Постановление от 25 августа 2022 г. по делу № А68-2154/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

Дело №А68-2154/2020
25 августа 2022 года
город Калуга



Резолютивная часть постановления оглашена 23 августа 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 25 августа 2022 года.


Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего

Ипатова А.Н.

Еремичевой Н.В.

ФИО1



при участии в заседании:


от заявителя жалобы:

от ФИО2:


от ПАО «Промсвязьбанк»:



от ФИО3:



от иных лиц, участвующих в деле:

ФИО4 - представитель, доверенность от 14.09.2021;


ФИО5 представитель, доверенность N 496 от 14.07.2022;


ФИО6 – представитель, доверенность от 22.08.2022;


не явились, извещены надлежаще;



рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Тульской области от 30.03.2022 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2022 по делу №А68-2154/2020,

УСТАНОВИЛ:


Определением Арбитражного суда Тульской области от 24.04.2020 принято к рассмотрению заявление должника о признании несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Тульской области от 22.07.2020 ООО «Партнер» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, открыто конкурсное производство, финансовым управляющим утвержден ФИО7.

Публичное акционерное общество «Промсвязьбанк» обратилось в арбитражный суд с заявлением, с учетом уточнения от 30.09.2020, о включении в реестр требований кредиторов ООО «Партнер» задолженности в размере 661 472 765,21 руб., из них 660 829 851,40 руб. - основной долг, 642 913,81 руб. - неустойка.

Определением Арбитражного суда Тульской области от 15.02.2021 в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве заинтересованных лиц по настоящему обособленному спору поручители по обязательствам ООО «Партнер» перед ПАО «Промсвязьбанк» привлечены: ФИО2, ФИО3.

Определением Арбитражного суда Тульской области от 08.12.2021 суд привлек в качестве заинтересованных лиц поручителей и залогодателей по обязательствам ООО «Партнер» перед Банком: ООО «Седьмой океан», ООО «ТК «Демидовская Люкс», ООО «Вест Ленд», ООО «Пищекомбинат «Лужковский Плюс», ООО «Демидовская», ООО «ПК «Седьмой океан», ООО «Фабрикант».

Определением Арбитражного суда Тульской области от 30.03.2022, оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2022, заявление ПАО «Промсвязьбанк» об установлении требований кредитора в размере 661 472 765,21 руб. удовлетворено.

Включены требования ПАО «Промсвязьбанк» в общей сумме 661 472 765 руб. 21 коп., в том числе: 660 829 851 руб. 40 коп. - основной долг; 642 913 руб. 81 коп. - неустойка, в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Партнер».

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ссылаясь на их незаконность и необоснованность, ФИО2 обратился в суд с кассационной жалобой, в которой просит вышеуказанные судебные акты отменить и принять новый судебный акт, об отказе в удовлетворении заявления о включении требований в реестр требований кредиторов.

В судебном заседании кассационной инстанции представитель ФИО2 поддержал доводы кассационной жалобы, просил ее удовлетворить.

ФИО3 поддержал доводы кассационной жалобы, просил ее удовлетворить.

Представитель ПАО «Промсвязьбанк» на доводы кассационной жалобы возражал, считает обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просил оставить их без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в суд округа не явились. Дело рассмотрено без их участия в порядке, предусмотренном ст. 284 АПК РФ.

Проверив законность обжалуемого судебного акта, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителей сторон, судебная коллегия кассационной инстанции считает необходимым определение суда области и апелляционное постановление оставить без изменения в связи со следующим.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ПАО «Промсвязьбанк» (кредитор) и ООО «Демидовская» (заемщик, основной должник) 24.10.2017 заключен кредитный договор N 0123-17-2-14 об открытии кредитной линии с лимитом выдачи в размере 30 000 000 руб. на срок по 31.10.2020, включительно.

Согласно пункту 2.5 кредитного договора за пользование кредитом заемщик уплачивает Кредитору проценты в размере 14 процентов годовых.

В соответствии с пунктом 8.1 кредитного договора (в редакции дополнительного соглашения N 1 от 28.09.2018 к нему) погашение любой из сумм задолженности по кредитному договору должно быть осуществлено заемщиком в сроки, определенные в соответствии с кредитным договором, при этом дата окончательного погашения задолженности - 31.10.2020.

Кредитором были исполнены все обязательства по кредитному договору, в период с 24.10.2017 по 14.12.2017 заемщику были перечислены денежные средства траншами в общей сумме 30 000 000 руб.

Задолженность по основному долгу по кредитному договору заемщиком не погашалась.

В связи с ненадлежащим исполнением заемщиком обязательств по кредитному договору по погашению процентов за пользование кредитом 31.01.2020 заемщику было направлено требование о досрочном погашении задолженности по кредитному договору, которое заемщиком исполнено не было.

В целях обеспечения исполнения обязательств по вышеуказанному Кредитному договору, между ПАО «Промсвязьбанк» и ООО «Партнер» был заключен Договор поручительства от 08.12.2017 N 4П/0123-17-2-14.

В связи с неисполнением заемщиком требования кредитора о досрочном погашении задолженности, 18.02.2020 в адрес поручителя было направлено требование о погашении просроченной задолженности по кредитному договору, которое не было исполнено.

Определением Арбитражного суда Тульской области от 04.03.2020 по делу N А68-15131/2019 в отношении ООО «Демидовская» введено наблюдение.

Задолженность по кредитному договору N 0123-17-2-14 об открытии кредитной линии (с установленным лимитом выдачи) от 24.10.2017 составляет 32 552 516 руб. 78 коп.

Также, 03.04.2017 между ПАО «Промсвязьбанк» (Кредитор) и ООО «Фабрикант» (заемщик, основной должник) был заключен кредитный договор N 0027-17-2-14 об открытии кредитной линии с лимитом выдачи в размере 60 000 000 руб. на срок по 31.10.2020, включительно.

Согласно пункту 2.5 кредитного договора за пользование кредитом заемщик уплачивает кредитору проценты в размере 14 процентов годовых.

В соответствии с пунктом 2.5 кредитного договора (в редакции дополнительного соглашения N 1 от 28.09.2018 к нему) за пользование кредитом заемщик уплачивает кредитору проценты в размере 11 процентов годовых, начиная с 01.10.2018.

В соответствии с пунктом 8.1 кредитного договора (в редакции Дополнительного соглашения N 1 от 28.09.2018 к нему) погашение любой из сумм задолженности по Кредитному договору должно быть осуществлено заемщиком в сроки, определенные в соответствии с кредитным договором, при этом дата окончательного погашения задолженности - 31.10.2020.

