Решение от 10 мая 2018 г. по делу № А27-24784/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

Красная ул., д. 8, Кемерово, 650000 Тел. (384-2) 58-17-59, факс (384-2) 58-37-05

http://www.kemerovo.arbitr.ru, E-mail: info@kemerovo.arbitr.ru

именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е


город Кемерово                                                                                      Дело № А27-24784/2017

«11» мая 2018 года


Резолютивная часть решения объявлена «10» мая 2018 года

Полный текст решения изготовлен «11» мая 2018 года


Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи А.П. Иващенко при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1 с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению Индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Новокузнецк (ОГРНИП 314425326600030, ИНН <***>) 

к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Кемеровской области «ФИО5», г. Мыски, Кемеровская область (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании задолженности в сумме 1 457 850, 38 рублей,

по встречному исковому заявлению Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Кемеровской области «ФИО5», г. Мыски, Кемеровская область (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к Индивидуальному предпринимателю ФИО2, г. Новокузнецк (ОГРНИП 314425326600030, ИНН <***>)

о применении последствий недействительности Договоров уступки права (требования) №61 от 31.10.2016 и №65 от 31.10.2016.

при участии:

от ИП ФИО2: ФИО3 (доверенность от 10.01.2018г. сроком на 1 год, паспорт);

от ГБУЗ КО «ФИО5»: ФИО4 (доверенность от 21.12.2017г. сроком до 21.12.2018г., паспорт),

у с т а н о в и л:

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – истец по первоначальному иску, ИП ФИО2, поставщик) обратился в арбитражный суд с исковым заявлением к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Кемеровской области «ФИО5 (далее – ответчик, ГБУЗ КО «МГБ», Заказчик) о взыскании задолженности в сумме 1 457 850, 38 рублей.

В ходе рассмотрения дела первоначальным истцом были уточнены исковые требования, просил взыскать с ответчика задолженность по контракту на поставку биохимического анализатора от 07.09.2015 № 155 в сумме 1 313 570 рублей, пеню по контракту за период с 01.10.2017 по 10.05.2018 в сумме 70 473,03 рублей, пеню по контракту, начисленную на сумму непогашенной задолженности за период с 11.05.2018 по день фактического исполнения обязательства, обеспечение исполнения контракта по аукциону № 0139300001215000316 от 06.08.2015 г. в сумме 131 998,50 рублей.

16.01.2018 Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Кемеровской области «ФИО5» обратилось в суд со встречным исковым заявлением о признании договора уступки права (требования) № 61 от 31.10.2016, заключенного между ООО «Комед-НК» и ИП ФИО2 и договора уступки права (требования) № 65 от 31.10.2016 заключенного между ООО «Комед-НК» и ИП ФИО2 недействительными и применении последствий недействительности Договоров уступки права (требования) №61 от 31.10.2016 и №65 от 31.10.2016.   

В судебном заседании представитель истца по первоначальному иску исковые требования поддержала в полном объеме, возражала против удовлетворения встречного иска по основаниям, изложенным в отзыве на встречное исковое заявление.

Представитель ГБУЗ КО «МГБ» в судебном заседании встречные исковые требования поддержала, возражала против удовлетворения первоначального иска по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление.

Согласно статьям 2, 8, 9, 64 части 1, 65 части 2, 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Исследовав материалы дела, суд установил следующее.

07 сентября 2015 года между Обществом с ограниченной ответственностью «Комед-НК» и Ответчиком заключен контракт на поставку биохимического анализатора № 155.

ООО «Комед-НК» поставило Ответчику автоматический биохимический анализатор MIURA стоимостью 2613570 рублей, что подтверждается товарной накладной от 11.09.2015 № 4132 и актом приема-передачи, а также ввода в эксплуатацию медицинского оборудования и медицинской мебели от 07.10.2015 г.

Ответчик частично оплатил поставленный товар на сумму 1 300 000 рублей, что подтверждается платежным поручением от 29.12.2015 г. № 170238.

Пунктами 2.6, 7.1, 7.2 контракта установлено, что оплата производится Заказчиком за счет внебюджетных средств после фактической поставки товара и подписания сторонами товарно-транспортной накладной или акта приема-передачи товара, исходя из финансовых возможностей Заказчика, но не позднее 30.09.2017 г.

Задолженность в сумме 1 313 570 рублей не была погашена.

