Решение от 10 марта 2025 г. по делу № А13-1710/2023

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  ВОЛОГОДСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Герцена, д. 1 «а», Вологда, 160000


Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А13-1710/2023
город Вологда
11 марта 2025 года



Резолютивная часть решения  объявлена 25 февраля 2025 года.

Текст решения в полном объеме изготовлен 11 марта 2025  года.


Арбитражный суд Вологодской области в составе судьи Дегтяревой Е.В. при ведении протокола судебного заседания  секретарем судебного заседания Кутурминой Н.А., рассмотрев в судебном заседании материалы дела по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «Вагонная ремонтная компания-1» о взыскании 24 200 108 руб. и по встречному иску акционерного общества «Вагонная ремонтная компания-1» к обществу с ограниченной ответственностью «Краснодарская тепловозная компания», обществу с ограниченной ответственностью «Северо-Западная тепловозная компания» о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, с участием в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Северо-Западная тепловозная компания»,

при участии от истца - ФИО2 по доверенности от 27.12.2022, от ООО «КТК» - ФИО2 по доверенности от 10.12.2022, от ответчика - ФИО3 по доверенности от 05.06.2024, ФИО4 по доверенности от 01.10.2024, экспертов ФИО5, ФИО6,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Краснодарская тепловозная компания» (ОГРН: <***>; далее – ООО «КТК») обратилось в Арбитражный суд Вологодской области с исковым заявлением к акционерному обществу «Вагонная ремонтная компания-1» (ОГРН: <***>; далее – АО «ВРК-1») о взыскании убытков в размере 18 910 129 руб.

Определением суда от 17 апреля 2023 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Северо-Западная тепловозная компания» (ОГРН: <***>, далее - ООО «СЗТК»).

Определением суда от 03 ноября 2023 года по делу назначена судебная экспертиза, проведение экспертизы поручено экспертам общества с ограниченной ответственностью «Диагностика и экспертиза  подвижного состава» ФИО5, ФИО6, производство по делу приостановлено до получения материалов дела из экспертной организации.

Материалы дела № А13-1710/2023 с заключением эксперта поступили в суд.

Суд протокольным определением в соответствии со статьей 146 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) возобновил производство по делу.

Определением суда от 11 апреля 2024 года принято уточнение исковых требований, согласно которому ООО «КТК» просило взыскать с ответчика денежные средства в размере 27 000 000 руб.

Определением суда от 30 августа 2024 года в одном производстве с первоначальным  исковым заявлением принято встречное исковое заявление АО «ВРК-1» к ООО «КТК» и ООО «СЗТК» о признании недействительным (ничтожным) договора купли-продажи тепловоза ЧМЭ-2 № 260, заключенного 23.07.2022 между ООО «КТК» и  ООО «СЗТК»; о применении последствий недействительности сделки в виде аннулирования расчетов, произведенных по пункту 2.2 договора купли-продажи тепловоза ЧМЭ-2 № 260, заключенного 23.07.2022 между ООО «КТК» и ООО «СЗТК»  и перехода прав требований, указанных в пункте 1.2 указанного договора от ООО «СЗТК» к ООО «КТК».

Определением суда (резолютивная часть) от 25 февраля 2025 года произведена замена истца ООО «КТК» на его правопреемника ФИО1 (далее – истец).

В судебном заседании истец заявил об уточнении исковых требований и просил взыскать с ответчика денежные средства в размере  24 200 108 руб.

Уточнение первоначальных  исковых требований в порядке статьи 49 АПК РФ принято судом.

В обоснование исковых требований истец ссылается на ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по договору аренды, выразившееся в возвращении объекта в состоянии, не соответствующим условиям  договора, в  результате действий ответчика требуется восстановительный ремонт. Исковые требования основывает на  статьях 15, 309, 310, 393, 622 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Встречные требования считает необоснованным.

Представитель истца в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме. В удовлетворении требований АО «ВРК-1» просил отказать.

Ответчик в отзыве на иск его представители в судебном заседании  считают  исковые требования истца необоснованными, полагают, что истцом не доказан факт возврата имущества в состоянии не соответствующим условиям  договора. Встречные требования к ООО «КТК» и  ООО «СЗТК» поддержал.

ООО «КТК» и его представитель в судебном заседании считают исковые требования ФИО1 обоснованными, в иске АО «ВРК-1» просили  отказать.

ООО «СЗТК» в отзыве на иск требования истца считают обоснованными, в иске АО «ВРК-1» просит отказать.

В судебном заседании 03.02.2025 в порядке статьи 163 АПК РФ судом объявлялся перерыв до  15 час. 40 мин. 13.02.2025. Информация о перерыве размещена на официальном сайте суда в сети Интернет по адресу: http://vologda.arbitr.ru.

В судебном заседании 13.02.2025 в порядке статьи 163 АПК РФ судом объявлялся перерыв до  16 час. 00 мин. 25.02.2025. Информация о перерыве размещена на официальном сайте суда в сети Интернет по адресу: http://vologda.arbitr.ru.

ООО «СЗТК», надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного заседания до и после перерыва, представителей не направило, в связи с чем дело рассмотрено в порядке статьи 156  АПК РФ в отсутствие его представителей.

Ответчиком заявлено ходатайство о приостановлении производства по делу  до принятия решения по заявлению о преступлении  от 06.02.2025                     № ВВРЗ-103 (КУСП № 278).

Ходатайство рассмотрено судом в порядке статьи 159 АПК РФ  и отклонено, поскольку по смыслу статей 143 и 144 АПК РФ  рассмотрение  заявления о преступлении  не является основанием для приостановления производства по делу в арбитражном суде.

Ходатайство о дополнительной экспертизе снято ответчиком в судебном заседании. 

