Решение от 6 апреля 2023 г. по делу № А65-7184/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ


г. КазаньДело № А65-7184/2022


Дата принятия решения – 06 апреля 2023 года.

Дата объявления резолютивной части – 30 марта 2023 года.


Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи А.Г. Абдуллаева,

при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «НТЦ «Промтех» к обществу с ограниченной ответственностью «Алабуга Девелопмент» о взыскании 11 718 000 руб. долга,

а также встречному иску общества с ограниченной ответственностью «Алабуга Девелопмент» к обществу с ограниченной ответственностью «НТЦ «Промтех» о взыскании 5 000 000 руб. неустойки,

с участием:

от истца по первоначальному иску – представитель О.Л. Узингер,

от ответчика по первоначальному иску – представитель ФИО2,

от третьего лица – не явилось, извещено,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «НТЦ «Промтех» (далее – ООО «Промтех») обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Алабуга Девелопмент» (далее – ООО «Алабуга Девелопмент») о взыскании 11 718 000 руб. долга.

В обоснование иска указано на неисполнение ответчиком обязательства по оплате выполненных работ по договору № 203/2020 от 12.08.2020.

В свою очередь, ООО «Алабуга Девелопмент» обратилось со встречным иском к ООО «Промтех» о взыскании 5 000 000 руб. неустойки за нарушение этапов выполнения работ согласно предусмотренному календарному плану.

Истец по первоначальному иску в судебном заседании иск поддержал, а встречный иск не признал по основаниям, изложенным в обобщённой правовой позиции, согласно которой работы выполнены подрядчиком надлежащим образом. Отсутствие недостатков установлено решением арбитражного суда по делу № А65-31335/2021, имеющим преюдициальное значение для разрешения настоящего спора. На основании разработанной подрядчиком проектной документации осуществлены строительные работы, включая установку оборудования на объекте. Объект строительства эксплуатируется, замечания относительно его работоспособности отсутствуют, что также исключает удовлетворение ходатайства ООО «Алабуга Девелопмент» о назначении судебной экспертизы. Предъявленная к взысканию денежная сумма не является гарантийным удержанием. Позднее получение разрешительной документации на ввод объекта в эксплуатацию допущено по вине третьего лица. Позиция третьего лица и ответчика относительно того, что нарушение срока ввода в эксплуатацию хотя на один день влечёт возможность удержания окончательного платежа на 20 лет является злоупотреблением правом.

Относительно встречного иска ООО «Промтех» указано, что нарушение срока выполнения этапов работ обусловлено поздним получением технического задания для производства работы со стороны самого заказчика. Указано также о несоразмерности и чрезмерности размера неустойки, вследствие чего ответчик по встречному иску просит применить положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Подробные доводы и возражения истца по первоначальному иску изложены в обобщённой правовой позиции от 16.03.2023.

Представитель ответчика по первоначальному иску исковые требования не признал, а встречный иск поддержал по основаниям, изложенным во встречном иске и письменных пояснениях, указав, что 10 000 000 руб. являются гарантийным удержанием, а остаток оплаты составляет 1 718 000 руб. По мнению ООО «Алабуга Девелопмент», подрядчиком не соблюдены условия для пункта 5.8 договора о получении положительного заключения о соответствии не позднее 15.12.2020, а также о вводе объекта в эксплуатацию не позднее 25.12.2020. В действительности положительное заключение получено 25.12.2020, а объект введён в эксплуатацию 30.12.2020. Кроме того, рыночная стоимость работ существенно ниже договорной. В ходе исполнения договора со стороны подрядчика счета выставлялись за вычетом гарантийного удержания, следовательно, истцом по первоначальному иску принимались и исполнялись условия заключённого договора, а последующее изменение его позиции указывает о нарушении принципа эстоппель. Акт о приёмке выполненных работ № 5 от 28.12.2020 не подписан по причине некачественного выполнения работ, вследствие чего ответчиком по встречному иску заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы. Заявление подрядчика о приостановлении работ носило формальный характер, фактически ведение работ не приостанавливалось.

Подробная позиция ответчика по первоначальному иску изложена в письменных пояснениях от 13.03.2023.

Привлечённое судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, акционерное общество «ОЭЗ ППТ «Алабуга» (далее – АО ОЭЗ ППТ «Алабуга») в судебное заседание не явилось, извещено надлежащим образом, доказательств уважительности причин неявки суду не представило, в связи с чем арбитражный суд на основании пункта 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) определил провести судебное разбирательство в его отсутствие.

От третьего лица поступили отзыв и письменные пояснения, согласно которым истец по первоначальному иску нарушил сроки выполнения работ, вследствие чего не вправе требовать выплаты гарантийного удержания в размере 10 000 000 руб. Именно допущенные со стороны ООО «Промтех» нарушения привели несвоевременному получению заключения о соответствии объекта и разрешения на его ввод в эксплуатацию.

Исследовав материалы дела, выслушав пояснения присутствовавших в судебном заседании представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд считает следующее.

В силу положений статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона и иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом или договором.

