Постановление от 9 апреля 2019 г. по делу № А76-250/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9016/18

Екатеринбург

09 апреля 2019 г.


Дело № А76-250/2016


Резолютивная часть постановления объявлена 03 апреля 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 09 апреля 2019 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Столяренко Г.М., Шершон Н.В.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «КамАЗАвтоМаркет» Салихзянова Марселя Махмутовича на определение Арбитражного суда Челябинской области от 12.11.2018 по делу № А76-250/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании 27.03.2019 приняли участие Хроменко Евгений Николаевич лично и его представитель Ермаченков Е.И. (доверенность от 13.07.2018 № 74 АА 4048511).

В судебном заседании суда округа, назначенном на 27.03.2019, объявлен перерыв до 03.04.2019 15 ч. 30 мин.

После окончания перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда при участии Хроменко Евгения Николаевича лично и его представителя Ермаченкова Е.И. (доверенность от 13.07.2018 № 74 АА 4048511).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 19.01.2016 возбуждено производство по делу о банкротстве общества «КамАЗАвтоМаркет».

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 17.01.2017 общество «КамАЗАвтоМаркет» признано несостоятельным (банкротом),в отношении него введено конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден Салихзянов М.М. (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Голикова Валерия Александровича, Хроменко Е.Н.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 12.11.2018 (судья Ваганова В.В.), оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2019 (судьи Матвеева С.В., Ершова С.Д., Сотникова О.В.), в удовлетворении заявления отказано в полном объеме.

Не согласившись с указанными судебными актами, Салихзянов М.М. обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит указанные судебные акты отменить, ссылаясь на нарушение норм материального права и несоответствие выводов суда обстоятельствам дела. Заявитель указывает, что выводы судов об отсутствии очевидных признаков банкротства должника и доказательств невозможности исполнения обязательств перед кредиторами не соответствуют материалам дела. Основанием для обращения Банка «Национальная Факторинговая Компания» с заявлением о признании должника банкротом послужило наличие долга по оплате товара, поставленного в феврале 2015 года, в размере 2 503 488 руб., финансовое положение должника начало ухудшаться в 2014 году, в соответствии с бухгалтерской отчетностью за 2014 год у должника были лишь денежные средства в сумме 5 000 руб., что явно недостаточно для удовлетворения всех требований кредиторов; по мнению конкурсного управляющего, поскольку размер кредиторской задолженности за 2014 год составил более 154 млн. руб., что превышало размер денежных средств должника, добросовестный и разумный руководитель должен был подать заявление о признании должника банкротом не позднее месяца со дня, когда узнал об этих обстоятельствах, то есть не позднее 30.04.2015; заявитель также указывает, что с 2015 года должник не уплачивал налог на доходы физических лиц; располагая указанными сведениями, ни прежний генеральный директор Голиков В.А., ни следующий директор Хроменко Е.Н. не подали заявление о признании должника банкротом. Заявитель также обращает внимание, что ранее также было возбуждено производство по делу № А76-11984/2015 о признании должника несостоятельным (банкротом), производство по данному делу было прекращено определением от 27.08.2015 не в связи с погашением долга в сумме 1 914 000 руб., а в связи с несоответствием заявления о признании должника банкротом требованиям статей 39, 40 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Заявитель также указывает, что судами не учтены положения пункта 2 части 2 статьи 126 Закона о банкротстве об обязанности руководителя передать бухгалтерскую и иную документацию должника; в силу статьи 65 АПК РФ бремя опровержения доводов конкурсного управляющего переходит на бывшего руководителя должника – Хроменко Е.Н., который имеет для этого объективные возможности, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений. Заявитель жалобы указывает, что в силу пункта 2 статьи 9 АПК РФ на конкурсного управляющего не могут быть возложены негативные последствия несовершения контролирующим лицом процессуальных действий по представлению доказательств.

В отзыве на кассационную жалобу Хроменко Е.Н. просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, общество «КамАЗАвтоМаркет» зарегистрировано в качестве юридического лица 15.03.2006.

Руководителем общества «КамАЗАвтоМаркет» до 22.06.2015 являлся Голиков В.А., в период с 22.06.2015 по 12.01.2017 – Хроменко Е.Н.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 19.01.2016 на основании заявления конкурсного кредитора – Банка «Национальная Факторинговая Компания» возбуждено производство по делу о банкротстве общества «КамАЗАвтоМаркет».

