Постановление от 11 октября 2022 г. по делу № А55-37804/2019

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

№11АП-17478/2021, 11АП-17658/2021

Дело № А55-37804/2019
г. Самара
11 октября 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 11 октября 2022 года


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Львова Я.А.,

судей Александрова А.И., Гадеевой Л.Р.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

без участия представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства,

рассмотрев в открытом судебном заседании 10 октября 2022 года в помещении суда в зале № 2, апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Самарской области от 06 октября 2021 года о признании доказанными наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела № А55-37804/2019 о несостоятельности (банкротстве) ООО «СтройВипГрупп», ИНН <***>

УСТАНОВИЛ:

ООО «СтройПромСервис» обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО «СтройВипГрупп».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 12.12.2019 заявление ООО «СтройПромСервис» принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «СтройВипГрупп», ИНН <***>, ОГРН <***>.

Решением суда от 18.05.2020 заявление ООО «СтройПромСервис» о несостоятельности (банкротстве) ООО «СтройВипГрупп» признано обоснованным. В отношении ООО «СтройВипГрупп» введено конкурсное производство сроком на шесть месяцев.

Конкурсным управляющим утвержден ФИО4, член Саморегулируемой организации Союз арбитражных управляющих «Континент».

Конкурсный управляющий ООО «СтройВипГрупп» ФИО4 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5, ФИО3 и ФИО2, а также взыскании денежных средств в размере 25 305 461,90 руб. в пользу ООО «СтройВипГрупп».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 06 октября 2021 года признано доказанным наличие оснований для привлечения ликвидатора Общества с ограниченной ответственностью «СтройВипГрупп», ИНН <***> ФИО5, бывшего руководителя ФИО2, бывшего руководителя ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Приостановлено производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего ООО «СтройВипГрупп» ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5, ФИО3, ФИО2 до окончания расчетов с кредиторами.

ФИО2 и ФИО3 обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами на определение Арбитражного суда Самарской области от 06 октября 2021 года о признании доказанными наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела № А55-37804/2019.

Определениями Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2021 и от 30.11.2021 апелляционные жалобы приняты к производству.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11 января 2022 года рассмотрение апелляционных жалоб отложено на 31 января 2022 года.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 31 января 2022 года рассмотрение апелляционных жалоб отложено на 03 марта 2022 г.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03 марта 2022 года, в связи с нахождением судьи Мальцева Н.А. (приказ №23/к от 31.01.2022 г.) в очередном отпуске, произведена его замена на судью Александрова А.И.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05 марта 2022 приостановлено производство по апелляционным жалобам ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Самарской области от 06 октября 2021 года о признании доказанными наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела № А55-37804/2019 до вступления в законную силу определения Арбитражного суда Самарской области от 28.01.2022 г. и определения Арбитражного суда Самарской области от 08.02.2022 г. по делу № А55-37804/2019.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12 мая 2022 года производство по делу возобновлено.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20 июня 2022 года, в связи с нахождением судьи Серовой Е.А. (приказ 172/к от 19.05.2022) в очередном отпуске, произведена ее замена на судью Гадееву Л.Р.

В соответствии с п. 2 ст. 18 АПК РФ после замены судьи рассмотрение дела начато сначала.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27 июня 2022 года производство по апелляционным жалобам ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Самарской области от 06 октября 2021 года о признании доказанными наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела № А55-37804/2019 приостановлено до утверждения конкурсного управляющего ООО «СтройВипГрупп».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 02 сентября 2022 года конкурсным управляющим Общества с ограниченной ответственностью «СтройВипГрупп» утверждена ФИО6, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа» (ПАУ ЦФО).

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08 сентября 2022 года производство по апелляционным жалобам возобновлено.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Конкурсный управляющий ФИО6 о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, телефонограммой сообщила о возможности рассмотрения апелляционных жалоб в ее отсутствие.

Рассмотрев материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб в совокупности с исследованными доказательствами по делу, судебная коллегия Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда.

Как следует из материалов дела, при вынесении обжалуемого определения суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств.

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции данного Федерального закона).

В рассматриваемом случае заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подлежит рассмотрению по правилам главы III.2 Закона о банкротстве (в новой редакции).

Согласно пункту 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пунктом 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве установлена презумпция, согласно которой пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника.

Из материалов дела следует, что ФИО2 являлся директором ООО «СтройВипГрупп», ИНН <***>, ОГРН <***> с 20.03.2015 по 16.06.2019, учредителем с 20.03.2015 по 13.06.2019 с размером доли участия 100%.

ФИО3 являлась директором ООО «СтройВипГрупп» с 17.06.2019 по 17.02.2020, учредителем с 14.06.2019 по 25.03.2020 с размером доли участия 100%.

ФИО5 являлась ликвидатором ООО «СтройВипГрупп» с 18.02.2020 по 18.05.2020.

ООО «СтройПромСервис» обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО «СтройВипГрупп», ИНН <***>, мотивируя заявленные требования наличием задолженности в размере 21050958,90 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 12.12.2019 заявление ООО «СтройПромСервис» принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «СтройВипГрупп».

Решением арбитражного суда от 18.05.2020 в отношении ООО «СтройВипГрупп» введено конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим утвержден ФИО4, член Саморегулируемой организации Союз арбитражных управляющих «Континент».