Кредитором были исполнены все обязательства по кредитному договору, в период с 03.04.2017 по 14.12.2017 заемщику были перечислены денежные средства траншами в общей сумме 60 000 000 руб.

Задолженность по основному долгу по кредитному договору заемщиком не погашалась.

В связи с ненадлежащим исполнением заемщиком обязательств по кредитному договору по погашению процентов за пользование кредитом 31.01.2020 заемщику было направлено требование о досрочном погашении задолженности по кредитному договору, которое заемщиком исполнено не было.

В целях обеспечения исполнения обязательств по вышеуказанному кредитному договору, между ПАО «Промсвязьбанк» и ООО «Партнер» был заключен договор поручительства N 8П/0027-17-2-14 от 08.12.2017.

В связи с неисполнением заемщиком требования кредитора о досрочном погашении задолженности, 18.02.2020 в адрес поручителя было направлено требование о погашении просроченной задолженности по кредитному договору, которое не было исполнено.

Определением Арбитражного суда Тульской области от 04.03.2020 по делу N А68-15132/2019 в отношении ООО «Фабрикант» введена процедура наблюдения.

Задолженность по кредитному договору N 0027-17-2-14 об открытии кредитной линии (с установленным лимитом выдачи) от 03.04.2017 составляет 70 467 290 руб. 72 коп.

Также, 03.04.2017 между ПАО «Промсвязьбанк» (кредитор) и ООО «Фабрикант» (заемщик, основной должник) был заключен кредитный договор N 0029-17-2-14 об открытии кредитной линии с лимитом выдачи в размере 35 000 000 руб. на срок по 31.10.2020, включительно.

Согласно пункту 2.5 кредитного договора за пользование кредитом заемщик уплачивает кредитору проценты в размере 14 процентов годовых.

В силу пункта 2.5 кредитного договора (в редакции дополнительного соглашения N 1 от 28.09.2018 к нему) за пользование кредитом заемщик уплачивает кредитору проценты в размере 11 процентов годовых, начиная с 01.10.2018.

В соответствии с пунктом 8.1 кредитного договора (в редакции дополнительного соглашения N 1 от 28.09.2018 к нему) погашение любой из сумм задолженности по кредитному договору должно быть осуществлено заемщиком в сроки, определенные в соответствии с кредитным договором, при этом дата окончательного погашения задолженности - 31.10.2020.

Кредитором были исполнены все обязательства по кредитному договору, в период с 03.04.2017 по 14.12.2017 заемщику были перечислены денежные средства траншами в общей сумме 35 000 000 руб.

Задолженность по основному долгу по кредитному договору заемщиком не погашалась.

В целях обеспечения исполнения обязательств по вышеуказанному кредитному договору, между ПАО «Промсвязьбанк» и ООО «Партнер» был заключен договор поручительства от 08.12.2017 N 8П/0029-17-2-14.

В связи с неисполнением заемщиком требования кредитора о досрочном погашении задолженности, 18.02.2020 в адрес поручителя было направлено требование о погашении просроченной задолженности по кредитному договору, которое не было исполнено.

Задолженность по кредитному договору N 0029-17-2-14 об открытии кредитной линии (с установленным лимитом выдачи) от 03.04.2017 составляет 41 863 073 руб. 29 коп.

Также, 10.04.2017 между ПАО «Промсвязьбанк» (кредитор) и ООО «Фабрикант» (заемщик, основной должник) был заключен кредитный договор N 0036-17-2-14 об открытии кредитной линии с лимитом выдачи в следующих размерах:

- в период с 10.04.2017 по 29.06.2017 (включительно) - 60 000 000 руб.;

- в период с 30.06.2017 по 29.03.2018 (включительно) - 30 000 000 руб.;

- в период с 30.03.2018 по 27.09.2018 (включительно) - 20 000 000 руб.;

- в период с 28.09.2018 по 30.12.2020 (включительно) - 17 929 600 руб.;

В соответствии с пунктом 2.5 кредитного договора за пользование кредитом заемщик уплачивает кредитору проценты в размере 14 процентов годовых.

Согласно пункту 2.5 кредитного договора (в редакции дополнительного соглашения N 2 от 28.09.2018 к нему) за пользование кредитом заемщик уплачивает кредитору проценты в размере 11 процентов годовых, начиная с 01.10.2018.

В соответствии с пунктом 8.1 кредитного договора (в редакции дополнительного соглашения N 1 от 28.06.2018 к нему) погашение любой из сумм задолженности по кредитному договору должно быть осуществлено заемщиком в сроки, определенные в соответствии с кредитным договором, при этом дата окончательного погашения задолженности - 31.12.2020.

Заемщиком были исполнены все обязательства по кредитному договору. Заемщику был предоставлен кредит следующими траншами: 10.04.2017 в размере 3 600 000 руб.; 18.05.2017 в размере 14 329 600 руб.

Задолженность по основному долгу по кредитному договору заемщиком не погашалась.

В связи с ненадлежащим исполнением заемщиком обязательств по кредитному договору по погашению процентов за пользование кредитом 31.01.2020 заемщику было направлено требование о досрочном погашении задолженности по кредитному договору, которое заемщиком исполнено не было.

В целях обеспечения исполнения обязательств по вышеуказанному Кредитному договору, между ПАО «Промсвязьбанк» и ООО «Партнер» был заключен Договор поручительства N 8П/0036-17-2-14 от 08.12.2017.

В связи с неисполнением заемщиком требования кредитора о досрочном погашении задолженности, 18.02.2020 в адрес поручителя было направлено требование о погашении просроченной задолженности по кредитному договору, которое не было исполнено.

Задолженность по кредитному договору N 0036-17-2-14 об открытии кредитной линии (с установленным лимитом выдачи) от 10.04.2017 составляет 20 738 902 руб. 32 коп.

Также, 27.12.2016 между ПАО «Промсвязьбанк» (кредитор) и ООО «Партнер» (заемщик, основной должник) был заключен кредитный договор N 0139-16-2-14 об открытии кредитной линии с лимитом выдачи в следующих размерах:

- в период с 27.12.2016 но 27.09.2018 (включительно) - 125 000 000 руб.;

- в период с 28.09.2018 по 31.10.2020 (включительно) - 45 000 000 руб.

В соответствии с пунктом 2.5 кредитного договора за пользование кредитом заемщик уплачивает кредитору проценты в размере 14 процентов годовых.

В соответствии с пунктом 2.5 кредитного договора (в редакции дополнительного соглашения N 2 от 28.09.2018 к нему) за пользование кредитом заемщик уплачивает кредитору проценты в размере 11 процентов годовых, начиная с 01.10.2018.

