Постановление от 29 октября 2025 г. по делу № А57-30109/2022

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. им ФИО1, зд. 30Б, помещ. 2; тел: (8452) 74-90-90, факс:

(8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-30109/2022
г. Саратов
30 октября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена «16» октября 2025 года. Полный текст постановления изготовлен «30» октября 2025 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Рябихиной И.А., судей Семикина Д.С., Судаковой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Гаврилиной В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Агрохимсервис» ФИО2

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 09 июля 2025 года по делу № А57-30109/2022

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Агрохимсервис» ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Агрохимсервис» (адрес: 410019, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>),

при участии в судебном заседании 02 октября 2025 года представителя ФИО3, ФИО4 – ФИО5, действующего на основании доверенности от 16 ноября 2023 года № 64АА4160065,

при участии в судебном заседании 16 октября 2025 года представителя ФИО3, ФИО4 – ФИО5, действующего на основании доверенности от 16 ноября 2023 года № 64АА4160065,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Саратовской области от 27 июля 2023 года общество с

ограниченной ответственностью «Агрохимсервис» (далее – ООО «Агрохимсервис», должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2 (далее – ФИО2, конкурсный управляющий), член Ассоциации «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении процедуры конкурсного производства опубликовано в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве ( № 120245 от 22 июля 2023 года) и в издательстве «Коммерсантъ» ( № 77010450538 от 29 июля 2023 года, газета № № 137(7582)).

В Арбитражный суд Саратовской области 02 ноября 2023 года поступило заявление конкурсного управляющего ООО «Агрохимсервис» ФИО2 (с учетом уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)) о взыскании с ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО6 (ФИО6) и ФИО4 в пользу ООО «Агрохимсервис» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности денежных средств в размере 8 139 180 руб. 08 коп..

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 09 июля 2025 года в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Агрохимсервис» ФИО2 о взыскании с ФИО3, ФИО6 и ФИО4 в пользу ООО «Агрохимсервис» в порядке субсидиарной ответственности денежных средств в размере 8 139 180 руб. 08 коп. отказано.

Не согласившись с указанным определением суда, конкурсный управляющий ООО «Агрохимсервис» ФИО2 обратился в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Саратовской области от 09 июля 2025 года отменить, взыскать с ФИО3, ФИО6 и ФИО4 в пользу ООО «Агрохимсервис» в порядке субсидиарной ответственности денежные средства в размере 8 139 180 руб. 08 коп..

В обоснование апелляционной жалобы указано, что ФИО6, являющимся контролирующим должника лицом, не переданы документы, печати, штампы и имущество должника, что привело к существенным затруднениям в проведении процедуры банкротства. Также, по мнению апеллянта, еще одним основанием выступает факт неотражения в бухгалтерском балансе и отсутствие имущества, приобретенного по договору лизинга № 2688 от 04 октября 2019 года на сумму 3 906 435 руб. 90 коп.. В ходе рассмотрения обособленного спора было установлено, что имущество приобретенное по договору лизинга № 2688 от 04 октября 2019 года было продано за 3 000 000 руб. 00 коп. третьему лицу. Убыток от сделки составил 906 435 руб. 90 коп.. Кроме того, ФИО6 не сдавалась налоговая отчетность. Должником в 2022 году приобретены активы на сумму 484 360 руб. 00 коп., которые также не отражены в бухгалтерском учете и не переданы конкурсному управляющему. Кроме того, апеллянт полагает, что имеются также основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности. Обращает внимание суда, что ФИО3 был реализован товар на сумму 3 683 000 руб. 00 коп., однако денежные средства в счет оплаты товара на расчетные счета должника не поступали, меры по взысканию долга ФИО3 не предпринимались. Ссылается на тот факт, что ФИО3 не предпринимались действия по взысканию дебиторской задолженности. Сделка по возврату займа в размере 250 000 руб. 00 коп. совершена в состоянии финансового кризиса должника. ФИО4 в период с 30 декабря 2009 года по настоящее время является собственником 100 % уставного капитала ООО «Агрозащита», в связи с чем, ООО «Агрозащита» и ООО «Агрохимсервис» являются аффилированными лицами. Сделки по переводу с расчетного счета ООО «Агрохимсервис» на расчетный счет ООО «Агрохимзащита» денежных средств в размере 1 238 474 руб. 91 коп. совершены в состоянии финансового кризиса.

В судебном заседании представитель ФИО3 возражал против доводов,

изложенных в апелляционной жалобе, просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, в судебное заседание не явились. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте.

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных лиц.

В судебном заседании, открытом 02 октября 2025 года, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлен перерыв до 16 октября 16 октября 2025 года до 12 часов 10 минут, объявление о перерыве размещено в соответствии с рекомендациями, данными в пунктах 11 - 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2013 года № 99 «О процессуальных сроках».