Конкурсный управляющий ООО «СтройВипГрупп» ФИО4 обратился в арбитражный суд с ходатайством в котором просил истребовать у ликвидатора ООО «СтройВипГрупп» ФИО5, ФИО3, ФИО2 и передать конкурсному управляющему ООО «СтройВипГрупп» ФИО4: печати, штампы; бухгалтерскую текущую отчетность за 2017-2020 гг., (форма № 1, Форма № 2, Форма № 3, Форма № 4, Форма № 5, Форма № 6); материальные и иные ценности, документы, подтверждающие дебиторскую задолженность, перечень кредиторов, с указанием суммы задолженности и их адрес; подготовить и передать архивные документы долгосрочного хранения; учредительные документы со всеми изменениями; справку, содержащую сведения о реорганизациях (наличие/отсутствие); приказ о назначении главного бухгалтера; справку о работниках должника осуществляющих трудовую деятельность в компании в период 2017 - 2020 г.; справку о расшифровке дебиторской и кредиторской задолженности с указанием наименования контрагента, адреса местонахождения, ИНН, суммы, основания возникновения задолженности; справку, содержащую сведения о сделках по распоряжению имуществом, за последние пять лет; справку, содержащую сведения о наличии материалов, сырья, оборудования, предметов офиса и дизайна, о прочих внеоборотных активах, об их фактическом наличии, местонахождении, правоустанавливающие документы; справку, содержащую сведения о наличии автотранспорта, спецтехники; договоры с поставщиками (материалов, электроэнергии, сырья), договоры на оказание услуг, на выполнение работ за последние пять лет; акты инвентаризации имущества, за последние пять лет; материалы налоговых проверок; материалы судебных процессов; расшифровка авансов, выданных поставщикам и подрядчикам, обоснованность авансов; договоры, соглашения, контракты, заключенные со всеми юридическими и физическими лицами за три последних года; сведения о выданных доверенностях за последние 3 года.

Определением суда от 03 марта 2021 года заявление удовлетворено в полном объеме. Определение суда вступило в законную силу и не исполнено обязанными лицами.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2).

В соответствии с пунктом 24 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.17 №53 в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

На ответчика в силу статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве возложено бремя опровержения данной презумпции (при ее доказанности), в частности, что документы переданы конкурсному управляющему либо их отсутствие не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Само по себе отсутствие оговорок не означает надлежащее исполнение указанной обязанности, поскольку, принимая документы, конкурсный управляющий по общему правилу не должен обладать информацией о том, что переданные документы позволяют проведение соответствующих процедур, в том числе информацией об их комплектности и полноте содержания. Лишь проанализировав полученные документы, конкурсный управляющий имеет возможность определить, все ли необходимые документы переданы.

Однако вопреки требованиям действующего законодательства (пункт 3 статьи 126 Закона о банкротстве), ФИО2, ФИО3, ФИО5 не предприняли мер по передаче в трехдневный срок с даты утверждения конкурсного управляющего бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему, как и в дальнейшем в период процедуры конкурсного производства.

По общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При этом, ФИО2 представлена копия акта приема-передачи документов ФИО3

Из содержания указанного акта следует, что ФИО2 сдал, а ФИО3 приняла следующие документы и имущество Общества:

Свидетельство о государственной регистрации юридического лица - 1;

Свидетельство о постановке на учет в налоговом органе - 1;

Устав ООО «СтройВипГрупп» от 12.05.2015; - 1;

Приказ № 1 о назначении директора от 25.03.20215 - 1;

Книга покупок от 2015-2019 гг. - 1;

Книга продаж за 2015-2019 гг. - 3 папки;

Договоры за 2015-2019 гг. -2 папки;

Авансовые отчеты за 2015-2019 гг.-1 папка;

Приказы за 2015-2019 гг. - 1 папка;

Акты сверок за 2015-2019 гг. - 1 папка;

Налоговая и бухгалтерская отчетность за 2015-2019 гг. - 5 папок;

Печать общества -2;

Документы по дебиторской задолженности - 9 055 084, 76 руб.;

Документы по кредиторской задолженности - 2 702 893, 69 руб.;

Основные средства -0 руб.;

Товары, материалы, денежные средства (наличные) - 0 руб.

Кредитор возражал относительно представленного акта, заявил о намерении обратиться в суд с заявлением о фальсификации доказательств.

Суд разъяснил уголовно-правовые последствия заявления такого ходатайства.

На вопрос суда, будет ли заявлено такое ходатайство, кредитор ответил отказом, что отражено в протоколе судебного заседания от 22.09.2021-29.09.2021.

Однако, из наименований документов отраженных в акте приема-передачи очевидно усматривается, что достаточные и необходимые сведения о деятельности должника, позволяющие выявить его основных контрагентов, объем непогашенной дебиторской задолженности, определить основные активы должника и идентифицировать их, а также выявить совершенные в период подозрительности сделки должника и установить их условия, с целью дальнейшего их оспаривания, отсутствуют.

Из содержания акта приема-передачи от 14.06.2019 невозможно установить, какие конкретно документы были переданы, установить их объем, в акте содержатся наименования категорий документов и количество папок, в которых передавались документы. Из представленного акта невозможно установить контрагентов, с которым заключались договоры, на какое имущество передана документация, при этом доказательств передачи самого имущества ответчиком в материалы дела не представлены. При этом в ходе судебного разбирательства представитель ФИО2 также не смог пояснить какие именно документы должника были переданы, при каких обстоятельствах проходила передача.

При этом, из отзыва ФИО3 также не указано, какие конкретно документы ею были получены от ФИО2 и в каком объеме. Акт приема-передачи ФИО3 документов от ФИО2 не представлен. Помимо прочего, ФИО3 указала, что у нее остались копии документов, в том числе гражданско-правовые договоры, первичная бухгалтерская документация на дебиторскую задолженность, бухгалтерский баланс за 2018 год и другие документы.

Также ФИО3 указала, что имеет возможность предоставить оригинал акта на обозрение суда и копии переданных по акту документов. Не имеет возможности представить указанные документы к судебному заседанию 24.05.2021.

Суд неоднократно в определениях предлагал ФИО3 представить указанные документы, а также откладывал судебные заседания, предлагал обеспечить явку в судебное заседание. Однако, определения суда ФИО3 оставлены без исполнения, документы не представлены.

Акт приема передачи оригиналов документов от ФИО3 к ФИО5 также не представлен.

ФИО5 доказательств отсутствия вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, не представила, в частности, не подтвердила, что ею приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась.