ООО «Комед-НК» при заключении контракта внесло обеспечение исполнения контракта в сумме 131998,50 рублей, что подтверждается платежным поручением от 25.08.2015 № 000520.

В соответствии с п. 8.2 Контракта обеспечение исполнения настоящего контракта будет возвращено Поставщику при условии надлежащего исполнения им всех своих обязательств по настоящему контракту, в том числе гарантийных обязательств, в течение 5-ти дней со дня получения Ответчиком соответствующего письменного требования Поставщика. Обеспечение будет возвращено на банковский счет, указанный поставщиком в письменном требовании. Ответчиком обеспечение не возвращено.

14 июля 2016 года Ответчик вручил ООО «Комед-НК» письмо № 825 с требованием о допоставке ион-селективного блока к поставленному биохимическому анализатору MIURA и уплате штрафа по контракту в сумме 261 357 руб.

ООО «Комед-НК» письмом от 19.07.2016 № 135 отклонил требования Ответчика как необоснованные, сообщил об отсутствии в контракте обязательного условия о поставке анализатора, укомплектованного ион-селективным блоком, письмом от 19.07.2016 № 120 потребовал возвратить денежные средства, перечисленные в качестве обеспечения контракта.

03 августа 2016 года Ответчик вручил ООО «Комед-НК» претензию № 953.

Письмом от 03.08.2016 № 201 ООО «Комед-НК» повторно отклонило претензию Ответчика.

31 октября 2016 года право требования по контракту в части оплаты задолженности, неустойки, возврата обеспечения уступлено ООО «Комед-НК» Истцу.

02 ноября 2016 года ООО «Комед-НК» ликвидировано.

15 ноября 2016 года Истец получил от Ответчика почтовым отправлением уведомление Ответчика от 07.11.2016 № 3392 о принятом Решении об одностороннем отказе от исполнения контракта от 03.11.2016 г. в связи с некомплектностью поставленного товара (отсутствие в комплекте поставки ион-селективного блока) и несоответствием поставленного товара условиям контракта по габаритам.

07 декабря 2016 года по инициативе Истца экспертом Союза «Кузбасская торгово-промышленная палата» с участием представителей Ответчика и Истца проведена экспертиза биохимического анализатора. Согласно акту экспертизы от 30.12.2016 г. № 028-32-00258 поставленное Ответчику оборудование - автоматический биохимический анализатор MIURA, соответствует условиям контракта. Акт экспертизы от 30.12.2016 г. № 028-32-00258 вручен представителю Ответчика 26.01.2017 г.

19 октября 2017 года Истец направил ответчику претензию от 17.10.2017 № 2290-77/К. Данная претензия оставлена без ответа, требования по оплате задолженности удовлетворены не были.

Неоплата задолженности по Контракту послужила основанием для обращения Истца в арбитражный суд с настоящим иском.

31 октября 2016 года между ООО «Комед-НК» и Истцом заключен договор уступки права (требования) № 61, в соответствии с которым к  Истцу перешло право требования к Ответчику по контракту в сумме 1 313 570 рублей, а также право требования неустоек, пеней, штрафов за неисполнение обязательства.

Ответчик был извещен Истцом о состоявшейся уступке путем направления оригинала договора уступки прав (требования) 27.02.2017, что подтверждается почтовой квитанцией № 65408097004517.

Также 31 октября 2016 года между ООО «Комед-НК» и Истцом заключен договор уступки права (требования) № 65, в соответствии с которым к  Истцу перешло право требования к Ответчику по возврату обеспечения исполнения контракта № 155 в сумме 131 998,50 рублей.

Ответчик был извещен Истцом о состоявшейся уступке путем вручения оригинала договора уступки прав (требования) 22.11.2016, вх. № 2771.

Стоимость уступленных прав оплачена Истцом ООО «Комед-НК» полностью в размере уступленных прав, что подтверждается платежным поручением от 10.09.2015 г. № 16, актами зачета от 31.10.2016 г. № 61, № 65.

Ответчик (истец по встречному иску) обратился в суд с встречным исковым заявлением к Истцу (ответчику по встречному иску) о признании ничтожными сделками договора уступки права (требования) от 31.10.2016 № 61, договора уступки права (требования) от 31.10.2016 № 65 и применении последствий недействительности сделок.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. Гражданские права и обязанности могут возникать, в частности, из договоров и иных сделок. 

