Постановление от 6 июня 2024 г. по делу № А40-139323/2021

ПОСТАНОВЛЕНИЕ



г. Москва

07.06.2024

Дело № А40-139323/2021


Резолютивная часть постановления объявлена  30.05.2024

Полный текст постановления изготовлен  07.06.2024


  Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего-судьи Кручининои? Н.А.,

судей: Мысака Н.Я., Уддиной В.З.

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ООО «Титан-МК» - ФИО1 по доверенности от 16.01.2024,

от ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 22.03.2022,

рассмотрев 30.05.2024 в судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего ООО «Титан-МК» и ФИО5

на определение Арбитражного суда города Москвы от 10.10.2023

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2024

по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Титан-МК». 



УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 24.03.2022 ООО «Титан-МК» было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него было открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО7.

Соответствующее сообщение было опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 80(7281) от 07.05.2022.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего ФИО7 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Титан-МК» контролирующих должника лиц ФИО5, ФИО6

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.10.2023 заявление о привлечении к субсидиарной ответственности было удовлетворено частично, к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Титан-МК» привлечена ФИО5, с ФИО5 в конкурсную массу взысканы денежные средства в размере 4 496 434, 26 руб., в удовлетворении остальной части заявления было отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2024 определение Арбитражного суда города Москвы от 10.10.2023 было изменено в части размера субсидиарной ответственности ФИО5, с ФИО5 в конкурсную массу ООО «Титан-МК» взысканы денежные средства в размере 19 955 099,70 руб., в остальной части определение Арбитражного суда города Москвы от 10.10.2023 было оставлено без изменения.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО5 и конкурсный управляющий должника обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами.

Управляющий в кассационной жалобе просит определение Арбитражного суда города Москвы и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда отменить в части отказа в привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности, определения размера ответственности ФИО5, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить требования конкурсного управляющего о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности, приостановить производство по заявлению о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами. Заявитель в кассационной жалобе указывает, что судами ошибочно установлено отсутствие статуса контролирующего лица у ФИО6, который до 2013 года являлся генеральным директором ООО «Титан-МК», а впоследствии, стал исполнительным директором общества и лицом, имеющим право подписи и право распоряжения денежными средствами должника (до 2019 года). Также в рамках обособленного спора об истребовании документации судами были частично удовлетворены требования конкурсного управляющего об истребовании документов должника у ФИО6 Кроме того, управляющий обращает внимание, что судами не дана оценка его доводам о существенном затруднении в проведении процедуры конкурсного производства, в связи с непередачей документации общества, а ссылка судов на то обстоятельство, что документация должника в полном объеме была передана контролирующими лицами по акту от 12.04.2022, противоречит фактическим обстоятельствам дела, поскольку указанный акт был подписан до вынесения судебных актов, на основании которых были частично удовлетворены требования конкурсного управляющего ООО «Титан-МК» об истребовании документации и части имущества должника. Управляющий также указывает, что судами не применены положения п. 11 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО5 за совершение налогового правонарушения, судами не учтено, что привлечение к субсидиарной ответственности за совершение налогового правонарушения влечет установление ответственности в размере требований, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Ответчик в кассационной жалобе просит отменить судебные акты, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы. Ответчик в кассационной жалобе указывает, что суды, сославшись на дату расторжения одного из договоров подряда (10.09.2019), не определили конкретный момент перехода должника в состояние неплатежеспособности или недостаточности имущества и пришли к ошибочному выводу, что руководитель должника обязана была обратиться с заявлением о несостоятельности (банкротстве) общества до 10.10.2019. При этом, основываясь на бухгалтерской документации должника, можно сделать вывод о том, что предприятие с 2010 года и до конца 2019 года (то есть в течение 10 лет) являлось платежеспособным и генерировало прибыль, равно как и первые два квартала 2020 года (что следует из налоговых деклараций по налогу на прибыль), налоговая и бухгалтерская отчетность ООО «Титан-МК» не признана недостоверной. Таким образом, с учетом того, что третий квартал 2020 года стал убыточным для общества (срок сдачи отчета – 25.10.2020), а также то, что текущие контракты были расторгнуты, можно предположить, что руководитель должника обязан был обратиться с заявлением о несостоятельности (банкротстве) не позднее 25.11.2020. Более того, при определении размера ответственности судами не установлена дата возникновения обязанности по уплате налогов и сборов по требованиям налогового органа, включенным в реестр требований кредиторов должника, а обязательства ООО «Титан-МК» перед ООО «СР-Строй», возникшие из договоров подряда № СРС-91-19 от 08.04.2019, № СРС-88-19 от 08.04.2019 и перед АО «Строительная компания Флан-М», возникшие из договора № 30-08/А-ВТ-КМД от 30.08.2019, появились значительно ранее даты объективного банкротства общества, установленной судами.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель конкурсного управляющего ООО «Титан-МК» поддержал доводы своей кассационной жалобы, возражал против удовлетворения кассационной жалобы ответчика.

