Решение от 5 июля 2017 г. по делу № А45-15617/2016

36/2017-103920(1)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-15617/2016
г. Новосибирск
06 июля 2017 года
Резолютивная часть решения объявлена 29 июня 2017 года. Полный текст решения изготовлен 06 июля 2017 года.

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Шевченко С.Ф., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Хантаковой Ж.А., рассмотрел в судебном заседании дело по иску

Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Российский государственный гуманитарный университет» (ОГРН <***>), г. Москва,

к автономной некоммерческой организации дополнительного профессионального образования «Институт профессиональных контрактных управляющих» (ОГРН <***>), г. Новосибирск,

о защите права на товарный знак, взыскании 4000000 руб. компенсации, при участии в судебном заседании представителей:

от истца: ФИО1 (по доверенности от 04.04.2017); от ответчика: ФИО2 (по доверенности от 29.08.2016),

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Российский государственный гуманитарный университет» (далее – истец, РГГУ) обратилось в арбитражный суд с уточнёнными в ходе судебного разбирательства требованиями к автономной некоммерческой организации дополнительного профессионального образования «Институт профессиональных контрактных управляющих», настаивая на удалении товарного знака, сходного до степени смешения с зарегистрированными товарными знаками истца ( №№ 433619 с приоритетом товарного знака от 02.04.2010 и 435732 с

приоритетом товарного знака от 04.02.2010) со всех материалов, сопровождающих деятельность ответчика по оказания образовательных услуг, в том числе, рекламы, документации, вывесок, а также прекращении дальнейшего использования данных товарных знаков ( №№ 433619 с приоритетом товарного знака от 02.04.2010 и 435732 с приоритетом товарного знака от 04.02.2010) в своей деятельности; взыскании 4000000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки ( №№ 433619 с приоритетом товарного знака от 02.04.2010 и 435732 с приоритетом товарного знака от 04.02.2010), а также 445655 с приоритетом товарного знака от 01.11.2010) и № 633257 с приоритетом товарного знака от 02.04.2010.

Ответчик (АНОДПО «ИПКУ») правопритязания истца отклонил, ссылаясь на отсутствие правовых оснований для удовлетворения иска.

Рассмотрев имеющиеся в деле доказательства, заслушав представителей сторон, арбитражный суд установил следующее:

Истец позиционирует себя в качестве обладателя исключительных имущественных прав на используемые им в своей деятельности зарегистрированные товарные знаки (знаки обслуживания):

1) Зарегистрированный товарный знак (знак обслуживания) № 445655 (с приоритетом товарного знака от 01.011.2010 г.);

2) Зарегистрированный товарный знак (знак обслуживания) № 433257 (с приоритетом товарного знака от 02.04.2010 г.);

3) Зарегистрированный товарный знак (знак обслуживания) № 433619 (с приоритетом товарного знака от 02.04.2010 г.);

4) Зарегистрированный товарный знак (знак обслуживания) № 435732 (с приоритетом товарного знака от 02.04.2010 г.).

29.01.2014 из электронной переписки с выпускником РГГУ истцу стало известно о том, что ответчик в своей профессиональной деятельности, при оказании услуг в области повышения квалификации контрактных управляющих путём предложения профессиональных образовательных программ очно - дистанционной и очно-удаленной формы обучения незаконно использует товарный знак, сходный, по убеждению истца, до степени смешения с ранее зарегистрированными товарными знаками истца.

По мнению истца, в частности, такой товарный знак используется ответчиком в качестве логотипа при размещении информации о своей деятельности в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на сайте Национальной ассоциации институтов закупок (НАИЗ), членом которой является ответчик.

Кроме того, по утверждению истца, товарный знак, сходный до степени смешения с товарными знаками истца пользуется ответчиком в документах об образовании - удостоверениях о повышении квалификации, которые последний выдает своим слушателям по завершении ими обучения по программам повышения квалификации, осуществляемым ответчиком, а также в рекламе образовательных услуг, осуществляемым по таким программам.

Отрицая факт заключения с ответчиком лицензионного договора о предоставлении последнему права на использование спорных товарных знаков, истец утверждает о незаконности использования ответчиком товарного знака, сходного до степени смешения с зарегистрированными товарными знаками истца.

26.02.2014 письмом № 01-41-205 истец обратился к ответчику с требованием о прекращении незаконного использования товарного знака, сходного до степени смешения с товарными знаками РГГУ.

Письменного ответа на требование истца не поступило, но в телефонном разговоре, по свидетельству истца, руководитель АНОДПО «ИПКУ» ФИО3 признал факт нарушения и заверил истца в намерениях устранить сходство.

В декабре 2015 года ответчиком были внесены и формализованы изменения в логотип АНОДПО «ИПКУ» (изменена степень переплетения букв «ИПКУ», дерево – осталось), но, по утверждению истца даже изменённый логотип, по-прежнему отвечает критериям сходности до степени смешения с защищаемыми свидетельствами о государственной регистрации товарными знаками истца.

