Решение от 10 ноября 2022 г. по делу № А67-341/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

пр. Кирова д. 10, г. Томск, 634050, тел. (3822)284083, факс (3822)284077, http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: info@tomsk.arbitr.ru



РЕШЕНИЕ

Дело № А67-341/2021
г. Томск
10 ноября 2022 года
изготовлен полный текст

03 ноября 2022 года объявлена резолютивная часть

Арбитражный суд Томской области в составе судьи Н.Н. Кухарук,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании заявление акционерного общества «Томская механизированная колонна № 44» к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ССЕ-Томсктранзит» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО3 по доверенности от 01.03.2022,

ответчик ФИО2, паспорт,

третье лицо – без участия

УСТАНОВИЛ:

19.01.2021 акционерное общество «Томская механизированная колонна № 44» (далее - АО «Томская МК-44») обратилось в Арбитражный суд Томской области с заявлением о привлечении контролирующего должника лицо ФИО2 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ССЕ-Томсктранзит» (ОГРН <***>, ИНН <***>) (Далее – ООО «ССЕ-Томсктранзит») и взыскании в пользу АО «Томская МК-44» части задолженности в размере 50 000 рублей, в том числе 40 000 рублей неосновательного обогащения, 10 000 рублей неустойки за нарушение срока оплаты поставленного товара.

Определением арбитражного суда от 30.03.2021 заявление принято к производству; к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено ООО «ССЕ – Томсктранзит»; предварительное судебное заседание назначено на 29.04.2021.

Определением Арбитражного суда Томской области от 07.10.2021, после перерыва, судебное заседание отложено на 13.12.2021. Завершена подготовка дела к судебному разбирательству.

Судебное заседание неоднократно откладывалось.

Определением Арбитражного суда Томской области от 15.05.2022 судом приняты уточнения в части основания для привлечения ФИО2.

Судебное заседание, после перерыва, назначено на 03.11.2022.

В ходе судебного разбирательства представитель конкурсного управляющего заявил об уточнении требований, просит взыскать с ответчика 14 963 513,17 руб.; действия КДЛ имеют признаки действий, предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Протокольным определением суда от 12.05.2022 заявленные уточнения приняты судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В судебном заседании конкурсный управляющий поддержал заявленные требования, в обосновании которых указывает, что на 31.12.2013 у ООО «ССЕ-Томсктранзит» имелась кредиторская задолженность в размере 47892000 руб. по обязательствам, возникшим в 2013 г., т.е. имелись признаки неплатежеспособности, в связи с чем, директор обязан был подать заявление о признании должника банкротом 31.01.2014; полагает, что решением от 02.05.2017 № 11/3-27 по результатам выездной налоговой проверки должник привлечен к налоговой ответственности, оставленной в силе решениями судов трех инстанций; выездной проверкой установлено систематическое совершение должником сделок с противоправными целями; отсутствие реальных хозяйственных операций с контрагентами, в 2013, 2014 годах; в связи с чем, просит, с учетом принятых судом уточнений, привлечь к субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам должника на основании п. 2, 4 ст. 10 Закона о банкротстве, с учетом того факта, что действия бывшего руководителя совершены в 2013, т.е. в редакции Закона о банкротстве в старой редакции, и просит взыскать с него 14963513,17 руб.

ФИО2 возражал в удовлетворении заявления в полном объеме; в отзывах и пояснениях указал, что в 2013 отсутствовали признаки неплатежеспособности; задолженность перед ОАО «Томское МК-44» погашалась путем исполнения работ на объектах ОАО «Томское МК-44»; денежными средствами погасить задолженность не представлялось возможным в связи с тем, что в 2015 году расчетный счет ООО «ССЕ-Томсктранзит» арестованы ФНС России по факту налоговой проверки; погасить задолженность товарными запасами ОАО «Томское МК-44» отказалось. Пояснил, что у должника имелись активы для исполнения обязательств перед кредиторами; совершение сделок с противоправными целями не совершались, сделки носили реальных характер, что подтверждается материалами проверки по уголовному делу.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, своих представителей в суд не направили, что согласно статье 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Заслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд пришел к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда Томской области от 19.02.2020 по делу А67-8422/2017 в отношении ООО «ССЕ – Томсктранзит» введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО4, член Ассоциации арбитражных управляющих «ГАРАНТИЯ».

