Решение от 13 марта 2025 г. по делу № А40-197834/2024

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-197834/2024-104-1200
г. Москва
14 марта 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 06 марта 2025 г.

Решение в полном объеме изготовлено 14 марта 2025 г.                                                     

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Председательствующего судьи Бушмариной Н.В. (единолично),

при ведении протокола секретарем судебного заседания Кузьминым  А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "НАУЧНО-ПРОИЗВОДСТВЕННОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ "ДЕЛЬТА ГАЗ" (119119, Г.МОСКВА, ПР-КТ ЛЕНИНСКИЙ, Д. 42, К. 1-2-3, ЭТАЖ 5 ПОМЕЩ I КОМ 18, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 06.05.2015, ИНН: <***>, КПП: 773601001)

к ФИО1

о взыскании  денежных средств

при участии:

от  истца – ФИО2 по дов. от 26.09.2024, паспорт

от ответчика  – ФИО3  по дов. от 17.01.2023, диплом,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «НАУЧНО-ПРОИЗВОДСТВЕННОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ «ДЕЛЬТА ГАЗ» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к бывшему Генеральному директору ООО «НАУЧНО-ПРОИЗВОДСТВЕННОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ «ДЕЛЬТА ГАЗ» ФИО1 (далее – ответчик) о взыскании убытков в размере 2 611 940 руб. 81 коп.

Ответчик исковые требования не признает по мотивам, изложенным в отзыве, указывает, что истец не понес убытки, так как проценты за пользование чужими денежными средствами уплачены Обществом в пользу своих же участников. Ответчик вплоть до своего увольнения не имел возможности произвести выплату дивидендов, так как после смерти второго участника не обладал информацией о круге наследников, о том кому из них и в какой пропорции производить выплату, на какие реквизиты. Считает, что отсутствует его вина. Заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Изучив все материалы дела, в том числе предмет и основание заявленного иска, исследовав и оценив все представленные по делу доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, суд считает, что в удовлетворении исковых требований следует отказать.

Из материалов дела следует, что 06.05.2015 в качестве юридического лица зарегистрировано ООО «НАУЧНО-ПРОИЗВОДСТВЕННОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ «ДЕЛЬТА ГАЗ» (ОГРН: <***>).

По состоянию на 21.12.2021 участниками Общества являлись: ФИО1, владеющий 30% долей уставного капитала Общества, ФИО4, владеющий 70% долей уставного капитала Общества.

15.01.2018 единогласным решением внеочередного общего собрания участников Общества, оформленного Протоколом № 1/2018, ФИО1 был избран Генеральным директором ООО «НАУЧНО-ПРОИЗВОДСТВЕННОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ «ДЕЛЬТА ГАЗ».

Решением единственного участника ООО «НАУЧНО-ПРОИЗВОДСТВЕННОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ «ДЕЛЬТА ГАЗ» от 03.03.2022 № 2 ФИО1 освобожден от занимаемой должности Генерального директора с 03.03.2022, новым Генеральным директором Общества назначена ФИО5

Таким образом, с 15.01.2018 по 02.03.2022 ФИО1 осуществлял функции единоличного исполнительного органа.

Участник ФИО4 22.12.2021 умер, а 08.02.2022 ФИО1 вышел из состава участников Общества.

В период осуществления ответчиком функций Генерального директора ООО «НАУЧНО-ПРОИЗВОДСТВЕННОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ «ДЕЛЬТА ГАЗ» бывшими участниками Общества (ФИО4 и ФИО1) были приняты решения о распределении части чистой прибыли между участниками Общества за 2020-2021, порядке и сроке выплаты части распределенной чистой прибыли.

Согласно Протоколу № 1/21 общего собрания участников от 02.04.2021 приняты решения об определении части чистой прибыли Общества по итогам 2020 в размере 55 000 000 руб., распределению части чистой прибыли между участниками пропорционально их долям в уставном капитале Общества в следующем соотношении: 70%, что составляет 38 500 000 руб. – ФИО4; 30%, что составляет 16 500 000 руб. – ФИО1 Срок выплаты части распределенной прибыли составляет 60 дней со дня принятия решения о распределении прибыли между участниками Общества.

Выплата дивидендов ФИО4 осуществлена 01.09.2021 в размере 1 765 000 руб.