Исследовав материалы дела, заслушав представителей  ФИО1, ООО «КТК», АО «ВРК-1»,  арбитражный суд считает исковые требования ФИО1 подлежащими  удовлетворению, исковые требования АО «ВРК-1» к ООО «КТК», ООО «СЗТК»  не подлежащими удовлетворению.

Как следует из материалов дела,  01.12.2016 года между ООО «СЗТК» (арендодатель) и АО «ВРК-1»  (арендатор) был заключен договор № 436-ю/16 аренды тепловоза (далее – договор).

Согласно пункту 1.1. договора арендодатель обязался передать, а арендатор обязался принять за плату во временное владение и пользование (аренду) тепловоз серии ЧМЭ-2 № 260, принадлежащий арендодателю на законных основаниях.

В соответствии с пунктом 1.3. договора тепловоз предоставляется в аренду арендатору для использования на железнодорожных путях необщего пользования. Арендатор обязан информировать арендодателя о месте нахождения тепловоза в течение всего срока аренды.

Пунктом 2 дополнительного соглашения от 26.12.2017 сторонами  согласовано, что настоящий договор вступает в силу с момента его подписания обеими сторонами и действует до 31 декабря 2018 года. В случае, если ни одна из сторон за 30 (тридцать) календарных дней  до окончания срока действия договора не заявит о его прекращении или изменении, договор считается продленным на каждый следующий календарный год на тех же условиях. Условия настоящего договора распространяются на отношения сторон, возникшие с  01 декабря 2016 года.

Согласно пункту 2 договора аренды арендатор обязался: не допускать порчи Тепловоза в результате своей деятельности, обеспечивать сохранность Тепловоза.

Пунктом 2.8 договора установлена обязанность арендатора в случае досрочного расторжения Договора, а также по окончании срока действия Договора, передать Арендодателю Тепловоз по Акту приема-передачи в исправном состоянии с учетом нормативного износа. Если в ходе вывода из аренды Тепловоза обнаруживаются неисправности и прочие замечания, отраженные в Акте приема-передачи, и возникшие по вине арендатора, то арендатор обязуется за свой счет устранить эти выявленные неисправности и недостатки, независимо от истечения срока действия договора, в согласованные с арендодателем сроки.

Согласно пункту 7.2 договора в случае возврата арендованного тепловоза поврежденным или при его гибели по вине арендатора, арендатор обязан возместить арендодателю стоимость запасных частей (деталей) и ремонта арендованного тепловоза или его фактическую стоимость согласно экспертной оценке. Исправления указанных повреждений осуществляется арендатором или арендодателем за счет арендатора.

Арендатор согласно пункту  5.1 договора обязался использовать Тепловоз в соответствии с техническими нормами эксплуатации.

Согласно акту приема-передачи тепловоза в аренду от 01.12.2016 года тепловоз передан арендатору полностью укомплектованным и в технически исправном состоянии.

Тепловоз 21.07.2022 был возвращен арендодателю по акту приема передачи.

Согласно акту от 21.07.2022 в результате осмотра  выявлены следующие неисправности:

-  тепловоз находится в пожароопасном состоянии – шахта холодильника, отсек управления,  дизель, отсек главного генератора залиты маслом;

- оборваны два болта крепления  гидромуфты;

- люфт в крестовинах карданного вала провода вентилятора холодильника;

- течь масла по уплотнениям выхлопного коллектора;

- люфт направляющей  впускного клапана  в крышке 60-го цилиндра;

- имеются задиры на коллекторе главного генератора;

- оборвана и отсутствует передняя левая  приемная катушка АСЛН;

- погнута передняя левая  лестница подъема на тепловоз;

- деформированы и погнуты  передний и задний путеочиститель (метельник) тепловоза;

- износ деталей тормозной  рычажной  передачи (задняя тележка регулировке не подлежит);

-  деформирован кронштейн  шапки МОП для крепления кожуха зубчатой 1-ого КМБ;

- не проводились плановые периодические ремонты (ТР-1, ТР-2, ТР-3)

В данном случае  при получении арендодателем тепловоза было обнаружено, что его состояние не отвечает условиям заключенного договора, так как в отношении арендованного имущества установлен ряд явных недостатков.

В особом мнении в акте от 21.07.2022 ответчик указал, что выявленные неисправности не влияют на техническую исправность тепловоза, тепловоз находится в том же состоянии, что на момент передачи в аренду, срок эксплуатации тепловоза истек.

Ненадлежащее содержание арендуемого имущества со стороны арендатора повлекло убытки арендодателя в виде стоимости ремонта.

Согласно смете затрат на проведение ремонта размер расходов на проведение требуемого ремонта составил  18 910 129 руб.

Права арендодателя, вытекающие из вышеуказанного договора аренды, переданы ООО «СЗТК» вместе с продажей тепловоза истцу ООО «КТК» по договору купли-продажи от 23.07.2022 (далее – договор купли-продажи). По условиям данного договора также переданы права требования о возмещении убытков, ущерба (пункт 1.1.2. договора купли-продажи).

Полагая, что договорные отношения с ответчиком прекращены, объект аренды арендодателю возвращен в состоянии, не соответствующим условиям договора, и в результате действий арендатора требует восстановительного ремонта, истец направил ответчику претензию с требованием оплаты стоимости восстановительного ремонта поврежденного имущества.

Поскольку претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, истец обратился с настоящим иском в суд.

Согласно статье 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В соответствии с пунктом 1 статьи 611 ГК РФ арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества. Арендодатель отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, полностью или частично препятствующие пользованию им, даже если во время заключения договора аренды он не знал об этих недостатках (пункт 1 статьи 612 ГК РФ).