В 2016 году ответчик, по свидетельству истца, снова предпринял попытку ухода от сходства с зарегистрированными товарными знаками истца, убрав надпись (наименование учебного заведения) вокруг изображения дерева.

Истец утверждает, что используемое и актуальное изображение, позволяющее идентифицировать ответчика среди других учебных заведений, по-прежнему сходно до степени смешения с товарными знаками РГГУ по свидетельствам №№ 433619 и 435732.

Как указывает истец, деятельность ответчика распространена на 95 городов Российской Федерации, что следует из нотариального протокола осмотра интернет- сайта, принадлежащего ответчику от 19.10.2016). При этом в привлечении слушателей к получению дополнительного образования и повышению квалификации ответчик, по свидетельству истца, использует товарный знак, сходный до степени смешения с товарными знаками истца №№ 445655, 433257, 433619, 435732.

По свидетельству истца, деятельность ответчика осуществляется и в г. Москве. Вместе с тем, в РГГУ (в рамках Бизнес-школы) в г. Москве также производится профессиональная переподготовка и дополнительное образование по квалификации « Управление государственными и муниципальными закупками».

Таким образом, как свидетельствует истец, стороны по настоящему спору предлагают неограниченному кругу лиц схожие программы обучения «Управление государственными и муниципальными заказами» как в РГГУ, так и в АНОДПО «ИПКУ».

По мнению истца, схожесть до степени смешения товарных знаков образовательных учреждений, а также программ обучения, свидетельствует об умышленном и целенаправленном введении в заблуждение относительно субъекта предоставления образовательной услуги.

Истец полагая, что своими действиями по использованию в осуществлении аналогичного вида деятельности товарного знака, сходного до степени смешения с товарными знаками истца, ответчик нарушает его исключительные прав на охраняемые законом товарные знаки №№ 445655, 433257, 433619 и 435732, обратился в арбитражный суд за судебной защитой с рассматриваемыми требованиями.

В обоснование своей правовой позиции истец ссылается на положения статей 1250, 1252, 1448, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик, организуя защиту против иска, апеллировал к следующим обстоятельствам:

Не отрицая факт схожести до декабря 2015года логотипа АНОДПО «ИПКУ» с защищаемыми товарными знаками истца, ответчик утверждал, что согласно Отчёту руководителя структурного подразделения ФИО4 (л.д. 102 в т.3) в логотип

организации внесены изменения в части использования этого логотипа в бланках приказов, отчётной документации, договорах на оказание образовательных услуг, домене www.ipky.ru, раздаточном материале, используемом в образовательном процессе.

Ответчик утверждает, что с декабря 2015 года его логотип, используемый для профессиональной деятельности не сходен с товарными знаками истца.

В отношении изображения в товарных знаках истца и в логотипе ответчика «древа знаний» ответчик полагает, что оно выполнено с подражанием одному и тому же объекту реального мира – дереву, поэтому они и содержат признаки, присущие настоящему дереву, что, по мнению истца, не свидетельствует о наличии указанного изображения и товарными знаками истца сходства до степени смешения.

Ответчик полагает, что товарные знаки истца, содержащие элемент в виде изображения дерева, не производит качественно нового впечатления, отличного от образа, составленного изображением дерева самостоятельно, в том числе, с учетом заложенной семантики, поэтому истец не может запретить другим лицам использовать изображение дерева в своих обозначениях

В отзыве на исковое заявление ответчиком приведен подробнейший сравнительный анализ используемого им обозначения с товарными знаками, принадлежащими истцу.

Как свидетельствует ответчик, РГГУ и АНОДПО «ИПКУ» оказывают разные виды образовательных услуг, поэтому между услугами, для индивидуализации которых используется обозначение ответчика, и услугами, в отношении которых зарегистрированы товарные знаки истца, отсутствует однородность.

При этом, истец является федеральным учреждением высшего профессионального образования, расположенным в г. Москве, ведет обучение студентов по программе бакалавриата, специалитета и магистратуры, это означает, что целевой аудиторией потребителей его услуг являются выпускники школ, впервые получающие высшее образование.

В свою очередь, ответчик является субъектом малого предпринимательства - учебным центром по переподготовке и повышению квалификации контрактных управляющих, то есть потребителями его образовательных услуг являются лица, специализирующиеся в сфере государственных и муниципальных закупок, которые

с помощью курсов желают повысить свой профессиональный уровень, и, как правило, такие лица уже имеют высшее образование. На официальном сайте истца отсутствует информация об услугах по профессиональной переподготовке, поскольку оказание таких осуществляется самостоятельным структурным подразделением «Бизнес-школа института экономики, управления и права РГГУ», имеющим собственное обозначение, отличное от товарных знаков истца.

Кроме того, по утверждению ответчика, РГГУ и АНОДПО «ИПКУ» осуществляют свою деятельность на разных территориях: несмотря на то, что у ответчика имеется филиал в г. Москве, где находится Истец, фактически же он действует в г. Новосибирске.

