Постановление от 18 августа 2019 г. 13 ААС (Тринадцатый арбитражный апелляционный суд)

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-102901/2017
19 августа 2019 года
г. Санкт-Петербург
/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена 12 августа 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме 19 августа 2019 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Л.С.Копыловой,

судей И.В.Сотова, И.Ю.Тойвонена,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ИА.ФИО1,


при участии:

от финансового управляющего ФИО2 по доверенности от 25.04.2019,

от ФИО3, ФИО4 - ФИО5 по доверенностям от 04.10.2018 и от 29.08.2018,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номера 13АП-16036/2019, 13АП-16052/2019, 13АП-16042/2019) ФИО4, ФИО3 и Органа опеки и попечительства Муниципального образования Муниципального округа Пискаревка на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.04.2019 по делу № А56-102901/2017/сд.1 (судья Семенова И.С.), принятое


по заявлению финансового управляющего ФИО6

к ФИО3,

заинтересованное лицо: орган опеки и попечительства Муниципального образования Муниципального округа Пискаревка - Калининский район,

об оспаривании сделки должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

установил:

21.09.2018 финансовый управляющий должником обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки должника от 09.08.2017, оформленной как алиментное соглашение в пользу двух малолетних детей, в части передачи им в собственность ? доли в квартире 20 по адресу: Санкт-Петербург, ул. Наличная, д. 3/21, лит. А.

Определением арбитражного суда первой инстанции от от 15.04.2019 заявление финансового управляющего удовлетворено: признано недействительным алиментное соглашение, нотариально заключенное 09.08.2017 между ФИО7 и ФИО3, в части отчуждения ? доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: 190000, Санкт-Петербург, улица Наличная, дом 3/21, литера А, кв. 20, кадастровый номер 78:06:0002124:2086. Применены последствия недействительности сделки путем возврата в конкурсную массу должника ФИО7 ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 190000, Санкт-Петербург, улица Наличная, дом 3/21, литера А, кв. 20, кадастровый номер 78:06:0002124:2086. Установлены алименты на ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ года рождения в размере ? величины прожиточного минимума на каждого ребенка, установленного Приказом Минтруда России в соответствующем периоде. В удовлетворении остальной части заявления финансовому управляющему ФИО6 отказано.

Должником и ФИО3 в лице общего представителя, Органом опеки и попечительства МО Пискаревка – Калининский район (далее – Орган опеки) поданы апелляционные жалобы, в которых просили определение отменить, в удовлетворении заявления отказать, ссылаясь на несоответствие выводов суда первой инстанции нормам законодательства, регулирующего семейные отношения.

Орган опеки считает судебный акт нарушающим интересы несовершеннолетних в получении денежного содержании, выраженного «в зачете причитающихся алиментов в будущем посредством передачи в собственность ФИО3 ? доли в праве собственности на квартиру», полагая не установленным, насколько предоставленное алиментное содержание детей с учетом оценки сторонами стоимости ? доли – 1556407 руб. 54 коп. – «превосходит его разумно достаточные потребности».

Представитель ФИО4 и ФИО3 поддержал апелляционные жалобы, отметив, что оспариваемое соглашение соответствует статьям 60 п. 1, 85 п. 1, 99, 100 п. 1,102, 104 Семейного кодекса РФ; то, что имущество по сделке поступило ФИО3 не изменяет его алиментной направленности, так как она является законным представителем несовершеннолетних детей. Отметил, что интересы детей не могут сопоставляться с интересами других кредиторов, перед которыми очевидно имеют преимущество.

Представитель финансового управляющего должником возражал относительно апелляционных жалоб, ссылаясь на несоответствие существа соглашении нормам пункта 1 статьи 80, пункта 1 статьи 81 Семейного кодекса РФ, поскольку передача доли в квартире не обеспечивает ежедневные потребности детей притом, что ею по-прежнему владеет должник. Привел хронологию юридически значимых фактов, формирующую убеждение о злоупотреблении правом при осведомленности должника и заинтересованного лица о кредиторской задолженности.

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156 АПК РФ.

Исследовав доводы и возражения участвующих в обособленном споре лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными доказательствами, апелляционных уд не находит оснований для удовлетворения апелляционных жалоб.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами обособленного спора, ФИО4 являлся заемщиком по валютному кредитному договору, заключенному 28.08.2008 с АКБ «Абсолют Банк», со сроком возврата предоставленных на личные нужды заемщика 196959 долларов США до 28.05.2033.

