Постановление от 7 марта 2019 г. по делу № А46-9178/2015

50/2019-10280(1)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ г. Тюмень Дело № А46-9178/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 06 марта 2019 года. Постановление изготовлено в полном объёме 07 марта 2019 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Лаптева Н.В.,

судей Бедериной М.Ю., Мелихова Н.В. –

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Макерова Вячеслава Сергеевича на определение Арбитражного суда Омской области от 21.10.2018 (судья Горобец Н.А.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2018 (судьи Зорина О.В., Смольникова М.В., Тетерина Н.В.) по делу № А46-9178/2015 о признании общества с ограниченной ответственностью «Коралл и Ко» (ИНН 5501047190, ОГРН 1025500527194, далее – общество «Коралл и Ко», должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего Киселевского Константина Викторовича к Третьяку Андрею Алексеевичу, Макерову Вячеславу Сергеевичу о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд установил:

решением Арбитражного суда Омской области от 17.09.2013 общество «Коралл и Ко» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное


производство по упрощённой процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утверждён Киселевский Константин Викторович.

Киселевский К.В. обратился в арбитражный суд с заявлением к Третьяку Андрею Алексеевичу и Макерову Вячеславу Сергеевичу о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 684 158 859,19 руб.

Определением Арбитражного суда Омской области от 21.10.2018 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично:

признано установленным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника: Макерова В.С. по абзацу третьему пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), Третьяка А.А. по абзацу третьему и четвёртому пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве;

приостановлено производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении Макерова В.С. и Третьяка А.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника до окончания расчётов с кредиторами;

выделено в отдельное производство требование конкурсного управляющего о привлечении Макерова В.С. и Третьяка А.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Макерова В.С. и Третьяка А.А. на основании пункта 3 статьи 10 Закона о банкротстве, Макерова В.С. на основании абзаца четвёртого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2018 определение арбитражного суда от 21.10.2018 оставлено без изменения.


Макеров В.С. обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение арбитражного суда от 21.10.2018 в части признания установленными оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостановления производства по обособленному спору до окончания расчётов с кредиторами, отменить постановление апелляционного суда от 20.12.2018, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должником о привлечении его к субсидиарной ответственности по абзацу третьему пункта 4 статьи 10 Закона о банкротства.

Несогласие с судебными актами Макеров В.С. мотивировал тем, что:

- все решения, касающиеся деятельности должника, принимались без его участия, единолично Третьяком А.А.;

- не совершал действий, направленных на получение личной выгоды от деятельности общества «Коралл и Ко», не оказывал определяющего влияния на деятельность должника;

- отсутствует умысел на причинение вреда должнику, задолженность перед кредиторами возникла в связи с неисполнением должником своих обязательство вследствие тяжёлого материального положения, недостаточности имущества и денежных средств, обусловленных упадком оборота и увеличением процентных ставок по кредитам, финансовым кризисом, неблагоприятной рыночной конъюнктурой и другими объективными обстоятельствами;

- конкурсным управляющим не указаны действия (бездействие) Макерова В.С., которые привели к неплатёжеспособности должника, не доказана причинно-следственная связь между ними, а также согласованность действий Третьяка А.А. и Макерова В.С.

По мнению подателя жалобы, ничем обоснованны выводы апелляционного суда о наличии у него возможности способствовать возврату имущества должника в конкурсную массу.


Оспаривая доводы кассационной жалобы, публичное акционерное общество «Промсвязьбанк» (далее – общество «Промсвязьбанк», Банк), представило отзывы, в которых просило обжалуемое определение арбитражного суда от 21.10.2018 и постановление апелляционного суда от 20.12.2018 оставить без изменения, как соответствующие действующему законодательству.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального права и соблюдение процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, Третьяк А.А. является единственным участником общества «Коралл и Ко» с 18.10.2013; руководителями должника были назначены: Макеров В.С. в период с 23.01.2011 по 17.06.2015, Третьяк А.А. с 18.06.2015 до введения процедуры банкротства.

По данным бухгалтерского баланса обществом «Коралл и Ко» остатки товарной продукции (в том числе винно-водочная продукция) по состоянию на 31.12.2014 и 31.03.2015 соответственно составляли 211 154 891 руб., 191 775 259 руб. (согласно приложенным бухгалтерским балансам должника за 2014 года и 1 квартал 2015 года – строка «Запасы», оборотно-сальдовым ведомостям – счёт 41 «Товары»).

