Постановление от 14 августа 2024 г. по делу № А46-19118/2020

Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень Дело № А46-19118/2020


Резолютивная часть постановления объявлена 12 августа 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 14 августа 2024 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Доронина С.А.,

судей Ишутиной О.В.,

ФИО1 -

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО2 на постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2024 (судьи Сафронов М.М., Аристова Е.В., ФИО3) по делу № А46-19118/2020 о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (ИНН <***>, СНИЛС <***>), принятое по заявлению управляющего к ФИО5, ФИО6, ФИО7 о признании недействительными (ничтожными) цепочки взаимосвязанных последовательно совершенных сделок, применении последствий их недействительности.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве ФИО4 финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной цепочку взаимосвязанных последовательно совершенных сделок:

- соглашение от 28.02.2014, заключённое между ФИО5, ФИО7 и ФИО4;

- сделку (действия), выразившуюся в принятии ФИО5 в собственность земельных участков с кадастровыми номерами: 50:08:0040108:320, 50:08:0040108:435, 50:08:0040108:434, 50:08:0040108:439, 50:08:0040108:437, 50:08:0040108:432;

- сделку (действия), выразившуюся в необоснованном обращении в Федеральную службу государственной регистрации, кадастра и картографии с заявлением о государственной регистрации права собственности ФИО5 на земельные участки с кадастровыми номерами: 50:08:0040108:320, 50:08:0040108:435, 50:08:0040108:434, 50:08:0040108:439, 50:08:0040108:437, 50:08:0040108:432, а также выразившуюся в государственной регистрации права собственности ФИО5 на данные земельные участки;

- сделку (действия), выразившуюся в принятии ФИО5 в собственность земельных участков с кадастровыми номерами: 50:08:0040108:480, 50:08:0040108:481, 50:08:0040108:482, 50:08:0040108:483, 50:08:0040108:484, 50:08:0040108:485, 50:08:0040108:486, 50:08:0040108:487, 50:08:0040108:488, 50:08:0040108:489;

- сделку (действия), выразившуюся в необоснованном обращении в Федеральную службу государственной регистрации, кадастра и картографии с заявлением о государственной регистрации права собственности ФИО5 на земельные участки с кадастровыми номерами: 50:08:0040108:480, 50:08:0040108:481, 50:08:0040108:482, 50:08:0040108:483, 50:08:0040108:484, 50:08:0040108:485, 50:08:0040108:486, 50:08:0040108:487, 50:08:0040108:488, 50:08:0040108:489, а также выразившуюся в государственной регистрации права собственности ФИО5 на данные земельные участки;

- сделку (действия), выразившуюся в принятии ФИО5 в собственность зданий с кадастровыми номерами: 50:08:0040108:528, 50:08:0040108:527, 50:08:0040108:516, 50:08:0040108:513, 50:08:0040108:524, 50:08:0040108:507, 50:08:0040108:508, 50:08:0040108:525, 50:08:0040108:510, 50:08:0040108:514;

- сделку (действия), выразившуюся в необоснованном обращении в Федеральную службу государственной регистрации, кадастра и картографии с заявлением о государственной регистрации права собственности ФИО5 на здания с кадастровыми номерами: 50:08:0040108:528, 50:08:0040108:527, 50:08:0040108:516, 50:08:0040108:513, 50:08:0040108:524, 50:08:0040108:507, 50:08:0040108:508, 50:08:0040108:525, 50:08:0040108:510, 50:08:0040108:514, а также выразившуюся в государственной регистрации права собственности ФИО5 на данные здания;

применении последствий недействительности указанных сделок в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 54 921 038,13 руб.