В соответствии с пунктом 8.1 кредитного договора (в редакции Дополнительного соглашения N 2 от 28.09.2018 к нему) погашение любой из сумм задолженности по кредитному договору должно быть осуществлено заемщиком в сроки, определенные в соответствии с кредитным договором, при этом дата окончательного погашения задолженности - 31.10.2020.

Кредитором были исполнены все обязательства по Кредитному договору, Заемщику были перечислены денежные средства следующими траншами: 27.12.2016 года в размере 30 000 000 руб.; 27.01.2017 в размере 10 000 000 руб.; 21.02.2017 в размере 5 000 000 руб.

Задолженность по основному долгу по кредитному договору заемщиком не погашалась.

За период с 28.12.2016 по 25.02.2020 заемщику были начислены проценты по кредиту в размере 21 200 103 руб. 30 коп. заемщиком была погашена задолженность по оплате процентов в размере 10 150 148 руб. 19 коп.

В связи с ненадлежащим исполнением заемщиком обязательств но кредитному договору по погашению процентов за пользование кредитом 31.01.2020 заемщику было направлено требование о досрочном погашении задолженности по кредитному договору, которое заемщиком исполнено не было.

Задолженность по кредитному договору N 0139-16-2-14 об открытии кредитной линии (с установленным лимитом выдачи) от 27.12.2016 составляет 59 813 379 руб. 67 коп.

Также, 27.12.2016 между ПАО «Промсвязьбанк» (кредитор) и ООО «Партнер» (заемщик, основной должник) был заключен кредитный договор N 0140-16-2-14 об открытии кредитной линии с лимитом выдачи в следующих размерах:

- в период с 27.12.2016 по 27.09.2018 (включительно) - 155 000 000 руб.;

- в период с 28.09.2018 по 31.10.2020 (включительно) - 150 000 000 руб.

В соответствии с пунктом 2.5 кредитного договора за пользование кредитом заемщик уплачивает кредитору проценты в размере 14 процентов годовых.

Пунктом 2.5 кредитного договора (в редакции дополнительного соглашения N 2 от 28.09.2018 к нему) установлено, что за пользование кредитом заемщик уплачивает кредитору проценты в размере 11 процентов годовых, начиная с 01.10.2018.

В соответствии с пунктом 6.1 кредитного договора заемщик обязуется уплачивать кредитору проценты по ставке, определенной кредитным договором, в порядке и сроки, предусмотренные кредитным договором.

Согласно пункту 8.1 кредитного договора (в редакции дополнительного соглашения N 2 от 28.09.2018 к нему) погашение любой из сумм задолженности по кредитному договору должно быть осуществлено заемщиком в сроки, определенные в соответствии с кредитным договором, при этом дата окончательного погашения задолженности 31.10.2020.

Кредитором были исполнены вес обязательства по кредитному договору, 27.12.2016 заемщику был выдан транш в размере 150 000 000 руб.

Задолженность по основному долгу по кредитному договору заемщиком не погашалась.

Задолженность по кредитному договору N 0140-16-2-14 об открытии кредитной линии (с установленным лимитом выдачи) от 27.12.2016 составляет 201 274 716 руб. 14 коп.

Также, 04.10.2017 между ПАО «Промсвязьбанк» (кредитор) и ООО «Партнер» (заемщик, основной должник) был заключен кредитный договор N 0114-17-2-14 об открытии кредитной линии с лимитом выдачи в совокупности с ограничениями использования кредита, указанными в пункте 5.5 кредитного договора в следующих размерах:

- в период с 04.10.2017 по 29.06.2020 (включительно) - 175 000 000 руб.;

- в период с 30.06.2020 по 29.09.2020 (включительно) - 135 000 000 руб.;

- в период с 30.09.2020 по 30.12.2020 (включительно) - 95 000 000 руб.

Согласно пункту 2.5 кредитного договора за пользование кредитом заемщик уплачивает кредитору проценты в размере 14 процентов годовых.

В соответствии с пунктом 2.5 кредитного договора (в редакции дополнительного соглашения N 2 от 28.09.2018 к нему) за пользование кредитом заемщик уплачивает кредитору проценты в размере 11 процентов годовых, начиная с 01.10.2018.

В силу пункта 2.7 кредитного договора заемщик обязуется погашать основной долг в следующие сроки:

- 30.06.2020 произвести погашение основного долга в такой сумме, чтобы текущая задолженность по кредиту составила не более 135 000 000 руб.;

- 30.09.2020 произвести погашение основного долга в такой сумме, чтобы текущая задолженность по кредиту составила не более 95 000 000 руб.;

- в дату окончательного погашения задолженности (включительно) произвести полное погашение основного долга

Согласно пункту 8.1 кредитного договора погашение любой из сумм задолженности по кредитному договору должно быть осуществлено заемщиком в сроки. Определенные в соответствии с кредитным договором, при этом дата окончательного погашения задолженности -31.12.2020.

Кредитором были исполнены все обязательства по кредитному договору, заемщику были перечислены денежные средства следующими траншами: 04.10.2017 в размере 17 500 000 руб.; 30.10.2017 в размере 80 000 000 руб.; 31.10.2017 в размере 77 500 000 руб.

Задолженность по основному долгу по кредитному договору заемщиком не погашалась.

Задолженность по кредитному договору N 0114-17-2-14 об открытии кредитной линии (с установленным лимитом выдачи) от 04.10.2017 составляет 234 762 886 руб. 29 коп.

С учетом уточнения, банк просит включить в реестр задолженность в размере 661 472 765 руб. 21 коп. (660 829 851 руб. 40 коп. - основной долг, 642 913 руб. 81 коп. - неустойка).

Разрешая спор, руководствуясь ст.ст. 71, 100, 142 Закона о банкротстве, разъяснениями п.26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», ст.ст. 309,310,323,363, 811,819 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), исходя из правовой природы кредитного договора и договора поручительства, п.51 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 12.07.2012 N 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу об удовлетворении заявленных требований, при этом правомерно исходили из следующего.

В подтверждение своей позиции банк представил в материалы дела копии заключенных им с должником кредитных договоров, а также доказательства предоставления ООО «Партнер» заемных денежных средств и наличия задолженности.

Факт перечисления денежных средств подтверждается представленными в материалы дела выписками о движении денежных средств и никем из лиц, участвующих в деле, не оспаривается.

Кроме того, как следует из отзыва конкурсного управляющего ООО «Партнер» от 14.03.2021, состав и размер заявленных требований согласуется с судебными актами судов общей юрисдикции, которыми соответствующая задолженность взыскана в солидарном порядке с ООО «Партнер», учредителя ФИО8

Также определением Арбитражного суда Тульской области от 12.08.2020 по делу N А68-15132-10/2019, определением Арбитражного суда Тульской области от 18.08.2020 по делу N А68-15131-4/2019, требования ПАО «Промсвязьбанк» были признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника ООО «Демидовская» и ООО «Фабрикант».