Согласно пункту 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В силу пункта 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В соответствии со статьей 525 ГК РФ поставка товаров для государственных или муниципальных нужд осуществляется на основе государственного или муниципального контракта на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд, а также заключаемых в соответствии с ним договоров поставки товаров для государственных или муниципальных нужд (пункт 2 статьи 530). К отношениям по поставке для государственных или муниципальных нужд применяются правила о договоре поставки (статьи 506-522 ГК РФ).

Согласно статье 526 ГК РФ по государственному или муниципальному контракту на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд (далее - государственный или муниципальный контракт) поставщик (исполнитель) обязуется передать товары государственному или муниципальному заказчику либо по его указанию иному лицу, а государственный или муниципальный заказчик обязуется обеспечить оплату поставленных товаров.

В силу статьи 532 ГК РФ при поставке товаров покупателям по договорам поставки товаров для государственных или муниципальных нужд оплата товаров производится покупателями по ценам, определяемым в соответствии с государственным или муниципальным контрактом, если иной порядок определения цен и расчетов не предусмотрен государственным или муниципальным контрактом.

Как указано в статьях 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

При рассмотрении спора суд исходит из того, что в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Пунктом 1.1 Контракта установлено, что Поставщик обязуется поставить и передать биохимический анализатор, осуществить монтаж и пуско-наладку, в соответствии с условиями Контракта и спецификацией (приложение №1 к контракту), являющейся неотъемлемой частью Контракта, а Заказчик обязуется принять товар и оплатить поставленный товар в порядке и на условиях, предусмотренных Контрактом. Наименование, количество, характеристики, общая стоимость Товара указываются в спецификации.

Пунктом 1 ст. 34 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» предусмотрено, что контракт заключается на условиях, предусмотренных извещением об осуществлении закупки или приглашением принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя), документацией о закупке, заявкой, окончательным предложением участника закупки, с которым заключается контракт, за исключением случаев, в которых в соответствии с настоящим Федеральным законом извещение об осуществлении закупки или приглашение принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя), документация о закупке, заявка, окончательное предложение не предусмотрены.

ООО «Комед-НК» поставило Ответчику автоматический биохимический анализатор MIURA стоимостью 2 613 570 рублей, что подтверждается товарной накладной от  11.09.2015 № 4132 и актом приема-передачи и ввода в эксплуатацию медицинского оборудования и медицинской мебели от 07.10.2015.

Ответчик частично оплатил поставленный товар на сумму 1 300 000 рублей, что подтверждается платежным поручением от 29.12.2015 № 170238.

Пунктами 2.6, 7.1, 7.2 контракта установлено, что оплата производится Заказчиком за счет внебюджетных средств после фактической поставки товара и подписания сторонами товарно-транспортной накладной или акта приема-передачи товара, исходя из финансовых возможностей Заказчика, но не позднее 30.09.2017. Задолженность в сумме 1 313 570 рублей не была погашена.

Возражая против удовлетворения исковых требований, Ответчик по первоначальному иску ссылается на то обстоятельство, что биохимический анализатор должен был быть поставлен в комплекте с ион-селективным блоком, а также указывает на несоответствие поставленного товара условиям контракта по габаритам.

Однако как установлено судом, и спецификация к контракту, и техническое задание к аукционной документации № 263А-15 содержат указание на то, что наличие интегрированного ион-селективного блока является опциональным, при этом в разделе спецификации «Комплектация поставки» прямое указание на ион-селективный блок отсутствует.

В соответствии с п. 2 ст. 33 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» документация о закупке в соответствии с требованиями, указанными в части 1 настоящей статьи, должна содержать показатели, позволяющие определить соответствие закупаемых товара, работы, услуги установленным заказчиком требованиям. При этом указываются максимальные и (или) минимальные значения таких показателей, а также значения показателей, которые не могут изменяться.

Показатель, в отношении которого в аукционной документации имеется пометка «Опционально», не отвечает признаку показателя, которые не могут изменяться, то есть не является определяющей характеристикой товара, приобретаемого на аукционе.

Проанализировав содержание аукционной документации и документации относительно поставленного товара, суд полагает, что комплектация поставленного Ответчику анализатора биохимического MIURA соответствует разделу «Комплектация поставки» спецификации к контракту.