При обнаружении таких недостатков арендатор вправе по своему выбору: потребовать от арендодателя либо безвозмездного устранения недостатков имущества, либо соразмерного уменьшения арендной платы, либо возмещения своих расходов на устранение недостатков имущества; непосредственно удержать сумму понесенных им расходов на устранение данных недостатков из арендной платы, предварительно уведомив об этом арендодателя; потребовать досрочного расторжения договора. Арендодатель, извещенный о требованиях арендатора или о его намерении устранить недостатки имущества за счет арендодателя, может без промедления произвести замену предоставленного арендатору имущества другим аналогичным имуществом, находящимся в надлежащем состоянии, либо безвозмездно устранить недостатки имущества.

Пунктом 1 статьи 615 ГК РФ предусмотрена обязанность арендатора пользоваться арендованным имуществом в соответствии с условиями договора аренды, а если такие условия в договоре не определены, в соответствии с назначением имущества. При прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором. Если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки (статья 622 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно статье 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15). Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение положений Гражданского кодекса Российской Федерации о возмещении убытков разъяснено в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7).

Согласно пункту 12 Постановления № 25 по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Как указано в пункте 5 Постановления № 7, по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Под причинной связью понимается объективно существующая связь между явлениями, при которой одно явление (причина) предшествует во времени другому (следствию) и с необходимостью порождает его, причинная связь должна быть прямой (непосредственной).

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства (пункт 4 Постановления № 7).

Исходя из приведенных выше норм права и разъяснений по их применению, иск о взыскании убытков может быть удовлетворен при доказанности всей совокупности элементов: наличия убытков, нарушения ответчиком обязательства или причинения вреда, причинной связи между возникшими убытками истца и поведением ответчика. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований. Размер убытков, определяется с достаточной степенью его достоверности.

Возражая против иска, ответчик не согласен с размером убытков.

Определением суда от 03 ноября 2023 года  по ходатайству истца по делу назначена  судебная  экспертиза, проведение которой поручено экспертам общества с ограниченной ответственностью «Диагностика и экспертиза  подвижного состава» ФИО5, ФИО6.

Перед экспертами поставлен вопрос: какова стоимость восстановительного ремонта  тепловоза ЧМЭ-2    № 260 до приведения его в нормативное состояние с учетом стоимости  запасных частей и деталей, а также с учетом износа?

В материалы дела поступило заключение независимой экспертизы от 20.12.2023 № 100-40-12.2023.

Согласно заключению экспертом установлено, что в отношении тепловоза в период аренды не проведены ремонты в соответствующих объемах (ТР-1, СР, ТР-2, ТР-3).

В результате этого установлено:

тормозная система тепловоза в критическом состоянии, втулки маятниковых подвесок изношены на 70-90%%, а в отдельных местах отсутствуют (полный износ с выпаданием из мест запрессовки), из-за чего наблюдается повышенный износ валиков тормозной рычажной передачи тепловоза на 80%,  имеет место изгиб отдельных кронштейнов маятниковой подвески вплоть до излома (Фотоматериалы заключения фото №№4-6);

на фрикционных гасителях колебаний износ резиновых втулок 70-90% на отдельных полный износ втулок, что сводит действия от работы гасителей к «0» (Фотоматериалы заключения фото №№5,7,8);

состояние колесных пар требует их немедленной замены из-за наличия остроконечного наката, одностороннего износа гребней колесных пар. Общего увеличения ширины бандажа в результате раздавливания, неравномерного проката, неравномерный круговой наплыв металла на фаску, местноеуширение обода, наличие закатывающихся ползунов и наваров, трещины и выщербины в сочетании с раздавливанием обода (Фотоматериалы заключения фото №№9);

состояние   тяговых   двигателей,    главного    генератора,   двигателя    мотор-компрессора    можно охарактеризовать как сильно запущенное, наличие рисок более 0,5мм на роторной части, затянутые медью межламельные    пространства    (приводит    к    круговому    огню    и    отключению    приборов    защиты), необработанные    петушки    ламелей,    износ    щеток,    выше    нормы    контрольные    риски    на    щетках, предупреждающие об  критическом   износе  находятся  ниже уровня  окна  щеткодержателя,  наличие  на смотровых люках кусков защитного слоя якоря (меканита) говорит о начале развала защитного слоя якоря (возможно возгорание на электрической машине) (Фотоматериалы заключения фото №№10,11);

приборы контроля за работой локомотива и приборы безопасности не проходили ни одной проверки - отсутствует клеймо о проверке (наносится на стекло прибора несмывающейся краской с датой проверки и № клейма исполнителя - работника ДЦСМ (дорожного центра стандартизации и метрологии  где и проводят   ремонт   и    поверку    приборов),   оборваны    приемные   катушки    АЛСН   (Автоматической локомотивной сигнализации один из приборов системы безопасности локомотива) излом кронштейнов установки катушек на метельнике локомотива (возможно в следствии схода локомотива) (Фотоматериалы заключения  фото №№12,5);

автосцепки не проверялись шаблонами, на передней автосцепке провис больше нормы как следствие излома  фрикционного  аппарата   и   повышенного  износа тягового  хомута  (возможен  саморасцеп   при производстве маневровых работ с вагонами предприятия) (Фотоматериалы заключения фото №№ 14,15);

износ   тормозных   колодок   выше   критического,   отдельные   тормозные   колодки   изломаны   и торможение  происходит тормозными  башмаками  в  которые устанавливается  тормозная  колодка,   что приводит к повышенному износу бандажей колёсных пар (Фотоматериалы заключения  фото №№ 16,  17);

на дизеле сильные протечки масла из-за повреждения или «рассыхания» прокладок.

Эксперт пришел к  выводу, что до приведения тепловоза  в нормативное состояние необходимо проведение ремонтных работ в объеме капитального ремонта.

Стоимость восстановительного ремонта тепловоза  до приведения его в нормативное состояние составляет 27 000 000 руб.