19.10.2016 валюта денежного обязательства была изменена на рубли, после 28.10.2016 ФИО4 прекратил исполнение денежных обязательств, 18.11.2016 предоставил в залог Банку двухкомнатную квартиру № 48 по адресу: Санкт-Петербург, ул. Брюсовская, д. 6, корп. 3, кв. 48. Ввиду продолжавшегося неисполнения обязанностей заемщика 10.07.2018 Банком направлено требование о досрочном возврате кредита.

09.08.2017 на бланке 78 АБ3433036 ФИО4 и ФИО3, являющиеся родителями несовершеннолетних детей ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, Анны, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, заключили нотариальное соглашение о том, что дети будут проживать по месту жительства матери (пункт 1), отец обязуется выплачивать ежемесячно, не позднее 9 числа каждого месяца 20000 руб. наличными на содержание детей до наступления совершеннолетия (пункт 2). Стороны зафиксировали отсутствие алиментных претензий за период с рождения каждого ребенка по июль 2017 года (пункт 3).

Пунктом 4 соглашения ФИО4 и ФИО3 оформили передачу в собственность несовершеннолетних отцом по 1/8 доле каждому принадлежащей ФИО4 ? доли в праве общей долевой собственности на приватизированную в 1992 году квартиру № 20 в доме 3/21, лит. А по ул. Наличной в городе Санкт-Петербурге «в зачет причитающихся алиментов» (пункт 4). ? доля квартиры оценена в 1556407 руб. 54 коп. (пункт 4.3).

22.08.2017 зарегистрированы права ФИО8 и ФИО8 на 1/8 долю за каждым в праве общей долевой собственности по указанному адресу.

Определением арбитражного суда от 12.12.2017 принято к производству заявление АКБ «Абсолют Банк (ПАО) о признании ФИО4 банкротом; 25.04.2018 введена процедура реструктуризации; решением от 27.06.2018 должник признан банкротом.

Финансовый управляющий должником в порядке статьи 213.32 Закона о банкротстве оспорил в отношении предоставления части жилого помещения должником в зачет алиментных обязательств, соглашение от 09.08.2017, просил в порядке применения последствий недействительности вернуть отчужденную долю в собственность ФИО4, установив алиментные обязательства должника в размере, не ниже предусмотренного законом.

Суд первой инстанции квалифицировал оспариваемую часть алиментного соглашения как заключенную со злоупотреблением правом в нарушение положений статей 10, 168 ГК РФ, оценил передачу имущества в условиях осведомленности сторон о неплатежеспособности должника в зачет алиментных обязательств, как препятствующее формированию конкурсной массы, в связи с чем заявление финансового управляющего о признании сделки недействительной удовлетворил, применил соответствующие последствия.

Выводы суда первой инстанции не противоречат фактическим обстоятельствам и нормам материального права, подлежащим применению в рассматриваемом случае.

В абзацах 2 и 3 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан" внесудебное соглашение об уплате алиментов может быть признано недействительным по заявлению финансового управляющего, кредиторов должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, в той части, в которой предоставление, причитающееся получателю алиментов, превосходит его разумно достаточные потребности, чем причиняется ущерб интересам иных кредиторов (статья 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170 ГК РФ). Разрешая вопрос о недействительности соглашения об уплате алиментов по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов, арбитражный суд проверяет, была ли направлена сделка на достижение противоправных целей в момент ее совершения.

Стороны алиментного соглашения как родители совместных детей являются заинтересованными лицами по определению в пункте 3 статьи 19 Закона о банкротстве, что в силу разъясненной в первом абзаце пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)» презумпции предполагает осведомленность о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов и признаках неплатежеспособности должника.

Согласно абзацу 1 пункта 56 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 N 56 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов" в силу пункта 1 статьи 101 СК РФ соглашение об уплате алиментов может быть признано судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации, к которым, в частности, относятся: заключение соглашения с лицом, признанным недееспособным (статья 171 ГК РФ), заключение соглашения под влиянием обмана, насилия, угрозы или неблагоприятных обстоятельств (статья 179 ГК РФ), мнимые и притворные соглашения (статья 170 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Как разъяснил Верховный Суд РФ в Определении от 30.08.2016 N 5-КГ16-119, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Согласно п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда РФ от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению имущества должника.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в Обзоре судебной практики N 2 (2015), презумпция добросовестности может быть опровергнута, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением права сделку, представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что стороны при ее заключении действовали недобросовестно, с намерением причинения вреда.