Определением Арбитражного суда Омской области от 04.03.2024 заявленные требования удовлетворены частично. признана недействительной цепочка взаимосвязанных последовательно совершенных сделок: соглашение от 28.02.2014, действия, выразившиеся в принятии ФИО5 в собственность земельных участков с кадастровыми номерами: 50:08:0040108:320, 50:08:0040108:435, 50:08:0040108:434, 50:08:0040108:439, 50:08:0040108:437, 50:08:0040108:432, 50:08:0040108:480, 50:08:0040108:481, 50:08:0040108:482, 50:08:0040108:483, 50:08:0040108:484, 50:08:0040108:485, 50:08:0040108:486, 50:08:0040108:487, 50:08:0040108:488, 50:08:0040108:489, зданий с кадастровыми номерами: 50:08:0040108:528, 50:08:0040108:527, 50:08:0040108:516, 50:08:0040108:513, 50:08:0040108:524, 50:08:0040108:507, 50:08:0040108:508, 50:08:0040108:525, 50:08:0040108:510, 50:08:0040108:514, применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу ФИО4 денежные средства в размере 54 921 038,13 руб., в удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2024 определение суда от 04.03.2024 отменено в части удовлетворения требований, в этой части принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

В кассационной жалобе финансовый управляющий просит постановление апелляционного суда от 27.05.2024 отменить, оставить в силе определение суда от 04.03.2024.

Доводы кассационной жалобы сводятся к неправильному применению судом апелляционной инстанции норм материального права (ошибочность вывода о недопустимости оспаривания сделки по общегражданским основаниям, связанное с этим неправильное исчисление подлежащего применению срока исковой давности), а также несоответствию выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам (земельные участки и здания строились на денежные средства должника; изначально фигура ФИО5 в инвестиционных правоотношениях носила номинальный характер, он являлся формальным держателем активов должника и не участвовал в финансировании строительства (не подтверждена соответствующая финансовая возможность), однако впоследствии ввиду своих противоправных действий завладел всеми активами, вытекающими из инвестиционного проекта.

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на неё, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемого постановления, суд округа пришёл к следующим выводам.

Материалами обособленного спора подтверждается, что между обществом «М9» (ИНН <***>) и ФИО5 в лице ФИО4 заключён договор от 25.02.2014, в рамках которого общество приняло обязательства оказать услуги по оформлению всех документов, необходимых для сделки продажи земельных участков с кадастровыми номерами 50:08:0040108:320, 50:08:0040108:435, 50:08:0040108:434, 50:08:0040108:439, 50:08:0040108:437, 50:08:0040108:432.

Между ФИО5 (сторона 1), ФИО7 (сторона 2) и ФИО4 (сторона 3) заключено соглашение от 28.02.2014 (далее - соглашение), по условиям которого, ФИО5 и ФИО7 обязались выдать ФИО4 денежные средства в общем размере 42 761 045 руб. для покупки и строительства индивидуальных жилых помещений (дуплексов) на земельных участках с кадастровыми номерами: 50:08:0040108:320, 50:08:0040108:435, 50:08:0040108:434, 50:08:0040108:439, 50:08:0040108:437, 50:08:0040108:432.

В тот же день (28.02.2014) ФИО5 выдал ФИО4 доверенность № 26АА1485838 на покупку за цену и на условиях по своему усмотрению любых земельных участков с их регистрацией на имя ФИО5

Кроме того, между ФИО4 (заёмщик) и ФИО7 (займодавец) заключён договор займа от 28.02.2014, в рамках которого ФИО7 передал ФИО4 в заём денежные средства в размере 15 000 000 руб.

Решением Истринского городского суда Московской области от 25.11.2019 по делу № 2-2895/2019 с ФИО4 в пользу ФИО7 взыскана сумма основного долга в размере 15 000 000 руб., проценты за пользование займом в размере 22 500 000 руб., неустойка в размере 50 000 руб.

Права требования к должнику по названным правоотношениям впоследствии переданы обществу с ограниченной ответственностью «Компания Прайс» и включены в реестр требований кредиторов должника (определение от 06.08.2021).