В соответствии со статьёй 758 ГК РФ по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ подрядчик (проектировщик, изыскатель) обязуется по заданию заказчика разработать техническую документацию и (или) выполнить изыскательские работы, а заказчик обязуется принять и оплатить их результат.

В силу статьи 711 ГК РФ если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

Как следует из материалов дела, между ООО «Промтех» (подрядчик) и ООО «Алабуга Девелопмент» (заказчик) заключен договор на внесение корректировки в проектную, сметную и рабочую документацию № 203/2020 от 12.08.2020, предметом которого является выполнение подрядчиком работы по корректировке проектной, сметной и рабочей документации для строительства объекта «Индустриально-технологический парк по производству автокомпонента «Синергия». Корпус № 3. Современный завод производству ПАН-прекурсоров», а также обязательства заказчика принять и оплатить выполненные работы.

Состав и параметры выполняемых подрядчиком работ устанавливаются ежемесячным техническим заданием и требованиями законодательства (пункт 1.1 договора).

Согласно пункту 3.1 договора срок выполнения работ установлен с даты подписания договора и по 31.12.2020. Сроки выполнения отдельных этапов работ устанавливаются календарным планом, являющегося приложением № 2 к договору.

Пунктом 5.1 договора определена твёрдая цена работ в размере 25 000 000 руб.

Оплата работ производится посредством авансирования в размере 30 % стоимости цены работы, а оставшаяся часть подлежит выплате на основании актов сдачи-приёмки этапов работ в течение 5 банковских дней с даты получения заказчиком счёта и счёта-фактуры.

В соответствии с пунктом 5.5 договора в качестве гарантийных обязательств производится удержание 40 % от стоимости выполненных работ. Выплата гарантийного удержания производится по правилам пункта 5.8 договора.

Выплата заказчиком авансового платежа в сумме 7 500 000 руб. подтверждена копиями представленных в материалы дела платёжных поручений № 1149 от 19.08.2020, № 1382 от 16.09.2020, № 1541 от 01.10.2020, № 1872 от 30.10.2020, № 2145 от 25.11.2020. Получение сумы аванса подтверждено истцом по первоначальному иску.

Согласно двухсторонним актам сдачи-приёмки работ № 1 от 13.10.2020, № 2 от 10.12.2020, № 3 от 10.12.2020, № 4 от 10.12.2020 подрядчиком выполнены работы на общую сумму 20 000 000 руб.

Платёжными поручениями № 1786 от 23.10.2020, № 2385 от 15.12.2020, № 2386 от 15.12.2020, № 2541 от 24.12.2020 заказчиком произведена оплата работ на сумму 5 782 000 руб. Соответственная общая сумма произведённых оплат составляет 13 282 000 руб.

Все вышеперечисленные акты и справки подписаны руководителем ответчика по первоначальному иску и заверены печатью ООО «Алабуга Девелопмент». При подписании актов со стороны заказчика каких-либо возражений относительно объёма и качества работ, выполненных подрядчиком и содержащихся в подписанных актах, не заявлено, допустимых и относимых доказательств, указывающих на завышение истцом стоимости и объёма работ, не добыто и арбитражному суду не представлено.

Из позиции ответчика по первоначальному иску следует, что им не оспариваются стоимость и объём работ по подписанным актам сдачи-приёмки. Не оплаченным остался односторонний акт сдачи-приёмки работ № 5 от 28.12.2020.

В соответствии со статьей 753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом и акт подписывается другой стороной.

Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными.

Письмом исх. № 01-061/21 от 05.02.2021 подрядчиком направлены разделы рабочей документации и уточнённый отчёт о выполненной работе в декабре 2020 г. В ответ на указанное письмо заказчик в исх. № 253 от 18.02.2021 сообщил о наличии замечаний к работам, выполненным в декабре 2020 г.

Согласно акту сдачи-приёмки работ № 5 от 28.12.2020 стоимость выполненных ООО «Промтех» работ по 5-му этапу составила 5 000 000 руб. Данный акт составлен подрядчиком в одностороннем порядке и направлен заказчику вместе с претензией исх. № 01-335/21 от 26.08.2021, счётом на оплату № 91 от 26.08.2021 и счётом-фактурой № 20210826-1 от 26.08.2021.

Получение вышеперечисленных документов подтверждено заказчиком в письменном ответе на претензию исх. № 1795 от 10.09.2021, согласно которому работы не оплачиваются, так как не устранены все замечания заказчика и не исполнено обязательство по передаче документации и не обеспечен доступ к результату работ на информационном ресурсе подрядчика.

В ответ на отказ заказчика подрядчиком направлена повторная претензия исх. № 01-369/21 от 20.09.2021 с указанием об отсутствии недостатков в качестве работ и их об устранении в более ранние сроки, а также о направлении документации заказчику в электронном виде.