Определением суда от 25.05.2020 по делу А67-8422/2017 в реестр требований кредиторов ООО «ССЕ – Томсктранзит» в составе третьей очереди удовлетворения включены требования АО «Томская МК-44» в размере 14 963 513,17 рублей, в том числе 13 903 885,76 рублей основного долга, 967 107,99 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами, 92 519,42 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

Определением суда от 02.09.2020 производство по делу ООО «ССЕ – Томсктранзит» прекращено на основании абз.8 п. 1 ст. 57 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

В связи с тем, что требования АО «Томская МК-44» не погашены в рамках процедуры банкротства ООО «ССЕ – Томсктранзит», последний обратился в суд с настоящим заявлением, в соответствии с которым просит привлечь бывшего директора ООО «ССЕ – Томсктранзит» ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании п. 2, 4 ст. 10 Закона о банкротстве и просит взыскать с последнего 14 963 513,17 руб.

В соответствии с п. 1 ст. 61.19 Закона о банкротстве если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Таким образом, АО «Томская МК-44», как кредитора, требования которого остались неудовлетворенными, обладает правом на обращение в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности в порядке ст. 61.19 Закона о банкротстве, с использованием презумпций, содержащихся в ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, поданных после 01.07.2017 производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» которым статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу, а Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам – пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса РФ, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Поскольку вопросы субсидиарной ответственности - это вопросы отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности, даже если они изложены в виде презумпций, относятся к нормам материального гражданского (частного) права, и к ним не может применяться обратная сила, исходя из того, что каждый участник гражданского оборота должен быть осведомлен об объеме и порядке реализации своих частных прав по отношению к другим участникам оборота с учетом действующего в момент возникновения правоотношений правового регулирования.

Учитывая изложенное, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, поскольку Закон №66-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса РФ) основания для привлечения к субсидиарной ответственности определяются на основании закона, действовавшего в момент совершения противоправного действия (бездействия) привлекаемого к ответственности лица. В то время как процессуальные правила применяются судом в той редакции закона, которая действует на момент рассмотрения дела арбитражным судом.

С учетом общих правил о действии закона во времени, установленных пунктом 1 статьи 4 Гражданского кодекса РФ, при рассмотрении настоящего обособленного спора подлежат применению нормы статей 9 и 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в период спорных отношений.

В пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», разъяснено, что положения Закона о банкротстве в редакции Закона №73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим органом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона №73-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона №73-ФЗ, то применению подлежат положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности по обязательствам должника в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона №73-ФЗ (в частности, статья 10) независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

То есть применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

В рассматриваемом случае обстоятельства необращения с заявлением о банкротстве а также действия по совершению фиктивных сделок, на которые ссылаются заявители, возникли до 30.07.2017, соответственно к правоотношениям, касающимся нарушения срока на подачу заявления, совершение фиктивных сделок в указанный период подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона №134-ФЗ.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в спорный период, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в том числе в случаях, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве устанавливал, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в обзоре Верховного Суда РФ (определение судебной коллегии от 31.03.2016 №309-ЭС15-16713) законодатель в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

При этом, в предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 закона.

Исходя из разъяснений, сформулированных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

По смыслу приведенных правовых норм необращение руководителя в суд с заявлением о признании подконтрольного им общества несостоятельным при наличии обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника и воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, с учетом масштаба деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства. Само по себе возникновение признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, даже будучи доказанным, не свидетельствует об объективном банкротстве должника.

Под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособным в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов. В связи с этим в процессе рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, помимо прочего, необходимо учитывать то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами, а также что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов.