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суды первой и апелляционной инстанций правомерно признали требования заявителя в заявленной сумме 661 472 765 руб. 21 коп. (660 829 851 руб. 40 коп. - основной долг, 642 913 руб. 81 коп. - неустойка) обоснованными и подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Партнер».

Конкурсный управляющий счел требования в уточненной сумме 660 829 851 руб. 40 коп. основного долга обоснованными, ходатайствовал о снижении размера неустойки с 642 913 руб. 81 коп. до 60 000 руб. на основании статьи 333 ГК РФ.

При этом суды правомерно не усмотрели оснований для удовлетворения ходатайства о снижении размера неустойки с 642 913 руб. 81 коп. до 60 000 руб. на основании статьи 333 ГК РФ, с учетом разъяснений, изложенных в абзаце втором пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 N 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», а также позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в пункте 2 Определения от 21.12.2000 N 263-О.

Поскольку конкурсным управляющим в обоснование доводов о том, что заявленная банком неустойка является чрезмерной и не соразмерна последствиям нарушенного обязательства, не представлены какие-либо доказательства, а также контррасчет неустойки, то ходатайство правомерно отклонено судами, как не мотивированное и документально не подтвержденное.

В ходе рассмотрения обособленного спора единственный учредитель должника ООО «Партнер» ФИО8, поручители по обязательствам ООО «Партнер» перед ПАО «Промсвязьбанк» ФИО2 и ФИО3 заявили доводы о мнимости сделки и о корпоративном характере выдаваемых банком кредитов, в связи с чем полагают, что требования не могут быть включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

В обоснование данных доводов вышеуказанные лица сослались на следующие обстоятельства.

ООО «Партнер» было образовано и зарегистрировано в ЕГРЮЛ 30.11.2016.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что данное лицо было образовано и зарегистрировано с целью оформления на себя в последующем заемных обязательств и дальнейшего функционирования в качестве органа, через счет которого шло последующее финансирование бизнес-проекта по рефинансированию деятельности группы компаний «Демидовская». Процесс создания ООО «Партнер» и его регистрация (юридический адрес, открытие расчетного счета, образование органов управления, открытие расчетного счета и т.д.) происходило под контролем различных служб ПАО «Промсвязьбанк» с участием должностных лиц кредитной организации.

Два из трех спорных кредитных договоров об открытии кредитной линии были заключены банком с ООО «Партнер» уже 27.12.2016, т.е. менее чем через месяц после образования этого юридического лица.

При этом следует отметить, что за указанный период времени ООО «Партнер» хозяйственной деятельности не вел, имея минимальные обороты, несопоставимые с размером предоставленных кредитных денежных средств, а в его штате числился только генеральный директор.

Таким образом, банк предоставил значительные заемные денежные средства недавно созданной организации, которая в отсутствие каких-либо финансовых показателей не имела возможности обеспечить не только возврат кредита, но и его обслуживание.

В период заключения договоров объекты недвижимости принадлежали лицам, входящим в ГК «Демидовская», а именно: ООО «Компания «Демидовская», ООО «Вест Ленд», ООО «Пищекомбинат «Лужковский» и находились под обременением в обеспечение исполнения обязательств перед иными кредитными учреждениями, а часть была разрушена и не представляла собой никакой ценности.

Таким образом, банк стал перечислять ООО «Партнер» значительные денежные средства в отсутствии надлежащего обеспечения, что уже само по себе свидетельствует о нерыночных и необычных отношениях сторон.

Предусмотренные кредитными договорами залоги объектов недвижимости были зарегистрированы значительно позже установленного срока. В последующем залогодателем в нарушение условий кредитных договоров стало иное лицо - ООО «Фабрикант».

Не обеспечивало исполнение ООО «Партнер» заемных обязательств и передача исключительных прав на ряд товарных знаков.

Заключая спорные кредитные договоры, ни ПАО «Промсвязьбанк», ни ООО «Партнер» в действительности вступать в отношения, связанные с кредитованием банком юридического лица не намеревались, а имели в действительности цель, отличную от предусмотренной диспозицией указанной нормы права.

06.12.2016 между ПАО «Промсвязьбанк» в лице заместителя председателя Правления ФИО9 и ФИО2, действующим от имени и представляющего интересы ряда юридических лиц, входящих в группу компаний ООО ГК «Демидовская», было заключено соглашение о намерениях.

Предметом этого соглашения о намерениях являлось закрепление договоренностей сторон о структуре предполагаемой сделки по урегулированию проблемной задолженности ГК «Демидовская» перед банком и создание бизнес-модели, в рамках которой компании, входящие в состав ГК «Демидовская», используя предоставленные Банком денежные средства, будут осуществлять свою профильную хозяйственную деятельность по производству и розливу прохладительных напитков с целью получения прибыли и ее дальнейшее распределение среди договаривающихся сторон.

Одним из владельцев в создаваемом бизнесе признавалось ПАО «Промсвязьбанк», которому в нем должно принадлежать 37,5%.

Как указывалось выше, в Соглашении о намерениях поименованы организации, входящие в состав ООО ГК «Демидовская», и в чьих интересах это Соглашение было заключено.

Все эти организации имели открытые в ПАО «Промсвязьбанк» счета, которые Банк в кредитных договорах именует как счета ООО «Партнер» (ст. 1), и с которых банк имеет право списывать денежные средства в счет гашения задолженности по кредиту, даже с учетом того, что эти организации заемщиками не являлись и никаких заемных обязательств на себя не принимали.

Для получения очередного транша ООО «Партнер» должен был предоставлять Банку не только свои первичные финансово-хозяйственные документы, но и аналогичные документы всех входящих в группу компаний лиц.

В Соглашении о намерениях стороны установили, что планируемое кредитование будет обеспечиваться залогом товарных знаков, поручительством физических лиц и ипотекой.

Именно это обеспечение было предусмотрено и в спорных кредитных договорах.

Поручители полагают, что согласованные действия ООО «Промсвязьбанк» и ООО «Партнер» по заключению кредитных договоров свидетельствуют о том, что воля указанных лиц при их заключении была направлена не на достижение правовых последствий, возникающих из кредитных правоотношений, а на достижение интересов Банка по контролю группы компаний «Демидовская» и созданию благоприятных условий для получения прибыли от деятельности данной группы компаний (согласно утвержденной сторонами финансовой модели значительно превышающей потенциальную прибыль Банка от получения процентов по кредитным договорам), что свидетельствует о недействительности совершенных сделок по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 170 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, т.е. сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой документов, представленных кредитором, на соответствие формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо выяснить, представлены ли достаточные доказательства существования фактических отношений по договору.