Надлежащее исполнение подрядчиком обязательств по рассматриваемому договору явилось предметом судебной оценки в рамках арбитражного дела № А65-31335/2021 по иску ООО «Алабуга Девелопмент» к ООО «Промтех» о взыскании 6 114 493 руб. 88 коп. убытков, вызванных устранением недостатков спорных работах подрядчика.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.06.2022 по делу № А65-31335/2021 в удовлетворении исковых требований ООО «Алабуга Девелопмент» отказано. Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2022 по делу № А65-31335/2021 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 15.12.2022 решение суда первой инстанции от 06.07.2022 оставлено без изменения.

При рассмотрении дела № А65-31335/2021 судами было установлено, что исходя из результата толкования договоров № 203/2020 от 12.08.2020 и №203/2020 от 12.08.2020 следует, что подписанием договора № 203/2020 от 12.08.2020 ООО «Алабуга Девелопмент» выразило волеизъявление на поручение ООО «Промтех» выполнить работ по корректировке рабочей документации на возмездных началах, подтвердив тем самым, что внесение изменений (корректировок) подлежит осуществлению не в порядке устранения замечаний к договору № 020/2019 от 08.02.2019, которые по этому договору не предъявлялись.

Корректировка рабочей документации и выдача ответчиком измененной рабочей документации, на которые истец ссылается в обоснование исковых требований, сторонами рассмотрены как выполнение работ в рамках исполнения самостоятельного обязательства, возникшего из договора № 203/2020 от 12.08.2020, а не в качестве устранения недостатков работ, выполненных в рамках договору №020/2019 от 08.02.2019.

При таких обстоятельствах действия ответчика по корректировке рабочей документации, предусмотренные договором № 203/2020 от 12.08.2020 и в связи с этим правомерные, не могут рассматриваться в качестве ненадлежащего исполнения обязанностей по договору № 020/2019 от 08.02.2019 и, соответственно, не могут являться основанием для наступления гражданско-правовой ответственности в форме взыскания убытков.

Утверждение истца о том, что он приступил к устранению недостатков силами подрядных организаций после получения откорректированной в рамках договора от № 203/2020 от 12.08.2020 документации, не нашло подтверждение в материалах дела, не соотносится с фактическими датами исправления недостатков и разработки откорректированной документации.

Отказывая в удовлетворении ходатайства ООО «Алабуга Девелопмент» о проведении судебной экспертизы, судом установлено отсутствие оснований для его удовлетворения ввиду отсутствия необходимости в проведении экспертизы и оснований полагать, что заключение эксперта может повлиять на результат рассмотрения дела по существу, учитывая, что ответчик не отрицал корректировку документации, разработанной в рамках договора от 08.02.2019 № 020/2019, вместе с тем, данная корректировка, как следует из представленных доказательств, касающихся правоотношений сторон, согласована сторонами в качестве самостоятельного договорного обязательства по договору от 12.08.2020 № 203/2020 и не была предъявлена истцом в качестве нарушений обязательства по договору от 08.02.2019 № 020/2019. В силу такой правовой оценки работа по корректировке не может быть расценена в качестве устранения недостатков по первоначальному договору от 08.02.2019 № 020/2019 и не может быть проверена экспертом на предмет соотносимости с его условиями.

Стоимость работ на строительные работы после корректировки проектной и рабочей документации была заложена в итоговую сводную сметную стоимость строительства и оплачена заказчиком объекта строительства. Данный факт подтверждается в разделе 4.3.4 п. п. 2 заключения государственной экспертизы сметной стоимости строительства объекта № 16-1-1-2-059-072-2020 от 23.11.2020.

В силу пункта 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные арбитражным судом по ранее рассмотренному делу с участием тех же сторон, имеют преюдициальное значение при разрешении настоящего спора и не подлежат повторному доказыванию.

Соответственно при разрешении настоящего спора арбитражный суд из преюдициального значения ранее установленных арбитражных судом обстоятельств: самостоятельности предмета договора № 203/20 от 12.08.2020; выполнения работ по корректировке документации в качестве самостоятельного предмета обязательства, подлежащего оплате заказчиком; недоказанности возникновения на стороне заказчика убытков, вызванных устранением недостатков работ по договору № 203/20 от 12.08.2020; включение стоимости работ по корректировке проектной и рабочей документации в итоговую сметную стоимость строительства всего объекта.

Представленная в рамках рассматриваемого дела переписка сторон относительно наличия недостатков и их устранения датирована периодом январь – февраль 2021 г., август – сентябрь 2021 г., односторонний акт составлен в декабре 2020 г. Таким образом, все указанные документы имелись на момент принятия судом решения от 06.07.2022 по делу № А65-31335/2021.

Анализ представленных в материалы дела доказательств в совокупности с обстоятельствами, установленными при рассмотрении арбитражного дела № А65-31335/2021 свидетельствуют о недоказанности возражений ответчика по первоначальному иску о некачественном выполнении работ, включенных в односторонний акт сдачи-приёмки № 5 от 28.12.2020.

Существенное значение имеет и то обстоятельство, что на объект строительства (завод) получены заключения Инспекции государственного строительного надзора № 390р от 25.12.2020, № 403р от 28.12.2020, № 404р от 28.12.2020, № 405р от 28.12.2020, № 4-6р от 28.12.2020 (номер дела 14-11-2018/0020) о соответствии построенного объекта капитального строительства требованиям проектной документации, в том числе требованиям энергетической эффективности и требованиям оснащённости объекта капитального строительства приборами учёта используемых энергетических ресурсов (том 2, л.д. 102-106).