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 17.01.2017 общество «КамАЗАвтоМаркет» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введено конкурсное производство.

Требования кредиторов первой очереди отсутствуют, требования второй очереди составляют 472 079 руб. 36 коп., в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования на общую сумму 674 891 123 руб. 15 коп.

Полагая, что по состоянию на 30.03.2015 общество «КамАЗАвтоМаркет» обладало признаками неплатежеспособности, активов должника было недостаточно для погашения кредиторской задолженности, в связи с чем руководитель должника не позднее 30.04.2015 был обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, а также ссылаясь на то, что ответчиками не исполнена обязанность о передаче документации, конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о привлечении руководителей общества «КамАЗАвтоМаркет» Голикова В.А. и Хроменко Е.Н. к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, суды первой и апелляционной инстанций исходили из отсутствия оснований для обращения в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом по состоянию на указанную конкурсным управляющим дату, а также из отсутствия причинно-следственной связи между непередачей ответчиками документации должника и невозможностью формирования конкурсной массы.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов, суд округа считает, что судебные акты подлежат отмене ввиду следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению.

В мотивировочной части судебного акта должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, а также мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, законы и иные нормативные правовые акты, которым руководствовался суд при принятии решения (пункты 2, 3 части 4 статьи 170 АПК РФ).

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчикам действий.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу.

Вместе с тем обстоятельства, в связи с которыми конкурсный управляющий должником заявляет о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, в этой связи суды обоснованно применили к спорным правоотношениям положения Закона о банкротстве в редакции Закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Исходя из положений статьи 10 ГК РФ руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц, как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы (пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

Законом о банкротстве предусмотрены иные случаи.

При этом заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных данной статьей, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 3 статьи 9 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах 5, 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов ответственности освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение плана является разумным.

Применительно к обстоятельствам рассматриваемого спора отказ в удовлетворении требований мотивирован судами тем, что на указанную конкурсным управляющим дату (31.03.2015) данные бухгалтерского баланса не позволяли констатировать наличие у Голикова В.А. или Хроменко Е.Н. как руководителей должника предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве оснований, безусловно свидетельствующих о необходимости обращения в суд с заявлением о банкротстве должника, при этом суды указали, что кредиторская задолженность общества «КамАЗАвтоМаркет» действительно составляла 154 775 000 руб., но у должника имелись иные активы, помимо денежных средств, в том числе запасы стоимостью 104 033 000 руб., дебиторская задолженность в сумме 136 856 000 руб., доказательств того, что исполнение должником просроченных обязательств с учетом имеющихся активов и осуществления хозяйственной деятельности на указанную конкурсным управляющим дату и до возбуждения производства по делу о банкротстве, было безусловно невозможно, в деле не имеется.

Вместе с тем указанные выводы основаны на оценке судами отдельных показателей бухгалтерского баланса без комплексного анализа приведенных конкурсным управляющим в обоснование своей позиции доводов. Так, конкурсный управляющий обращал внимание на то, что уже начиная с февраля 2015 года должник перестал исполнять обязательства, при этом в последующем ситуация не улучшалась, основные средства стоимостью 8 153 000 руб., запасы стоимостью 104 033 000 руб., указанные в бухгалтерском балансе должника по состоянию на 31.12.2014, в ходе конкурсного производства не нашли документального подтверждения, по данным инвентаризации, проведенной конкурсным управляющим, у должника не было выявлено какого-либо имущества.

Однако данные обстоятельства, в том числе достоверность сведений бухгалтерской отчетности, суды не исследовали и оценку им не дали, не было проанализировано реальное финансовое состояние должника, не установлено, в чём заключалась его хозяйственная деятельность, не исследован состав основных средств и запасов в общей сумме 112 186 000 руб., обстоятельства выбытия активов должника, наличие или отсутствие встречного предоставления в случае их отчуждения, какие-либо аргументированные возражения и пояснения по данным обстоятельствам ни Голиковым В.А., ни Хроменко Е.Н. не были даны.

