Постановление от 23 апреля 2024 г. по делу № А65-23020/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-43195/2019

Дело № А65-23020/2018
г. Казань
23 апреля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 09 апреля 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 23 апреля 2024 года

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Самсонова В.А.,

судей Коноплевой М.В., Третьякова Н.А.,

при участии в Арбитражном суде Поволжского округа представителя ФИО1, ФИО2, по доверенности от 22.05.2023,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу арбитражного управляющего Акубжановой Крестины Викторовны

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.07.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2024

по делу № А65-23020/2018

по жалобе ФИО1 о признании незаконными действий арбитражного управляющего Акубжановой Крестины Викторовны в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «БТЛ-Сервис»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.10.2018 общество с ограниченной ответственностью «БТЛ-Сервис» (далее – общество «БТЛ-Сервис», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2018 решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.10.2018 отменено в части утверждения конкурсным управляющим ФИО4, указанный вопрос направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определением арбитражного суда Республики Татарстан от 13.02.2019 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО5.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.06.2022 арбитражный управляющий ФИО5 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего обществом «БТЛ-Сервис». Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.08.2022 конкурсным управляющим обществом «БТЛ-Сервис» утверждена ФИО6.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 28.12.2021 обратился ФИО1 с жалобой о признании незаконными действия конкурсного управляющего ФИО5 по привлечению специалистов путем заключения договора № 05 от 01.07.2019 с ФИО7 и договора № 6 от 01.07.2019 с ФИО8; а также о взыскании с арбитражного управляющего ФИО5 в конкурсную массу убытков в размере 2 520 757,30 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.07.2023 жалоба ФИО1 удовлетворена. Признаны незаконными действия конкурсного управляющего ФИО5, выразившиеся в привлечении специалистов ФИО7 по договору № 1 от 01.07.2019, по договору № 3 от 09.01.2020, по договору № 5 от 01.07.2020 и ФИО8 по договору № 1 от 01.07.2019, по договору № 3 от 09.01.2020, по договору № 5 от 01.07.2020. С ФИО5 в конкурсную массу общества «БТЛ-Сервис» взысканы убытки в размере 2 543 637,36 руб.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2024 определение суда первой инстанции от 21.07.2023 оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными по обособленному спору судебными актами, арбитражный управляющий ФИО5 обратилась в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неверное применение судами норм материального и процессуального права, просила определение суда первой инстанции от 21.07.12023 и постановление апелляционного суда от 22.01.2024 отменить, в удовлетворении жалобы отказать.

По мнению заявителя кассационной жалобы, выводы судов о совершении арбитражным управляющим действий по заключению с привлеченными специалистами трудовых договоров с целью обхода установленных лимитов на оплату услуг таких специалистов противоречит фактическим обстоятельствам, поскольку ФИО7 и ФИО8 были привлечены конкурсным управляющим ФИО5 путем заключения с ними договоров подряда при том, что конкурсный управляющий не вышел за пределы установленного Законом о банкротстве лимита на оплату труда привлеченных специалистов. Заявитель также полагает ошибочными выводы судов об отсутствии необходимости привлечения бухгалтера и юриста, основанные лишь ссылкой на то, что специальная подготовка арбитражного управляющего позволяет ему самостоятельно выполнять обязанности бухгалтера и юриста, и не учитывающие приведенный управляющий объем такого рода деятельности и результаты их деятельности по пополнению конкурсной массы.

Присутствующий в судебном заседании представитель ФИО1 возражал против удовлетворения кассационной жалобы, просил обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

Заявитель кассационной жалобы и иные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Проверив законность обжалуемого судебного акта в соответствии со статьей 286 АПК РФ, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Обращаясь в суд с жалобой на действия конкурсного управляющего ФИО5, ФИО1 просил признать незаконными действия управляющего, выразившиеся в необоснованном привлечении специалистов ФИО7 и ФИО8, в связи с чем взыскать с ФИО5 в конкурсную массу должника убытки в размере 2 543 637,36 руб., в обоснование своей жалобы ссылаясь на указанные в данные отчета конкурсного управляющего об использовании денежных средств должника в период с 01.07.2019 по 31.01.2021 сведения о заключении договоров оказания услуг № 05 и № 06 с ФИО7 (бухгалтер) и ФИО8 (юрист) соответственно, а также на факты выплаты указанным специалистам в указанный период денежных средств: 859 560 рублей - ФИО7; 859 560 рублей - ФИО8; а также уплаты за них налогов и сборов.

Заявитель полагал, что конкурсный управляющий ФИО5 вместо привлечения указанных лиц на основании гражданско-правовых договоров заключила с указанными лицами трудовые договоры, что повлекло необходимость нести дополнительные расходы в связи с предоставлением работнику предусмотренных трудовым законодательством гарантий, что противоречит целям конкурсного производства. Процедура конкурсного производства, по мнению заявителя, сопровождается прекращением хозяйственной деятельности должника, в связи с чем необходимость в привлечении отдельных специалистов отсутствует, конкурсный управляющий могла справиться самостоятельно.