В суде первой инстанции ФИО5 представила отзыв на заявление, в котором не опровергла факт приема-передачи документации должника от ФИО3; доводы о неполноте переданных ей документов, подтверждающих состав активов должника, не привела. ФИО5 также ссылалась на непредставление конкурсным управляющим доказательств того, что отсутствие документации должника существенно затруднило проведение процедур банкротства, а также на то, что конкурсным управляющим не представлены доказательства невозможности самостоятельного получения сведений в рамках исполнения обязанностей, возложенных Законом о банкротстве. Полагала, что сведения об основных активах должника, равно как и о совершенных должником сделках могут быть получены у регистрирующих органов, банка и контрагентов должника. Конкурсный управляющий в период исполнения своих обязанностей обратился в арбитражный суд с заявлениями о оспаривании сделок должника, что по мнению ответчика указывает на достаточность сведений о финансово-хозяйственной деятельности у должника.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что несмотря на отсутствие в материалах дела акта приема-передачи документации между ФИО3 и ФИО5, при рассмотрении спора в суде первой инстанции ФИО5 не ссылалась на неисполнение обязанности по передаче документов от ФИО3 Кроме того, ФИО5 не обращалась с апелляционной жалобой на судебный акт суда первой инстанции и не привела такие доводы в суде апелляционной инстанции.

В связи с этим суд апелляционной инстанции исходит из подтверждения материалами дела факта приема-передачи документации между ФИО3 и ФИО5

Суд первой инстанции исходил из того, что непередача документов привела к невозможности определения конкретного имущества, проведения инвентаризации задолженности, формирования конкурсной массы, взысканию дебиторской задолженности, что ущемляет права и интересы кредиторов и лиц, участвующих в деле.

Доводы ответчиков о том, что конкурсный управляющий располагал финансово-хозяйственной деятельностью и налоговой документацией должника, а также о том, что конкурсный управляющий может получить сведения об оборотных активах у банков, сведения о контрагентов из выписок по расчетному счету, полученной из уполномоченного органа, отклонены, поскольку указанные обстоятельства не свидетельствуют о надлежащем исполнении ответчиками обязанности по передаче бухгалтерской и иной финансовой документации должника конкурсному управляющему.

Возможность получения документов от других лиц не освобождает ответчиков от исполнения соответствующей обязанности. Наличие у конкурсного управляющего налоговой отчетности, без предоставления руководителями должника первичных документов не позволяет проанализировать сделки должника, заявить требования к дебиторам о взыскании задолженности и убытков, и, соответственно, сформировать конкурсную массу.

Также конкурсный управляющий указал, что ФИО2 и ФИО3 не исполнили обязанность по сдаче бухгалтерской отчетности, в частности ФИО2 - за 2018 год, ФИО3 - за 2019 год.

Как указывает конкурсный управляющий, обязанность по сдаче бухгалтерской отчетности ООО «СтройВипГрупп» за 2018 год и 2019 год до 18.05.2020 лежала на ФИО2 (за 2018 год) и ФИО3 (2019 год).

Согласно ответу ИФНС России по Кировскому району г. Самары № 07-26/1698дсп от 20.08.2020, последняя бухгалтерская отчетность представлена ООО «СтройВипГрупп» за 2017 год.

Также из ответа уполномоченного органа следует, что ООО «СтройВипГрупп» представило налоговую отчетность за 2018 и 2019 гг.

Сам факт непредставления руководителем должника документов бухгалтерского учета и не отражение в бухгалтерской отчетности кредиторской и дебиторской задолженности, не может являться безусловным основанием для удовлетворения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности при недоказанности наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и невозможностью удовлетворения требований кредитора.

Согласно пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Указанная ответственность соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона от 21.11.1996 N 129-ФЗ "О бухгалтерском учете") и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Указанная ответственность является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Кодекса).

В силу п. 2 ст. 1 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (далее - Закон N 402-ФЗ) под бухгалтерским учетом понимается формирование документированной систематизированной информации об объектах, предусмотренных настоящим Федеральным законом, в соответствии с требованиями, установленными Законом N 402-ФЗ, и составление на ее основе бухгалтерской (финансовой) отчетности.

Согласно п. 1 ст. 3 Закона N 402-ФЗ бухгалтерская (финансовая) отчетность - это информация о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, систематизированная в соответствии с требованиями, установленными Законом N 402-ФЗ.

Таким образом, бухгалтерский учет - это не только бухгалтерская отчетность, но и сформированная документированная информация об объектах бухгалтерского учета (фактах хозяйственной жизни, активах, обязательствах, доходах, расходах - ст. 5 Закона N 402-ФЗ).

Законодательство о ведении бухгалтерского учета предполагает ведение непрерывного учета хозяйственных операций и составление промежуточной финансовой (бухгалтерской) отчетности.

В нарушение Федерального закона «О бухгалтерском учете» бухгалтерская отчетность ООО «СтройВипГрупп» ФИО2 (за 2018 г.) и ФИО3 (2019 год), не сдавалась, что не отрицалось представителем ФИО2, подтверждено налоговым органом, а также подтверждено отзывом ФИО3

Согласно бухгалтерской отчетности за 2017 год у ООО «СтройВипГрупп» имелись активы на общую сумму 147 505 000 руб., в том числе нематериальные активы - 251 000 руб., запасы - 50 304 000 руб., НДС по приобретенным ценностям - 10 745 000 руб., дебиторская задолженность - 64 279 000 руб., денежные средства - 4 458 000 руб., прочие оборотные активы - 17 468 000 руб.

В материалах дела не имеется доказательств того, что руководителями должника ООО «СтройВипГрупп» переданы конкурсному управляющему первичные документы бухгалтерского учета активов общества, либо первичные бухгалтерские документы, подтверждающих судьбу активов должника на указанную в бухгалтерской отчетности суммы.

Не имеется указанных доказательств, как в настоящем обособленном споре, так и в основном деле о несостоятельности должника. Отсутствие в конкурсной массе должника активов, указанных в последнем сданном бухгалтерском балансе лишает кредиторов права на получение удовлетворения своих требований из стоимости реализации активов в конкурсном производстве ООО «СтройВипГрупп».