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального и соблюдение норм процессуального права, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно пункту 22 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01 июля 1996 года № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. Требования к указанным в настоящем пункте лицам, несущим субсидиарную ответственность, могут быть предъявлены конкурсным управляющим. В случае их удовлетворения судом взысканные суммы зачисляются в состав имущества должника, за счет которого удовлетворяются требования кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать

обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организацией должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (подпункт 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 года № 53) по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника лиц является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Указанные положения являются конкретизацией пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, согласно которому лицо предполагается контролирующим, если оно

- являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

- имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

- извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Конкурсный управляющий должника полагает, что контролирующими должника лицами являются:

- ФИО4 (учредитель должника с 31 декабря 2009 года по 06 июня 2022 года), -ФИО3 (директор должника с 13 августа 2007 года по 16 июня 2022 года),

- ФИО6 (учредитель должника с 06 июня 2022 года, директор должника с 17 июня 2022 года до введения конкурсного производства).

Обращаясь с заявлением о привлечении ФИО3, ФИО6 и ФИО4 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указал, что вышеуказанные лица относится к числу контролирующих должника лиц в соответствии с абзацем 34 статьи 2 Закона о банкротстве, в связи с чем имеются основания для их привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на сумму 8 139 180 руб. 08 коп..

Отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего, суд первой инстанций пришел к выводу о недоказанности совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции.

Конкурсный управляющий должника полагает, что ФИО6 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности за не передачу документов конкурсному управляющему.

Норма подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусматривает самостоятельное основание для привлечения руководителя должника к субсидиарной

ответственности, которое не связано с совершением действий или дачей обязательных для должника указаний, приведших к несостоятельности (банкротству) предприятия.

Установленная указанной нормой ответственность является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 29 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для привлечения бывших руководителей к субсидиарной ответственности по заявленному основанию необходимо установить причинно-следственную связь между отсутствием спорной документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов в связи с данным обстоятельством.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона от 21 ноября 1996 года № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете», пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 29 Федерального закона от 06 декабря 2011 года № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете») и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнения обязательств, возврате имущества из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, то именно единоличный исполнительный орган обязан представлять доказательства причин, объективно препятствовавших осуществить передачу документации.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

При этом невыполнение требования закона о представлении первичных бухгалтерских документов или отчетности приравнивается к их отсутствию.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Абзац второй пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве возлагает обязанность на руководителя должника обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему в течение трех дней с даты его утверждения. При этом данная обязанность возлагается также и на бывшего руководителя должника и вне зависимости от поступления соответствующего запроса. Иными словами, бывший руководитель при наступлении соответствующих условий

(введении той или иной процедуры банкротства) в установленный законом срок обязан был передать документацию должника арбитражному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе, тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника, о совершенных им сделках, соответственно, исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, действуя в интересах кредиторов, должника и общества, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 06 декабря 2011 года № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов

бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

На дату возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) в отношении должника обязанности руководителя исполнял ФИО6.

В обосновании наличия оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ООО «Агрохимсервис» ФИО2 ссылается на уклонение от исполнения предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанности руководителя по передаче конкурсному управляющему документов и имущества должника.

Вместе с тем, для привлечения бывших руководителей к субсидиарной ответственности по заявленному основанию необходимо установить причинно- следственную связь между отсутствием спорной документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов в связи с данным обстоятельством.

Суд апелляционной инстанции считает, что один лишь факт непредставления бывшим руководителем должника первичных документов бухгалтерского учета конкурсному управляющему сам по себе не может быть положен в обоснование удовлетворения заявленных требований даже учитывая презумпцию вины лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности.

Как следует из материалов дела, согласно данным последнего представленного в налоговый орган бухгалтерского баланса (за 2021 год) ООО «Агрохимсервис» обладало запасами на сумму 930 000 руб., финансовыми и другими оборотными активами (включая дебиторскую задолженность) на сумму 7 393 000 руб..

При этом бухгалтерский баланс за 2021 год представлен в налоговый орган ФИО3.

08 июня 2022 года ФИО3 передал документацию производственно-хозяйственной деятельности ООО «Агрохимсервис» ФИО6 по акту приема-передачи.

Представленный в материалы дела акт приема-передачи от 08 июня 2022 года не содержит сведений о передаче ФИО6 активов ООО «Агрохимсервис», документации по дебиторской задолженности.

В суде апелляционной инстанции представитель ФИО3 пояснил, что запасы ФИО6 08 июня 2022 года не передавались. В отношении запасов, приобретенных в 2022 году (04 марта 2022 года, 23 марта 2022 года, 03 июня 2022 года на сумму 484 360 руб.) представитель ФИО3 пояснил, что оплаченный гумат и средства защиты растений реализовывался контрагентам, оплата за который поступила позднее на расчетный счет должника.