Между ФИО8 (продавец) и ФИО5 (покупатель) в лице ФИО4 заключён предварительный договор от 06.03.2014 о намерении купить земельный участок с кадастровым номером 50:08:0040108:320, по цене 2 606 750 руб., путём перечисления денежных средств в размере 300 000 руб. на банковский счёт и внесения оставшейся суммы (2 306 750 руб.) в ячейку банка.

Между ФИО9 (продавец) и ФИО5 (покупатель) в лице ФИО4 заключён предварительный договор от 06.03.2014 о намерении купить земельные участки с кадастровыми номерами 50:08:0040108:432, 50:08:0040108:435, 50:08:0040108:439, 50:08:0040108:437, 50:08:0040108:434, по общей цене 9 566 650 руб., путём передачи денежных средств в размере 500 000 руб. в наличной форме и внесения оставшейся суммы (9 066 650 руб.) в ячейку банка.

Между обществом «М9» и ФИО5 (покупатель) в лице ФИО4 заключён договор от 04.04.2014, в рамках которого общество принял обязательства оказать услуги по юридическому сопровождению сделки купли-продажи земельных участков.

Впоследствии между ФИО8, ФИО9 (продавец) и ФИО5 (покупатель) в лице ФИО4 заключены основные договора купли-продажи земельных участков от 04.04.2014 и от 04.04.2014. денежные средства, причитающиеся продавцам, внесены в банковский сейф коммерческого банка «Нефтяной Альянс» на основании договора хранения от 07.04.2014 доступ к которым предоставлялся кредитной организацией при условии предъявления банку подлинников договоров купли-продажи земельных участков с кадастровыми номерами 50:08:0040108:432, 50:08:0040108:435, 50:08:0040108:439, 50:08:0040108:437, 50:08:0040108:434, 50:08:0040108:320, с отметкой о переходе права собственности на земельные участки к ФИО5

Между ФИО4 (заказчик) и обществом «ДарнаСтрой» (генеральный подрядчик (ИНН <***>)) заключён договор генерального подряда от 20.04.2014 № 01-2014, по условиям которого общество осуществлялось своими силами либо с привлечением субподрядчиков строительство пяти жилых домов (дуплексов) на земельных участках с кадастровыми номерами 50:08:0040108:432, 50:08:0040108:435, 50:08:0040108:439, 50:08:0040108:437, 50:08:0040108:434, 50:08:0040108:320.

Сведения о регистрации права собственности ФИО5 на земельные участки с кадастровыми номерами 50:08:0040108:432, 50:08:0040108:435, 50:08:0040108:439, 50:08:0040108:437, 50:08:0040108:434, 50:08:0040108:320 внесены в Единый государственный реестр недвижимости 21.04.2014

ФИО5 выдал ФИО4 доверенности от 29.09.2014 № 26АА1873052 и от 02.10.2014 № 26АА1873157 на передачу в залог (ипотеку) на условиях по своему усмотрению земельных участков с кадастровыми номерами 50:45:0010251:71, 50:45:0010251:149 и земельных участков, являющихся предметом соглашения.

Между ФИО4 (заёмщик) и ФИО10 (займодавец) заключён договор займа от 29.11.2014, в рамках которого ФИО10 передал ФИО4 в заём денежные средства в размере 30 000 000 руб.

Решением Истринского городского суда Московской области от 25.11.2019 по делу № 2-2896/19 с ФИО4 в пользу ФИО10 взыскана сумма основного долга в размере 30 000 000 руб., проценты за пользование займом в размере 44 625 000 руб., неустойка в размере 50 000 руб. Права требования к должнику по названным заёмным правоотношениям впоследствии переданы ФИО11

ФИО5 01.04.2015 принимает решение о разделе земельных участков с кадастровыми номерами 50:08:0040108:432, 50:08:0040108:435, 50:08:0040108:439, 50:08:0040108:437, 50:08:0040108:434, 50:08:0040108:320 на десять земельных участков с кадастровыми номерами 50:08:0040108:480, 50:08:0040108:481, 50:08:0040108:482, 50:08:0040108:483, 50:08:0040108:484, 50:08:0040108:485, 50:08:0040108:486, 50:08:0040108:487, 50:08:0040108:488, 50:08:0040108:489, в связи с чем ФИО5 выдал ФИО4 доверенность от 17.04.2015 № 26АА1880909 на представление его интересов по любым вопросам, связанным с оформлением и регистрацией вещных прав на вновь образованные земельные участки.

