Постановление от 15 июля 2021 г. по делу № А55-30002/2017

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения

Дело №А55-30002/2017
г. Самара
15 июля 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 08 июля 2021 года

Постановление в полном объеме изготовлено 15 июля 2021 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Александрова А.И.,

судей Поповой Г.О., Серовой Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием:

от ФИО2 – представитель ФИО3 по доверенности от 29.09.2020;

иные лица не явились, извещены,

без участия лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале №2, апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО4 - ФИО5 на определение Арбитражного суда Самарской области от 22 апреля 2021 года об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО5 к ФИО2 о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности по делу №А55-30002/2017 о несостоятельности (банкротстве) ФИО4, ИНН <***>,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 01.03.2018 в отношении ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения - г. Павлодар Казахской ССР, место жительства: 445007, Самарская область, г. Тольятти, б-р. 50 лет Октября, д. 73а, кв.24 (ИНН <***>), введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО6.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 04.09.2018 должник ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения - г. Павлодар Казахской ССР, место жительства: 445007, Самарская область, г. Тольятти, б-р. 50 лет Октября, д. 73а, кв.24, признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника ФИО4 введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 30.10.2018 ФИО5 член Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих» (ИНН <***>, регистрационный номер - 13939, адрес для направления корреспонденции: 355029, <...>) утвержден финансовым управляющим ФИО4.

Финансовый управляющий ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением к ФИО2 об оспаривании сделки, в котором просит признать недействительным договор займа от 12.03.2018, заключенный между ФИО2 и ФИО4

Определением Арбитражного суда Самарской области от 22.04.2021 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий ФИО4 - ФИО5 обратился с апелляционной жалобой.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24 мая 2021 года апелляционная жалоба оставлена без движения.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26 мая 2021 года апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 11 час 20 мин.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании 08 июля 2021 г. представитель ФИО2 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд усматривает основания для отмены обжалуемого судебного акта.

Из материалов данного обособленного спора следует, что 12.03.2018 г. между ФИО2 и ФИО4 заключен договор займа, в соответствии с условиями которого, ФИО2 предоставила ФИО4 займ в размере 1 873 000 руб. со сроком возврата не позднее 26.03.2018.

Заочным решением Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 06.08.2018 года по гражданскому делу № 2-3425/2018 с ФИО4 взысканы денежные средства в пользу ФИО2 в размере 1 673 000 руб. по договору займа от 12.03.2018.

В рассматриваемом случае финансовый управляющий должника в своём заявлении указал на то, что договор займа является недействительным в силу положений ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований указал на то, что финансовым управляющим должника в рассматриваемом случае пропущен срок исковой давности для оспаривания сделки по специальным основаниям, о пропуске которого было заявлено ответчиком при рассмотрении данного обособленного спора в суде первой инстанции.

При этом судом первой инстанции указано на то, что финансовый управляющий имел возможность узнать об оспариваемом договоре ранее, так как решение по гражданскому делу № 3425/2018 вынесено 06.08.2018г. и имеется в свободном доступе на сайте Центрального районного суда г.Тольятти, а по выданному исполнительному листу ФС № 019323148 возбуждено ИП 369477/18/63030 от 08.10.2018г. о чём информация была размещена на официальном сайте fssp.ru.

Указав на пропуск годичного срока на обращение с заявлением о признании сделки недействительной, суд первой инстанции пришёл к выводу о наличии обстоятельства, свидетельствующее об отсутствии оснований для признания оспариваемого договора купли-продажи недействительной сделкой, как по основаниям, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве (статьей 61.2), так и по гражданским основаниям (статьей 170 ГК РФ).

Суд апелляционной инстанции, с учётом установленных по данному обособленному спору обстоятельств, считает, что вывод суда первой инстанции о пропуске финансовым управляющим должника является неверным и несоответствующим установленным по делу обстоятельствам.

Как при рассмотрении данного обособленного спора в суде первой инстанции, так и в суде апелляционной инстанции лицами участвующими в деле не были представлены достоверные, относимые и допустимые доказательства свидетельствующие о том, что финансовый управляющий должника обладал сведениями о заключенном договоре займа от 12.03.2018 г., ранее даты обращения ФИО2 с требованием к финансовому управляющему о получении денежных средств, которое было получено 07.11.2019 г. (почтовое отправление). С заявлением о признании сделки недействительной, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд – 05.05.2020 г. (конверт л.д. 24), то есть в течение года, с момента когда он узнал об оспариваемом договоре.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что суд общей юрисдикции при принятии решения о взыскании денежных средств, в период банкротства должника, финансового управляющего к участию в гражданском деле № 2-3425/2018 не привлекал и не извещал о времени и месте судебного разбирательства, и о наличии процедуры банкротства в отношении ФИО4, истец по гражданскому делу (ФИО2) суд общей юрисдикции не известила, как не известил о данном обстоятельстве и сам ответчик (должник).