В связи с возражениями ответчика относительно проведенной судебной экспертизы в судебное заседание вызывались эксперты ФИО5, ФИО6

На вопросы сторон и суда: привели ли выявленные дефекты тепловоза, указанные в акте возврата имущества от 21.07.2022, к необходимости проведения именно капитального ремонта, эксперты указали, что дефекты, указанные в акте от 21.07.2022, соответствуют тем неисправностям, которые были установлены при проведении экспертизы. В связи с этим нет оснований полагать, что тепловоз на 21.07.2022 находился в существенно ином состоянии, чем установлено при производстве экспертизы. Поэтому указанные в акте от 21.07.2022 дефекты также свидетельствовали о необходимости проведения восстановительного ремонта в объеме капитального ремонта.

На вопрос: обосновать какими нормативами установлен объем капитального ремонта тепловоза ЧМЭ2 и именно нормативный объем включен в коммерческие предложения, которые приняты экспертами при расчете убытков, эксперт указал, что объем капитального ремонта установлен Правилами капитальных ремонтов КР-1, КР-2 тепловозов ЧМЭ2, ЧМЭ3 от 17.02.1981 №ЦТ/ЦТВР/3963. В полученных коммерческих предложениях указано, что приведенная в них стоимость - это стоимость именно капитального ремонта. В связи с этим нет оснований полагать, что указана стоимость какого-либо другого вида ремонта. Профессиональные участники рынка, используя понятия текущего, среднего или капитального ремонта, имеют в виду именно нормативно установленные объемы ремонта. Если требуется иной ремонт, то данные термины не используются, а указывается стоимость ремонта конкретных частей (узлов, агрегатов). Это подтверждается и тем фактом, что на запросы эксперта были получены ответы. В случае неясности объема работ, последовали бы запросы с просьбой конкретизировать перечень ремонтных работ. Таких ответов (запросов) от ремонтных организаций не последовало в связи с полной ясностью запрашиваемого объема работ.

На вопрос: обосновать, что не проведение ремонта тепловоза в объеме ТР-1, ТР-2, ТР-3 в сроки приводит к необходимости проведения капитального ремонта, срок которого еще не наступил, эксперт указал, что необходимость ремонта в объеме именно капитального ремонта была обусловлена эксплуатацией тепловоза при отсутствии периодических ремонтов (ТР-1, ТР-2, ТР-3). Также было указано, что пропуск периодического ремонта или нарушение срока его проведения сами по себе не приводят к неисправности тепловоза. Не проведение периодических ремонтов в срок может приводить к повышенному износу тепловоза. Неисправность тепловоза и необходимость ремонта именно в объеме КР (капитального ремонта) определена в ходе осмотра, который был проведен экспертом при производстве экспертизы. Таким образом, сочетание именно двух факторов: эксплуатация тепловоза при одновременном длительном отсутствии периодических ремонтов привела к такой степени его износа, которая на момент осмотра тепловоза указывает на необходимость капитального ремонта для приведения его в нормативное состояние. В связи с этим является необоснованным  указание, что пропуски срока ремонта сами по себе приводят к необходимости проведения капитального ремонта, срок которого еще не наступил. В данном случае  восстановительный ремонт  тепловоза в нормативное состояние необходим в объеме капитального ремонта.

На вопрос: обосновать определение необходимости проведения капитального ремонта путем визуального осмотра, эксперт указал, что выводы эксперта основаны не только на визуальном, но и на инструментальном (неразрушающем) контроле тепловоза. Соответственно именно наличие совокупности измерений и визуально установленных дефектов позволяет эксперту с учетом результатов осмотра тепловоза сделать вывод о необходимости капитального ремонта.

Возражая против экспертного заключения, ответчик указывает на то, что при проведении экспертизы эксперт руководствовался данными о последнем ремонте в техническом паспорте в 2015 году. Ссылается на  ответ   ООО «СТМ-Сервис» от 01.03.2024 № ЯРС-17/135, полученный на запрос ответчика,  согласно которому указано, что тепловоз не проходил  каких-либо  текущих ремонтов в указанный период.

Вместе с тем в ходе рассмотрения дела сторонами проведен осмотр тепловоза. Согласно акту  осмотра с применением средств фото-фиксации от 07.06.2024 (т. 4 л.д. 19) имеются клейма  о проведении ремонтов в 2010, 2013, 2015 годах, о чем представлены фотоматериалы (т. 4 л.д. 8-16). Данные клейма подтверждают факт проведения ремонтов, сведения о которых содержатся в техническом паспорте на спорный тепловоз.

Наличие указанных клейм также подтвердил эксперт в ходе судебного заседания.

Представленный ответ не принимается  судом, поскольку факт проведения ремонтов подтверждается экспертным исследованием и представленным осмотром сторон. При этом  запрос получен ответчиком самостоятельно, без участия  сторон, без извещения суда.

Ответчиком также заявлено, что  срок службы  спорного тепловоза истек в 2013 году, то есть до передачи его в аренду, следовательно, выводы эксперта являются необоснованными.

Эксперт указал, что действительно тепловоз имеет определенный срок службы, но вместе с тем с учетом норм периодического технического обслуживания и ремонтов тепловоза срок службы тепловоза продлевается. При принятии тепловоза в аренду ответчик не заявлял о технической неисправности тепловоза, согласно акту приема в аренду тепловоз передан в технически и нормативно исправном состоянии. Спорный тепловоз в период аренды эксплуатировался ответчиком. Согласно техническому паспорту ремонты до передачи в аренду ответчику проводились, что исключает истечение срока службы тепловоза. Периодичность ремонтов,  проведенных  и подлежащих проведению, согласно нормативу определен экспертом в заключении (т. 2 л.д. 149).