При этом в 2013 – 2015 годах общества «Коралл и Ко» в лице директора Макерова В.С. совершены сделки, которые привели к возникновению убытков и отчуждению товарной продукции.

В частности, в мае и июне 2015 года общества «Коралл и Ко» осуществило возврат оплаченного товара стоимостью не менее 68 998 000 руб. поставщику – обществу с ограниченной ответственностью «Игар и Ко» (далее – общество


«Игар и Ко»), которое согласно акту инвентаризации от 23.11.2015 уже имело дебиторскую задолженность перед должником в размере 120 037 468,41 руб.

Кроме того, между обществом с ограниченной ответственностью «Континент-2004» (застройщик, далее – общество «Континент-2004») и обществом «Коралл и Ко» (инвестор) заключён договор от 15.03.2006 об инвестиционной деятельности, по условиям которого инвестор участвует в строительстве торгово-офисного здания, расположенного по адресу: город Омск, улица Проспект Мира, дом 98 корпус 1 (далее – объект инвестиций), с учётом дополнительного соглашения от 05.12.2014 № 2 в размере 44 018 686,87 руб.

На основании дополнительного соглашения от 21.12.2014 № 3 к договору от 15.03.2006 об инвестиционной деятельности проведена замена инвестора общества «Коралл и Ко» правопреемником обществом с ограниченной ответственностью «Коралл плюс» (далее – общество «Коралл плюс»), который обязался компенсировать должнику вложенные инвестиции в размере 44 018 686,87 руб.

На основании договора уступки требования от 30.12.2015 общество «Коралл плюс» уступило Дроздецкому Дмитрию Александровичу права требования к обществу «Континент-2004» в отношении объекта инвестиций.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 09.11.2017 признаны недействительными: договор уступки права требования от 30.12.2015, заключённый между обществом «Коралл плюс» и Дроздецким Д.В.; дополнительное соглашение от 21.12.2014 № 3 к договору об инвестиционной деятельности от 15.03.2006, заключённое между обществом «Континент-2004», обществом «Коралл и Ко» и обществом «Коралл плюс» по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве, как подозрительные сделки, совершённые с причинением вреда имущественным правам кредиторов, так как рыночная цена объекта инвестиций составила 52 310 000 руб.

Также указанным судебным актом применены последствия недействительности сделок в виде возложения на Дроздецкого Д.А.


обязанности возвратить в конкурсную массу общества «Коралл и Ко» объект инвестиций.

Макеров B.C. в качестве директора общества «Коралл и Ко» подписал договор от 15.03.2006 об инвестиционной деятельности и дополнительное соглашение от 21.12.2014 № 3 к нему, в соответствии с которым незаконно отчуждены обществу «Коралл плюс» и Дроздецкому Д.А. имущественные права должника.

Единственным участником общества «Коралл и Ко» принято решение о реорганизации должника в форме выделения и создания общества «Коралл плюс» (протокол от 18.10.2013 № 1). Согласно указанному протоколу в состав участников общества «Коралл плюс» входит Дроздецкий Д.А. с долей 100 % уставного капитала.

В Единый государственный реестр юридических лиц 03.03.2014 внесена запись № 1145543009787 о регистрации юридического лица – общества «Коралл Плюс» и постановкой его на налоговый учёт.

Согласно протоколу от 24.02.2014 № 2 общего собрания участников общества «Коралл и Ко», которым был утверждён разделительный баланс на 24.02.2014, должник передал вновь созданному обществу «Коралл Плюс»: основные средства и земельный участок на общую сумму 11 793 469,96 руб., дебиторскую задолженность к контрагентам на общую сумму 5 800 145,87 руб., кредиторскую задолженность на сумму 434 265,13 руб.

Макеров B.C. в качестве директора ООО «Коралл и Ко» подписал разделительный баланс по состоянию на 24.02.2014.

Доля в уставном капитале общества «Коралл и Ко» приобретена Дроздецким Д.А. по номинальной стоимости, оценка рыночной стоимости доли не проводилась, отсутствуют факты передачи Дроздецким Д.А. имущества, оборудования, товарной продукции в целях обеспечения деятельности должника, повышения результатов его финансово-хозяйственной деятельности должника.


Реорганизация общества «Коралл и Ко» и передача (наделение) обществу «Коралл плюс» объектами недвижимости и ликвидной дебиторской задолженностью проведены Макеровым В.С. при наличии признаков недостаточности имущества должника, в целях вывода и сокрытия его ликвидного имущества на общую сумму 17 593 615,83 руб., недопущения обращения взыскания на имущество должника в рамках исполнительного производства, либо недопущения включения указанного имущества в конкурсную массу при банкротстве.