Рассмотрев требования заявления финансового управляющего по существу, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для его удовлетворения, в силу следующего.

В соответствии с положениями абз. 3 п. 5 ст. 213.11 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов гражданин может совершать только с выраженного в письменной форме предварительного согласия финансового управляющего сделки по получению займа.

Согласно п. 1 ст. 173.1 ГК РФ указанные сделки, совершенные без необходимого в силу закона согласия финансового управляющего, могут быть признаны недействительными по требованию финансового управляющего, а также конкурсного кредитора или уполномоченного органа, обладающих необходимым для такого оспаривания размером требований, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве.

В процедуре реализации имущества гражданина ограничения для последнего не могут быть менее строгими, чем в предшествующей восстановительной процедуре реструктуризации долгов гражданина.

В соответствии с абз. 3 п. 5 ст. 213.25 Закона о банкротстве с даты признания гражданина банкротом сделки, совершенные гражданином лично (без участия финансового управляющего) в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, ничтожны. Требования кредиторов по сделкам гражданина, совершенным им лично (без участия финансового управляющего), не подлежат удовлетворению за счет конкурсной массы.

Действительно, поскольку оспариваемая сделка не является сделкой по распоряжению имуществом должника, к ней не применимы правила о ее безусловной ничтожности.

В то же время, из содержания второго предложения абзаца третьего пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве не следует, что его содержание распространяется лишь на распорядительные сделки должника.

Изложенное означает, что и любые иные сделки (включая сделки займа), совершенные гражданином лично (без участия финансового управляющего) после введения процедуры банкротства не могут исполняться за счет конкурсной массы.

Сохранение в указанных условиях сделки в отношении лица, претендующего на приоритетное удовлетворение его требований перед реестровыми кредиторами, нарушает законные права и интересы указанных кредиторов.

Положениями абз. 3 п. 7 ст. 213.25 Закона о банкротстве установлено, что с даты признания гражданина банкротом исполнение третьими лицами обязательств перед гражданином по передаче ему имущества, в том числе по уплате денежных средств, возможно только в отношении финансового управляющего и запрещается в отношении гражданина лично.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, расписка представляет собой упрощенную письменную форму договора займа, подтверждающую, в том числе, исполнение займодавцем обязательства по выдаче займа.

С учетом изложенного, в силу абз. 3 п. 7 ст. 213.25 Закона о банкротстве с даты признания гражданина банкротом исполнение третьими лицами обязательств перед гражданином по передаче ему имущества, в том числе обязательств займодавца по выдаче займа возможно только в отношении финансового управляющего.

Согласно п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина финансовым управляющим, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (п. 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве).

По правилам п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Из разъяснений данных в п. 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» следует, что сделки, совершенные в нарушение запрета, установленного пунктом 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве, могут быть признаны недействительными на основании пункта 1 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего, а также конкурсного кредитора или уполномоченного органа, обладающих необходимым для такого оспаривания размером требований, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве.

Принимая во внимание совокупность установленных обстоятельств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что договор займа, оформленный распиской от 12.03.2018 следует признать недействительной сделкой, поскольку он совершен после введения процедуры банкротства в отношении должника в отсутствие обязательного письменного согласия финансового управляющего имуществом должника и непосредственного его участия в указанному обязательстве с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа (п. 2 ст. 173.1 ГК РФ).

При этом с момента опубликования сведений о введении в отношении должника процедуры банкротства осведомленность другой стороны сделки о необходимости получения для ее совершения согласия арбитражного управляющего презюмируется (абзац четвертый пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Сообщение о введении в отношении ФИО4 последовательных процедур банкротства были опубликовано в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 04.03.2018 и 06.09.2018 и в газете «Коммерсантъ» - 15.09.2018.

Таким образом, на момент заключения спорного договора займа ФИО2 при должной степени заботливости и осмотрительности должна был располагать информацией об отсутствии необходимого согласия финансового управляющего на совершение сделок по получению должником займов.

На момент заключения договора займа у ФИО4 имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника.

Доказательства реальности правоотношений по займу подтверждены лишь оригиналом самой расписки от 12.03.2018 г., копией договора подряда на выполнение работ от 30 июня 2017 г., копией письма исх. № 23 от 28 февраля 2018 г.

