Постановление от 25 апреля 2024 г. по делу № А56-87549/2016

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

дело №А56-87549/2016
25 апреля 2024 года
г. Санкт-Петербург
/ж.3

Резолютивная часть постановления оглашена 02 апреля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объёме 25 апреля 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Н.А. Морозовой

судей Е.В. Будариной, А.Ю. Серебровой,

при ведении протокола секретарём судебного заседания А.С. Воробьевой,

при участии в судебном заседании:

арбитражный управляющий

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номера 13АП-41213/2023, 13АП-41579/2023) конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Промед Плюс» ФИО1 и ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.11.2023 по делу № А56-87549/2016/ж.3 об удовлетворении жалобы Федеральной налоговой службы о признании незаконными действий (бездействия) конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Промед Плюс» ФИО1 и взыскании убытков в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Промед Плюс», третьи лица: ассоциация «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа», общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Гелиос», Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ИПС» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании закрытого акционерного общества «Промед Плюс» несостоятельным (банкротом).

Определением от 21.12.2016 суд первой инстанции принял заявление к производству и возбудил дело о банкротстве.

Определением от 07.03.2017 арбитражный суд признал заявление кредитора обоснованным, ввёл в отношении ЗАО «Промед Плюс» процедуру наблюдения, утвердил временным управляющим ФИО1 – члена ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа».

Названные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №38(6032) от 04.03.2017.

Решением от 07.04.2018 (резолютивная часть от 03.04.2018) суд прекратил процедуру наблюдения, признал должника несостоятельным (банкротом), открыл в отношении него конкурсное производство, утвердил конкурсным управляющим ФИО1

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №65(6303) от 14.04.2018.

Федеральная налоговая служба подала в суд жалобу о признании незаконными действий (бездействия) конкурсного управляющего, выразившихся в неправомерном включении права требования уполномоченного органа в размере 1 013 491 руб. 17 коп. в Положение о порядке, сроках и условиях продажи дебиторской задолженности ФИО2, ФИО3, возникшей вследствие поименованных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, с последующей реализацией на торгах, непринятия мер по осуществлению процессуального правопреемства в части замены должника на уполномоченный орган по требованию общества к привлечённым субъектам, о взыскании с управляющего ФИО1 1 013 491 руб. 17 коп. убытков.

Определением от 14.11.2022 по обособленному спору №А56-87549/2016/ж.3, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2023, арбитражный суд в жалобе отказал.

Постановлением от 26.06.2023 Арбитражный суд Северо-Западного округа судебные акты нижестоящих судов отменил и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении арбитражный суд признал незаконными действия конкурсного управляющего ЗАО «Промед Плюс» ФИО4, выразившиеся во включении им права требования налогового органа в размере 1 013 491 руб. 17 коп. в Положение о порядке, сроках и условиях продажи дебиторской задолженности ФИО2 и ФИО3 и последующей реализации этого актива, взыскал с ФИО4 в пользу налогового органа 1 013 491 руб. 17 коп. убытков, в удовлетворения остальной части требования отказал.

Не согласившись с законностью судебного акта в части удовлетворения притязаний уполномоченного органа, конкурсный управляющий и саморегулируемая организация направили апелляционные жалобы, настаивая на отсутствии в действиях управляющего противоправности для применения к нему меры ответственности в виде взыскания убытков.

В судебном заседании представитель ФНС России указал на отсутствие у него возражений против рассмотрения апелляционных жалоб в пределах заявленных в них требований, что зафиксировано посредством аудиопротоколирования.

Арбитражный управляющий и представитель СРО поддержали доводы своих апелляционных жалоба, а представитель уполномоченного органа возражал против их удовлетворения.

Законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке в обжалуемой части.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу постановлением апелляционного суда от 29.01.2021 отменено определение суда первой инстанции от 11.10.2020 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам должника в размере 39 907 000 руб., к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника в размере 54 558 068 руб. привлечены ФИО3 и ФИО2 солидарно.