Согласно расчета заявителя, в результате незаконных действий ФИО5 кредиторам должника был причинен убыток в размере 2 520 757,30 руб., представляющий собой сумму выплат как самим специалистам, так и обязательных платежей, а также комиссии банку за перечисления денежных средств указанным специалистам.

Возражая против заявленных ФИО1 требований, конкурсный управляющий ФИО5 обращала внимание судов на то, что специалисты ФИО7 и ФИО8 привлечены ею путем заключения гражданско-правовых договоров подряда, объем работы по восстановлению (сдаче) бухгалтерской отчетности и необходимость подготовки значительного количества заявлений и обращений в различные государственные органы, исков в суд требовало привлечения юриста, что подтверждается большим объемом выполненной этими лицами работы, подтвержденной подписанными сторонами актами выполненных работ. При этом конкурсный управляющий не вышел за пределы лимитов, установленных законодательством о банкротстве.

Разрешая спор, суд первой инстанции установил, что конкурсным управляющим ФИО5 01.07.2019 с ФИО7 заключен договор подряда № 1, в соответствии с условиями которого ФИО7 обязалась выполнять работы по текущему ведению бухгалтерского учета по всем регистрам, расчету заработной платы сотрудников, расчету налогов и сборов, составлению ежемесячной и квартальной бухгалтерской отчетности, налоговых деклараций, отчетов в страховые фонды и т.д., а конкурсный управляющий – выплачивать ФИО7 вознаграждение в размере 52 000 руб. за каждый месяц оказания услуг, а также НДФЛ 13%, подлежащим уплате должником в бюджет как налоговым агентом.

По окончании срока действия указанного договора 09.01.2019 и 01.07.2020 конкурсным управляющим были заключены с ФИО7 договоры подряда № 3 и № 5 аналогичного содержания и стоимости услуг.

Судом также установлено, что управляющий ФИО9 01.07.2019 заключила с ФИО8 договор подряда № 2, по условиям которого ФИО8 взял на себя обязательства по выполнению следующих работ (оказанию услуг): представление интересов в суде, представление интересов в налоговых и иных государственных органах, сопровождение исполнительного производства, предоставление прочих юридических услуг, а конкурсный управляющий – выплачивать ему вознаграждение в размере 52 000 руб. ежемесячно, а также удерживать и уплачивать в бюджет НДФЛ 13% в качестве налогового агента.

По окончании срока действия указанного договора 09.01.2019 и 01.07.2020 конкурсным управляющим были заключены с ФИО8 договоры подряда № 4 и № 6 аналогичного содержания и стоимости услуг.

Признавая жалобу ФИО1 обоснованной, суд первой инстанции, сославшись на закрепленные положениями пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве принципы добросовестности и разумности деятельности арбитражного управляющего, в связи с чем указал, что в рассматриваемом случае должник не осуществлял хозяйственную деятельность, объем работы бухгалтерии значительно снизился и был сведен к выплате и сдаче налоговой и бухгалтерской отчетности, каких-либо иных значимых действий не осуществлялось; свои обязанности привлеченные лица исполняли ненадлежащим образом, поскольку в указанный период должник был оштрафован на 5 000 руб. за нарушение обязанности по отправке в ПФР по форме СЗВ-СТАЖ и СЗВ-М.

Судом первой инстанции установлено, что конкурсный управляющий ФИО5 представила акты сдачи-приемки работ, подписанные с ФИО8 от 31.07.2019, от 31.08.2019, 30.09.2019, 31.10.2019, 30.11.2019, 31.12.2019, 31.01.2020, 29.02.2020, от 31.03.2020, от 30.04.2020, от 31.05.2020, от 30.06.2020, от 31.07.2020, от 31.08.2020, от 30.09.2020, от 31.10.2020, от 30.11.2020, от 31.12.2020, а также акты сдачи-приемки работ, подписанные с ФИО7 от 31.07.2019, от 31.08.2019, от 30.09.2019, от 31.10.2019, от 30.11.2019, от 31.12.2019, от 31.01.2020, от 29.02.2020, от 31.03.2020, от 30.04.2020, от 31.05.2020, от 30.06.2020, от 31.07.2020, от 31.08.2020, от 30.09.2020, от 31.10.2020, от 30.11.2020, от 31.12.2020, из которых следует, что управляющим ФИО5 принимались различные работы, выполняемые привлеченными лицами.