Сведения о регистрации право собственности ФИО5 на вновь образованные земельные участки с кадастровыми номерами 50:08:0040108:480, 50:08:0040108:481, 50:08:0040108:482, 50:08:0040108:483, 50:08:0040108:484, 50:08:0040108:485, 50:08:0040108:486, 50:08:0040108:487, 50:08:0040108:488, 50:08:0040108:489 внесены в Единый государственный реестр недвижимости 08.05.2015, основанием для совершения регистрационных действий послужило решение ФИО5 о разделе земельных участков от 01.04.2015.

ФИО5 выдал ФИО4 доверенность от 28.05.2015 № 26АА2308320 на представление интересов по любым вопросам, связанным с оформлением и регистрацией прав на любые земельные участки.

Впоследствии (15.06.2015) на имя ФИО5 задекларированы десять жилых домов, расположенных на указанных земельных участках, на основании чего в Единый государственный реестр недвижимости 10.07.2015 внесены сведения о регистрации за ФИО5 права собственности на здания (жилые дома) с кадастровыми номерами 50:08:0040108:528, 50:08:0040108:527, 50:08:0040108:516, 50:08:0040108:513, 50:08:0040108:524, 50:08:0040108:507, 50:08:0040108:508, 50:08:0040108:525, 50:08:0040108:510, 50:08:0040108:514.

ФИО5 выдал ФИО4 доверенность от 16.06.2015 № 26АА2308432 на получение в любых организациях и учреждениях на территории Российской Федерации любых, приходящих на его имя грузов, товаров.

ФИО5 11.09.2015 посредством соответствующего обращения к нотариусу Ставропольского городского нотариального округа ФИО12 отменил доверенности, выданные ФИО4 от 28.02.2014, от 02.10.2014, от 17.04.2015, от 28.05.2015, от 16.06.2015.

В дальнейшем, ФИО4, ссылаясь на нарушение его прав и законных интересов действиями ФИО5 и ФИО7, обратился с исковыми требованиями в Истринский городской суд Московской области и в Ленинский районный суд город Ставрополя.

Решением Истринского городского суда Московской области от 18.01.2018 по делу № 2-271/18, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским дела Московской области от 06.08.2018, ФИО4 отказано в удовлетворении исковых требований к ФИО5, ФИО7 о признании права собственности на земельные участки и дома на них по соглашению.

Решением Ленинского районного суда города Ставрополя от 07.02.2019 по делу № 2-267/2019, оставленным без изменений апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 23.07.2019 и кассационным определением Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 19.03.2020, ФИО4 отказано в удовлетворении требований к ФИО13 о взыскании неосновательного обогащения по соглашению.

Финансовый управляющий, ссылаясь положения статей 10, 168, 170, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и отмечая неполучение должником какого-либо встречного предоставления от инвестиционного проекта, заключение соглашения и передачу земельных участков ФИО5 под влиянием обмана со злоупотреблением правом (преследовались цели использования ресурсов должника для осуществления строительства с последующим получением вещного права на земельные участки и дома на них без предоставления компенсации ФИО4), обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Частично удовлетворяя заявление, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 10, 168, 170, 179 ГК РФ и исходил из недоказанности наличия у ФИО5 финансовой возможности и несения им расходов на приобретение земельных участков и строительство домов на них, фактического осуществления названных действий должником за счёт привлечённых им денежных средств от ФИО7 и ФИО10 по договорам займа, взаимосвязанности действий после передачи ФИО5 земельных участков с отзывом им доверенностей, выданных на должника, их осуществление в целях причинения вреда интересам действительных инвесторов проекта - ФИО7 и ФИО10

