Постановление от 14 апреля 2021 г. по делу № А23-5185/2019

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула Дело № А23-5185/2019

20АП-1453/2021

20АП-1454/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 08.04.2021

Постановление изготовлено в полном объеме 14.04.2021

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Тучковой О.Г., судей Волошиной Н.А., Мосиной Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии от индивидуального предпринимателя ФИО2 – представителя ФИО3 (доверенность от 01.03.2020), в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО4 и ФИО5 на определение Арбитражного суда Калужской области от 29.01.2021 по делу № А23-5185/2019 (судья Сыбачин А.В.),

УСТАНОВИЛ:

в производстве Арбитражного суда Калужской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: г. Гурьев; ОГРНИП 304402926400010, ИНН <***>).

Определением Арбитражного суда Калужской области от 05.08.2019 заявление индивидуального предпринимателя ФИО6 о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 признано обоснованным, в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7.

Решением Арбитражного суда Калужской области от 24.12.2019 в отношении должника введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим утвержден ФИО7.

Финансовый управляющий ФИО7 обратился в Арбитражный суд Калужской области с заявлением об оспаривании сделки, в котором просил признать недействительной сделку по исполнению должником перед ФИО2 обязательств за ФИО5 в размере 5 458 171 руб. 10 коп.

Определением суда от 29.01.2021 заявленные требования финансового управляющего должника удовлетворены. Признаны недействительными сделки от 01.08.2017, 08.08.2017, 15.08.2017, 17.08.2017 и 29.08.2017 по изменению назначений платежей в сумме 5 458 171 руб. 10 коп. в пользу ФИО2 с исполнения обязательств ФИО4 на исполнение обязательств за ФИО5 по платежным поручениям от 29.08.2017 № 530, от 17.08.2017 № 502, от 15.08.2017 № 493, от 08.08.2017 № 472, от 01.08.2017 № 439. Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления задолженности ФИО5 перед ФИО2 в сумме 5 458 171 руб. 10 коп. и учета соответствующей суммы погашения задолженности за ФИО4.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО4 и ФИО5 обратились в суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, заслушав пояснения представителя ИП ФИО2, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что жалобы не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, по платежным поручениям от 29.08.2017 № 530, от 17.08.2017 № 502, от 15.08.2017 № 493, от 08.08.2017 № 472, от 01.08.2017 № 439 ФИО4 перечислено ФИО2 5 458 171 руб. в счет оплаты по договорам, заключенным непосредственно ФИО4

После перечисления денежных средств ФИО4 направил ФИО2 распорядительные письма, в соответствии с которыми просил учитывать спорные оплаты за ФИО5

При сверке расчетов и определении задолженности ФИО4 указанные платежи за собой не числил. Напротив, ФИО5 учитывал указанные платежи в качестве исполнения собственных обязательств перед ФИО2

Полагая, что исполнение ФИО4 за ФИО5 денежных обязательств является оспоримой безвозмездной сделкой, заключенной с целью причинения вреда кредиторам, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу положений статей 153, 154 и 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Пунктами 1 и 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве установлено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

На основании пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 названного Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением названного Федерального закона.

На основании пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в порядке главы III.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в силу пункта 1 статьи 61.1 данного закона) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным указанным законом (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

Из материалов дела усматривается, что требования заявлены финансовым управляющим 30.07.2020. При этом процедура реструктуризации введена в отношении должника 05.08.2019.

В соответствии со статьей 213.2 Закона о несостоятельности заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц. Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 названного Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения. Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

В рассматриваемом случае финансовым управляющим ФИО7 оспаривается сделка по исполнению обязательств за ФИО5 ФИО4 путем распоряжения уже перечисленными контрагенту денежными средствами.

Суд области пришел к обоснованному выводу о том, что исполненные ФИО2 распорядительные письма по своей правовой природе, в отсутствие сведений об обязательствах между ФИО5 и ФИО4, которые могли бы быть исполнены таким образом, являются сделками по дарению, не предполагающими встречное исполнение.

При этом непосредственно перечисление денежных средств по платежным поручениям от 29.08.2017 № 530, от 17.08.2017 № 502, от 15.08.2017 № 493, от 08.08.2017 № 472, от 01.08.2017 № 439 осуществлялось ФИО4 от своего имени и по своим обязательствам.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В обоснование своих возражений по существу заявленных требований ФИО2 указал на отсутствие совокупности обстоятельств, свидетельствующих о незаконном получении им денежных средств, в соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63.

Суд области обоснованно отклонил указанный довод ФИО2, поскольку предметом оспаривания является не перечисление в его пользу денежных средств, а фактическое исполнение им договора дарения и получения дара ФИО5 Так, ФИО2 по распоряжению должника изменил порядок учета полученных денежных средств, таким образом, восстановив задолженность ФИО4 перед собой и погасив перед собой задолженность ФИО5 в той же сумме.