Данные обстоятельства существенно затрудняют проведение конкурсным управляющим процедур, применяемых в деле о банкротстве ООО «СтройВипГрупп», в том числе при формировании и реализации конкурсной массы должника.

В силу пункта 2 статьи 401 , пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, то именно руководитель должника обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации. На основании пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов. Таким образом, по смыслу данной нормы права, вина руководителя должника презюмируется. На лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, возложена обязанность по доказыванию отсутствия его вины по неисполнению обязанности по ведению (составлению) и хранению документов бухгалтерского учета и (или) отчетности.

Следовательно, доказательства отсутствия вины должны быть представлены самим руководителем должника, как лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности, в соответствии с требованиями пункта 2 статьи 401 , пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО2, ФИО3, ФИО5 доказательства отсутствия своей вины в непередаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, не представлены.

Исчерпывающей информацией о финансовом (имущественном) положении юридического лица обладает его руководитель как единоличный исполнительный орган, а также учредитель. Они же должны действовать разумно и добросовестно, в том числе в отношении контрагентов должника.

Учитывая положения части 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете", ФИО2, ФИО3, ФИО5 являясь контролирующими лицами должника, были обязаны обеспечить как ведение бухгалтерского учета должником, хранение документов бухгалтерского учета, а также передачу всей совокупности этих документов конкурсному управляющему, осуществляющему в силу п. 1 ст. 129 Закона о банкротстве обязанности руководителя должника после открытия конкурсного производства.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Задолженность ООО «СтройВипГрупп» перед кредиторами на общую сумму 25118511, 40 руб., образовалась в период осуществления должностных обязанностей руководителей организации ФИО3 и ФИО2.

Ввиду отсутствия зарегистрированного имущества и наличия кредиторской задолженности на сумму более 25 000 000 руб., кредиторы утратили возможность получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника.

При этом, полное погашение требований кредиторов ООО «СтройВипГрупп», невозможно, вследствие бездействий ФИО3, ФИО2 и ФИО5, предусмотренных ст. 61.11 Закона о банкротстве.

На дату подачи настоящего заявления в реестр требований кредиторов должника включены на общую сумму 25 118 511,40 руб., а именно:

Решением Арбитражного суда Самарской области от 18.05.2020 в реестр требований кредиторов ООО «СтройВипГрупп» включены требования ООО «СтройПромСервис» в размере 21 050 958, 90 руб. Требования основаны на Решении Арбитражного суда Самарской области от 05.11.2019 по делу № А55-26090/2019 Требования возникли, начиная с 01.12.2018.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 17.07.2020 г. в реестр требований кредиторов ООО «СтройВипГрупп» включены требования ООО «Строительная компания «Спектр» в размере 2 772 893, 69 руб. Требования основаны на Решении Арбитражного суда Самарской области от 15.11.2019 г. по делу № А55-21755/2019. Требования возникли, начиная с 01.10.2018.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28.07.2020 в реестр требований кредиторов ООО «СтройВипГрупп» включены требования ФНС России в лице ИФНС по Кировскому району г. Самары в размере 12 777, 02 руб. Задолженность подтверждена требованиями по уплате страховых взносов и пеней на обязательное социальное страхование от несчастных случаев и профессиональных заболеваний № 2594 от 05.11.2019 и № 1678 от 01.08.2019. Требования возникли, начиная с 11.11.2019.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 31.08.2020 в реестр требований кредиторов ООО «СтройВипГрупп» включены требования ООО «ТЭС СтройСнаб» в размере 87 748, 49 руб. Требования возникли в результате неисполнения обязательств по Договору подряда № 230917/02 от 27.07.2017. Требования возникли, начиная с 31.07.2018.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 31.08.2020 в реестр требований кредиторов ООО «СтройВипГрупп» включены требования ООО «Строительная компания «Спектр» в размере 367 607, 05 руб. Требования (расчет процентов по ст. 395 ГК РФ) основаны на Решении Арбитражного суда Самарской области от 15.11.2019 по делу № А55-21755/2019. Требования возникли, начиная с 15.05.2018.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 15.09.2020 в реестр требований кредиторов ООО «СтройВипГрупп» включены требования ФНС России в лице ИФНС по Кировскому району г. Самары в размере 826 526, 25 руб. Задолженность подтверждена постановлениями о взыскании налога, сбора, пени и штрафа за счет имущества налогоплательщика №№ 4683 от 03.06.2019, 8005 от 23. 09.2019, 13171 от 27.12.2019, 1385 от 21.01.2020.

Требования возникли, начиная с 03.06.2019.

Требования кредиторов до настоящего времени не погашены.

Смена руководителя должника в преддверии банкротства может быть оценена в качестве способа избежания субсидиарной ответственности за не передачу документации должника арбитражному управляющему. Поскольку в деле отсутствуют доказательства исполнения ответчиками надлежащим образом обязанности по передаче конкурсному управляющему документации должника (в данном случае последовательно друг другу и в итоге конкурсному управляющему), а также исполнения обязанности по сдаче бухгалтерской отчетности, что привело к невозможности установить и оспорить все экономически необоснованные сделки, приведшие должника к неплатежеспособности, взыскать дебиторскую задолженность и сформировать конкурсную массу.

Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

Полученных конкурсным управляющим выписок с расчетных счетов должника и бухгалтерского баланса за 2017 год недостаточно для проведения полного анализа хозяйственной деятельности должника, определения полного перечня кредиторской и дебиторской задолженности, основных средств и активов должника, которые подлежат реализации конкурсным управляющим, проведения анализа подозрительных сделок и принятия решения по вопросу о необходимости их оспаривания.