Согласно Протоколу № 2/21 общего собрания участников от 27.10.2021 приняты решения о распределении части прибыли по состоянию на 30.09.2021 в размере 53 000 000 руб. между участниками пропорционально их долям в уставном капитале Общества в следующем соотношении: 70%, что составляет 37 100 000 руб. – ФИО4; 30%, что составляет 15 900 000 руб. – ФИО1 Срок выплаты части распределенной прибыли составляет 60 дней со дня принятия решения о распределении прибыли между участниками Общества.

Как указывает истец, наследники умершего ФИО4 - ФИО5, ФИО6 и ФИО7 обратились в суд с иском к ООО «НПО «Дельта Газ» о взыскании задолженности в размере 73 835 000 руб. и неустойки за период с 04.06.2021 по 02.03.2022 в размере 2 611 940 руб.

К участию в деле в порядке статьи 51 АПК РФ в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО1.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 02.10.2023 по делу №А40-251177/2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2024, иск удовлетворен.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 14.05.2024 судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы, поскольку требования рассмотрены без учета уточнений, согласно которым истцы просили взыскать 24 966 680 руб. в качестве основной задолженности и 2 611 940 руб. 81 коп. в качестве пеней за период с 04.06.2021 по 02.03.2022.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 02.08.2024 исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.10.2024 решение Арбитражного суда города Москвы от 02.08.2024 изменено в части взыскания пени за период с 04.06.2021 по 02.03.2022 в размере 2 611 940 руб., в удовлетворении требования о взыскании пени в сумме 2 611 940 руб. отказано (поскольку они оплачены по решению суда от 02.10.2023), в остальной части решение оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 24.02.2025 судебные акты оставлены без изменения.

ООО «НПО «Дельта Газ» выплатило наследникам  по платежному поручению от 09.11.2023 № 21 проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 2 272 388,81 руб. с уведомлением об исчислении с процентов НДФЛ в размере 339 552 руб.

В обоснование исковых требований истец указал, что выплата наследникам процентов за пользование чужими денежными средствами повлекла уменьшение на соответствующую сумму имущественной массы истца, по мнению которого, противоправность поведения ответчика заключается в ненадлежащем исполнении обязанности по выплате дивидендов участнику ФИО4, а в последующем, его наследникам.

Истец считает, что действия (бездействие) Генерального директора в виде длительного неисполнения обязательств по невыплате дивидендов привело Общество к выплате суммы процентов за пользование чужими денежными средствами, которые являются недобросовестными и направленными в ущерб интересам Общества.

По расчету истца сумма убытков составила 2 611 940,81 руб.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Отказывая в иске, суд исходил из следующего.

Согласно п. 9 постановления Пленума ВАС РФ от 30.12.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» требование о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или) упущенной выгоды, причиненных действиями (бездействиями) директора юридического лица, подлежат рассмотрению в соответствии с положениями п. 3 ст. 53 ГК РФ, в том числе, в случаях, когда истец или ответчик ссылаются в обоснование своих требований и возражений на ст. 277 Трудового кодекса Российской Федерации. При этом с учетом положений п. 4 ст. 225.1 АПК РФ по искам о привлечении к ответственности лиц, входящих или входивших в состав органов управления юридического лица, в том числе в соответствии с абзацем первым ст. 277 Трудового кодекса Российской Федерации, являются корпоративными, дела по таким спорам подведомственны арбитражным судам (п. 2 ч. 1 ст. 33 АПК РФ) и подлежат рассмотрению по правилам главы 28.1 АПК РФ.

Ответчиком по требованию о возмещении причиненных корпорации убытков выступает соответственно причинившее убытки лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, члены коллегиальных органов юридического лица, лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица (п. п. 1 - 4 ст. 53.1 ГК РФ).

Ответственность единоличного исполнительного органа является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам ст. 15 ГК РФ.

Согласно ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которое это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из содержания данной нормы права следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать, наличие состава правонарушения, включающего факт виновного нарушения органом или должностным лицом возложенных на него обязанностей (совершения незаконных действий или бездействия, издания незаконного акта), наличие у заявителя убытков и их размер, а также наличие причинно-следственной связи между допущенными нарушениями и возникшими у заявителя убытками. Отсутствие хотя бы одного из указанных условий ответственности исключает применение указанной ответственности.

Таким образом, истец требуя возмещения убытков, должен доказать наличие всех указанных элементов ответственности в их совокупности.