Также суд обращает внимание на то, что ответчик на протяжении длительного времени, с 07.10.2015 по 12.07.2016, пользовался поставленным биохимическим анализатором и претензий, в том числе по его комплектности, поставщику не предъявлял, что свидетельствует о принятии поставленного товара без претензий, принял исполнение без замечаний и возражений, оплатил поставленный товар на сумму 1 300 000 рублей. В установленный п. 4.5 контракта десятидневный срок возражения о несоответствии товара условиям контракта не были заявлены.

Кроме того, пунктами 4.3, 4.5 Контракта установлен следующий порядок приема-передачи товара: прием товара по наименованию и количеству производится Заказчиком путем его визуального осмотра по месту поставки, указанному в Спецификации, и иными необходимыми способами, в течение 1 (одного) календарного дня с момента поставки Товара, с обязательным присутствием Поставщика либо его надлежаще уполномоченного представителя и подписанием акта приема-передачи Товара. Прием товара на предмет соответствия условиям контракта производится Заказчиком в течение 10 рабочих дней с момента ввода анализатора в эксплуатацию и проведения вводного инструктажа персонала Заказчика (либо подписания акта ввода в эксплуатацию и инструктажа персонала). Обязательство Поставщика по поставке Товара считается исполненным с момента удостоверения факта надлежащей поставки Товара в соответствии с условиями настоящего Контракта, а именно, от даты подписания Сторонами акта приема-передачи Товара.

Акт приема-передачи и ввода в эксплуатацию медицинского оборудования и медицинской мебели от 07.10.2015 подписан Ответчиком без возражений, в пункте 1 акта стороны согласовали, что поставщиком произведены установка, сборка и передача в полном комплекте анализатора биохимического MIURA.

Таким образом, буквальное толкование контракта, технического задания к нему, аукционной документации, а также документы об исполнении контракта (в частности, регистрационное удостоверение с приложением от 26.12.2011 г.) свидетельствуют о согласованности предмета контракта – поставка Автоматического анализатора производительностью 300 тестов/час (с возможной производительностью 500 тестов/час при наличии  ион-селективного блока) с ридером смарт-карт биохимический MIURA. При этом условие о поставке ион-селективного блока к биохимическому анализатору однозначно не указано в контракте (раздел «Комплектация поставки» не содержит указаний на ион-селективный блок), в связи с чем не являлось предметом контракта.

Судом также учитывается, что письмом от 21.07.2016 № КС-240 ЗАО «Вектор-Бест» (поставщик автоматического анализатора, в отношении которого выдано регистрационное удостоврение) указывает, что ионоселективный блок является дополнительным элементом к базовой комплектации анализатора MIURA, при необходимости подключения указанной дополнительной опции существует возможность закупить ионоселективный блок отдельно.

При этом сторонами не оспаривается, что у поставленного биохимического анализатора имеется техническая возможность (слот) для подключения ион-селективного блока и увеличения за счет него производительности биохимического анализатора до 50 тестов в час.

Довод ответчика о несоответствии размеров анализатора условиям контракта отклоняется судом, поскольку размеры анализатора могли быть установлены ответчиком по превоначальному иску при приемке товара, возражений по приемке представлено не было, анализатор использовался более 8 месяцев по своему прямому назначению.

Совокупность изложенных фактических обстоятельств и доказательств подтверждает факт надлежащего исполнения ООО «Комед-НК» контракта и принятие поставленного товара Заказчиком. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

В ходе рассмотрения дела Ответчиком было заявлено ходатайство о проведении оценочной экспертизы рыночной стоимости автоматического биохимического анализатора MIURA производительностью 300 тестов/час с ридером смарт-карт по состоянию на сентябрь 2015 и рыночной стоимости автоматического биохимического анализатора MIURA производительностью 500 тестов/час с ион-селективным блоком с ридером смарт-карт по состоянию на сентябрь 2015.

Рассматривая заявленное ходатайство, суд отмечает следующее.

Согласно части 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Данная норма не носит императивного характера, а предусматривает рассмотрение ходатайства и принятие судом решения об удовлетворении либо об отклонении такого ходатайства. Следовательно, назначение экспертизы по делу является правом, а не обязанностью суда.