Ответчиком также заявлено, что при проведении экспертизы экспертом необоснованно применено коммерческое предложение АО «МЛРЗ «Милорем», поскольку коммерческое предложение дано в отношении тепловоза ЧМЭ 3.

В письменных объяснений ответчик приводит данные из книги «Тепловозы ЧМЭ3 и ЧМЭ2», 1975 г., авторы  Б.С. Швайнштейн, ФИО7, ФИО8, делая вывод о том, что между Тепловозами ЧМЭ2 и ЧМЭ3 имеются различия и они не являются идентичными.

Данный довод не имеет правового значения, так как не указывает на незаконность либо необоснованность каких-либо выводов экспертов, которыми ранее при ответах на запросы суда аналогично отмечалось, что данные тепловозы имеют различия в запасных частях, связанные с увеличением мощности тепловоза, но при этом для целей проведения оценочной экспертизы ЧМЭ2 и ЧМЭ3 могут быть признаны аналогами друг друга и использованы для оценки стоимости восстановительного ремонта.

Экспертом указано, что в соответствии со статьей  14 Приказа Минэкономразвития России от 01.06.2015 № 328 «Об утверждении Федерального стандарта оценки «Оценка стоимости машин и оборудования (ФСО № 10)»  (далее – ФСО № 10) указано, что точной копией объекта оценки для целей оценки машин и оборудования признается объект, у которого совпадают с объектом оценки, как минимум, следующие признаки: наименование, обозначение модели (модификации), основные технические характеристики; - объектом, имеющим аналогичные полезные свойства, для целей оценки машин и оборудования признается объект, у которого имеется сходство с объектом оценки по функциональному назначению, принципу действия, конструктивной схеме.  

Тепловозы ЧМЭ2 и ЧМЭ3 являются маневровыми тепловозами с одинаковой функцией, одинаковой конструктивной схемой, изготовляемые с использованием частично взаимозаменяемых узлов и агрегатов. Тепловоз ЧМЭ3 является модернизированной версией ЧМЭ2. Таким образом, модели ЧМЭ2 и ЧМЭ3 можно признать однородными, объектами, имеющими одинаковые полезные свойства, т.е однородными  в соответствии с ФСО №10.

На основании вышеизложенного, принятие при расчете убытков коммерческого предложения АО «МЛРЗ «Милорем» по ремонту тепловоза ЧМЭ3 обоснованно. АО «МЛРЗ «Милорем» предоставлены сведения о стоимости капитального ремонта наиболее близкого аналога тепловоза ЧМЭ2, а именно, в отношении ЧМЭ 3. При этом при проведении экспертизы в условиях ограниченного количества информации о стоимости капитального ремонта тепловоза ЧМЭ-2, методологически допустимо использовать информацию в отношении близких аналогов, в частности, сведения о стоимости ремонта тепловоза ЧМЭ-3. Правила капитальных ремонтов КР-1, КР-2 тепловозов ЧМЭ2, ЧМЭ3 от 17.02.1981 №ЦТ/ЦТВР/3963 устанавливают общие требования к капитальным ремонтам данных тепловозов, что также подтверждает, что данные тепловозы являются наиболее близкими аналогами друг друга.

Действующее законодательство не предусматривает, что для целей проведения экспертизы должны использоваться данные исключительно в отношении идентичных объектов исследования. В частности, отмечено, что ЧМЭ2 и ЧМЭ3 являются однородными. ЧМЭ3 является наиболее близким аналогом тепловоза ЧМЭ2, и более близкого аналога не существует.  При этом сравнительный подход представляет собой совокупность методов оценки, основанных на сравнении объекта оценки с идентичными или аналогичными объектами (аналогами) (пункт 4 Федерального стандарта оценки «Подходы и методы оценки (ФСО 5)», утвержденного приказом Минэкономразвития России от 14.04.2022 № 200).

Для определения объема ремонтных работ тепловозов ЧМЭ 2 и ЧМЭ 3 созданы единые  инструкции с единым перечнем  работ и номенклатурой сменных деталей: ЦТ/4320 «Правила технического обслуживания и текущих ремонтов тепловозов ЧМЭ2, ЧМЭ3»;  ЦТ/ЦТВР/3963 «Правила капитальных ремонтов КР-1, КР-2 тепловозов ЧМЭ2, ЧМЭ3»; Тепловозы ЧМЭ3и ЧМЭ2 Транспорт 1975; ЦТ/93-03 Правила технического обслуживания тепловозов серии ЧМЭ;  В ЦТ/4320 «Правила технического обслуживания и текущих ремонтов тепловозов ЧМЭ2, ЧМЭ3» при этом  в технической части нет деления на ЧМЭ2 и ЧМЭ3 - описывается как единый технологический процесс и единый номенклатурный перечень запасных частей; В ЦТ/ЦТВР/3963 «Правила капитальных ремонтов КР-1, КР-2 тепловозов ЧМЭ2, ЧМЭ3» в перечне руководств на ремонт узлов тепловозов ЧМЭЗ, ЧМЭ2 при капитальных ремонтах нет деления на конкретный вид локомотива как в технологической так и в номенклатурной части.

Ответчик  указывает на то, что согласно  ЦТ/4320 «Правила технического обслуживания и текущих ремонтов тепловозов ЧМЭ2, ЧМЭ3» содержатся не только общие требования, но и существенные отличия требований по ремонту тепловозов ЧМЭ2 от требований по ремонту тепловозов ЧМЭ3.

Вместе с тем данный  довод отклоняется судом, в данном случае  правила текущих ремонтов не имеют значения для оценки, так как по делу установлена необходимость капитального ремонта, а не текущих ремонтов. Эти правила приведены экспертами в обоснование того, что тепловозы являются аналогами и имеют схожее правовое регулирование процесса их ремонта.