Ответчик полагает, что образовательные услуги наряду с медицинскими представляют собой зону особой ответственности, это означает, что к выбору образовательного учреждения потребители относятся с повышенным вниманием: изучая всю имеющуюся информацию об учреждении, о преподавателях, имеющихся образовательных программах, а также получают отзывы лиц, которые уже прошли обучение. Поэтому решающим фактором при принятии окончательного решения является именно качество и положительная деловая репутация образовательного учреждения, но отнюдь не обозначение, используемое для его индивидуализации.

По свидетельству ответчика, АНОДПО «ИПКУ» имеет сложившуюся деловую репутацию и, несмотря на небольшой период деятельности, зарекомендовало себя на рынке образовательных услуг, как учреждение, обеспечивающее качественную и комплексную подготовку кадров для системы государственных закупок.

По мнению ответчика, РГГУ и АНОДПО «ИПКУ» не являются конкурентами в сфере услуг образования, поэтому между оказываемыми ими услугами отсутствует однородность.

Вместе с тем, ответчик утверждает, что действия истца по судебной защите подлежат оценке по правилам пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, как злоупотребление правом с учётом игнорирования различий между логотипом ответчика и товарными знаками истца после декабря 2015 года.

Обратившись к суду с заявлением об уменьшении размера компенсации до 60000 – 80000 руб., ответчик указал на следующие обстоятельства:

- незначительный период использования сходного с товарными знаками истца логотипа (с ноября 2014 по ноябрь 2015);

- отсутствие совершённых ответчиком нарушений исключительных прав истца;

- отсутствие конкуренции между сторонами по спору в сфере образовательных услуг в связи с неоднородностью этих услуг;

- отсутствие документальных доказательств влияния деятельности ответчика и использование сходного с товарными знаками истца логотипа на уровень извлекаемой истцом прибыли в период с ноября 2014 по ноябрь 2015.

Размер компенсации за использование прежнего логотипа, ответчик оставил на усмотрение суда (л.д. 35 в т.5).

Определив предмет доказывания в рамках настоящего дела, проанализировав доводы сторон, сопоставив их с нормами действующего законодательства, проверив их обоснованность, арбитражный суд пришел к убеждению о правомерности исковых требований в части, при этом суд исходит из следующего:

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

На основании статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется способами, установленными в данной статье, а также иными способами, предусмотренными законом.

Возможность обращения в арбитражный суд с иском о запрете использования обозначения сходного до степени смешения с охраняемым законом товарным знаком и взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак обусловлена статьями 1229, 1250, 1252 и 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истец является правообладателем товарных знаков по свидетельствам №№ 433257, (л.д. 49-51 в т. 3) для 09, 11, 14, 18, 21, 24, 25, 28, 30, 35, 38, 39, 41, 42, 43

классов МКТУ; 433619 (л.д. 52 – 54 в т. 3) для 09, 11, 14, 16, 18, 21, 24, 25, 28, 30, 35, 38, 39, 41, 42, 43 классов МКТУ; 445655 (л.д. 55- 57 в т. 3) для 09, 11, 14, 16, 18, 21, 24, 25, 28, 30, 35, 38, 39, 41, 42, 43 классов МКТУ; 435732 (л.д. 58 -60 в т. 3) для 09, 11, 14, 16, 18, 21, 24, 25, 28, 30, 35, 38, 39, 41, 42, 43 классов МКТУ.

Товарный знак № 433257 представляет собой комбинированный товарный знак. Словесный элемент товарного знака № 433257 представлен следующим образом: аббревиатура «РГГУ» расположена в центральной части изображения, выполнена двумя разными шрифтами заглавными буквами русского алфавита синего цвета, причём первая и последняя буквы выполнены классическим шрифтом с засечками, а вторая и третья художественным с дополнительными элементами. Расшифровка аббревиатуры «Российский государственный гуманитарный университет» выполнена классическим шрифтом буквами русского алфавита синего цвета, расположена вокруг остальных элементов товарного знака № 433257. Изобразительный элемент представляет собой рисунок дерева с раскидистыми ветвями и густой листвой. На рисунке видны также крона дерева и поверхность, на которой она растёт в виде горизонтальной черты. Рисунок выполнен в двух цветах – синем и белом.

Товарный знак № 445655 представляет собой комбинированный

товарный знак. Словесный элемент товарного знака № 445655 представлен следующим образом: аббревиатура «РГГУ» расположена в центральной части изображения, выполнена двумя разными шрифтами заглавными буквами русского алфавита чёрного цвета, причем первая и последняя буквы выполнены классическим шрифтом с засечками, а вторая и третья - художественным с дополнительными элементами. Расшифровка аббревиатуры «Российский государственный гуманитарный университет» выполнена классическим шрифтом буквами русского алфавита черного цвета, расположена вокруг основных элементов товарного знака № 445655. Изобразительный элемент представляет собой рисунок дерева с раскидистыми ветвями и густой листвой. На рисунке видны также крона дерева и поверхность, на которой оно растет в виде горизонтальной черты. Рисунок выполнен в двух цветах - черном и белом.