При этом конкурсным управляющим ФИО1 20.10.2020 в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве (ЕФРСБ) опубликовано сообщение о праве кредиторов должника распорядиться правом требования к привлеченному к субсидиарной ответственности лицу.

В адрес конкурсного управляющего ФИО1 30.10.2020 со стороны ФНС отправлено письмо о выборе права требования к указанным лицам, соответствующие подпункту три пункта 2 статьи 61.17 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Конкурсным управляющим ФИО1 в адрес суда 31.11.2020 отправлен отчёт о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к ответственности. В отчёте указано на выбор ФНС распоряжения требованием согласно подпункту три пункта 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве.

В суд первой инстанции 08.09.2021 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1 о выдаче исполнительного листа на взыскание с контролирующих должника лиц 53 507 522 руб. 50 коп. в пользу общества.

Суд первой инстанции 27.10.2021 выдал исполнительный лист на взыскание с контролирующих должника лиц на сумму 54 558 067 руб. 58 коп. в пользу общества.

В ЕФРСБ 16.02.2021 опубликовано сообщение о проведении собрания кредиторов должника по вопросу утверждения Положения о порядке продажи указанной дебиторской задолженности.

Сообщением в ЕФРСБ от 04.03.2021 ФИО1 опубликовал сведения о результатах собрания кредиторов должника, утвердившего Положение о торгах, согласно которому продаже подлежало требование к контролирующим должника лицам в размере 54 558 067 руб. 58 коп.

Конкурсным управляющим ФИО1 26.06.2021, 22.08.2021, 12.10.2021, 22.11.2021 в ЕФРСБ были опубликованы сведения о проведении им торгов по продаже указанной дебиторской задолженности и результаты торгов.

ФНС 03.06.2022 подана жалоба на действия конкурсного управляющего, выразившиеся в неправомерном включении права требования уполномоченного органа в размере 1 013 491 руб. 17 коп. в Положение о порядке, сроках и условиях продажи дебиторской задолженности привлеченных к субсидиарной ответственности лиц по обязательствам должника с последующим его реализацией на торгах; непринятие мер по процессуальному правопреемству - замене должника на уполномоченный орган по требованию к ФИО3 и ФИО2; ФНС также просила взыскать с конкурсного управляющего ФИО1 убытки в размере 1 013 491 руб. 17 коп.

Обязанность действовать добросовестно является универсальным гражданско-правовым принципом, получившим свое отражение в нормах действующего права (пункт 4 статьи 1, пункт 2 статьи 6, статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Применительно к деятельности арбитражного управляющего названный общий принцип ретранслирован в законодательство о банкротстве в качестве специальной нормы (с аналогичным содержанием).

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Учитывая существование объективно обусловленной повышенной конфликтности между заинтересованными лицами в отношениях, связанных с институтом банкротства, возложение на арбитражного управляющего соответствующей обязанности в числе прочего означает, что он как профессиональный антикризисный менеджер в ситуации неопределенности правового регулирования должен действовать исходя из баланса объективно противопоставленных интересов вовлеченных в процесс несостоятельности лиц с учетом заложенных в действующих нормах права ценностных ориентиров, предопределяющих цели законодательного регулирования.

Именно с этой позиции суд в дальнейшем должен оценивать поведение управляющего при поступлении соответствующей жалобы на его действия (бездействие).

Статья 60 Закона о банкротстве предоставляет кредиторам должника право обратиться в арбитражный суд с жалобой о нарушении их прав и законных интересов действиями (бездействием) арбитражного управляющего, утвержденного арбитражным судом для проведения конкурсного производства.

При рассмотрении таких жалоб лицо, обратившееся в суд, обязано доказать факт незаконности действий (бездействия) арбитражного управляющего и то, что эти действия (бездействие) управляющего нарушили права и законные интересы кредиторов и должника, а арбитражный управляющий, в свою очередь, вправе представить доказательства, свидетельствующие о соответствии спорных действий (бездействия) требованиям добросовестности и разумности исходя из сложившихся обстоятельств (статья 65 АПК РФ).