В пункте 87 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в предмет доказывания по делам о признании притворных сделок недействительными входят факт заключения сделки, действительное волеизъявление сторон на совершение прикрываемой сделки, обстоятельства заключения договора и несоответствие волеизъявления сторон их действиям.

То есть, особенность доказывания оснований для признания сделки притворной заключается в том, что на заявителе лежит обязанность подтвердить, что воля сторон была направлена не на возникновение правовых последствий, вытекающих из заключенной сделки (договора кредитования), а на совершение иной прикрываемой сделки.

При совершении кредитных сделок воля кредитора направлена на предоставление денежных средств на оговоренный срок с целью получения процентного дохода, а воля заемщика направлена на получение денежных средств для развития (или в данном случае запуска) бизнеса, в том числе приобретение оборудования, погашение задолженности по иным обязательствам, финансирование производственной деятельности.

Судами установлено, и стороны не оспаривают, что предоставленные денежные средства были направлены на запуск нового бизнеса по розливу и реализации напитков. На предоставленные банком денежные средства, кроме прочего, были приобретены следующие активы:

- ООО «Партнер» приобрел у АО «Газпромбанк» обеспеченное залогом право требования к ООО «ВестЛенд». Предмет залога - складские комплексы оценочной стоимостью более 260 000 000 руб.

- ООО «Фабрикант» приобрел и передал Банку в залог четыре производственных здания и два земельных участка оценочной стоимостью более 23 000 000 руб.

- ООО «Фабрикант» приобрел и передал банку в залог три производственных здания и два земельных участка оценочной стоимостью более 20 000 000 руб.

- ООО «Фабрикант» приобрел и передал Банку в залог 5 единиц оборудования оценочной стоимостью более 4 500 000 руб.

- ООО «Фабрикант» приобрел и передал Банку в залог линии розлива воды оценочной стоимостью более 23 000 000 руб.

Судебные акты, подтверждающие приобретение и передачу в залог названых активов, приобщены к письменным пояснениям Банка от 05.10.2021.

Таким образом, даже без учета финансирования текущей деятельности группы компаний Демидовская, как минимум 330 000 000 руб. направлены на приобретение недвижимости и оборудования для организации производства.

Кроме того, часть средств была направлена должником на выкуп прав требований у иных банков (что подтверждается, например, определением от 27.09.2021 по делу N А68-15220-7/2019 о банкротстве ООО «Пищекомбинат Лужковский Плюс» по включению требований ООО «Партнер», выкупленных ранее у ПАО «Азиатско-Тихоокеанский Банк» на сумму более 189 000 000 руб.)

До момента возбуждения дела о банкротстве в отношении ООО «Партнер» банк получил процентный доход за предоставление кредитных средств более 85 000 000 руб., что подтверждается расчетом задолженности.

Из приведенного следует, что сделки кредитования носили реальный характер, так как банк получал процентный доход от предоставления кредитных средств, а заемщик направлял предоставленные денежные средства на развитее собственного бизнеса, то есть воля сторон в момент совершения сделки совпадала с их последующим поведением, следовательно, отсутствуют правовые основания для признания кредитных обязательств притворными и ничтожными сделками.

При доказанности реальности денежного предоставления со стороны банка, основания для отказа во включении в реестр требований отсутствуют.

Судами обеих инстанций обоснованно отклонены доводы о наличии оснований для субординации требований, в силу следующего.

Согласно пункту 11 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020) наличие у кредитора, предоставившего должнику финансирование, права контролировать деятельность последнего для обеспечения возврата этого финансирования не является основанием понижения очередности удовлетворения требования такого кредитора, не преследующего цель участия в распределении прибыли должника.

Основанием понижения очередности удовлетворения требования контролирующего лица является то, что, предоставляя в ситуации имущественного кризиса компенсационное финансирование, это лицо в одностороннем порядке (без участия независимых кредиторов) принимает рискованное решение о способе выхода из сложившейся ситуации, затрагивающее судьбу уже вложенных независимыми кредиторами средств, отклоняясь от стандарта поведения, установленного п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве. Поэтому все возможные риски, связанные с реализацией данного решения, относятся на контролирующее лицо. При этом указанное лицо, предоставляя финансирование, рассчитывает не только и не столько на получение выгоды в виде согласованного в договоре процента за пользование займом, сколько на участие в распределении всей потенциальной прибыли должника, заранее неопределимой и неограниченной.

В данном случае банк, учитывая повышенный риск невозврата выдаваемого им кредита, договорился о предоставлении ему права на участие в управлении деятельностью должника для воспрепятствования возможному выводу активов, создания гарантий использования заемных средств по назначению и т.д., т.е., в конечном счете, для обеспечения исполнения обязательств по возврату кредита и выплате фиксированного процента по нему (статья 819 ГК РФ).

В рассматриваемом случае обеспечительные сделки заключались во исполнение реальных кредитных договоров, по которым банк ранее предоставил денежные средства заемщикам.

Представленное поручителями в дело Соглашение о намерениях от 06.12.2016, подписанное заместителем председателя правления ПАО «Промсвязьбанк» ФИО9, доказательством статуса контролирующего должника лица не является, поскольку соглашение договором не является, составлено с целью зафиксировать достигнутые договоренности, однако полномочия физических лиц, указанных в соглашении, действовать от имени его сторон, не подтверждены доверенностями, доказательств о том, что какие-либо действия по исполнению зафиксированных в соглашении договоренностей осуществлены, в материалы дела не представлены.

По своей правовой природе Соглашение о намерениях от 06.12.2016, с существованием которого ФИО2 и ФИО3 связывают факт контроля над группой со стороны Банка, является предварительным договором.

Согласно пункту 1 статьи 429 ГК РФ по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.

Поскольку предварительный договор является договором о намерениях и представляет собой обязательство по заключению в будущем основного договора, предусмотренного предварительным договором, такой договор сделкой об отчуждении имущества (имущественных прав) не является и основанием возникновения права собственности или корпоративных прав являться не может, так как предметом этого является не обязательство по передаче имущества (имущественных прав), а обязательство заключить основной договор в будущем.