Ссылка ФИО3 на заключение договора уступки прав требований с Обществом с ограниченной ответственностью «ПетРоНефть Актив» от 17.05.2019, в связи с чем, дебиторская задолженность была уменьшена до 9 055 084, 76 руб. и указана в акте приема-передачи документов от 14.06.2019 от ФИО2 к ФИО3 признан судом несостоятельной, поскольку из бухгалтерской отчетности за 2017 год следует, что дебиторская задолженность составляла 64 279 000 руб. и если, как указывает ФИО3, был произведен зачет с ООО «ПетРоНефть Актив» (15 986 104, 11 руб. - право требования от должника, 25 520 771, 99 руб. - долг ООО «ПетРоНефть Актив» перед ООО «СтройВипГрупп»), то дебиторская задолженность должна была составлять сумму больше, чем 9 055 084, 76 руб. Таким образом, сделка с ООО «ПетРоНефть Актив» не подтверждает уменьшение всей дебиторской задолженности до указанной в акте суммы.

Об иных обстоятельствах ФИО3, ФИО2 не указано.

Вышеизложенное позволило суду первой инстанции прийти к выводу о том, что имеется причинно-следственная связь между отсутствием первичной бухгалтерской документации должника и невозможностью удовлетворения требований кредиторов ООО «СтройВипГрупп» вследствие бездействия руководителей должника ФИО2, ФИО3 и ликвидатора ФИО5, в связи с чем суд посчитал доказанным наличие совокупности условий, необходимых для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СтройВипГрупп» на основании подпунктов 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 и Закона о банкротстве.

Оценивая обстоятельства привлечения к субсидиарной ответственности за непередачу документов, суд апелляционной инстанции также учитывал следующее.

Как установлено судом, из бухгалтерской отчетности за 2017 год следует, что дебиторская задолженность составляла 64 279 000 руб. При этом в нарушение Федерального закона «О бухгалтерском учете» бухгалтерская отчетность ООО «СтройВипГрупп» ФИО2 (за 2018 г.) и ФИО3 (за 2019 год), не сдавалась.

Акт приема-передачи документов между ФИО2 и ФИО3 подписан 14.06.2019, то есть сведения о размере передаваемых активов должны быть отражены по данным бухгалтерской отчетности за 2018 год. Из материалов дела следует, что стороны акта – ФИО2 и ФИО3 не опровергают данные, указанные в акте от 14.06.2019.

Как разъяснено в п. 22 и 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо друг от друга и действий каждого из них было достаточно для наступления объективного банкротства должника, названные лица также несут субсидиарную ответственность солидарно (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо и действий каждого из них, существенно повлиявших на положение должника, было недостаточно для наступления объективного банкротства, но в совокупности их действия привели к такому банкротству, данные лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в долях (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 1 статьи 1064 ГК РФ). В этом случае суд распределяет между ними совокупный размер ответственности, исчисляемый по правилам абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, определяя долю, приходящуюся на каждое контролирующее лицо, пропорционально размеру причиненного им вреда. При невозможности определения размера причиненного вреда исходя из конкретных операций, совершенных под влиянием того или иного лица, размер доли, приходящейся на каждое контролирующее лицо, может быть определен пропорционально периодам осуществления ими фактического контроля над должником.

В силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

В случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В связи с этим суд апелляционной инстанции пришел к следующему выводу.

Поскольку ФИО2 не представил сведения относительно состава и размера дебиторской задолженности, не сдал бухгалтерскую отчетность за 2018 год, исходя из размера дебиторской задолженности за 2017 год в сумме 64 279 000 руб. и непояснения обстоятельств выбытия других активов он несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В частности, у должника имелись запасы в сумме 50304000 руб., НДС по приобретенным ценностям в сумме 10745000 руб., денежные средства в сумме 4458000 руб., прочие активы в сумме 17468000 руб., в отношении которых ФИО2 не представлены объяснения и документы, подтверждающие основания выбытия.

При этом размер ответственности ФИО3 может быть уменьшен судом при определении впоследствии размера субсидиарной ответственности, исходя из размера переданной ей дебиторской задолженности в сумме 9055084,76 руб. Основные средства, товары, материалы, денежные средства ФИО3 от ФИО2 не передавались.

Поскольку из обстоятельств дела усматривается возможность уменьшения размера ответственности ФИО3 и подтверждения материалами дела факта дальнейшего приема-передачи документации между ФИО3 и ФИО5, размер ответственности ФИО5 также может быть уменьшен исходя из размера переданной дебиторской задолженности в сумме 9055084,76 руб.

Суд первой инстанции, определяя наличие оснований для субсидиарной ответственности контролирующих лиц, также учитывал совершение ими сделок, причинивших значительный ущерб должнику.

Пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

После совершения сделок между заинтересованными лицами должник стал отвечать признаку недостаточности имущества, и в результате совершения сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов, которые лишились возможности получить удовлетворение требований полностью либо в части.

При этом новая редакция Закона о банкротстве не содержит критериев, по которым возможно квалифицировать вред как существенный или несущественный. В этой связи с учетом аналогии пункта 2 статьи 61.2, статьи 78 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» рекомендуется считать существенным вредом вред, причиненный сделками с активами на сумму сделки, эквивалентную 20 - 25% общей балансовой стоимости имущества должника. Размер существенности может быть и меньше, если доказать, что выведено имущество, отсутствие которого осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника.

Конкурсный управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением к ФИО7 об оспаривании сделок должника в котором просил:

Признать договор купли-продажи транспортного средства: мотовездеход YAMAHA, идентификационный номер (VIN): <***>, модель YAMAHA YFM700R, 2015 года выпуска, №1 заключенный между ООО «СтройВипГрупп» и ФИО7 15.04.2019, недействительной сделкой.

Применить последствия недействительности сделки в виде возврата в крнкурсную массу ООО «СтройВипГрупп» транспортного средства: мотовездеход YAMAHA, идентификационный номер (VIN): <***>, модель YAMAHA YFM700R, 2015 года выпуска.

Признать договор купли-продажи транспортного средства: мотовездеход YAMAHA, 2 А55-37804/2019 идентификационный номер (VIN): <***>, модель YAMAHA YFM700R, 2015 года выпуска, №2 заключенный между ООО «СтройВипГрупп» и ФИО7 15.04.2019, недействительной сделкой.

Применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ООО «СтройВипГрупп» транспортного средства: мотовездеход YAMAHA, идентификационный номер (VIN): <***>, модель YAMAHA YFM700R, 2015 года выпуска.

Признать договор купли-продажи транспортного средства: мотовездеход YAMAHA, идентификационный номер (VIN): <***>, модель YAMAHA YFM700R, 2015 года выпуска, №3 заключенный между ООО «СтройВипГрупп» и ФИО7 15.04.2019, недействительной сделкой.

Применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ООО «СтройВипГрупп» транспортного средства: мотовездеход YAMAHA, идентификационный номер (VIN): <***>, модель YAMAHA YFM700R, 2015 года выпуска.

Конкурсный управляющий ФИО4 обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, в котором просил: 1. Признать перечисления по Договору на абонентское юридическое и бухгалтерское обслуживание от 05.06.2018 г., а именно: 15.11.2018 г. на сумму 100 000,00 руб.; 15.11.2018 г. на сумму 250000,00 руб.; 15.11.2018 г. на сумму 250 000,00 руб.; 23.11.2018 г. на сумму 150 000,00 руб.; 23.11.2018 г. на сумму 250 000,00 руб.; 23.11.2018 г. на сумму 250 000,00 руб.; 24.12.2018 г. на сумму 250 000,00 руб.; 24.12.2018 г. на сумму 250 000,00 руб.; 23.01.2019 г. на сумму 250 000,00 руб.; 28.02.2019 г. на сумму 312 500,00 руб.; 02.04.2019 г. на сумму 200 000,00 руб.; 24.04.2019 г. на сумму 250 000,00 руб.; 21.05.2019 г. на сумму 250 000,00 руб., недействительной сделкой.

Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО Коллекторское агентство «Бизнес-Гарант» в пользу ООО «СтройВипГрупп» денежных средств в размере 3 012 500,00 руб.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате

ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Определением Арбитражного суда Самарской области по делу № А55-37804/2019 от 26.03.2021 суд признал договор купли-продажи транспортного средства: мотовездеход YAMAHA, идентификационный номер (VIN): <***>, модель YAMAHA YFM700R, 2015 года выпуска, № 1 от 15.04.2019, договор купли -продажи транспортного средства: мотовездеход YAMAHA, идентификационный номер (VIN): <***>, модель YAMAHA YFM700R, 2015 года выпуска, № 2 от 15.04.2019, договор купли-продажи транспортного средства: мотовездеход YAMAHA, идентификационный номер (VIN): <***>, модель YAMAHA YFM700R, 2015 года выпуска, № 3 от 15.04.2019, заключенные между Обществом с ограниченной ответственностью «СтройВипГрупп», ИНН <***>, ОГРН <***> и ФИО7, недействительными сделками.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2021 определение Арбитражного суда Самарской области от 26.03.2021 изменено в части применения последствий недействительности сделки, абзац 2 резолютивной части определения изложен в следующей редакции: «Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО8 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «СтройВипГрупп» (ИНН <***>) рыночную стоимость движимого имущества в размере 1 230 000 руб. Восстановить право требования ФИО8 к обществу с ограниченной ответственностью «СтройВипГрупп» (ИНН <***>) в размере 450 000 руб.».

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 26.07.2021 Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2021 оставлено без изменения.

В качестве основания признания сделки по перечислению денежных средств в пользу ООО Коллекторское агентство «Бизнес-Гарант недействительной конкурсным управляющим указано на причинение вреда кредитором совершенной сделкой при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, а именно -стоимость абонентского юридического и бухгалтерского обслуживания оказанного ООО Коллекторское агенство «Бизнес-Гарант» по Договору от 05.06.2018 г. превышает рыночную стоимость оказания данных видов услуг.

Также определением Арбитражного суда Самарской области по делу № А55-25674/2018 от 13.10.2020 установлено следующее.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ директор ООО «ЧИН Строитель» ФИО2 (период полномочий 2013 - 2019 гг.) одновременно являлся единственным учредителем и директором ООО «СтройВипГрупп» (период полномочий 2015 - 2019 гг.), имевшего адрес: 443095 <...>. Сведения об адресах ООО «СтройВипГрупп» и ООО «СтройПромСервис» признаны налоговым органом недостоверными. Дом № 178 на ул. Стара Загора в г. Самаре является многоквартирным жилым домом.

ООО «СтройВипГрупп» и ООО «СтройПромСервис» созданы в 2015 году, в отношении них, как и в отношении ООО «ЧИН Строитель», приняты решения о ликвидации.

Признанное банкротом по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника ООО «СтройПромСервис» (решение Арбитражного суда Самарской области от 03.06.2019 по делу № А55-2116/2019) инициировало банкротство ООО «СтройВипГрупп» по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника (дело № А55-37804/2019) и ООО «ЧИН Строитель» по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника (дело № А55-25674/2018).

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ, ООО «СтройВипГрупп», ООО «СтройПромСервис», ООО «ЧИН Строитель» не осуществляют видов деятельности, по которым осуществлены платежи между указанными организациями, в частности отсутствуют виды деятельности, связанные со сдачей в аренду автотранспортных средств и строительной техники.