Суды первой и апелляционной инстанций, признав, что объективных оснований для обращения руководителя должника в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника по состоянию на 31.03.2015 не имелось, вместе с тем не определили конкретный момент перехода должника в состояние неплатежеспособности или недостаточности имущества, с учетом этого не установили, когда именно у руководителя должника возникла обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве и какие обязательства возникли после указанной даты, кроме того, не проверили то обстоятельство, в связи с чем возникла неплатежеспособность должника, имелась ли вина контролирующих лиц в наступлении несостоятельности (банкротства) организации.

Судами не учтено, что со стороны ответчиков помимо ссылок на ведение должником обычной хозяйственной деятельности не приведено каких-либо удовлетворительных пояснений о том, каким образом планировался выход из сложившейся неудовлетворительной финансовой ситуации при наличии значительной кредиторской задолженности, за счет каких денежных средств или иных ресурсов должник планировал рассчитаться по имеющимся у него обязательствам, обеспечив при этом сохранение собственной финансово-экономической деятельности на стабильном уровне; каких-либо доказательств тому, что руководство должника, действуя разумно и добросовестно, выполняло некий экономически обоснованный план по выходу из критической ситуации, предпринимало иные действия, направленные на стабилизацию финансово-хозяйственной деятельности должника, в материалах дела не имеется, а из отзыва Хроменко Е.Н. следует, что уже с 01.11.2015 деятельность общества «КамАЗАвтоМаркет» была фактически прекращена.

В связи с этим выводы судов об отсутствии оснований для привлечения к ответственности Голикова В.А. и Хроменко Е.Н. по обязательствам должника по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, являются преждевременными.

Отказывая в удовлетворении заявления по основанию, предусмотренному пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, суды исходили из того, что отсутствие у конкурсного управляющего первичных документов об отчуждении должником транспортных средств не повлекло за собой невозможность для конкурсного управляющего выявить и истребовать имущество должника, находящееся во владении третьих лиц, предъявить иски о взыскании долга, оспорить сделки должника и, следовательно, сформировать конкурсную массу.

Между тем судами не учтено следующее.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование Закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

В абзаце четвертом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действующей в спорный период, содержится презумпция о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при отсутствии документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанных с непередачей документации (подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

При этом привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Таким образом, именно на ответчиков в силу статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве возложено бремя опровержения данной презумпции (при ее доказанности), в частности, что документы переданы конкурсному управляющему либо их отсутствие не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Однако посчитав, что конкурсный управляющий не обосновал отсутствие у него возможности без первичных документов об отчуждении транспортных средств выявить и истребовать имущество должника, находящееся во владении третьих лиц, предъявить иски о взыскании долга, оспорить сделки должника и сформировать конкурсную массу, опираясь при этом на сделанные по иному обособленному спору (об истребовании от бывшего руководителя общества «КамАЗАвтоМаркет» Хроменко Е.Н.) выводы судов о непроведении конкурсным управляющим мероприятий по установлению реализации должником транспортных средств, отсутствии у конкурсного управляющего достоверной информации о месте нахождения спорных автомобилей, суды допустили ошибку при распределении бремени доказывания и, как следствие, возложили негативные последствия неисполнения Голиковым В.А. и Хроменко Е.Н. обязанности по доказыванию на конкурсного управляющего (истца), что существенно нарушает правила о состязательности в арбитражном процессе (статья 9 АПК РФ).

Настаивая на привлечении Голикова В.А. и Хроменко Е.Н. к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий ссылался на то, что в соответствии с полученной от акционерного общества «Торгово-финансовая компания «КАМАЗ» информацией между данным обществом и должником в период с 2014 г. по 2016 г. были заключены четыре договора поставки, в адрес общества «КамАЗАвтоМаркет» были реализованы транспортные средства в количестве 521 единицы, при этом среди документов, переданных конкурсному управляющему прежним руководителем Хроменко Е.Н., отсутствовали документы о реализации должником 55 автомашин.

Конкурсный управляющий также ссылался на данные бухгалтерского баланса должника по состоянию на 31.12.2014, согласно которому на отчетную дату имелись основные средства стоимостью 8 153 000 руб., запасы стоимостью 104 033 000 руб., но в ходе конкурсного производства конкурсным управляющим не было выявлено какого-либо имущества у должника.