Отказывая в удовлетворении заявления, апелляционный суд руководствовался положениями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и исходил из того, что пороки, с которыми финансовый управляющий связывает недействительность сделок, не выходят за пределы дефектов подозрительных сделок, в связи с чем применение общих положений гражданского законодательства о недействительности сделок (статьи 10, 168 ГК РФ) приоритетно положениями специального банкротного законодательства (глава III.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»; далее - Закон о банкротстве) недопустимо; сделки совершены за пределами периода подозрительности, установленного положениями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что исключает возможность их конкурсного оспаривания; ФИО5 подтверждена финансовая возможность осуществить финансирование проекта; финансовым управляющим пропущен срок исковой давности; не доказано приобретение земельных участков и осуществление строительства жилых домов на них за счёт собственных средств должника.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьёй 61.2 или 61.3 настоящего федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включённой в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включённой в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В пункте 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» предусмотрено, что пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями; сделки указанных граждан совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ.

По оспариваемым сделкам отчуждено недвижимое имущество, право собственности на которое подлежит государственной регистрации (пункт 2 статьи 8.1 ГК РФ). Следовательно, для целей применения положений о недействительности сделок необходимо принимать во внимание не дату подписания соглашения, по которому стороны обязались осуществить передачу имущества, а дату перехода права собственности (определения Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2018 № 07-ЭС18-1843, от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721(4), от 19.06.2017 № 303-ЭС17-7042).

Учитывая, что оспариваемые сделки совершены 28.02.2014 (дата заключения соглашения), 21.04.2014, 08.05.2015 и 10.07.2015 (даты регистрации перехода права собственности ФИО5 на земельные участи и расположенных на них жилые дома), они могли быть признаны недействительными только на основании статьи 10 ГК РФ, соответственно, вопреки позиции суда апелляционной инстанции положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при рассмотрении настоящего обособленного спора применению не подлежали.

В соответствии со статьёй 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии со абзацем вторым пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале её исполнения.

При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии со статьёй 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, независимо от того, кто обратился за судебной защитой: само лицо, право которого нарушено, либо в его интересах другие лица в случаях, когда закон предоставляет им право на такое обращение.

В абзаце первом пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление № 43) разъяснено, что, согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений, в том числе, статьи 65 АПК РФ, несёт бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

В пункте 1 Постановления № 43 также разъяснено, что, исходя из нормы статьи 195 ГК РФ под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как разъяснено в действующей редакции пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 32), исковая давность по такому требованию об оспаривании сделки в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

В материалах обособленного спора отсутствуют доказательства, подтверждающие осведомлённость ФИО10, как лица, не участвующего в соглашении, о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной (ничтожной) как совершенной со злоупотреблением правом.

Структура правоотношений должника с ФИО5, ФИО7, существо принятых обязательств, распределение бремя финансовой нагрузки, равно как и условия распределение прибыли от реализации инвестиционного проекта, иными кредиторам несостоятельного гражданина недоступны, эти сведения из открытых источников не опубликованы.

Доказательств, безусловно свидетельствующих об осведомлённости кого-либо из кредиторов должника о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания соглашения и действий по регистрации за ФИО5 вещного права на земельные участки и дома недействительными в материалах обособленного спора не имеется (статья 65 АПК РФ).

С учётом этого, как правомерно указано судом первой инстанции, срок исковой давности подлежит исчислению с даты утверждения в рамках дела о банкротстве антикризисного менеджера, являющего полномочным на конкурсное оспаривание как представителем гражданско-правового сообщества кредиторов должника.