Завод введён в эксплуатацию на основании разрешения № RU 16520000-060ОВ-20 от 30.12.2020, выданного Исполнительным комитетом Елабужского муниципального района (том 2, л.д. 107-112). Срок эксплуатации объекта к настоящему времени составляет более двух лет.

Следовательно, выполненные ООО «Промтех» проектные работы явились основанием для приёмки объекта в эксплуатацию, а потому не могут быть признаны выполненными с ненадлежащим качеством, учитывая отсутствие доказательств выполнения этих работ иными лицами, а также недоказанность возникновения на стороне ООО «Алабуга Девелопмент» убытков при исполнении договора № 203/20 от 12.08.2020.

Кроме того, работы по четырём актам сдачи-приёмки приняты самим заказчиком, возражения по их объёму и качеству не заявлялись. Установление факта надлежащего выполнения работ по одностороннему акту возможно по имеющимся в деле доказательствам с учётом окончательной приёмки построенного объекта в эксплуатацию. Соответствие проектной документации нормативным требованиям подтверждено заключением государственной экспертизы и заключениями Инспекции государственного строительного надзора о соответствии построенного объекта предъявляемым требованиям.

Ходатайство ответчика по первоначальному иску о проведении судебной экспертизы направлено на преодоление обязательной силы судебных решений, включая отказ в проведении судебной экспертизы, принятых по делу № А65-31335/2021.

Исходя из положений частей 4, 5, 7 статьи 72, пункта 2 части 4 статьи 170 АПК РФ заключение эксперта не имеет приоритетного значения перед другими доказательствами.

Назначение судебной экспертизы является правом, а не обязанностью суда, в связи с чем арбитражный суд назначает экспертизу по делу только в том случае, если имеется необходимость в назначении экспертизы с учетом предмета спора и возникли вопросы, для разъяснения которых требуются специальные знания (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 27.03.2018 по делу № 305-ЭС18-645, А40-164626/2015, п. 17 постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»).

В соответствии с пунктом 1 статьи 761 ГК РФ подрядчик несет ответственность за ненадлежащее составление технической документации и выполнение изыскательских работ, включая недостатки, обнаруженные впоследствии в ходе строительства, а также в процессе эксплуатации объекта, созданного на основе технической документации и данных изыскательских работ.

Применительно к обстоятельствам рассматриваемого спора такие недостатки, влияющие на процесс строительства и последующей эксплуатации объекта, не выявлены.

Относительно предусмотренного пунктом 2 статьи 761 ГК РФ права подрядчика на возмещение убытков, вызванных недостатками в технической документации, вступившим в законную силу решением арбитражного суда по ранее рассмотренному делу установлено отсутствие таких убытков.

Приведённый в настоящем решении анализ совокупности представленных доказательств свидетельствует об отсутствии в данном конкретном случае оснований для реализации судом права на проведение судебной экспертизы. На протяжении длительного периода эксплуатации объекта не были обнаружены недостатки строительства, обусловленные ненадлежащим исполнением ООО «Промтех» своих обязательств по корректировке проектной и (или) рабочей документации, предусмотренных именно договором № 203/20 от 12.08.2020. Отсутствуют и доказательства, подтверждающие невозможность нормальной эксплуатации объекта по причине неверного исполнения подрядчиком своих обязательств по рассматриваемому договору.

Позиция ответчика по первоначальному иску относительно назначения судебной экспертизы сводится к установлению наличия недостатков по состоянию на август, ноябрь и декабрь 2020 г., в то время как в период по 10.12.2020 заказчиком без замечаний принимались работы по четырём двухсторонним актам.

Представленная переписка сторон свидетельствует об устранении подрядчиком отдельных замечаний, в том числе указанных в замечаниях от 22.03.2021. Отсутствие на стороне заказчика убытков, связанных с устранением недостатков иными подрядными организациями, является преюдициально установленным фактом. Как указывалось выше, объект введён в эксплуатацию с получением заключения о его соответствии требованиям проектной документации и в настоящее время является действующим заводом. Следовательно, все строительные работы, ради осуществления которых производилась корректировка проектной и рабочей документации, выполнены, следствие чего назначение судебной экспертизы является нецелесообразным.

С учётом вышеизложенного, арбитражный суд считает неправомерным и необоснованным отказ ответчика по первоначальному иску в принятии и оплате работ по одностороннему акту. Соответственно, размер выполненной подрядчиком и неоплаченной заказчиком работы составляет 11 718 000 руб. (25 000 000 руб. – 13 282 000 руб.).