При этом, несмотря на то, что конкурсному управляющему должника ФИО6 не передана документация должника, конкурсному управляющему были известны дебиторы должника, что следует из заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Таким образом, не передача документации в адрес управляющего не могла затруднить проведение процедуры банкротства.

Кроме того, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что согласно выписке из ЕГРЮЛ ФИО6 являлся руководителем должника с 17 июня 2022 года, в то время как дело о банкротстве должника возбуждено определением Арбитражного суда Саратовской области от 16 ноября 2022 года.

Конкурсным управляющим не указано не передача каких именно документов не позволила сформировать конкурсную массу в целях удовлетворения требований кредиторов.

В случае привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника за непередачу документов, повлекшую невозможность формирования конкурсной массы, при отсутствии иных виновных действий, размер ответственности должен быть ограничен стоимостью имевшегося у должника имущества, за счет которого и происходит формирование конкурсной массы.

Таким образом, исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, суд не установил обстоятельства, свидетельствующие о том, что не передача документов ФИО6 привела к существенному затруднению проведения процедур банкротства и препятствовала поиску имущества должника и пополнению конкурсной массы.

Конкурсный управляющий должника не доказал наличие причинно-следственной связи между бездействиями контролирующих должника лиц и невозможностью формирования конкурсной массы, и, как следствие, невозможности удовлетворения требований кредиторов.

Из материалов дела следует, что бухгалтерская и налоговая отчетность ООО «Агрохимсервис» не сдавалась за 2022 год.

Вместе с тем, конкурсным управляющим не было обосновано, каким образом обстоятельства не сдачи бухгалтерской и налоговой отчетности за 2022 год затруднили поиск конкурсной массы, а также привели или могли привести к невозможности удовлетворения должником требований кредиторов при том, что мероприятия конкурсного производства по формированию конкурсной массы в настоящем обособленном споре не раскрывались.

Доказательств сокрытия ФИО6 сведений об имуществе должника материалы дела не содержат.

Решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения в материалы дела не представлено.

Таким образом, конкурсный управляющий должника не доказал совокупность условий для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что указывая в апелляционной жалобе на то, что смена учредителя и директора на ФИО6 осуществлена с целью регистрации в ЕГРЮЛ на подставное лицо, без цели управления юридическим лицом, а также для сокрытия имущества и документации, никаких требований к ФИО3, связанных с привлечением к субсидиарной ответственности за не передачу документации и имущества должника, конкурсный управляющий должника не заявлял.

Оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности за не отражение в бухгалтерском балансе и отсутствие имущества, приобретенного по договору лизинга от 04 октября 2019 года № 2688 также не имеется, поскольку фотосепаратор полноцветный PRO spector 2DC(6SXZ-126), год выпуска 2008, заводской номер С201808043 продан должником по договору купли-продажи от 01 марта 2021 года № 1 ФГУП

«Аркадакская СХОС» за 3 000 000 руб., в то время как ФИО6 является директором должника с 17 июня 2022 года.

Обращаясь с заявлением, конкурсный управляющий просил привлечь к субсидиарной ответственности ФИО4 за совершение действий (бездействий), которые привели к существенным затруднением проведения процедуры банкротства, вследствие чего невозможно полное погашение требований кредиторов.

По смыслу норм Закона о банкротстве для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на его учредителя, иных лиц, которые имеют право давать обязательные для него указания, необходимо доказать наличие причинно-следственной связи между действиями учредителя (руководителя) и банкротством должника.

В силу пункта 22 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01 июля 1996 года № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В соответствии с пунктом 23 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 года № 53под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверни наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Из материалов дела следует, ФИО4 являлась участником ООО «Агрохимсервис» с 31 декабря 2009 года по 06 июня 2022 года, владевшая 100% долей в уставном капитале.

Доказательств, подтверждающих, что участником ФИО4 одобрялись какие-либо сделки должника, материалы дела не содержат.

Сам по себе факт обладания 100 % доли в уставном капитале должника не свидетельствует о фактическом руководстве должником.

Также материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих, что ФИО4 обладала информацией о сложном финансовом положении общества.

Из заявления конкурсного управляющего должника следует, что с расчетного счета ООО «Агрохимсервис» на расчетный счет ООО «Агрозащита» переведены денежные средства в размере 1 298 474 руб. 91 коп. в качестве погашения долга по займам с нарушением очередности. ООО «Агрозащита» является аффилированным лицом по отношению к должнику, поскольку собственником с 100% уставного капитала «Агрозащита» является ФИО4.

Как следует из материалов дела, 22 января 2021 года между ООО «Агрозащита» (кредитор) и ООО «Агрохимсервис» (заемщик) заключен договор займа № 1 на сумму 200 000 руб. до 25 января 2021 года.

22 января 2021 года ООО «Агрозащита» перечислило на расчетный счет должника 200 000 руб. с назначением платежа «предоставление процентного займа (8%) по договору № 1 от 22.01.2021 г.».