Товарный знак № 445619 представляет собой комбинированный

товарный знак. Словесный элемент товарного знака № 445619 представлен следующим образом: аббревиатура «РГГУ» расположена в нижней части изображения, выполнена двумя разными шрифтами заглавными буквами русского алфавита синего цвета, причем первая и последняя буквы выполнены классическим шрифтом с засечками, а вторая и третья - художественным с дополнительными элементами. Изобразительный элемент представляет собой рисунок дерева с раскидистыми ветвями и густой листвой. На рисунке видны также крона дерева и поверхность, на которой оно растет в виде горизонтальной черты. Рисунок выполнен в двух цветах - синем и белом.

Товарный знак № 445732 представляет собой комбинированный

товарный знак. Словесный элемент товарного знака № 4457329 представлен следующим образом: аббревиатура «RGGU» расположена в нижней части изображения, выполнена двумя разными шрифтами заглавными буквами латинского алфавита синего цвета, причем первая и последняя буквы выполнены классическим шрифтом с засечками, а вторая и третья - художественным с дополнительными элементами. Изобразительный элемент представляет собой рисунок дерева с раскидистыми ветвями и густой листвой. На рисунке видны также крона дерева и поверхность, на которой оно растет в виде горизонтальной черты. Рисунок выполнен в двух цветах - синем и белом.

В соответствии с нормой статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации), если данным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или

средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

При этом другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации.

В силу положений статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 названного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Исходя из буквального правового смысла пункта 1 данной статьи, перечень не противоречащих закону способов использования товарного знака является открытым.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании положений пункта 14.4.2 Правил составления, подачи и рассмотрения заявки на регистрацию товарного знака и знака обслуживания, утвержденных Приказом Роспатента от 05.03.2003 № 32 и зарегистрированных в Минюсте России за № 4322 (актуальные на момент формирования спорного правоотношения до утверждения приказом Минэкономразвития России от

20.07.2015 № 482 новых Правил), обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные различия.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности, путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, предложениях услуг, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территорию Российской Федерации.

Пункт 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации не содержит исчерпывающего перечня способов осуществления исключительного права на товарный знак и знак обслуживания для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых эти знаки зарегистрированы. В то же время перечень позволяет достаточно полно определить круг действий по использованию товарного знака, совершение которых другими лицами без разрешения правообладателя означает нарушение исключительного права последнего и влечет установленную законом ответственность, в том числе гражданско-правовую.

Характерной особенностью правового режима использования товарного знака является почти полное отсутствие ограничений исключительного права правообладателя.

Единственным ограничением, предусмотренным законодательством, является указание об исчерпании исключительного права (статья 1487 Гражданского кодекса Российской Федерации), в соответствии с которым не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

На основании нормы пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован.

В обоснование заявленных требований, истец ссылается на нарушение ответчиками его исключительных прав на товарные знаки № № 433257, 445655, 433619, 435732.

Исходя из подпункта 14.4.2.2 Правил словесные обозначения сравниваются: со словесными обозначениями; с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. Сходство словесных обозначений может быть звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим). Признаки, перечисленные в настоящем пункте, могут учитываться как в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно подпункту «а» пункта 14.4.2.2 названных Правил, рассмотрения заявки звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение.

В силу подпункта «б» того же пункта, графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание.

Смысловое сходство определяют на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей; в частности, совпадение значения обозначений в разных языках; совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей (подпункт «в» пункта 14.4.2.2 Правил).

Данные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

В соответствии с пунктом 14.4.2.4 Правил комбинированные обозначения сравниваются: с комбинированными обозначениями; с теми видами обозначений,

которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы.

При определении сходства комбинированных обозначений используются признаки, приведенные в пунктах 14.4.2.2, 14.4.2.3 этих Правил, а также исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

Разделом 6 Методических рекомендаций предусмотрено, что при оценке сходства комбинированных обозначений определяется сходство как всего обозначения в целом, так и его составляющих элементов с учетом значимости положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении. При сравнении комбинированных обозначений, содержащих неохраняемые элементы, оценка их сходства также должна производиться на основе общего зрительного впечатления, формируемого в том числе благодаря неохраняемым элементам. При этом формирование общего впечатления может происходить под воздействием любых особенностей обозначений, в том числе доминирующих словесных или графических элементов, их композиционного и цветографического решения и др.

В соответствии с пунктом 6.3.1 указанных Методических рекомендаций при исследовании положения словесного и изобразительного элемента в комбинированном обозначении учитывается фактор визуального доминирования одного из элементов. Такое доминирование может быть вызвано как более крупными размерами элемента, так и его более удобным для восприятия расположением в композиции (например, элемент может занимать центральное место, с которого начинается осмотр обозначения).