В соответствии с п. 1 ст. 53 ГК РФ юридическое лицо действует через органы, образование и действие которых определяется законом и учредительными документами юридического лица.

По правилам п. 3 ст. 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

В силу п. 2 ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон №14-ФЗ) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Аналогичная норма содержится в п. 1 ст. 53.1 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник.

В соответствии со ст. 277 ТК РФ руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации.

В случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством.

В силу п. 3 ст. 10 ГК РФ разумность и добросовестность участников гражданских правоотношений презюмируются, следовательно, обязанность по доказыванию недобросовестности и неразумности действий единоличного исполнительного органа общества, повлекших за собой причинение убытков, возлагается на истца.

Согласно п. п. 2, 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»  недобросовестность действий  (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами  (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица,  в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Следовательно, при применении положений п. 3 ст. 53 ГК РФ следует исходить из презумпции отсутствия в действиях руководителя общества самого события правонарушения, презумпции добросовестного и разумного поведения руководителя.

Таким образом, истцу, требующему привлечения руководителя общества к ответственности следует обосновать наличие в действиях руководителя состава правонарушения, объективную сторону правонарушения - наличие недобросовестных, неразумных действий руководителя, нарушающих интересы общества; субъективную сторону правонарушения - виновность руководителя в данных действиях; причинно-следственную связь между совершенным правонарушением и убытками общества; размер убытков.

Для привлечения органов управления общества к ответственности,  необходимо установить тот факт, что на момент совершения действий, повлекших возникновение убытков, действия (бездействие) упомянутых органов не отвечали интересам юридического лица.

Исследовав представленные истцом доказательства в соответствии со ст. 71 АПК РФ, суд пришел к выводу о недоказанности истцом совокупности условий для применения к ответчику гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков, а также направленности действий ответчика на причинение обществу убытков.

Таким образом, поскольку юридическое лицо является продуктом юридической техники (правовой фикцией), волю юридического лица выражают физические лица, в пределах компетенции наделенные полномочиями по управлению его делами путем формирования группового или единоличного волеизъявления. Процедура принятия решения органами управления юридического лица – это не что иное, как способ формирования внешнего проявления воли и интереса юридического лица.

Как указано в п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62  арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Как следует из материалов дела, ФИО4 был мажоритарным участником Общества и имел возможность, по существу, единолично прекратить полномочия ответчика как Генерального директора Общества досрочно, если бы посчитал, что ответчик, как Генеральный директор Общества, причиняет этому самому Обществу убытки или наносит вред непосредственно ФИО4, в том числе, вследствие невыплаты дивидендов.

Однако с 2018 года по дату своей смерти он не предпринимал никаких попыток ни по смене Генерального директора Общества ФИО1, ни по взысканию с него убытков.

Следовательно, ФИО4, будучи мажоритарным участником Общества, в течение всего срока нахождения ФИО1 в должности Генерального директора считал, что ФИО1 как Генеральный директор действует разумно и добросовестно по отношению к нему лично как к мажоритарному участнику и к Обществу как к корпорации.

Согласно разъяснениям п. 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 10.11.2021) несмотря на то, что корпорация предполагает обособление имущества участников (акционеров) для ведения предпринимательской деятельности и является самостоятельным участником гражданского оборота, следует исходить из того, что преимущественно интересы корпорации сводятся именно к интересам всех ее участников и обусловлены ими. С необходимостью реализации общих интересов участников и достижением общей цели и связывается создание участниками самой корпорации.

В связи с этим, факт причинения вреда корпорации лицом, уполномоченным выступать от ее имени, не может быть признан установленным, если никто из участников (контролирующих лиц) корпорации не понес убытки при условии, что не затронуты права иных заинтересованных лиц (кредиторов, работников и т.д.).

Из материалов дела следует, что с 15.07.2022 участниками ООО «НАУЧНО-ПРОИЗВОДСТВЕННОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ «ДЕЛЬТА ГАЗ» стали наследники ФИО4 – ФИО5, ФИО7, ФИО6

В связи с изложенным, участники Общества (наследники ФИО4) не понесли никаких убытков, так как проценты за пользование чужими денежными средствами были выплачены корпорацией в пользу своих же участников.

Кроме того, единоличный исполнительный орган общества не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал в пределах разумного предпринимательского риска, на что указано в постановлении Президиума ВАС РФ от 22.05.2007 №871/07 по делу №А32-56380/2005-26/1596.