От ФИО5 поступил отзыв на кассационную жалобу управляющего, а также письменные пояснения, которые судебной коллегией приобщены к материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО5 поддержал доводы своей кассационной жалобы, возражал против удовлетворения кассационной жалобы управляющего.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Выслушав представителей сторон, обсудив доводы кассационных жалоб и возражения, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом апелляционной инстанций норм права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, кассационная инстанция полагает, что определение и постановление подлежат отмене частично, в связи со следующим.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве)  дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как установлено судами, в соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ в отношении общества руководителем ООО «Титан-МК» в период с 04.05.2018 по 16.03.2022, а с 07.05.2018 – единственным учредителем должника, являлась ФИО5, в период до 2013 года руководителем общества был ФИО6, исполняющий с 2013 и до 2019 года обязанности исполнительного директора ООО «Титан-МК».

Таким образом, поскольку ФИО6 исполнял обязанности руководителя должника в период до 2013 года, то суды пришли к выводу, что в силу разъяснений, содержащихся в пункте 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве в части определения понятия контролирующего лица, у ФИО6 отсутствовал статус контролирующего лица в спорный период.

Суды учитывали, что согласно Приказу № 11 от 10.05.2018 ФИО6 был назначен на должность исполнительного директора ООО «Титан-МК», в соответствии с данным приказом на ФИО6 были возложены обязанности по контролю монтажа металлоконструкций на строительных объектах в полном объеме и права подписи счет фактур, УПД, ТТН, актов выполненных работ, а также иных сопроводительных документов продаваемой продукции и предоставленных услуг ООО «Титан- МК».

Таким образом, исходя из полномочий, предоставленных ФИО6 как исполнительному директору должника, суды указали на то, что отсутствуют основания полагать, что ответчик  осуществлял фактический контроль над должником, в том числе путем принятия ключевых решений относительно хозяйственной деятельности общества, а одной лишь записи в ЕГРЮЛ о статусе исполнительного органа недостаточно для возложения на лицо субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Учитывая изложенное, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО6

Суд округа соглашается с указанными выводами судов, принимая во внимание, что управляющий заявлял требования о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности за непередачу документации общества, вместе с тем, сам по себе факт назначения ФИО6 на должность исполнительного директора не свидетельствует о наличии на стороне ответчика обязанности обеспечивать контроль за хранением и составлением бухгалтерской и иной первичной документации общества, доказательств обратного (наличия указанных документов непосредственно у ФИО6 или обязанности хранить такие документы) управляющим не представлено.

При этом суд кассационной инстанции учитывает, что вступившими в законную силу судебными актами в рамках настоящего дела о банкротстве отказано в истребовании документации должника у ФИО6 и ФИО5

Также суды пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, принимая во внимание, что в постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2022 об отказе в удовлетворении ходатайства управляющего об истребовании документации должника в части было установлено, что «частично запрашиваемые сведения передавалось ранее в адрес временного управляющего ООО «Титан-МК» ФИО8 (с приложением описей переданных документов) в процедуре наблюдения», а также «установлено, что спорных документов у апеллянта не имеется».

Кроме того, суды указали, что из представленных документов следует, что во исполнение постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2022, в адрес конкурсного управляющего 02.02.2023 была направлена документация, касающаяся деятельности ООО «Титан-МК» согласно приложенной почтовой описи, а согласно акту приема-передачи от 18.03.2023 конкурсному управляющему было передано транспортное средство, зарегистрированное за ООО «Титан-МК» (автомобиль Фольксваген Пассат, 2002 года выпуска).

Доводы управляющего о том, что на текущий момент ему переданы только учредительные документы ООО «Титан-МК», печать ООО «Титан- МК», баланс и отчет финансовых результатах за 2019-2021 гг., штатное расписание ООО «Титан-МК» за 2021 год. СЗВ-СТАЖ за 2019-2021 гг., частично документы в копиях переданы временным управляющим ООО «Титан-МК» ФИО8 (перечень счетов ООО «Титан-МК», перечень кредиторов и дебиторов, перечень основных средств, перечень транспортных средств), при этом, отсутствует первичная документация, в том числе, подтверждающая наличие дебиторской задолженности, хозяйственные операции общества, были судами отклонены, исходя из того, что заявителем не представлено доказательств относительно того, как отсутствие названных им документов повлияло на проведение процедур банкротства, управляющий также не обосновал и документально не подтвердил наличие у ФИО5 документации должника, обязанность по ведению (составлению) и хранению которой установлена законодательством Российской Федерации.