При восприятии потребителем комбинированного обозначения, состоящего из изобразительного и словесного элементов, его внимание, как правило, акцентируется на словесном элементе. Словесный элемент к тому же легче запоминается, чем изобразительный. Если при сравнении словесного элемента комбинированного обозначения будет установлена его тождественность или сходство до степени смешения со словесным товарным знаком, то комбинированное обозначение может быть признано сходным до степени смешения с этим товарным знаком (пункт 6.3.2 Методических рекомендаций).

Согласно пункту 6.3.3 Методических рекомендаций изобразительный элемент комбинированного обозначения может играть существенную роль в индивидуализации товара наряду со словесным элементом. Степень важности изобразительного элемента в комбинированном обозначении зависит от того, насколько этот элемент оригинален, каковы его размеры и пространственное положение относительно словесного элемента. Перечисленные факторы могут учитываться как каждый в отдельности, так и в совокупности.

Аналогичные подходы, закреплены и в пунктах 41 - 44 актуальных на момент рассмотрения спора по существу судом первой инстанции и рассмотрения апелляционной жалобы апелляционным судом Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482.

Разрешая вопрос о наличии состава правонарушения в действиях ответчика до декабря 2015 года и после декабря 2015 (после изменения логотипа на действующий на момент судебного разбирательства), арбитражный суд пришёл к следующему:

Комбинированное обозначение «ИПКУ Институт профессиональных контрактных управляющих» (Логотип 1 – до декабря 2015) состоит из словесных элементов и изобразительного элемента – дерева, исполненного в двух цветах (синем и белом).

Словесный элемент Логотипа 1 представлен следующим образом: аббревиатура «ИПКУ» расположена в центральной части изображения, выполнена двумя разными шрифтами заглавными буквами русского алфавита синего цвета, причём первая и последняя буквы выполнены классическим шрифтом с засечками, а вторая и третья – художественным с дополнительными элементами. Расшифровка аббревиатуры «Институт профессиональных контрактных управляющих» выполнена классическим шрифтом без засечек буквами русского алфавита синего цвета, расположена вокруг основных элементов Логотипа 1. Изобразительный элемент представляет собой рисунок дерева с раскидистыми ветвями и густой листвой. На рисунке видны также крона дерева и поверхность, на которой оно

растёт в виде горизонтальной черты. Рисунок выполнен в двух цветах – синем и белом.

Комбинированное обозначение «ИПКУ» (Логотип 2 – после декабря 2015) состоит из словесного элемента и изобразительного элемента – дерева, исполненного в двух цветах (синем и белом).

Логотип 2 представляет собой комбинированное обозначение. Словесный элемент Логотипа 2 представлен следующим образом: аббревиатура «ИПКУ» расположена в нижней части обозначения, выполнена художественным шрифтом с дополнительными элементами заглавными буквами русского алфавита синего цвета. Изобразительный элемент представляет собой рисунок дерева с раскидистыми ветвями и густой листвой. На рисунке видны также крона дерева и поверхность на которой оно растёт в виде горизонтальной линии. Рисунок выполнен в двух цветах – синем и белом.

Словесные элементы товарных знаков №№ 433257 и 445655 и Логотипа 1 с точки зрения неинформированного потребителя производят одинаковое общее впечатление ввиду совпадающих композиций обозначений, расположения словесных элементов относительно друг друга, сходства видов шрифтов, графического написания с учётом характера букв алфавита, буквами которого написаны слова, используемого цвета (пункт 4.2., 5.1., 5.2.1, 52.2.. 5.2.4 Методических рекомендаций).

Применительно к спорной правовой ситуации суд констатирует, что по графическому (визуальному) признаку усматривается сходство до степени смешения Логотипа 1 с товарными знаками истца №№ 433257 и 445655.

Сравнивая смысловое (семантическое) сходство обозначений, суд исходит из того, что в обоих случаях словесные элементы обозначают названия образовательных организаций. При этом, несмотря на то, что расшифровки аббревиатур различаются то есть обозначают разные названия образовательных учреждений, само указание на образовательную организацию уже создаёт сходство словесных элементов по смысловому (семантическому) признаку.

Вследствие изложенного, суд полагает, что словесные элементы Логотипа 1 и товарных знаков №№ 433619 и 435732 также являются семантически сходными до степени смешения.

Сравнивая изобразительные элементы обозначений Логотипа 1 и товарных знаков №№ 433257 и 445655, суд усматривает, что в обоих случаях имеется изображение дерева, выполненного в двух цветах. У дерева изображены раскидистые ветви и густая листва, а также видна поверхность. на которой растёт дерево, изображаемая в виде горизонтальной черты. Изобразительный элемент Логотипа 1 выполнены в синем и белом цвете, изобразительные элементы товарного знака № 433257 – в синем и белом, товарного знака № 445655 – в чёрном и белом.