Ответчик указывает, что ЦТ/4320 «Правила технического обслуживания и текущих ремонтов тепловозов ЧМЭ2, ЧМЭ3» утратили силу. Данный довод не имеет правового значения, так как данный нормативный акт регулировал другие правоотношения – по техническому  обслуживанию и текущему ремонту, а не по капитальному ремонту.

При этом имеющие значение для дела ЦТ/ЦТВР/3963 «Правила капитальных ремонтов КР-1, КР-2 тепловозов ЧМЭ2, ЧМЭ3», утвержденные  Министерством путей сообщения СССР 17.02.1981, не утратили силу.

Ссылка ответчика на то, что данные правила капитальных ремонтов в настоящее время не выполняются, отклоняются судом,  поскольку  данные правила не признаны утратившими силу.

В обоснование своего утверждения ответчиком приведены ссылки на локальные правовые акты ОАО «РЖД», которые по своей юридической силе не могут отменять или изменять нормативные правовые акты, к которым относятся ЦТ/ЦТВР/3963 «Правила капитальных ремонтов КР-1, КР-2 тепловозов ЧМЭ2, ЧМЭ3».

При этом ответчик, возражая против экспертного заключения, ходатайство о повторной экспертизе не заявил, ходатайство о дополнительной экспертизе снял.  Иного расчета не представил, заключение эксперта  иными доказательствами не опроверг. Стоимости иного аналога не представил.

В соответствии с частями 1, 5 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. На основании части 3 статьи 86 АПК РФ заключение эксперта является доказательством по делу и исследуется судом наряду с другими доказательствами.

Оснований сомневаться в выводах экспертов у суда не имеется. Эксперты   имеет соответствующую квалификацию и  стаж, предупреждены   об уголовной ответственности. Ответы экспертов на вопросы относительно проведенной экспертизы судом получены. Представленное экспертное  заключение принимается судом.

Доводы ответчика о том, что договором не предусмотрена обязанность ответчика о проведении текущего и капитального ремонта тепловоза, отклоняется, поскольку согласно статье 644 ГК РФ арендатор в течение всего срока договора аренды транспортного средства без экипажа обязан поддерживать надлежащее состояние арендованного транспортного средства, включая осуществление текущего и капитального ремонта. Если иное не предусмотрено договором аренды транспортного средства без экипажа, арендатор несет расходы на содержание арендованного транспортного средства, его страхование, включая страхование своей ответственности, а также расходы, возникающие в связи с его эксплуатацией (статья 465 ГК РФ).  условиями договора аренды иного не установлено.

Довод АО «ВРК-1» об отсутствии у ответчика технического паспорта не имеет правового значения, так как ответчик не доказал, что он объективно не смог провести ремонт из-за отсутствия у него данного документа. Ответчик не доказал, что отсутствие данного документа стало реальным и непреодолимым препятствием к исполнению своих обязательств по договору, несмотря на все принятые для этого меры. Кроме того, обязанность вернуть тепловоз в исправном состоянии никак не обусловлена в договоре передачей технического  паспорта. Более того, ответчик не доказал, что он обращался к арендодателю с требованиями передать технический паспорт, что указывает на фактическое наличие у него данного документа в период арендных отношений. При этом обязанность по ежегодному проведению периодических ремонтов следует из нормативных документов, указанных экспертом, которые также достоверно известны ответчику, основной коммерческой деятельностью которого является как раз выполнение ремонтов железнодорожного транспорта.

Ответчик необоснованно ссылается на норму статьи  611 ГК РФ, так как в ней идет речь о случаях, когда арендуемое имущество невозможно использовать из-за отсутствия принадлежностей и документов. В настоящем деле установлено, что тепловоз мог эксплуатироваться и фактически эксплуатировался весь срок аренды без каких-либо замечаний к отсутствию каких-либо документов. Факт эксплуатации спорного тепловоза в период аренды подтвердил  также ответчик в судебном заседании.

Ссылка ответчика на  пункт  3.3 договора также необоснованна. Из буквального содержания данного пункта следует обязанность арендодателя определить своим распоряжением работников, имеющих право давать указания в плане технического обслуживания и ремонта тепловоза. Из буквального содержания данного пункта не следует, что ответчик освобождается от исполнения предусмотренных договором и нормативными актами обязанностей по содержанию, ремонту и возвращению тепловоза в исправном состоянии в случае отсутствия таких лиц. В договоре отсутствуют  условия о том, что ответчик должен быть ознакомлен с данным распоряжением и поставлен в известность о таких лицах. Также отсутствуют  условия, что ремонты выполняются только по указаниям таких лиц или то, что тепловоз должен быть возвращен в исправном состоянии только при соответствующем требовании данных лиц. Ответчик не обращался с претензиями к арендодателю о невозможности проведения ремонта или вернуть тепловоз исправным по данной причине. Данные обстоятельства должны были быть сделаны ответчиком, если бы это было препятствием к исполнению обязанности по возвращению тепловоза в исправном состоянии.

Оснований для применения обоюдной вины в возникновении убытков судом не установлено.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (статья 401 ГК РФ).

В силу статьи 622 ГК РФ при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Доказательств того, что передача тепловоза в неисправном состоянии вызвана действиями истца, ответчиком не представлено, иного не доказано, материалами дела не установлено.

Согласно пункту 5 статьи 393 ГК РФ размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

Размер убытков определен истцом без учета НДС с учетом судебной экспертизы и составляет  24 200 108 руб.

Иного размера ответчиком не представлено.

Довод ответчика о том, что из расчета стоимости ремонта подлежит исключению износ, отклоняется судом.

Полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - притом, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, материалов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника (владельца) поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей и материалов его стоимость выросла.