Исходя из содержания указных доказательств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что указанные доказательства не подтверждают наличие достаточного дохода и (или) наличия денежных средств для выдачи займа на дату составления расписки.

Копия письма исх. № 23 от 28 февраля 2018 г. о получении расчета, также не является достоверным доказательством, так как из указанного письма не следует размер переданных денежных средств и не подтверждается факт получения денежных средств ФИО2 в достаточном размере для предоставления займа должнику.

Таким образом, в рассматриваемом случае не подтверждён факт наличия у ФИО2 финансовой возможности не подтвержден.

В соответствии с разъяснениями данными в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 и 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем такая сделка является ничтожной в силу статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора займа может свидетельствовать совершение такой сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью создания у должника перед кредитором искусственной задолженности по возврату займа во исполнение безденежной сделки.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. Как указано выше, в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему займодавцем определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Особенности оценки достоверности требования, вытекающего из отношений по передаче должнику в виде займа наличных денежных средств, подтверждаемой только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, разъяснены в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в соответствии с которым суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и так далее.

Из приведенных правовых норм и разъяснений следует, что предметом доказывания по настоящему спору является факт реального предоставления заемщику денежных средств в соответствии с условиями заключенных сторонами сделок, то есть отсутствие у спорных сделок признаков мнимости, а также злоупотребления сторонами сделок правом; была ли направлена подлинная воля сторон на установление заемных правоотношений, либо подписанные сторонами договоры займа являются безденежными и имеют признаки мнимых сделок, направленных на искусственное создание необоснованной подконтрольной задолженности кредитора и, как следствие, на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника.

По мнению суда апелляционной инстанции, в материалы дела не представлено достаточных доказательств, свидетельствующих о реальной передаче ФИО2 должнику заемных денежных средств, а равно доказательств расходования ФИО7 полученных денежных средств на личные либо иные нужды.

При этом наличие у ФИО2 финансовой возможности для предоставления займов, даже будучи доказанным, само по себе не свидетельствует о реальности передачи денежных средств заемщику.

Судом апелляционной инстанции принимается во внимание, что ответчиком и должником не предоставлены разумные и достаточные объяснения очевидно неосмотрительного поведения займодавца, якобы выдавшего заем в крупной сумме, на достаточно длительный срок, без взимания за него платы (беспроцентный), без использования какого-либо способа обеспечения его возвратности (залог, поручительство и др.), без проверки юридической чистоты сделки (в том числе ограничений, установленных для должника).

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Сторонами не раскрыт характер взаимоотношений между ними, позволивший им заключить оспариваемую сделку на столь нетипичных условиях, а следовательно не опровергнут тезис о фактической аффилированности через заключение необычных сделок.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что подлинная воля сторон сделки не была направлена на установление соответствующих им правоотношений, спорные договоры заключены без цели их реального исполнения; в материалы дела не представлено доказательств реальности передачи займодавцем должнику денежных средств и экономической целесообразности предоставления ФИО2 займа несостоятельному должнику.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что спорный заем носит характер безденежного, расписка от 12.03.2018 г. составлена сторонами лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, при злоупотреблении правом; в результате совершения оспоренной сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, выразившийся в необоснованном увеличении текущей кредиторской задолженности должника, влекущем соответствующее уменьшение его активов, за счет которых могли быть удовлетворены требования добросовестных кредиторов.

При таких обстоятельствах, апелляционный суд пришел к выводу о недействительности оспоренных сделки на основании пункта 1 статьи 173.1, статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Основания для применения последствий недействительности сделки в рассматриваемом случае отсутствуют, в силу мнимости указанной сделки.

Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 22.12.2020 № Ф01-15388/2020 по делу № А38-12106/2016.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Самарской области от 22 апреля 2021 года по делу №А55-30002/2017 подлежит отмене, с принятием нового судебного акта об удовлетворении требований о признании оспариваемой сделки недействительной.

Расходы по уплате государственной пошлины по первоначальному заявлению и по апелляционной жалобе, в соответствии со ст. 110 АПК РФ, возлагаются на ФИО2.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 22 апреля 2021 года по делу №А55-30002/2017 отменить.

Принять новый судебный акт.

Заявление финансового управляющего ФИО4 - ФИО5 о признании сделки недействительной (вх 87698 от 13.05.2020) удовлетворить.

Признать недействительной сделкой договор займа 12.03.2018, заключенный между ФИО2 и ФИО4.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО4 расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение заявления в размере 6 000 руб. и апелляционной жалобы в размере 3 000 руб.

Возвратить ФИО4 из федерального бюджета излишне уплаченную государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 300 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий А.И. Александров

Судьи Г.О. Попова


Е.А. Серова