О сходстве до степени смешения Логотипа 1 и товарных знаков №№ 433257 и 445655 свидетельствует совпадение общего контура изображений, их отдельных деталей, цветовое сочетание (сходство основного цвета, определяющего всю цветовую композицию, а также фона), вид и характер двухцветных изображений и смысл изображений (дерево одного вида с широкими ветвями и листвой).

Применительно к виду деятельности сторон с учётом того, что товарные знаки №№ 433257 и 445655 зарегистрированы для 41 класса МКТУ (в том числе образовательно-воспитательные услуги) и на основании пункта 3.1. Методических рекомендаций, а Логотип 1 используется для обозначения услуг дополнительного образования, суд признаёт факт того, что Логотип 1 ассоциируется у неинформированного потребителя образовательных услуг в целом с товарными знаками №№ 433257 и 445655.

Соответственно, Логотип 1 сходен до степени смешения с товарными знаками №№ 433257 и 445655.

Проводя сравнение Логотипа 2 с товарными знаками №№ 433619 и 435732, арбитражный суд пришёл к следующему:

Сравнив обозначение 2 и товарный знак № 433619, суд усматривает следующие признаки сходства словесных элементов по графическому признаку: совпадение общего зрительного впечатления, использование сходного художественного шрифта с дополнительными элементами, написание заглавными буквами, расположение одинаковых букв на одном и том же месте. Относительно других букв в словесном элементе, использование русского алфавита и синего цвета, одинаковое положение словесных элементов относительно изобразительных.

Следовательно, в этом случае имеется сходство до степени смешения словесных элементов Логотипа 2 и товарного знака № 433619 по графическому (визуальному) признаку.

Сравнение Логотипа 2 и товарного знака № 435732 показало, что их словесные элементы так же имеют признаки сходства по графическому признаку, а именно: одинаковое количество букв в обоих словесных элементах, написание заглавными буквами, совпадение общего зрительного впечатления, расположение одинаковых с учетом транслитерации букв на одном и том же месте относительно других букв в словесном элементе, исполнение элементов в синем цвете, одинаковое положение словесных элементов относительно изобразительных. Соответственно, и в этом случае имеется сходство до степени смешения словесных элементов Логотипа 2 и товарного знака № 435732 по графическому (визуальному) признаку.

Сравнивая смысловое (семантическое) сходство обозначений, суд отмечает, что в обоих случаях словесные элементы обозначают названия образовательных организаций. При этом, несмотря на то, что расшифровки аббревиатур отличаются, т.е. они обозначают разные названия образовательных учреждений, само указание на образовательную организацию уже создает для потребителя образовательных услуг сходство словесных элементов по смысловому (семантическому) признаку.

Данное обстоятельство свидетельствует о том, что словесные элементы Логотипа 2 и товарных знаков №№ 433619 и 435732 являются и семантически сходными до степени смешения.

Сравнивая изобразительные элементы логотипа 2 и товарных знаков №№ 433619 и 435732, суд пришёл к убеждению о том, что несмотря на некоторые отличия (детали) в изображении дерева в Логотипе 2 и товарных знаках №№ 433619 и 435732 (высота и ширина кроны деревьев, вкрапление белых пятен, изображающих листву и просветы между неё), сравниваемые изображения дерева сходны как при первом впечатлении, так и при их внимательном изучении.

Изобразительные элементы занимают доминирующее положение в Логотипе 2 и в товарных знаках № 433619 и 435732 ввиду их центрального расположения и большего размера по сравнению со словесными элементами.

О сходстве до степени смешения Логотипа 2 и товарных знаков №№ 433619 и 435732 свидетельствует совпадение общего контура изображений, их отдельных

деталей, цветовое сочетание (сходство основного цвета, определяющего всю цветовую композицию, а также фона), вид и характер двухцветных изображений и смысл изображений (дерево одного вида с широкими ветвями и листвой).

Применительно к виду деятельности сторон с учётом того, что товарные знаки №№ 433619 и 435732 зарегистрированы для 41 класса МКТУ (в том числе образовательно-воспитательные услуги) и на основании пункта 3.1. Методических рекомендаций, а Логотип 1 используется для обозначения услуг дополнительного образования, суд признаёт факт того, что Логотип 2 ассоциируется у неинформированного потребителя образовательных услуг в целом с товарными знаками №№ 433619 и 435732.

Соответственно, Логотип 1 сходен до степени смешения с товарными знаками №№ 433619 и 435732.

С учётом общего впечатления от Логотипов 1 и 2 не имеет правового значения для оценки сходства до степени смешения с товарными знаками истца оттенок синего цвета словесного и изобразительного элемента («холодный» синий для Логотипов ответчика и «тёплый» синий для товарных знаков истца). что усматривается из скрин-шота зеркала сайта истца и ответчика.