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, то есть необходимые, экономически обоснованные и достоверно подтвержденные расходы, необходимые для приведения имущества в первоначальное состояние, в том числе расходы на новые материалы.

Как следует из Постановления  № 25, если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества (пункт 13).

В связи с этим для принятия решения имеет значение именно стоимость восстановительных работ, а не стоимость объекта с учетом износа или без учета износа. Иного ответчиком не доказано.

Совокупностью доказательств, представленных в материалы настоящего дела, не подтверждается, что повреждения тепловоза вызваны естественным износом.

В данном случае подтверждены факт наличия возврата имущества, не соответствующего условиям договора, а также причинно-следственная связь между действиями арендатора и возникшими у арендодателя убытками.

Право требования убытков  возникло у ФИО1 на основании договора уступки права требования (цессии) от 20.05.2024.  

Заключение договора об уступке прав требования не нарушает прав ответчика. Личность кредитора в рассматриваемом случае не является существенной для должника.

Доказательства, свидетельствующие о наличии у цедента противоправной цели в связи с процессуальным правопреемством, о заключении договора уступки исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в материалах дела отсутствуют.

Суд отмечает, что на момент рассмотрения заявления договор уступки права требования (цессии) от 20.05.2024 в судебном порядке не оспорен, недействительным судом не признан, ходатайств о фальсификации договора в суд не поступало. Материалами дела подтвержден факт заключения договора уполномоченными лицами. Злоупотребления правом сторонами договора (статья 10 ГК РФ) не усматривается.

Следовательно, исковые требования  ФИО1  к АО «ВРК-1» подлежат удовлетворению в полном объеме.

Встречные исковые требования АО «ВРК-1» к ООО «КТК» и ООО «СЗТК» о признании недействительным (ничтожным) договора купли-продажи тепловоза ЧМЭ-2 № 260 от 23.07.2022, заключенного между ООО «КТК» и  ООО «СЗТК»; о применении последствий недействительности сделки в виде аннулирования расчетов, произведенных по пункту 2.2 договора купли-продажи тепловоза ЧМЭ-2 № 260 от 23.07.2022, заключенного между ООО «КТК» и ООО «СЗТК»  и перехода прав требований, указанных в пункте 1.2 указанного договора от ООО «СЗТК» к ООО «КТК», не подлежат удовлетворению.

В обоснование требований АО «ВРК-1» ссылается на то, что  сделка является мнимой, совершенной лишь для вида, без намерения  создавать соответствующие ей правовые последствия. Стороны не планировали осуществлять расчеты по сделке, поскольку между сторонами отсутствовали хозяйственные  отношения, позволяющие осуществить плату  в рамках имеющихся взаиморасчетов, а покупатель (ООО «КТК») не обладало денежными средствами  для проведения расчетов.

В данном  случае заключенный между ООО «КТК» и  ООО «СЗТК» договор купли-продажи от 23.07.2022 является смешанным договором и содержит в себе элементы как договора купли-продажи тепловоза, так и договора уступки права требования убытков, причиненных в результате договора аренды.

В случае если заключенный сторонами договор содержит элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор), к отношениям сторон по договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора (пункт 3 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее - Постановление № 49).

В соответствии с пунктом 1 статьи  454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. Если договором был предусмотрен запрет уступки, сделка по уступке может быть признана недействительной по иску должника только в случае, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об указанном запрете.

В силу статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Статья 388 ГК РФ предусматривает, что уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Уведомление должника о переходе права имеет для него силу независимо от того, первоначальным или новым кредитором оно направлено (статья 385 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 390 ГК РФ при уступке цедентом должны быть соблюдены следующие условия: уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием; цедент правомочен совершать уступку; уступаемое требование ранее не было уступлено цедентом другому лицу; цедент не совершал, и не будет совершать никакие действия, которые могут служить основанием для возражений должника против уступленного требования; при этом, законом или договором могут быть предусмотрены и иные требования, предъявляемые к уступке.

В соответствии со статьей 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

В соответствии со статьей 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Как разъяснено в пункте 78 Постановление № 25, иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке.

В данном случае АО «ВРК-1» предъявило иск о признании недействительным договора купли-продажи, стороной которого не является.

Судом установлено, что АО «ВРК» не имеет  вещных прав на спорный тепловоз, не претендует на право собственности или иное право  на указанное имущество.

Как следует из материалов дела, стороны ООО «СЗТК» и ООО «КТК»  при заключении договора купли-продажи выразили  волю на заключение спорного договора, содержащего условия о купле-продаже и об уступке прав требования убытков. Иного материалы дела не содержат.

Ссылки АО «ВРК-1» на то, что сделка является мнимой, совершенной лишь для вида, без намерения  создавать соответствующие ей правовые последствия, в том числе в части передачи тепловоза, находящего на территории ответчика, отклоняется судом, поскольку невозможность забрать тепловоз с территории АО «ВРК-1» обусловлена необходимостью разрешения вопроса об его исправности.  При этом  исходя из позиций   ООО «СЗТК» и ООО «КТК» право собственности перешло к ООО «КТК» на спорный тепловоз. 

Указанный факт также подтверждает АО «ВРК-1» путем выставления счетов в адрес ООО «КТК» как собственника тепловоза за его хранение на своей территории и принимает соответствующую оплату от ООО «КТК».

Вместе с тем неисполнение сторонами условий договора не является основанием для признания договора недействительным (ничтожным) как мнимой сделки.

Учитывая фактическое исполнение сделок в части  по продаже тепловоза суд признает неподтвержденным факт того, что стороны оспариваемой  сделки не были намерены достичь именно тех правовых последствий, которые следовали из совершенной ими сделки. При этом суд отмечает,  что в данном случае АО «ВРК-1» не доказало совершение ООО «СЗТК» и ООО «КТК»   действий, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред АО «ВРК-1», а также злоупотребление правом в иных формах. Реализация имущества по цене, ниже рыночной, не является достаточным основанием для признания сделки недействительной по признаку мнимости.