В силу прямого указания абзаца второго пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

Судом установлены обстоятельства недостаточности имущества должника. Так, определением Арбитражного суда Калужской области от 05.08.2019 установлено, что между ИП ФИО6 и ИП ФИО4 заключен договор займа от 17.07.2017 № 2.

Согласно пункту 1.1 договора займодавец передает в собственность заёмщику денежные средства в размере 18 118 024 руб., а заёмщик обязуется возвратить займодавцу заем в обусловленный договором срок и уплатить указанные в договоре проценты.

Задолженность ФИО4 перед истцом по возврату суммы займа образовалась за период с августа 2017 года (решение Арбитражного суда Калужской области от 29.04.2019 по делу №А23-2080/2019).

Между ФИО4 и ПАО «Сбербанк России» 25.07.2017 заключен договор об открытии возобновляемой кредитной линии с кредитным лимитом 15 000 000 руб., прекращение обслуживания указанной задолженности также послужило основанием ее дальнейшего включения в реестр требований кредиторов.

При этом предметом дарения явились не собственно денежные средства, а перевод ФИО2 кредиторской задолженности с ФИО5 на ФИО4

Таким образом, дарение денежных средств между предпринимателями в условиях недостаточности собственного капитала и прекращения обслуживания заемного капитала свидетельствует о наличии цели причинения вреда в соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В настоящем случае с учетом фактического уменьшения конкурсной массы причинение вреда имущественным правам кредиторов верно признано судом области доказанным.

Суд приходит к выводу о безусловном наличии у должника и ФИО5 сведений о причинении вреда имущественным интересам кредиторов с учетом абзаца второго пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку указанные лица вели совместную предпринимательскую деятельность и в соответствии с их пояснениями намеренно не оформляли правоотношения между собой при наличии имущественного кризиса на стороне обоих участников сделки.

Таким образом, сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам независимых кредиторов должника; в результате ее совершения такой вред был причинен; участники сделки должны были осознавать наличие указанной противоправной цели в момент совершения сделки, а потому подлежит применению пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах суд области правомерно удовлетворил требование конкурсного управляющего о признании недействительными сделок от 01.08.2017, 08.08.2017, 15.08.2017, 17.08.2017 и 29.08.2017.

Учитывая недействительность сделки по специальным основаниям, условий для проверки иных (общегражданских) оснований недействительности не имеется.

В соответствии со статьей 61.6 Закона о несостоятельности всё, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1, подлежит возврату в конкурсную массу.

В рассматриваемом случае до заключения спорных договоров дарения денежные средства перечислялись ФИО4 ФИО2 в счет исполнения собственных обязательств, соответственно, юридическим последствием признания сделок по дарению недействительными в рассматриваемом случае является восстановления задолженности ФИО5 перед ФИО2 в сумме 5 458 171 руб. 10 коп. и учет соответствующей суммы погашения задолженности за ФИО4.

При таких обстоятельствах суд области правомерно восстановил задолженность ФИО5 перед ФИО2 в сумме 5 458 171 руб. 10 коп. и учел соответствующую сумму погашения задолженности за ФИО4.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

С учетом результата рассмотрения спора, на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу заявления правомерно взыскана в доход федерального бюджета с ответчиков, принимая во внимание, что ФИО5 принял дар, учитывая погашение задолженности при сверке расчетов, а ФИО2 фактически исполнил договор дарения, переведя с ФИО5 на ФИО4 кредиторскую задолженность.

В апелляционной жалобе ФИО5 возражает против выводов суда первой инстанции. По мнению апеллянта, суд первой инстанции не полностью выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, дал неверную оценку доказательствам, представленным в материалы дела. Не согласен с выводом суда о том, что исполнение ФИО4 за ФИО5 денежных обязательств является оспоримой безвозмездной сделкой. Утверждает, что ФИО5 не вёл совместную предпринимательскую деятельность с ФИО4, сговора не имелось. Обращает внимание на то, что между ФИО2 и ФИО5 был заключен самостоятельный договор поставки от 01.01.2017 № 10/ИПА-17. Указывает, что ФИО5 добросовестно исполнялись договорные отношения с ФИО2 на протяжении длительного времени, составлялись корректные акты сверки, производилась оплата по договору. Спорные сделки считает обычными в хозяйственной деятельности, учитывая, что поставщиком и для ФИО4 и для ФИО5 являлся ФИО2

