Кулешов А.Ф. не является аффилированным с должником лицом. Заявитель считает, что обращение должника в специализированную организацию с целью поиска покупателя спорного имущества не может свидетельствовать о недобросовестности сторон. Заявитель ссылается на то, что его дочь не проживает, а обучается в Германии, у заявителя как в настоящее время, так и на момент совершения спорных сделок имелось иное жилье и отсутствовала необходимость проживания в спорной квартире, а то, что должник не приобрел иное жилье на вырученные от продажи спорного имущества денежные средства, не свидетельствует о его неплатежеспособности. Заявитель полагает, что суды не оценили доказательства его платежеспособности и не учли, что денежные средства были им накоплены более, чем за двадцать лет предпринимательской деятельности, что подтверждается выписками по счету и кассовыми чеками, а часть денежных средств ему подарили родственники, что подтверждается соответствующими пояснениями. Заявитель, считает, что из имеющихся в деле доказательств следует, что суммарный оборот денежных средств Кулешовых за период с 2010 по 2014 год составил 139 994 942 руб. 66 коп., в связи с чем основания для сомнения в их платежеспособности отсутствуют. По мнению заявителя, все иные сделки, поименованные в постановлении кассационного суда от 13.03.2017 по делу № А50-29254/2015, помимо спорной, совершены должником в отношении членов его семьи, в то время как заявитель в родственных (дружественных) отношениях с должником не состоит, аффилированным по отношению к должнику лицом не является, и в деле не имеется доказательств какой-либо взаимосвязи между заявителем и должником.

Представленные Кулешовым А.Ф. дополнительные объяснения и документы, судом округа к рассмотрению не принимаются, так как отсутствуют доказательства их направления иным лицам, участвующим в деле, а, кроме того, у кассационного суда не имеется полномочий на приобщение к делу дополнительных доказательств и на рассмотрение по правилам первой инстанции заявлений об изменении способа и порядка исполнения судебных актов. При этом данные документы на бумажном носителе заявителю не возвращаются, так как представлены суду в электронном виде.

Русаков Д.С. и закрытое акционерное общество «Промышленная лизинговая компания» (далее – общество «Промлизинг») в отзывах просят


обжалуемые судебные акты оставить без изменения, в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Между Маевым А.Е. (даритель) и Кулешовым А.Ф. (одаряемый) заключен договор дарения от 15.07.2014, по которому даритель безвозмездно передает в собственность одаряемому, а одаряемый принимает в качестве дара 1/62 долю в праве собственности на спорную автостоянку, стоимость которой составляет 900 000 руб.

Между Маевым А.Е. (продавец) и Кулешовым А.Ф. (покупатель) также заключен договор купли-продажи недвижимого имуществ от 16.07.2014, по которому продавец обязуется передать, а покупатель принять в собственность и оплатить 4-комнатную квартиру общей площадью 224,6 кв.м., в том числе жилая 168,5 кв.м., на 10 этаже 16-этажного кирпичного жилого дома по адресу: г. Пермь ул. Газеты Звезда дом № 46 кв. 30, кадастровый номер 59:01:4410170:227, стоимостью 18 900 000 руб. (далее – спорная квартира).

Кроме того, в июле – августе 2014 года Маевым А.Е. также были совершены иные сделки по отчуждению имущества, в том числе: договор купли-продажи недвижимого имущества от 15.07.2014 о передаче должником в собственность Меркушину П.Н. жилого дома с земельным участком, договор купли-продажи недвижимого имущества от 14.07.2014 о передаче должником в собственность Меркушиной Валентине Михайловне кирпичного садового дома с мансардой, гаража и бани, договор купли-продажи квартиры от 16.07.2014 о передаче должником в собственность Маевой Надежде Яковлевне и Епифановой Любови Евгеньевне двухкомнатной квартиры, договор дарения квартиры от 21.07.2014 о передаче должником в собственность Маевой Анне Андреевне однокомнатной квартиры, которые вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу признаны недействительными, а также брачный договор от 01.08.2014 о передаче Маевой Л.Н. долей должника в трех обществах с ограниченной ответственностью, заявление о признании которого недействительным в настоящее время рассматривается арбитражным судом в рамках данного дела о банкротстве.