Как установлено судом, второй участник ФИО4 умер 22.12.2021, то есть до наступления срока выплаты дивидендов за 9 месяцев 2021 года.

Ответчик не мог знать, кто будет наследниками ФИО4 и в каких долях будет унаследовано имущество умершего.

Доказательств обращения наследников к ответчику с уведомлением о принятии наследства в материалы дела отсутствуют.

Истец не представил доказательств того, что с 22.12.2021 и до момента своего увольнения 02.03.2022 ответчик имел информацию относительно того, кто является наследниками умершего ФИО4 и кому из них и в каком размере должны быть выплачены дивиденды.

Определяя единичный факт невыплаты дивидендов как убытки для ООО «НПО «Дельта Газ», истец оставляет без внимания результаты финансовой деятельности ООО «НПО «Дельта Газ», в частности, в решении Арбитражного суда города Москвы от 19.12.2023 по делу № А40-155119/2023 по иску ООО «НАУЧНО-ПРОИЗВОДСТВЕННОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ «ДЕЛЬТА ГАЗ» к ФИО1 о взыскании убытков, указано, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 03.11.2022 по делу № А40-116924/2022 в период руководства ответчиком деятельностью ООО «НПО «Дельта Газ» хозяйственная деятельность Общества осуществлялась со значительным положительным финансовым результатом.

Кроме того, суд учитывает, что ООО «НПО «Дельта Газ» не осуществило выплату дивидендов наследникам ФИО4 и после смены генерального директора ФИО1 03.03.2022, в результате чего 16.11.2022 был инициирован иск по делу №А40-251177/2022, рассмотрение которого окончилось принятием решения суда.

При этом как пояснил ответчик, на счетах общества было достаточно денежных средств для выплаты дивидендов, доказательств того, что ответчиком они скрывались или отсутствовали на счете суду не представлено и данные обстоятельства истцом ответчику в вину как убытки не вменяются.

Довод истца о том, что ФИО4 и ответчик являлись аффилированными лицами, судом отклоняется, поскольку истцом не представлено доказательств в подтверждение данного факта как и доказательств, подтверждающих, что ответчик каким-либо образом оказывал влияние на принятие ФИО4 решений, касающихся деятельности Общества.

Доводы истца о возможности исполнения ответчиком обязательств по выплате дивидендов посредством депозита нотариуса в данном случае также не свидетельствует о вине ответчика, учитывая платность данной услуги и проявленную самим ООО «НПО «Дельта Газ» временную неопределенность по вопросу выплаты денежных средств наследникам умершего участника после смены генерального директора - ответчика, длительность которой также могла бы явиться основанием для предъявления убытков, но уже по причине использования ответчиком платной услуги нотариуса.

Принимая во внимание, что доказательств недобросовестности в действиях ответчика истцом не представлено, а указанные истцом обстоятельства не позволяют квалифицировать действия ответчика как недобросовестные и неразумные, учитывая, что не усматривается причинно-следственной между действиями ответчика как генерального директора общества и наличием убытков в заявленном истцом размере, которые могли бы быть возложены на бывшего генерального директора общества, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

С учетом изложенного суд считает, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих недобросовестность и неразумность действий (бездействий) ответчика. Представленные истцом доказательства не свидетельствуют о причинении ФИО1 как Генеральным директором ООО «НПО «Дельта Газ» убытков, представленные истцом доказательства не могут быть приняты судом в качестве допустимых доказательств, подтверждающих исковые требования.

Статьей 65 АПК РФ предусмотрено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства на которые оно ссылается, как на основание своих требований и возражений.

Кроме того, ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно п. 1 ст. 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения (п. 2 ст. 199 ГК РФ). Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В силу ст. 201 ГК РФ перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

Заявляя о пропуске срока исковой давности, ответчик связывает начало его исчисления с правами бывшего участника ФИО4 по вопросу выплаты дивидендов, которые не тождественны правам ООО «НПО «Дельта Газ», с нарушением которых последнее связывает предъявление настоящего иска.

С учетом изложенного, правовых оснований для удовлетворения иска у суда не имеется.

Расходы по оплате государственной пошлины по иску распределяются в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 4, 9, 27,  33,  41, 49, 63-65, 71, 110, 112, 121, 122, 123, 156, 167-171, 176, 180, 181, 225.1 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в иске отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


СУДЬЯ:                                                                                                Н.В. Бушмарина