03 марта 2021 года должник перечислил на расчетный счет ООО «Агрозащита» 201 753 руб. 43 коп. с назначением платежа «возврат по договору займа № 1 от 22.01.2021 г. и оплата процентов».

28 мая 2021 года между ООО «Агрозащита» (кредитор) и ООО «Агрохимсервис» (заемщик) заключен договор займа № 3 на сумму 250 000 руб. до 01 июня 2021 года.

31 мая 2021 года ООО «Агрозащита» перечислило на расчетный счет должника 250 000 руб. с назначением платежа «предоставление процентного займа (8%) по договору № 3 от 28.05.2021 г.».

11 июня 2021 года должник перечислил на расчетный счет ООО «Агрозащита» 250 602 руб. 74 коп. с назначением платежа «возврат по договору займа и оплата процентов».

23 июня 2021 года между ООО «Агрозащита» (кредитор) и ООО «Агрохимсервис» (заемщик) заключен договор займа № 4 на сумму 350 000 руб. до 25 июня 2021 года.

24 июня 2021 года ООО «Агрозащита» перечислило на расчетный счет должника 350 000 руб. с назначением платежа «предоставление процентного займа (6%) по договору № 4 от 23.06.2021 г.».

30 сентября 2021 года между ООО «Агрозащита» (кредитор) и ООО «Агрохимсервис» (заемщик) заключен договор займа № 5 на сумму 400 000 руб. до 04 июня 2021 года.

01 октября 2021 года ООО «Агрозащита» перечислило на расчетный счет должника 400 000 руб. с назначением платежа «предоставление процентного займа (6%) по договору № 5 от 30.09.2021 г.».

Должник перечислил на расчетный счет ООО «Агрозащита»:

-03 марта 2022 года – 24 189 руб. 05 коп. с назначением платежа «оплата процентов по договорам займа»

- 09 марта 2022 года - 50 000 руб. с назначением платежа «возврат займа по договору займа № 4 от 23.06.2021»

- 11 мая 2022 года - 87 795 руб. с назначением платежа «возврат займа по договору займа № 4 от 23.06.2021»

- 16 мая 2022 года - 112 205 руб. с назначением платежа «возврат займа по договору займа № 4 от 23.06.2021»

- 31 мая 2022 года - 100 000 руб. с назначением платежа «возврат займа по договору займа № 4 от 23.06.2021»

- 08 июня 2022 года - 100 000 руб. с назначением платежа «возврат займа по договору займа № 5 от 30.09.2021»

- 10 июня 2022 года - 45 000 руб. с назначением платежа «возврат займа по договору займа № 5 от 30.09.2021»

- 17 июня 2022 года - 11 558 руб. с назначением платежа «возврат займа по договору займа № 5 от 30.09.2021»

- 17 июня 2022 года - 100 000 руб. с назначением платежа «возврат займа по договору займа № 5 от 30.09.2021»

- 19 июля 2022 года - 62 277 руб. 43 коп. с назначением платежа «возврат займа по договору займа № 5 от 30.09.2021»

- 04 августа 2022 года - 69 589 руб. 31 руб. с назначением платежа «возврат займа по договору займа № 5 от 30.09.2021».

Из представленных в материалы дела документов следует, что перечисление денежных средств должником в адрес ООО «Агрозащита» представляло собой погашение реально существующих обязательств, имелась соразмерность встречного предоставления.

Указанные перечисления денежных средств в адрес ООО «Агрозащита» недействительными не признаны.

Надлежащих доказательств того, что именно данные сделки являлись для должника существенно убыточными и фактически повлекли за собой неплатежеспособность должника (привели к объективному банкротству), в материалы дела не представлено.

При этом действия по приоритетному осуществлению платежей в адрес ООО «Агрозащита» осуществлялись ФИО3.

Наличие умысла, либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения обществом обязательств перед кредиторами, дачи ФИО4 указаний, направленных на причинение вреда кредиторам, материалами дела также не подтверждено.

Материалы дела не содержат доказательств того, что ФИО4 является выгодоприобретателям в связи с перечислением денежных средств ООО «Агрозащита».

На основании изложенного заявление в части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности правомерно оставлено судом первой инстанции без удовлетворения.

Конкурсный управляющий, обращаясь в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, указал на неисполнение бывшим руководителем ФИО3 обязанности по взысканию дебиторской задолженности, что повлекло за собой невозможность пополнения конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов.