Отказ ответчика в осуществлении окончательной оплаты с позиции удержания гарантийных выплаты является неправомерным по следующим основаниями.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьей 421 ГК РФ юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Из указанного принципа свободы договора следует, что стороны подрядной сделки справе определить порядок оплаты выполненных работ по своему усмотрению, в частности, отступить от общего правила статьи 711 ГК РФ об оплате работ после окончательной сдачи их результата, установив, что частичная оплата выполненных работ приостанавливается до истечения гарантийного срока. Согласно сложившейся практике предпринимательских отношений в сфере подряда такое условие именуется гарантийным удержанием.

Именно такое толкование закона применительно к гарантийному удержанию дано в Определении СК по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12 марта 2018 г. № 305-ЭС17-17564.

Из содержания пункта 5.5 договора следует, что производимые удержания в размере 40 % от стоимости выполненных работ являются гарантийными. Данный вывод следует как из буквального толкования данного условия договора, так и из поведения самого ООО «Промтех», которым формирование суммы для оплаты отдельных этапов работ (актам приёма-сдачи) производилось за вычетом удержания.

Согласно пункту 5.8 договора выплата гарантийного удержания обусловлена не истечением гарантийного периода, а поставлена в зависимость от получения АО ОЭЗ ППТ «Алабуга» положительного заключения органа государственного надзора о соответствии построенного объекта требованиям технических регламентов и проектной документации по объекту в срок не позднее 15.12.2020, а также от ввода объекта в эксплуатацию не позднее 25.12.2020.

Подпунктом 2 статьи 5.8 договора установленный второй вариант выплаты гарантийных удержаний – в течение 5 рабочих дней с момента предоставления подрядчиком счёта и счёта-фактуры, а также по истечении 240 месяцев (20 лет) с даты подписания актов выполненных работ о выполнении работ в полном объёме.

В отношении применения второго варианта выплаты гарантийных удержаний стороны заняли диаметрально противоположные позиции относительно толкования и применения данного договорного условия.

В силу пункта 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» по смыслу абзаца 2 статьи 431 ГК РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора.

В рассматриваемом случае проект договора составлен заказчиком, что последним не отрицалось в ходе судебного рассмотрения спора.

При толковании условий договора в силу абзаца 1 статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно, если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Из буквального толкования подпункта 2 пункта 5.8 договора следует, что второй вариант выплаты (с удержанием на 20 лет) производится «в случае нарушения сроков, предусмотренных абзацами 2 и 3 подпункта 1) пункта 5.7 настоящего договора». В то же время, пунктом 5.7 договора какие-либо сроки не установлены. Соответственно основания для удержания выплаты гарантийного платежа отсутствуют.

С точки зрения приоритета буквального толкования договора такое условие удержания выплаты на 20 лет, как нарушение сроков, установленных пунктом 5.7 договора, отсутствует, поскольку пунктом 5.7 договора никакие сроки не установлены.

Доводы ответчика о наличии технической опечатки материалами дела не подтверждаются. Другой стороной договора – истцом, не подтверждено наличие при заключении договора волеизъявления на удержание гарантийного платежа сроком на 20 лет в качестве меры ответственности за нарушение сроков выдачи третьему лицу разрешительной документации.

В течение всего срока исполнения договора ответчик действия по исправлению опечатки в договоре не предпринимал, а о наличии опечатки заявил лишь после возникновения спора и изложения истцом своей правовой позиции относительно толкования спорного условия договора.

Как указано в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из её незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Положительное заключение о соответствии объекта получено третьим лицом 25.12.2020 (просрочка по пункту 5.8 договора составила 11 календарных дней), а акт ввода объекта в эксплуатацию – 30.12.2020 (просрочка составила 6 календарных дней).

С позиции ответчика (заказчика), отсрочка платежа по оплате выполненных работ на 20 лет поставлена в зависимость от получения третьим лицом от уполномоченного государственного органа положительного заключения о соответствии объекта и акта ввода объекта в эксплуатацию (разрешительная документация).

По своей сути такое условие договора является мерой ответственности подрядчика за нарушение установленных договором сроков, поставленной в зависимость от поведения третьего лица по получению разрешительной документации. В данном случае выплата гарантийных удержаний не поставлена в зависимость от нормальной эксплуатации объекта в течение гарантийного срока, а обусловлено исключительно соблюдением сроков получения разрешительной документации третьим лицом. Указанный 20-летний срок отсрочки платежа не является гарантийным сроком. Возможность предъявления заказчиком требований о безвозмездном устранении недостатков на протяжении 20 лет эксплуатации объекта спорным договором также не предусмотрена.

При таких обстоятельствах, условие договора о предоставлении заказчику права удержать оплату на 20 лет из-за просрочки получения третьим лицом разрешительной документации по существу не направлено на реализацию права устранение недостатков в гарантийный период и не отвечает самому назначению и цели гарантийного удержания как средству обеспечения соблюдения качества выполненных работ.

По своей сути спорное условие договора направлено исключительно на наказание подрядчика за нарушение срока получения разрешительной документации, что применительно к особенностям рассматриваемого случая не может быть признано отвечающим принципам разумности и добросовестности. Учитывая взаимозависимость ООО «Алабуга Девелопмент» и АО ОЭЗ ППТ «Алабуга», подрядчик ООО «Промтех» поставлен в заведомо невыгодное положение, при котором нарушение сроков получения третьим лицом разрешительной документации лишает его возможности получения оплаты в размере 40 % стоимости фактически выполненных работ, что является существенным размером.