В данном случае материалами дела подтверждается, что именно в результате неоправданного бездействия ФНС России конкурсный управляющий приступил к реализации дебиторской задолженности, подтверждённой в судебном порядке к контролирующим должника лицам.

Из материалов дела также видно, что, будучи активным кредитором, уполномоченный орган решения собрания кредиторов в этой части не оспаривал, заявление о процессуальном правопреемстве в порядке статьи 61.17 Закона о банкротстве подал лишь 20.09.2021, то есть спустя почти один год после направления управляющим отчёта о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к ответственности.

Одновременно ФНС России не приводит мотивированных доводов, что исключило саму возможность в течение столь длительного периода заявить свои права на такую задолженность в определённых пределах.

В этой связи, суд апелляционной инстанции при повторном рассмотрении спора не выявил незаконности действий управляющего ФИО1 по включению в Положение о порядке, сроках и условиях продажи дебиторской задолженности ФИО2 и ФИО3, в отношении которой уполномоченный орган выразил своё согласие на распоряжение правом требования.

Вместе с тем, в части действий управляющего по реализации этого актива апелляционная инстанция приходит к следующим выводам.

Как уже приводилось выше, заявление о процессуальном правопреемстве подано ФНС России в суд 20.09.2021.

Управляющий ФИО1, достоверно зная об этом, не приостановил торги в этой части. Одновременно из материалов электронного дела вытекает, что 09.01.2022 в 17 час. 21 мин. ФИО1 подал отзыв на заявление уполномоченного органа, в котором просил удовлетворить требования ФНС России и процессуальном правопреемстве.

Следовательно, несмотря на наличии у него сведений о волеизъявлении уполномоченного органа, предъявленного в судебном порядке, управляющий ФИО1 продолжил процедуру реализации соответствующего актива.

При таком положении арбитражный суд правомерно констатировал незаконность действий ответчика в исследованной части.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 №29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что арбитражный управляющий несёт ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий. Ответственность арбитражного управляющего, установленная указанной статьей, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

Из содержания статей 15, 1064 ГК РФ следует, что общими условиями деликтной ответственности является наличие состава правонарушения, включающего в себя: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между двумя первыми элементами, вину причинителя вреда и размер причиненного вреда.

Исходя из пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

В рассматриваемом случае уполномоченный орган не представил доказательств того, что на дату подачи его заявления (20.09.2021) и последующие три года он мог удовлетворить свои притязания в большем размере, чем это было сделано управляющим.

Апелляционный суд критически относится к суждению ФНС России, высказанному в ходе апелляционного производства о том, что в настоящее время (март 2024 года) один из субсидиарных ответчиков зарегистрировал имущество, за счёт которого возможно погашение требований.

Подобных доказательств так и не было представлено суду апелляционной инстанции.

Кроме того, как уже приводилось выше, улучшение финансового состояния в марте 2024 года не подтверждает причинение управляющим ФИО1 убытков в предъявленном размере по состоянию на 2021 год.

Учитывая изложенное, определение суда подлежит частичной отмене.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.11.2023 по делу № А56-87549/2016/ж.3 отменить в части признания незаконными действий конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Промед Плюс» ФИО1 по включению права требования уполномоченного органа в сумме 1 013 491 руб. 17 коп. в Положение о порядке, сроках и условиях продажи дебиторской задолженности ФИО2 и ФИО3, а также в части взыскания с ФИО1 в пользу ФНС России 1 013 491 руб. 17 коп. убытков.

В указанной части в удовлетворении жалобы отказать.

В остальной обжалуемой части определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.11.2023 по делу № А56-87549/2016/ж.3 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение месяца со дня его принятия.


Председательствующий

ФИО5

Судьи

Е.В. Бударина

А.Ю. Сереброва