Согласно подпункту 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если: должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

В пункте 17 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 года

№ 53 разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 10 ноября 2021 года № 305-ЭС19-14439(3-8), при разрешении требований о привлечении к субсидиарной ответственности за осуществление деятельности, приведшей к банкротству организации, необходимо исходить из того, что к субсидиарной ответственности могут быть привлечены только те лица, действия которых непосредственно привели к банкротству организации.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (определение Верховного Суда РФ № 310-ЭС20-6760 от 25 сентября 2020 года). Презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок)

может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица, способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Аналогичная правовая позиция приведена Конституционным Судом Российской Федерации, указывающим, что привлечение к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица при невозможности полного погашения требований кредиторов предусматривает учет вины контролирующего лица в признании должника банкротом, предполагает проверку наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) этого лица и фактически наступившим банкротством, преследует цели достичь определенности в вопросе о размере ответственности и обеспечить баланс имущественных интересов как привлекаемого к ней лица, так и кредиторов должника; контролирующее лицо не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения должником обязательств перед кредиторами (Постановления от 7 февраля 2023 года N 6-П, от 30 октября 2023 года N 50-П и др.).

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Саратовской области от 22 декабря 2021 года по делу № А57-14278/2021 с общества с ограниченной ответственностью «Агротерра» в пользу ООО «Агрохимсеврис» взыскана задолженность по договорам поставки № 6 от 29 апреля 2020 года, № 10 от 14 мая 2020 года, № 11 от 14 мая 2020 года в размере 2 031 200 руб. 00 коп., неустойку согласно п. 4.1. договоров поставки № 6 от 29 апреля 2020 года, № 10 от 14 мая 2020 года, № 11 от 14 мая 2020 года за период с 02 декабря 2020 года по 20 сентября 2021 года в размере 618 311 руб. 60 коп., расходы по оплате услуг представителя в размере 30 000 руб. 00 коп., расходы

по оплате государственной пошлины в размере 346 руб. 00 коп.. С ООО «Агротерра» в пользу ООО «Агрохимсеврис» взысканы проценты в размере 0,1 % за каждый день просрочки от суммы долга в размере 2 031 200 руб. 00 коп., начиная с 14 сентября 2021 года и по день фактического исполнения обязательства, но не более 100 % от суммы задолженности, с учетом взысканной суммы неустойки. 26 мая 2022 года выдан исполнительный лист.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Саратовской области от 12 февраля 2019 года по делу № А57-25254/2018 с ООО «Сила гектара» в пользу ООО «Агрохимсервис» взыскана задолженность за поставленный товар по договору № 32 поставки химических средств защиты растений от 08 мая 2018 года в размере 2 025 295 руб. 00 коп., пени за период со 02 сентября 2018 года по 12 ноября 2018 года в размере 145 821 руб. 24 коп., судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 40 418 руб. 00 коп.. С ООО «Сила гектара» в пользу ООО «Агрохимсервис» взысканы пени исходя из суммы долга 2 025 295 руб. 00 коп. и размера пени - 0,1% начиная с 13 ноября 2018 года по день фактического исполнения обязательства. На исполнение выдан исполнительный лист 05 апреля 2019 года.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Саратовской области от 28 апреля 2022 года по делу № А57-28331/2021 в удовлетворении исковых требований ООО «Агрохимсервис» к ООО «Агротерра» о взыскании задолженности по договору поставки № 11 от 14 мая 2020 года в размере 264 000 руб. 00 коп., неустойки согласно п. 4.1. договора поставки № 11 от 14 мая 2020 года за период с 02 декабря 2020 года по 20 сентября 2021 года в размере 264 000 руб., процентов в размере 1 % за каждый день просрочки от суммы долга в размере 264 000 руб., начиная с 14 сентября 2021 года и по день фактического взыскания - отказано. Причиной отказа являлось отсутствие доказательств факта поставки товара.

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, ФИО3, как лицо, действующее от имени юридического лица, производил мероприятия по взысканию задолженности перед ООО «Агрохимсервис», в том числе в судебном порядке.

Кроме того, судом апелляционной инстанции учтено, что на официальном сайте Федеральной службы судебных приставов содержится информация о 15 исполнительных производствах в отношении ООО «Агротерра», возбужденных в период с 01 августа 2022 года по 11 ноября 2024 года, и 2 исполнительных производствах в отношении ООО «Сила гектара», возбужденных с 12 марта 2021 года по 16 апреля 2021 года. При этом все исполнительные производства в отношении ООО «Агротерра» окончены на основании пункта 3 (невозможность установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях) и пункта 4 части (отсутствие имущества) 1 статьи 46 Федерального закона «Об исполнительном производстве» от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ.

Из представленных конкурсным управляющим должника сведений следует, что в период с 17 сентября 2018 года по 26 ноября 2020 года в отношении ООО «Сила гектара» было возбуждено 34 исполнительных производств. С 16 января 2019 года исполнительные производства в отношении ООО «Сила гектара» не исполнялись, а исполнительные листы возвращались взыскателям, в связи с невозможностью разыскать должника или его имущество. Только за 2019 год взыскателям было возвращено исполнительных листов на общую сумму 13 621 131 руб. 16 коп..