Соглашение не содержит положений о предоставлении Банку права участвовать в распределении потенциальной прибыли компаний, входящих в ГК Демидовская и не наделяло банк или аффилированных с банком лиц правом определять экономическое поведение должника. Как следует из раздела «Предмет соглашения» целью подписания соглашения является закрепление договоренностей о структуре предполагаемой сделки по урегулированию проблемной задолженности ГК Демидовская перед кредитором». В том же разделе закреплено, что «стороны обязуются оформить необходимые юридические документы после согласования юридической структуры сделки».

В настоящее время Банк также не является участником какой-либо организации, входящей в ГК Демидовская. Доказательств фактического (неформализированного в документах) участия Банка в распределении прибыли или доказательств контролирующего характера по отношению к должнику не представлено.

Судами также обоснованно указано на то, что доводы поручителей ФИО2 ФИО3 о том, что соглашение о намерениях от 06.12.2016 является доказательством мнимости сделки, были исследованы Зареченским районным судом г. Тулы в рамках решения от 15.03.2021 о взыскании задолженности с поручителей и отклонены. Соглашение о намерениях не может порождать юридических обязательств, поскольку соглашение о намерениях стороны заключают для выражения совместной воли сторон, закрепления партнерских отношений, такое соглашение носит декларативный, информативный характер и содержит лишь общие положения. Соглашение о намерениях компании заключают для того, чтобы просто обозначить свои последующие намерения, при этом они не связывают себя конкретными обязательствами, а лишь констатируют готовность принять их на себя в дальнейшем, потому в рамках соглашения о намерениях стороны его подписавшие не могут что-либо требовать друг от друга. Это не конкретные обязательства, где есть должник и кредитор (статья 307 ГК РФ), а обычные ни к чему не обязывающие положения. Цель соглашения о намерениях не в установлении обязательств, а в фиксации намерений и готовности к сотрудничеству, потому соглашение о намерениях не может конкурировать с кредитными договорами.

Решение Зареченского районного суда г. Тулы от 15.03.2021 обжаловано, вступило в законную силу без изменений.

При таких обстоятельствах, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу о том, что предпринятые меры со стороны Банка - заключение обеспечительных сделок (договоры поручительства, договоры залога недвижимого имущества, договоры залога товаров в обороте), контроль над расходованием кредитных денежных средств, право списания денежных средств со счетов группы компаний, и т.д., были использованы в качестве обеспечительного механизма надлежащего исполнения заемщиком обязательств по кредитному договору. Заявителями возражений не доказан факт контроля над группой со стороны Банка, в связи с чем, основания для понижения очередности отсутствуют.

Кроме того, судами принято во внимание следующее.

Как следует из положений «Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц» утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020 (далее - Обзор от 29.01.2020) субординация требований преследует цель недопущения переноса рисков предпринимательской деятельности с собственников бизнеса (формальных и фактических) на внешних кредиторов (абзац девятый пункта 10 Обзора от 29.01.2020).

Судами установлено, что по состоянию на дату судебного разбирательства 28.03.2022 в реестре требований кредиторов отсутствуют иные независимые, внешние кредиторы. Банк является единственным кредитором, требования которого приняты к производству суда и рассматриваются в деле о банкротстве.

Сама концепция субординации в банкротстве необходима тогда, когда требованию внутреннего кредитора противопоставляется требование внешнего кредитора. Если же внешних кредиторов нет, то нет и оснований для субординации, поскольку нет необходимости понижения требований одних перед другими.

В связи с отсутствием иных кредиторов, при любых условиях выдачи кредита, основания для понижения очередности удовлетворения требований отсутствуют, так как отсутствует вероятность причинения вреда иным независимым кредиторам.

Данная правовая позиция отражена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2020 N 307-ЭС19-10177 (4) по делу N А56-42355/2018.

Принимая во внимание документальное подтверждение материалами дела фактов выдачи кредитов и неисполнения ответчиком обязательств по их возврату, учитывая недоказанность факта контроля над группой со стороны Банка и мнимости сделки, суды правомерно включили в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования кредитора ПАО «Промсвязьбанк» в общей сумме 661 472 765 руб. 21 коп., в том числе: 660 829 851 руб. 40 коп. - основной долг; 642 913 руб. 81 коп. - неустойка.

Доводы заявителя жалобы о том, что ПАО «Промсвязьбанк» являлся контролирующим должника лицом, о подконтрольности всей группы компаний Демидовская и ООО «Партнер» банку, о принятии банком участия в заключения соглашения о намерениях от 06.12.2016, правомерно отклонены судом апелляционной инстанции, поскольку по своей правовой природе соглашение о намерениях от 06.12.2016 с существованием которого ФИО2 связывает факт контроля над группой со стороны банка, является предварительным договором.

Согласно пункту 2 статьи 429 ГК РФ предварительный договор заключается в форме, установленной для основного договора.

Согласно пункту 11 статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» сделка, направленная на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, подлежит нотариальному удостоверению путем составления одного документа, подписанного сторонами. Несоблюдение нотариальной формы влечет за собой недействительность этой сделки.

Таким образом, представленное соглашение о намерениях от 06.12.2016 не только заключено в ненадлежащей форме, но и, даже если форма была бы соблюдена, не могло предоставить корпоративных прав для банка до момента заключения основного договора о распределении долей в бизнесе.

Более того, из анализа соглашения о намерениях от 06.12.2016 следует, что даже названный предварительный документ не содержит положений о предоставлении банку права участвовать в распределении потенциальной прибыли компаний, входящих в ГК Демидовская и не наделяло банк или аффилированных с банком лиц правом определять экономическое поведение должника.

Как следует из раздела «Предмет соглашения», целью подписания соглашения является закрепление договоренностей о структуре предполагаемой сделки по урегулированию проблемной задолженности ГК Демидовская перед кредитором.

В том же разделе закреплено, что стороны обязуются оформить необходимые юридические документы после согласования юридической структуры сделки.

То есть из самого предварительного соглашения следует отсутствие договоренностей о распределении бизнеса, более того соглашение даже не содержит полного перечня юридических лиц, вошедших позднее в ГК Демидовская, от деятельности которых банк получал бы прибыль.

Таким образом, в силу своей юридической природы соглашения о намерениях от 06.12.2016 не наделяло и не могло наделить ПАО «Промсвязьбанк» какими-либо корпоративными правами в отношении ГК Демидовская, не предоставляло права на ликвидационную квоту и распределение прибыли.

Кроме того, данное соглашение было предметом исследования в рамках дела N 2-96/2021, 2-92/2021 рассмотренных Зареченским районным судом г. Тулы по иску банка к поручителям по обязательствам должника, в том числе к ФИО2 Данные судебные акты были оставлены без изменения судом кассационной инстанции.