Условие пункта 5.5 договора и поведение сторон по его исполнению свидетельствуют о том, что периодом гарантийных удержаний по каждому этапу работ является непосредственно сам период производства работ до момента их окончания. Данный срок (этапы работ) истёк.

Условие пункта 5.8 договора не может считаться условием о событии, которое должно неизбежно наступить, и ставит оплату надлежащим образом выполненных работ в зависимость не от истечения гарантийного срока, а от действий третьего лица по получению разрешительной документации (Определение Верховного Суд РФ от 11.03.2015 № 305-ЭС14-6976).

При толковании спорного условия суд также принимает во внимание и допущенную заказчиком задержку выдачи технических заданий, являющихся условием выполнения подрядчиком работ по каждому этапу. Так, техническое задание за август 2020 г. отсутствует. Технические задания направлялись подрядчику лишь в предварительном виде: за сентябрь 2020 г. – 10.09.2020; за октябрь 2020 г. – 02.11.2020; за ноябрь 2020 г. – 28.11.2020; за декабрь 2020 г. – 17.12.2020. Сведений об утверждении технических заданий в материалах дела нет.

Доказательства невозможности своевременного получения третьим лицом разрешительной документации по причине ненадлежащего исполнения обязательств со стороны подрядчика в материалах дела также отсутствуют. Отсутствуют и доказательства, свидетельствующие о невозможности ввода объекта в эксплуатацию в установленный договором срок (25.12.2020) исключительно по вине ООО «Промтех» учитывая, что данное лицо является лишь разработчиком технической документации и не выполняет строительно-монтажные работы.

В соответствии с частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Право на судебную защиту не может быть ограничено иначе как федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (часть 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации).

По общему правилу, осуществление права одной стороной не должно нарушать права и охраняемые законом интересы другой стороны.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление), а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статьёй 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага.

Поведение заказчика по удержанию оплаты на 20 лет из-за задержки получения разрешительной документации на срок, не превышающий 11 календарных дней, очевидно является злоупотреблением предусмотренным правом отказа в оплате выполненных работ, что, в свою очередь, влечёт отказ в защите права ответчика по первоначальному иску.

Доказательства возникновения на стороне заказчика убытков, вызванных незначительной просрочкой получения разрешительной документации, отсутствуют, ответчиком по первоначальному иску такие доказательства не добыты и арбитражному суду не представлены. ООО «Алаубуга Девелопмент» не приведено каких-либо объективных экономических оснований для столь длительного удержания оплаты.

Довод ответчика по первоначальному иску о нерыночной цене договора не может служить основаниям для отказа в удовлетворении первоначального иска. Суд считает необоснованным поведение ответчика по первоначальному иску о пересмотре цены договора после прошествии 2-х лет с момента его фактического исполнения.

Вопреки позиции ответчика по первоначальному иску, буквальное толкование условий договора не свидетельствует о том, что его цена поставлена в зависимость от соблюдения сроков получения третьим лицом разрешительной документации.

В связи с этим представленные ответчиком по первоначальному иску заключение эксперта ООО «Райдо-НЧ» ФИО3 № 13381 от 13.02.2023, заключение эксперта ИП ФИО4 № 2-014/2023 от 20.01.2023 не могут служить подтверждением вывода о нерыночной цене договора. Кроме того, данный вопрос не является предметом рассматриваемого спора.

Существенное правовое значение имеет то обстоятельство, что, исходя из содержания пункта 5.1 договора и правила пункта 4 статьи 709 ГК РФ, установленная договором цена работ является твёрдой.

Согласно пункту 1 статьи 743 ГК РФ подрядчик обязан осуществлять работы в соответствии с технической документацией, определяющей объем, содержание работ и другие предъявляемые к ним требования, и со сметой, определяющей цену работ.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 424 ГК РФ исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон. Изменение цены после заключения договора допускается в случаях и на условиях, предусмотренных договором, законом либо в установленном законом порядке.

Уменьшение цены работ сторонами не производилось, какие-либо понижающие коэффициенты не устанавливались.

В соответствии с пунктом 6 статьи 709 ГК РФ подрядчик не вправе требовать увеличения твердой цены, а заказчик ее уменьшения, в том числе в случае, когда в момент заключения договора подряда исключалась возможность предусмотреть полный объем подлежащих выполнению работ или необходимых для этого расходов.

Доказательств, подтверждающих существенное изменение стоимости работ, которое нельзя было предусмотреть при заключении контракта, ответчиком в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено.

Доводы ответчика относительно необходимости удержания гарантийных выплат в совокупности с доказыванием меньшей рыночной стоимости работ по существу сводятся к уменьшению цены договора в порядке, отличным от установленного пунктами 1 и 2 статьи 424 ГК РФ. Вследствие этого возражения ответчика не могут быть положены в основу судебного решения как не основанные на законе.