Сделки по перечислению денежных средств между ООО «СтройПромСервис», ООО «ЧИН Строитель» и ООО «СтройВипГрупп» были совершены должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов - уменьшению ликвидного имущества должника - денежных средств, поскольку совершены в период подозрительности, между заинтересованными лицами, в условиях неплатежеспособности должника.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 07.06.2021. суд удовлетворил заявление конкурсного управляющего ФИО4 об оспаривании сделки должника. Признал недействительными сделки по перечислению денежных средств по договору на абонентское юридическое и бухгалтерское обслуживание от 05.06.2018, а именно: 15.11.2018 на сумму 100 000,00 руб.; 15.11.2018 на сумму 250 000,00 руб.; 15.11.2018 на сумму 250 000,00 руб.; 23.11.2018 на сумму 150 000,00 руб.; 23.11.2018 на сумму 250 000,00 руб.; 23.11.2018 на сумму 250 000,00 руб.; 24.12.2018 на сумму 250 000,00 руб.; 24.12.2018 на сумму 250 000,00 руб.; 23.01.2019 на сумму 250 000,00 руб.; 28.02.2019 на сумму 312 500,00 руб.; 02.04.2019 на сумму 200 000,00 руб.; 24.04.2019 на сумму 250 000,00 руб.; 21.05.2019 на сумму 250 000,00 руб. Применены последствия недействительности сделки в виде обязания Общества с ограниченной ответственностью Коллекторское агентство «Бизнес-Гарант» возвратить в конкурсную массу Общества с ограниченной ответственностью «СтройВипГрупп», ИНН <***> денежные средства в размере 3 012 500 руб.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2021 определение Арбитражного суда Самарской области от 07.06.2021 оставлено без изменения.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28 января 2022 года заявление конкурсного управляющего Общества с ограниченной ответственностью «СтройВипГрупп», вх.№ 234182 от 26.08.2021 к Обществу с ограниченной ответственностью «СтройПромСервис» о признании сделки недействительной, в деле о несостоятельности (банкротстве) Общества с ограниченной ответственностью «СтройВипГрупп» удовлетворено частично. Признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств с расчетного счета Общества с ограниченной ответственностью «СтройВипГрупп» на счет Общества с ограниченной ответственностью «СтройПромСервис» по платежному поручению № 1153 от 09.06.2018 в размере 900 000 руб. в оплату по договору № СПС/А-19 от 01.03.17 за технику, № 1193 от 15.06.2018 в размере 229 286, 28 руб. в оплату по договору № 70 от 01.06.17 за топливо, № 1194 от 15.06.2018 в размере 270 000 руб. в оплату по договору № СПС/А-19/2017 от 01.03.17 за аренду спецтехники, № 1468 от 06.09.2018 в размере 50 000 руб. – частичная оплата по договору № 364-3СП-18/19 от 26.04.18, № 1536 от 10.10.2018 в размере 110 000 руб. – частичная оплата по договору № 364-3СП-18/19 от 26.04.18. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с Общества с ограниченной ответственностью «СтройПромСервис» в конкурсную массу Общества с ограниченной ответственностью «СтройВипГрупп» денежных средств в размере 1 559 286, 28 руб.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 07 апреля 2022 года определение Арбитражного суда Самарской области от 28 января 2022 года по делу № А55-37804/2019 в обжалуемой части оставлено без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 08 февраля 2022 года заявление, вх.№ 248420 от 08.09.2021, конкурсного управляющего Общества с ограниченной ответственностью «СтройВипГрупп» к Обществу с ограниченной ответственностью «ЧИН-Строитель» о признании сделки недействительной, в деле о несостоятельности (банкротстве) Общества с ограниченной ответственностью «СтройВипГрупп» удовлетворено частично. Признана недействительной сделка по перечислению денежных средств с расчетного счета Общества с ограниченной ответственностью «СтройВипГрупп» на счет Общества с ограниченной ответственностью «ЧИН-Строитель» по платежным поручениям № 24 от 10.08.2018 в размере 250 000 руб. в оплату по договору № ЧН-01 от 01.10.2015 за технику, № 25 от 20.08.2018 в размере 400 000 руб. в оплату по договору № ЧН-01 от 01.10.2015 за технику, № 26 от 29.08.2018 в размере 550 000 руб. в оплату по договору № ЧН-01 от 01.10.2015 за технику, № 27 от 30.08.2018 в размере 100 000 руб. – оплата по договору № ЧН-01 от 01.10.2015 за технику, № 28 от 30.08.2018 в размере 200 000 руб. – оплата по договору № ЧН-01 от 01.10.2015 за технику, № 29 от 10.09.2018 в размере 550 000 руб. – оплата по договору № ЧН-01 от 01.10.2015 за технику, № 30 от 11.10.2018 в размере 650 000 руб. – оплата по договору № ЧН-01 от 01.10.2015 за технику, № 32 от 15.10.2018 в размере 300 000 руб. – оплата по договору № ЧН-01 от 01.10.2015 за технику, № 39 от 25.10.2018 в размере 5 334 011, 49 руб. – оплата по договору № ЧН-01 от 01.10.2015 за технику, № 40 от 26.10.2018 в размере 8 165 988, 51 руб. – оплата по договору № ЗМ-1 от 25.10.2018, № 49 от 10.12.2018 в размере 1 150 000 руб. – оплата по договору № ЧН-01 от 01.10.2015, № 1 от 25.12.2018 в размере 100 000 руб. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с Общества с ограниченной ответственностью «ЧИН-Строитель» в конкурсную массу Общества с ограниченной ответственностью «СтройВипГрупп» денежных средств в размере 17 750 000 руб.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06 мая 2022 года определение Арбитражного суда Самарской области от 08 февраля 2022 года по делу № А55-37804/2019 оставлено без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что оспоренные сделки являются значительными в объемах деятельности должника, существенно убыточными для него, привели к возникновению признаков неплатежеспособности должника.

Указанные сделки были заключены в период осуществления ФИО2 полномочий директора Общества с ограниченной ответственностью «СтройВипГрупп», ИНН <***>, при этом спорные перечисления денежных средств Обществу с ограниченной ответственностью Коллекторское агентство «Бизнес-Гарант» осуществлялись также в период осуществления полномочий директора Общества с ограниченной ответственностью «СтройВипГрупп», ИНН <***> ФИО3

Оспариваемые сделки были совершены ФИО2 в отсутствие доказательств обоснованности их совершения, а также в отсутствие равноценного встречного представления, что привело к уменьшению имущества должника в виде вывода наиболее ликвидного актива - денежных средств, а также имущества и причинению существенного вреда имущественным правам кредиторов.