В соответствии с пунктом 4 статьи 71 АПК РФ каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наравне с другими доказательствами, пунктом  5  статьи установлено, что никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. Согласно статье 71 АПК РФ вопрос достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности также разрешается судом, рассматривающим спор.

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 АПК РФ заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и, следовательно, оцениваются наряду с другими доказательствами. Таким образом, при рассмотрении дела судом в совокупности будет дана оценка всем доказательствам, представленных сторонами.

Суд учитывает, что согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Представитель истца по первоначальному иску возражала против удовлетворения заявленного ходатайства о проведении экспертизы, полагая, что цена поставленного товара определена на аукционе.

Суд считает, что имеющихся в материалах дела доказательств достаточно для определения обстоятельств, имеющих правовое значение для рассмотрения дела, оснований для назначения судебной экспертизы в порядке статьи 82 АПК РФ, судом не усмотрено, с учетом того, что суд пришел к выводу о согласованности предмета контракта – поставка Автоматического анализатора производительностью 300 тестов/час (с возможной производительностью 500 тестов/час при наличии  ион-селективного блока) с ридером смарт-карт биохимический MIURA.

Учитывая вышеизложенное, представленные в дело материалы достаточны для рассмотрения заявленного требования по существу без назначения указанной экспертизы.

Судом установлено, что 07 декабря 2016 года по инициативе Истца экспертом Союза «Кузбасская торгово-промышленная палата» с участием представителей Ответчика и Истца проведена экспертиза биохимического анализатора. Согласно акту экспертизы от 30.12.2016 г. № 028-32-00258 поставленное Ответчику оборудование - автоматический биохимический анализатор MIURA, соответствует условиям контракта. Акт экспертизы от 30.12.2016 г. № 028-32-00258 вручен представителю Ответчика 26.01.2017 г.

Вместе с тем, оценивая акт экспертизы от 30.12.2016 г. № 028-32-00258, суд приходит к выводу о невозможности установления на его основе фактов, имеющих юридическое значение для рассмотрения настоящего дела, поскольку на разрешение эксперта (о чем свидетельствуют выводы экспертизы) поставлены вопросы правового, а не специального характера, вывод эксперта о соответствии поставленного Ответчику оборудования условиям контракта выходит за пределы полномочий эксперта, как лица, обладающего специальными познаниями, но не в области права.

Оценивая довод об одностороннем отказе от исполнения договора № 155, суд отмечает следующее.

В соответствии с ч. 1 ст. 408, ч. 1, 4 ст. 523 ГК РФ надлежащее исполнение прекращает обязательство.

Односторонний отказ от исполнения договора поставки (полностью или частично) или одностороннее его изменение допускаются в случае существенного нарушения договора одной из сторон.

Договор поставки считается измененным или расторгнутым с момента получения одной стороной уведомления другой стороны об одностороннем отказе от исполнения договора полностью или частично, если иной срок расторжения или изменения договора не предусмотрен в уведомлении либо не определен соглашением сторон.

03 ноября 2016 года Ответчик принял в одностороннем порядке решение об одностороннем отказе от исполнения контракта. 15 ноября 2016 года Истец получил от Ответчика почтовым отправлением уведомление Ответчика от 07.11.2016 г. № 3392 о принятом Решении об одностороннем отказе от исполнения контракта от 03.11.2016 г.

В обоснование решения Ответчик указывает на некомплектность поставленного товара (отсутствие в комплекте поставки ион-селективного блока) и несоответствие поставленного товара условиям контракта по габаритам).

Вместе с тем, решение от 03.11.2016 принято в отношении ликвидированного на дату его принятия лица, в связи с чем суд договор не может быть признан расторгнутым в одностороннем порядке.

Отказ от исполнения контракта возможен в любое время как до начала его исполнения, так и в любое время в процессе исполнения, но не после того, как контракт исполнен полностью.

В рассматриваемом споре судом установлено, что контракт исполнен полностью, а при таких обстоятельствах отказ от исполнения контракта не допускается, что подтверждается позицией арбитражных судов по аналогичным спорам (Определение ВАС РФ от 13.02.2012 № ВАС-137/12 по делу № А76-15066/2010-24-579).

Оценив доводы ответчика относительно завышения цены контракта, суд считает их несостоятельными ввиду того, что стоимость биохимического анализатора MIURA определена на основании результатов аукциона в электронной форме (протокол № 0139300001215000316 от «25» августа 2015 года).