Положениями пункта 86 Постановления № 25 предусмотрено, что следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

По правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 01.12.2015 № 22-КГ15-9, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не намеревались создавать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия. Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий. Совершая подобную сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

При этом следует учитывать, что характерной особенностью мнимой сделки, как указал также Верховный Суд Российской Федерации в определении от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.

Факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Согласно статье 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Оспариваемый договор в части соглашение об уступке права требования убытков подписано ООО «СЗТК» и ООО «КТК»   без разногласий и возражений.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», по общему правилу, предусмотренному пунктом 3 статьи 308 ГК РФ, обязательство не создает прав и обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). Соответственно, стороны обязательства не могут выдвигать в отношении третьих лиц возражения, основанные на обязательстве между собой, равно как и третьи лица не могут выдвигать возражения, вытекающие из обязательства, в котором они не участвуют. Например, при переходе прав кредитора к другому лицу по договору об уступке требования должник в качестве возражения против требований нового кредитора не вправе ссылаться на неисполнение цессионарием обязательств по оплате права требования перед цедентом.

Наличие задолженности цессионария перед цедентом по уплате цены договора может свидетельствовать только о ненадлежащем исполнении цессионарием обязательства по уплате цены сделки, но не является основанием для признания договора уступки прав недействительным, а также для освобождения ответчика от уплаты убытков.

В данном случае уступка совершена в отношении денежного обязательства (убытки, возникшие в результате договора аренды), при этом доказательств того, что цедент и цессионарий при заключении договора цессии действовали с намерением причинить вред должнику, не представлено. Право требования на получение указанного требования, переданное по договору цессии, не относится к требованиям, в которых личность кредитора имеет существенное значение для должника. Должник не представил доказательств нарушения указанной сделкой своих прав и законных интересов. Перемена кредитора не прекращает обязательства должника и не влияет на возможность его исполнения.

Не подтверждено утверждение АО «ВРК-1» о том, что стороны договора цессии при его заключении знали, что размер убытков составляет 27 000 000 руб.  В данном случае стороны договора цессии исходили из того, что уступаемое право требования оспаривается АО «ВРК-1» в полном объеме. Из условий договора следует, что ООО «СЗТК» уступило ООО «КТК»  все права требования, возникшие из договора аренды и которые возникнут в будущем, в том числе право требования  стоимости  устранения повреждений тепловоза,  убытков в результате действий (бездействий) АО «ВРК-1». 

Доводы АО «ВРК-1» о том, что покупатель (ООО «КТК») не обладал денежными средствами  для проведения расчетов, что подтверждается ходатайством об отсрочке, отклоняются судом.

Факт обращения ООО «КТК» с ходатайством об отсрочке от уплаты госпошлины не является доказательством порока воли в сделке уступки прав требования. Наличие определенных денежных остатков на счетах ООО «КТК» свидетельствует лишь о финансовом состоянии на отдельно взятую дату (дата получения справки). Представленная  бухгалтерская отчетность за 2021-2023 годы подтверждает, что у ООО «КТК» имеются  существенные активы (запасы) и платежеспособность.

Поскольку АО «ВРК-1»  не доказано, что при заключении договора купли-продажи от  23.06.2022 стороны действовали с намерением причинить ему вред либо со злоупотреблением права, то суд исходит  из действительности сделки.

Исследовав в совокупности представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд приходит  к выводу, что спорный договор купли-продажи от 23.06.2022 не является недействительным, в связи с непредставлением АО «ВРК-1» доказательств, подтверждающих, что на момент совершения договора  стороны не намеревались создавать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия.

В связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований АО «ВРК-1» к ООО «КТК» и ООО «СЗТК» о признании недействительным (ничтожным) договора купли-продажи тепловоза от 23.07.2022 и о применении последствий недействительности сделки в виде аннулирования расчетов, произведенных по пункту 2.2 договора купли-продажи тепловоза от 23.07.2022 между ООО «КТК» и ООО «СЗТК»  и перехода прав требований, указанных в пункте 1.2 указанного договора от ООО «СЗТК» к ООО «КТК», не подлежат удовлетворению, в иске АО «ВРК-1» надлежит отказать в полном объеме.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ  расходы истца на проведение судебной  экспертизы по первоначальному иску  подлежат возмещению истцу за счет АО «ВРК-1».

При подаче иска ООО «КТК» предоставлена  отсрочка по уплате государственной пошлины.

В соответствии  со статьей 110 АПК РФ в связи с удовлетворением первоначального иска  государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

В связи с отказом в  иске АО «ВРК-1» расходы по уплате государственной пошлины остаются на ответчике и не подлежат возмещению за счет ООО «СЗТК» к ООО «КТК».

Руководствуясь статьями 110,  167 – 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Вологодской области

р е ш и л:

взыскать с акционерного общества «Вагонная ремонтная компания – 1» в пользу ФИО1  убытки в сумме 24 200 108 руб. 00 коп.,  а  так же 250 000 руб. 00 коп. в возмещение расходов на проведение судебной экспертизы.

В удовлетворении встречных исковых требований   акционерного общества «Вагонная ремонтная компания-1» к обществу с ограниченной ответственностью «Краснодарская тепловозная компания», обществу с ограниченной ответственностью «Северо-Западная тепловозная компания» отказать в полном объеме.

Взыскать с акционерного общества «Вагонная ремонтная компания – 1» в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 144 001 руб. 00 коп. за рассмотрение первоначального иска.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с момента его принятия в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд.


Судья                                                                                                     Е.В. Дегтярева