Определением от 29.02.2016 по делу № А50-29254/2015 в отношении Маева А.Е. введена процедура реструктуризации долгов, решением от 31.10.2016 по данному делу должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, в состав реестра требований кредиторов Маева А.Е. включены требования кредиторов на общую сумму 684 599 857 руб. 98 коп.

Ссылаясь на то, что оспариваемые договоры заключены должником в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, при наличии у Маева А.Е. признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, в целях причинения вреда кредиторам, при наличии злоупотребления правом сторон сделки, а также на очевидность для Маева А.Е.


в момент совершения спорных сделок невозможности для общества «Промлизинг» отвечать по своим обязательствам и неизбежности предъявления кредиторами требований к Маеву А.Е. как поручителю, и на то, что спорные договоры были совершены в ряде иных совершенных Маевым А.Е. в период с 14.07.2014 по 01.08.2014 сделок по выводу активов, что означает действия по выводу ликвидных активов с целью избежать обращения на них взыскания для удовлетворения требований кредиторов, Русаков Д.С. обратился в арбитражный суд с заявлением о признании оспариваемых договоров недействительными и применении последствий их недействительности.

Удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из следующего.

В соответствии со ст. 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, в том числе на основании ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, могут быть оспорены действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (п. 1 ст. 61.8 Закона о банкротстве).

Согласно п. 1, 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным ст. 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в ст. 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В силу п. 13 Федерального закона № 154-ФЗ от 29.06.2015, положения абз. 2 п. 7 ст. 213.9, а также п. 1 и 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве (в редакции от 29.06.2015) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными, на основании ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, по требованию финансового управляющего в


порядке, предусмотренном п.п. 3-5 ст. 213.32 Закона банкротстве.

Поскольку Маев А.Е. на моменты совершения спорных договоров и введения процедуры банкротства являлся индивидуальным предпринимателем, спорные договоры от 15.07.2014 и от 16.07.2014 могут быть оспорены как по специальным нормам Закона о банкротстве, так и по общим основаниям.

В силу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она была совершена в течение 3 лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после его принятия и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности (недостаточности имущества) и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с п. 5 постановления Пленума № 63 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, для признания недействительной сделки, совершенной должником с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом п. 7 Постановления). В случае недоказанности


хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что, в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве, под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В п. 6 постановления Пленума № 63 разъяснено, что, согласно абз. 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (п. 7 постановления Пленума № 63). При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы


сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам (п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Исходя из содержания п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, приняв во внимание доводы, заявленные лицами, участвующими в деле, относительно наличия оснований для признания сделки недействительной, суды первой и апелляционной инстанций пришли к следующим выводам.

Согласно материалам дела, должник является бенефициаром общества «Промлизинг», поскольку ему принадлежит 80 % в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Астика» (далее – общество «Астика»), являющегося единственным акционером общества «Промлизинг».

Между акционерным обществом «Глобэксбанк» (далее – банк) и обществом «Промлизинг» (заемщик), бенефициаром которого является Маев А.Е., заключен договор об открытии кредитной линии от 01.11.2013 № 6-77- НКЛ/13, в соответствии с которым заемщику открыта кредитная линия в размере 250 000 000 руб. на период с 01.11.2013 по 28.04.2017 с начислением процентов за пользование кредитной линией в размере 12,5 % годовых.

В обеспечение обязательств общества «Промлизинг» по указанному кредитному договору между банком и Маевым А.Е., заключен договор поручительства от 01.11.2013 № 6-77-НКЛ/13 о полной солидарной ответственности по обязательствам заемщика по кредитному договору.