Начальная (максимальная) цена анализатора на аукционе определена в соответствии с п. 1 ст. 22 Федерального закона от 05.04.2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» самим Ответчиком, результаты аукциона не оспорены по правилам главы 6 Федерального закона от 05.04.2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», в связи с чем основания для пересмотра цены контракта в рамках настоящего спора отсутствуют.

Кроме того, заключая контракт, ответчик выступал как самостоятельный хозяйствующий субъект и принимал обязанность своевременно оплатить товар.

Таким образом, у суда отсутствуют основания считать Контракт расторгнутым. Обязательства Ответчика по оплате поставленного товара подлежат исполнению.

Рассматривая встречные исковые требования о признания недействительными сделками договора уступки права (требования) от 31.10.2016 № 61 и договора уступки права (требования) от 31.10.2016 № 65, суд считает необходимым отметить следующее.

Условиями заключенного контракта не предусмотрено обязательное согласие Ответчика на заключение договоров уступки права (требования).

Пунктом 7 статьи 448 ГК РФ предусмотрено, что требование об исполнении договора лично победителем торгов означает запрет на передачу им возникающих из соответствующих договоров прав и обязанностей при выполнении работ, оказании услуг, поставке и получении имущества, в том числе во временное пользование. Обязанность личного исполнения государственного (муниципального) контракта обусловлена необходимостью обеспечения принципов открытости, прозрачности и сохранения конкуренции при проведении закупок. Данное правило согласуется с требованиями части 5 статьи 95 Федерального закона от 05.04.2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», согласно которой при исполнении контракта не допускается перемена поставщика (подрядчика, исполнителя).

Как установлено судом, ООО «Комед-НК» полностью исполнило свои обязанности по контракту и не передавало обязанность по исполнению контракта третьим лицам.

Пунктом 17 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 28.06.2017 г.) разъяснено: уступка поставщиком (подрядчиком, исполнителем) третьему лицу права требования к заказчику об исполнении денежного обязательства не противоречит законодательству Российской Федерации.

Вместе с тем в результате подписания договора цессии не производится замена стороны договора - поставщика (подрядчика, исполнителя), а лишь переходит право требования уплаты начисленной задолженности. При этом заказчик сохраняет право на выдвижение возражений в соответствии со статьей 386 ГК РФ.

Предусмотренный пунктом 7 статьи 448 ГК РФ запрет не может быть распространен на уступку победителем торгов денежного требования, поскольку при исполнении заказчиком обязанности по уплате денежных средств личность кредитора не имеет существенного значения для должника.

В связи с изложенным довод Ответчика об отсутствии у ООО «Комед-НК» и Истца права на уступку прав требования по контракту отклоняется судом как необоснованный.

Утверждение Ответчика о безвозмездности заключенных сделок опровергается представленными Истцом доказательствами оплаты уступленных прав: платежным поручением от 10.09.2015 г. № 16, актами зачета от 31.10.2016 г. № 61, № 65.

Довод Ответчика о сокрытии от него факта начала и завершения процедуры ликвидации ООО «Комед-НК» отклоняется судом, поскольку сведения о начале процедуры ликвидации ООО «Комед-НК» внесены в ЕГРЮЛ 13.07.2016 г., опубликованы в журнале Вестник государственной регистрации №29 (592) от 27.07.2016 г., сведения о ликвидации ООО «Комед-НК» внесены в ЕГРЮЛ 02.11.2016 г, указанная информация доступна неограниченному кругу лиц на официальном сайте Федеральной налоговой службы nalog.ru.

Также Ответчик в нарушение ст. 65 АПК РФ не доказал факт нарушения его прав оспариваемыми сделками, не указал, в чем именно заключается мнимость оспариваемых сделок. Из совокупности имеющихся в деле доказательств основания недействительности сделок не усматриваются.

В связи с вышеизложенным основания для признания оспариваемых сделок недействительными и применении заявленных Ответчиком последствий недействительности сделок отсутствуют.

ООО «Комед-НК» при заключении контракта внесло обеспечение исполнения контракта в сумме 131 998,50 рублей, что подтверждается платежным поручением от 25.08.2015 № 000520.