В апелляционной жалобе ФИО4 возражает против выводов суда первой инстанции. По мнению апеллянта, суд первой инстанции не полностью выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, дал неверную оценку доказательствам, представленным в материалы дела, неправильно применил нормы материального и процессуального права, в том числе не применил нормы, подлежащие применению, а выводы, изложенные в определении, не соответствуют обстоятельствам дела. Указывает, что доказательства намеренности безвозмездного отчуждения денежных средств отсутствуют, и действия ФИО4 не могут квалифицироваться в качестве причиняющих вред остальным лицам с последующими негативными для должника последствиями. Считает, что действия заинтересованного лица ИП ФИО2 как общего у ФИО4 и у ФИО5 поставщика неоплаченных на тот момент в рамках обоих договоров, при признании оспоренной сделки недействительной, оценку судом не получили. Утверждает, что цель осуществить безвозмездное отчуждение денежных средств ФИО5 ФИО4 не преследовалась, спорные перечисления фактически остались осуществленными должником согласно назначению, указанному в поручениях. По мнению апеллянта, в действиях должника, как и в поведении ФИО5, отсутствуют какие-либо признаки злоупотребления правом в виде недобросовестного поведения в ущерб кредиторам должника. Утверждает, что у ФИО4 и ФИО5 отсутствовала цель на вывод имущества из обладания должником и, как следствие, уменьшение конкурсной массы должника. Утверждает, что все действия ФИО4 и ФИО5 при предъявлении требований ИП ФИО2 были направлены на недопущение зачета спорных денежных средств в качестве исполнения одним обязательств за другого перед общим поставщиком. Указывает, что Письма ФИО4 от 01.08.2017, 08.08.2017, 15.08.2017, 17.08.2017 и 29.08.2017 не могут быть определены как сделка дарения ФИО5 или в качестве юридически значимых действий, приводящих к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Возражает против вывода о ведении ФИО4 и ФИО5 совместной предпринимательской деятельности, считает данный вывод преждевременным и бездоказательным.

Доводы жалоб апелляционной коллегией рассмотрены и отклонены, поскольку они основаны на ошибочной оценке фактических обстоятельств дела и неверном толковании норм действующего законодательства, регулирующего спорные вопросы применительно к установленным судом обстоятельствам.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявителями апелляционных жалоб не представлены в материалы дела надлежащие и бесспорные доказательств в обоснование своей позиции.

В делах о банкротстве применяется более повышенный стандарта доказывания, чем в условиях не осложненного процедурой банкротства состязательного процесса (пункт 15 Обзора N 1 (2017) от 16.02.2017; пункт 20 Обзора N 5 (2017) от 27.12.2017, пункт 17 Обзора N 2 (2018) от 04.07.2018, пункт 13 Обзора от 20.12.2016), а также в судебных актах Верховного Суда Российской Федерации по конкретным делам (определения Судебной коллегии но экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС16-20992(3), N 305-ЭС16-10852, N 305-ЭС16-10308, N 305-ЭС16-2411, N 309-ЭС17-344, N 305-ЭС17-14948, N 308-ЭС18-2197).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.02.2018 N 305-ЭС17-14948, для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования. Суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 29.10.2018 N 308-ЭС18-9470).

Бремя доказывания того, что сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки (пункт 14 постановления Пленума № 63).

Доказательства того, что ранее третье лицо или иные третьи лица исполняли обязательства за должника перед ответчиком, и подобные действия были обычной, сложившейся для должника хозяйственной деятельностью, суду не представлены.

Ответчики как профессиональные участники хозяйственного оборота, проявив требующуюся от них осмотрительность, добросовестность и разумность, могли сделать вывод о неплатежеспособности должника в спорный период, в связи с этим не принимать в качестве оплаты по обязательствам должника денежные средства, поступающие от третьих лиц.

Сложившейся судебной практикой установлена презумпция совершения платежа третьего лица по обязательствам должника именно за счет должника, которая не была опровергнута ответчиками в настоящем деле какими-либо доказательствами (определение Верховного суда Российской Федерации от 25.05.2017 № 306-ЭС16-19749).

Гражданское законодательство основывается на презумпции разумности и добросовестности действий участников гражданских правоотношений (статья 10 Гражданского кодекса). В обычном обороте аффилированные юридические лица, действующие добросовестно и разумно, не имеют объективных причин взыскивать долги друг с друга, они стремятся оптимизировать внутригрупповую задолженность. Поэтому, в ситуации, когда из оборота одного члена группы был изъят актив в пользу другого члена группы, предполагается, что в основе операции по последующему погашению долга первого перед независимым кредитором лежит договоренность между членами группы, определяющая условия взаиморасчетов. При этом наличие между ними доверительных отношений, их подчиненность единому центру позволяют таким организациям заключать соглашения об исполнении обязательств друг друга без надлежащего юридического оформления (без соблюдения требований подпункта 1 пункта 1 статьи 161 Гражданского кодекса).

Данный правовой подход изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2019 № 305-ЭС18-17629(2).

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, им дана надлежащая правовая оценка. Оснований для их переоценки у судебной коллегии не имеется.

Несогласие лиц, участвующих в деле, с оценкой имеющихся в деле доказательств и толкованием судом норм законодательства Российской Федерации, подлежащих применению в деле, не свидетельствует об ошибках, допущенных судом при рассмотрении дела.

Доводы жалоб не опровергают выводы суда первой инстанции, не подтверждают неправильное применение судом норм материального и процессуального права, в связи с этим не могут служить основанием для отмены судебного акта.

Руководствуясь статьями 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калужской области от 29.01.2021 по делу № А23-5185/2019 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий О.Г. Тучкова

Судьи Н.А. Волошина

Е.В. Мосина