Указанные доводы конкурсного управляющего соответствуют условиям презумпции, закрепленной в абзаце четвертом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при отсутствии документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, и в случае ее подтверждения бремя ее опровержения в силу статей 9, 65 АПК РФ и абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве переходит на Голикова В.А. и Хроменко Е.Н.

Возражая против заявленных требований, Хроменко Е.Н. ссылался на факт передачи конкурсному управляющему документации должника и отсутствие каких-либо оговорок при приемке документов.

По мнению суда округа, само по себе отсутствие оговорок не означает надлежащее исполнение указанной обязанности, поскольку, принимая документы, конкурсный управляющий по общему правилу не должен обладать информацией о том, что переданные документы позволяют проведение соответствующих процедур, в том числе информацией об их комплектности и полноте содержания. Лишь проанализировав полученные документы, конкурсный управляющий имеет возможность определить, все ли необходимые документы переданы, тем более, что ответчиком опись документов не составлялась.

Суд округа также не может согласиться с доводами судов о наличии у конкурсного управляющего возможности самостоятельно выявить и истребовать имущество должника, поскольку законодатель, возложивший обязанность по передаче документов на руководителя должника, не ставит ее исполнение в зависимость от возможностей конкурсного управляющего либо суда восстановить документацию путем ее истребования у третьих лиц. Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, в связи с чем именно руководитель должника обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации. С учетом правил распределения бремени доказывания подлежало установлению, по чьей вине из последовательно сменявших друг друга руководителей должника отсутствуют документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, содержащие сведения о деятельности должника в период времени, когда происходило отчуждение имущества.

Кроме того, Хроменко Е.Н. в письменном отзыве на заявление о привлечении к субсидиарной ответственности и в устных пояснениях в судебном заседании суда округа указывал, что на дату вступления его в должность директора имущество, указанное в бухгалтерском балансе должника по состоянию на 31.12.2014, в том числе основные средства стоимостью 8 153 000 руб. и запасы стоимостью 104 033 000 руб., отсутствовало.

Соответственно, в случае «нулевых» показателей бухгалтерской отчетности на следующую отчетную дату руководителю должника следовало представить конкурсному управляющему информацию о выбытии активов; по данным конкурсного управляющего, не опровергнутым ответчиками, такая информация была представлена ему не в полном объеме.

Какие-либо разумные доводы и объяснения относительно принятых мер по поиску документов, их восстановлению, исправлению бухгалтерской отчетности в случае ее недостоверности, по выявлению активов должника ни Голиковым В.А., ни Хроменко Е.Н. не даны.

Таким образом, выводы судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии совокупности обстоятельств, позволяющих привлечь Голикова В.А. и Хроменко Е.Н. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, сделаны без установления обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения требования конкурсного управляющего, при неправильном распределении бремени доказывания и без учета презумпции, установленной в абзаце четвертом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

В силу части 1 статьи 288 АПК РФ основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Учитывая изложенное, и, то, что, исходя из вышеназванных обстоятельств, выводы судов относительно наличия (отсутствия) оснований для привлечения Голикова В.А. и Хроменко Е.Н. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника сделаны при неправильном применении норм материального, процессуального права и соответствующих разъяснений, являются недостаточно обоснованными, сделаны преждевременно, без исследования и оценки всех обстоятельств дела, всех имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, что повлекло совершение ошибочных выводов и вынесение неправильных судебных актов, для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется установление всех имеющих значение для дела обстоятельств, что невозможно в арбитражном суде кассационной инстанции в силу предоставленных ему полномочий, определение Арбитражного суда Челябинской области от 12.11.2018 по делу № А76-250/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2019 по тому же делу подлежат отмене, дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела арбитражному суду с учетом изложенного в мотивировочной части настоящего постановления надлежит устранить отмеченные недостатки, в том числе установить момент, в который у руководителя возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, определить причины, которые привели к возникновению кризисной ситуации, дать оценку действиям (бездействию) лиц, заявленных к привлечению к субсидиарной ответственности, правильно распределить бремя доказывания в соответствии с установленной законом презумпцией и с учетом установления всех фактических обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения требований и о размере ответственности каждого из лиц, исполнявших обязанности руководителей общества, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 12.11.2018 по делу № А76-250/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2019 по тому же делу отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Челябинской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Ю.В. Кудинова


Судьи Г.М. Столяренко


Н.В. Шершон