17 декабря 2020 года в отношении ООО «Сила гектара» уполномоченным органом внесены сведения в Единый государственный реестр юридических лиц сведений о недостоверности сведений о юридическом лице (результаты проверки достоверности содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц сведений о юридическом лице).

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 20 февраля 2025 года по делу № А57-37418/2024 в отношении ООО «Агротерра» возбуждено дело о

несостоятельности (банкротстве). В обосновании заявления о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Агротерра» кредитор прикладывал, в том числе решение Арбитражного суда Саратовской области от 03 ноября 2022 года по делу № А57-15703/2022 о взыскании с ООО «Агротерра» в пользу ООО «АгроМаркет-Саратов» основного долга в размере 1 275 000 руб., неустойку за период с 16 октября 2019 года по 31 марта 2022 года (898 дней) в размере 1 144 950руб., всего 2 419 950руб., расходы по оплате госпошлины в сумме 25 750 руб.. Определением Арбитражного суда Саратовской области от 29 августа 2025 года в рамках дела № А57-37418/2024 признаны обоснованными требования ООО «Агрохимсервис» и включены в реестр требований кредиторов должника - ООО «Агротерра» в размере 2 679 857 руб. 60 коп..

Таким образом, конкурсным управляющим должника не представлено в материалы дела доказательства того, что непогашение задолженности ООО «Сила гектара», «Агротерра» перед ООО «Агрохимсервис» произошло в результате недобросовестного поведения ФИО3. Из материалов настоящего дела не следует совершение ФИО3 действий, свидетельствующих об уклонении от взыскания дебиторской задолженности, напротив задолженности была взыскана в судебном порядке. Согласно пояснениям ФИО3 не предъявление исполнительных листов в Федеральную службу судебных приставов было связано с тем, что было проанализировано финансовое состояние ООО «Агротерра», ООО «Сила гектара».

Конкурсным управляющим должника не доказано, что в случае возбуждения исполнительного производства в короткие сроки после взыскания задолженности в судебном порядке, ООО «Агротерра», ООО «Сила гектара» располагали денежными средствами и иным имуществом, достаточным для погашения задолженности перед ООО «Агрохимсервис» в ходе исполнительного производства.

Относительно не взыскания дебиторской задолженности с ИП ФИО7 по товарным накладным от 02 сентября 2019 года № 63, от 05 сентября 2019 года № 64, от 10 сентября 2019 года № 65, на общую сумму 3 683 000 руб., суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Наличие дебиторской задолженности подтверждается конкурсным управляющим должника деловой перепиской с АО «Щелково Агрохим» и товарными накладными, не подписанными ИП ФИО7.

Вместе с тем, в материалы дела представлена карточки счета 62 за 2017, 2018, 2019, 2020 годы по контрагенту ИП ФИО7, из которых не следует, что ООО «Агрохимсервис» поставлял товар 02 сентября 2019 года, 05 сентября 2019 года, 10 сентября 2019 года в адрес ИП ФИО7 на общую сумму 3 683 000 руб..

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что поведение ФИО3, связанное с не взысканием дебиторской задолженности, не является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в отсутствие доказательства того, что спорная дебиторская задолженность являлась перспективной. Кроме того, наличие не взысканной дебиторской задолженности, сформировавшейся при осуществлении хозяйственной деятельности должника, само по себе не может являться основанием для возложения убытков от этой деятельности на контролирующих должника лиц. Предпринимательская деятельность имеет рисковый характер и в процессе ее осуществления могут возникать обязательства, исполнение которых невозможно в силу тех или иных обстоятельств, финансовых сложностей.

Относительно доводов конкурсного управляющего должника о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 за отчуждение фотосепаратора полноцветного PRO spector 2DC(6SXZ-126), год выпуска 2008, заводской номер С201808043), приобретенного по договору финансовой аренды (лизинга) № 2688 от 04 октября 2019 года, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

04 октября 2019 года между ООО «ЭкономЛизинг» (лизингодатель) и ООО «Агрохимсервис» (лизингополучатель) заключен договор финансовой аренды (лизинга)

№ 2688, предметом договора финансовой аренды (лизинга являлся фотосепаратор полноцветного PRO spector 2DC(6SXZ-126), год выпуска 2008, заводской номер С201808043. Из представленного графика платежей к договору лизинга следует, что выкупная цена предмета лизинга составляла – 1 301 623 руб. 56 коп., лизинговые платежи – 2 604 812 руб. 34 коп..

03 марта 2021 года договор финансовой аренды (лизинга) № 2688 закрыт в связи с исполнением ООО «Агрохимсервис» своих обязательств по договору в полном объеме.

Согласно договору от 01 марта 2021 года № 1 данное имущество продано ФГУП «Аркадакская СХОС», стоимость составила 3 000 000 руб.. Денежные средства выплачены ООО «Агрохимсервис» в полном объеме.