Установив, что по данным ИФНС России № 4 по РТ ФИО8 период с июля 2019 года по декабрь 2022 года и ФИО7 в период с июля 2019 года по декабрь 2021 года параллельно осуществляли трудовую деятельность в ряде иных организаций, суд указал, что представленные конкурсным управляющим ФИО5 договоры подряда предусматривают фактически полную занятость привлеченных лиц, однако осуществление трудовой деятельности в многочисленных других юридических лицах делает невозможным полноценную трудовую деятельность этих лиц в обществе «БТЛ-Сервис», что ведет к затягиванию процедуры банкротства из-за несвоевременных действий работников.

В связи с этим суд первой инстанции пришел к выводу о том, что привлечение в штат указанных сотрудников и выплата им заработной платы в установленном в трудовом договоре размере привели к дополнительным расходам должника и уменьшению его имущества, что не соответствует принципам добросовестности и разумности. Одновременно судом первой инстанции сделан вывод об отсутствии доказательств того, что привлечение в конкурсном производстве специалистов с указанными трудовыми функциями не могло быть осуществлено на основании гражданско-правовой сделки, учитывая, что их деятельность фактически является деятельностью привлеченных специалистов, поскольку она направлена на обеспечение исполнения возложенных на конкурсного управляющего обязанностей по сохранности имущества и достижении целей конкурсного производства, а не на продолжение осуществления производственной деятельности должника.

В связи с этим суд первой инстанции признал действия конкурсного управляющего ФИО5 незаконными в данной части, указав, что у должника возникли дополнительные обязательства по оплате в пользу привлеченных лиц, являющиеся убытками должника, уменьшающими конкурсную массу, негативно влияющими на возможность удовлетворения требований кредиторов, подлежащие взысканию с ФИО5 в качестве убытков.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор, согласился с выводами суда первой инстанции, дополнительно указав, что принятие работников на основании трудовых договоров изменяет правовой режим выплат в их пользу очередность удовлетворения их требований, а также позволяет избегать лимитов на оплату услуг привлеченных специалистов, что противоречит целям конкурсного производства.

Апелляционный суд отметил, что само по себе достижение положительного эффекта в конкретных мероприятиях процедуры банкротства еще не указывает на то, что этот положительный эффект достигнут именно благодаря привлеченным специалистам.

Между тем, судами не учтено следующее.

Арбитражный управляющий вправе привлекать для обеспечения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве на договорной основе иных лиц с оплатой их деятельности за счет средств должника, если иное не установлено Законом о банкротстве, стандартами и правилами профессиональной деятельности или соглашением арбитражного управляющего с кредиторами (абзац 6 пункта 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве).

Возражая против заявленных ФИО1 требований, арбитражный управляющий ФИО5 обращала внимание судов на то, что ФИО7 и ФИО8 были привлечены конкурсным управляющим ФИО5 путем заключения с ними договоров подряда, по итогам оказания указанными специалистами конкурсным управляющим подписывались акты выполненных работ, представленные в материалы дела.

Приняв в качестве основы вывод о наличии между арбитражным управляющим ФИО5 и привлеченными специалистами ФИО7 и ФИО8 трудовых отношений, суды не указали причины, по которой они решили, что правоотношения между конкурсным управляющим и указанными специалистами подлежат квалификации в качестве трудовых.

Трудовой кодекс Российской Федерации закрепляет требования к содержанию трудового договора, определяет перечень обязательных для включения в него условий и относит к таковым место работы и трудовую функцию (работу по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы) (абзацы второй и третий части второй статьи 57), и, как следствие, гарантирует неизменность обусловленной трудовым договором трудовой функции работника - должности, профессии, специальности или квалификации, конкретного вида порученной работнику работы.

Заявляя о том, что целью заключения конкурсным управляющим ФИО5 трудовых договоров с привлеченными специалистами явилось лимитов на оплату труда привлеченных специалистов, судами не дана оценка возражениям конкурсного управляющего о том, что ФИО5 не вышла за пределы установленного Законом о банкротстве лимита на оплату труда привлеченных специалистов.

Оценивая содержание договоров подряда и представленные конкурсным управляющим ФИО5 акты выполненных работ, содержащие подробный перечень выполненных привлеченными специалистами работ (оказанных услуг), суды ограничились ссылкой на наличие у конкурсного управляющего специальной подготовки, позволяющей ему самостоятельно выполнять обязанности бухгалтера и юриста, не дав оценки приведенный управляющий объем такого рода деятельности и результаты их деятельности по пополнению конкурсной массы.

В связи с этим выводы судов об обоснованности жалобы ФИО1 на действия конкурсного управляющего ФИО5 являются преждевременными ввиду того, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, судами не установлены.

При таких условиях обжалуемые судебные акты подлежат отмене с направлением дела обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.07.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2024 по делу № А65-23020/2018 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья В.А.Самсонов


Судьи М.В. Коноплева


Н.А. Третьяков