По заявлению конкурсного управляющего указанная сделка определением Арбитражного суда Омской области от 31.01.2018 по настоящему делу признана недействительной по основаниям, изложенным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как сделка, совершённая с целю причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу общества «Коралл и Ко» отчуждённого имущества (объектов недвижимости), взыскания с общества «Коралл плюс» в пользу должника дебиторской задолженности в размере 5 799 249,89 руб., взыскания с общества «Коралл плюс» в пользу общества «Коралл и Ко» стоимости переданного 47/100 долей нежилого помещения (арматурный цех, расположенный по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, город Сургут, улица Западная, 5, сооружение 10) в сумме 4 525 280,90 руб.

В результате совершения указанных сделок общество «Коралл и Ко» лишилось ликвидного имущества на общую сумму 69 903 615,83 руб., которое не попало в конкурсную массу должника, и кредиторы фактически утратили возможность получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счёт переданного обществу «Коралл плюс» имущества.

Ссылаясь на то, что общество «Коралл и Ко» признано несостоятельным (банкротом) вследствие совместных действий и бездействия контролирующих должника лиц Третьяка А.А. и Макерова В.С., причинивших вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этими лицами


либо одобрения нескольких подозрительных сделок, Третьяк А.А. не передал документы бухгалтерского учёта и (или) отчётности должника в полном объёме, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с указанным заявлением.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего частично, суд первой инстанции руководствовался положениями статьи 2, абзацев третьего и четвёртого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ) с учётом разъяснений, изложенных в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», статьями 56, 1064, 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – Гражданский кодекс), пункта 3 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее по тексту – Закон об обществах), и исходил из того, что Третьяк А.А. и Макеров В.С., являющиеся лицами, контролирующими общество «Коралл и Ко», указанными совместными действиями по заключению сделок с признаками подозрительности привели к банкротству должника, что является основанием для привлечения этих лиц к субсидиарной ответственности солидарно.

Приостанавливая производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении Третьяка А.А. и Макерова В.С. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании абзаца 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве до окончания расчётов с кредиторами, суд первой инстанции обоснованно указал на то, что конкурсная масса должника не сформирована.

Апелляционный суд согласился с выводом арбитражного суда.


Выводы арбитражного суда первой и апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и применённым нормам права.

Так, в абзаце втором пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса (в редакции, действовавшей в спорный период) и пункте 3 статьи 3 Закона об обществах содержится общая норма о субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью его участника, который имеет право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеет возможность определять действия организации, в ситуации, когда несостоятельность (банкротство) хозяйственного общества вызвана таким участником и имущества юридического лица недостаточно для проведения расчётов с кредиторами.

Аналогичное правило закреплено в настоящее время в абзаце первом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве и согласуется с правовой позицией Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 22 совместного постановления от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

По смыслу названных положений закона необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершённых подконтрольной организацией, результатом которых стала её несостоятельность (банкротство).

Поскольку суды установили обстоятельства, указывающие на умысел в действиях контролирующих должника – участника и руководителя на совершения сделок с признаками подозрительности по выводу имущества должника с причинением вреда имущественным правам кредиторов и доведения должника до банкротства, заявление удовлетворено правомерно.


С учётом изложенного, определение арбитражного суда первой инстанции и постановление апелляционного суда приняты с правильным применением норм материального права и соблюдением норм процессуального права.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, о неправильном применении судом апелляционной инстанции статьи 10 Закона о банкротстве и статьи 15 Гражданского кодекса ошибочны и основаны на неверном толковании заявителем указанных норм права.

Из системного толкования абзаца второго пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса, пункта 3 статьи 3 Закона об обществах и пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно- следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершённых подконтрольной организацией, результатом которых стало её банкротство (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2016 № 46-КГ15-34).

Такие фактические обстоятельства установлены судами в результате полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено, в связи с чем, оснований для иной оценки доказательств и удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Доводы заявителей кассационной жалобы были предметом надлежащей оценки апелляционного суда, в том числе и доводы о равноценности встречного предоставления ответчиками, не опровергают его выводов, выражают несогласие с ними и направлены на иную оценку, что согласно статье 286, части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены обжалуемых


судебных актов не имеется, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Омской области от 21.10.2018 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2018 по делу № А46-9178/2015 оставить без изменения, а кассационную жалобу Макерова Вячеслава Сергеевича без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Н.В. Лаптев

Судьи М.Ю. Бедерина

Н.В. Мелихов