Таким образом, поскольку процедура банкротства реализации имущества в отношении должника введена 21.06.2021, с заявлением о признании сделки недействительной финансовый управляющий обратился 10.03.2023, оснований считать срок исковой давности пропущенным не имеется.

Само по себе признание сделки недействительной по мотиву злоупотребления её сторонами гражданскими правами не противоречит действующему законодательству и соответствует сложившейся правоприменительной практике (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», абзац четвёртый пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 10 Постановления № 32).

Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, признается недействительным на основании статей 10 и 168 ГК РФ по иску лица, чьи права или охраняемые законом интересы нарушает этот договор (пункт 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.06.2015, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923).

При этом для квалификации сделки в качестве ничтожной в связи с нарушением принципа добросовестности как основного начала гражданского законодательства на основании совокупного применения статей 10, 168 ГК РФ необходима недобросовестность обеих её сторон в виде их сговора, либо, по крайней мере, активные недобросовестные действия одной стороны сделки и осведомлённость об этом воспользовавшегося сложившейся ситуацией контрагента по сделке (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 17089/12, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

Как указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2014), утверждённом Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.12.2014, а также определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.08.2014 № 67-КГ14-5, установленный в статье 10 ГК РФ запрет злоупотребления правом в любых формах направлен на реализацию принципа, закреплённого в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, приведённой в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 20.10.2015 № 18-КГ15-181, от 01.12.2015 № 4-КГ15-54, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряжённое с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления сторонами при её совершении гражданскими правами обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создаёт или создаст в будущем препятствия.

В рассматриваемом случае соглашение по своей правовой природе являлось договором целевого займа (глава 42 ГК РФ), соответственно, каждый из участников данной сделки (заёмщик и займодавцы) преследовал цель извлечения прибыли исходя из результатов реализации бизнес плана (статья 809, 810, 814 ГК РФ). В частности, займодавцы (ФИО10, ФИО7) предоставляя целевые займы для приобретения земельных участков, строительства на них жилых домов, разумно рассчитывали на возврат предоставленного финансирования (более 70 000 000 руб.) вместе с процентами, начисленными на сумму займа, а заёмщик (ФИО4), вступая в такого рода правоотношения рассчитывал за счёт реализации бизнес проекта погасить сумму займа и получить прибыль в виде разницы между размером обязательств и стоимость проданных жилых домов (пункты 1, 2, 3 соглашения).

Таким образом соглашение подразумевало, что после приобретения земельных участков, строительства на них жилых домов они подлежат продаже в пользу третьих лиц с дальнейшим распределением прибыли между ФИО5, ФИО7, ФИО4

Буквальное содержание соглашения не конкретизировало порядок осуществления бизнес плана, как именно будут передаваться денежные средства, кто из участников соглашения будет являться титульным собственником земельных участков и жилых домов. Соответственно, осуществление указанных юридически значимых действий подлежало осуществлению исходя из общих принципов гражданского законодательства, в том числе свободы договора и недопустимости извлечения преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Как видно из действий ФИО5, ФИО7, ФИО4, указанные лица пришли к соглашению о том, что титульным собственником земельных участков и жилых домов будет являться ФИО5, для чего последним на должника последовательно выдавались доверенности на совершение тех или иных юридически значимых действий.

Тем самым, изначальное поведение сторон соглашения соответствовало существу принятых на себя обязательств (ФИО7 предоставил должнику финансирование, ФИО4 осуществил покупку земельных участков, заключил договоры на строительство жилых домой, и впоследствии зарегистрировал право собственности на них на ФИО5).

Следует также отметить, что передача должнику финансирования, предусмотренного соглашением, подтверждена только со стороны ФИО7 (15 000 000 руб.), доказательств передачи ФИО5 приходящейся на него доли инвестирования (27 761 045 руб.) материалами обособленного спора не подтверждается.