Конкурсный управляющий должника полагает, что указанной сделкой должнику причинены убытки на сумму 906 435 руб. 90 коп. (3 906 435 руб. 90 коп. – 3 000 000 руб.).

Вместе с тем, конкурсный управляющий должника, утверждая, что сделкой по реализации фотосепаратора полноцветного PRO spector 2DC(6SXZ-126), год выпуска 2008, заводской номер С201808043, должнику причинены убытки на сумму 906 435 руб. 90 коп. не представил доказательства, свидетельствующие о том, что сделка с ФГУП «Аркадакская СХОС» заключена по заниженной стоимости. В материалы дела не представлен отчет об оценке фотосепаратора полноцветного PRO spector 2DC(6SXZ-126), год выпуска 2008, заводской номер С201808043 на дату заключения сделки, с учетом состояния имущества.

На основании вышеизложенного, оснований полагать, что сделка была убыточной для должника, у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку конкурсным управляющим не представлены сведения о рыночной стоимости указанного имущества.

Кроме того, конкурсный управляющий должника полагает, что ФИО3 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности за перечисление 02 марта 2021 года с расчетного счета должника в адрес ФИО3 денежных средств в размере 250 000 руб..

Как следует из материалов дела, 08 октября 2019 года между ФИО3 (кредитор) и ООО «Агрохимсервис» (заемщик) заключен договор займа № 2 на сумму 250 000 руб. до 11 октября 2019 года.

10 октября 2019 года ФИО3 внес на расчетный счет должника 250 000 руб. с назначением платежа «предоставление займа по договору 2 от 08.10.19».

02 марта 2021 года должник перечислил на расчетный счет ООО «Агрозащита» 201 753 руб. 43 коп. с назначением платежа «возврат денежных средств по договору беспроцентного займа № 2 от 08.10.2019».

Из представленных в материалы дела документов следует, что перечисление денежных средств должником в адрес ФИО3 представляло собой погашение реально существующих обязательств, имелась соразмерность встречного предоставления.

Указанные перечисления денежных средств в адрес ФИО3 недействительными не признаны.

Надлежащих доказательств того, что именно данная сделка являлась для должника существенно убыточной и фактически повлекла за собой неплатежеспособность должника (привели к объективному банкротству), в материалы дела не представлено.

При этом из представленной конкурсным управляющим должника выписки по расчетному счету должника, следует, что после 02 марта 2021 года должник продолжал осуществлять обычную хозяйственную деятельность. Так на расчетный счет должника продолжали поступать денежные средства от контрагентов, должник осуществлял оплату за покупаемый товар, оплачивал налоги.

Соответственно, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО3 за совершение действий (бездействий) контролирующего лица, которые привели к существенным затруднениям проведения процедуры банкротства.

Как следует из заявления, конкурсный управляющий должника просил привлечь ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: - удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; - органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; - органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; - обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; - имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством. В соответствии с пунктом 2 этой статьи такое заявление должно быть подано в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в 4 арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Привлечение руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве возможно при наличии совокупности следующих условий: - неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 закона; - возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; - неподача руководителем должника заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; - возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Для привлечения к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

При этом размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Следовательно, субсидиарная ответственность в таких случаях наступает лишь по тем обязательствам должника, которые возникли после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд, к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий:

- возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств;

- неподача соответствующими лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

- возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

С учетом предмета доказывания, обратившееся в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности лицо в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должно было доказать, что предъявленная к взысканию сумма обязательств должника возникла не ранее чем через месяц с даты, когда должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества или иным обстоятельствам, предусмотренным пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции Верховного Суда, изложенной в Определении № 309- ЭС17-1801 от 20 июля 2017 года по делу № А50-5458/15 одного лишь наличия неисполненных денежных обязательств на сумму превышающую 300000 руб. и сроком более трех месяцев недостаточно для возникновения на стороне должника обязанности по подаче генеральным директором должника заявления о признании общества банкротом, поскольку указанные обстоятельства могут иметь лишь временный характер. Наличие такой задолженности лишь позволяет внешним кредиторам инициировать дело о банкротстве общества-должника.

Обязанность руководителя должника по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, в рамках стандартной управленческой практики должен был, учитывая масштаб деятельности должника, объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий должника полагает, что у ФИО3 с 01 апреля 2019 года возникла обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, у ФИО4 с 25 апреля 2019 года возникла обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, поскольку на 31 декабря 2018 года просроченная кредиторская задолженность должника составляла 7 790 000 руб..

Судом первой инстанции установлено, что согласно бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «Агрохимсервис» за 2019 год, активы должника составляют: запасы – 2 496 тыс. руб., финансовые и другие оборотные активы – 11 891 тыс. руб., материальные внеоборотные активы – 3 414 тыс. руб..