Кроме того, должник, на основании заключенных им договоров поручительства от 24.04.2013 от 01.11.2013 от 03.07.2014, является поручителем по обязательствам иных подконтрольных ему юридических лиц в значительных размерах.

По состоянию на 17.12.2014 общая сумма задолженности общества «Промлизинг» и должника перед банком составляла 261 081 815 руб. 88 коп., первая просрочка была допущена 29.08.2014 (подлежащий уплате в этот день платеж в сумме 5 332 230 руб. 04 коп. был совершен только 16.09.2014), и в


связи с ненадлежащим исполнением обязательств заемщику и поручителю были направлены требования о полном возврате кредита.

Решением Свердловского районного суда г. Перми от 19.02.2015 по делу № 2-321/2015 с должника и общества «Промлизинг» в пользу банка солидарно взыскан долг по кредитному договору в сумме 261 081 815 руб. 88 коп.

Решением от 01.06.2015 по делу № А50-5545/2015 общество «Промлизинг» признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника.

Как следует из материалов дела и правильно установлено судами, ухудшение показателей общества «Промлизинг», характеризующих его платежеспособность, наблюдается в 4 квартале 2014 года и связано с действиями руководства, направленными на вывод имущества данного общества путем проведения финансовых манипуляций, с использованием специально созданных фирм и заключением ряда мнимых сделок, а отчуждение имущества привело к росту неплатежеспособности общества «Промлизинг» и невозможности удовлетворения требований кредиторов в полном объеме, при этом должнику как лицу, осуществляющему с 2002 года предпринимательскую деятельность и руководство коммерческими организациями, входящими в один холдинг с обществом «Промлизинг», обладающему необходимыми для этого опытом деловой активности и способностями по экономическому прогнозированию, заблаговременно, то есть примерно во 2-3 квартале 2014 года, должна была быть очевидной невозможность для общества «Промлизинг» исполнить обязательства перед кредиторами, и, соответственно, неизбежность предъявления к должнику требований на основании договоров поручительства.

Принимая во внимание изложенное, суды пришли к обоснованному выводу о том, что заключение должником сделок по отчуждению имущества связано с финансово-экономическим положением общества «Промлизинг», преследовало цель предотвращения негативных для должника последствий в виде обращения взыскания на его имущество, направлено на вывод активов должника и причинение вреда имущественным интересам кредиторов.

Вышеназванные обстоятельства также установлены вступившими в законную силу постановлениями апелляционного суда от 14.12.2017 о признании недействительными совершенных должником сделок по вводу активов в рамках данного дела о банкротстве.

В подтверждение факта оплаты спорной квартиры стороны ссылаются на расписку Маева А.Е. в тексте договора купли-продажи, согласно которой денежные средства в сумме 18 900 000 руб. получены Маевым А.Е. полностью.

Как разъяснено в п. 35 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие


денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Согласно данным разъяснениям следует учитывать, доказана ли материалами дела финансовая возможность ответчика уплатить денежные средства, а равно подтверждение факта траты соответствующих средств должником.

Исследовав и оценив все имеющиеся в деле доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, приняв во внимание, что доводы должника и Маевой Л.Н. о том, что наличные денежные средства в размере 18 900 000 руб., полученные в счет оплаты за спорную квартиру, потрачены ими на личные нужды, ничем не подтверждены, учитывая, что, согласно выпискам о движении денежных средств по счетам, в период с 2012 года по 2014 год денежные средства в небольших суммах зачислялись на счет Кулешовой А.А. и списывались с него, а остаток по счету всегда оставался небольшим, исходя из того, что, представив кассовые чеки, свидетельствующие о получении Кулешовой А.А. дохода от предпринимательской деятельности в период с 2011 года по 2014 год и за более ранние периоды, Кулешова А.А., в то же время, не представила документы, свидетельствующие о расходовании названных денежных средств в указанные периоды, а Кулешов А.Ф., представив декларации, содержащие информацию о доходах от предпринимательской деятельности, информацию о своих расходах за соответствующие периоды также не представил, при том, что в спорный период Кулешовы приобрели автомобиль в кредит с первоначальным взносом чуть более 1 млн. руб., суды пришли к обоснованным выводам о том, что факт приобретения Кулешовыми спорного имущества за наличные денежные средства, полученные ими путем личных накоплений и от родителей, не подтвержден надлежащими и достаточными доказательствами, а, в отсутствие документов, свидетельствующих о расходах Кулешовых за 2011 – 2014 годы и за более ранние периоды, сам по себе факт получения ими дохода от предпринимательской деятельности не может свидетельствовать о том, что в июле 2014 года у Кулешовых имелись наличные денежные средства в размере около 19 млн. руб., достаточные для приобретения спорного имущества.