Выполнение аналогичных работ иным лицом, в иной период времени и на условиях, отличных от договора с истцом, не могут быть расценены в качестве правового основания для изменения цены спорных работ. Проверка экономического обоснования ценообразования контракта, заключенного с иным лицом и не являющегося предметом спора, не входит в круг обстоятельств, подлежащих установлению и доказыванию в рамках настоящего спора, в том числе посредством представленных ответчиком экспертных заключений.

Приведённые судом анализ и толкование условий договора не подтверждают доводы ответчика по первоначальному иску об установлении стимулирующей выплаты, поскольку данные выплаты являются гарантийными удержаниями, о чём указано и самим ООО «Алабуга Девелопмент».

При существующем поведении сторон по реализации своих процессуальных прав по доказыванию взаимных требований, у суда отсутствуют объективные основания для иной правовой оценки установленных и изложенных в настоящем решении фактических обстоятельств.

Основанием предъявления встречного иска является нарушение ООО «Промтех» сроков выполнения этапов работ согласно утверждённому календарному плану. В связи с этим заказчиком начислена неустойка на сумму 5 000 000 руб. за нарушение срока выполнения работ по пяти этапам, включая и по последнему пятому, сданному подрядчиком по одностороннему акту о приёмке выполненных работ.

В соответствии с пунктом 6.1 договора гарантирование подрядчиком выполнение работ в предусмотренном объёме и в установленные сроки обусловлено исполнением заказчиком своих встречных обязательств.

Так, по условиям пункта 1.1 договора подрядчик выполняет работу на основании технического задания заказчика. Техническое задание подлежит ежемесячному утверждению заказчиком с последующим направлением подрядчику. С даты утверждения заказчиком технического задания последнее становится неотъемлемой частью договора.

В ходе рассмотрения настоящего дела со стороны ООО «Алабуга Девелопмент» не представлены утверждённые ежемесячные технические задания, а также доказательства их вручения подрядчику. Как уже было указано судом выше в настоящем решении, техническое задание за август 2020 г. отсутствует. Со стороны ООО «Промтех» представлены доказательства электронной переписки, свидетельствующей о том, что технические задания направлялись подрядчику лишь в предварительном виде: за сентябрь 2020 г. – 10.09.2020; за октябрь 2020 г. – 02.11.2020; за ноябрь 2020 г. – 28.11.2020; за декабрь 2020 г. – 17.12.2020.

В то же время, несмотря на отсутствие утверждённых технических заданий работы подрядчиком выполнены в соответствии с условиями договора, о чём свидетельствуют как акты сдачи-приёмки работ, так и получение со стороны государственных уполномоченных органов заключения о его соответствии требованиям проектной документации и акта о вводе объекта в эксплуатацию. В обратном случае работы подрядчиком не могли быть выполнены, а объект не мог бы быть введён в эксплуатацию, о чём указано и самим ООО «Промтех» применительно к позиции о соответствии качества работ требования договора и закона, а также в возражениях на назначение судебной экспертизы.

Фактически осуществление работ со стороны ООО «Промтех» не приостанавливалось. Следовательно, отсутствие доказательств направления заказчиком утверждённых технических заданий не явилось препятствием к выполнению работ. Сам факт выполнение работ и их принятие заказчиком указывает на то, что условия договора в части формирования параметров выполняемой работы сторонами были согласованы, но не оформлены.

Таким образом, ООО «Промтех» не представило суду надлежащих доказательств того, что нарушение сроков выполнения работ вызвано исключительно отсутствием утверждённого технического задания и находится в причинно-следственной связи с этим обстоятельством. Фактическое осуществление работ подрядчиком не приостанавливалось, как того требует правило статьи 719 ГК РФ.

Расчёт неустойки по одностороннему акту № 5 от 28.12.2020 произведён истцом по встречному иску за период с 29.12.2020 по 14.07.2022, что является неверным, поскольку, как указывалось выше, односторонний акт был направлен заказчику вместе с претензией исх. № 01-335/21 от 26.08.2021. Получение этих документов подтверждено заказчиком в письме исх. № 1795 от 10.09.2021.

Однако, неверное определение истцом периода просрочки не влечёт изменение размера начисленной неустойки, определяемой как 10 % от цены этапа работ за каждый день просрочки. Соответственно размер неустойки за день просрочки составляет 500 000 руб. Договором определён лимит ответственности в 1 000 000 руб., который применён истцом по встречному иску в своём расчёте.

Ответчиком по встречному иску заявлено ходатайство о снижении подлежащей взысканию с него неустойки по статье 333 ГК РФ ввиду несоразмерности её размера последствиям нарушенного обязательства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 ГК РФ если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Согласно пункту 2 статьи 333 ГК РФ уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной её несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

Исходя из правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 21 декабря 2000 г. № 263-О, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушений обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных законом, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, на реализацию требований статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать прав и свобод других лиц. При применении данной нормы суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности (неустойкой) и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

В соответствии с пунктом 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Задача суда состоит в устранении явной несоразмерности ответственности в виде неустойки, установления баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательства и др.