Возникновение в указанный период задолженности перед конкретным кредитором не свидетельствует о том, что должник автоматически стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. В случае, если имеются неисполненные перед кредиторами обязательства, у руководителя должника не возникает безусловная обязанность обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

При этом, при наличии признаков банкротства, указанных в пункте 2 статьи 3, пункте 2 статьи 6 Закона о банкротстве, у внешнего по отношению к должнику лица (кредитора) возникает право на обращение в суд с заявлением о банкротстве. Данных признаков недостаточно для возникновения на стороне самого должника в лице его руководителя обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве.

Из материалов дела усматривается, что с даты создания и до 14.10.2020 г., руководство деятельностью в качестве единоличного исполнительного органа ООО «ССЕ – Томсктранзит» осуществлял ФИО2, а с 18.11.2013 по 11.11.2020 – учредитель с размером доля в уставном капитале 100 %.

Полагая, что признаки неплатежеспособности возникли у ООО «ССЕ – Томсктранзит» 31.12.2013 (т.к. на указанную дату, согласно бухгалтерскому балансу, у должника имелась кредиторская задолженность в размере 47892000 руб.), заявитель указывают, что ФИО2 был обязан в месячный срок исполнить обязанность по обращению в суд с заявлением о признании ООО «ССЕ – Томсктранзит» банкротом.

Вместе с тем, доказательств объективно отображающих наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц, в материалы дела не представлено. Наличие на 31.12.2013 у Должника кредиторской задолженности не свидетельствует само по себе о факте объективного банкротства.

Довод АО «Томская МК-44» о том, что на момент заключения договора с АО «Томская МК-44» должник обладал признаками неплатежеспособности и заведено не собирался исполнять принятые на себя обязательства, не находят своего подтверждения в материалах дела. Как следует из пояснений ответчика, ООО «ССЕ – Томсктранзит» продолжало исполнять свои обязательства в виде выполнения работ на объектах АО «Томская МК-44». Данный факт АО «Томская МК-44» не оспаривал.

В пункте 8 раздела «Судебная коллегия по экономическим спорам» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, отмечено следующее.

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Таким образом, целью правового регулирования, содержащегося в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, является предотвращение вступления в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника.

Однако в данном случае также отсутствует такой признак, как вступление в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника, необходимый для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Кроме того, конкурсный управляющий указывает на основание, предусмотренное абзацем третьим пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, в соответствии с которым пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Закона.

Для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по данному основанию достаточно установить факт существенной убыточности совершенной им сделки, при этом следует исходить из конкретных фактических обстоятельств дела, размера сделки применительно к масштабам деятельности должника, а также специфики оспариваемой сделки (абзац шестой пункта 23 Постановления N 53).

Как указывалось ранее, ФИО2, в силу 61.10 Закона о банкротстве является контролирующим должника лицом, что предполагает наличие возможности определять направление деятельности общества, и наделяет его статусом контролирующего должника лица

В период руководства деятельностью ООО «ССЕ – Томсктранзит» ФИО2, ООО «ССЕ – Томсктранзит» привлечено к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления налога на добавленную стоимость за 2013, 2014 годы в размере 6 270 521 руб., пени в сумме 2 288 762 руб. и штрафа в размере 41 078 руб., законность которого установлена решением Арбитражного суда Томской области от 13.05.2019 по делу А67-7873/2017, оставленным без изменения Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2019 и постановлением Западно-Сибирского округа от 25.11.2019.

Вышеназванными судебными актами установлено получение ООО «ССЕ – Томсктранзит» необоснованной налоговой выгоды по взаимоотношениям с ООО «ТомскСпецСтрой», ООО «ТомскТехКомплект» и ООО «СтройСити».