Вместе с тем, суды пришли к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности, поскольку  она являлась руководителем должника в спорный период и на ней, как на исполнительном органе, лежала обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве ООО «Титан-МК», исходя из следующего.

Так, судами установлено, что между ООО «Титан-МК» и ООО «Мегастрой-МО» были заключены договоры подряда: № МГ-163-18 от 03.04.2018, МГ-912-18 от 07.11.2018, № МГ- 903-18 от 22.10.2018, № МГ-3-19 от 10.01.2019, ненадлежащее исполнение обязательств по которым послужило основанием для расторжения ООО «Мегастрой-МО» с должником указанных договоров и обращения в суд с иском о взыскании задолженности, впоследствии, решениями Арбитражного суда Московской области от 07.04.2021 по делу № А41-18994/20 с ООО «Титан-МК» было взыскано 554 483,71 руб., от 13.11.2020 по делу № А41-12126/20 с ООО «Титан-МК» 3 856 545 руб. 50 коп., от 17.06.2020 по делу № А41-18096/20 с ООО «Титан- МК» 930 450 руб., от 04.09.2020 по делу № А41- 12143/20 с ООО «Титан-МК» 6 192 021 руб.

Таким образом, учитывая срок, предусмотренный статьей 9 Закона о банкротстве, а также дату расторжения одного из договоров подряда (10.09.2019), по мнению судов, руководитель должника обязана была обратиться с заявлением о несостоятельности (банкротстве) в срок до 10.10.2019.

Суд апелляционной инстанции также отклонил доводы апелляционной жалобы ответчика, в том числе, принимая во внимание, что в результате противоправных действий ФИО5, являющейся контролирующим должника лицом, у должника возникла и нарастала задолженность по обязательным платежам.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции установил размер субсидиарной ответственности ФИО5 в сумме 4 496 434, 26 рублей, предоставляющей собой задолженность перед налоговым органом, возникшую после истечения срока, предусмотренного статьей 9 Закона о банкротства.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции, учитывая дату возникновения обязанности обратится в суд с заявлением о банкротстве (10.10.2019), указал, что после указанного срока у ООО «Титан-МК» также образовалась задолженность и перед иными кредиторами:

- ООО «СР-Строй»: задолженность в размере 2 484 587,60 рублей основного долга, 46 227 госпошлина – дата наступления просрочки 28.10.2019, возникла на основании договора № СРС- 91-19 от 08.04.2018, договора № СРС-88-19 от 08.04.2019, решения Арбитражного суда Московской области по делу № А41-2641/20 от 06.03.2020, решения Арбитражного суда Московской области по делу № А41-2634/20 от 19.05.2020,

- ООО «Флан-М»: задолженность в размере 12 927 850,86 рублей – дата наступления просрочки 27.05.2020, возникла на основании договора № 30-08/А-ВТКМД от 30.08.2019, решения Арбитражного суда города Москвы от 27.10.2021 по делу № А40-150350/20.

Таким образом, по мнению апелляционного суда, размер субсидиарной ответственности за неподачу ответчиком заявления о банкротстве должника составляет 19 955 099,7 рублей.

Между тем, принимая обжалуемые судебные акты в части привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности, судами не было учтено следующее.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве. По общему правилу, при определении размера субсидиарной ответственности руководителя не учитываются обязательства перед кредиторами, которые в момент возникновения обязательств знали или должны были знать о том, что на стороне руководителя должника уже возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве. Это правило не применяется по отношению к обязательствам перед кредиторами, которые объективно вынуждены были вступить в отношения с должником либо продолжать существующие (недобровольные кредиторы), например, уполномоченный орган по требованиям об уплате обязательных платежей, кредиторы по договорам, заключение которых являлось для них обязательным, кредиторы по деликтным обязательствам (по смыслу статьи 1064 ГК РФ, пункта 3 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения процедуры банкротства, поскольку после ее введения невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной.

При этом, пункт 15 постановления № 53 разъясняет порядок исчисления объема такой ответственности в ситуации, когда обязанность по подаче в суд заявления должника не исполнена несколькими последовательно сменившими друг друга руководителями. Так, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве, а последующие – со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Определяя объем ответственности руководителя также необходимо учитывать, что, по общему правилу, не подлежат учету обязательства перед кредиторами, которые в момент их возникновения знали или должны были знать о том, что на стороне руководителя должника уже возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве (пункт 14 постановления № 53).

Таким образом, к числу юридически значимых обстоятельств, входящих в предмет доказывания по данному основанию, относится не только дата наступления у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, но и объем обязательств, возникший у должника перед обманутыми руководителем кредиторами.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2024 № 305-ЭС19-27802 (6, 7, 8, 9) по делу № А40-166456/2018.