Ссылка Кулешовых на получение денежных средств для приобретения спорного имущества у родителей, по результатам исследования и оценки доказательств правильно не принята судами во внимание, поскольку доказательства наличия у родителей финансовой возможности предоставить Кулешовым соответствующие денежные средства, отсутствуют.

На основании изложенного, суды пришли к обоснованным выводам о том, что в деле не имеется надлежащих и достаточных доказательств, свидетельствующих о наличии у Кулешовых финансовой возможности уплатить должнику в июле 2014 года денежные средства по оспариваемому договору купли-продажи в сумме 18 900 000 руб.

Учитывая изложенное, исследовав и оценив все имеющиеся в деле доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что в материалах дела отсутствуют надлежащие и достаточные доказательства,


свидетельствующие о возмездности оспариваемого договора купли-продажи, приняв во внимание, что факт раздела имущества в связи с разводом супругов Маевых не доказан, в настоящее время они проживают вместе, развод не оформлен, учитывая, что, согласно материалам дела, Кулешовы приобрели спорное имущество через юридическое лицо, сотрудником которого является родственник Маевых, при том, что доказательства необходимости приобретения столь дорогого имущества и заключения договора дарения спорной автостоянки ранее договора купли-продажи спорной квартиры сторонами не представлены, исходя из того, что Кулешовы в спорной квартире не проживали, а в течение длительного периода времени (с 2005 года) в данной квартире проживала семья Маевых, после ее реализации за ними было сохранено право регистрации на шесть месяцев, следовательно, Кулешовым было известно, что Маевы нового жилья не приобрели, а спорная квартира была продана Кулешовым А.Ф. по договору купли-продажи от 06.07.2015 обществу с ограниченной ответственностью «Милком» по цене 19 000 000 руб., при том, что сведения о том, как именно был найден указанный покупатель и как израсходованы полученные от него наличные денежные средства, отсутствуют, суды правильно установили, что Кулешов А.Ф., действуя разумно и проявляя требующуюся от стороны по условиям оборота осмотрительность, не мог не осознавать безвозмездность оспариваемых сделок, незаконный характер действий должника при их заключении и ущемление интересов кредиторов должника, при том, что материалами дела доказан факт совершения оспариваемых сделок с целью вывода активов должника и причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника.

При таких обстоятельствах, суды пришли к обоснованным выводам о доказанности материалами дела наличия в данном случае всех необходимых оснований для признания оспариваемых договоров недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве и ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения.

Учитывая, что спорная квартира была отчуждена Кулешовым А.Ф. третьему лицу, суды обоснованно применили последствия недействительности сделок в виде взыскания с Кулешова А.Ф. в конкурсную массу должника денежных средств в размере 18 900 000 руб. и обязания Кулешова А.Ф.


возвратить в конкурсную массу должника 1/62 доли в праве собственности на спорную автостоянку.

Таким образом, удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела заявленных требований, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (ст. 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Все доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

Таким образом, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 22.08.2017 по делу

№ А50-29254/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2017 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Кулешова Андрея Федоровича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Ю.А. Оденцова

Судьи О.Н. Новикова

О.Э. Шавейникова