Из указанных отчета СПАРК-Профиль МИГ «Интерфакс» и выписки из ЕГРЮЛ видно, что учредителем и единственным участником ООО «Партнер» с 30.11.2016 и до настоящего времени является ФИО8 ПАО «Промсвязьбанк» никогда не являлось участником ООО «Партнер», следовательно, не имело возможность координировать действия последнего, не обладало полномочиями давать обязательные для исполнения указания, не обладало возможностью свободно перемещать активы должника в собственных целях и в целях причинения вреда иным кредиторам должника на случай банкротства.

В равной степени в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства того, что кредит выдавался банком под влиянием контролирующего должника лица.

При указанных обстоятельствах, материалами дела подтверждается, что банк не является и никогда не являлся контролирующим должника в формально-юридическом смысле лицом.

Признаки, при наличии которых совокупность физических лиц и (или) юридических лиц признается группой лиц, перечислены в пункте 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон N 35-ФЗ).

При этом, ПАО «Промсвязьбанк» применительно к статье 19 Закона о банкротстве и статье 9 Закона N 35-ФЗ не было и не является аффилированным с ООО «Партнер» и/или иной компанией, входящей в ГК Демидовская, что подтверждается списками аффилированных лиц ПАО «Промсвязьбанк» по состоянию на 31.09.2016, 31.03.2017, 31.09.2017.

В этой связи, вопреки утверждению заявителя жалобы, банк никогда не имел контроля над должником и/или ГК Демидовская.

Доказательств иного со ссылкой на нормы действующего законодательства в материалы дела не представлено.

Кроме того, ПАО «Промсвязьбанк» никогда не участвовало в управлении должником и распределении прибыли от его деятельности. Все действия банка имели своей целью обеспечение возврата кредитных средств, создание гарантий использования предоставленных средств по назначению, то есть в конечном счете, для обеспечения исполнения солидарными должниками обязательств по возврату финансирования и выплате процентов.

Доводы ФИО2 о том, что фактический контроль банка осуществлялся над ГК Демидовская, поскольку ФИО8 является антикризисным менеджером ПАО «Промсвязьбанк», доверенным лицом ПАО «Промсвязьбанк», либо сотрудником ПАО «Промсвязьбанк» привлеченным к участию в развитии ГК Демидовская по инициативе ПАО «Промсвязьбанк», правомерно отклонены судом апелляционной инстанции, так как доказательства взаимосвязи ФИО8 и ПАО «Промсвязьбанк» в материалах дела отсутствуют.

Из отзыва банка следует, что ФИО8 никогда не являлся сотрудником банка, не привлекался банком к участию в каких-либо проектах, не уполномочивался действовать от имени банка.

Кроме того, ФИО8 наравне с ФИО2 и ФИО3 является поручителем по обязательствам всех компаний ГК Демидовская, что не характерно для наемного сотрудника, тем более подконтрольного банку. По сути, кроме показаний заинтересованного в субординации требований банка ФИО10, каких-либо доказательств связи ФИО8 с банком не представлено.

Более того, в суде первой инстанции ПАО «Промсвязьбанк» обращало внимание суда на существующие связи между ФИО2, ФИО3 и ФИО8, которые свидетельствовали о существовании устойчивых неформальных связей между названными лицами задолго до их формального объединения в ГК Демидовская.

Так, в материалы дела были представлены доказательства, из которых следует, что ФИО8 являлся участником юридических лиц, адрес регистрации которых, совпадал с адресом регистрации юридических лиц участником которых был ФИО2, ФИО8 зарегистрирован по месту жительства и получает корреспонденцию по тому же адресу, что и другой поручитель - ФИО3 При рассмотрении настоящего обособленного спора ФИО2, ФИО3, ФИО8, занимали идентичные правовые позиции.

Совпадения такого характера, проявляющиеся на протяжении длительного времени, не могут быть объяснены обычной случайностью и стечением обстоятельств. Совокупность приведенных доводов позволяет прийти к выводу о том, что наиболее вероятный вариант развития событий заключается в наличии между названными лицами фактической аффилированности, что обусловливает их общие экономические интересы и единую линию поведения.

Таким образом, ФИО2 не представил суду доказательств, обуславливающих контролирующий статус ПАО «Промсвязьбанк» ни в формальном (посредством юридически оформленного корпоративного участия), ни в фактическом (посредством возможности определять деятельность должника через доверенных лиц) смысле.

Доводы жалобы о том, что Банк перечислил ООО «Партнер» значительные денежные средства в отсутствии надлежащего обеспечения, что уже само по себе свидетельствует о нерыночных и необычных отношениях сторон, правомерно отклонены судом апелляционной инстанции в силу следующего.

Из материалов дела следует, что кредитные обязательства ГК Демидовская были обеспечены «перекрестными поручительствами» поручительствами всех юридических лиц и всех бенефициарных владельцев названной группы компаний, в частности, залогом движимого и недвижимого имущества, залогом прав на товарные знаки, залогом долей и иными способами обеспечения обязательства.

При этом заявитель жалобы не учитывает специфику кредитования «нового» бизнеса. При развитии бизнеса «с нуля», как правило, отсутствуют активы, которые можно было бы передать в залог, что предполагает с одной стороны усиленный надзор за расходованием денежных средств со стороны кредитора, а с другой объясняет разрыв во времени между кредитованием и заключением договоров залога. В рассматриваемом случае имущество передавалось в залог по мере его приобретения должником. Заявителем также не учтена и специфика кредитования бизнеса, осуществляемого группой компаний, чей имущественный комплекс фактически является единым целым и только формально распределенным между несколькими связанными юридическими лицами.

Кроме того, денежные средства, предоставленные на основании кредитных соглашений непосредственно должнику, незамедлительно были направлены на приобретение у АО «Газпромбанк» прав требований к ООО «ВестЛенд», обеспеченных залогом недвижимого имущества, оценочная стоимость которого составляет более 265 миллионов рублей. Являясь мажоритарным кредитором всех компаний, входящих в ГК Демидовская (в том числе и ООО «Партнер»), и осуществляя надзор за направлением расходования предоставленных кредитных средств, банк обоснованно рассчитывал на соответствующую (мажоритарную) долю при распределении имущества, включенного в конкурсную массу должников, то есть даже при формальном отсутствии договора залога между ООО «Партнер» и банком, после реализации объекта недвижимости в деле о банкротстве ООО «ВестЛенд» и поступления денежных средств в конкурсную массу ООО «Партнер», большая часть денежных средств будет направлена на погашение требований банка.