Таким образом, для целей определения размера субсидиарной ответственности ФИО5 судам следовало исходить не из даты наступления срока платежа (просрочки по обязательству), а из даты возникновения соответствующего обязательства (дата заключения гражданско-правовой сделки, наступления налоговой обязанности – налоговый период).

Вместе с тем, как следует из обжалуемого постановления, апелляционный суд, определяя размер субсидиарной ответственности, в том числе, пришел к выводу, что, если задолженность была взыскана решениями суда уже после 10.10.2019 и просрочка по обязательству также возникла после указанной даты, то данная задолженность составляет размер ответственности ФИО5

Однако, вопреки выводам апелляционного суда, ни дата взыскания, ни дата наступления просрочки в оплате не является определяющей в рассматриваемом случае, так как в соответствии со сложившейся судебной практикой и правовой позицией судов вышестоящих инстанций определяющей является дата возникновения обязательства (наступила ли она после возникновения у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества, иными словами, продолжил ли руководитель предприятия наращивать задолженность и обманывать контрагентов, в связи с чем, теперь должен понести субсидиарную ответственность по таким обязательствам).

В рассматриваемом случае ответчик в своей кассационной жалобе указывает, что указанная часть обязательств должника, включённых в реестр требований, возникла до 10.10.2019 - даты наступления обязанности по подаче заявления в суд о банкротстве должника, установленной судом.

Также суд округа обращает внимание, что из судебных актов, принятых по результатам рассмотрения требований ИФНС России № 19 по г. Москве не усматривается дата возникновения права требования у уполномоченного органа недоимки (период ее возникновения), суды в настоящем споре данные обстоятельства также не установили.

Суд кассационной инстанции считает необходимым отметить, что судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться установлением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия (бездействие) ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, от 08.08.2023 № 305-ЭС18-17629 (5-7)).

Процесс доказывания обозначенного основания привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Согласно одной из таких презумпций предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в ситуации, когда требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов (подпункт 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Предполагается, что в условиях нормальной хозяйственной деятельности и в отсутствие злоупотребления со стороны контролирующих лиц не может сложиться ситуация, при которой состав задолженности перед бюджетом вследствие совершения обществом налогового правонарушения будет составлять более половины всех его обязательств по основной сумме долга.

В силу приведенной нормы права для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по данной презумпции необходимо, чтобы истец доказал наличие совокупности двух обстоятельств:

- должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия);

- доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Кроме того, при определении  размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, судами  должна учитываться позиция Конституционного Суда Российской Федерации, изложенная в постановлении от 30.10.2023 № 50-П «По делу о проверке конституционности пунктов 9 и 11 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в связи с жалобой гражданки ФИО9», в которой он разъяснил, что при определении размера субсидиарной ответственности контролирующего должника лица судам следует учесть также позицию, изложенную в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 08.12.2017 № 39-П, согласно которой суммы штрафов по своему существу выходят за рамки налогового обязательства как такового, носят не восстановительный, а карательный характер и являются наказанием за налоговое правонарушение, то есть за предусмотренное законом противоправное виновное деяние, совершенное умышленно либо по неосторожности, потому вред, причиняемый налоговыми правонарушениями, заключается в непоступлении в бюджет соответствующего уровня неуплаченных налогов (недоимки) и пеней.

Таким образом, пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве не может использоваться для взыскания с лица, контролирующего должника, в составе субсидиарной ответственности суммы штрафов за налоговые правонарушения, наложенных на организацию-налогоплательщика. Выявленный в названном постановлении конституционно-правовой смысл пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве является общеобязательным, что исключает любое иное его толкование в правоприменительной практике.

В связи с изложенным, суд округа полагает, что судебные акты подлежат отмене в части, поскольку суды не исследовали фактические обстоятельства по спору, не учли правовые позиции суда вышестоящей инстанции, не установили дату возникновения обязательств в целях определения размера субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника.

Согласно пункту 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принимаемые арбитражным судом решение и постановление должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Статьей 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в мотивировочной части решения должны быть указаны фактические и иные обстоятельства дела, установленные арбитражным судом, а также доказательства, на которых были основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, в том числе, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, включая законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции приходит к выводу, что определение и постановление подлежат отмене в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5, и поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, спор в отмененной части в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении спора в отмененной части, суду следует учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт, установив все фактические обстоятельства, имеющие значения для правильного разрешения спора, применив нормы права, подлежащие применению.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 10.10.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2024 по делу № А40-139323/2021 отменить в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5, в отмененной части направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Определение Арбитражного суда города Москвы от 10.10.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2024 по делу № А40-139323/2021 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего должника – без удовлетворения.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.



Председательствующий-судья                          Н.А. Кручинина


Судьи:                                                                      Н.Я. Мысак


                                                                            В.З. Уддина