Вывод апелляционного суда о наличии у ФИО5 денежных средств, достаточных для участия в спорных правоотношениях, мотивированный ссылками на его налоговые декларации за 2004-2008 годы, справкой налогового органа, а также дарственной, правильно отклонены судом первой инстанции, поскольку правоотношения по инвестированию имели место по истечении более семи лет с указанных дат (соглашение заключено 28.02.2014).

Параллельно с кредитно-инвестиционными правоотношениями должника с ФИО5 и ФИО7, у ФИО4 имелись заёмные правоотношения с ФИО10 Сведений о наличии у должника в 2014 - 2015 годах иного источника денежных средств, за счёт которого он, действуя разумно и проявляя должную степень осмотрительности, мог рассчитывать на погашение обязательств перед ФИО10, материалами обособленного спора не подтверждается. Следовательно, погашение обязательств перед ФИО10 должник изначально планировал осуществить за счёт итогов реализации проекта, оформленного соглашением.

При этом последующее поведение ФИО5, выразившееся в отзыве доверенностей, ранее выданных на должника, после регистрации последним на него вещных прав на земельные участки и возведённые на них жилые дома, очевидно вступают в противоречие поведением, ожидаемым от него в рамках исполнения обязательств, принятых соглашением.

Фактически уклонившись от предоставления денежных средств ФИО4 и выступая в качестве титульного собственника земельных участков и жилых домов, ФИО5 посредством отзыва ранее выданных на имя должника доверенностей получил в собственность дорогостоящий актив в ущерб не только иными участниками соглашения (ФИО4, ФИО7), но и имевшимся на тот момент кредиторов должника.

Таким образом, поведение ФИО5 безусловно свидетельствует о том, что изначально при вступлении в правоотношения по инвестированию и исполнению принятых на себя обязательств преследовал цель, отличную от цели, обычно преследуемой при совершении договоров займа (финансовая возможность выдачи займа, фактическое предоставление денежных средств не доказаны), его действия по получению в единоличную собственность земельных участков и жилых домов, купленных и возведённых на чужие деньги, превышали пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий (статус собственника объектов недвижимого имущества являлся номинальный, земельные участки и жилые дома подлежали реализации для завершения бизнес проекта), что в конечном итоге стало причиной наступления негативных правовых последствий для участников сделки и повлекло нарушение прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц (правопреемник ФИО7 включён в реестр требований кредиторов должника, обязательства перед ФИО10 (правопреемник ФИО11) не погашены).

Такое поведение ФИО5 не отвечает критериям добросовестности, заключение и исполнение соглашения с самого начала было сопряжено с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав и обусловлено незаконной целью нарушения права и законных интересов не только иных участников соглашения, но кредиторов должника, что влечёт, как правомерно указано арбитражным судом первой инстанции, ничтожность сделки на основании статьи 168 ГК РФ.

Указанный подход не противоречит иным вступившим в законную силу судебным актам, принятым судами общей юрисдикции, поскольку по смыслу положений статьи 69 АПК РФ преюдициальность распространяется только на установленные обстоятельства дела (факты), сделанные на основании исследования доказательств выводы (юридическая квалификация) обязательностью не обладают, в связи с чем если арбитражный суд по результатам исследования представленных в материалы дела доказательств придёт к иным выводам, то он должен указать соответствующие мотивы, что имело место в данном случае (пункт 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств», пункт 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

С учётом изложенного, суд округа полагает, что у апелляционного суда не имелось оснований для отмены законного и обоснованного судебного акта арбитражного суда первой инстанции, в связи с чем постановление апелляционного суда от 27.05.2024 подлежит отмене с оставлением в силе определения суда от 04.03.2024.

Руководствуясь пунктом 5 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288, статьёй 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2024 по делу № А46-19118/2020 отменить, оставить в силе определение Арбитражного суда Омской области от 04.03.2024.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий С.А. Доронин


Судьи О.В. Ишутина


ФИО1