Также не имеет значения вынос наименования образовательного учреждения слева от изобразительного элемента для вывода о сходстве до степени смешения с учётом общего впечатления.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», вопрос о сходстве до степени смешения обозначений на товаре истца и ответчика является вопросом факта и может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

В то же время указанная позиция не может пониматься как возможность осуществления судом произвольной оценки и исключающая необходимость при установлении факта сходства обозначений до степени смешения руководствоваться требованиями нормативных правовых актов, регулирующих соответствующие вопросы, и указаниями высшей судебной инстанции о толковании нормы права.

По указанным причинам судом не принято в качестве доказательства представленное ответчиком в материалы дела Экспертное заключение о проверке обозначений на сходство до степени смешения от 24.04.2017 (л.д. 57 – 158 в т.4), а проведено самостоятельное исследование спорных объектов.

Для целей оценки спорного изображения «дерева познания» (защищённого товарным знаком) в качестве возможного указания на вид деятельности (образовательные услуги), его свойства и качественные характеристики, как широко используемого специалистами в сфере образования, определением суда от 11.04.2017 в порядке статьи 55.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вызван специалист ФИО5 (партнёр, руководитель практики по интеллектуальной собственности в ООО «Гребнева и партнёры», доцент кафедры гражданского права РАНХиГС).

У специалиста в судебном заседании 11.05.2017 была отобрана подписка об ознакомлении с процессуальными правами и обязанностями и ФИО5 была предупреждена судом о наступлении ответственности по статям 307-308 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложных показаний и отказ от дачи показаний.

Перед специалистом истцом по инициативе истца был поставлен вопрос о том, может ли стилизованное изображение дерева указывать на такой вид деятельности, как оказание образовательных услуг.

Специалист ФИО5, отвечая на вопросы сторон и суда, представив графические изображения логотипов различных образовательных учреждений в Российской Федерации и за её пределами, пояснила, что стилизованное изображение дерева ассоциируется с «древом познания», активно используется учебными заведениями во всём мире для идентификации образовательных учреждений.

Критически оценивая доводы специалиста по правилам статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд исходит из того что символ (в спорной правовой ситуации изображение дерева) является общепринятым, если в абсолютном большинстве случаев их использования они доносят смысл понятного для воспринимающих субъектов явления.

Изображение дерева как символа не связано с образовательной деятельностью, а напротив, ассоциируется с «древом жизни», что исключает признание дерева общепринятым символом по отношению к образованию, которое как вид деятельности может быть символизировано с помощью изображения совы или книги.

Как следует из положений пункта 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации товарный знак - обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей.

Согласно статье 1481 Гражданского кодекса РФ на товарный знак, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, выдается свидетельство на товарный знак.

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

Нарушением исключительного права правообладателя (незаконным использованием товарного знака) признается использование без его разрешения в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, в том числе размещение товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения в сети Интернет, в частности, в доменном имени и при других способах адресации.

Для признания действий ответчика нарушающими право на товарный знак, необходимо установить товары (совпадающие или однородные), которые предлагаются ответчиком к продаже.

На официально сайте Роспатента в сети Интернет в разделе «Информационные ресурсы» содержится активная ссылка на доступ к информации об объектах интеллектуальной собственности (Открытые реестры), при переходе по которой происходит перенаправление на официальный сайт ФГБУ «Федеральный институт промышленной собственности», на котором представлен доступ к Реестру товарных знаков, знаков обслуживания Российской Федерации.

Таким образом, на момент создания Логотипа 1 и Логотипа 2 ответчик, исходя из добросовестности участника гражданского оборота, мог и должен был проверить наличие в зарегистрированных товарных знаках спорных элементов и, избегая совершения правонарушения, принять иной вариант средства индивидуализации, не нарушающего прав другого субъекта однородного вида деятельности.

Истцом в материалы дела представлены доказательства, свидетельствующие о реализации сторонами по спору одной и той же профессиональной образовательной программы повышения квалификации «Управление государственными и муниципальными заказами» (приказы о стоимости обучения по образовательным программам дополнительного образования, для Бизнес-школы Института экономики, управления и права – структурное подразделение РГГУ, перечень программ обучения, копии приказов о зачислении, копии учебных планов за 2010- 2016 годы, копия Положения о Бизнес-школе РГГУ).

Исходя из изложенного суд полагает доказанным существование состава правонарушения, вменяемого истцом ответчику.

Оценивая доводы ответчика о злоупотреблении истцом правом, арбитражный суд пришёл к следующему:

В силу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд, арбитражный суд или третейский суд с учётом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также принимает иные меры, предусмотренные законом.

На основании правовой позиции, изложенной в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 5, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 29 «О некоторых вопросах, возникших с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса

Российской Федерации» суд вправе отказать истцу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по государственной регистрации соответствующего товарного знака могут быть квалифицированы как злоупотребление правом.

Из имеющихся в деле доказательств усматривается, что целью обращения истца за судебной защитой является не намерение причинить вред, а защита своих прав от посягательств со стороны ответчика на исключительные права истца.