В проверяемом периоде Обществом были заключены следующие сделки:

- с ООО «ТомскСпецСтрой» договоры подряда от 22.11.2013 № 208/212, от 25.05.2013 № 130/2013, от 25.05.2013 № 139/2013, от 01.07.2013 № 422/215, от 16.09.2013 № 1609/236, от 26.06.2013 No 146/2013, от 25.03.2013 № 114/2013 на выполнение строительно-монтажных работ (во исполнение принятых Обществом обязательств по договорам с заказчиками МАУ «Асиновское имущественное казначейство», Администрация Бакчарского сельского поселения, Администрации Асиновского городского поселения, ООО «Газпром трансгаз Томск», АО «ТОМЗЭЛ»);

- с ООО «ТомскТехКомплект» договоры подряда от 20.05.2013 № 35/2013/118, от 21.06.2013 № 128/2013 на выполнение работ по производству конструкций железобетонных для устройства круглых колодцев водопроводных из сборного железобетона и бетонных колодцев; договор поставки от 20.05.2013 № 132/2013;

- с ООО «СтройСити» сделки по поставке кабельной продукции; соответствующие договоры по взаимоотношениям с ООО «СтройСити» заявителем не представлены.

Судами установлено, что у указанных контрагентов отсутствуют необходимые условия для достижения результатов соответствующей экономической и предпринимательской деятельности, в том числе в силу отсутствия основных средств, транспортных средств, необходимого персонала; по месту регистрации общества не находились.

В частности, судами установлено, что из анализа банковских выписок контрагентов ООО «ТомскСпецСтрой» и ООО «ТомскТехКомплект» следует, что организации не несли расходы, необходимые и характерные для осуществления юридическим лицом реальной финансово-хозяйственной деятельности; движение денежных средств носило «транзитный» характер: поступившие на расчетные счета обществ денежные средства списывались со счетов организаций в день их поступления на счет либо не позднее следующего дня; суды пришли к выводам об отсутствии реальных хозяйственных операций со спорными контрагентами, о создании Обществом формального документооборота и направленности действий на получение необоснованной налоговой выгоды.

Судами также установлено отсутствие реальных хозяйственных операций по поставке товара, создании формального документооборота по взаимоотношениям с ООО «СтройСити»; документальное подтверждение факта приобретения спорного товара контрагентом заявителя у поставщиков отсутствует; также отсутствуют доказательства реальной транспортировки товара от поставщика к покупателю; Обществом по требованию налогового органа не представлены паспорта качества на кабельную продукцию; цена приобретения товара у ООО «СтройСити» значительно завышена.

Отсутствие условий для поставки товара, выполнения работ, отсутствие расходов, сопутствующих деятельности хозяйствующего субъекта, исчисление налогов в минимальных размерах, свидетельствуют о том, что налоговая выгода, на получение которой Общество претендует в рамках взаимоотношений с ООО «ТомскСпецСтрой», ООО «ТомскТехКомплект» и ООО «СтройСити», признана судами не обоснованной.

Указанные обстоятельства установлены решением Арбитражного суда Томской области от 13.05.2019 по делу А67-7873/2017, оставленным без изменения Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2019 и постановлением Западно-Сибирского округа от 25.11.2019, в связи с чем, на основании ст. 69 АПК РФ, не подлежат доказыванию вновь.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016), материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

При этом, предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц", а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 по делу № А41-87043/2015).

При этом как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Как разъяснено в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Согласно пункту 2 статьи 110 НК РФ налоговым правонарушением признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, осознавало противоправный характер своих действий (бездействия), желало, либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий (бездействия).

Из пункта 4 статьи 110 НК РФ следует, что вина организации в совершении налогового правонарушения определяется в зависимости от вины должностных лиц либо ее представителей, действия (бездействие) которых обусловили совершение данного налогового правонарушения.

При таких обстоятельствах бремя опровержения наличия причинно-следственной связи между банкротством ООО «ССЕ – Томсктранзит» и действиями ФИО2 возлагается на него.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ, пунктами 1, 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Для привлечения бывшего руководителя должника к гражданско-правовой ответственности за доведение должника до банкротства не требуется наличие у него прямого умысла именно на это, достаточно доказанности факта совершения им как руководителем должника виновных неправомерных действий от имени должника, которые привели к несостоятельности должника.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам и т.д. (пункт 16 Постановления N 53).