В рамках дела о банкротстве ООО «Агрохимсервис» временным управляющим проведен финансовый анализ деятельности должника за период с 2019 года по 2021 год, в

результате чего пришел к следующим выводам: у общества имелись ликвидные оборотные активы в достаточном количестве для погашения наиболее срочных обязательств; величина коэффициента текущей ликвидности принимала значение выше 1, это говорит о том, что у общества имелась возможность отвечать по своим обязательствам. Временный управляющий должника сделал выводы о том, что предприятие платежеспособно. Кроме того, временный управляющий в финансовом анализе сделал вывод о том, что предприятие в 2019- 2021 годах являлось платежеспособно, собственные активы предприятия покрывают долговые обязательства. В 2019-2021 годах у предприятия имелось достаточно собственных средств для финансирования текущей деятельности, предприятие платежеспособно. При этом, из финансового анализа следует, что на 01 января 2021 года предприятие обладало высокой доходностью.

Кроме того, из материалов дела следует, что у должника в 2022 году не имелось неисполненных обязательств должника, возникших до 25 апреля 2019 года.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что единственным кредитором должника является АО «Щелково Агрохим», неисполненные обязательства перед которым образовались на основании договоров поставки от 13 мая 2019 года, от 23 мая 2019 года.

В соответствии с условиями заключенного договора поставки № 38/2019/СХ/СТ от 13 мая 2019 года, АО «Щелково Агрохим» обязалось передать в собственность ООО «Агрохимсервис» химические средства защиты растений, а ООО «Агрохимсервис» - принять и оплатить данную продукцию в порядке и в сроки, установленные договором.

В период действия договора ООО «Агрохимсервис» была поставлена продукция на сумму 3 512 103 руб.. Сумма задолженности по договору № 38/2019/СХ/СТ от 13 мая 2019 года составила 2 563 901 руб. 00 коп.

В соответствии с условиями заключенного договора поставки № 47/2019/СХ/СТ от 23 мая 2019 года (далее по тексту – договор), АО «Щелково Агрохим» обязалось передать в собственность ООО «Агрохимсервис» химические средства защиты растений, а ООО «Агрохимсервис» - принять и оплатить данную продукцию в порядке и в сроки, установленные договором.

В период действия договора ООО «Агрохимсервис» была поставлена продукция на сумму 3 545 483 руб. 84 коп.. Сумма задолженности по договору № 47/2019/СХ/СТ от 23 мая 2019 года составила 1 119 099 руб. 00 коп..

Задолженность с ООО «Агрохимсервис» в пользу АО «Щелково Агрохим» была взыскана решением Арбитражного суда Московской области 22 сентября 2020 года.

Вплоть до 2022 года должник вел обычную хозяйственную деятельность, однако АО «Щелково Агрохим» не обращалось за принудительным взысканием задолженности, не инициировало производство по делу о банкротстве до ноября 2022 года.

При этом, ФИО3, занимая должность руководителя должника, предпринимал все возможные действия, для осуществления активной и успешной хозяйственной деятельности должника, в том числе для преодоления временных трудностей в организации: 08 октября 2019 года заключен займ с ФИО3 на сумму 250 000 руб. для осуществление уставной деятельности, в 2021 году договоры займа с ООО «Агрозащита».

Суд апелляционной инстанции считает, что в данном случае конкурсным управляющим должника не доказано наличие признаков неплатежеспособности на указанный в заявлении момент времени, в связи с чем отсутствуют доказательства наличия оснований для привлечения ФИО8, ФИО4 к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям.

Изучив и исследовав материалы дела, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности ввиду недоказанности конкурсным управляющим наличия обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности или неразумности действий контролирующих должника лиц, повлекших неблагоприятные последствия для

юридического лица.

С учетом изложенного, нельзя признать состоятельными доводы заявителя апелляционной жалобы, так как они по существу направлены на переоценку фактических обстоятельств и представленных доказательств, правильно установленных и оцененных судом апелляционной инстанции, опровергаются материалами дела и не отвечают требованиям действующего законодательства. Каких-либо оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта не усматривается.

Судом правильно применены нормы материального права, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Иные доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и выражают лишь несогласие апеллянта с выводами, сделанными судом первой инстанции в обжалуемом определении и не опровергают установленные судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора обстоятельства.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает, что по делу принято законное и обоснованное определение в обжалуемой части, оснований для отмены либо изменения которого не имеется. Выводы суда по данному делу основаны на установленных обстоятельствах и имеющихся в деле доказательствах при правильном применении норм материального и процессуального права. Апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Агрохимсервис» ФИО2 следует оставить без удовлетворения.

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 09 июля 2025 года по делу № А57-30109/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Агрохимсервис» в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 30 000 руб. 00 коп.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.

Председательствующий судья И.А. Рябихина

Судьи Д.С. Семикин

Н.В. Судакова