Степень соразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, поэтому только суд, рассматривающий дело, вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного спора в соответствии со статьей 71 АПК РФ.

Поскольку институт гражданско-правовой ответственности характеризуется наличием компенсационного характера, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату добросовестной стороне такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Следовательно, суд может уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению, с учётом представленных в материалы дела доказательств.

Являясь мерой ответственности за нарушение обязательства и имея компенсационную природу убыткам кредитора, неустойки не может служить источником его обогащения.

Суд соглашается с доводами ООО «Промтех» о том, что размер начисленной истцом неустойки явно несоразмерен последствиям нарушенного обязательства и подлежит уменьшению.

Определяя разумный размер подлежащей взысканию неустойки, суд исходит из компенсационного характера неустойки и необходимости соблюдения баланса интересов истца и ответчика.

В пункте 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 указано, что, возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков, но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

Таких доказательств ООО «Алабуга Девелопмент» представлено не было, тогда как из имеющихся материалов дела суд не усматривает причинение истцу по встречному иску значительных убытков, вызванных нарушением обязательств по своевременной сдаче работ.

Оценка имеющихся в материалах дела доказательств в их совокупности и взаимосвязи свидетельствует о несоразмерности заявленной неустойки.

При определении размера подлежащей взысканию неустойки суд учитывает исполнение ответчиком по встречному иску обязательства по выполнению работ по спорному договору, высокую цену этапов работ, из расчёта которых производилось начисление неустойки, а также соотношение размера ответственности подрядчика по отношению к размеру ответственности заказчика.

По мнению суда, в данном случае при определении разумности размера неустойки необходимо учитывать цену договора, необратимость допущенного нарушения сроков выполнения работ, а также соотношение взаимной ответственности сторон.

Так, установленный договором размер неустойки как 10 % от цены этапа работ (с лимитом ответственности 20 %) за каждый день просрочки является чрезмерно высоким размером ответственности подрядчика, при том, что неустойка за просрочку оплаты работ со стороны самого заказчика установлена в значительно меньшем размере – 0, 1 % с лимитом ответственности 5 %. При этом в ходе исполнения спорных обязательств заказчиком допущено нарушение сроков оплаты принятых им работ.

Обязательство по соблюдению срока выполнения работ не является денежным, что исключает необходимость соблюдения общего принципа снижения неустойки не ниже двукратной учётной ставки Банка России.

При определении размера подлежащей взысканию неустойки суд учитывает фактическое выполнение ООО «Промтех» обязательства по договору подряда, небольшой период просрочки исполнения отдельных этапов работ, которое не привёл к срыву конечного срока выполнения работ (31.12.2020), предусмотренного пунктом 3.1 договора.

Суд также учитывает цену договора подряда и отдельных этапов работ, а также соотношение полученного аванса к стоимости выполненных работ. Учитывая изложенное, исходя из критериев соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, суд считает подлежащую взысканию с ответчика по встречному иску неустойку уменьшению до 150 000 руб.

По мнению суда, неустойка в этом размере в полной мере компенсирует потери истца по встречному иску, вызванные неисполнением обязательств со стороны своего контрагента, является справедливой и достаточной. Неустойка в установленной сумме компенсирует потери истца по встречному иску и одновременно не превращается в его обогащение за счёт ответчика по встречному иску.

Оснований для ещё большего или меньшего снижения неустойки арбитражный суд не усматривает, поскольку сторонами наличие оснований для такого снижения или увеличения не доказано.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

В силу статей 9 и 41 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий, в том числе в части представления (непредставления) доказательств, заявления ходатайств о проверке достоверности сведений, представленных иными участниками судебного разбирательства, а также имеющихся в материалах дела.

С позиции вышеприведённых обстоятельств, исходя из установленных принципов состязательности арбитражного процесса и равенства его участников, арбитражный суд считает первоначальный иск подлежащим полному удовлетворению, а встречный иск – частичному удовлетворению.

На основании части 1 статьи 110 АПК РФ расходы по государственной пошлине и судебной экспертизе подлежат отнесению на сторон пропорционально размеру удовлетворенных требований. При этом суд исходит из того, что при уменьшении арбитражным судом размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика по встречному иску, исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета её уменьшения.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

первоначальный иск удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Алабуга Девелопмент» в пользу общества с ограниченной ответственностью «НТЦ «Промтех» 11 718 000 руб. долга и 81 590 руб. в счёт возмещения расходов по государственной пошлине, всего 11 799 590 руб.

Встречный иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «НТЦ «Промтех» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Алабуга Девелопмент» 150 000 руб. неустойки и 48 000 руб. в счёт возмещения расходов по государственной пошлине, всего 198 000 руб.

В удовлетворении остальной части встречного иска отказать.

Посредством проведения зачёта окончательно взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Алабуга Девелопмент» в пользу общества с ограниченной ответственностью «НТЦ «Промтех» 11 601 590 руб.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Татарстан в месячный срок.



Судья А.Г. Абдуллаев