В материалах обособленного спора не имеется доказательств, свидетельствующих о добросовестности и разумности действий ФИО2, как руководителя и учредителя должника, осуществление своих прав в его интересах, напротив, установленные налоговым органом факты намеренного совершения проверяемой организацией (должником) действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, не отвечающих требованиям реального осуществления хозяйственной деятельности, сведения, содержащиеся в предоставленных ООО «ССЕ – Томсктранзит» документах, являются недостоверными, что свидетельствует о фиктивности сведений в предоставленных документах, и как следствие, фиктивности самих документов, указывают на обратное, не отвечают ожидаемому обычному поведению руководителя коммерческого юридического лица, целью хозяйственной деятельности которого является извлечение прибыли.

Материалами дела подтверждается создание налогоплательщиком искусственных условий для получения необоснованной налоговой выгоды путем применения неосновательных вычетов по налогу на добавленную стоимость, что предопределило невозможность принятия документов, предоставленных ООО «ССЕ – Томсктранзит», в качестве документов, подтверждающих понесенные расходы по взаимоотношениям с указанными "контрагентами".

ФИО2 не мог не осознавать возможность наступления негативных последствий для ООО «ССЕ – Томсктранзит» и их значительный размер в виде привлечения подконтрольного ему общества к ответственности за совершение налогового правонарушения при осуществлении территориальным подразделением Федеральной налоговой службы налоговой проверки в отношении должника, а также ввиду утраты возможности возврата денежных средств от "фирм-однодневок" и получения какого-либо встречного предоставления.

Противоправность действий (бездействия) ФИО2 подтверждена вступившим в законную силу решением суда, и в силу ст. 69 АПК РФ не подлежит доказыванию вновь, презумпция доведения должника до банкротства лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности, не опровергнута.

Инициированная процедура банкротства со стороны ФНС России, на основании проведенной выездной проверки, прекращена по основаниям отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему. Из представленного в материалы дела регистрационного дела ООО «ССЕ – Томсктранзит» следует, что после прекращения процедуры, директор и учредитель ООО «ССЕ – Томсктранзит» сменились. В дальнейшем сведения об учредителе признаны недействительными. Открытый расчетный счет ООО «ССЕ – Томсктранзит» отсутствует, все счета либо закрыты, либо находятся в ликвидированной банке.

При таких обстоятельствах, последствия неосмотрительного поведения руководителя при выборе контрагентов (в целях получения налоговой выгоды) в виде начисления пеней и привлечения к налоговой ответственности в виде штрафов, и дальнейших действий последнего, привело к банкротству ООО «ССЕ – Томсктранзит». Из дальнейших действий ответчика также следует, что обязательства перед налоговым органом, в частности, а равно как и перед остальными кредиторами, включая заявителя по настоящего делу, исполнять не собирался.

Доводы о недоказанности совокупности обстоятельств, влекущих субсидиарную ответственность по обязательствам должника, в том числе, и со ссылкой на указание должником наличия фактических финансово-хозяйственных правоотношений с контрагентами ООО «ТомскСпецСтрой», ООО «ТомскТехКомплект» и ООО «СтройСити», полагая, что при взаимодействии проявлял должную степень осторожности и осмотрительности в выборе контрагентов, нельзя признать обоснованными.

Отклоняя довод ответчика, об отсутствии основания для привлечения последнего к субсидиарной ответственности в связи с отказом в возбуждении уголовного дела, суд отмечает, что прекращение уголовного преследования и уголовного дела не означает освобождение лица от иных негативных последствий совершенного деяния. При рассмотрении заявленного иска о возмещении причиненного вреда суд не связан решением о прекращении уголовного дела в части установленности состава гражданского правонарушения.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (абзац 8 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Размер субсидиарной ответственности ответчиком не оспорен.

Таким образом, признав доказанным наличие и размер оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, с ФИО2 подлежат взысканию в конкурсную массу должника 14 963 513,17 руб.

Руководствуясь статьями 9, 10,32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 - ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – общества с ограниченной ответственностью «ССЕ-Томсктранзит» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в размере 14 963 513, 17 руб.

Взыскать с ФИО2 в пользу акционерного общества «Томская механизированная колонна № 44» 14 963 513,17 руб.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в месячный срок с момента изготовления текста решения в полном объеме.



Судья Н.Н. Кухарук