Финансовый управляющий привел достаточные доводы в обоснование своей позиции. Как указал Верховный Суд РФ в определении от 29.10.2018 N 308-ЭС18-9470, предъявление в делах о банкротстве к конкурирующему конкурсному кредитору и, соответственно, арбитражному управляющему, высокого стандарта доказывания заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей сторон, так как такой кредитор (арбитражный управляющий) по существу вынужден представлять доказательства, доступ к которым у него отсутствует в силу его невовлеченности в спорные правоотношения, либо подтверждать обстоятельства, которых не было. При этом другой стороне, настаивающей на действительности договора, не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником, и стороны договора не были лишены возможности предоставить доказательства добросовестности заключения сделки.

Судам первой и апелляционной инстанций не раскрыт сторонами сделки положительный эффект от условия о зачете для несовершеннолетних детей, нуждающихся в денежном содержании, при обеспеченности иным жильем. Как следует из материалов обособленного спора, в заявлении об оспаривании сделки финансовый управляющий указывал на квартиру должника на Невском проспекте, для создания исполнительского иммунитета в отношении которой соглашение от 09.08.2017 и заключено – как он полагал; ФИО3 с детьми указывает адресом проживания Санкт-Петербург, пр. Культуры, д. 12, корп. 1, кв. 176 (чем обусловлено определение Органа опеки и попечительства соответствующего муниципального обращения); в иных процессуальных документах совместным адресом ФИО4, ФИО3 значится <...>; адресом регистрации ФИО4 - Санкт-Петербург, ул. Наличная, д. 3/21 , кв. 20.

Как указано в соглашении от 09.08.3017, на несовершеннолетних ФИО8 (4-х лет) и А.Ф. (2-х лет) возложена обязанность по осуществлению за свой счет ремонта и эксплуатации указанной доли квартиры, участие в расходах, связанных с техническим обслуживанием и ремонтом, в том числе капитальным, всего дома, соразмерно с занимаемой площадью (пункт 4.7). Стороны сделки – родители и Орган опеки не представили судам первой и апелляционной инстанций приемлемых и документально обоснованных объяснений улучшения передачей имущества вместо ежемесячного содержания положения малолетних детей должника.

В ходе апелляционного рассмотрения представителем сторон оспариваемой сделки по вопросу о содержании несовершеннолетних детей указано на то, что жили на деньги родителей, и как содержали детей – это их дело.

Согласовывая передачу в зачет алиментных обязательств ФИО4 в отношении малолетних детей, 2015 и 2017 годов рождения, ? доли отца в общей долевой собственности на квартиру 20 по ул. Наличной в городе Санкт-Петербурге и будучи осведомленным о кредитных обязательствах перед АКБ «Абсолют Банк» (ПАО), ФИО4 и ФИО3, используя статус родителей, изменил имущественное положение должника, создав исполнительский иммунитет для жилого помещения, не находящегося в залоге.

Относительно оценки действий должника и заинтересованных лиц при создании исполнительского иммунитета правовой подход приведен в Определении Верховного суда РФ от 29.11.2018 № 305-ЭС18-15724.

В соответствии с пунктом 87 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

С учетом изложенного и оценивая фактические обстоятельства по нормам статей 65 ч. 2, 71 ч.ч. 2-4 АПК РФ, апелляционный суд находит оспариваемое положение алиментного соглашения притворным на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, прикрывающим изменение имущественного положения должника с противоправной целью, совершенное со злоупотреблением правом, что делает его недействительным.

Обжалуемый судебный акт не создает препятствий для выполнения родительских обязанностей по содержанию несовершеннолетних детей в условиях банкротства отца притом, что источников своих доходов в рассматриваемом обособленном должником не раскрыто, и оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционных жалоб или в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционный суд не усматривает.

Руководствуясь статьями 176, 110, 223, 268, 269 ч. 1, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 15.04.2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


Л.С. Копылова


Судьи


И.В. Сотов


И.Ю. Тойвонен