Более того, одним из способов обеспечения исполнения обязательства является надзор за расходованием кредитных средств. Из содержания электронных сообщений, представленных в материалы дела, следует, что ФИО11 будучи руководителем компаний, входящих в ГК Демидовская, информировал банк о ходе реализации бизнес-модели проекта, для осуществления которого привлекалось финансирование, согласовывал график использования кредитных средств, направление расходования предоставленных средств, отчитывался о финансовом состоянии компаний, входящих в ГК Демидовская.

Из приведенного следует, что банк преследовал цель обеспечить исполнение обязательств заемщиком по возврату предоставленных денежных средств, не только посредством поименованных способов обеспечения обязательств (поручительство, залог имущества и долей в компаниях группы), но и создал условия для контроля за характером и направлением расходования кредитных средств. Очевидно, что главная цель использования подобного механизма - препятствование выведению активов, обеспечение использования заемных (кредитных) средств по назначению и обеспечение в конечном счете надлежащего исполнения заемщиком своих обязательств по договору.

Доводы жалобы о том, что банку было известно, что часть предоставляемых в ипотеку объектов недвижимости уже обеспечивает возврат денежных средств перед иными кредиторами, часть была разрушена и не представляла никакой ценности, правомерно отклонены судом апелляционной инстанции, как неподтвержденные документальными доказательствами.

Доводы о том, что денежные средства, предоставленные банком ГК «Демидовская» (в том числе ООО «Партнер») на основании ряда кредитных договоров, в действительности являются не кредитованием, в котором банк выступил кредитором, а ООО «Партнер» и иные участники ГК «Демидовская» заемщиками и обеспечителями, а корпоративным финансированием, в котором банк был бенефициаром должника, то есть являются притворными сделками, в связи с чем необходимо отказать во включении требований в полном объеме, также правомерно отклонены судом апелляционной инстанции, так как фактические обстоятельства поведения сторон указывают на реальность сделки.

ПАО «Промсвязьбанк» в суде первой инстанции заявляло, а податель жалобы не оспаривал, что предоставленные денежные средства были направлены на запуск нового бизнеса по розливу и реализации напитков. На предоставленные банком денежные средства, кроме прочего, были приобретены вышеуказанные активы.

Таким образом, даже без учета финансирования текущей деятельности ГК Демидовская, как минимум 330 000 000 руб. были направлены на приобретение недвижимости и оборудования для организации производства.

Кроме того, часть средств была направлена должником на выкуп прав требований у иных банков, что подтверждается, представленным в материалы дела определением от 27.09.2021 по делу N А68-15220-7/2019 о банкротстве ООО «Пищекомбинат Лужковский Плюс» в котором рассматривался вопрос включении требований ООО «Партнер», выкупленных ранее у ПАО «Азиатско-Тихоокеанский Банк» на сумму более 189 000 000 руб.)

С другой стороны, до момента возбуждения дела о банкротстве в отношении ООО «Партнер» банк получил процентный доход за предоставление кредитных средств более 85 000 000 руб., что подтверждается расчетом задолженности, представленным с заявлением о призвании должника банкротом.

Из приведенного следует, что сделки кредитования носили реальный характер, так как банк получал процентный доход от предоставления кредитных средств, а заемщик направлял предоставленные денежные средства на развитие собственного бизнеса, то есть воля сторон в момент совершения сделки совпадала с их последующим поведением, следовательно, отсутствуют правовые основания для признания кредитных обязательств притворными и ничтожными сделками.

Доводы о необходимости субординации требований были предметом рассмотрения судов обеих инстанций и обоснованно отклонены, так как по состоянию на 26.11.2021 в реестре требований кредиторов ООО «Партнер» отсутствуют признанные обоснованными требования кредиторов. Арбитражным судом рассматривается требование ИП ФИО12 о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 30 000 руб. что составляет 0.0045% от требований банка превышающих 661 000 000 руб., что не позволяет противопоставить соответствующее требование задолженности перед банком ввиду их несоизмеримости.

Кроме того, Приказом Центрального банка Российской Федерации от 15.12.2017 N ОД-3525 в отношении ПАО «Промсвязьбанк» была назначена временная администрация, функции временной администрации по управлению ПАО «Промсвязьбанк» возложены на ООО «Управляющая компания Фонда консолидации банковского сектора». Руководителем временной администрации по управлению кредитной организацией ПАО «Промсвязьбанк» назначен ФИО13 - советник генерального директора ООО «Управляющая компания Фонда консолидации банковского сектора».

В соответствии с пунктом 1 статьи 189.31 Закона о банкротстве, временная администрация по управлению кредитной организацией несет ответственность за реализацию комплекса мероприятий, направленных на предупреждение банкротства, финансовое оздоровление кредитной организации. Такой комплекс мероприятий может включать в себя совершение сделок, направленных на извлечение прибыли соответствующей кредитной организацией.

Таким образом, анализ целесообразности кредитования ГК Демидовская также был предметом исследования компетентных должностных лиц, назначенных банком России, в рамках предусмотренной Законом о банкротстве деятельности временной администрации по управлению банком. Указанная сделка не признана временной администрацией нецелесообразной, имеющие признаки злоупотребления правом, по этой сделке в суде не возбуждались процедуры признания ее недействительной.

Также необходимо учитывать, что Указом Президента Российской Федерации от 28.11.2018 N 684 ПАО «Промсвязьбанк» внесен в перечень акционерных обществ, акции которых находятся в федеральной собственности и участие Российской Федерации в управлении которыми обеспечивает стратегические интересы, обороноспособность и безопасность государства, защиту нравственности, здоровья, прав и законных интересов граждан Российской Федерации.

Распоряжениями Правительства Российской Федерации N 84-р от 21.01.2021 и от 28.12.2021 N 3918-р. ПАО «Промсвязьбанк» поручено представлять в 2021-2022 годах интересы Российской Федерации в судах в качестве агента Правительства Российской Федерации но вопросам обеспечения возврата (погашения) задолженности юридических лиц субъектов Российской Федерации и муниципальных образований по денежным обязательствам перед Российской Федерацией, а также предоставления, сопровождения, администрирования и исполнения государственных гарантий Российской Федерации.

Таким образом, как верно отмечено судом апелляционной инстанции, в случае субординации требований будет причинен вред не только ПАО «Промсвязьбанк», но и Российской Федерации.

Поскольку убедительных доводов, опровергающих выводы судов первой и апелляционной инстанций, заявителем кассационной жалобы не приведено, с учетом отсутствия нарушений судами норм процессуального права, судебная коллегия не находит оснований для отмены оспариваемых судебных актов.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 287, ст.ст. 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тульской области от 30.03.2022 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2022 по делу №А68-2154/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок со дня вынесения в судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий А.Н. Ипатов


Судьи Н.В. Еремичева


ФИО1