Таким образом, ФИО2 (до 16.06.2019), осуществляя функции единоличного исполнительного органа должника, знал и должен был знать о его неплатежеспособности и недостаточности имущества, являясь заинтересованным лицом, должен был знать об ущемлении оспариваемыми сделками интересов кредиторов должника и причинении им вреда.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

В материалы дела не представлены доказательства того, что неспособность должника удовлетворить требования кредиторов возникла вследствие иных причин, в том числе из-за внешних факторов.

Таким образом, ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

ФИО2 и ФИО3 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве по обстоятельствам совершения сделки с Обществом с ограниченной ответственностью Коллекторское агентство «Бизнес-Гарант».

В силу п.11. ст. 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В связи с тем, что не все мероприятия проведены в рамках конкурсного производства, на момент рассмотрения спора судом первой инстанции определить размер субсидиарной ответственности не представилось возможным.

С учетом вышеизложенного, суд пришел к правильному выводу о доказанности наличия оснований для привлечения ФИО2, ФИО3, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества с ограниченной ответственностью «СтройВипГрупп».

Согласно п. 7 ст. 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Таким образом, поскольку определить размер субсидиарной ответственности по состоянию на дату судебного заседания не представляется возможным, суд приостановил производство по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО5 к субсидиарной ответственности в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

В апелляционной жалобе ФИО2 ссылался на то, что все документы Общества были переданы по акту приёма-передачи ФИО3 после продажи доли и сложения полномочий директора ООО «СтройВипГрупп» и на момент возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «СтройВипГрупп» и назначения конкурсного управляющего в ведении ответчика отсутствовали. Суд посчитал акт приёма-передачи между документов общества между ответчиками ФИО2 и ФИО3 неинформативным в виду отсутствия детальной характеристики переданных документов. Однако каких-либо требований ФИО3 как в досудебном, так и в судебном порядке по полноте и составу переданных документов к ФИО2 предъявлено не было.

Суд апелляционной инстанции полагает, что судом первой инстанции дана правильная оценка доводам лиц, участвующих в деле, в этой части. ФИО2 приведены доводы о передаче документов отчетности должника ФИО3 При этом им не представлены объяснения относительно причин уменьшения дебиторской задолженности с 64 279 000 руб. по итогам 2017 года до 9055084,76 на момент составления акта приема-передачи с ФИО3, которой в свою очередь не переданы документы и не раскрыт состав задолженности на сумму 9055084,76. ФИО2 также не раскрыты основания выбытия значительного количества активов: запасов в сумме 50304000 руб., НДС по приобретенным ценностям в сумме 10745000 руб., денежных средств в сумме 4458000 руб., прочих активов в сумме 17468000 руб. при том, что обязанность по сдаче бухгалтерской отчетности на 2018 год возлагалась на него. Кроме того, согласно акту от 14.06.2019 ФИО3 не передавались основные средств, товары, материалы, денежные средства.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ФИО2 из обстоятельств спора усматривается причинно-следственная связь между непередачей документов и невозможностью формирования конкурсной массы и, как следствие, неудовлетворением требований кредиторов.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 о том, что конкурсным управляющим не представлено доказательств невозможности самостоятельного получения указанных выше сведений из иных источников - от банков, контрагентов, регистрирующих органов, также не могут быть признаны обоснованными в силу презумпции, установленной подп.2 п.2 ст.61.11 Закона о банкротстве.

Ссылка ФИО2 о том, что ответчиком за 2018 г. была сдана налоговая отчётность, не опровергает факта несоставления им бухгалтерской отчетности. Предоставление налоговой отчётности не подменяет и не отменяет обязанность по сдаче бухгалтерской отчетности и не объясняет обстоятельства выбытия ряда активов должника.

Утверждение о том, что обстоятельств совершения ФИО2 убыточных сделок не установлено, отсутствует связь между совершёнными сделками и наступлением объективного банкротства ООО «СтройВипГрупп», противоречит обстоятельствам дела и установленным судом обстоятельствам. Доводы о том, что сделки признаны недействительными по специальным основаниям, предусмотренным законом о банкротстве, соответственно, на момент их заключения и исполнения в отсутствии возбужденного производства по делу о банкротстве основания считать их порочными также отсутствовали, являются необоснованными. В соответствии с подп.1 п.2 ст.61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Обстоятельствам совершения сделок по перечислению денежных средств между ООО «СтройПромСервис», ООО «СтройВипГрупп» и ООО «ЧИН Строитель» дана соответствующая правовая оценка судами в рамках отдельных обособленных споров о признании сделок недействительными. Доводы апелляционной жалобы ФИО2 направлены на переоценку выводов суда, установленных вступившими в законную силу судебными актами.

В апелляционной жалобе ФИО3 указывала, что назначив ликвидатора должника, передала ему все документы и сведения, необходимые для управления обществом и, соответственно, не могла их передать конкурсному управляющему ввиду их фактического отсутствия в распоряжении бывшего руководителя. Какие-либо требования со стороны ликвидатора общества касательно неполноты переданных документов в адрес бывшего руководителя ФИО3 не поступали.

Вместе с тем ФИО3 не представила доказательства приема-передачи документов ФИО5, включая акт приема-передачи. Таким доказательства не представлены также и ФИО5, которая в суде первой инстанции не подтвердила получение документов со стороны ФИО3, а лишь ссылалась на то, что непередача документов не привела к существенному затруднению процедур банкротства и формированию конкурсной массы.

При таких обстоятельствах доводы апелляционной жалобе ФИО3 не подлежат удовлетворению.

Таким образом, суд первой инстанции, исследовав в совокупности в соответствии со статьей 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, пришел к правомерному выводу о наличии оснований для субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Доводы апелляционных жалоб не опровергают выводов суда первой инстанции, нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.

Согласно положениям ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 06 октября 2021 года по делу № А55-37804/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.


ПредседательствующийЯ.А. Львов


СудьиА.И. Александров


Л.Р. Гадеева