В соответствии с п. 8.2 Контракта обеспечение исполнения настоящего контракта будет возвращено Поставщику при условии надлежащего исполнения им всех своих обязательств по настоящему контракту, в том числе гарантийных обязательств, в течение 5-ти дней со дня получения Ответчиком соответствующего письменного требования Поставщика. Обеспечение будет возвращено на банковский счет, указанный поставщиком в письменном требовании.

Так как обязательства по контракту исполнены поставщиком в полном объеме, то требование истца по первоначальному иску о взыскании обеспечения исполнения контракта в сумме 131 998,50 рублей также подлежит удовлетворению.

Истцом также заявлено требование о взыскании неустойки, рассчитанной за период за период за период с 01.10.2017 г. по 10.05.2018 на основании пункта 7.1 контракта в размере 70 473,03 рублей (уточнение от 10.05.2018). 

Суд считает указанное требование подлежащим удовлетворению в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В соответствии с п. 2.6, п. 7.1, п. 7.2 Контракта оплата производится Заказчиком за счет внебюджетных средств после фактической поставки Товара и подписания сторонами товарно-транспортной накладной или акта приема-передачи товара, исходя из финансовых возможностей Заказчика, но не позднее 30.09.2017 г.

В случае просрочки исполнения Заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения Заказчиком обязательств, предусмотренных Контрактом, поставщик (исполнитель, подрядчик) вправе потребовать уплаты неустоек (штрафов, пеней).

Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения Заказчиком обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства. При этом размер пени устанавливается в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пеней ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от не уплаченной в срок суммы.

В соответствии с решением Совета директоров Банка России с 1 января 2016 года значение ставки рефинансирования Банка России приравнивается к значению ключевой ставки Банка России, определенному на соответствующую дату. С 1 января 2016 года Банком России не устанавливается самостоятельное значение ставки рефинансирования Банка России.

Судом проверен расчет Истца с учетом уточнения требований в судебном заседании и признан правильным.

Кроме того, истцом заявлено требование о взыскании суммы неустойки, рассчитанной с 11.05.2018 по день фактической уплаты суммы долга.

Согласно п.65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. № 7 по смыслу статьи 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). Законом или договором может быть установлен более короткий срок для начисления неустойки, либо ее сумма может быть ограниченна. Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства.

Расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве). В случае неясности судебный пристав-исполнитель, иные лица, исполняющие судебный акт, вправе обратиться в суд за разъяснением его исполнения, в том числе по вопросу о том, какая именно сумма подлежит взысканию с должника (статья 202 ГПК РФ, статья 179 АПК РФ). При этом день фактического исполнения нарушенного обязательства, в частности, день уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета неустойки.

Учитывая изложенное, данное требование истца подлежит удовлетворению.

Ответчик, в свою очередь, не привел документально подтвержденных доводов, которые дают основания сомневаться в достоверности представленных истцом доказательств, в правильности определения момента наступления обязательства по оплате товара, ввиду указанных обстоятельств суд взыскивает их в заявленном размере.

Удовлетворяя заявленные требования, государственную пошлину в размере 27582 руб. суд на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относит на ответчика. А государственная пошлина в сумме 578 рублей подлежит взысканию с ответчика по первоначальному иску в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 168-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования по первоначальному иску удовлетворить в полном объеме.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Кемеровской области «ФИО5» (ИНН <***> ОГРН <***>) в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***> ОГРНИП 314425326600030) 1 516 041,53 рублей, в том числе: задолженность по контракту на поставку биохимического анализатора от 07.09.2015 г. № 155 в сумме 1 313 570 рублей, обеспечение исполнения контракта по аукциону № 0139300001215000316 от 06.08.2015 г. в сумме 131 998,50 рублей, сумму пени по контракту на поставку биохимического анализатора от 07.09.2015 г. № 155 за период с 01.10.2017 г. по 10.05.2018 г. в сумме 70 473,03 рублей, а также взыскать сумму пени по контракту на поставку биохимического анализатора от 07.09.2015 г. № 155, начисленную на сумму непогашенной задолженности за период с 11.05.2018 г. по день фактической оплаты долга в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пеней ключевой ставки от не уплаченной в срок суммы за каждый день просрочки, 27 582 рубля расходов по оплате государственной пошлины.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Кемеровской области «ФИО5» (ИНН <***> ОГРН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 578 рублей.

В удовлетворении встречных исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в установленном законом порядке в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.


Судья                                                                                                                       А.П. Иващенко