По указанным причинам суд находит основанными на законе, подтверждёнными материалами дела и подлежащими удовлетворению требования истца в части обязания ответчика удалить товарный знак, сходный до степени смешения с зарегистрированными товарными знаками истца: № 433619 с приоритетом товарного знака от 02.04.2010 и № 435732 с приоритетом товарного знака от 04.02.2010) со всех материалов, сопровождающих деятельность ответчика по оказания образовательных услуг, в том числе, рекламы, документации, вывесок, и прекратить дальнейшее использование в своей деятельности товарных знаков № 433619 с приоритетом товарного знака от 02.04.2010 и № 435732 с приоритетом товарного знака от 04.02.2010.

Применительно к требованиям истца о взыскании компенсации за нарушение его исключительных прав, суд пришёл к следующему:

В соответствии с пунктом 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

Статьей 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации, в том числе, в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

При этом из разъяснений, содержащихся в пункте 43.3 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 5/29), следует, что, рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного в том числе подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

В то же время в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.11.2012 № 8953/12 указано, что размер компенсации за неправомерное использование объекта интеллектуальной собственности должен определяться исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя. Это означает, что он должен быть поставлен в имущественное

положение, в котором находился бы, если бы объект интеллектуальной собственности использовался правомерно.

В деле есть доказательства вины ответчика, информация, находящаяся в свободном доступе в сети интернет (www.clearspending.ru) свидетельствует о размере дохода ответчика от образовательной деятельности по предложению услуги повышения квалификации в сфере управления государственными (муниципальными) закупками, незаконно используя товарный знак схожий до степени смешения со знаком РГГУ, недобросовестно конкурируя с истцом в том же регионе (г. Москва) с зарегистрированном в установленном законе порядке товарным знаком.

Так, ИПКУ с 2014 года получил доход от заключения контрактов на обучение в пределах 6 500 000 руб. контрактам по 44/94-ФЗ и более 250 000 руб. по 223-ФЗ, не считая дохода от договоров с частными лицами и организациями (сведения о заключении контрактов с сайта).

Утверждение ответчика о том, что сайт clearcpending.ru является «неизвестным сайтом», не соответствует действительности, поскольку данный сайт открыт для общего доступа, является проектом Комитета гражданских инициатив и собирает информацию о государственных закупках на основе открытых источников предложений услуг и заключения контрактов.

Однако из представленных истцом доказательств не усматриваются негативные последствия нарушения ответчиком исключительных прав на товарные знаки истца, в том числе, возможных убытков, которым была бы соразмерна заявленная сумма компенсации по 1000000 руб. за каждый товарный знак.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу о том, что с учетом критериев, определенных пунктом 43.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 5, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 29 от 26.03.2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (длительность периода нарушения, количество городов, где ответчик предлагает услуги - 95, но и отказ от прекращения нарушения) сумма компенсации, отвечающей принципам разумности, справедливости, и соразмерности последствиям нарушения, составляет для каждого товарного знака по 250 000 руб.

В силу изложенных обстоятельств суд удовлетворяет требования истца о взыскании с ответчика 250000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 433619 с приоритетом товарного знака от 02.04.2010; 250000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 435732 с приоритетом товарного знака от 04.02.2010, 250000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 445655 с приоритетом товарного знака от 01.11.2010 и 250000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 633257 с приоритетом товарного знака от 02.04.2010.

По результатам рассмотрения спора государственная пошлина, уплаченная истцом при обращении за судебной защитой подлежит отнесению на ответчика пропорционально удовлетворённым требованиям на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Обязать автономную некоммерческую организацию дополнительного профессионального образования «Институт профессиональных контрактных управляющих» (ОГРН <***>) удалить товарный знак, сходный до степени смешения с зарегистрированными товарными знаками истца: № 433619 с приоритетом товарного знака от 02.04.2010 и № 435732 с приоритетом товарного знака от 04.02.2010) со всех материалов, сопровождающих деятельность ответчика по оказания образовательных услуг, в том числе, рекламы, документации, вывесок, и прекратить дальнейшее использование в своей деятельности товарных знаков № 433619 с приоритетом товарного знака от 02.04.2010 и № 435732 с приоритетом товарного знака от 04.02.2010.

Взыскать с автономной некоммерческой организации дополнительного профессионального образования «Институт профессиональных контрактных управляющих» (ОГРН <***>) в пользу Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Российский государственный гуманитарный университет» (ОГРН <***>) по 250000 руб.

компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 433619 с приоритетом товарного знака от 02.04.2010; № 435732 с приоритетом товарного знака от 04.02.2010, № 445655 с приоритетом товарного знака от 01.11.2010 и № 633257 с приоритетом товарного знака от 02.04.2010.

Взыскать с автономной некоммерческой организации дополнительного профессионального образования «Институт профессиональных контрактных управляющих» (ОГРН <***>) в пользу Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Российский государственный гуманитарный университет» (ОГРН <***>) 29000 руб. государственной пошлины.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу. В остальной части требований отказать.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия.

В суд кассационной инстанции решение подлежит обжалованию при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья С.Ф. Шевченко